English version

Ворота в лес

Большой дом-двухтысячник, спроектированный архитектурным бюро ПАНАКОМ для Подмосковья, велик, импозантен и наполнен разными, принятыми в наше время радостями, от бассейна до кинотеатра. Однако все эти радости жизни – это не более, чем тонко организованные пропилеи: вход в сосновый лес, который живет на второй половине хозяйского участка.

Юлия Тарабарина

Автор текста:
Юлия Тарабарина

mainImg
Архитектор:
Арсений Леонович
Никита Токарев
Мастерская:
PANACOM http://pana.com.ru/
Проект:
Дом в Коровино
Россия, пос. Коровино

Авторский коллектив:
Н. Токарев – директор, Е. Чернышова – ГАП, А. Леонович – архитектор

2010 — 2011
Дом планируется построить в поселке недалеко от Москвы. Участок – чуть меньше гектара, широкой стороной он обращен к дороге и вторгается в лес острым треугольным носом, обеспечивая обитателям будущего дома собственный кусочек природы. Дом построят вдоль дороги. Треугольник будет служить небольшим (лесо)-парком. Деревья вырубать не будут, в глубине поставят беседку, проложат дорожки и все будет выглядеть похожим на небольшой кусочек английского парка среднерусской усадьбы.

Это, конечно, в том случае, если смотреть на лесную половину. Дом, спроектированный архитектурным бюро ПАНАКОМ, так и поступает: он стоит рядом с дорогой, но отворачивается от нее и «смотрит» на сосны. Так ведут себя сейчас многие новые подмосковные дома: часто, не имея возможности отодвинуться от дорог и поселковых улиц, они делают «парадный» фасад глухим, а парковый, повернутый к саду или, как в данном случае, лесу – превращают в сплошное панорамное окно. Дома отворачиваются от проезжающих мимо машин (и от проходящих людей), и открываются природе. В барских усадебных домах позапрошлого века, у которых чего-чего, а пространства было в избытке, случалось наоборот: дом стоял далеко, на каком-нибудь пригорке, отдельная дорога вела специально к нему, никто не ехал мимо, если кто-то и ехал, то – в гости, специально сюда, так что и дом не отворачивался, он встречал гостей парадным портиком, двором-курдонером, или хотя бы партером с цветами. С тех прошло много времени, и, поневоле стоя рядом с дорогой, дома вынуждены либо отгораживаться забором, либо отворачиваться. Иногда даже сами дома превращаются в забор, выставляя на «красную линию» закрытый индифферентный фасад. 

Здесь, однако, дом все же немного отступает от забора, оставляя место для узкого газона с «альпийскими» камнями; к тому же обращенный к улице фасад – это вовсе не глухая стена. Строго говоря, глядя на дом снаружи, то можно сказать, что он состоит из трех вещей: белых плоскостей перекрытий, каменных пластин стен и стекла. Стекло гнется на углах, а на крыше даже выгибается двумя пузырями куполов (больше над зимним садом и поменьше над кабинетом. Пластины камня – наоборот, строго-прямоугольные. Они щедро разбавлены вертикальными каменными «решетками», похожими на брутальные окаменевшие жалюзи. Все это распределено по фасадам асимметрично, но на стене, обращенной в сторону улицы, каменных пластин и решеток собралось больше, а со двора оказалось больше стекла. Кажется, что вот сейчас хозяин нажмет «умную» кнопку – и стены придут в движение, решетки сомкнутся, пластины расступятся, как ширмы, и уедут на соседнюю стену. Только «ширмы» исполнены из респектабельного, плотного юрского известняка, и двигаться, конечно же, не могут. Дом слишком велик и импозантен для того, чтобы быть подвижным. Я бы сказала, что в нем срослись две противоположные идеи: образ-мечта автоматизированной подвижности (из нашего времени) и реальность респектабельного, весомого камня (это из вечности). Своего рода окаменевший механизм. Но суть проекта не в этом.

Дом всячески отрицает симметрию. Выступы разной глубины сменяются впадинами, окна-эркеры – лоджиями; стены то сгущаются, то расступаются, а со стороны леса ярусы перекрытий вдруг начинают ступенчато громоздиться, так что можно подумать, что в доме не два этажа, а больше. Главный вход устроен на северном углу дома, под большим окном-экраном в бетонной рамке, которое опирается, как телевизор на ногу, на единственный во всем доме столб-колонну. Даже будучи одна и без капители, эта опора превращается в намек на портик. Намек поддерживает панно из металлических кругов, здесь же, под потолком, на втором плане (см. дворик в библиотеке им. Ленина). Все эти намеки очень легкие, почти неощутимые. Похожим образом – до незаметности тонко, намекали на классику архитекторы «зрелого модернизма» семидесятых (кстати говоря, родственность той архитектуры и этого дома ощущается достаточно остро – разумеется, со всеми поправками на современность).

Входя мимо «колонны» в дом, попадаем в прихожую, откуда намечены два основных пути: по лестнице на второй этаж, или прямо – в зимний сад. Это длинный двусветный зал (в памяти всплывает британский long hall, по которому надо прогуливаться, ведя приличествующую положению беседу с гостями) со стеклянной стеной, обращенной к лесу. В одном конце зала – лифт и небольшая группа деревьев (собственно сад), в противоположном – изящная винтовая лестница, главное архитектурное украшение этого пространства. Посередине стол. По сути, это парадная столовая. Справа гостиная, слева спальни (они здесь окружены всеми возможными удобствами, причем косвенное назначение комнат с удобствами – звукоизоляция; гостей может быть до 10-15 человек, и они могут шуметь, не беспокоя хозяев). На отдалении, слева – двусветный кабинет с куполом, в подвале под ним кинотеатр. Прямо – бассейн, окруженный всеми радостями спа-жизни: русская баня, сауна, хамам. Словом, в доме есть все нужное для dolce far niente: из него можно не выходить днями, перемещаясь от бассейна к кинотеатру.

А можно и наоборот: войти, миновать тамбур, пройти сквозь зимний сад, увидеть «домашние» деревья внутри, за стеклом «дикие» деревья снаружи, – да и выйти через стеклянную стену в лес. Этому ничто не мешает. Вот и получается, что дом, со всеми его бесчисленными удобствами – всего лишь пропилеи, ворота для входа в лес. Он же – экран, лоджия, терраса – для созерцания леса, дом-резонатор, рама для общения с природой. Лес здесь хорош, и он вполне заслуженно становится главным героем и почти что – соседом. Архитекторы же делают все возможное для того, чтобы хозяева подружились со своим зеленым «соседом» – в конце концов, ведь это лес жил здесь раньше, еще до людей. Как тут не вспомнить дом прерий (вездесущего) Райта. Только в данном случае – не прерий, а подмосковной сосновой рощи. И надо сказать, симптоматично, что прижившись среди сосен, дом американских прерий стал из простого кирпичного – солидным каменным.
Дом в Коровино
© PANACOM
Дом в Коровино
© PANACOM
Дом в Коровино
© PANACOM
Дом в Коровино
© PANACOM
Дом в Коровино
© PANACOM
Дом в Коровино
© PANACOM
Дом в Коровино
© PANACOM
Дом в Коровино
© PANACOM
Дом в Коровино
© PANACOM
Архитектор:
Арсений Леонович
Никита Токарев
Мастерская:
PANACOM http://pana.com.ru/
Проект:
Дом в Коровино
Россия, пос. Коровино

Авторский коллектив:
Н. Токарев – директор, Е. Чернышова – ГАП, А. Леонович – архитектор

2010 — 2011

22 Июня 2011

Юлия Тарабарина

Автор текста:

Юлия Тарабарина
PANACOM: другие проекты
Диалоги об образовании и карьере
Империалистический заказ и равнодушие к форме, необходимость доучить бывших студентов за свои деньги и скука формального обучения – дискуссия об архитектурном образовании на недавнем Архпароходе, как и многие разговоры на эту тему, местами была отмечена грустью, но не безнадежна и по-своему интересна. Публикуем выдержки из разговора, собранные одним из участников, архитектором и преподавателем Евгенией Репиной.
Сладкая жизнь
В проекте поселка «Рафинад» под Москвой, в городском округе Химки, архитекторы PANACOM предложили разнообразное, гуманное и комфортное жилье.
Арсений Леонович: «Коворкинг – универсальный кластер...
Глава архитектурного бюро PANACOM – о подмосковных коворкингах «Старт», спроектированных бюро и построенных в течение последних полутора лет, а также о том, как меняется мир, что такое spa-working и в чем будущее девелопмента бизнес-пространств.
Зародыш комфортного города
Конкурсная концепция Арсения Леоновича для деревни Палкино на границе Твери сочетает комфортный масштаб, заданный ПЗЗ, с детальной проработкой функций и специфики городских пространств жилого комплекса.
Редизайн библиотеки
Дизайн коворкинга, придуманный бюро Panacom для библиотеки Блохинцева в Дубне, дал импульс развитию на её основе современного общественного центра.
Дизайнерская «одежда» для квартала
Работая с четырьмя вариантами фасадных решений для квартала в подмосковном городе Видное, архитекторы PANACOM пошли несколько дальше поставленной задачи, равняясь на новые московские стандарты жилья.
Лесные лофты
PANACOM проектирует интерьеры штаб-квартиры воронежской научно-производственной компании.
Ближе к природе
Архитектурное бюро PANACOM представляет проект загородной жилой застройки из четырех дифференцированных кластеров, где сошлись уют загородной жизни и разнообразие городских пространств, компактность, экологичность и индивидуальность.
Устройство мира
«Дом-Питон» – проект архитектурного бюро PANACOM – стал призером конкурса PinWin в номинации «Лучший интерьер в современном стиле». Архитектурное решение загородного дома, яркое и нетривиальное, спорит с традиционными стилями построек в коттеджном поселке «Никольская Слобода» по Новорижскому шоссе.
Бином от ПАНАКОМ
В одном из самых известных наукоградов России – подмосковной Дубне – архитектурная мастерская ПАНАКОМ спроектировала жилой квартал, предназначенный для молодых ученых и их семей.
Дом у озера
В коттеджном поселке «Антоновка» архитектурная мастерская «Панаком» спроектировала индивидуальный жилой дом. Расположенный на берегу лесного озера, он напоминает изящный деревянный катамаран, готовый отправиться в плавание.
Свет слов
С сентября в России снова начал выходить знаменитый итальянский журнал о дизайне INTERNI. Свое возвращение журнал отметил экспозицией на Moscow design week, автором которой выступил архитектор Арсений Леонович.
Перелетные гнезда
«Гнезда света» бюро «Панаком» – один из самых ярких (во всех смыслах) объектов прошедшего «Архстояния»-2011. Обладая выраженной медийной составляющей, он имеет неплохие шансы отправиться в самостоятельное плавание. По крайней мере, создатели уверены, что светящиеся шары вполне могут размножаться и мигрировать из леса в город. Об этом в интервью Архи.ру рассказал один из авторов объекта Арсений Леонович.
Хрустальная революция
О том, что понятия «русские народные промыслы» и «современный дизайн» не очень дружны между собой, знает каждый, кто хотя бы раз приобретал сувениры. Можно ли вдохнуть новую жизнь в то, что по праву составляет гордость отечественной культуры и истории? Арсений Леонович, архитектор бюро «Панаком», отвечает на этот вопрос утвердительно. В мае этого года в качестве приглашенного дизайнера ЗАО «Народные художественные промыслы» он начал работу по внедрению в отрасль современного дизайна в старейшем центре стекольной промышленности – городе Гусь-Хрустальный.
Капля дизайна
И у табурета и у дома одна и та же стоечно-балочная система, ванна и бассейн различаются лишь масштабом. На протяжении всего XX века архитекторы успешно работают в сфере промышленного дизайна, от Йозефа Хофмана до Захи Хадид, от Ле Корбюзье до Жана Нувеля. Из русских архитекторов прошлого вспоминаются Родченко и братья Веснины. Если же говорить о современных российских именах, то нельзя не упомянуть бюро «Панаком».
Романтика полета
Высокие глухие заборы с массивными отгороженными от внешнего мира постройками за ними – это образ большинства участков в российских коттеджных поселках, где землю продают без подряда. Но не таков новый проект бюро «Панаком», выполненный для поселка «Ваутутинки» - дом смело раскрывается к дороге, забор невысок, а сплошное остекление использовано не только со стороны внутреннего двора
Стихийный частный мир
Для своего нового проекта в «Николиной слободе» бюро «Панаком» предлагает стройную легенду, присвоив 4-м объемам постройки характеристики четырех стихий. Получилась декоративно обработанная картина мира, удивительно приятная в своей статичности. Архитекторы вернулись к присущему им ранее строгому стилю, разбавив его бетонным узорочьем и орнаментальной аппликацией
Лесная рыбешка
В современной России архитекторам, должно быть, очень интересно работать – им все время приходится осваивать новые форматы недвижимости, причем нередко они это делают совместно с девелоперами. Один из примеров таких доселе незнакомых типологий – небольшие загородные поселки средней этажности бизнес-класса. Подобных проектов пока что совсем немного, и один из них выполнен в бюро «Панаком»
А у нас в садах коралл…
План новой постройки от бюро «Панаком» очень напоминает кораллы с платьев последней коллекции Gucci. В этом проекте архитекторы превратили дом в целую инопланетную деревню - отдельные кластеры соединены закольцованным коридором с «кают-компанией» и «блоком питания» в центре, из каждого «бокса» можно выйти прямо на улицу
Похожие статьи
Плавная консоль
У здания банка в окрестностях ливанского города Сура нет привычных ограждений, а еще Domaine Public Architects удалось добавить в проект небольшую площадь.
Еще один конструктор
В Мангейме началось строительство жилого комплекса по проекту MVRDV и производителя сборных домов Traumhaus. Он должен дать будущим обитателям максимум разнообразия и кастомизации по доступной цене, что в свою очередь позволит создать там живое сообщество соседей.
Ажурные узоры
Манчестерский Еврейский музей приобрел после реконструкции по проекту Citizens Design Bureau новый корпус с орнаментом на фасаде: он напоминает о культуре сефардов.
Зигзаг фасада
Офисное здание в Майнце защищает новый район на Рейне от шума порта. Авторы проекта – MVRDV и morePlatz.
Стальная живопись
Панели из нержавеющей стали на «Башне» Фрэнка Гери в арт-центре LUMA в Арле задуманы как мазки кисти Ван Гога.
Стеклянное облако
На морском курорте Циньхуандао на северо-востоке Китая строится «Облачный центр» по проекту пекинского бюро MAD.
Путь света
В знаменитый дворец императора Нерона – «Золотой дом» в Риме – теперь ведет новый вход по проекту Stefano Boeri Architetti.
Импортная типология
Комплекс доступного жилья с начальной школой по проекту бюро Henley Halebrown в лондонском районе Хакни основан на «центральноевропейском» типе жилой башни.
Силуэт прошлого
Внутренний двор музея и библиотеки в Цзяшане на востоке Китая напоминает силуэтом традиционную печь для обжига керамики, которыми славился этот город.
Штрихи современности
Открылся после реконструкции музей истории Парижа – Карнавале: в команде проекта архитекторы Snøhetta отвечали за новшества.
Обратная пропорция
В Центре инноваций INES университета чилийской области Био-Био по замыслу архитекторов Pezo von Ellrichshausen пространства для совместной и индивидуальной работы обратно пропорциональны друг другу.
Геометрические игры
В Мохали, городе-спутнике Чандигарха, архитекторы Studio Ardete снабдили офисное здание выразительным фасадом с асимметричными балконами, оставшись в жестких рамках бюджета.
Смена масштабов
AMO, исследовательское подразделение бюро OMA, разработало декорации для показа ювелирной коллекции Bvlgari в миланской Галерее Виктора Эммануила II.
Сотворение мира
К 60-летию первого полета человека в космос в Калуге открыли вторую очередь Государственного музея истории космонавтики, спроектированную воронежским архитектором Василием Исаевым. Музей космонавтики-2, деликатно вписанный в высокий берег реки Оки, дополнил ансамбль с легендарным памятником архитектуры 1960-х авторства Бориса Бархина, могилой Циолковского в парке и ракетой «Восток» на музейной площади. Основоположник космонавтики Циолковский, мифологический покровитель Калуги, стал главным героем новой музейной экспозиции, парящим в невесомости, как Бог-Отец в картинах Тинторетто.
Кирпич и свет
«Комната тишины» по проекту бюро gmp в новом аэропорту Берлин-Бранденбург тех же авторов – попытка создать пространство не только для представителей всех религий, но и для неверующих.
Серебро дерева
Спроектированный Níall McLaughlin Architects деревянный посетительский центр со смотровой башней у замка Даремского епископа напоминает о средневековых постройках у его стен.
Цифровой «валун»
В Эйндховене в аренду сдан дом, напечатанный на 3D-принтере: это первое по-настоящему обитаемое «печатное» строение Европы.
Этюды о стекле
Жилой комплекс недалеко от Павелецкого вокзала как символ стремительного преображения района: композиция с разновысотными башнями, изобретательная проработка витражей и зеленая долина во дворе.
Место сбора
В Лондоне открылся 20-й летний павильон из архитектурной программы галереи «Серпентайн». Проект разработан йоханнесбургской мастерской Counterspace.
Эстакада в акварели
К 100-летнему юбилею Владимира Васильковского мастерская Евгения Герасимова вспоминает Ушаковскую развязку, в работе над которой принимал участие художник-архитектор. Показываем акварели и эскизы, в том числе предварительные и не вошедшие в финальный проект, и говорим о важности рисунка.
Летать в облаках
Ресторан в Хибинах как новая достопримечательность: высота 820 над уровнем моря, панорамные виды, эффект левитации и остроумные инженерные решения.
Вулкан Дефанса
В парижском деловом районе Дефанс достраивается башня HEKLA по проекту Жана Нувеля. От соседей ее отличает силуэт и фасадная сетка из солнцерезов.
Керамические тома
Ажурный фасад новой библиотеки по проекту Dietrich | Untertrifaller в австрийском Дорнбирне покрыт полками с книгами – но не бумажными, а из керамики.
Трансформация с умножением
Дворец водных видов спорта в Лужниках – одна из звучных и нетривиальных реконструкций недавних лет, проект, победивший в одном из первых конкурсов, инициированных Сергеем Кузнецовым в роли главного архитектора Москвы. Дворец открылся 2 года назад; приурочиваем рассказ о нем к началу лета, времени купания.
Технологии и материалы
Великолепный дизайн каждой детали – Graphisoft выпускает...
Обновления версии отвечают пожеланиям пользователей и обеспечивают значительные улучшения при проектировании, визуализации, создании документации и совместной работе в Archicad, BIMx и BIMcloud, что делает Archicad 25 версией, как никогда прежде ориентированной на пользователя
Стильная сантехника для новой жизни шедевра русского...
Реставрация памятника авангарда – ответственная и трудоемкая задача. Однако не меньший вызов представляет необходимость приспособить экспериментальный жилой дом конца 1920-х годов к современному использованию, сочетая актуальные требования к качеству жизни с лаконичной эстетикой раннего модернизма. В этом авторам проекта реставрации помогла сантехника немецкого бренда Duravit.
Кирпич Terca из Эстонии – доступная европейская эстетика
Эстонский кирпич соединяет в себе местные традиции и высокотехнологичное производство мирового уровня под маркой Wienerberger. Технические преимущества облицовочного кирпича Terca особенно ценны в нашем северном климате – благодаря им фасады не потеряют своих эстетических качеств, а постройки будут долговечными.
Прочные основы декора. Методы Hilti для крепления стеклофибробетона
Методы HILTI позволяют украшать фасад сложными объемными формами, в том числе карнизами, капителями, кронштейнами и узорными панелями из стеклофибробетона, отлично имитируя массивные элементы из натурального камня и штукатурки при сравнительно меньшем весе и стоимости.
Дайте ванной право быть главной!
Mix&Match – простой и понятный инструмент для создания «журнального» дизайна ванной комнаты. Воспользуйтесь концепцией от Cersanit с десятками комбинаций плитки и керамогранита разного формата, цвета и фактуры для трендовых интерьеров в разных стилях. Идеально подобранные миксы гармонично дополнят вашу идею и помогут сократить время на создание проекта.
Современная архитектура управления освещением
В понимании большинства людей управлять освещением – это включать, выключать свет и менять яркость светильников с помощью настенных выключателей или дистанционных пультов. Но управление освещением гораздо глубже и масштабнее, чем вы могли себе представить.
Чистота по-австрийски
Самоочищающаяся штукатурка на силиконовой основе Baumit StarTop – новое поколение штукатурок, сохраняющих фасады чистыми.
Кто самый зеленый
14 небоскребов из разных частей света, которые достраиваются или планируются к реализации: уже не такие высокие, но непременно энергоэффективные и поражающие воображение.
Советы проектировщику: как выбрать плоттер в 2021 году
Совместно с компанией HP, лидером рынка широкоформатной печати, рассматриваем тенденции, новые программные и технические решения и формулируем современные рекомендации архитекторам и проектировщикам, которым требуется выбрать плоттер.
Energy Ice – стекло, прозрачное как лед
Energy Ice – новое мультифункциональное стекло, отличающееся максимальным светопропусканием. Попробуем разобраться, в чем преимущество новинки от компании AGC
Стать прозрачнее
Zabor modern предлагает ограждения европейского типа: из тонких металлических профилей, функциональные, эстетичные и в достаточной степени открытые.
Башня превращается
Совместно с нашими партнерами, компанией «АЛЮТЕХ», начинаем серию обзоров актуальных тенденций высотного строительства. В первой подборке – 11 реализованных высоток со всего мира, демонстрирующих завидную приспособляемость к характерной для нашего времени быстрой смене жизненных стандартов и ценностей.
Прочность без границ
Инновационный фибробетон Ductal®, превосходящий по прочности и долговечности большинство строительных материалов, позволяет создавать как тончайшие кружевные узоры перфорированных фасадов, так и бархатистые идеальные поверхности большеформатной облицовки.
Обновление коллекции декоров ALUCOBOND® Design
Коллекция декоров ALUCOBOND® Design от компании 3A Composites пополнилась несколькими новыми образцами – все они находятся в русле тренда на натуральность и отвечают самым актуальным тенденциям в дизайне.
Любовь к геометрии
Французское сантехническое оборудование DELABIE для крупных общественных сооружений выбирают выдающиеся архитекторы Жан Нувель, Норман Фостер, SANAA, Руди Ричотти и другие. Представляем новую модель бесконтактных смесителей TEMPOMATIC 4, сочетающих безопасность, мега-экологичность и стильный дизайн.
Сейчас на главной
Арт-трансформер
Art Barn, архив, хранилище работ и рисовальная студия британского скульптора Питера Рэндалла-Пейджа в холмах Девона, способен менять форму в зависимости от текущих нужд, а также сам себя обеспечивает электричеством. Автор проекта – Томас Рэндалл-Пейдж.
Тиана Плотникова: «Наша миссия – разработать user-friendly...
Говорим с основательницей стартапа Uflo – программы, помогающей конвертировать числовые данные в геометрию, о том, что побудило придумать проект, о карьере в крупных зарубежных компаниях и о страхах перед цифровыми технологиями
Связь с прошлым и будущим
Нидерландские мастерские Benthem Crouwel и West 8 выиграли конкурс на проект нового вокзала в Брно: этот архитектурный конкурс стал крупнейшим в истории Чехии.
Авторский надзор: мытьем да катаньем
Разговор на АрхПароходе 2021 со Стасом Горшуновым: о том, как ему удается добиваться качественной реализации проектов, какие проблемы приходится решать, когда жертвовать гонораром, а когда идти на компромиссы.
Образ прощания
Объект MAMA самарских архитекторов Дмитрия и Марии Храмовых стал единственным российским победителем конкурса фестиваля ландшафтных объектов SMACH2021, который проводится на северо-востоке Италии в Доломитовых Альпах.
Новое качество Личного
В Никола-Ленивце Калужской области в эти выходные проходит фестиваль Архстояние с темой «Личное». Главной постройкой фестиваля стал дом «Русское идеальное», спроектированный Сергеем Кузнецовым и реализованный компанией КРОСТ в короткие сроки. Рассматриваем дом и новые объекты Архстояния 2021.
«Место для всех»
Победителем международного конкурса на разработку концепции Приморской набережной в Сочи стал консорциум во главе с UNStudio.
Пресса: "Непостижимое решение". ЮНЕСКО отобрало у Ливерпуля...
ЮНЕСКО решило исключить Ливерпуль из своего Списка всемирного наследия, поскольку городские власти ведут активное строительство в районе доков и порта - архитектурного ансамбля, которое агентство ООН считало важнейшим памятником. В Ливерпуле такое решение называют "непостижимым" и надеются на его пересмотр.
Главный манифест конструктивизма
В Strelka Press выпущена основополагающая для отечественного авангарда книга Моисея Гинзбурга «Стиль и эпоха. Проблемы современной архитектуры» (1924): это совместный издательский проект Института «Стрелка» и Музея «Гараж». Публикуем главу «Конструкция и форма в архитектуре. Конструктивизм».
На берегу очень тихой реки
Проект благоустройства территории ЖК NOW в Нагатинской пойме выходит за рамки своих задач и напоминает скорее современный парк: с видовыми точками, набережной, разнообразными по настроению пространствами и продуманными сценариями «от 0 до 80».
Труд как добродетель
Вышла книга Леонтия Бенуа «Заметки о труде и о современной производительности вообще». Основная часть книги – дневниковые записи знаменитого петербургского архитектора Серебряного века, в которых автор без оглядки на коллег и заказчиков критикует современный ему архитектурно-строительный процесс. Написано – ну прямо как если бы сегодня. Книга – первое издание серии «Библиотека Диогена», затеянной главным редактором журнала «Проект Балтия» Владимиром Фроловым.
Стилисты села
Дизайн-код как способ привести небольшое поселение в порядок к юбилею или крупному событию: борьба с визуальным мусором, поиск духа места и унификация городских элементов.
Диалоги об образовании и карьере
Империалистический заказ и равнодушие к форме, необходимость доучить бывших студентов за свои деньги и скука формального обучения – дискуссия об архитектурном образовании на недавнем Архпароходе, как и многие разговоры на эту тему, местами была отмечена грустью, но не безнадежна и по-своему интересна. Публикуем выдержки из разговора, собранные одним из участников, архитектором и преподавателем Евгенией Репиной.
Плавная консоль
У здания банка в окрестностях ливанского города Сура нет привычных ограждений, а еще Domaine Public Architects удалось добавить в проект небольшую площадь.
Туман над Янцзы
В сети обсуждают новую ленд-арт-инсталляцию Григория Орехова Crossroads, «пешеходную зебру» проложенную художником по воде Москвы-реки 7 июля недалеко от Николиной горы. Рассматриваем несколько недавних работ Орехова – от «перекрестка» 2021 года на реке до «перекрестка» 2020 года в зеркалах «Черного куба», созданного в честь Казимира Малевича в Немчиновке.
Неоконюшня
На территории ВДНХ появится новый конноспортивный манеж: его авторы обращаются к традиционной для типологии форме и материалам, трактуя их как современный парковый павильон.
Еще один конструктор
В Мангейме началось строительство жилого комплекса по проекту MVRDV и производителя сборных домов Traumhaus. Он должен дать будущим обитателям максимум разнообразия и кастомизации по доступной цене, что в свою очередь позволит создать там живое сообщество соседей.
Градсовет Петербурга 15.07.2021
Архитекторы предложили обновить торговый центр в петербургском Купчино, вдохновляясь снежными пиками Балканских гор. Эксперты отнеслись к идее прохладно.
Галька на берегу
Проект аэропорта в Геленджике от АБ «Цимайло, Ляшенко и Партнеры» стал единственным российским победителем премии Architizer A+Awards 2021 года.
Стратегия преображения
Публикуем 8 проектов реконструкции построек послевоенного модернизма, реализованных за последние 15 лет Tchoban Voss Architekten и показанных в галерее AEDES на недавней выставке Re-Use. Попутно размышляя о продемонстрированных подходах к сохранению того, что закон сохранять не требует.
Ажурные узоры
Манчестерский Еврейский музей приобрел после реконструкции по проекту Citizens Design Bureau новый корпус с орнаментом на фасаде: он напоминает о культуре сефардов.