директор по развитию бизнеса и инвестиций, «Жилищное строительство», Москва
Артак Макарян
– Я бы отметил два пункта, и первый из них – партнерство. Как мы увидели, застройщикам в Лондоне удается сделать многое и сразу, при этом, скорее всего, не инвестируя слишком много собственных средств. За счет привлечения инвестиций и финансирования на самых разных стадиях проекта – от партнеров, от конечных обладателей недвижимости, – умудряются реализовывать огромные затеи на сотни миллионов фунтов стерлингов в сравнительно короткие сроки!
И второе, что хотелось бы отметить, это маркетинг и брендинг территорий. Каждый из нас заметил, как брендированы объекты, и на каком высоком профессиональном уровне. Нетрудно догадаться, что сами же профессионалы давали якобы народные названия зданиям типа «Терка», «Огурец» или «Осколок» – все это, скорее, часть общей маркетинговой концепции по продвижению проекта. Вот этого нам очень не хватает, поскольку брендинг территорий – тема новая в России, мало кто умеет это делать, некоторые путают обычную рекламу с брендингом, но это разные вещи, Нет специалистов того уровня, чтобы привлечь достаточного внимания к комплексным проектам на самих ранних стадиях его развития. У нас девелопер один выкручивается, как может, и, к сожалению, часто за счет экономии на качестве. Нет той синергии, того импульса, что один партнер может дать другому, ведь если это интересно горожанам, то интересно ритейлерам, если интересно ритейлерам, то немедленно появляются инвесторы, а как появляются профессиональные и институциональные инвесторы, все заиграет другими красками!
«Терка» – 52-этажный небоскреб (арх. Ричард Роджерс). Его форму автор объяснил желанием сохранить обзор на Собор Святого Павла со стороны Флит-стрит. Фото Марины Игнатушко
Вид на «Терку» со стороны Корнхилл стрит Фото Марины Игнатушко
Тут работает так называемая win-win концепция, где все участники выигрывают от того что идут вместе, плечом к плечу, делая общее дело, поднимая имидж территории.
Знаменитое здание мэрии («Нарезанный лимон» или «Нарезанное яйцо») Нормана Фостера – изнутри, на уровне холла. Фото Марины Игнатушко
Первая постройка Ренцо Пьяно в Лондоне – многофункциональный комплекс Central Saint Giles. Фото Марины Игнатушко
Большим участкам, большим застройкам в России, конечно же, нужны подобные подходы, маркетинговые технологии, чтобы привлекать разных участников проекта из разных секторов, включая властей, горожан, банкиров, инвесторов, инженеров. В этой сфере нам есть, чему учиться.
Александр Енин,
декан архитектурного факультета Воронежского государственного архитектурно-строительного университета, Воронеж
Александр Енин
– Лондон для образовательных целей – (преподавателей и студентов, а также повышения квалификации архитекторов-практиков) – это такая бесконечная книга, которую нужно постоянно перечитывать. Сам подход к формированию любых пространств – на уровне города Лондона, квартала – и любого другого жилого образования – носит совершенно другой характер. Главным мотиватором является население или человек. Решающими должны быть «человеческие», а не технические и технико-экономические критерии оптимальности. В этом отношении качество комфортной среды совершенно отличается от нашей практики. В историческом центре, новых районах, в районах реконструкции усилия властей, девелопмента и архитекторов направлены на создание комфортной городской среды. Нам, в некоторой степени, нужно это учитывать.
– Но разве у нас все делается не для комфорта горожан?
– В Англии, как показывает практика, подход системный. Проектируют по-другому. Да и сам процесс, роль архитектора отличаются от российской практики. Архитектор, начиная с идеи, и до её реализации, участвует во всем процессе. Присутствие архитектора сразу заметно. Так, район реконструкции бывшей промзоны вблизи вокзала Кингс-Кросс может служить иллюстрацией такого подхода. Кингс-Кросс относился, скорее, к категории трущоб, имел не самую лучшую репутацию, хотя находится в самом центре Лондона. Сейчас мы видим там молодых людей с папками и мольбертами подмышкой, поскольку именно сюда – в бывшие привокзальные складские помещения – переехал Лондонский университет искусств и престижный колледж Сент-Мартинс, готовящий дизайнеров. Университет находится в отреставрированном зернохранилище! Всего в этот район переехали 6 колледжей искусств – и они очень хорошо вписались в атмосферу истории, творчества и развития. Здесь модернизируют, реставрируют старинные дома, строят новое жилье, сохранили, несмотря на большие расходы на предварительную подготовку, старые газгольдеры на их историческом месте (подобный опыт есть у Вены). Газгольдеры выполнены из чугуна, и в конструктивном, инженерном аспекте – совершенно уникальные сооружения. Они использовались во многих английских фильмах, и English Heritage – организация по охране памятников культуры – предложила хотя бы несколько газгольдеров сохранить. Застройщики с этим предложением согласились. Внутри одного разбит парк, а внутри «тройки» – жилой комплекс из трех домов разной высоты, напоминающий движение газа в цилиндрах.
Новая застройка района Кингс-Кросс. Фото Александра Енина
Фрагмент набережной с амфитеатром. Район Кингс-Кросс. Фото Марины Игнатушко
Кингс-Кросс: общественное пространства между офисных зданий. Фото Марины Игнатушко
На своем прежнем месте сохранилось здание Немецкой гимнастической школы. Этот чуточку напоминающий кирху дом стоит прямо напротив выхода из международного терминала Сент-Панкрас. Соседство разностилевой архитектуры совершенно не «колет» глаз. Как говорит известный французский архитектор Поль Шеметов, проблема сочетания старого и нового – это проблема хорошей архитектуры.
…Мы шли по строящемуся району, и увидели огороженный садик, где растут овощи, фрукты, деревья. Он принадлежит жителям из старого жилого фонда. Такие соседские сады-огороды популярны в Европе, помогают сформировать ряд индивидуальных общественных пространств, имеющих свою специфику. Авторы идеи хотели, чтобы жители понимали, что происходит, и чувствовали, что это принадлежит и им тоже.
Тимур Кадыров,
заместитель главного архитектора Казани
Тимур Кадыров у входа в транспортный отдел лондонской мэрии
– В Казани мы занялись темой внедрения энергоэффективности в проектирование и строительство, потому поездка за примерами показалась очень удачной. Я был первый раз в Лондоне. Первое, что бросилось в глаза: микс всего – разной архитектуры, подходов, технологий, времяпрепровождения.
Мои знакомые по учебе в Милане, работающие сейчас в Лондоне, посоветовали обязательно посмотреть район Шордич. Как было сказано, это новое место силы, новый городской центр, то, что является up-to-date. Действительно, в Шордиче наглядно представлены изменения под воздействием джентрификации. Был деградирующий район с не очень хорошей архитектурой, в нем создали условия для креативного класса, в первую очередь – для уличных художников, интерес к ним притянул сервис, появились и другие люди, добавили свои аспекты креативности. Место стало необычным. Со своим лицом. Но потом начинается известный процесс: повышается стоимость жилья, на смену андеграундным и хипстерским вещам приходит чистая коммерция, поскольку там уже сложился поток – понятно, кто финальный пользователь, что можешь продавать. В социальном плане джентрификация – негативный процесс: небогатые люди вынуждены уезжать с привычных мест. С точки зрения развития городской территории и городской экономики, это явление позитивное: среда улучшается, идет приток туристов и новых инвестиций. В Шордиче на нескольких квадратных километрах можно проследить эту цепь от начала до апофеоза.
Район Шордич. Фото Марины Игнатушко
Сначала думаешь, что попал в полуразрушенный пригород, но интуитивно выбираешь направление, видишь, куда движутся люди, поворачиваешь за угол и обнаруживаешь в перспективе – небоскребы, с деградирующим районом соседствуют офисы, например, Европейского банка реконструкции и развития… Общественные пространства, которые формируются в Шордиче, нельзя назвать инновационными: они подчинены общей логике, которую мы уже давно прочитываем в Дефансе и других подобных районах, но остается атмосфера этого места, и масса работ стрит-арта, делающих Шордич неповторимым.
Что касается моей непосредственной темы, Лондон дает массу информации о работе транспортных систем. Город – с огромной маятниковой миграцией. При этом, мы помним, что первое в мире метро открылось в Лондоне, и удивительно, как город умеет поддерживать исторические линии, старые тоннели – маленькие по современным меркам. В центре ощущается разница в размере платформ, переходов, но очень качественная навигация и принципы грамотного wayfinding искупают многие неудобства. Лондонское метро интегрировано с пригородными электричками (как в Париже, Милане, Берлине), есть скоростные линии, новые виды метро – без водителей.
Одна из станций старой ветки метро. Фото Марины Игнатушко
Одна из станций старой ветки метро. Фото Марины Игнатушко
Переход к станции Crossrail «Кэнери-Уорф» Нормана Фостера. Фото Марины Игнатушко
Станция Crossrail «Кэнери-Уорф» Нормана Фостера. Фото Марины Игнатушко
Сад на станции Crossrail «Кэнери-Уорф» Нормана Фостера. Фото Марины Игнатушко
Очень интересный проект – Crossrail – пригородная электричка, которая будет проходить сквозь весь Лондон, иметь несколько станций пересадок в метро и на железнодорожных вокзалах, позволит людям с периферии не загружать конечные вокзалы (как это было когда-то в Москве), рассредоточить потоки на узловых станциях метро в самом центре города. Проект интересен еще своим дизайном, например, станция «Кэнери-Уорф», спроектированная сэром Норманом Фостером, имеет футуристический дизайн с очень уютным ботаническим садом на верхнем уровне под открытым небом.
Александр Лазаренко,
компания Solomio, Ростов-на-Дону
Александр Лазаренко и Барбара Джонс на выставке Ecobuild
– Лондон – форпост глобализации (и экологических трендов), и я здесь получил огромную энергетическую подпитку. С архитектурой города был знаком по публикациям, но живьем она произвела еще большее впечатление – особенно скверы Лондона, которые, по сути, являются островами деревни, «забытыми» в городе. Они очень органично сохранены и вписаны в архитектурные городские массивы любых периодов.
К Олимпиаде-2012 в Лондоне разбили аутентичный парк – болотный – с соответствующим ландшафтом и наполнением. Фото Марины Игнатушко
Прополка водных растений в болотном парке. Фото Марины Игнатушко
Что же касается новейших инновационных материалов – по этому поводу я испытал смешанные чувства. Не нашел вдохновенья, но увидел рынок. На выставке Ecobuild 2017 было два стенда с продукцией литовского производства: соломенные панели компании Ecococon. Большой удачей считаю личное знакомство с Барбарой Джонс (Barbara Jones), автором множества исследований и книг по строительству из органического сырья: на нее произвела впечатление презентация нашего предприятия и продукции. В Великобритании большое внимание уделяется созданию и внедрению строительных систем, ограждающих конструкций с высоким коэффициентом сопротивления температурному воздействию, при этом здесь тщательно учитывают экологические представления о материалах, их воздействие на человека. По этим критериям продукция нашего ростовского предприятия более чем конкурентоспособна. Энергоэффективные конструкции и системы существуют, но в силу своего консерватизма, российский и европейский строительный рынок на них реагирует очень вяло: стараются использовать промышленные образцы, в то время как сырье для производства безопасных биопозитивных материалов просто и доступно. Мой вывод: я – на правильном пути, европейский, мировой опыт экологического энергоэффективного строительства в скором времени будет актуален и в России.
Евгений Щербаков,
архитектор, Москва
Евгений Щербаков на фоне башни 30 St Mary Axe Нормана Фостера
– В Лондоне неизбежно испытываешь культурный шок: Олимпийский парк, старый и новый Сити, «Кристалл», переправа на фуникулере в новый шикарный район, объекты редевелопмента, стрит-арт, выставка экологического строительства... Хорошо, что команда участников поездки была подобрана так, что у нас была прекрасная возможность всесторонне обсудить увиденное и покритиковать его. На экскурсии в Инновационный парк BRE мы видели индивидуальные дома-победители британского конкурса разных лет (лучшими становятся те, за кого проголосует несколько десятков тысяч жителей Альбиона): во всех сделан акцент на решение проблемы энергопотребления – за счет разных приемов и проектных решений.
Цоколь башни 30 St Mary Axe Нормана Фостера. Фото Марины Игнатушко
В инновационном парке BRE. Фото Евгения Щербакова
У нас было не запланированное заранее, а обговоренное уже в Лондоне посещение архитектурной мастерской Дэвида Родена (DRA David Rodden Architects). Мне удалось поработать совместно с Дэвидом над концепцией проекта торгового комплекса Bullbridge в городе Жуковский. У британского архитектора уже было в портфолио несколько российских проектов, в том числе реализованный проект бизнеспарка NEOpolis в Новой Москве. И мне хотелось познакомить нашу делегацию с Дэвидом, показать стиль его работы и взгляды на развитие города. Меня потрясает графика его поисковых эскизов, методичность и точность, присутствующие на самых ранних стадиях проекта.
Марина Игнатушко,
журналист, архитектурный критик, председатель правления общественной организации «Открытая Стрелка», Нижний Новгород
Марина Игнатушко
– В Европе восхищает тактичность рекламы, качество городской среды и навигации, а, главное, ценности, которые города предъявляют как основополагающие. Вы сразу – на улицах, в транспорте – узнаете о всех важнейших выставках и спектаклях. Музеи – заполнены посетителями в любой день и час. Специально ездила смотреть район Докландс, который активно развивается с 1990-х, и готов подпитывать интерес еще не один год. В старом здании порта, где разгружали сахар, создан музей порта и района – современный и живой. На набережной стоит кран – уже декоративный – знак этого места. К слову, на противоположном берегу, где работает выставочный центр ExCeL London (по проекту Гримшо), декоративные краны выровнялись в целые шеренги, а перед выставочным порталом установлен памятник портовым рабочим. В Докландсе увидела и первый памятник Майклу фон Клемму – человеку, повлиявшему на концепцию развития этого нового финансового центра Лондона, потом уже на Сент-Панкрас – памятник поэту Джону Бетжемену, организовавшему кампанию в защиту старинного здания вокзала и в целом много сделавшему для сохранения викторианской архитектуры во 2-й половине XX века, когда ее памятники часто оказывались под угрозой сноса.
Докландс, среда. Фото Марины Игнатушко
Здание бывших складов – самое старое в районе. Сейчас в нем располагается музей, отель, магазины, рестораны и клубы. Фото Марины Игнатушко
Докландс – очень зелёный район: такого количества зеленого стекла больше в Лондоне нет нигде. Фото Марины Игнатушко
