Большой проект на фоне кризиса

Открывшаяся в январе 2015 Парижская Филармония остается недостроенной, а искажения проекта авторства Жана Нувеля – неисправленными. О причинах этого и текущем положении дел – Наталия Домина из Парижа.

Автор текста:
Наталия Домина

mainImg
0

На сайте Жана Нувеля здание Парижской Филармонии до сих пор отмечено как находящееся в процессе строительства. Довести до конца проект такого масштаба всегда непросто, но Филармония – это не просто амбициозный замысел архитектора, но еще и сражение, достойное эпоса. В этой битве сошлись мечта об архитектурном величии, государственные политические амбиции и финансовый прагматизм компаний-участниц. Парижская Филармония планировалась как исторический, а также важный лично для Нувеля проект, на который автор возлагал большие надежды. Но архитектор, как он сам выражается, стал жертвой вечно спешащих технократов, которые обезобразили его замысел.

Жан Нувель бойкотировал церемонию открытия Филармонии 14 января 2015 года на том основании, что она была преждевременной. В частности, фасад был сильно недоделан из-за сложностей, возникших с бельгийской фирмой Belgometal VN, ответственной за реализацию, и снятой со стройки после судебного разбирательства. При этом архитектора обвиняли со всех сторон. Изначальная «недооценка» проекта и вызванное этим стремительное разрастание бюджета привели к тому, что строительная компания, Bouygues, в сентябре 2013 года приняла ряд решений без согласования с автором проекта. В результате, в здании и на площади вокруг него возникло множество дефектов.

zooming
Парижская Филармония. Май 2015 © Нина Фролова
Парижская Филармония. Октябрь 2016. Фото © Наталия Домина
Парижская Филармония. Октябрь 2016. Фото © Наталия Домина
Парижская Филармония. Октябрь 2016. Фото © Наталия Домина
Парижская Филармония. Октябрь 2016. Фото © Наталия Домина



Парижская Филармония задумывалась как главный культурный объект при Николя Саркози и одна из компонентов плана Большого Парижа. Стоимость проекта по результатам архитектурного конкурса в 2006 была определена в районе 136 млн евро, а в 2012 речь шла уже о 386 миллионах. По оценкам, проведенным региональной Счетной Палатой (CRC) в 2015, финальная сумма составила 534,7 млн евро – что больше изначальной в четыре раза. В своем отчете Счетная палата пояснила, что ряд переоценок бюджета и задержка сроков строительства были вызваны неудачным управлением строительством, в чем вина многих участников. Чиновники CRC также выступили с критикой «неадекватного» способа финансирования парижской мэрией проекта такого типа. С этой целью город взял кредит у банка Société Générale в размере 158 млн евро с относительно небольшим процентом. Одновременно для покрытия возрастающих расходов мэрия создала ассоциацию, которая рассчитывалась государственными субсидиями. Финальная сумма составила 234,5 миллиона. После публикации отчета оппозиционные республиканцы обвинили городскую администрацию в «изначальном обмане по стоимости проекта» и создании ассоциативной структуры для скрытия реальной суммы долга.

Привлечение дополнительных государственных средств вызвало негативную реакцию и порицание со всех сторон. Ни государство (которое оплатило 45% проекта), ни город Париж (45%) или регион Иль-де-Франс (10%) не хотят сегодня возвращаться к этому вопросу. А в коридорах власти обвинения в происходящем сыпались на архитектора. Жан Нувель прослыл мировым рекордсменом по избыточному финансированию, человеком, который «презирает государственные деньги». Весной 2013 года Нувель предпринял попытку связаться с президентом, чтобы подать сигнал тревоги о ситуации с Филармонией, но двери Елисейского дворца перед ним не открылись, и встреча с Франсуа Олландом не произошла. Тем временем, продолжилось осуждение Нувеля как поэта или эстета-перфекциониста, которому без конца необходимо что-то менять, тогда как причины проблем лежали совсем в другой области.

Так, заказчики в лице правительства и мэрии доверили управление проектом частной компании, обходя закон о контроле общественных работ (MOP). В ходе строительства компания Bouygues проводила работы без утвержденных архитекторами чертежей. Это нарушение закона, на которое заказчики намеренно закрыли глаза, ограничив процесс проверки максимальным сроком в 14 дней, и архитекторы, работавшие на стройке, не поспевали утверждать все растущее количество документов, а по истечении 14 дней строительные компании имели право самостоятельно принимать решения. Для команды Нувеля посещение объекта было источником постоянных «сюрпризов»: в ходе стройки неожиданно появлялись элементы, не фигурировавшие в проекте. К примеру, на стройке были обнаружены бетонные блоки с 800 отверстиями, которые были отлиты слишком быстро. Металлические балки, поддерживающие потолок Большого зала, не подходили для размещения на них подвесных акустических панелей – «облаков». Все эти неисправности были виной руководства Филармонии, которая намеренно отстранила архитекторов от контроля за строительством с целью как можно быстрее закончить проект.
Парижская Филармония. Октябрь 2016. Фото © Наталия Домина
Парижская Филармония. Октябрь 2016. Фото © Наталия Домина
Парижская Филармония. Октябрь 2016. Фото © Наталия Домина
Парижская Филармония. Октябрь 2016. Фото © Наталия Домина
Парижская Филармония. Октябрь 2016. Фото © Наталия Домина

«Я хочу обличить то ужасающее линчевание, жертвой которого я стал, – заявляет Жан Нувель журналу Figaro. – Я остался капитаном корабля, несмотря на отсутствие возможности быть у руля». Важно отметить, что больше всего критиковавшиеся компоненты проекта Филармонии – доступ публики на крышу здания (осуществлен не до конца и открыт только в сентябре 2016 года), закручивающийся воронкой фасад, световая афиша на фасаде (экран теперь помещен с другой стороны и мало заметен) и деревянная отделка Большого зала – составили лишь порядка 6 процентов от общего бюджета.
Парижская Филармония. Октябрь 2016. Фото © Наталия Домина
Парижская Филармония. Октябрь 2016. Фото © Наталия Домина

«Мы изначально стартовали с неверной стоимостью постройки, – поясняет Жан Нувель. – Это французская болезнь, которая заключается в недооценке крупных государственных проектов». Показательно, что конкурсный проект Филармонии Захи Хадид, которая указала более реалистичный, как показало время, бюджет в 300 млн евро, даже не был принят к рассмотрению членами жюри – именно из-за якобы чрезмерной стоимости.

Одной из ключевых потерь этого проекта стал для Жана Нувеля уход из бюро его главного партнера и ответственного за финансовые дела – Мишеля Пелиссье. Именно он спас Нувеля от банкротства в 1990-х годах и обеспечил ему процветание в течение последующих 20 лет. Он предпочел уйти в декабре 2012 года, нежели участвовать в строительстве, из-за сложных отношений с менеджером проекта Парижской Филармонии – Патрисом Жанюэлем. Несмотря на то, что Нувель и Жанюэль уже построили один совместный проект, Музей на набережной Бранли, в этом случае отношения испортились до такой степени, что дирекция Филармонии пыталась разорвать контракт с архитектором. Конфликт начался с подписания договора, где сумму гонорара архитектора определили под давлением Жанюэля. «Мне навязали сумму гонорара, объясняя, что, если я откажусь, на мое место придет Ренцо Пьяно», – вспоминает Нувель. На любые предложения архитектора о пересмотре сроков строительства и размера бюджета, Жанюэль отвечал жестким отказом. Вести переговоры с менеджером Филармонии архитектор послал своего партнера и друга, Мишеля Пелиссье, который не совершил чуда, добившись только небольшого повышения бюджета. Нувель упрекает Пелиссье в сговоре с дирекцией Филармонии. «Нам было выплачено 12,5% от 118 миллионов, это низкий процент для такой стройки, он должен составлять 16% или 17%», ­– рассказывает архитектор. Одновременно с этим заказчики лице Министерства культуры и Мэрии Парижа хотели сохранить отношения и залатать дыры в тонущем корабле. Строительство продвигалось медленно, так как необходимо было найти компромисс между урезанным государственным бюджетом, борьбой за качество, которую вели архитекторы, интересами тяжеловесного консорциума занятых на строительстве компаний и капризами погоды.

В слове «филармония» проступают два составляющих понятия: «любить» – phileo и «гармония» – harmonia. Нувель использует эту метафору в сопроводительном тексте к проекту, описывая его как игру «последовательных гармоний» с городом, с парком Ла-Виллет, с «Музыкоградом» (Cité de la Musique Кристиана де Портзампарка) и окружной автодорогой. Гармония со освещением Парижа, где «луч света в серых облаках, дождь... Архитектура как композиция дозированных отражений, бликов, созданная плавным рельефом, материализующаяся в поверхности мостовых, облицованных алюминием с рисунком в стиле эшеровской графики», – так описывает свой проект Нувель. Здание покрыто снаружи 340 тысячами алюминиевых «птиц», облицовка которыми так еще полностью и не закончена.


Парижская филармония © Ateliers Jean Nouvel
zooming
Парижская Филармония. Май 2015 © Нина Фролова
Парижская Филармония. Октябрь 2016. Фото © Наталия Домина



Нувель задумывал Филармонию не как отдельную постройку, а как здание-холм в Ла-Виллетт, которое является продолжением парка. Это своего рода искусственная гора, бельведер, на который можно подняться, как на смотровую площадку, чтобы на 37-метровой высоте обозревать круговую панораму города. Отсюда возникает уникальная перспектива на северо-восточную часть Парижа, где купол Дома Инвалидов, Эйфелева башня, холм Монмартр и церковь Сакре-Кёр вступают в визуальный диалог с современными постройками пригорода. Идея искусственного холма перекликается с другим известным столичным парком – Бют-Шомон, а также продолжает мысль Бернара Чуми, автора Ла-Виллетт, о горизонтальных укрытиях.

Филармония расположена на востоке Парижа, на самой границе между городом и пригородами, и, по замыслу Нувеля, должна объединять внутри себя разные слои населения. Цифровой экран, интегрированный в фасад здания Филармонии – должен был анонсировать концерты со стороны окружной автодороги – Бульвара Периферик, привлекая публику парижских пригородов. Сейчас он помещен на уровне земли у главного входа и мало заметен.
Парижская Филармония. Октябрь 2016. Фото © Наталия Домина

Большой Зал Филармонии, рассчитанный на 2400 слушателей, заслуживает отдельного внимания. Он планировался как грандиозное пространство, представляющее собой новейшее достижение в области акустики и способное принять крупнейшие симфонические оркестры мира. В то же время, он отразил стремление города Парижа и французского государства получить мировой статус среди концертных залов для академической музыки. «Между дирижером и самым дальним слушателем – всего 32 метра! Сложно представить что-то лучше этого во всем мире», – с энтузиазмом восклицает Лоран Бейл, нынешний директор Филармонии.
zooming
Парижская Филармония. Большой зал. Февраль 2016. Фото: BastienM. Лицензия Créative Commons Attribution-Share Alike 4.0 International



Для реализации этого проекта Нувель заручился поддержкой ведущих международных специалистов по акустике, новозеландского исследователя звука Харольда Маршалла и японского инженера Ясухисы Тоёта.

Архитектор, имя которого забывают упомянуть при рассказе о строительстве Филармонии – Бриджит Метра, автор проекта Большого зала. Эта работа обернулась для нее тем, что она оказалась на грани банкротства, а ее архитектурные планы были использованы без ее согласия строительной компанией. Метра еще до разбирательств Нувеля подавала в суд на фирму по обработке дерева, укравшую ее разработки, а полный гонорар ей так и не был выплачен.

Важно подчеркнуть, что главным инициатором создания Парижской Филармонии был французский композитор Пьер Булез, скончавшийся в январе 2016 года. Он вспоминал о борьбе, которую он вел более 30 лет за создание во французской столице полноценного концертного зала для симфонического оркестра, и ее причинах: «В Париже мы играли музыку, в основном, в театрах – Шатле или Елисейских полей. Концертный зал Плейель, построенный в 1920-х годах, был полным акустическим провалом».

В 80-е годы Булез мечтал воспроизвести в Париже нью-йоркский Линкольн-центр, где будут объединены театр, опера и филармония. Этим проектом стал «Музыкоград», построенный для парка Ла-Виллетт Кристианом де Портзампарком, только в значительно меньшем, чем планировал композитор, масштабе. Туда вошли только зал на 800 человек, консерватория и ресторан. Портзампарк надеялся, что, наконец, сможет завершить свой проект, выиграв конкурс на Филармонию, но для красивой истории создания «шедевра» прошлые неудачи не подходят. Архитектор был выбран членом жюри, что исключало его участие в конкурсе, тем не менее, он настоял на этой возможности – и проиграл.

Большой концертный зал был запланирован в проекте «Оперы Бастилии»: это была политическая идея Франсуа Миттерана о создании оперы для народа. По мнению Булеза, это был очередной музыкальный провал, так как театр был построен слишком быстро. Президент Франции очень торопился, чтобы открытие «Опера Бастий» совпало с празднованием двухсотлетия Великой французской революции 13 июля 1989. Булез с разочарованием рассказывал: «Когда приходится прогибаться под временные ограничения политиков, мы теряем основной смысл проекта. Акустика получилась неудачной. В зале «Оперы Бастилии» мы не слышим певцов». И в течение еще многих лет Пьер Булез пытался донести до властей и общества очевидное: если Париж хочет участвовать в международной музыкальной жизни, современным оркестрам нужна большая Филармония.

Эта предыстория создания постройки Нувеля многое объясняет, как своего рода пролог к неудачной судьбе большого проекта. Однако то, что произошло, совсем не ново: достаточно вспомнить схожие проекты других крупных архитекторов: «вечную», до сих пор не завершившуюся стройку Эльбской Филармонии в Гамбурге Херцога и де Мёрона или Концертный зал Уолта Диснея Фрэнка Гери в Лос-Анджелесе с его невероятно разросшимся бюджетом.

Открытие Парижской Филармонии в январе 2015 совпало с тяжелым моментом для Франции – террористическим актом в редакции Charlie Hebdo. Поэтому Жан Нувель не стал тогда активно выступать с обвинительными заявлениями в прессе, рассказывая о сложных условиях, в которых пришлось работать, и лишь позже вернулся к этому вопросу. Подавая иск в Высший областной суд Парижа, архитектор требовал не денежную компенсацию, а реконструкцию постройки, приведение ее в соответствие с изначальными планами. В противном случае Нувель отказывался от авторства, запрещая упоминать себя как архитектора Парижской Филармонии. Иск касался 26 расхождений с проектом, которые, по мнению автора, являются важными структурообразующими компонентами здания. Это измененный без разрешения архитектора облицовочный материал внутренней оболочки концертного зала, парапеты, отдельные части фасада и прогулочная зона вокруг постройки. Так же архитектор обвинил Филармонию в том, что без его согласия была изменена общая геометрия фойе, а стены, как мы видим сегодня, остались без облицовки в виде вполне аскетичного бетона. Несмотря на это, 16 апреля 2015 года решение суда по делу Парижской Филармонии было для Нувеля отрицательным.

На обвинения в свой адрес и отказ принимать всерьез его доводы архитектор отвечает: «Ситуация предельно проста. Строительство Филармонии продвигалось без моего участия. Указания, данные строительным компаниям, не были согласованы со мной. Я был намеренно исключен [из процесса]. Все это было сделано с целью закончить проект как можно быстрее в ущерб качеству, но в угоду нереалистичному строительному графику. Мы потеряли деньги. Проект Филармонии был слишком низко оценен с самого сначала. За это мы расплачиваемся сегодня. Политики должны это знать и понимать последствия [своих действий]».То, что произошло с Филармонией, до сих пор сильно вредит имиджу архитектора. Проект реконструкции Музея искусства и истории в Женеве, над которым он работал с 1998, был выставлен прошлой зимой – перед началом реализации – на голосование горожан (в случае бюджетных проектов так по закону следует делать в Швейцарии). Женевцы проголосовали против проекта, в том числе – из-за карикатурного плаката, на котором художник изобразил архитектора в виде вампира Носферату, тянущего когти к деньгам. Плакат испугал горожан, напомнив историю с Филармонией.


«НЕТ разрушительному проекту в 140 миллионов. Спасем музей искусства и истории». Агитационный плакат к голосованию по проекту реконструкции музея в Женеве. Печатная мастерская Duo D′Art. Художник Exem
«Разоренные общественные финансы. НЕТ неудачному, дорогостоящему, неуважительному проекту!». Агитационный плакат к голосованию по проекту реконструкции музея в Женеве. Печатная мастерская Sericos



Является ли Жан Нувель виновником сокрытия фактической стоимости строительства политиками из тактических соображений – сложно сказать однозначно. Часто замаскированная политическая реальность определяет работу архитекторов, которые вынуждены принимать эти правила игры, чтобы выжить в профессии. Участники этого проекта, в том числе и руководители государства со своими амбициями и французской традицией увековечивать свое имя в большом сооружении, наверняка догадывались о сложностях реализации и недостаточном бюджете. Архитектор тоже понимал все это еще до того, как ввязался в эту игру, и заручился поддержкой мэра Парижа и министра культуры. Но Нувель совсем не считает себя виноватым: даже если он участвовал в изначальной «недооценке» проекта, все это происходило внутри системы, построенной на обмане. Когда в мае 2013 журналисты задали инспектору по финансам, Пьеру Антено, вопрос «Как государство могло недооценить проект до такой степени?», он ответил: «Это шулерская игра в покер. Низкая цена закладывается изначально, все знают при этом, что в любом случае ожидается перерасход. Это сделано, чтобы не махать красной тряпкой перед Министерством экономики, Берси (которое голосует по вопросу принятия проекта – прим. Н.Д.). А в дальнейшем государство заставляет архитекторов и компании-подрядчики урезать бюджеты».

«Я буду бороться до конца за достоинство Филармонии… архитектура – это каждодневная борьба,» – заявляет Нувель, продолжая безуспешно отстаивать в суде не только свою репутацию, которая уже изрядно пострадала, но также и социальный статус профессии. «Уже более тридцать лет, как архитекторы потеряли возможность влиять на ситуацию в стране. Мы не несем ответственности как за стройку, так и за сами проекты. В наши дни мы больше ничего не решаем, – разочарованно говорит архитектор, – за нас это делают строительные компании». При этом представитель главной строительной компании Филармонии – Bouyges – Жан-Франсуа Шейдт с гордостью рассказывает о том, что именно Нувель подтолкнул их инженеров к развитию уникальных профессиональных навыков, к более широкому использованию цифровых технологий, дав им возможность в рамках сложного авторского проекта повысить квалификацию.

Сегодня строительство Филармонии официально считается законченным. За последний год в прессе появлялись исключительно восторженные отзывы, а ажиотаж вокруг конфликта поутих. Несмотря на то, что здание по-прежнему требует дополнительных средств для окончательного его завершения, суд не принимает доводы архитектора: якобы, у его иска – недостаточно оснований. Но, как недавно заявил Жан Нувель, «это вопрос времени». В противном случае, считает он, постройку можно будет считать неудавшейся.
Парижская Филармония. Октябрь 2016. Фото © Наталия Домина
Парижская Филармония. Октябрь 2016. Фото © Наталия Домина
Парижская Филармония. Октябрь 2016. Фото © Наталия Домина
Парижская Филармония. Октябрь 2016. Фото © Наталия Домина
Парижская Филармония. Октябрь 2016. Фото © Наталия Домина
Парижская Филармония. Октябрь 2016. Фото © Наталия Домина
Парижская Филармония. Октябрь 2016. Фото © Наталия Домина
Парижская Филармония. Октябрь 2016. Фото © Наталия Домина
Парижская Филармония. Октябрь 2016. Фото © Наталия Домина
Парижская Филармония. Октябрь 2016. Фото © Наталия Домина
Парижская Филармония. Октябрь 2016. Фото © Наталия Домина

19 Октября 2016

Автор текста:

Наталия Домина
Похожие статьи
Архитектурная модернизация среды жизнедеятельности:...
Публикуем полный текст первой книги коллективной монографии сотрудников НИИТИАГ. Книга посвящена разным аспектам обновления рукотворной среды, как городской, так и сельской, как древности, так и современной архитектуре, в частности, в ней есть глава, посвященная Николасу Гримшо. В монографии больше 450 страниц.
Поддержка архитектуры в Дании: коллаборации большие...
Публикуем главу из недавно опубликованного исследования Москомархитектуры, посвященного анализу практик поддержки архитектурной деятельности в странах Европы, США и России. Глава посвящена Дании, автор – Татьяна Ломакина.
Сколько стоил дом на Моховой?
Дмитрий Хмельницкий рассматривает дом Жолтовского на Моховой, сравнительно оценивая его запредельную для советских нормативов 1930-х годов стоимость, и делая одновременно предположения относительно внутренней структуры и ведомственной принадлежности дома.
Конкурсный проект комбината газеты «Известия» Моисея...
Первая часть исследования «Иван Леонидов и архитектура позднего конструктивизма (1933–1945)» продолжает тему позднего творчества Леонидова в работах Петра Завадовского. В статье вводятся новые термины для архитектуры, ранее обобщенно зачислявшейся в «постконструктивизм», и начинается разговор о влиянии Леонидова на формально-стилистический язык поздних работ Моисея Гинзбурга и архитекторов его группы.
От музы до главной героини. Путь к признанию творческой...
Публикуем перевод статьи Энн Тинг. Она известна как подруга Луиса Кана, но в то же время Тинг – первая женщина с лицензией архитектора в Пенсильвании и преподаватель архитектурной морфологии Пенсильванского университета. В статье на примере девяти историй рассмотрена эволюция личностной позиции творческих женщин от интровертной «музы» до экстравертной креативной «героини».
Бетонный Мадрид
Новая серия фотографа Роберто Конте посвящена не самой известной исторической странице испанской архитектуры: мадридским зданиям в русле брутализма.
Реновация городской среды: исторические прецеденты
Публикуем полный текст коллективной монографии, написанной в прошедшем 2020 году сотрудниками НИИТИАГ и посвященной теме, по-прежнему актуальной как для столицы, так и для всей страны – реновации городов. Тема рассмотрена в широкой исторической и географической перспективе: от градостроительной практики Екатерины II до творчества Ричарда Роджерса в его отношении к мегаполисам. Москва, НИИТИАГ, 2021. 333 страницы.
Леонидов и Ле Корбюзье: проблема взаимного влияния
Памяти Юрия Павловича Волчка. Статья готовилась к V Хан-Магомедовским чтениям «Наследие ВХУТЕМАС и современность». В ней рассматривается проблема творческого взаимодействия Ле Корбюзье и Ивана Леонидова, раскрывающая значение творчества Леонидова и школы ВХУТЕМАСа, которую он представляет, для формирования основ формального языка архитектуры «современного движения».
Неизвестный проект Ивана Леонидова: Институт статистики,...
Публикуем исследование архитектора Петра Завадовского, обнаружившего неизвестную работу Ивана Леонидова в коллекции парижского Центра Помпиду: проект Института статистики существенно дополняет представления о творческой эволюции Леонидова.
Ключевое слово: «телеработа»
Архитекторы, профильные СМИ и вузы по всему миру реагируют на ситуацию пандемии, пытаясь обезопасить сотрудников и студентов, сохранив учебный и рабочий процесс. Говорим с руководителями нескольких московских бюро об их планах удаленной работы, а также рассказываем, как реагируют на эпидемию архитекторы мира.
Чандигарх: фрагменты модернистской утопии
Публикуем фотографии и эссе Роберто Конте об архитектуре Чандигарха – от прославленного Капитолия Ле Корбюзье до менее известных жилых домов, кинотеатров, вузовских корпусов авторства его соратников и последователей.
Идентичность в типовом
Архитекторы из бюро VISOTA ищут алгоритм приспособления типовых домов культуры, чтобы превратить их в общественные центры шаговой доступности: с устойчивой финансовой программой, актуальным наполнением и сохраненной самобытностью.
Технологии и материалы
Формула надежности. Инновационная фасадная система...
В компании HILTI нашли оригинальное решение для повышения надежности фасадов, в особенности с большими относами облицовки от несущего основания. Пилоны, пилястры и каннелюры теперь можно выполнять без существенного увеличения бюджета, но не в ущерб прочности и надежности
МасТТех: успехи 2022 года
Кроме каталога готовой продукции, холдинг МасТТех и конструкторское бюро предприятия предлагают разработку уникальных решений. Срок создания и внедрения составляет 4-5 недель – самый короткий на рынке светопрозрачных конструкций!
ROCKWOOL: высокий стандарт на всех континентах
Использование изоляционных материалов компании ROCKWOOL при строительстве зданий и сооружений по всему миру является показателем их качества и надежности.
Как применяется каменная вата в знаковых объектах для решения нетривиальных задач – читайте в нашем обзоре.
Кирпичное узорочье
Один из самых влиятельных и узнаваемых стилей в русской архитектуре – Узорочье XVII века – до сих пор не исчерпало своей вдохновляющей силы для тех, кто работает с кирпичом
NEVA HAUS – узорчатые шкатулки на Неве
Отличительной особенностью комплекса NEVA HAUS являются необычные фасады из кирпича: кирпич от «ЛСР. Стеновые» стал материалом, который подчеркивает индивидуальность каждого из корпусов нового комплекса, делая его уникальным.
Керамические блоки Porotherm – 20 лет в России
С 2023 года Wienerberger отказывается от зонтичного бренда в России и сосредотачивает свои усилия на развитии бренда Porotherm. О перспективах рынка и особенностях строительства из керамических блоков в интервью Архи.ру рассказал генеральный директор ООО «Винербергер Кирпич» и «Винербергер Куркачи» Николай Троицкий
Латунный трек
Компания ЦЕНТРСВЕТ активно развивает свою премиальную трековую систему освещения AUROOM, полностью выполненную из благородной латуни.
Обучение через игру: новый тренд детских площадок
Компания «Новые горизонты» разработала инновационный игровой комплекс, который ненавязчиво интегрирует в ежедневную активность детей разного возраста познавательную функцию. Развитие моторики, координации и социальных навыков теперь дополняет знакомство с научными фактами и явлениями.
Живая сталь для архитектуры
Компания «Северсталь» запустила производство атмосферостойкой стали под брендом Forcera. Рассказываем о российском аналоге кортена и расспрашиваем архитекторов: Сергея Скуратова, Сергея Чобана и других – о востребованности и возможностях окисленного металла как такового. Приводим примеры: с ним и сложно, и интересно.
Нестандартные решения для HoReCa и их реализация в проектах...
Каким бы изысканным ни был интерьер в отеле или ресторане, вся обстановка в прямом смысле слова померкнет, если освещение организовано неграмотно или использованы некачественные источники света. Решения от бренда Arlight полностью соответствуют этим требованиям.
Инновации Baumit для защиты фасадов
Австрийский бренд Baumit, эксперт в области фасадных систем, штукатурок и красок, предлагает комплексные системы фасадной теплоизоляции, сочетающие технологичность и широкие дизайнерские возможности
Optima – красота акустики
Акустические панели Armstrong Optima от Knauf Ceiling Solutions – эстетика, функциональность и широкие возможности использования.
Кирпичный модернизм
​Старший научный сотрудник Музея архитектуры им. А.В. Щусева, искусствовед Марк Акопян – о том, как тысячелетняя строительная история кирпича в XX веке обрела новое измерение благодаря модернизму. Публикуем тезисы выступления в рамках семинара «Городские кварталы», организованного компанией «КИРИЛЛ» и Кирово-Чепецким кирпичным заводом
Из чего сделан фасад дома-победителя «Золотого Трезини»?
Для реконструкции и нового строительства в исторической части Васильевского острова архитекторы бюро «Проксима» использовали кирпич Terca Stockholm концерна Wienerberger и фасадную плитку ZEITLOS от Stroeher. Материалы поставила компания «Славдом».
Delabie ставит на черный
Компания Delabie представляет линейку сантехнических изделий Black Spirit, выполненных в матовом черном покрытии. В нее вошли как раковины, смесители и унитазы, так и многочисленные аксессуары, позволяющие добиться эффекта total black.
Мода на плинфу
Коммерческий директор Кирово-Чепецкого кирпичного завода Данил Вараксин в рамках семинара «Городские кварталы» представил архитекторам российский кирпич ригельного формата
Строительный атом архитектуры
В рамках семинара «Городские кварталы» архитектор Роман Леонидов проследил историю кирпичного строительства от древнего Вавилона до наших дней.
Сейчас на главной
Архитектор как граффити
В Нижнем Новгороде провели конкурс и реализовали победивший проект граффити в честь Александра Харитонова. Оно разместилось на улице архитектора, в арке между первой и второй очередью банка Гарантия. Илья Сакович – о конкурсе, граффити, Александре Харитонове.
Фанера над Парижем
Небольшой корпус социального жилья, построенный бюро Mobile Architectural Office в 10-м округе Парижа, выполнен из панелей клеёной древесины. Проект получился недорогим, экологичным и был реализован в кратчайшие сроки.
Зал торжеств
Недостроенный кинотеатр при санатории «Русь» в Геленджике архитекторы Fox Group Interiors превратили в конгресс-холл, где можно проводить мероприятия разной степени торжественности: от свадеб до бизнес-завраков и детских праздников.
Кристалл квартала
Типология и пластика крупных жилых комплексов не стоит на месте, и в створе общеизвестных решений можно найти свои нюансы. Комплекс Sky Garden объединяет две известные темы, «набирая» гигантский квартал из тонких и высоких башен, выстроенных по периметру крупного двора, в котором «растворен» перекресток двух пешеходных бульваров.
Градсовет Петербурга 25.01.2023
Для Пироговской набережной «Студия 44» предложила белоснежный дом с тремя ризалитами и каскадом террас. Эксперты разбирались, что в проекте перевешивает: вид на воду или критическая близость к шестиполосной магистрали.
Парк железнодорожников
После реконструкции районный парк Уфы получил больше площадок и сценариев отдыха, в их числе – терапевтический сад для людей с ограниченными возможностями и смотровая площадка. Дизайн малых архитектурных форм отсылает к железнодорожной станции Дёма.
Умер Балкришна Доши
В возрасте 95 лет скончался индийский архитектор Балкришна Доши, лауреат Притцкеровской премии, сотрудник Ле Корбюзье и Луиса Кана.
Ландшафтная мимикрия
Массимо Альвизи и Дзюнко Киримото реконструировали виллу на севере Италии. Их минималистичный средовой проект одновременно традиционен и современен, став при этом неотъемлемой частью пейзажа.
Искусство чтения
«Хора» продолжает «библиотечную» серию: по проекту бюро пространство антресольного этажа Западного крыла Новой Третьяковки преобразовалось в книжную гостиную. Сюда можно прийти почитать или поработать без билета или абонемента.
«Звездное облако»
В Чэнду строится музей научной фантастики по проекту Zaha Hadid Architects: проектирование началось в 2022, а уже летом 2023-го он примет церемонию вручения международной премии Hugo – самой важной в области фантастики и фэнтези.
Солнце, воздух и вода
По проекту ПИ «АРЕНА» завершилось строительство «Солнечного» – нового и самого большого лагеря в составе «Артека». Он был задуман еще в советские годы, но не был реализован. Современный вариант удивляет сложными инженерными решениями, которые сочетаются с ясной структурой: вместе они порождают пространства сродни эшеровским.
Ар-деко на границе с Космосом
Конкурсный проект Степана Липгарта – клубный дом сдержанно-классицистической стилистики для участка в близком соседстве со зданием Музея космонавтики в Калуге – откликается и на контекст, и на поставленную заказчиком задачу. Он в меру респектабален, в меру подвижен и прозрачен, и даже немного вкапывается в землю, чтобы соблюсти строгие высотные ограничения, не теряя пропорций и масштаба.
Природные оттенки
Кровля и фасады виллы на побережье Нидерландов по проекту Mecanoo полностью облицованы глазурованной плиткой голубых, серых и зеленых оттенков.
Выбрать курс
В Ульяновске завершился конкурс на развитие бывшей территории Суворовского военного училища. В финал вышли три консорциума, сформированные из местных организаций и столичных бюро: Asadov, ТПО ПРАЙД и TOBE architects. Показываем все три предложения.
Сопка за стеной
Мастер-план микрорайона в Южно-Сахалинске, разработанный Институтом генплана Москвы при участии Kengo Kuma & Associates, основан на сложностях и преимуществах рельефа предгорья: дома располагаются каскадами, а многоуровневое благоустройство пронизывает все кварталы и соединяется с лесными тропами.
Сохранить модернистское здание вокзала города Владимира!
Открываем сбор подписей под открытым письмом директора Музея архитектуры Елизаветы Лихачевой и архитектора Сергея Чобана в защиту модернистского здания вокзала города Владимира, которому сейчас угрожает реконструкция с обезличиванием, и всех памятников модернизма в целом – авторы призывают поставить их на охрану как федеральные ОКН. Поддерживаем инициативу, эти здания, действительно, давно пора поставить на охрану.
На лучезарном острове
Wyndham Clubhouse, построенный по проекту вьетнамского бюро MIA Design Studio на курортном острове Фукуок, мыслился как гигантский уютный светильник с узорчатыми кирпичными стенами в качестве абажура.
Лоу-тек для музея
Бюро gmp выиграло конкурс на проект реконструкции и расширения гипсоформовочной мастерской Государственных музеев Берлина – крупнейшей в мире. Слепки скульптур производятся здесь уже более 200 лет.
День и ночь в лесу
Гастробар в Калининграде, в оформлении которого архитекторы Line Design использовали настоящие природые объекты: стволы и ветви сосен, залитые в эпоксидную смолу папоротники, песок Балтийского моря и ковер из мха.
Белое внутри
Обновленный по проекту бюро ГОРА интерьер филармонии имени Ростроповича в Кремле Нижнего Новгорода – белый и текучий, – по словам архитекторов, как мелодия. Он действительно стал ощутимо свежее и современнее, проявил и усилил достоинства, заложенные при реконструкции 1960-х, добавив современной цельности, пластичности и медитативности.
Планета Шехтель
Под занавес ушедшего года в издательстве «Русский импульс» увидела свет книга «Мироздание Фёдора Шехтеля», составленная Людмилой Владимировной Сайгиной – научным сотрудником Музея архитектуры, на протяжении многих лет изучающим биографию и творчество корифея московского модерна. Иначе говоря, под обложкой 640-страничного издания представлен материал, собранный в ходе исследования, ставшего делом всей жизни. Это дорогого стоит, хотя издание подкупает демократичностью исполнения и ценой.
Памяти Виктора Быкова
Ушел из жизни Виктор Филиппович Быков – яркий представитель Нижегородской архитектурной школы, лучшего ее периода. Заслуженный архитектор Российской Федерации, лауреат престижных международных конкурсов и премий Нижнего Новгорода. Талантливый и эмоциональный человек, остро откликавшийся на вызовы времени.
2022: что говорят архитекторы
Мы долго сомневались, но решили все же провести традиционный опрос архитекторов по итогам 2022 года. Год трагический, для него так и напрашивается определение «слов нет», да и ограничений много, поэтому в опросе мы тоже ввели два ограничения. Во-первых, мы попросили не докладывать об успехах бюро. Во-вторых, не говорить об общественно-политической обстановке. То и другое, как мы и предполагали, очень сложно. Так и получилось. Главный вопрос один: что из архитектурных, чисто профессиональных, событий, тенденций и впечатлений вы можете вспомнить за год.
Nunc est bibendum*
В Казани объявлены победители «Кирпичного конкурса», организуемого петербургским журналом «Проект Балтия» и компанией Архитайл. Гран-при получил глубокий, во многих отношениях, проект, авторы которого предложили Петербургу сеть подземных виноделен с окошками, торгующими вином по всему городу. Показываем 5 проектов-победителей и еще один, который нам понравился.
Тарелка крыжовника
Вариант дачи, родившийся из заказа на дом для трудников монастыря XIV века: барская усадьба, старорусские мотивы и современная интерпретация остекленной веранды.