Александр Попов и Дмитрий Васильев: «Эпоха «дискомфорткласса» закончилась. Пришло время изменить наши города»

Основатели киевского бюро «АРХИМАТИКА» пытаются менять жилую среду городов на постсоветском пространстве с помощью недорогих, но ярких, атмосферных и очень позитивных объектов. Они рассказали Архи.ру о своих поисках реальной альтернативы унылому наследию спальных микрорайонов.

08 Декабря 2015

Интервью

Строительство Архитектура

Архи.ру:
– Вы давно работаете вместе?

Александр Попов:
Мы оба закончили Киевский Национальный Университет Строительства и Архитектуры (раньше он назывался Киевский Инженерно-строительный институт). Даже на одной кафедре учились – на кафедре архитектурной квалиметрии (методика количественной оценки качества, см. определение – прим.ред). Я выпускник 1999 года, Дмитрий – 2003. А уже в 2005 году мы организовали собственное бюро – «Архиматика». Наука квалиметрия научила нас оценивать объекты не только с эстетической и художественной точек зрения, но и анализировать количественные показатели. Этот подход мы активно реализуем на практике, так что спасибо преподавателям за хорошую школу.

– Трудно было молодым архитекторам зарекомендовать себя?

А.П.: Если считать трудностями «преодоление стен непонимания, недоверия и предрассудков», то пожалуй этого нам, к счастью, испытать не пришлось – конечно, мы очень много работали, иногда сутками, и не всегда все получалось с первого раза, но когда придумывали архитектурное решение, которое нам самим нравилось – почти всегда удавалось убедить в нём заказчика и городские власти. Мне кажется, ключом к нашему дальнейшему развитию послужил щедрый кредит доверия заказчиков, который мы тогда получили – когда у нас еще не было портфолио успешных реализаций, и единственным нашим активом были идеи и огромное желание их реализовать, нам просто поверили. Я бы хотел отдельно упомянуть среди наших заказчиков руководителя компании-застройщика «К.А.Н. Девелопмент», Игоря Никонова, который рискнул доверить молодой команде большой и ответственный объект – жилой комплекс «Паркове місто» в Киеве. Проект действительно крупный: почти 500 000м² на территории 13 гектаров + ланшафтный парк 4,3 га. Нам удалось убедить заказчика, что городу необходима свежая струя и что смелый, яркий проект будет, во-первых, востребован рынком и финансово успешен, а во-вторых, абсолютно реализуем. Собственно, в процессе работы над ним окончательно оформились основные жизненные принципы бюро «АРХИМАТИКА». Никаких откровений, все вполне очевидно: во главу угла ставится создание комфортной для человека среды.

Добиться этого помогают пять основных составляющих. Прежде всего это качественная, выразительная, сомасштабная человеку архитектура. Дом должен быть архитектурной проекцией «я» своего жителя, его презентацией, объектом, которым хочется гордится, показывать фотографии друзьям: «я живу в этом доме, который мне нравится, который отличается от других, и выражает то, что с чем я хочу себя идентифицировать, и назвать этот дом своим».

У меня есть немного шутливый, но серьёзный по сути тезис, что человек должен без труда найти окно своей квартиры на фасаде. Живя в стандартном спальном микрорайоне (построенном не по нашему проекту), я как-то попробовал выйти на улицу и помахать жене рукой. Я, конечно, смог вычислить расположение собственного окна на фасаде большого 25-этажного дома, но только благодаря архитектурному образованию, вспомнив компоновку этажей и оценив расположение балконов. На самом деле дать человеку возможность идентифицировать свой подъезд или даже дом не так сложно – это, собственно, и есть работа архитектора: «игры» с цветом, формой, текстурой, отделкой, пластикой фасада.

zooming — Александр Попов и Дмитрий Васильев © Архиматика

Вторая обязательная составляющая комфорта – внутренний закрытый пешеходный благоустроенный зелёный двор. Типовая застройка микрорайонов, к сожалению, практически уничтожила это важнейшее явление. Нас буквально отучили от дворов. Сегодня микрорайонной застройке ищут альтернативу, причем наблюдаем мы этот процесс не только в Киеве, не только в Москве и Санкт-Петербурге, но в любом городе бывшего СССР: Минске, Львове, Новосибирске, Астане и т.д. Полу-частное пространство зелёного, пешеходного двора – обязательное удобство, которое человек должен приобретать вместе с квадратными метрами жилья. В комплексе «Паркове місто» мы, с одной стороны, для каждой жилой секции организовали пешеходный жилой двор с детскими площадками и местами отдыха, а с другой стороны – сервисный, проезжий двор, куда возможен доступ машин. И соответственно предусмотрели два входа в каждую жилую секцию – со стороны сервисного двора и пешеходного.

Среди безусловных достоинств жилого комплекса «Паркове місто» важно также упомянуть расположенный на территории ландшафтный парк «Кристерова Горка» с прекрасными каскадами озер. По согласованию с девелопером «КАН Девелопмент» и инвестором, компанией «UDP», он был приведён в порядок, благоустроен и открыт для посещений даже раньше первой очереди жилых корпусов. Такая «визитная карточка» позволила привлечь внимание людей и сохранить уровни продаж даже в условиях экономического кризиса 2009 года. Когда многие стройки останавливались, не получая рефинансирования от продажи квартир, мы продолжали работать и успешно продавали квартиры именно потому, то люди оценили совершенно новое качество организации среды.

Следующий пункт нашего понимания комфорта – правильно организованные общественные пространства дома: вестибюли и межквартирные коридоры. Маршрут, по которому каждый житель дома проходит минимум два раза в день, должен проходить через дизайнерский интерьер, а не через тоскливо-утилитарный туннель с нагромождениями инженерных «вынужденностей», происходящих от нежелания архитекторов и инженеров подумать лишний раз над прокладкой коммуникаций. Проектировщики должны качественно делать свою работу, а будущие жители и гости домов должны испытывать позитивные эмоции по пути к квартире.

Причём у нас есть уверенность, что качественные красивые дизайнерские общественные пространства жилого дома это не роскошный атрибут премиум класса, а обязательная программа даже для эконом-класса – ведь чем скромнее и меньше квартира, чем человек меньше комфорта может позволить себе в собственной квартире, тем больше он нуждается в комфорте «совместного с соседями использования».

В-четвёртых, рациональными и комфортными должны быть планировки квартир. Каждый безумно дорогой квадратный метр квартиры обязан честно отработать свою стоимость, создавая комфорт. Образы жизни людей разные, их представления о комфорте разные, каждому соответствует свой «сценарий комфорта», и сколько этих «сценариев комфорта», столько архитекторы должны предложить точно соответствующих каждому «сценарию» вариантов планировок квартир.

Досадно и странно, что некоторые застройщики продолжают предлагать тысячами несколько устаревших планировочных типов квартир, это напоминает казённую униформу, которая создана как универсальная, одинаковая одежда для всех, и поэтому никому конкретно не подходит, и каждому по-своему неудобна. К счастью постсоветское общество одевается не в казённую униформу, насколько же наивно думать, что наши современники будут и дальше покупать несколько устаревших, неудобных и не соответствующих никакому из сегодняшних «сценариев комфорта», «униформенных» планировок квартир?

И наконец, пятая составляющая комфорта – все аспекты физического и химического комфорта: температура, влажность, акустика, использование «здоровых» строительных и отделочных материалов, не выделяющих вредных для человека «эфирных составляющих». Безусловно, дом эстетически совершенный, но в котором холодно зимой и жарко летом – это дискомфортный дом.

Дмитрий Васильев:
Для нас архитектура – прежде всего идея, образ, мечта, которую заказчик помогает нам реализовать. А для коммерческого заказчика – девелопера, создание объектов недвижимости – это бизнес, который должен быть обязательно рентабельным (в убыточный проект никто не вложит деньги и его не построят). Нам недостаточно отстоять нашу «архитектурную мечту» на бумаге (выложить на сайте), мы хотим её обязательно реализовать и, понимая диалектику работы девелопера, мы готовы помочь ему сделать проект максимально привлекательным, соответственно, максимально рентабельным. В результате никакого конфликта интересов не возникает, наоборот, возникает общая цель: сделать здорово! Если получится создать на участке новую, интересную, комфортную среду для обитания, то получится выгодно реализовать объект, и застройщику привлечь деньги для будущих масштабных проектов будет легче.

Радует, что всё больше девелоперов разделяют эту философию и делают в работе упор на востребованное будущими обитателями жилья качество, но увы далеко не все – буквально недавно руководитель одной из солидных компаний, для которой мы разрабатывали концепцию проекта, заявил: «Всё это, конечно, интересно, но вот у нас парк соседствует с площадкой и потому мы продадим все что угодно, а тратить силы и средства на красоту и комфорт просто не будем, это всё равно не увеличит нашу выручку». Однако «невидимая рука рынка» всё расставляет на свои места: другой застройщик, уже нацеленный на формирование качественной, привлекательной для покупателя архитектуры, увидев на нашем сайте архитектурную концепцию данной площадки, и узнав, по какой причине она не пошла в работу, начал вести переговоры о покупке участка.

– Такая позиция девелоперов распространена, но насколько ваши идеи действительно удорожают строительство?

А.П.: Увеличивается в основном цена проектирования, а она составляет всего 2-5% от себестоимости объектов недвижимости. В конечном счёте получается совсем немного. Но вот железобетон, кладочные материалы, инженерное оборудование, материалы на фасадах мы используем абсолютно те же, что и наши менее «творческие» конкуренты: просто другая, более творческая и качественная компоновка используемых всеми «ингридиентов»! Разнообразие цветов и фактур, пластические находки – все это как правило мало отражается на конечной стоимости проекта. Только работы у архитектора прибавляется. Особенно если учесть, что выдержать качество строительства можно, только буквально живя на стройке. Мы, к примеру, создали в бюро отдельную службу авторского надзора – постоянно присутствующих на стройках «контролеров реализации наших проектов». Такой подход обходится чуть дороже, но зато халтура исключена. На самом деле конкуренция естественным путем выдавливает с рынка «ленивые» компании и, по нашему мнению, дни панельных микрорайонов и других представителей «дискомфорт-класса» буквально сочтены. Застройщики «дискомфорткласса» уже вынуждены демпинговать, закрывая глаза покупателей на недостатки своих проектов низкой ценой, в результате рентабельность их проектов понижается, ещё меньше себестоимость – ещё ниже качество – ещё ниже цена продажи – ещё ниже рентабельность – ещё ниже качество… Круг замкнулся! Через несколько оборотов этого колеса застройщик закономерно оказывается перед банкротством. На некоторое время можно отложить развязку, экспонентно увеличивая объемы строительства, но это фактически переводит деятельность застройщика в разряд финансовых пирамид а-ля МММ, в которых деньги сегодняшних покупателей дофинансируют строительство квартир вчерашних покупателей, однако финал у всех финансовых пирамид одинаковый – неминуемое банкротство после остановки роста объемов реализации.

Д.В.: Вот какой аспект создания комфортной среды жилого комплекса действительно требует дополнительных вложений – это озеленение. Маленькие, метровые саженцы деревьев стоят в разы в дешевле, чем, скажем, трехметровые. Даже берёзе, самому быстрорастущему дереву нашей климатической зоны, нужно пять лет, чтобы вырасти до трёх метров: это значит, что человек покупает жилье, и вынужден пятилетку ждать оплаченный комфорт! Конечно, если бы не хватало денег, то пришлось бы подождать, но парадокс в том, что размер дополнительной статьи бюджета на качественное крупномерное озеленение участка находится на уровне статистической погрешности по отношению к бюджету строительства в целом. Следовательно, если даже буквально переложить допзатраты на большие деревья на покупателя, он просто не заметит. А вот зеленый двор – обязательно заметит.

Другой парадокс, что асфальтовая пустыня вместо двора ещё и дороже, чем зеленый двор – пирог асфальтового покрытия дороже, чем пирог травяного газона, или почвопокровных растений. Значит, оптимизируем автомобильные проезды, уменьшаем количество асфальта, увеличиваем зеленое покрытие, и на сэкономленные деньги сажаем большие деревья.

– На каком объекте вам удалось полностью реализовать все эти идеи?

Д.В.: Вместе с «К.А.Н. Девелопмент» удалось реализовать ещё один очень важный для нас проект – жилой комплекс «Комфорт Таун». Он расположен в спальном киевском левобережье. Когда мы посмотрели аэрофотосьемку, то увидели, что спальный район выглядит как огромное серое пятно. Возникло непреодолимое желание добавить в эту серость цвета. Площадь участка почти 30 гектаров, а общая площадь комплекса на 5470 квартир более 610 000м², так что наша яркая цветная интервенция должна была получиться заметной. При этом на дворе был кризисный 2009 год: покупателя можно было заинтересовать только качественным продуктом, а позволить себе можно было лишь самые бюджетные материалы и технологии. Прагматично оценив ситуацию, мы выбрали цвет в качестве основного инструмента, добавили сбивчивый ритм оконных проемов, отказались от террас (их всё равно варварски застеклят и нарушат всю композицию) в пользу плоских фасадов и специально подготовленных под застекление лоджий. По предварительным расчетам получалось, что для финансового успеха проекта необходимо получить около 14 500м² квартир с гектара (19 500 м² общей надземной площади с 1 га). Выйти на нужные показатели позволяла плотная квартальная восьмиэтажная застройка. Кварталы из секций одинаковой высоты – скучно, поэтому второй после цвета прием – разновысотная застройка: некоторые секции опустили до шести, другие подняли до десяти, добавив высотные тринадцати и шестнадцатиэтажные акценты.

И наконец, третий прием – скатные кровли. Именно они позволили создать выразительную, разнообразную архитектурную композицию. В качестве бонуса возникли мансардные одно и двухуровневые квартиры.

Сложившийся стереотип, что двухуровневые квартиры хуже продаются, был развенчан в первые же месяцы после открытия продаж: их раскупили первыми, потому что в них удалось создать классное, необычное, но при этом удобное пространство. Если двухуровневая квартира – это две части одноуровневой квартиры, механически поставленные друг на друга, её купят только после того, как закончатся одноуровневые квартиры, потому что для взрослого, ленивого человека, ходить с этажа на этаж утомительно (если бы решения о покупке квартир принимали дети, ситуация была бы диаметрально противоположная: двухуровневые всегда бы раскупались первыми). Однако если мы воспользуемся возможностями, которые предоставляет двойная высота этажа и мансардная кровля, и создаем классное пространство – «взрослые вспомнят, что они тоже когда-то были детьми, и с удовольствием побегают с этажа на этаж со своими детьми, любуясь игрой света и пространства», соответственно обеспечив высокие показатели продаж квартир.

В планировках квартир не только двух, но и одноуровневых, мы взяли курс на максимальное разнообразие: из 1200 квартир первой очереди, в переданных отделу продаж инвестиционных альбомах было представлено 600 разных типов. Мы использовали каждую возможность для создания индивидуальности: квартиры первого этажа отличались от второго; квартиры второго отличались от размещенных на типовых этажах, причем благодаря фасадам с окнами вразбежку типовых этажей получилось два. И, конечно, индивидуальные квартиры на верхних мансардных этажах. По итогам продаж первой очереди мы совместно с отделом продаж проанализировали и скорректировали палитру квартир, заменив менее востребованные типы на более востребованные, и точно также по итогам продажи второй очереди, третьей и так далее – таким образом, в составе «Комфорт Тауна» мы спроектировали и построили более ста секций, ни одна из которых на 100% не повторилась, создали стопроцентное разнообразие. На смену застройки типовыми секциями мы предложили застройку подобными секциями, которые имеют общие приемы, принципы, методы, общий стиль архитектурных решений, однако в каждом случае на их основе предложено индивидуальное решение.

В отличие от принципа типового повтора, принцип подобия является естественным для человека и человеческого общества – люди одновременно индивидуальны и подобны друг другу. Общество, построенное по принципу типового повтора, будет обществом клонов, таким же неполноценным и вселяющим тоску, как и типовая застройка.

Конечно, наше проектирование индивидуальных подобных секций требует значительно больше усилий и стоит дороже, чем привязка типовых секций. Но данные инвестиции в качественное разнообразие проекта сторицей оправдали себя, сделав проект коммерчески самым успешным из 1050 жилых комплексов, составляющих рынок реализуемых на рынке жилых новостроек Украины.

Внутреннее общественное пространство жилых секций: вестибюли с двумя входами, один с автомобильной жилой улицы, другой – в зеленый пешеходный двор. Коридоры и вестибюли, как и следует, дизайнерские. Небольшой, но важный элемент, позволивший избежать громоздких пандусов перед каждым входом (отметки первых этажей примерно на метр выше отметок земли): компактный подъемник для инвалидов – его стоимость оказалась меньше стоимости пандуса, и мы получили наряду с улучшением архитектурного облика небольшую оптимизацию бюджета.

Центром формирования ландшафта комплекса стал небольшой зеленый сквер, доставшийся в наследство от ранее размещённого на участке завода, сотрудники которого позаботились о создании комфорта на своей территории. Мы спланировали вокруг сквера первую очередь жилья таким образом, чтобы сохранить все деревья (чтобы не ждать 30 лет, пока вырастут новые), а также сохранили и реконструировали памятник погибшим во время великой отечественной войны сотрудникам завода – память места.

Нам удалось найти взаимопонимание с застройщиком по необходимости создания инфраструктуры: фитнес-центра с 25-метровым бассейном и еще одним поменьше, школой искусств с прекрасно оборудованным залом на 250 человек (в нее даже взрослые с удовольствием ходят заниматься), детским садом, школой, торговым комплексом, встроенными в первые этажи кафе, магазинами, салонами, аптеками, банками. И это всё не элитное жилье, а доступный комфортный эконом-класс. Комплекс строился шесть лет, последовательно вводя в эксплуатацию кварталы отдельными очередями. Он стал действительно важным для нас и, хочется верить, что и для города тоже.

– Ориентация на бюджетное жилое строительство – это в большей степени стечение обстоятельств или осознанный выбор исходя из реалий рынка?

А.П.: На самом деле мы успели спроектировать много объектов также других классов и функциональной типологии, в частности: 52-этажный офисно-гостиничный комплекс премиум класса «Виктори Тауэрс»; офисный комплекс класса А «101 тауэр»; торгово-развлекательный комплекс «Республика» площадью 300 000 м²; жилой комплекс бизнескласса «Централ-парк»; Печерскую Международную Школу, детские сады, фитнесцентры, офисные центры, гостиницы и многие другие объекты. Мы любим разнообразие, и с радостью берёмся каждый раз за новую для нас функциональную или статусную программу, в каждом проекте ставя перед собой максималистские цели.

Почему мы при этом не сосредотачиваемся исключительно на «элитарной, дорогой» архитектуре, в которой значительно шире, чем в бюджетной палитра архитектурных материалов и технологий, и, следовательно, возможностей создания выразительного архитектурного решения?

Знаете, до основания АРХИМАТИКИ я успел спроектировать и построить несколько роскошных частных резиденций. Помню картинку: получаешь хороший заказ, к примеру, строишь очень интересный загородный дом, будет чем похвастаться и что напечатать в стильных прогрессивных журналах, но каждый день возвращаешься в серость безликого спального района. В этой ситуации заложен структурный диссонанс и, на мой взгляд, его не исправить, даже если со временем построить собственную супер-архитектурную частную резиденцию, подальше от города, всё такого же безнадежно-безликого. И это даже не столько вопрос морали, гуманного отношения к жителям спальников, сколько стремление интересно жить, общаться с интересными людьми в открытом, архитектурно интересном городе, а не прятаться в «бункерах высокого стиля» от эстетической пустыни и её лишенных вкуса обитателей, что на мой взгляд просто скучно. Архитектор может преображать среду, в которой он живёт, того общества, города, частью которого себя считает, и только в таком случае его работа становится интересной и содержательной. Если хотите, можно громко назвать это нашей миссией.

Сегодня, по сравнению с другими типами недвижимости, наибольшую долю в новостройках занимает бюджетное жилье, следовательно именно эти жилые новостройки эконом-класса в наибольшей степени меняют городскую среду, и если наши проекты, как собственно своим появлением, так и реакцией на них конкурентной среды архитекторов и застройщиков, сделают бюджетное жилье качественным, улучшающим городскую среду, а не ухудшающим, как в примере с «дискомфорт-классом», мы сделаем уверенный шаг навстречу городу, в котором нам будет интересно жить.

Д.В.: Да, вот к примеру: в мае прошлого года мы начали работать над нашим первым проектом во Львове – жилым комплексом на улице Стрийская.

Потом пошли следом проект жилого комплекса на улице Пасичная (застройщик «Ваш Дім»), офисный комплекс на улице Научной, гостинично-торговый комплекс в самом центре исторического города на площади Адама Мицкевича, а также жилой комплекс «Самоцвет» застройщик «Интергал Буд». В какой-то момент весь город оказался заклеен билбордами с рендерами наших проектов. А теперь проекты активно строятся.

Полтора года назад главный архитектор Львова сказал, что когда он встречает гостей, показывает историческую архитектуру, а похвастаться современной к сожалению не может, и надеется, что наши проекты станут исключением из этого правила. И действительно, тогда интересных современных проектов просто не было ни построенных, ни даже в проектах. А год спустя, листая интернет страницы, я с удивлением обнаружил целую плеяду интересных проектов львовских архитекторов. Приятно осознавать, что в какой-то степени катализатором этого процесса послужили наши работы, и очень хочется верить, что новые проекты наших львовских коллег, и, конечно, наши проекты смогут сформировать достойное лицо современной архитектуры Львова, которым горожане будут гордиться.

– Вы совсем не боитесь ярких оттенков на фасадах, что вообще для вас «цвет» в архитектуре?

Д.В.: Цвет – это возможность передать эмоцию. Мы долго пытались сформулировать что-то вроде собственного архитектурного кредо и поняли: в какой бы цветовой гамме ни были решены наши объекты, из каких бы материалов они ни были сделаны, какую бы форму ни принимали – главное, чтобы они не оставляли зрителя равнодушным. Мы апологеты выразительной архитектуры. Тот же «Комфорт Таун» отнюдь не всем нравится, немало людей говорит, что не будут там жить, потому что предпочитают более сдержанные оттенки, но зато есть очень много людей, которым «Комфорт Таун» очень нравится, которые купили там квартиры и счастливы каждый день проходить мимо наших ярких фасадов. Пожалуй, не стоит стараться всем угодить, и искать универсально приемлемое решение, которое никого не смутит – такое решение будет невнятным и просто оставит всех равнодушными. Напротив – архитектура должна быть выразительной, пусть смущает и даже кого-то отпугнет, но зато и горячих сторонников привлечет, которым понятна и близка именно такая архитектура. Цвет является самым демократичным средством создания архитектурной выразительности, в архитектуре высокобюджетных объектов он – один из инструментов, в низкобюджетных – иногда единственный.

Архитектурный цвет отличается от художественного – на поверхности большого архитектурного объема цвет работает гораздо сильнее, чем на плоскости живописного полотна, и оттенок, совсем не яркий на «веере», будет ультра-ярким, когда заполнит весь фасад. На том же «Комфорт Тауне» пришлось сделать десятки выкрасок, мы буквально замучили фасадчиков и поставщиков краски, чтобы подобрать нужные сочетания. Мы как-то предложили белорусскому девелоперу, не имеющему возможности полностью отказаться от панельной застройки (завод-монополист увы, диктует минскому рынку свои правила) покрасить фасады в яркие цвета и спасти тем самым ситуацию. Заказчик поначалу засомневался, но побывав на уже завершенном к тому времени «Комфорт Тауне», решил рискнуть. Опять же в спальных районах Киева или Минска такая цветовая игра вполне уместна. Но вот в исторической среде необходимо использовать значительно более сдержанные цвета, чтобы не «обесценить» ньюансное благородство исторических фасадов. Поэтому да, мы не боимся ярких красок, потому что знаем, когда и как их использовать.

– Среди проектов бюро есть многофункциональный комплекс «Писанка» в форме гигантского яйца. Как вы вообще относитесь к такого рода архитектурному «хулиганству»?

А.П.: Подобные проекты обязательно должны быть! Без них как минимум скучно! А если серьезно,
архитекторы каждого поколения формируют хорошие, правильные и прогрессивные поначалу критерии «хорошо-плохо», наборы стилевых, функциональных, эстетических и смысловых кодов, но с каждым новым применением эти критерии и коды, постепенно, из маршрута, свободно выбираемого за его оптимальность, превращаются в глубокую колею протертых шаблонов, двигаясь по которой уже просто невозможно представить, что архитектура может быть иной, чем всё более унылые воспроизведения стереотипов. Единственное, что может вышибить из такой колеи – это невероятная, парадоксальная идея, «находящаяся за границами добра и зла».

Когда в 2005 году художник Кирилл Проценко поделился с нами своей идеей небоскреба в виде гигантской писанки, нам показалось, что это «действительно полный бред»! То есть достаточно «невероятно-парадоксальная идея». И мы немедленно взялись её развивать. Через месяц мы придумали медиа-фасад, который каждый вечер зажигается новым анимированным рисунком «Писанки», и возможно, нащупали направление ответа на вопрос, что можно презентовать совершенствующимся год от года медиафасадам небоскребов – медиатектура нуждается в медиа-архитектурном образе, совершенно новом качестве архитектурной выразительности, которое должно обладать собственным сюжетом и смыслом, в нашей концепции мы позаимствовали сюжет и смысл в многовековой традиции писанки, но также их можно и придумать с чистого листа безо всяких исторических параллелей. А вот без осмысленного сюжета медиафасады превращаются в банальные рекламные банеры и надоедающие через полчаса созерцания переливы RGB.

– С таким ярким и смелым стилем насколько вы готовы работать в сложившейся исторической среде старых городов?

А.П.: К замечательной архитектуре старых городов, если выпадает честь поработать на такой площадке, мы относимся максимально бережно, как к живому человеку, руководствуясь врачебным – «не навреди». Мы знаем, как много таланта, труда и принципиальности требуется для того, чтобы архитектурная работа состоялась, и никогда не позволим себе самовыражаться за счет убийства чужого архитектурного произведения. Поэтому очень бережно относимся к каждой архитектурно-пространственной композиции, которую удалось реализовать нашим предшественникам.

Значительную территорию наших городов, застроенную типовым жильем и промзонами, можно определить как «эстетическая пустыня» – вот гигантское пространство для амбиционных самоутверждений, оно нуждается в революционной ревитализации, и сегодняшние, и завтрашние горожане, и даже если хотите: архитектурная история, будут признательны за работу в этом направлении, в которой найдется применение и ярким цветам, и необычным формам, и масштабным акцентам, и бульдозеру. Того архитектора, кто вместо создания нового там, где нет ничего достойного, и где нуждаются в твоём новаторстве, свой «архитектурно-революционный порыв» направляет на самоутверждение на фоне молчаливых произведений прошлого, лично я наверное никогда не пойму и не одобрю.

В качестве примера нашего подхода, приведу конкурсную работу – архитектурное предложение для самого центра Львова, прямо у площади Мицкевича. В девяностые на соседней площадке, которая, также как наша, входит в зону с охранным статусом ЮНЕСКО (и даже без громких историко-охранных титулов: находится в окружении прекрасной самобытной старой архитектуры), было совершено настоящее архитектурное преступление: построили крупное здание банка в откровенно постмодернистской стилистике, игнорирующее масштаб исторической застройки. Возможно, это здание могло бы даже украсить какой-нибудь серый спальный район, но в рамках чудом сохраненного исторического центра Львова является сущим варварством. Если не ошибаюсь, архитектор даже вынужден был уехать из города, такое отторжение вызвала его работа у горожан. Под застройку была предложена пустовавшая почти двадцать лет площадка по соседству с этим «горе-произведением». Мы предложили современное здание, но сомасштабное исторической среде, здание, которое не скрывает что построено в XXI веке, но уважительно «играет по правилам архитектуры старого города». К сожалению, мы пока не можем опубликовать наш проект, пока не будут подведены итоги закрытого конкурса, но обязательно представим, как только будет возможность.

Еще один Львовский пример: жилой комплекс «Семицвит». Заказчики обратились к нам с просьбой предложить яркую цветную архитектуру. Участок находится за границей центральной исторической части Львова, но, благодаря возвышенному рельефу, активно участвует в панораме города. Мы сделали вариант с яркими цветами фасадов, который очень понравился заказчику, но когда проверили, как яркие фасады работают в панораме города – подготовили более сдержанный вариант, который не «старается затмить своей яркостью» благородные оттенки фасадов исторического Львова, и, признаться не без труда, но всё же убедили заказчика в правильности сдержанного варианта.

Те же принципы мы постарались применить в проекте апарт-отеля на Михайловской площади в Киеве: современная архитектура может и должна уважительно соседствовать с произведениям прошлого, не впадая при этом в заискивающее подражательство.

– О чем вы мечтаете? Каковы самые амбициозные устремления?

А.П.: Хочется построить объект, который стал бы настоящей, любимой горожанами визитной карточкой города. В наших городах много почитаемых всеми памятников прошлого, но вот какой проект можно было бы назвать визитной карточкой современной архитектуры города, и при этом не с саркастически-карикатурным, а с позитивным значением? Что-то, вносящее новые свежие краски в образ города, как Сиднейский оперный театр, или музей Гуггенхайма в Бильбао.

08 Декабря 2015

Похожие статьи