Кристоффер Вайсс: «Для меня архитектура, градостроительство – это городская политика»

Датский критик Кристоффер Вайсс – о тотальном сохранении наследия, общественной ценности как ключевой составляющей проекта и просветительской функции критики.

author pht

Беседовала:
Марина Игнатушко

mainImg
Архитектурный критик Кристоффер Вайсс (Kristoffer Lindhardt Weiss) пишет для разных изданий Дании. К тому же он сам – архитектор, а еще – преподает философию архитектуры в датской Королевской академии художеств, Школе архитектуры и Университете Копенгагена. Вайсс был куратором датского национального павильона на Венецианской архитектурной биеннале, он автор книг «Архитектура северных стран. Региональные аспекты в мировой архитектуре» и «Жизнепригодность как вектор развития города».

zooming
Кристоффер Вайсс во время выступления в Арсенале (ГЦСИ, Нижний Новгород). Фото Дмитрия Степанова


Архи.ру:
В вашем резюме – философия, изящные искусства, аспекты и тренды… О чем вы не пишите как архитектурный критик?

Кристофер Вайсс:
– Я никогда не даю эстетическую оценку проектам. Цвет, стили, рисунок, пропорции меня мало занимают. Для меня архитектура, градостроительство – это городская политика. Кто определяет будущее Копенгагена – рынок или власть? Кто несет за это ответственность? Какова в этом роль архитектора? Вечная проблема архитекторов – отношения с заказчиком, заказчик всегда был главным, но теперь ситуация принципиально изменилась: у архитекторов появилась возможность инициировать проекты, поскольку современный архитектор обращается к обществу. В Дании в приоритете – качество жизни. Архитектура выражает идеологию повседневной жизни, она связана с властью, деньгами, окружающей средой, и моя задача – показать читателю, что происходит. Я обращаюсь к тому, что важно именно сейчас. Например, пишу про проект реконструкции железнодорожного вокзала: обычно это малопривлекательный объект транспортной инфраструктуры, но к нему добавили новые функции, сменили типологию, и он превратился в место встреч и событий. Стилистические особенности вокзала при этом меня не волнуют.
 
zooming
Новый вокзал Нёррепорт в Копенгагене. Бюро COBE. Фото предоставлено Кристоффером Вайссом

– Соотношение старого и нового, сохранение наследия – актуальные для Дании проблемы?

– Важно сохранять культурное наследие, но надо понимать, что этот вопрос – в сфере конфликта между контекстом и современными тенденциями. У нас ведется непрерывный спор: полагается ли архитектору обращаться к классическому «Золотому веку» (Датский «Золотой век» приходится на первую половину XIX столетия. – прим. М.И.) или больше фокусироваться на глобальном развитии. Без ДНК истории – не вспомнить, кто мы, без видения будущего – невозможно сохранить жизненный тонус, а лучший способ предсказать будущее – создавать его… Этот спор позволяет выявить разные интересы. Большая часть членов Королевской академии – за повсеместное сохранение наследия; эти уважаемые люди уверены, что классическое направление в архитектуре – главное. Но даже если рассуждать об этом с точки зрения устойчивого развития, однозначного ответа нет. Историзм без истории – странная штука, сохраняют не ради самого процесса, а если видят в объекте актуальную ценность.

– А если бы вы, предположим, были таким же академическим приверженцем наследия, это повлияло бы на вашу критическую позицию?

– На мой взгляд, важно демонстрировать читателю собственные предпочтения: в текстах трудно скрыть свою индивидуальность. Мы можем и должны отличаться друг от друга. Так я выбираю современность – при том, что некоторое время был консультантом в фирме, занимающейся как раз сохранением старинных зданий… Мы с вами разговариваем в нижегородском Арсенале – и я знаю, что это здание десятилетиями было отчужденным, недоступным, запущенным, и новая жизнь вошла в него не просто после реставрации, а после важного перепрофилирования функции: из склада – в современный культурный центр. У здания не просто проявилось интересное прошлое, но высветилась яркая перспектива. В Копенгагене старинные, 1826 года постройки доки, принадлежавшие военному ведомству, не имевшие архитектурной ценности, но исторически значимые, переделали в студии. Теперь там – архитектурные бюро: в этом была потребность профессионального сообщества, и такая идея витала в воздухе. Значит, объект не просто должен быть сохранен – есть те, кто в этом заинтересован, знает, что нужно сделать и как... Сейчас у Копенгагена, по-моему, искусственная внешность: ассоциации с городом связаны со старинной застройкой. У нас нередко желание перемен в противовес тотальному сохранению воспринимается как неуважение к истории. Но в таком случае сама история выступает в роли диктатора – это тоже важно понимать. Полезно избавляться от догм прошлого, находить новые способы видеть, чувствовать город.
 
zooming
Здание бывших доков, Копенгаген. Фото предоставила Nina Belokonskaia Yazgur
zooming
Одна из студий в доках. Фото предоставила Nina Belokonskaia Yazgur

– Как тут помогает критик?

– Работа в газете – это просветительский проект. Мы можем поделиться знаниями, причем сделать это интересным и даже занимательным способом. Мы должны показать, что хорошие проекты, как правило, сохраняя региональное ДНК и интерпретируя традиции, меняют масштаб и смысл архитектуры до глобального явления. Все помнят павильон Дании на Экспо-2010 в Шанхае. Архитекторы BIG построили «мини-Копенгаген» со всеми узнаваемыми признаками нашей столицы: найденная форма не воспроизводила дизайн-код, но позволила ощутить саму атмосферу города.
zooming
Датский павильон на Экспо-2010 в Шанхае бюро BIG. Фото предоставлено Кристоффером Вайссом

– Но сейчас разве не любой желающий может просвещать или стать критиком, создав свой блог? Как эпоха Web 2.0 повлияла на архитектурную критику?

– В эпоху интернета значение газет только возросло, как это ни кажется парадоксальным на первый взгляд. Интернет – хорошая возможность начать разговор, инструмент для дискуссий, но при изобилии голосов, конечно, нужен фильтр. Серьезное издание поддерживает иерархию высказываний. Для меня лично развитая архитектурная критика – одно из демократических проявлений общества. Но это не прямая, а символическая власть. В Дании несколько авторов постоянно активно пишут об архитектуре: это лидеры мнений, и ни архитекторы, ни политики не могут их игнорировать.

– Почему же?

– Потому что газеты отслеживают реакцию на критические высказывания. Обсуждение ведется открыто. Я живу в центре Копенгагена, рядом с бывшим грузовым портом, и постоянно наблюдаю, как индустриальная зона постепенно превращается в зону отдыха. Власти решали, как использовать это пространство, и прежде здесь собирались строить утилитарные объекты вроде офисных и торговых центров. Но местные жители захотели сделать небольшой парк, обсуждение этого предложения повлекло за собой следующие, в результате чего акваторию порта постепенно расчищают, создавая на этом месте общедоступный бассейн. Подобная реорганизация длится долго, но в процессе переговоров удается оценить и взвесить массу экспертных мнений, найти убедительные аргументы в пользу того или иного решения. Эксперты сотрудничают со СМИ: это делает их популярными, что особенно важно, если учитывать, что большинство исследований финансируется из бюджета. Каждый проект – это соглашение четырех сторон: девелопер, архитектор, власть, горожане. Девелопер хочет заработать, архитектор – создать, власть – сделать что-то привлекательное для налогоплательщиков, горожане хотят получить нечто новое. Общественное значение, польза для города – общий знаменатель этих – часто неравнозначных – интересов. Критик об этом общем знаменателе всегда должен помнить.
 
zooming
Бассейн в гавани Копенгагена. Фото предоставлено Кристоффером Вайссом

– У вас нет друзей среди архитекторов или застройщиков? С кем Вы ссоритесь?

– Есть выражение: «Не кусай руку, которая тебя кормит». Она о том, что критик всегда стоит перед выбором. Нередко архитекторы хотят, чтобы мы положительно представили в прессе их работу… Но вечный идеал публициста – бескомпромиссность. Было время, когда я расстраивался из-за обид на мои статьи. Но это время прошло.

– Философский подход – вы же закончили Сорбонну! А где можно выучиться на архитектурного критика?

– Этому специально не учат. Ни в архитектурных институтах, ни на факультетах журналистики. Нужно самому ежедневно чувствовать пульс жизни. Во время учебы в Париже я работал ландшафтным архитектором, в Копенгагене был совладельцем бюро Effekt – мы делали разные проекты, в том числе для международных конкурсов. Сейчас я сосредоточен исключительно на текстах.
 
zooming
Проект Академии художеств в Таллине, выполненный бюро Effekt, где работал Кристоффер Вайсс. Несмотря на победу в конкурсе, проект не реализован. Вайсс считает ценной саму идею: не застраивать всю площадку, создав перед зданием площадь. Изображение предоставлено Кристоффером Вайссом

– Вы еще ведете блоги. Там меняется тональность высказывания? Допускаете ли более провокационные выражением, чем в СМИ?

– Конечно. В блоге я должен вызвать людей на обсуждение, иногда – спровоцировать, говорить жесткие вещи, но я не считаю это «потерей лица». Есть разные жанры и разные приемы, учитывающие восприятие читателя. Главное – дать возможность людям высказаться, ведь у нас в Дании вообще часто интересуются: «Что бы вы хотели бы видеть?» И это вопрос не к застройщику или архитектору, а к горожанам. Поэтому любой проект проходит массу согласований, граждане имеют реальную возможность влиять на принятие решений. Архитектор, в свою очередь, взаимодействует с общественным мнением – это закреплено законодательно. Хотя известно, архитекторы любят классический девиз: «Главный враг искусства – демократия». Многие из них держаться как блестящие художники, уверены, что дают что-то очень важное обществу…

– А разве не дают?

– Бьярке Ингельс считает, что проект получается удачным лишь тогда, когда архитектору удается увлечь общественность новой идеей. Поэтому хороший архитектор предлагает всегда нечто большее, чем ожидает заказчик. Мне нравится работа NL Architects – BasketBar на университетском кампусе в Утрехте – спортивная площадка на крыше кафе-ресторана с библиотекой. Здесь возник забавный сюжет: люди за столиками могут наблюдать за перемещением игроков сквозь полупрозрачное перекрытие; вдобавок, на ограниченной площади увеличилась общественная зона, привлекательная для разных людей, и это все активно работает. На примере подобных проектов видно, что проблема, ограничение становится для архитектора не барьером, а катализатором нестандартных решений. Тут можно упомянуть и проект Бьярке Ингельса – мусороперерабатывающий завод с горнолыжным склоном. Малопривлекательный объект, отнимающий территорию у природы, приобрел положительное качество, за его счет увеличилось рекреационное пространство Копенгагена, стал разнообразнее плоский датский ландшафт… Я это все рассказываю к тому, чтобы подчеркнуть: важна идея, увлекательная история. Главный принцип – не отнимать пространства у города, а создавать их. Не просто демонстрировать свои творческие возможности, а обеспечивать живую жизнь города.
 
zooming
Basketbar, Утрехт бюро NL Architects. Фото предоставлено Кристоффером Вайссом
zooming
Проект мусороперерабатывающего завода Amagerforbraending в Копенгагене бюро BIG. Фото предоставлено Кристоффером Вайссом

– У нас архитектор отвечает за красоту и полезные площади, строитель – за объемы, а жизнь города – епархия хозяйственных служб. Похоже, ваша профессиональная позиция отражает скандинавский подход… Неужели архитекторы Дании не пишут и не читают о композиции, художественной ценности, творческом полете?

– Если рассуждать об искусстве архитектуры, возникает вопрос: почему архитекторы интересуются только престижными зданиями? Не является ли и это тоже проявлением желания власти? Мы организовали дискуссию в газете о том, кто должен заниматься будничным. В итоге, в Королевской академии прошла выставка, посвященная доступному жилью… Сейчас у нас в стране – «левое» правительство. И я выбираю тему для новой дискуссии в газете.

04 Июня 2015

author pht

Беседовала:

Марина Игнатушко
comments powered by HyperComments
Григорий Ревзин: «Нет никакой методологии – сплошное...
Довольно длинный, но интересный разговор с Григорием Ревзиным о видах архитектурной критики и её отличии от теории, философии и истории, профессионализме журналиста, вреде жизнестроительства, смысле архитектуры, а также о том, почему он стал урбанистом и какие нужны города.
Разговоры со «звездами»
В новой книге Владимир Белоголовский использовал свои интервью со Стивеном Холлом, Кенго Кумой, Ричардом Майером, Алехандро Аравеной и другими мастерами для анализа текущего положения дел в архитектуре и архитектурной критике.
Кризис суждения
На что сегодня похожа зарубежная архитектурная критика и сильно ли она отличается от отечественной?
Технологии и материалы
Хай-тек палаццо: тонкости воплощения
Подробно рассказываем о фасадных системах и объектных решениях компании HILTI, примененных в клубном доме «Кутузовский, 12».
Проект дома – АБ «Цимайло Ляшенко и Партнеры».
Дмитрий Самылин: российский «авторский» кирпич и...
Глава фирмы «КИРИЛЛ» рассказал archi.ru о кирпичном производстве в России, новых российских заводах кирпича и клинкера ручной формовки, о новых коллекциях, разработанных с учетом пожеланий архитекторов, а также пригласил на семинар по клинкеру в «Руине» Музея архитектуры.
Эволюция офиса
Задача дизайнера актуальных офисных интерьеров – создать функциональную среду, приятную эстетически и комфортную во всех смыслах.
Технологии сохранения тепла от Realit®
Ежегодно команда Realit® развивает, модернизирует собственные разработки и выводит на рынок совершенно новые архитектурные системы в соответствии с растущими потребностями современного строительства, а также изменениями в СП 50.13330.2012 «Тепловая защита зданий. Актуализированная редакция СНиП 23-02-2003»
Формула здоровья от Baumit Klima
Серия экологически чистых, антибактериальных строительных материалов Baumit Klima на известковой основе формирует здоровый микроклимат в доме, регулирует температуру и влажность, гарантирует чистоту и свежесть воздуха.
Свет для самой яркой звезды
Свет учебным классам и лабораториям павильона «Школа» центра «Сириус» обеспечивают мансардные окна VELUX, одновременно защищая помещения от южного солнца и участвуя в формировании архитектурного облика.
Сейчас на главной
Леонидов и Ле Корбюзье: проблема взаимного влияния
Памяти Юрия Павловича Волчка. Статья готовилась к V Хан-Магомедовским чтениям «Наследие ВХУТЕМАС и современность». В ней рассматривается проблема творческого взаимодействия Ле Корбюзье и Ивана Леонидова, раскрывающая значение творчества Леонидова и школы ВХУТЕМАСа, которую он представляет, для формирования основ формального языка архитектуры «современного движения».
Памяти Юрия Волчка
Вчера, 6 июля, умер Юрий Волчок, историк архитектуры, ученый, хорошо известный всем, кто хоть сколько-нибудь интересуется советским модернизмом. Слово – его коллегам и ученикам.
Все о Эве
Общим голосованием студентов и преподавателей лондонской школы Архитектурной ассоциации выражено недоверие директору этого ведущего мирового вуза, Эве Франк-и-Жилаберт, и отвергнут ее план развития школы на ближайшие пять лет. В ответ в управляющий совет АА поступило письмо известных практиков, теоретиков и исследователей архитектуры, называющих итог голосования результатом сексизма и предвзятости.
Клетка Фарадея
Проект клубного дома в 1-м Тружениковом переулке – попытка архитекторов разместить значительный объем на крошечном пятачке земли так, чтобы он выглядел элегантно и респектабельно. На помощь пришли металл, камень и гнутое стекло.
Цвет и линия
Находки бюро «А.Лен» для проектирования бюджетного детского сада: мозаика нерегулярных окон и работа с цветом.
Градсовет удаленно 2.07.2020
Рельсы как основа композиции, компиляция как архитектурный прием и неудавшееся обсуждение фонтана на очередном градсовете, прошедшем в формате видеотрансляции.
Союз искусства и техники
Интерес к архитектуре 1930-х для Степана Липгарта – путеводная звезда. В проекте дома «Amo» на Васильевском острове в Санкт-Петербурге архитектор взял за точку отсчета московское ар-деко – эстетское, с росписями в технике сграффито. И заодно развил типологию квартала как органической структуры.
На краю ледника
В горах на западе Норвегии, у ледника Юстедал, заработала туристическая база Tungestølen по проекту архитекторов Snøhetta. Ее фасады обшиты деревом, обработанным по средневековому методу – как у ставкирки.
Стекло и камень
В штате Вирджиния началась реконструкция руин дома Фрэнсиса Лайтфута Ли – одного из «подписантов» Декларации независимости США (1776). Чтобы не нарушить аутентичность сооружения, все новые части, включая конструктивные, будут выполнены из стекла.
Лучшее деревянное
Названы лауреаты премии «Дерево в архитектуре 2020». Работа жюри проходила в режиме он-лайн. Представляем все награжденные проекты.
Окна на Влтаву
В ходе реконструкции пражских набережных по проекту бюро Petr Janda / brainwork у них усилилась связь с городом и возникли разнообразные социальные и культурные функции.
Слоистый урбанизм
Реконструкцией бывшего промышленного района ZOHO в Роттердаме заняты планировщики ECHO Urban Design и архитекторы Orange Architects, Moederscheim Moonen, More Architects и Studio Nauta. Там появятся 550 квартир, включая социальное жилье.
Обратный отсчет
Проект мастерской «Евгений Герасимов и партнеры» для московского Ленинградского проспекта: самое высокое здание в портфолио бюро и развитие традиций сталинской архитектуры.
Дворец спорта в Томске
Проект реконструкции Дворца зрелищ и спорта на окраине Томска предполагает трансформацию крытого катка, реализованного в 1970 году, с сохранением ядра, обстройкой с трех сторон и 8-этажной пластиной гостиницы.
Лучшая страна в мире
В Хельсинки названы 15 лучших построек финских архитекторов – результат очередного смотра-биеннале, который проводят национальные музей архитектуры и ассоциация архитекторов, а также фонд Алвара Аалто.
Допожарный классицизм
По проекту «Гинзбург Архитектс» отреставрирован особняк бригадира А.П. Сытина – редкий памятник московской деревянной архитектуры начала XIX века.
Пресса: «Люди спрашивают, не Марсу ли, богу войны, он посвящен?»
Историк архитектуры Сергей Кавтарадзе объясняет, чем хорош и чем плох храм Минобороны, открытый в Подмосковье. 14 июня в подмосковной Кубинке прошла церемония освящения Главного храма Вооруженных сил России. Настоятелем нового храма стал Патриарх Московский и всея Руси Кирилл. Внешний вид храма Минобороны удивил многих — его раскритиковали в соцсетях, за мрачность сравнивая с объектом из игры Warhammer.
Приручение модернизма
Из жесткого образца позднесоветского градостроительства, эспланады между так и оставшимся на бумаге музеем Ленина и Горсоветом, площадь Азатлык в Набережных Челнах благодаря проекту бюро DROM превратилась в привлекательное, многофункциональное и полицентричное общественное пространство.
Идеальный план
Круглый дом теперь есть не только в Матвеевском, но и в Лозанне: общежитие Vortex из бетона и дерева на 1000 студентов с пандусом длиной почти 3 километра по проекту архитекторов Dürig AG и IttenBrechbühl опробовали в этом январе участники III Зимней юношеской Олимпиады.
5 «дистанционных» экскурсий по знаменитым зданиям:...
Экскурсия по «двойному дому» Фриды Кало и Диего Риверы, игра «в современное искусство» от Центра Помпиду, видеотур по монастырю Ле Корбюзье, а также пятиминутные прогулки по проектам Ф.Л. Райта и виртуальный «Лего-дом» от BIG.
Пресса: Урбанистика на карантине. Как строить город после...
В новейшей истории мало периодов, когда такое количество людей одновременно переживали потребность в альтернативе. Сейчас речь идет о тиражировании советского стандарта индустриального жилья на столетие вперед. Если его что и может победить, то именно вирус.
Метро у моря
Две станции метро в новом жилом и офисном районе Копенгагена Норхавн – в северной части порта. Авторы проекта – бюро COBE и архитектурное подразделение Arup.
Можно ли спасти арку?
Поговорили об «Арке Артплея» 1865 года с Ильей Заливухиным, Михаилом Блинкиным и Рустамом Рахматуллиным. Итог – три совершенно разные позиции.
«Тяжелое наследие» и его «нейтрализация»
В городке Браунау-ам-Инн на севере Австрии завершился архитектурный конкурс: дом XVII века, где родился Адольф Гитлер, будет превращен в отделение полиции по проекту Marte.Marte Architekten. Рассказываем о предыстории и обосновании этого проекта и публикуем интервью с партнером бюро Штефаном Марте.
Белый город
В проекте для южного региона России бюро ОСА использует многослойные фасады, играющие на образ курортной архитектуры, и в русле самых современных тенденций перемешивает социальные группы жильцов.
Шоколадные стены
Общественный центр с большим внутренним двором по проекту Taller Mauricio Rocha + Gabriela Carrillo в историческом центре мексиканской Куэрнаваки рассчитан на репетиции любительских оркестров, тренировки футболистов и курсы фотографии.
Отражая солнце
Дом Сергея Скуратова в Николоворобинском срежиссирован до мелких нюансов. Он адаптирует три исторических фасада, интерпретирует ощущение сложного города, составленного из множества наслоений, – и ловит солнце, от восточного до западного.
Часть целого
5 июня были объявлены лауреаты Архитектурной премии Москвы. В числе победителей – проект школы в Троицке на 2100 учеников со своей обсерваторией, IT-полигоном, музеем и оранжереей на крыше.
Пожарный цвет
Пожарная часть в Антверпене по проекту бюро Happel Cornelisse Verhoeven фасадами из красного глазурованного кирпича сразу сообщает прохожему о своей важной функции.
Архитектура как педагогика
Еще одна частная школа, в которой Архиматика реализует концепцию эстетического образования и ищет новую традицию: объединяя скандинавский и советский опыт, обращаясь к предметам искусства и внедряя энергоэффективные технологии.
Фантазия о дикой природе
На кампусе компании Vitra в Вайле-на-Рейне, в знаменитой «коллекции» зданий звездных авторов – пополнение: там создают сад по проекту Пита Аудолфа.
Пресса: Как клип трансформирует город. Григорий Ревзин о городе...
В надежде на будущее обычно присутствует то ли презумпция, что смутность настоящего не может не проясниться, то ли воля к ее прояснению. Будущее всегда стремилось к целостности — пожалуй, мы теперь в первый раз переживаем время, когда это не так.
Пучок травы на камне
Медиа-библиотека по проекту Co-Architectes на острове Реюньон в Индийском океане вдохновлена местными реалиями: базальтом и травой ветиверия.
Что будет с городом после пандемии
Два с половиной месяца изоляции не прошли даром для осмысления устройства современных городов, оказавшихся не подготовленными ко встрече с пандемией. Рассматриваем группы мнений и позиции экспертов, высказанные в прессе, блогах и видеоконференциях.
Музей на железной дороге
Новое здание Кантонального музея изящных искусств по проекту Barozzi Veiga – первый пункт мастерплана этих архитекторов: рядом с вокзалом Лозанны возникает арт-квартал Platform 10.
Курортная история
Про участок в Геленджике, планы развития которого начались в 2005 году и пришли к завершению только сейчас, миновав стадии многоквартирного дома среднего, затем большого размера и наконец воплотившись в таунхаусы со скатными кровлями.
Пресса: «Больше Щусева»
Проект реконструкции Каланчевского путепровода дважды изменен по настоянию градозащитников.