Кирилл Асс: «Мы оказались в ситуации безъязыкости архитектуры»

Архитектор Кирилл Асс - о бессмысленности архитектурной критики при отсутствии в российской архитектуре сформулированных смыслов.

author pht

Беседовала:
Елена Петухова

25 Мая 2015
mainImg
Кирилл Асс – архитектор, сотрудник бюро Александра Бродского, автор интернет-изданий Colta.ru и OpenSpace.ru, журналов «Проект Россия» и «Проект Балтия», художник, куратор.

zooming
Кирилл Асс. Фотография: Е. Цихон




Архи.ру:
– На первый взгляд, дела с архитектурным информационным пространством в России не так уж плохи. Выходят журналы, издаются монографии, ряд интернет-ресурсов пополняется новыми названиями. Но если говорить о персоналиях, авторах, которые систематически бы писали про архитектуру, имели бы четко выраженное собственное мнение и манеру, то картина становится не столь оптимистической. Количество ярких и пользующихся авторитетом публицистов неуклонно уменьшается.
Создается впечатление, что причина – в отсутствии потребности – как у общества в целом, так и в цеховой среде – в авторской архитектурной критике, вместо которой, с большим или меньшим успехом, культивируется архитектурная журналистика формата обезличенных информационных сообщений, не выходящих за границы констатации факта и минимально намеченных стилистических или методических связей с общем мировыми трендами или явлениями.
Весьма показательно в этом плане то, что некоторые профильные интернет-ресурсы вообще не указывают имена авторов статей. Индивидуальная точка зрения и полноценный анализ событий становится редкостью в российском информационном пространстве. Даже те всем хорошо знакомые имена, которые, собственно, и приходят на ум при словосочетании «архитектурная критика», все реже встречаешь под текстами об актуальных архитектурных событиях. И вы в этом плане не исключение: последняя публикация у вас вышла год назад. Так что происходит сейчас с архитектурной критикой в России? Или лучше использовать термин «архитектурная публицистика»?

Кирилл Асс:
– Архитектурной критикой я назвал бы тексты, ориентированные преимущественно на профессионалов, а публицистикой – тексты для широкой публики. То, чем я занимался на OpenSpace и других ресурсах, скорее, относилось к последней.

Проблемы с архитектурной критикой в России связаны с отсутствием ее потребителя. Благодаря событиям конца 20-х – начала 30-х годов прошлого века, после разгрома архитектурного теоретизирования, критика как таковая вообще исчезла. Формально она изображала свое существование в виде текстов абсолютно мистического толка, оперирующих невероятными понятиями, пронизанными неприкасаемой концепцией соцреализма. Для примера достаточно почитать журнал «Архитектура СССР». Но как жанр и процесс осмысления, как составная часть архитектурной практики, критика просто перестала существовать.

С содержательной точки зрения, почти все, что проектируется сейчас в России, является лишь красивой картиной, смыслы которой остаются невербализованными – как на этапе проектирования, так и на этапе оценки результата. В итоге, даже та архитектурная критика, которая есть, адресуется людям, которые свою работу выполняют без осмысления и вербализации, т.е. она уходит в никуда. А те немногочисленные архитекторы и исследователи, которые ищут смыслы, скорее получат их не из чтения текстов, а из непосредственного общения между собой.
 
zooming
НЕГЛИНКА, ИЛИ ОБСКУРАНТИЗМ. Инсталляция в Московском Центре Искусств, Неглинка, 14. 2006. Фотография предоставлена К. Ассом

– Как, в таком случае, вы оцениваете свой опыт в архитектурной публицистике? Почему вы писали раньше и почему перестали сейчас?

– Свою критическую позицию я не могу четко сформулировать. Есть какие-то взгляды, которые сосуществуют достаточно изолировано друг от друга, и я пока их едва ли могу составить в замкнутую, герметическую конструкцию и предъявить как законченную идею.

Что касается публицистики, моя мотивация состояла и состоит не в том, чтобы в очередной раз написать, что русская архитектура – плохая потому-то и потому-то, а дома, которые проектируются, ужасны, потому что это делается из рук вон плохо, а старые дома сносить не надо, потому что они были спроектированы хоть как-то и это память России. Весь этот веер привычных тем практически исчерпал себя в публицистическом плане. Невозможно повторять одно и то же без конца. Желание написать что-то возникает, когда тема или событие задевает за живое, но в последнее время это происходит все реже. Предмет моих интересов слишком метафизичен и отвлечен от повседневного опыта и сферы интересов читателя – даже того, на которого я ориентируюсь. Сейчас, когда одновременно с уничтожением огромной части соседнего государства происходит снос какого-то ценного здания в Москве, это трагическое для нашего наследия событие неизбежно выглядит чем-то второстепенным. Поэтому и писать рука не поднимается. Я могу отреагировать на какой-то вопрос, который мне задан, и написать что-то, но высказывать от себя какую-то внезапную реплику по поводу текущей русской архитектуры в этом контексте мне кажется странным.
 
zooming
DRAMATIS PERSONÆ, Инсталляция на выставке «Фантомные монументы», совместно с А.Ратафьевой, ЦСК Гараж. 2011. Фотография предоставлена К. Ассом

– И, тем не менее, в архитектурной среде существует запрос на публичность и анализ. Архитекторы хотят, чтобы их постройки публиковались, а их творчество каким-то образом классифицировалось и оценивалось. Этот жанр можно было бы назвать прото-критика. Как вы относитесь к этому жанру?

– Потребность в получении публичной реакции на свою работу вполне естественна. Для этого необходим внешний критик, которому, однако, приходится буквально выискивать содержание в произведении, чтобы объяснить, что сделал автор и почему. Какие-то архитекторы работают более осмысленно, какие-то – менее. Но практически никто не декларирует свое концептуальное видение, от которого можно было бы отталкиваться в оценке созданных проектов и построек. Отсутствует привычка формулировать, а потом реализовывать архитектурные идеи и наоборот, и причина ее отсутствия – в специфике нашего архитектурного образования. В результате, мы оказались в ситуации безъязыкости архитектуры, которая осталась без выраженного послания, с непроявленным смыслом.

Это особенно заметно в нашем архитектурном образовании. Студенты проектируют, получают оценки, но обсуждение, критика их работы происходит за закрытыми дверями, между преподавателями. Архитектурный дискурс в традиционном образовательном процессе, как правило, основан на вкусовых оценках и вульгарном практицизме. В результате такого образования, мы имеем ту современную российскую архитектуру, которую имеем.
zooming
БИТВА ПРИ ГАСТИНГСЕ, Инсталляция для Гильдии 1064, совместно с А.Ратафьевой, в галерее Мел. Фотография: М. Ксута 2011

– Среди тех, кто сейчас пишет про архитектуру, много выпускников искусствоведческих факультетов. Как вы это оцениваете?

– Я не вижу здесь плюсов или минусов. Такова нынешняя ситуация. То, что об архитектуре говорят и пишут искусствоведы – это диагноз состояния архитектурного образования, в котором архитектурная критика не является предметом обсуждения. Искусствоведы по природе своего знания должны ведать. Архитектура – это тоже искусство, поэтому его тоже нужно ведать. Были в свое время архитектуроведы. Но что-то их теперь не видно. В результате, архитектурой никто и не ведает толком. Ею ведают какие-то заведующие

– Возможно, ситуацию принципиально изменит реформа архитектурного образования?

– Возможно, но это очень медленный процесс. Людям, которые сейчас выпускаются, по 20-25 лет. Состоявшимися архитекторами они станут к 40-50 годам. Тем более, никаких особенных перспектив реформирования пока не видно.
 
zooming
Архитектура выставки КУНСТКАМЕРА ЯНА ШВАНКМАЙЕРА Кирилл Асс и Надя Корбут ЦСК Гараж. Фотография: Ю. Пальмин. 2013

– Но у нас есть пример выпускников «Стрелки», которые являются носителями отнюдь не постсоциалистической ментальной традиции, но успешно сотрудничают с существующей системой, используя ее ресурсы и инструменты для реализации своих проектов. Многие выпускники «Стрелки» пробуют себя – достаточно результативно – в журналистском и даже писательском амплуа. Может быть, они заложат основы новой российской архитектурной критики?

– «Стрелка» – это не часть реформы образования, а независимый проект, так же, как и МАРШ. Они существуют вне той системы образования, которую нужно реформировать. Невозможность инициировать реформы внутри системы заставляет людей деятельных искать альтернативные внесистемные формы. Но это – параллельная история, одна из многих, существующих внутри и около российской архитектуры, которые пересекаются между собой.

То, что выпускники «Стрелки» пишут, можно только приветствовать, потому что вся задача «Стрелки» была в том, чтобы вырастить людей с иным складом мышления, способных к анализу и рефлексии. Однако для возникновения критического поля необходимо участие профессиональных архитекторов, выражающих свои мысли не только в камне, но и на бумаге.

Важно еще и то, что архитектура близка к политической ситуации, она – самое близкое к политике искусство – особенно, когда включено в политику самым прямым способом, поскольку оно получает деньги от встроенных в политическую систему элементов. Когда критика властей является фактически подсудным делом, то архитектурная критика, которая распространяется, в том числе, и на проекты властей, может быть, и неподсудна, но оказывается абсолютно нерелевантной.
 
zooming
Архитектура выставки ВЗГЛЯНИ В ГЛАЗА ВОЙНЫ Кирилл Асс и Надя Корбут ЦВЗ Новый Манеж. Фотография: Ю. Пальмин. 2014

– А какова роль архитектурного сообщества? Есть ли у него запрос на нонконформизм – если не в идейном и смысловом, то в хотя бы культурно-информационном плане?

– Наше архитектурное сообщество представляет из себя достаточно жесткое конкурентное поле, где никто не готов пойти на действительно бескомпромиссные шаги. Нонконформизм в архитектуре – прямой путь к маргинальности, поскольку архитектура как род деятельности в огромной степени зависит от политической системы в самом широком смысле слова. Архитектура, с одной стороны, есть формальное проявление политии, то есть всей конституции общества, а с другой – в рамках действующей системы должна соответствовать гигантскому своду требований самого различного характера, то есть конформизм составляет в значительной степени ее сущностное основание. Вместе с тем, именно маргинальные явления со временем становятся определяющими. Правда, такие взгляды на архитектурную практику сейчас не очень популярны.

Да и о чем можно говорить, если в 2015 году мы продолжаем наблюдать дискуссии, в том числе среди профессионалов, о ценности и значимости «Черного квадрата» и русского авангарда? Люди публично заявляют о своей невероятной бескультурности. Точнее, они определяют свою культурность через отказ от огромного пласта культурного наследия, в том числе русского, отрицая его, потому что оно как будто бы некрасивое или непонятное. Это одно из проявлений утраты связи и понимания источников и смыслов современного архитектурного языка. И то же самое происходит в сфере архитектурной теории и критики. Существует огромное количество базовых текстов для понимания того, что и как создается, откуда берутся эти объекты и формы, которые так красиво выглядят в журналах. Эти тексты неизвестны, не прочитаны, не поняты, не востребованы.
 
zooming
Архитектура выставки ВЗГЛЯНИ В ГЛАЗА ВОЙНЫ Кирилл Асс и Надя Корбут ЦВЗ Новый Манеж. Фотография: Ю. Пальмин. 2014

– Возможно, на ситуацию окажут влияние архитектурные интернет-ресурсы с их возможностями по доступу к самой различной информации, в том числе и к теоретическим трудам и историческим материалам?

– Наверняка это полезно. Возникновение электронных медиа стало вполне естественным и быстрым способом восполнить информационные лакуны. Но ключевое слово в вопросе – «самой различной»: отсутствие иерархий, характерное для интернета в целом, ведет к трудностям в выборе информации. Иными словами, доступность информации – несомненное благо, но отдельный человек едва ли способен самостоятельно найти, а тем более – выбрать из найденного действительно стоящее. Это не значит, что есть какая-то единственно верная система или компендум знаний. Как и прежде, наши знания и вкусы формируются не только формальным образованием, но и в не меньшей степени мириадами случайностей, приводящих к тем или иным интересам, углублениям и открытиям. Роль образования в этой ситуации становится сходна с ролью путеводителя, в котором намечены основные направления и изложены главные вехи истории города – с тем, чтобы путешественник не заблудился и мог определить, с чем он имеет дело.
 

25 Мая 2015

author pht

Беседовала:

Елена Петухова
comments powered by HyperComments
Григорий Ревзин: «Нет никакой методологии – сплошное...
Довольно длинный, но интересный разговор с Григорием Ревзиным о видах архитектурной критики и её отличии от теории, философии и истории, профессионализме журналиста, вреде жизнестроительства, смысле архитектуры, а также о том, почему он стал урбанистом и какие нужны города.
Разговоры со «звездами»
В новой книге Владимир Белоголовский использовал свои интервью со Стивеном Холлом, Кенго Кумой, Ричардом Майером, Алехандро Аравеной и другими мастерами для анализа текущего положения дел в архитектуре и архитектурной критике.
Кризис суждения
На что сегодня похожа зарубежная архитектурная критика и сильно ли она отличается от отечественной?
Технологии и материалы
«Том Сойер Фест» возрождает красоту старинных зданий
Вот уже 5 лет в разных регионах России проходит уникальный фестиваль по сохранению архитектурного наследия «Том Сойер Фест». Волонтеры и неравнодушные спонсоры помогают спасти здания, которые долгие годы стояли без реставрации и разрушались. И это не просто старые дома – это наше уходящее достояние. Более 40 городов принимают участие в фестивале. В Нижнем Новгороде партнером «Том Сойер Фест» стала австрийская компания Baumit.
Open Spaces
Проект Solo Houses, реализуемый в одном из живописных пригородных районов Испании – это двенадцать экспериментальных жилых домов, гармонично сосуществующих с природным окружением. Ярким дизайнерским акцентом некоторых из них становятся ванны Bette из глазурованной стали.
Пленение плетением
Самое известное применение перфорированной кирпичной стены, сквозь которую проникает солнечный свет, принадлежит швейцарскому архитектору Петеру Цумтору. Идею подхватили другие авторы. Новые тенденции в области кирпичной кладки и старые секреты красивых фасадов – в нашем обзоре.
Строительный материал от Адама
Представляем победителей премии в области кирпичной архитектуры Brick Award 20, учрежденной компанией Wienerberger. Ими стали шесть команд архитекторов из Польши, Руанды, Индии, Испании, Нидерландов и Мексики.
Креативный подход: Baumit CreativTop
Моделируемая штукатурка CreativTop – это насыщенные цвета, глубокие рельефные поверхности, интересные сочетания и комбинации текстур и огромные возможности дизайна.
Потолочные решения Knauf Armstrong для медицинских учреждений...
Линейка подвесных потолков серии Bioguard со специальным антибактериальным покрытием препятствует развитию всех видов возбудителей внутрибольничных инфекций и помогает поддерживать здоровый микроклимат для благополучия пациентов и персонала.
Сейчас на главной
Красная ботаника
Жилой комплекс рядом с петербургским Ботаническим садом невысок и уютно-контекстуален. На основе современного средового и орнаментального модернизма он совмещает аллюзии на соседние исторические здания и тему флорального декора, также продиктованную гением места.
Занавес из фибробетона
Реконструкция театра начала XX века в Эврё включает напоминающие занавес фасады из фибробетона толщиной 8 см и весом 11,2 тонн. Авторы проекта – бюро Opus 5.
Градсовет Петербурга 25.11.2020
Градсовет обсудил жилой квартал по проекту «Студии-44», интегрированный в историческую среду Бумагопрядильной фабрики, а также предложение по символическому восстановлению фабричных труб. Единодушную и высокую оценку работы сопровождали многочисленные сомнения относительно качества будущей жилой среды.
Власть – советам
На дискуссии «Создавая будущее: инструменты влияния на облик города» вопросы согласования проектов были рассмотрены в разных аспектах, от формального до эмоционального. Андрей Гнездилов и Александра Кузьмина заявили о необходимости вернуть понятие эскизной концепции в законодательное поле.
Лес и башни
Перед авторами проекта ЖК «В самом сердце Пушкино» стояла непростая задача: сохранить существующий на участке лесопарк, уместив на нем жилой комплекс достаточно высокой плотности. Так появились три башни на краю леса с развитыми общественными пространствами в стилобатах и элегантными «защипами» в венчающей части 18-этажных объемов.
Жить у воды
Рассказываем об итогах конкурса на проект ЖК «Кристальный» на берегу водохранилища в Воронеже и концепцию благоустройства прилегающей территории – Спортивной набережной.
И овцы сыты
Дом четы архитекторов, Каспера и Лесли Морк-Ульнес, в горах Норвегии использует традиционные методы строительства из дерева и служит также убежищем для овец.
ТПО «Резерв» в ретроспективе и перспективе
В новой книге ТПО «Резерв» издательства Tatlin собраны проекты за последние 20 лет. Один из авторов книги, Мария Ильевская, рассказала нам об основных вехах рассмотренного периода: от дома в проезде Загорского до ВТБ Арена Парка, и о презентации книги, состоявшейся 13 ноября на Зодчестве.
Шоу-рум в ландшафте
Павильон девелопера OCT представляет красоты пейзажа покупателям квартир в очередном «новом городе» на востоке Китая. Авторы проекта шоу-рума – шанхайское бюро Lacime Architects.
Бинокулярный взгляд на культуру
Музей Западной Австралии «Була Бардип» в Перте по проекту бюро Hassell и OMA предлагает экспозицию, одновременно учитывающую аборигенный и западный взгляд на историю и культуру.
Юлий Борисов: «Мы должны быть гибкими, но не терять...
Особенность развития архитектурной компании UNK project – в постоянном поэтапном росте и спланированном изменении структуры. Это тяжело, но эффективно. Юлий Борисов рассказал нам о недавней трансформации компании, о ее сформулированных ценностях и миссии, а также – о пользе ТРИЗ для конкурсной практики, личностном росте и сложностях роста бюро, параллелизме рационального расчета и иррационального творчества, упорстве и осознанности.
Театральный бастион
Бюро Nieto Sobejano выиграло конкурс на проект большого театрального центра на окраине Парижа: основой для него станут декорационные мастерские Шарля Гарнье конца XIX века.
Пресса: Игра на понижение, или в чем проблема нового «Нового...
Обсуждение на Архсовете Москвы второй итерации проекта бюро «Восток» для школы «Новый взгляд» в ЖК «Садовые кварталы» вышло ожидаемо резонансным. Оно подтвердило догадки, возникшие этим летом после победы в конкурсе первой итерации, и поставило ребром вопрос о том, по назначению ли российские заказчики используют такой эффективный инструмент повышения качества архитектуры, как архитектурные конкурсы.
Умер Сергей Бархин
Сегодня в возрасте 82 лет скончался Сергей Бархин, известный прежде всего как театральный художник, но также выпускник МАРХИ, участник «бумажных» конкурсов 1980-х, художник, поэт.
«Подделка под Скуратова»: Архсовет Москвы – 69
Архсовет Москвы отклонил новый проект школы в «Садовых кварталах», разработанный АБ Восток по следам конкурса, проведенного летом этого года. Сергей Чобан настоятельно предложил совету высказаться в пользу проведения нового конкурса. В составе репортажа публикуем выступление Сергея Чобана полностью.
Кирпич как связующее
Исторический комплекс почтамта – телеграфа – телефонной станции на юго-западе Берлина архитекторы GRAFT приспособили под офисы, магазины и рестораны, а также добавили два новых жилых корпуса.
Кирпич и фарфор
Музей Императорской печи в Цзиндэчжэне на юго-востоке Китая в прямом и переносном смысле построен вокруг тысячелетней традиции создания фарфора. Авторы проекта – пекинские архитекторы Studio Zhu-Pei.
Шкаф с культурой
Рассказываем о том, как районная библиотека в позднесоветском здании превратилась в актуальное общественное пространство и центр культурной жизни спального района.
Две школы: о лауреатах «Зодчества» 2020
Главную премию, Хрустальный Дедал, вручили школе Wunderpark Антона Нагавицына, премию Татлин за лучший проект получил кампус ИТМО «Студии 44» Никиты Явейна. Показываем и перечисляем все проекты и постройки, получившие золотые и серебряные знаки, а также дипломы фестиваля Зодчество.
Простор для творчества
Результат сотрудничества европейского заказчика и компании «Архиматика» – бизнес-центр со сложным фасадом, умными планировками и сертификатом BREEAM.
Градсовет удаленно 11.11.2020
На очередном дистанционном заседании Градсовет обсудил микрорайон рядом с Пулковской обсерваторией и жилой комплекс эконом-класса с видом на Неву.
Живее всех живых
В Гостином дворе открылся фестиваль «Зодчество» с темой «Вечность». Его куратор Эдуард Кубенский заполнил множеством смелых – и вообще разных – инсталляций пространство, освобожденное кризисным временем. Давая тем самым надежду на обновление и утверждая, надо думать, что фестиваль жив.
ATRIUM: «Один довольный заказчик должен приносить тебе...
Вера Бутко и Антон Надточий, известные 20 лет назад смелыми проектами интерьеров и частных домов, сейчас строят большие жилые районы в Москве, участвуют в конкурсах наравне с западными «звездами», активно работают со значительными проектами не только в России, но и на постсоветском пространстве. Мы поговорили с архитекторами об их творческом пути, его этапах и истории успеха.
Спит кирпич, и ему снится
Великая московская стена, ограждающая Москву по линии МКАДа, дом-звонница, башня-рудимент, имитация воды и вышивка кирпичом. Представляем проекты-победители первого всероссийского архитектурного Кирпичного конкурса, в которых традиционный материал приобретает новые выразительные качества и смелое концептуальное осмысление.
На три счета
Складной дом Brette складывается на шарнирах и укладывается на платформу грузовика. Он состоит их трех модулей, его разбирают за три часа, площадь при этом увеличивается в три раза. Дом изготовлен в Латвии и уже выдержал один переезд.
Парение свечей
Проект установки памятного знака журналистам, погибшим при исполнении профессионального долга – победившая в конкурсе работа скульптора Бориса Чёрствого, умершего в этом году, и архитекторов Алексея и Натальи Бавыкиных – не слишком типичный для современной Москвы, и поэтому актуальный и важный памятник.
Магнитные линии
Магазин на флагманском автозаправочном комплексе компании KLO строится сейчас в Киеве по проекту Dmytro Aranchii Architects.
Архсовет Москвы – 68
Архсовет, состоявшийся во вторник и отправивший на доработку проект ЖК «Слава» архитектурной компании DYER Филиппа Болла и MR Group, вызвал достаточно бурное обсуждение в сети. Рассказываем, кто и что сказал, подробнее.
Архитектурная среда и дизайн-2020
Дипломные работы выпускников кафедры «Архитектурная среда и дизайн» Института бизнеса и дизайна: двухдневный туристический маршрут, реновация биологической станции, восстановление реки и интерьер квартиры в Доме Наркомфина.
Изгибы среди деревьев
Корпус визуальных искусств в пенсильванском колледже по проекту Стивена Холла получил криволинейный план, чтобы сберечь 200-летние деревья вокруг.
«Панельный дом для богатых»
Лучшим небоскребом мира за 2018–2020 годы Немецкий музей архитектуры выбрал башни Norra tornen в Стокгольме по проекту OMA: сборный бетонный жилой комплекс, напоминающий своими модульными «кубиками» Habitat’67. Публикуем его и небоскребы-финалисты.
Конкурсный проект комбината газеты «Известия» Моисея...
Первая часть исследования «Иван Леонидов и архитектура позднего конструктивизма (1933–1945)» продолжает тему позднего творчества Леонидова в работах Петра Завадовского. В статье вводятся новые термины для архитектуры, ранее обобщенно зачислявшейся в «постконструктивизм», и начинается разговор о влиянии Леонидова на формально-стилистический язык поздних работ Моисея Гинзбурга и архитекторов его группы.
Открытая структура
В Екатеринбурге сдано в эксплуатацию здание штаб-квартиры Русской медной компании, ставшее первым реализованным в России проектом знаменитого британского архитектурного бюро Foster + Partners. Об этой во всех смыслах очень заметной постройке специально для Архи.ру рассказывает автор youtube-канала «Архиблог» Анна Мартовицкая.
Башни «Спутника»
Шесть башен в крупном жилом комплексе рядом с берегом Москвы-реки в самом начале Новорижского шоссе совмещают ответ на целый ряд маркетинговых пожеланий и рамок, предлагая простой ритм и лаконичную форму для домов, которые заказчик предпочел видеть «яркими».
Кружево и кортен
Мастерская LMN Architects построила в Эверетте на северо-западе США пешеходный мост, соединивший оторванные друг от друга городские районы. Сооружение, первоначально задуманное как часть канализационной системы, превратилось в популярное общественное пространство.