Андрей и Никита Асадовы: «Мы хотим перевести дискурс с политического на профессиональный»

Кураторы фестиваля «Зодчество» 2014 года – о том, как родилась тема, об оживлении традиции, актуальности авангардного и неактуальности современного.

mainImg
О теме
 
Архи.ру:
– Тема предложена инициативной группой (Андрей Боков, Александр Скокан, Никита Токарев, Наринэ Тютчева, Михаил Хазанов, Вера Бутко, Георгий Солопов и вы). Какие аргументы «за» выдвигались в процессе обсуждения?
 
Андрей Асадов:
– На встречах инициативной группы выдвигались множество различных версий, но все они крутились вокруг актуальных тенденций в российской архитектуре и обществе, а также вокруг самоидентификации российской архитектуры. В итоге было решено объединить оба направления.
 
Никита Асадов:
– Самое интересное, что окончательная формулировка родилась в процессе обсуждения, изначально наша версия названия звучала как «Актуальное Наследие», – мы предлагали в этом году целиком сосредоточиться на анализе методов превращения архитектурного наследия российских городов в источник новых идей и инструмент развития территорий. В новой версии тема звучит более широко, и мы попробуем проанализировать основные стилевые течения с точки зрения их вклада в формирование идентичности русской архитектуры.
 
Об авангарде

– Опять авангард? Тема еще не исчерпала себя?
 
Н: На наш взгляд тема как раз сейчас становится все более актуальной: во-первых это связано со столетним юбилеем Русского Авангарда, расцвет которого пришелся на 1914–1922 годы, во-вторых сегодня запущен ряд проектов реставрации памятников архитектуры этого времени, и еще больше находится в ожидании. Притом архитектура авангарда до сих пор остается непонятой и в глазах рядового гражданина отношение к ней скорее отрицательное. Реабилитация этого временного пласта архитектуры в сознании общества – одна из задач, которая стоит сегодня перед профессиональным сообществом.
 
А: Мы обращаемся к архитектуре авангарда, как к очищенной, живой традиции, прорвавшейся через густые заросли академической архитектуры, и в этом смысле, тема как никогда актуальна – пора ощутить новый импульс живой традиции, способной вдохновить архитектуру современную.
 
– Раз такая тема, давайте поговорим подробнее об авангарде. Вот в манифесте написано, что вы рассматриваете «…Русский Авангард не как революцию и отрицание ценностей, но как новое прочтение традиции…». Вы не находите, что если так рассматривать авангард, то теряется больше половины его смысла? Или еще, вы в манифесте пишете «соединяя прошлое с настоящим, мы формируем будущее». Авангард честно отрицал прошлое, а вы что будете делать с этим отрицанием? Иными словами вам не кажется, что если так примирительно подходить к авангарду, из него получается какой-то плюшевый мишка?
 
Н: Русский Авангард, как и любое яркое явление, имеет множество смыслов. Взгляд на Авангард как на революционный порыв, уничтожающий прошлое, особенно убедительный в контексте революционных преобразований государственного и общественного устройства, стал практически официальной позицией. В определенной степени это миф и упрощенный взгляд на вещи. Также как мы сегодня называем всю архитектуру двадцатых конструктивизмом, забывая о непримиримом идеологическом противостоянии конструктивистов и функционалистов, также и смысловое наполнение архитектуры этого времени сведено к формуле Авангард = Революция. В контексте темы фестиваля, нам интересен прежде всего революционный слом сознания двадцатых годов, когда через отрицание закосневшего языка архитектурных шаблонов начали возникать чистые оригинальные идеи, носителем которых и является традиция. В этом смысле, глубинный посыл нашего проекта заключается в том, что живая традиция является носителем смыслов, способствующих устойчивому развитию общества. Умирая, она превращается в механическое повторение, муляж, имитирующий традицию, но по сути не наполненный никакими ценностями, значимыми для развития общества. Предназначение Авангарда – оживлять Традицию, перенося ее содержание в новую форму, подобно тому как перевод текста со старого языка на новый делает его понятным для современников.

Следует понимать, что шедевры авангарда двадцатых создавались руками людей, прошедших через серьезную академическую школу, и прекрасно осознававших, что они отрицают и почему. Это не был поиск нового через случайный перебор и изобретение велосипедов, – архитектор имел собственный метод, основанный на личной позиции, сформулированной в манифесте. Отрицалось не столько прошлое, сколько та мертвая, бессодержательная форма, в которую выродилась профессия, озабоченная по большей части проблемами декорирования доходных домов.

На наш взгляд, сегодня, сто лет спустя, профессиональное сообщество готово к авангардному взгляду на Авангард, или по крайней мере к альтернативным точкам зрения на содержание той эпохи. Наша задача – дать новый взгляд на смыслы и значение архитектуры Русского Авангарда, сделать ее понятной и актуальной для современного общества, тем самым стимулируя появление новых идей и методов творческого осмысления насущных проблем.
 
– Оживление традиции звучит как задача очень обаятельно, но что именно вы собираетесь оживлять? И что в таком случае выступает аналогом декорированных доходных домов – ЖК и торговые центры?
 
А: Живая традиция русской архитектуры – это все лучшее, самобытное, проявлявшееся в ней на разных исторических этапах, и оставившее нам в наследство уникальные памятники своей эпохи. Мы хотим оживить именно жизнестроительный подход, способность формировать осмысленное пространство, подчиненное заданной цели, проявляющее потенциал конкретного места и, вместе с тем, использующее вековой опыт архитектурного мастерства. Недавно я услышал потрясающий своим лаконизмом и глубиной завет древнерусскому мастеру: «Рубить – как мера и красота скажут, а мера мастеру – длина бревна, а высота – мера красоты». Вот вам и живая традиция, и не важно, к чему ее применить – к доходным домам или торговым центрам.
Павел Пепперштейн. Небоскреб Черный Куб (Malevich Tower). Проект Город Россия. 2007. Холст, акрил. 70х90 см © Павел Пепперштейн / Courtesy Галерея Regina
Андрей и Никита Асадовы

 
– В свете сказанного как бы вы сформулировали – что конкретно в авангарде вы считаете идентичным? Опять же если вспомнить о том, что сам себя авангард считал скорее космополитичным движением, общемировым, частью как минимум III Интернационала, и цвет русских икон нес туда же, в мировую культуру победившего пролетариата? Как вот этот интернационализм прототипа сочетается у вас с темой локальной идентичности?

Н: Думаю, начало XX века в определенной степени было временем кризиса идей в архитектуре, схожим с тем, что мы имеем сегодня. Чтобы обрести их, многое приходилось черпать из других источников, – древнерусского зодчества (Неорусский стиль), природных форм (Модерн), современного искусства (Авангард). Разумеется, как и сейчас, многое приходило из общемировых тенденций. Но все это имело конечной целью выражение ценностей собственного менталитета, упакованных в новую оболочку. Даже решая задачи построения мирового коммунизма, авангард сумел остаться русским не только по географии, но и по своему характеру.

А что касается идеологической подоплеки архитектуры того времени, то есть подозрение, что даже Татлин пытался «продать» свою Башню советскому правительству в качестве памятника III Интернационалу, а вовсе не сочинял ее таковой изначально. Просто на каком-то отрезке истории авангард в искусстве вошел в резонанс с авангардом социального переустройства, и стал по-настоящему востребованным, что и дало такой мощный всплеск, волны которого расходятся до сих пор.
 
– Из чего по-вашему может возникнуть новое течение? Старый авангард по определению невозможно повторить, сколько его ни исследуй, он уже все сказал – откуда возьмется новое свежее?
 
А: Новое течение может возникнуть как ответ на вызовы общества, уже шагнувшего в новую, постиндустриальную эру. Чем более актуальные решения будет предлагать современная архитектура для новых социальных форматов, новых индустрий, новых деловых и общественных пространств, тем более авангардной она станет по своей сути.
 
Об идентичности
 
– Тема Зодчества’2014 звучит как продолжение выставки «Русское идентичное», сделанной вами на Зодчестве 2012 года. Как они связаны: там вы искали идентичность в постройках двухтысячных, теперь – в современных вещах? Или как-то еще?
 
А: Два года назад мы, вместе с ведущими критиками, собрали коллективный портрет современной русской архитектуры, а теперь хотим проанализировать, почему именно такой портрет получился, как в одном культурном пространстве могут уживаться сталинские высотки, эстетский минимализм и экспрессивные авторские объекты, что вдохновляет различные тенденции в современной архитектуре России. Другими словами, запустить импульс самоидентификации.
 
– Раньше тема идентичности пугала слегка, а теперь начинает пугать все сильнее. Вы же не собираетесь искать аналог «особого русского пути» в архитектуре? Как бы вы вообще определили идентичность в архитектуре?
 
Н: Дело в том, что мы рассматриваем идентичность вне политического контекста. На наш взгляд, это очень важный инструмент, способный вывести русскую архитектуру из системного кризиса, источник новых идей, которым архитекторы сегодня не умеют, и даже боятся пользоваться, рискуя быть уличенными в «патриотических» настроениях.
 
А: Мы видим идентичность как сумму трех факторов – Места, Времени и личности Творца. Идентичная архитектура способна раскрыть потенциал места, в котором она создается, она способна дать адекватный ответ своему времени, и она несет отпечаток личности своего Творца, его видение пространства. Какой бы хотелось видеть идентичность современной русской архитектуры? В идеале, это тот самый третий путь – синтез рационального Запада и иррационального Востока, нечто органичное и самобытное, черпающее вдохновение из живой традиции прошлого, но использующее актуальный язык настоящего.
 
– Актуальное значит современное, то есть появившееся сейчас, или оно должно быть не только современным, но еще и актуальным – тогда каковы критерии актуальности?
 
Н: Как раз очень немногое из современного можно назвать актуальным. Зачастую, идеи, сформулированные в прошлом, становятся сегодня актуальней чем здания, возводимые по современным проектам. На мой взгляд, основной критерий актуальности – это способность решать проблемы современного общества и содействовать его развитию.
 
– Каким образом будет присуждаться диплом СА «Актуальное»?

Н: Это будет выбор жюри, в которое войдут члены экспертного совета и приглашенные эксперты, имеющие вес в профессиональном сообществе.
 
– «Павильон Крым» это ваша идея или чья?

Н: Отчасти это наш ответ на актуальную тему года, которую было бы странно игнорировать. В нем мы хотим перевести дискурс с политического на профессиональный, обратить внимание на ценность архитектурного наследия Крыма, и побудить профессиональное сообщество участвовать в решении вопросов, находящихся в их компетенции, вместо того, чтобы тратить силы на бесплодные политические дискуссии. К слову, выставка, которую мы планируем показать, готовилась кураторами еще в то время, когда полуостров находился в составе Украины.
 
– Чем будет ваше Зодчество кардинально отличаться от остальных?

Н: Нам бы хотелось сделать акцент на смысловой части фестиваля, расширив ее за счет ряда выставочных спецпроектов, раскрывающих общую тему фестиваля.
 
А: Мы хотим попытаться привить Зодчеству способность задавать вектор развития российской архитектуры, хотя бы на годовом отрезке, до следующего фестиваля. Импульс, заданный на фестивале в Москве, затем должен в течении года распространяться по другим городам, формируя устойчивый дискурс, и, когда он вполне усвоен, Москва посылает следующий импульс, для следующего этапа. У нас уже есть соображения по следующим импульсам, которые следовало бы запустить в профессиональную среду, после того, как она себя «проидентифицирует». Насколько это удастся – покажет время.
 
– Какие это спецпроекты и какой импульс нынешнего вы назвали бы главным, решающим и долженствующим прорасти?
 
А: Пока мы не будем раскрывать конкретные спецпроекты, но в целом их идея – показать, как на разных исторических этапах выглядела «живая традиция», и какие смыслы она может придать архитектуре современной. Импульсов в нынешнем году может стать два – придать наследию актуальность, способность стать источником развития территорий, а современной архитектуре – идентичность, способную вывести ее в ранг наследия в будущем.
 
– Вы братья, но работаете чаще раздельно. Зодчество’2014 это ваш первый совместный проект? Почему именно сейчас вы решили объединиться?

Н: Это наш первый совместный проект такого масштаба. До этого мы делали несколько выставочных проектов, в том числе на фестивале Зодчество в 2012 году. Но то, что мы делаем сейчас, требует консолидации усилий гораздо большего числа людей. На наш взгляд, фестиваль имеет большой потенциал как дискуссионная площадка не только для обсуждения актуальных проблем, но и как инструмент продвижения новых стратегических идей, способных дать через архитектуру новые смыслы обществу, тем самым повысив статус профессии в целом.
 

20 октября 2014

В будущее с надеждой
Итоги спецпроекта «Будущее. Метод» на фестивале «Зодчество»–2014 подводят его куратор Оскар Мамлеев и студенты – участники проекта.
Пресса: Фестиваль «Зодчество-2014» - кураторский порыв назло...
В конце декабря в Гостином дворе прошел 22-й Международный фестиваль «Зодчество-2014», ситуативным контекстом которого стала профессиональная рефлексия по поводу последствий для строительной практики двукратной девальвации рубля.
Пресса: Эдхам Акбулатов, мэр Красноярска: «Стремительное...
Экспозиция Красноярска стала одной из самых ярких на XXII международном фестивале «Зодчество» в Москве. Сибиряки привезли в столицу новый генеральный план развития города. Мэр Красноярска Эдхам Акбулатов рассказал, какой опыт Москвы может быть полезен городу, зачем он планирует реорганизовывать промзоны в промышленном сердце Сибири и как изменится Красноярск к проведению Универсиады-2019.
Пресса: В Москве прошел Международный фестиваль «Зодчество»
В Москве прошел Международный фестиваль «Зодчество». Его тема звучала довольно сложно – «Актуальное. Идентичное», с посвящением 100-летию русского авангарда. Организаторы объяснили, что, соединяя прошлое с настоящим, современные архитекторы формируют будущее. Тем самым у них в руках – ключ к зарождению нового авангарда.
Пресса: Северный эпос
Архитектурная мастерская «Атриум» открыла мощный источник вдохновения в традициях и природе Якутии, когда разрабатывала конкурсную концепцию для международного центра Олонхо в Якутске. Сооснователь мастерской, архитектор Антон Надточий призывает не забывать о культурах малых народов в разговоре о российской идентичности.
Загадки русской души
Участникам фестиваля «Зодчество» удалось перевести его опасную тему – идентичность, в единственно адекватную плоскость: нервной рефлексии на грани абсурда. Сохранив невозмутимое выражение лица.
Пресса: Ольга Бумагина: Детский сад как центр притяжения
Главный архитектор и гендиректор мастерской ППФ «Проект-Реализация» Ольга Бумагина убеждена в том, что социальные объекты не должны являться довеском к жилой застройке, а вполне могут стать центрами притяжения в жилых кварталах.
Пресса: Большая встреча с кураторами фестиваля «Зодчество-2014»
12 ноября 2014 года на площадке архитектурной школы МАРШ состоялся круглый стол «Специальные проекты фестиваля «Зодчество-2014». Кураторы, среди которых Андрей и Никита Асадовы, Елена Гонсалес, Александр Змеул, Оскар Мамлеев, Елена Петухова, Алексей Комов, Вероника Харитонова, Александра Селиванова и Борис Кондаков, рассказали присутствующим о философии своих выставочных проектов, их профессиональной и общественной направленности, а также поговорили об идентичности российской архитектуры.
В будущее с надеждой
Итоги спецпроекта «Будущее. Метод» на фестивале «Зодчество»–2014 подводят его куратор Оскар Мамлеев и студенты – участники проекта.
Загадки русской души
Участникам фестиваля «Зодчество» удалось перевести его опасную тему – идентичность, в единственно адекватную плоскость: нервной рефлексии на грани абсурда. Сохранив невозмутимое выражение лица.
Антон Шаталов: «В Сибири для пассионариев наилучшая...
Куратор выставки «Прошлое, настоящее и будущее Красноярска» – о городе, который находится сейчас «на этапе социальной эволюции, когда людям предоставляется безграничный выбор возможностей для проявления себя».
Владислав Кирпичев: «Мы все живем запахами из детства»
Говоря о своей экспозиции на «Зодчестве» 2014, глава школы EDAS Владислав Кирпичев признался, что не делал попыток вписаться в тему фестиваля («актуальное идентичное»), – и между тем, кажется, сказал о ней очень многое.
Технологии и материалы
Архитектура в движении: как театр приходит в современные...
Движение в архитектуре может быть не только визуальным эффектом, но и физическим свойством пространства. Кинетические потолки, подвижные конструкции и объемные арт-объекты позволяют менять конфигурацию и сценарии интерьера, объединять движение со светом и звуком. На примере разработок Paper Design® смотрим, как работают такие системы, какие задачи они решают и почему при их проектировании архитекторы обращаются к театральной драматургии.
Остекление аэропортов: современные возможности
Сегодня остекление аэропорта помогает формировать комфортную среду для пассажиров: обеспечивает естественное освещение и визуальную прозрачность, которая помогает пассажирам ориентироваться в здании. При этом современные технологии позволяют интегрировать в стеклопакеты функциональные элементы, которые делают остекление частью инженерной системы фасада. Рассказываем на примере проектов Российской Стекольной Компании.
Ламели в движении: система RV на фасадах паркинга в...
Один из популярных способов получить фасад с выраженной пластикой и 3D-эффектом – использование ламелей. Вместо дорогостоящих кастомных решений достаточно серийной системы в сочетании с поворотными креплениями. Смотрим, как это работает на примере системы RV от АФК Лидер.
В Дании на 3D-принтере напечатали студенческое общежитие
Жилой комплекс Skovsporet состоит из шести малоэтажных корпусов, несущие бетонные конструкции которых изготовлены методом 3D-печати. При строительстве использовали бетонную смесь с цементом пониженной углеродоемкости.
Прозрачность под контролем: остекление курортной...
Как сохранить естественное освещение и панорамные виды, не превращая стеклянный фасад в источник избыточного тепла? На примере двух объектов Черноморского побережья – санатория «Кристалл» в Сочи и винного города «Белый мыс» в Геленджике – рассматриваем возможности мультифункционального и просветлённого стекла AIG, позволяющие совместить солнцезащиту, теплоизоляцию и архитектурную выразительность.
Из шерстяных отходов – в фасадную облицовку
Исследователи Гарвардского университета разработали биокомпозит из переработанной овечьей шерсти, который может использоваться одновременно для теплоизоляции и наружной облицовки зданий. Прототип фасадной системы представили на Архитектурной триеннале в Осло.
«Второй слой»: полимеры в реконструкции
При реконструкции новые материалы могут быть заметной частью архитектуры – полупрозрачной кровлей, фасадом или самостоятельной оболочкой. А могут оставаться скрытыми внутри стен, перекрытий и кровель, улучшая теплоизоляцию и защищая существующие конструкции. Рассматриваем, как полимеры помогают приспосабливать здания к новым функциям и требованиям, сохраняя при этом их архитектурную ценность.
HENN разработало калькулятор углеродного бюджета зданий
Бесплатный онлайн-инструмент немецкого бюро позволяет определить допустимый объем выбросов парниковых газов для здания и сопоставить с ним показатели проекта. Расчет основан на климатической цели Парижского соглашения – ограничении глобального потепления до 1,5 °C относительно доиндустриального уровня.
Тот самый металл
Как Cladding Solutions работает с цветом – от архитектурного замысла и первого образца до рецептуры покрытия и тысяч квадратных метров готового фасада.
Напечатанная штаб-квартира
Немецкая строительная компания Matthäi Schlüsselfertigbau построила собственную штаб-квартиру с применением 3D-печати, а затем открыла подразделение, специализирующееся на этой технологии.
Офис Российско-Германской ВТП в Петербурге: проект...
Новый офис Российско-Германской внешнеторговой палаты в Адмиралтейском районе объединяет рабочие пространства, коворкинг и площадку для деловых мероприятий. Бюро UNK design построило интерьер на принципе лессировки, используя цвет, фактуры и свет для создания многослойной пространственной композиции. Реализовать проект помогли строительные системы КНАУФ – материалы для устройства перегородок, облицовок и подвесных потолков, а также для подготовки поверхностей под отделку.
Три способа встроить мансардное окно в архитектуру...
Мансардное окно обычно воспринимается как элемент, который приходится вписывать в уже заданную конструкцию крыши. Но возможен и обратный подход: размер, конфигурация, цвет или геометрия остекления становятся частью архитектурного замысла и влияют на то, как выглядит весь верхний этаж.
Чёрный пенопласт из отходов
Carbon Cell разработала пеноматериал на основе обугленных сельскохозяйственных отходов. Он не содержит пластика, пригоден для домашнего компостирования и обладает отрицательным углеродным следом: по оценке компании, каждый килограмм материала обеспечивает связывание углерода, эквивалентное почти килограмму CO₂.
Бионика в игровых пространствах
Органическая пластика и сложная геометрия проникают в дизайн игровых пространств все чаще. «Новые Горизонты» предлагают развивать это направление, называя его «бионическими игровыми комплексами», – как концепцию, соединяющую выразительную форму площадки с архитектурой и благоустройством.
Сталь. Спорт. Стиль
Спортивные объекты предъявляют к отделочным материалам разные требования: устойчивость к ударам и интенсивной эксплуатации, безопасность, влагостойкость, гигиеничность. Один из материалов, способных работать в таких условиях, – нержавеющая сталь. Разбираемся, какую марку стали и тип обработки выбирать для тренажерных залов, бассейнов, общественных зон и фасадов – и как эти решения работают на реализованных объектах.
От фасада до земли
Облицовочный кирпич и тротуарная плитка в проектах – нередко выступают как части единой материальной палитры. Они связывают фасад и благоустройство через близкие оттенки или, наоборот, контраст, градиент и общий ритм. Смотрим подборку примеров жилых комплексов из портфолио бюро СПК, где применяется продукция BRAER.
Фальц: от штучного решения к рабочей технологии
Фальцевая кровля часто оказывается в проектах благодаря широким возможностям в работе со сложной геометрией. Но результат зависит не столько от самого металла, сколько от того, как увязаны основание, узлы, производство и монтаж. На примере инфраструктурных объектов разберем фальц как воспроизводимую строительную технологию.
В Токио робота-андроида привлекли для работы на стройплощадке
Компания Shimizu Corporation начала испытания гуманоидных роботов и роботизированных манипуляторов с искусственным интеллектом на строительных площадках. Экспериментальным полигоном стал небоскреб Torch Tower, спроектированный Со Фудзимото.
Материал для эксперимента: полимеры в общественном...
Этим текстом мы открываем новый цикл статей о полимерах в современной архитектуре. Его тема – не столько сферы применения того или иного материала, сколько изменение его архитектурного статуса. В четырех статьях мы попробуем рассмотреть этот вопрос на разных масштабах – от общественного пространства и реконструкции до частного дома и выставочной архитектуры.
Сейчас на главной
Ключ к историческому поселению
В Казани в рамках Строительной недели БРИКС состоялся IV форум «РЕБУС», темой которого стало «Градостроительство в исторических поселениях». Предлагаем репортаж с мероприятия, некоторые тезисы дискуссий, а также итоги смотр-конкурса, отмечающего лучшие практики в сфере градостроительства на исторических территориях.
По стопам Кулибина
Бюро ГОРА спроектировало три станции канатной дороги для Нижнего Новгорода. Маршрут свяжет берега Оки и район станции метро «Заречная», предлагая не только удобную переправу, способную транспортировать около 30 000 человек в день, но и новый взгляд на город – как с точки зрения панорам, так и его наследия. Архитектурное решение, вдохновленное инженерными достижениями нижегородца Ивана Кулибина, оставляет открытыми механизмы и коммуникации, а также закладывает выставочную функцию.
Кирпичная ткань
Музей драгоценной ткани – парчи Шу – в Чэнду по проекту пекинского бюро Archstudio – реконструкция скромного цеха по сбору сельскохозяйственной техники.
Семиглавый
Сегодня ДГП объявил о проведении семи архитектурных конкурсов. Но подать заявку пока нельзя. Можно будет с 23 ноября. Мы же пока философствуем о функциональной типологии московской конкурсной практики, ее трансформациях и перспективах.
Кто ищет, тот всегда найдет
Бюро OFFCON разработало дизайн нового этажа для офиса «Авито», руководствуясь представлением о компании как о виртуальном пространстве для поиска своего рода «сокровищ» – выгодных покупок. В результате получился интерьер, наполненный дизайнерскими «сокровищами» – уникальной атмосферой и удобными рабочими местами.
NDA, равенство, братство
Закончила работу десятая биеннале «Архитектура Петербурга». Теперь помимо живой дискуссии и культурной программы у нее есть куратор, объединяющая тема и авторские «гостиные», которые значительно облегчили зрителю жизнь. Помогло ли все это выйти мероприятию на новый уровень – рассуждаем в нашем материале.
Новая морфология среднерусского города
Полностью готова первая часть строящегося в Нижнем Новгороде IT-кампуса «Неймарк» – 18 домов студенческого городка над склоном Оки. У них оптимальная 6-этажная высота и, по словам Никиты Явейна, в основу планировки положен характер застройки Нижнего, который даже при наличии «красной линии» стремится обособить дома, а не состыковать их в один массив. Интересный, глубокий подход – разбираем, какие еще были мотивы и какие возникли, в том числе градостроительные, особенности.
Движение с ускорением
Здание Интеллектуальной лаборатории цифровых сетей построено в особой экономической зоне Петербурга «Новоорловская» по проекту AMD architects. Чтобы сделать здание в промышленной зоне заметным, авторы сыграли на контрасте квадратного в плане основания и диска второго этажа, усилив эффект растяжением формы и сгущением ламелей. Образное решение учитывает восприятие центра с автомобильной трассы и высоты птичьего полета.
Брутальный романтизм
Дизайн-студия GORKOVENKO спроектировала интерьер ресторана «Телец-тунец», объединив в одном дизайне брутальность мясных и романтизм рыбных ресторанов.
Интроверт на перекрестке
Штаб-квартира Пражской противопожарной и спасательной службы по проекту бюро Architektura занимает заметный участок, но, несмотря на «пожарный» цвет, проявляет сдержанность и спокойствие.
Для самураев и викингов
В гавани Копенгагена построен Центр водной культуры KAI по проекту Кэнго Кумы. В пяти кирпичных башнях архитектору удалось соединить японские и скандинавские традиции.
Аэропорт с видом на сад
В конкурсном проекте нового аэропорта Пензы бюро ХВОЯ предлагает пересмотреть привычную планировочную схему аэровокзала, организовав пассажирские пространства вокруг зеленого внутреннего двора.
Функционирующие суды
Венское бюро Berger+Parkkinen представило проекты крупных судебных зданий для Катара: в Дохе и Лусаиле. Их открытие запланировано уже на 2029.
Легкий росчерк на стене
Бюро Nesnov.studio создало интерьер кафе Mátes Пицца в московском ЖК Foriver, кажется, с одной целью – сохранить его воздушность и просторность, деликатно вводя в него элементы дизайна, материалы, цвета и графику, словно взвешивая их на воображаемых весах гармонии.
От завода к городу
В Выксе началось преобразование музея истории металлургического завода в музей города. Первый этап проекта – обновление экспозиции первого этажа по проекту [MISH] studio. Архитекторы сохранили историческую структуру здания и обратились к материалам, связанным с природным и промышленным наследием Выксы: металлу, дереву, цвету металлургического шлака.
Сцена для города
По проекту ARCHINFORM в Новом Уренгое построена Детская школа искусств – новый общественно-культурный центр, формирующий важную точку притяжения в самом сердце города. Композиционным ядром здания стал театрально-концертный зал, который архитекторы превратили в самостоятельный объем, заключенный в выразительную оболочку из вертикальных ламелей.
Случайные встречи
Культурный и спортивный центр района Юэхай, шэньчжэньской «Кремниевой долины», спроектирован бюро Urbanus как место, где жители мегаполиса могут ощутить свою принадлежность к местному сообществу.
Пресса: Веретьево, Степановское-Волосово и Никола-Ленивец:...
Александр Бродский, Михаил Белов и Николай Полисский годами строят собственные арт-парки в Подмосковье, Тверской и Калужской областях. Рассказываем, что прославляет каждый из них, чем их проекты отличаются от коммерческих арт-площадок
Ирина Барто: «Нам нужна была тема, в которой помещаются...
Сооснователь бюро Umbra Ирина Барто – первая женщина-архитектор, которая заняла пост председателя «Объединения архитектурных мастерских» за все 26 лет существования ассоциации. В этом году она также курирует X биеннале «Архитектура Петербурга». PR и комьюнити-директор Ассоциации «ОАМ» и организатор биеннале Анна Ставрова поговорила с Ириной Барто об особенностях юбилейной выставки: посетителей ждут «гостиные» 23 бюро, обширная культурная программа за пределами Этнографического музея, а также деловая дискуссия, сфокусированная на диалоге, открытости профессии городу и преемственности.
Игра в Урарту
Проект Софьи Балыкиной и бюро «Хора» стал финалистом конкурса на разработку архитектурной концепции новой арены для футбольного клуба «Урарту». Объект расположится на месте стадиона «Наири» близ Ереванского озера. Авторы предложили комплекс, напоминающий современную агору: с амфитеатром и закрытыми трибунами, глубинной пространственной связью с тканью города и окружающим ландшафтом, а также включением в новую композицию исторических конструкций. Победу одержала заявка местного бюро Gravity.
Новая аутентичность
Современный интерьер в национальном стиле сделать непросто. Мало таланта, насмотренности и бюджета. Нужно нечто больше: нужна искренняя любовь к месту и его истории, причем, как у заказчика, так и у дизайнера. Подтверждением тому служит интерьер бутик-отеля «Дымов Дача» в Суздале, созданный командой под руководством Ангелины Бородкиной.
Местный колорит
Stefano Boeri Architetti выиграли конкурс на проект жилого комплекса в Тбилиси, на месте электровозостроительного завода ТЭМКа (ТЭВЗ). Цвета будущих фасадов основаны на типичных для колорита города оттенках.
Память в деталях
В проекте гостиницы на Почаинском овраге в Нижнем Новгороде бюро ГОРА Станислава Горшунова обращается к почти забытым в современной архитектуре маскаронам. И эта яркая деталь – одна из тех, через которые архитекторы раскрывают историю места, соединяя мотивы соседних памятников, особенности рельефа и современную пластику.
О пользе разнообразия
В Амстердаме завершено строительство жилого района Westerpark West. Согласно разработанному MVRDV мастерплану он объединяет 15 корпусов, каждый со своим собственным решением.
В центре Барнаула
Александр Деринг отреставрировал главное здание торгового дома купцов Суховых в центре Барнаула. Построенное в 1880, сгоревшее в 2000 году, оно долго стояло без кровли. Сохранены и очищены кирпичная кладка, металлические решетки и створки ворот, на которых возвращены чугунные львы. Работа продолжается, когда весь комплекс будет отреставрирован, отдельные корпуса планируют назвать в честь представителей рода Суховых конца XIX – начала XX веков.
Вторично использованные этажи
Herzog & de Meuron разместили студенческий центр и столовую из инженерного дерева на бетонном основании старого учебного корпуса в престижном Амхерст-колледже в штате Массачусетс.
Дмитрий Овчаров и Елена Мерцалова: «У ‘nefa’architects’...
‘nefa’architects’ существуют больше двадцати лет, но по-прежнему сознательно сохраняет компактную структуру. При этом диапазон проектов сложно свести к одной специализации: офисы и аэропорты, общественные здания и благоустройство, реконструкция, интерьеры. С руководителями бюро Дмитрием Овчаровым и Еленой Мерцаловой мы поговорили о том, чем живет и как работает студия сегодня.
White House: дом в трех измерениях
В самом центре Тюмени, на пересечении улиц Первомайской и Володарского, в 2025 году по проекту бюро ASADOV построили жилой комплекс White House. Нефтяная столица России получила свой собственный «Белый дом».
Начитанное место
Да, «все течет, все меняется», но иногда так приятно обнаруживать, что какие-то вещи остаются неизменными. Например, книжная лавка Союза писателей на Кузнецком мосту сохранила свою функцию и свое очарование, даже пережив обновление по проекту бюро AXIOMA, в котором традиционные элементы сочетаются с современным дизайном.
Праздничное измерение реконструкции
Дорогие читатели, вы, вероятно, заметили, что мы редко замечаем праздники. А тут в свете обещания иногда рассказывать про историю решили заметить. Сегодняшний праздник по церковному – осенняя Казанская, а по сравнительно древнему – «день московского очищения», что, согласитесь, красиво звучит. Пользуясь поводом, рассказываем о Казанском соборе на Красной площади, включая кафе Савельева и Стапрана и восстановление по проекту Журина.