В разговоре участвуют основатели бюро «Народный архитектор» Алексей Курков, Антон Ладыгин и Дмитрий Селивохин и ГАП Ника Баринова-Малая.
Archi.ru:
– Как давно вы работаете в команде?
© АБ «Народный архитектор»
Антон Ладыгин. Фотография © АБ «Народный архитектор»
Антон Ладыгин:
– Около шести лет. Начали с того, что втроем, с Митей и Алексеем, сделали презентацию для девелоперов на тему экономичного жилья. Мы тогда еще работали в разных местах, были сотрудниками трех ведущих московских мастерских. Какое-то время действовали в таком режиме, а через год или полтора уже перешли полностью в наше бюро.
Дмитрий Селивохин. Фотография © АБ «Народный архитектор»
Дмитрий Селивохин:
– Отличное, кстати, было время, рок-н-ролльное такое. Мы ведь начинали с абсолютного нуля – ни офиса, ни наработанной базы, вообще ничего. Просто по телефонной книге обзванивали девелоперов, которые поначалу даже не хотели с нами встречаться. И не скоро еще захотели.
– А почему вы решили пуститься в эту авантюру? Какова была идея, которая вас вдохновила на преодоление всех этих трудностей?
Антон: Мы учились на одном курсе и тогда еще делали вместе какие-то проекты, причем достаточно успешно. Всегда было очень классно работать именно в команде, которую сами же создали. Это совсем другой уровень мотивации, чем когда служишь в большом бюро.
Дмитрий: Я работал со второго курса, в серьезных мастерских, но суть профессии по большому счету себе не представлял. Меня всегда интересовало, как это работает с точки зрения бизнеса, и после окончания института я уже всерьез думал о том, что надо что-то попробовать сделать самому. С точки зрения личного комфорта мне очень важно работать с друзьями и единомышленниками. У нас лаборатория идей, мы можем позволить себе любые эксперименты. Чай наливаем, садимся за стол – и идет мозговой штурм. Это, я считаю, одна из составляющих счастья – когда работа становится образом жизни. Даже если ее очень много и цейтнот, все равно у нас тут праздник все время.
Павильоны в Измайловском парке © Архитектурное бюро «Народный архитектор»
– Сразу представляли, чем именно хотите заниматься?
Антон: Сначала мы ориентировались на некий неосвоенный сегмент, незанятую нишу, в которую большие бюро просто не вписываются. Речь идет о проектировании дачных домов – не особняков, а именно дач для массового потребителя. Качественная современная архитектура за небольшие деньги. В результате эта идея не сработала, очередь за нашими проектами не выстроилась, и стратегия наша трансформировалась: мы стали думать о небольших, легких в плане камерности конструкций парковых проектах, которые могут быть сделаны именно в режиме небольшой команды.
Дмитрий: Но тут тоже оказалось все не так просто. Казалось, что стоит только начать – и все само получится. Но дальше выяснилось, что на самом деле вот так с нуля вписаться в эту нишу практически невозможно, потому что все работают через департамент, через министерство, так что недостаточно просто прийти в какой-нибудь парк и объяснить, как хорошо мы его сделаем. И совершенно неожиданно наша история началась скорее с музейного дизайна, чем с парковой архитектуры, которая с нами сейчас ассоциируется. Выяснилось, что это поле гораздо менее консервативно, чем сегмент городского благоустройства.
Антон: Музейное проектирование, как правило, существует на грани нескольких жанров. Например, выставки – это и архитектурная специфика, и графический дизайн, и еще что-то… Или, например, проекты навигации – с одной стороны, это чистая графика, технология, а с другой – пространственное мышление, логика построения 3D-пространства. Нас это действительно увлекло – разнообразие вызовов заставило развиваться в нескольких областях, что, собственно, предопределило наш междисциплинарный подход в работе с музеями. На базе нашей команды даже возник целый дизайн-отдел, который делает все – от IT-дизайна, интернет-проектов до комплексных ребрендов музеев.
– А как все-таки удалось прорваться в поле паркового строительства?
Дмитрий: Это удивительная история. Мы вот так вот всех обзванивали по списку и везде получали вежливые ответы – мол, пришлите письмо на почту, мы вам перезвоним. И вдруг в Измайловском парке нам говорят – нам нужно сделать павильоны. Порисуйте, покажете. Мы рисовали, рисовали, естественно все бесплатно. И в какой-то момент вдруг нам сказали, что вот сейчас хорошо, давайте мы с вами договор заключим. Для нас это был шок, мы и договоры-то тогда заключать не умели. Но с этого момента у нас пошло, как будто звезды стали складываться в нужном направлении.
Павильоны в Измайловском парке © Архитектурное бюро «Народный архитектор»
Павильоны в Измайловском парке © Архитектурное бюро «Народный архитектор»
Павильоны в Измайловском парке. Кафе © АБ «Народный архитектор»
Антон: Ситуация так сложилась, что мы оказались в нужное время в нужном месте – и получили довольно крупный для нас тендер.
Дмитрий: На самом деле, конечно, не так уж это было случайно. К тому времени мы били в одну точку уже больше года – не имея ни одного контракта, без зарплаты, без особых перспектив, и, честно говоря, нервы стали уже сдавать потихоньку…
– Думаете, именно в упорстве секрет вашего успеха?
Дмитрий: Не только, конечно. Мы и тогда, и сейчас отличаемся тем, что не просто делаем проект, а просто костьми на нем ложимся, осваивая, если надо, любые смежные сферы.
Антон: Активно используем все плюсы, которые дает вот такое междисциплинарное видение – с одной стороны архитектурно-пространственное, а с другой та квалификация, которая добавилась с новыми сотрудниками, более компетентными в области дизайна.
Дмитрий: Не стесняемся сами инициировать проекты, которые кажутся нам интересными. У нас нет жестких финансовых рамок, мы стараемся работать исходя из задачи, а не из бюджета. Кстати, жизнь показала, что перспективные проекты часто влекут за собой и финансово интересные истории. В среднесрочной перспективе все это оправдано. Хотя в краткосрочной, конечно, может показаться, что мы просто такие фанаты-бессребреники.
Антон: Некая миссия должна присутствовать. Нам должно нравиться то, что мы делаем, даже если это не очень прагматично.
© АБ «Народный архитектор»
– Почему вы выбрали для бюро именно такое название?
Антон: Нам изначально нравилась идея сделать профессиональную современную архитектуру доступной для всех. Парковое строительство – оно ведь тоже нацелено на широкую аудиторию. И музей – общественное пространство, это такие дворцы для миллионов. Мы активно прислушиваемся к мнению жителей районов, где работаем, участвуем в дискуссиях. Существует институт общественных слушаний – он обычно считается профанацией, но почему бы не воспользоваться и им тоже, чтобы объяснить свои идеи и получить обратную коммуникацию?
Алексей Курков. Фотография © АБ «Народный архитектор»
– Расскажите о проектах, которые у вас сейчас в работе.
Алексей Курков:
– В данный момент активно занимаемся проектом реставрации Звенигородского манежа. Это самое старое кирпичное здание города, где после реставрации должен разместиться Звенигородский историко-архитектурный и художественный музей. Изначально это был склад, утилитарное сооружение середины XIX века. Затем на рубеже XIX и XX века здание реконструировали, заложили одни проемы, раскрыли новые – и превратили в манеж, а с 1920-х стали показывать кино. В 1960-х здание довольно радикально реконструировали и сейчас оно выглядит скорее как провинциальный дом культуры, нежели памятник архитектуры XIX века. Наш проект предусматривает расчистку стен и обнажение исторической кирпичной кладки с характерными арочными проемами. Основой композиции станет как раз эта часть объема, а все остальное мы как бы нивелируем, чтобы подчеркнуть, что вот он памятник, а все остальное – более поздние наслоения. Мы хотим, чтобы здание само по себе выступало музейным экспонатом.
Проект реконструкции Манежа в Звенигороде © Архитектурное бюро «Народный архитектор»
Алексей: В Петербурге делаем реорганизацию подвалов Юсуповского дворца, тех самых, где Распутина убили. Они теперь станут доступны для посещения, появится целый дополнительный экспозиционный этаж. Там же мы разрабатываем навигацию, причем она распространяется и на первый этаж, и на усадебный парк – благодаря этому создается информационный каркас музея. И сразу же делаем наработки по интерьеру, в режиме рекомендации. Это стратегический музейный проект, где задействовано сразу несколько жанров.
Проект обновления подвалов Юсуповского дворца в Петербурге © Архитектурное бюро «Народный архитектор»
Дмитрий: Делаем благоустройство Терлецкой дубравы – деревянная архитектура, всякие модные фишки, система навигации. Все это на территории 11 га. Спроектировали для Парка Горького благоустройство Голицынского пруда, построили там домик для лебедей с готовыми фасадами.
Благоустройство Голицынского пруда в ЦПКиО им. Горького © Архитектурное бюро «Народный архитектор»
Благоустройство Голицынского пруда в ЦПКиО им. Горького © Архитектурное бюро «Народный архитектор»
Благоустройство Голицынского пруда в ЦПКиО им. Горького © Архитектурное бюро «Народный архитектор»
Благоустройство Голицынского пруда в ЦПКиО им. Горького © Архитектурное бюро «Народный архитектор»
Благоустройство Голицынского пруда в ЦПКиО им. Горького © Архитектурное бюро «Народный архитектор»
Почти уже закончили благоустройство центральной части Троицка. Это наукоград, и мы все там придумали на тему науки – лавки в виде синусоид, подсветку из асфальта, инсталляции… Не очень типичная история для таких городков, но жителям нравится.
Благоустройство центра Троицка © Архитектурное бюро «Народный архитектор»
Плюс как будто менее значимые, но для нас, может быть, даже более важные объекты – это дворовые территории в районе Бирюлево. Из внутридомовых территорий делаем культурную среду, которая, я считаю, напрямую воздействует на жизнь микрорайона.
Сад в Восточном Бирюлево © Архитектурное бюро «Народный архитектор»
Сад в Восточном Бирюлево © Архитектурное бюро «Народный архитектор»
Мы вообще всегда делаем акцент на культурную составляющую. Это и реставрационные работы, и внимание к культурному наследию, и параллельно мы часто интегрируем архитектурные элементы, свойственные этому месту ранее. Например, мы спроектировали деревянные конструкции, которые окружают сейчас памятник Юрию Долгорукому. Если присмотреться, это вариации на тему сталинского ампира, что в контексте Тверской площади вполне уместно.
© АБ «Народный архитектор»
– Что в вашем понимании хорошая архитектура?
Антон: Архитектура – это прикладная дисциплина, и нам бы хотелось, чтобы она служила улучшению мира вокруг. И тут очень важно такое понятие, как уместность. Например, проект Звенигородского манежа с нашей стороны абсолютно не амбициозный, мы стремились привнести в него минимум своего дизайна и, наоборот, выделить сам объект в его историческом виде. А где-то, наоборот, просто необходимо сделать арт-объект, нарочито выбивающийся из контекста, и, может быть, даже пожертвовать для этого функцией.
Ника Баринова-Малая:
– Я думаю, архитектура всегда должна отвечать на поставленный вопрос. Есть такая концепция «вызов-ответ», она говорит о том, что цивилизация развивается только тогда, когда перед ней возникают вопросы, на которые она ради выживания должна отвечать. Мне кажется, это можно применить и к архитектуре: задача архитектора – услышать стоящий именно здесь и сейчас вопрос и адекватно на него ответить. Это вопрос профессиональной интуиции и таланта.
Скульптурный двор музея архитектуры им. А. В. Щусева © Архитектурное бюро «Народный архитектор»
Скульптурный двор музея архитектуры им. А. В. Щусева © Архитектурное бюро «Народный архитектор»
– Какова стратегия дальнейшего развития бюро?
Дмитрий: Планируем расширять направление музейного дизайна. Мы предлагаем уникальный набор для музеев, в этой сфере не так много объединений, предлагающих комплексные услуги, так что работы хватает на всех. Мы одна из очень немногих команд, которая может сделать все под ключ – от дверных ручек до концепции развития музея, что, конечно, не совсем уже архитектура. Разумеется, планируем серьезно продвигать направление благоустройства.
– Есть уже какие-то проекты в этом направлении?
Дмитрий: Конечно. Мы сделали концепцию развития Гороховца – совершенно уникального маленького городка, где уникальная концентрация церквей и монастырей, как будто собрали со всей России все самое красивое. Мы сделали полную архитектурно-художественную стратегию развития города и защищали ее на общественных слушаниях, в Совете Федерации… Надеемся, так или иначе она будет реализована.
Алексей: Еще у нас в планах направление, связанное с профессиональным образованием. Мы сейчас на финальном этапе переговоров с МАРХИ, чтобы провести там несколько лекций на тему, как в реальной жизни запустить проект: ведь процесс доведения проекта от стадии концепции до стройки в статусе генпроектировщика кардинально отличается от всего того, чем занимается обычно архитектор и чему учат в институте. Мы этот опыт нарабатывали очень сурово, немало шишек набили, и сейчас хочется передать его следующим поколениям.
– А каковы ваши собственные профессиональные ориентиры?
Антон: Мы, конечно, любим наш авангард, как и модернизм 1960-х, Павлова, Белопольского…
Дмитрий: Японцы, швейцарцы, Петер Цумтор…
Конечно, мы с большим уважением относимся к нашим российским коллегам, работающим в области именно современной формы. Сложности, с которыми им приходится сталкиваться, теперь очевидны, при этом они еще ухитряются делать качественную и интересную архитектуру, причем не только в России.
А вообще мне очень нравится то, что ребята из нашей команды делают. Можно сказать, я их фанат!
