Наталия Воинова, Илья Мукосей: «Скрижалей нет и быть не должно»

В своем интервью для проекта «Эталон качества» Наталия Воинова и Илья Мукосей категорически протестуют против использования понятия «эталон» в сфере архитектуры, считая, что жесткие критерии оценки бесполезны.

Елена Петухова

Беседовала:
Елена Петухова

mainImg
zooming

 Илья Мукосей и Наталия Воинова,
архитектурная студия «ПланАР»

Архитектура и архитекторы могут быть очень разными. Кому-то ближе техническая, материальная сторона профессии, кому-то – скорее художественная и формообразующая, кто-то ценит возможность модерировать функции, кто-то на первое место ставит свою миссию влиять на жизнь и самоощущение людей. Есть архитекторы-поэты и архитекторы-философы. И даже есть архитекторы-исследователи, которые не следуют общепринятым стандартам, а ищут и открывают свои пути в профессии и свои ценности. Такие архитекторы всегда ухитряются найти самые неожиданные решения даже для самых банальных задач, и самый неожиданный ответ на расхожий вопрос. И никогда нельзя предугадать, какой.
Руководители студии «ПланАР» Наталия Воинова и Илья Мукосей – именно такие исследователи. Они стремятся не столько за количеством и масштабом проектов, сколько за качеством разрабатываемых решений, тратя на изучение темы и поиск оптимального решения немало сил и времени. Они проверяют и тестируют на соответствие их профессиональному самоощущению любую задачу или любой принцип. И они находят что-то такое, что никому раньше в голову не приходило, но будучи один раз показано, найденное ими решение уже кажется самоочевидным – настолько оно эффективно, интересно и удобно. Это особый талант – делать открытия там, где никто и не предполагал, что они нужны. И так происходит в каждом проекте студии «ПланАР».

Представляем интервью Наталии Воиновой и Ильи Мукосея, в котором они подвергают сомнению и изучают идею проекта «Эталон качества».


Видеосъемка и монтаж: Сергей Кузьмин

Наталия Воинова и Илья Мукосей,
архитектурная студия «ПланАР»:

Илья: К эстетической стороне дела, мне кажется, мы все-таки подходим с точки зрения «нравится – не нравится». И это определяется, конечно, некой средой, в которой мы существуем. Сто лет назад нравилось другое, например. Но все равно нет четких критериев.

Наталия: Качество, не качество – тоже довольно странная вещь. Качество в чем? Если это качество в исполнении, это немножко не совсем про архитектуру. Это про качество строительства, технологии, материалы, адекватности заказчика в том числе, который что-то менял или не менял в процессе – скорее про организацию работы. Если про качество архитектуры как про эстетику, то здесь понятие «нравится – не нравится» довольно странное. Кому-то что-то ближе, кому-то дальше. Но профессионально ты всегда понимаешь, что здесь есть мысль, за этим есть работа. За этим стоит большая долгая красивая история. Тогда ты понимаешь, что это качественно. Или когда оно совсем неочевидно, кажется неуместным, необъяснимым. Иногда эти дома в первый момент вызывают удивление, но потом ты не находишь никаких признаков, по которым ты можешь для себя понять, начать переживать, испытать хоть какой-то опыт рядом с этим домом. Тогда это, да, какая-то случайная вещь может быть. Вообще-то мне кажется, это базовая вещь – думать, как потом придет другой человек, что он увидит, что он поймет, что он там почувствует. На мой взгляд, хорошая архитектура, она про это в первую очередь, она про переживания. Может быть, про свет, про звук, про фактуру, про объем, про интересный сценарий движения внутри или про интересную геометрию. Это обязательно должно быть что-то, иначе оно все равно спущено, иначе это все равно будет один и тот же навес.

Илья: Я совершенно согласен с тем, что сказала Наташа. Но на практике, признаюсь, я, наверное, начинаю думать все-таки с функций всегда. Я думаю, что ты тоже начинаешь думать с функций.

Наталия: Скорее про анализ технического задания и участка.

Илья: Это другая сторона вопроса.

Наталия: Это опять-таки переводится в сценарий, как в движение по или вокруг.

Илья: Самый идеальный вариант: когда эти две вещи, конечно, сливаются потом. Есть и визуально интересное пространственное переживание, и польза, эффект. На самом деле от этого тоже можно получать удовольствие и как автору, и как потребителю, от того, как все здорово придумано именно с функциональной точки зрения. Из этого тоже может вырасти эстетическое качество. На самом деле мне кажется, есть такие проекты у нас, которые нам самим нравятся. Они есть. И в них как раз все эти размышления и прагматические, и поэтические, они как-то перемешиваются, перемешиваются, и бац – получается какая-то штука, которая хороша.

Наталия: Поэтому сложно говорить, что такое хорошая архитектура, а что такое плохая архитектура. Потому что это собирательная профессия. И в чем я абсолютно уверена – если архитектор решает какую-то одну задачу, хорошая архитектура не получится. Если это просто функциональный дом, то, в принципе, достаточно инженера или каких-то типовых решений. И каждый раз, как только начинает не хватать этих составляющих, такого большого тотального супа, когда все-все-все и все срослось, и что-то из этого выросло новое, интересное, дорогое, то, о чем можно говорить, думать, рассуждать, а не просто пройти мимо, сказать: ну да, много денег… и пойти спокойно дальше. Тогда, мне кажется, начинает продвигаться к какому-то качеству, про которое ты пытаешься говорить.

Илья: Эталон – это из области точных наук. Это некая мера длины, веса или чего-нибудь в этом роде, с чем можно сравнить конкретный объект, и сказать: вот эта рулетка правильная, тут метр равняется метру.

Наталия: А главное, это дорога в никуда. Как только мы определяем эталон, дальше мы все не нужны, потому что уже есть эталон, его можно просто размножать. Есть идеальный жилой дом, идеальный музей, идеальный концертный зал. Их можно просто тиражировать. Дальше архитектурная мысль уже не нужна. Уже есть идеальная. Но это невозможно. Общество меняется, запросы меняются, мы меняемся. Не существует эталона. Эталон в разные времена был разный, в разных регионах – разный. Для каждого бюро он более-менее разный, но его не существует. Попытка найти эталон, она такая тупиковая. Потому что после этого – все.

Илья: Если мы возьмем какую-нибудь классическую эпоху. Был у нее эталон? С одной стороны, был. Это античность с ее образцами. С другой стороны, все эти дома немного разные. Именно в этих нюансах их красота и богатство. Каждый архитектор, который пользовался этими шаблонами, не эталонами вовсе, а шаблонами, он применял их по-своему, и чем интереснее, остроумнее он их применял, тем лучше было здание. Поэтому эталон в самом прямом смысле этого слова, как некий образец недостижимый, к которому надо стремиться, который визуализируем, который имеет материальное выражение, такая штуковина вредна для архитектуры.

Наталия: Я не согласна с Ильей на 100% по обоим пунктам. Первое, на мой взгляд, считаю, что абсолютно необходимо пытаться понять, что делают твои современники и внутри локального контекста, и глобально, и писать про это, и говорить об этом. И чем больше говорить и писать об этом, тем ближе можно подходить к некоему условному эталону, не эталону, к немножко другому пониманию архитектуры как профессии. И для меня очень важно понимать, чем я занимаюсь, понимать, что архитектура – это не просто решение чужих проблем, помощь некоему заказчику, спасение какого-то конкретного места или куска города, или квартиры. Архитектура – она немножко про другое. И каждый раз как раз самое интересное понять – про что. И на это уходит в моем случае довольно много времени. И мне это безумно интересно, я до сих пор не могу на 100% сказать, что архитектура – это вот это. Как-то пыталась нарисовать две шкалы, что вот архитектор, он какой-то такой. Нет, они все разные, мы все разные, где там мое место. Это тоже очень-очень важно. Я не могу сказать, что у меня есть ответ, потому что у меня только путь, по которому я иду и пытаюсь понять, нащупать.

Илья: По нему всю жизнь можно идти.

Наталия: И слава богу. Как только мы находим эталон, идти уже некуда. Слава богу, что его нет. И, слава богу, что нет точного ответа, чем должен заниматься архитектор. Каждое бюро формулирует это для себя по-разному, каждый архитектор формулирует по-разному. Большинство архитекторов, они пишущие архитекторы, пытающиеся анализировать. Часть интересных архитекторов пишут про других архитекторов и пытаются найти ту методологию, вынуть из них те приемы, тот способ мышления, то видение, которое они используют. И потом так или иначе использовать, обогащать через это свой архитектурный язык.

Илья: Скрижалей не должно быть и не существует. Потому что скрижали – это конкретная запись. Действительно, пишутся периодически манифесты. Но если проанализировать как следует, мало кто из архитекторов свои собственные манифесты досконально выполняет. По крайней мере, всю жизнь – точно никто. И это тоже важный очень момент, потому что манифест – это такой способ, может быть, избавиться от того, что накопилось. Сформулировать, что в данный момент пришло в голову, отодвинуть это в сторону и пойти дальше. Возможно, кто-то еще воспользуется этим, как полезным знанием. Почему нет? Вот я абсолютно уверен, что любая мысль, произнесенная вслух, она что-то теряет, что-то приобретает. Понятно, что все обертоны никакой фразой не выразишь, с одной стороны, а с другой стороны, другие люди, каждый, поймут эту фразу по-своему, как-то по-своему воспользуются. Именно поэтому диалог необходим. Или даже не диалог, а, извините за такое слово, дискурс необходим. Нужно в него кидать новые слова, не новые смыслы. Новые смыслы в нем находят те, кто эти слова подбирает и читает. А нужно туда кидать новые слова и, действительно, из этого супа каждый себе может зачерпнуть пару половников.
 

27 Ноября 2017

Елена Петухова

Беседовала:

Елена Петухова
comments powered by HyperComments
Итоги 2017
Рассматриваем события прошедшего года: как главные, обещающие много суеты в будущем, так и просто интересные.
Качество vs количество
Круглый стол «Погоня за радугой» на фестивале «Зодчество» стал заключительной чертой в обсуждении проблем архитектурного качества. Дискуссия сфокусировалась на вопросах профессиональной этики, ответственности архитектора и особенностях российской ментальности.
Сергей Скуратов: «Архитектура – как любовь»
О различии категорий качества и несовершенства, кайфе от архитектуры, везении конца девяностых, необходимости бороться за свой замысел, но и привлекать консультантов на самой ранней стадии работы – в интервью Сергея Скуратова для проекта «Эталон качества».
Сергей Чобан: «Качество зависит от каждодневного...
Разговор о качестве в архитектуре продолжает интервью Сергея Чобана, который на собственном опыте доказал, что качественная архитектура и строительство – вопрос не географии или ментальности, а профессионализма и настойчивости архитектора.
Антон Надточий: «Архитектор ищет форму для хаоса»
Архитектура бюро ATRIUM обладает пластичной формой, формирует сложное пространство, создает иллюзию движения – в этой игре форм и пространств заложены смыслы, эмоции и функции, определяющие качество их архитектуры.
Юлий Борисов: «Наша главная проблема – время»
Для Юлия Борисова нет секрета в том, что такое качество. Об этом все сказано у Витрувия и в стандарте ИСО 8402-86. Но как сделать качественную архитектуру, а значит архитектуру, приносящую добро людям, – вот это вопрос, решением которого и занимается бюро UNK project.
DNK ag: «Параметров оценки очень много»
Разговор с Даниилом Лоренцем, Натальей Сидоровой и Константином Ходневым: о комплексности, уместности, поиске баланса и совместной работе, – продолжает цикл интервью проекта «Эталон качества».
Взгляд вглубь
Коллекция арт-объектов проекта «Эталон качества», показанная на фестивале «Зодчество», наглядно продемонстрировала, как архитекторы соотносят ключевые ценности своей профессии и свое собственное творчество
Эталон качества
Архи.ру запускает проект «Эталон качества», главными элементами которого станут большая экспозиция с авторскими инсталляциями и круглый стол на фестивале «Зодчество», а также серия видео-интервью с рядом ведущих российских архитекторов.
Технологии и материалы
Чувство города
Бизнес-парк «Ростех-Сити» построен на Северо-Западе Москвы. Разновысотная застройка, облицованная затейливым клинкерным кирпичом разнообразных миксов Hagemeister, придаёт архитектурному ансамблю гуманный масштаб традиционного города.
Великолепный дизайн каждой детали – Graphisoft выпускает...
Обновления версии отвечают пожеланиям пользователей и обеспечивают значительные улучшения при проектировании, визуализации, создании документации и совместной работе в Archicad, BIMx и BIMcloud, что делает Archicad 25 версией, как никогда прежде ориентированной на пользователя
Стильная сантехника для новой жизни шедевра русского...
Реставрация памятника авангарда – ответственная и трудоемкая задача. Однако не меньший вызов представляет необходимость приспособить экспериментальный жилой дом конца 1920-х годов к современному использованию, сочетая актуальные требования к качеству жизни с лаконичной эстетикой раннего модернизма. В этом авторам проекта реставрации помогла сантехника немецкого бренда Duravit.
Кирпич Terca из Эстонии – доступная европейская эстетика
Эстонский кирпич соединяет в себе местные традиции и высокотехнологичное производство мирового уровня под маркой Wienerberger. Технические преимущества облицовочного кирпича Terca особенно ценны в нашем северном климате – благодаря им фасады не потеряют своих эстетических качеств, а постройки будут долговечными.
Прочные основы декора. Методы Hilti для крепления стеклофибробетона
Методы HILTI позволяют украшать фасад сложными объемными формами, в том числе карнизами, капителями, кронштейнами и узорными панелями из стеклофибробетона, отлично имитируя массивные элементы из натурального камня и штукатурки при сравнительно меньшем весе и стоимости.
Дайте ванной право быть главной!
Mix&Match – простой и понятный инструмент для создания «журнального» дизайна ванной комнаты. Воспользуйтесь концепцией от Cersanit с десятками комбинаций плитки и керамогранита разного формата, цвета и фактуры для трендовых интерьеров в разных стилях. Идеально подобранные миксы гармонично дополнят вашу идею и помогут сократить время на создание проекта.
Современная архитектура управления освещением
В понимании большинства людей управлять освещением – это включать, выключать свет и менять яркость светильников с помощью настенных выключателей или дистанционных пультов. Но управление освещением гораздо глубже и масштабнее, чем вы могли себе представить.
Чистота по-австрийски
Самоочищающаяся штукатурка на силиконовой основе Baumit StarTop – новое поколение штукатурок, сохраняющих фасады чистыми.
Кто самый зеленый
14 небоскребов из разных частей света, которые достраиваются или планируются к реализации: уже не такие высокие, но непременно энергоэффективные и поражающие воображение.
Советы проектировщику: как выбрать плоттер в 2021 году
Совместно с компанией HP, лидером рынка широкоформатной печати, рассматриваем тенденции, новые программные и технические решения и формулируем современные рекомендации архитекторам и проектировщикам, которым требуется выбрать плоттер.
Energy Ice – стекло, прозрачное как лед
Energy Ice – новое мультифункциональное стекло, отличающееся максимальным светопропусканием. Попробуем разобраться, в чем преимущество новинки от компании AGC
Стать прозрачнее
Zabor modern предлагает ограждения европейского типа: из тонких металлических профилей, функциональные, эстетичные и в достаточной степени открытые.
Башня превращается
Совместно с нашими партнерами, компанией «АЛЮТЕХ», начинаем серию обзоров актуальных тенденций высотного строительства. В первой подборке – 11 реализованных высоток со всего мира, демонстрирующих завидную приспособляемость к характерной для нашего времени быстрой смене жизненных стандартов и ценностей.
Прочность без границ
Инновационный фибробетон Ductal®, превосходящий по прочности и долговечности большинство строительных материалов, позволяет создавать как тончайшие кружевные узоры перфорированных фасадов, так и бархатистые идеальные поверхности большеформатной облицовки.
Обновление коллекции декоров ALUCOBOND® Design
Коллекция декоров ALUCOBOND® Design от компании 3A Composites пополнилась несколькими новыми образцами – все они находятся в русле тренда на натуральность и отвечают самым актуальным тенденциям в дизайне.
Сейчас на главной
Казимир из Кемерова
Проект филиала Русского музея для Сибирского кластера искусств основан на идеях супрематизма: первофигурах, динамизме цвета и формы.
«Технологический оптимизм»
Бюро AL_A представило проект первой в мире электростанции на термоядерном синтезе: она заработает недалеко от Оксфорда в 2025. Технология разработана канадской компанией General Fusion.
Предчувствие дома
Предметы искусства, ирония, мрамор и природные аллюзии – четыре запоминающихся лобби в московских жилых комплексах.
Феликс Новиков: «Где-то я прочел про себя, что я литературоцентричен....
Вчера Феликс Новиков отпраздновал 94 день рождения. Присоединяемся к поздравлениям и публикуем подборку «Итогов» – отчасти авторское резюме своих работ, отчасти воспоминаний о сотрудничестве с издательствами. Рассказ включает список проектов построек, составлен в первой половине 2021 года, и предваряется небольшим вступительным интервью.
Крыша «фестонами»
Бюро BIG представило проект транспортного узла для шведского города Вестерос: он свяжет разделенные железнодорожными путями части города.
Арктические опыты
СПбГАСУ совместно с Университетом Хоккайдо провел Международную летнюю архитектурную школу, посвященную Арктике. Показываем проекты, придуманные участниками для Териберки, Земли Франца-Иосифа и Кировска.
Поток и линии
Проекты вилл Степана Липгарта в стиле ар-деко демонстрируют технический символизм в сочетании с утонченной отсылкой к 1930-м. Один из проектов бумажный, остальные предназначены для конкретных заказчиков: топ-менеджера, коллекционера и девелопера.
Один раз увидеть
8 короткометражных документальных фильмов на околоархитектурные темы, в том числе: лондонская башня-кооператив 1970-х, японский скульптор Саграда-Фамилия, сборное жилье наших дней и подборка ярких архитектурных фрагментов из художественных лент последних 100 лет.
Проект для неопределенного будущего
Образовательный центр для детей с «органическим» садом и огородом в Мехико задуман как экономически самодостаточный и не просто ресурсоэффективный, а почти автономный. Кроме того, его можно разобрать и использовать все материалы повторно. Авторы проекта – бюро VERTEBRAL.
Лицо производства
«Тепличное хозяйство Ботаника» доверила архитекторам ту область, где они, как правило, востребованы наименьшим образом – территорию современного производственного комплекса, где обычно царят утилитарные, нормативные и недорогие решения.
Старые-новые арки
Напечатанный на 3D-принтере бетонный мост Striatus по проекту Zaha Hadid Architects и специалистов Высшей технической школы ETH Zürich благодаря своей традиционной сводчатой конструкции очень устойчив – в прямом и экологическом смысле.
Арт-трансформер
Art Barn, архив, хранилище работ и рисовальная студия британского скульптора Питера Рэндалла-Пейджа в холмах Девона, способен менять форму в зависимости от текущих нужд, а также сам себя обеспечивает электричеством. Автор проекта – Томас Рэндалл-Пейдж.
Тиана Плотникова: «Наша миссия – разработать user-friendly...
Говорим с основательницей стартапа Uflo – программы, помогающей конвертировать числовые данные в геометрию, о том, что побудило придумать проект, о карьере в крупных зарубежных компаниях и о страхах перед цифровыми технологиями
Связь с прошлым и будущим
Нидерландские мастерские Benthem Crouwel и West 8 выиграли конкурс на проект нового вокзала в Брно: этот архитектурный конкурс стал крупнейшим в истории Чехии.
Авторский надзор: мытьем да катаньем
Разговор на АрхПароходе 2021 со Стасом Горшуновым: о том, как ему удается добиваться качественной реализации проектов, какие проблемы приходится решать, когда жертвовать гонораром, а когда идти на компромиссы.
Образ прощания
Объект MAMA самарских архитекторов Дмитрия и Марии Храмовых стал единственным российским победителем конкурса фестиваля ландшафтных объектов SMACH2021, который проводится на северо-востоке Италии в Доломитовых Альпах.
Новое качество Личного
В Никола-Ленивце Калужской области в эти выходные проходит фестиваль Архстояние с темой «Личное». Главной постройкой фестиваля стал дом «Русское идеальное», спроектированный Сергеем Кузнецовым и реализованный компанией КРОСТ в короткие сроки. Рассматриваем дом и новые объекты Архстояния 2021.
«Место для всех»
Победителем международного конкурса на разработку концепции Приморской набережной в Сочи стал консорциум во главе с UNStudio.
Пресса: "Непостижимое решение". ЮНЕСКО отобрало у Ливерпуля...
ЮНЕСКО решило исключить Ливерпуль из своего Списка всемирного наследия, поскольку городские власти ведут активное строительство в районе доков и порта - архитектурного ансамбля, которое агентство ООН считало важнейшим памятником. В Ливерпуле такое решение называют "непостижимым" и надеются на его пересмотр.
Главный манифест конструктивизма
В Strelka Press выпущена основополагающая для отечественного авангарда книга Моисея Гинзбурга «Стиль и эпоха. Проблемы современной архитектуры» (1924): это совместный издательский проект Института «Стрелка» и Музея «Гараж». Публикуем главу «Конструкция и форма в архитектуре. Конструктивизм».
На берегу очень тихой реки
Проект благоустройства территории ЖК NOW в Нагатинской пойме выходит за рамки своих задач и напоминает скорее современный парк: с видовыми точками, набережной, разнообразными по настроению пространствами и продуманными сценариями «от 0 до 80».
Труд как добродетель
Вышла книга Леонтия Бенуа «Заметки о труде и о современной производительности вообще». Основная часть книги – дневниковые записи знаменитого петербургского архитектора Серебряного века, в которых автор без оглядки на коллег и заказчиков критикует современный ему архитектурно-строительный процесс. Написано – ну прямо как если бы сегодня. Книга – первое издание серии «Библиотека Диогена», затеянной главным редактором журнала «Проект Балтия» Владимиром Фроловым.
Стилисты села
Дизайн-код как способ привести небольшое поселение в порядок к юбилею или крупному событию: борьба с визуальным мусором, поиск духа места и унификация городских элементов.
Диалоги об образовании и карьере
Империалистический заказ и равнодушие к форме, необходимость доучить бывших студентов за свои деньги и скука формального обучения – дискуссия об архитектурном образовании на недавнем Архпароходе, как и многие разговоры на эту тему, местами была отмечена грустью, но не безнадежна и по-своему интересна. Публикуем выдержки из разговора, собранные одним из участников, архитектором и преподавателем Евгенией Репиной.