DNK ag: «Параметров оценки очень много»

Разговор с Даниилом Лоренцем, Натальей Сидоровой и Константином Ходневым: о комплексности, уместности, поиске баланса и совместной работе, – продолжает цикл интервью проекта «Эталон качества».

mainImg
zooming

Даниил Лоренц, Наталья Сидорова, Константин Ходнев,
партнеры DNK ag

Среди множества историй раннего успеха не так много примеров, когда из амбициозного молодого архитектурного бюро вырастает по-настоящему высокопрофессиональная команда, преодолевшая «огонь, воду и медные трубы», сохранив уникальность, авторский почерк и видение путей решения сложных задач. DNK ag как раз относится к этой редкой разновидности. Название группы собрано из первых букв имен ее руководителей, но и напрашивающаяся ассоциация с цепочкой dnk более чем уместна. Для работ бюро характерно особое, чуткое отношение к совокупности решаемых в рамках проекта задач. Их здания обращают на себя внимание качеством и элегантностью, но при этом всегда органично вписываются в окружение и отвечают на его вызовы.


Видеосъемка и монтаж: Сергей Кузьмин.

Даниил Лоренц, Наталья Сидорова, Константин Ходнев
партнеры DNK ag: 

Даниил: Тема, с одной стороны, сложная, а с другой – вполне определяемая. Мне кажется качество, прежде всего – это идея, затея, характер, который ты считываешь. Даже при том, что объект может быть выполнен не очень хорошо, неудачно, но когда считывается некая задумка, некая интересная идея, это уже выходит на уровень качественной архитектуры. Чтобы это считать, увидеть, нужно быть свободным от каких-то рамок, особенно тех рамок, которые ты накопил в процессе практической работы и опыта. Ты должен быть всегда критически настроен к своим рамкам, чтобы увидеть что-то, что делают другие.

Второй аспект, который может определить качественную архитектуру – внимательность, многоплановость масштабов. Объект считывается всегда с разных расстояний, разных позиций, и когда есть ответ в архитектурном произведении, когда по мере приближения к нему ты видишь какие-то дополнительные вещи, их проработанность, чувствуешь, что человек думал. Вплоть до таких близких, на расстоянии вытянутой руки, когда ты понимаешь, что большой объём, средний, маленький, текстура – это все гармонично укладывается друг в друга. А также чисто архитектурные вещи: пропорции, пауза, напряженность и так далее. Это все можно определить тоже как качественную архитектуру. И третий момент – наверное, самый понятный – это строительное качество исполнения. Когда все три вышеперечисленные вещи есть, тогда это самое то.

Наталья: Не согласиться со всем вышесказанным достаточно тяжело. Архитектура, безусловно, комплексная вещь. Объект получается тогда, когда все – от идеи до, собственно, ее реализации – сделано качественно. И не только выполнено, но еще и учтены вещи, которые напрямую, может быть, к архитектуре не относятся – вроде соответствия бюджетным задачам, которые перед этим объектом ставил заказчик. То есть некая уместность высказывания с точки зрения ответов на все вопросы. Если ответы на все вопросы, которые были в изначальном проекте – от идеи до детали – до реализации, даны правильно, в результате получается идеальный ответ самой качественной архитектуры.

Константин: Я думаю, что архитектура – это, прежде всего, решение поставленных задач. Наверное, с этой точки зрения следует рассматривать вопрос качественности архитектуры. Чем больше вопросов и задач мы решаем в процессе проектирования, тем качественнее она становится. Эти вопросы связаны и с функциональной составляющей, и с социальными функциями. И, безусловно, очень важно взаимоотношение с физическим контекстом, с окружением. Бывает, здание очень хорошо сделано, но при этом оно совершенно не встроено в контекст. Не реагирует на него ни контрастным образом, ни встроенным, а просто полностью его игнорирует.

По-настоящему архитектура эго скрывает, поскольку отвечает на такое количество вопросов стольких людей, персонажей и сценариев, что эго самого архитектора, его самовыражение напрямую уже не читается. Если его чересчур много, то возможно, человек упустил какие-то факторы в своем проекте.

В «звездной» архитектуре есть сильное самовыражение, но при этом они решают и все остальные задачи. Но кроме самовыражения еще важен опыт и умение и все, что было сказано выше. «Звездная» архитектура – это те, кто наиболее ярко решают задачи создания качественной архитектуры.

Наталья: Мне кажется, что «звездный» чаще употребляют как синоним необычной формы, а это не всегда так. Безусловно, есть такие яркие художественные жесты, но мы под «звездной» архитектурой понимаем не только запоминающиеся вау-эффекты, которые ясно считываются как жест, как принадлежность к определенному имени – а именно глубину подхода к объекту.

Даниил: Но параметров оценки очень много. Допустим, по одному параметру все согласны, это безукоризненная вещь, а по другим параметрам – излишняя брутальность или, наоборот, чрезмерная манерность.

Наталья: Разная оценка иногда бывает связана с разным опытом переживания того или иного, потому что она сосредоточена в аналоге, в другом объекте. И что ещё важно в качественной архитектуре – она должна восприниматься не только по картинкам, но и через живое восприятие. На 100% качественность можно оценить, побывав в объекте, осмотрев его. И впечатление может быть диаметрально противоположным тому, что ожидаешь.

Даниил: Если говорить о совместной работе, то, с одной стороны, взгляды на одну вещь различаются, и тем помогают – в споре рождается истина. Одному можно и не додуматься.

Константин: Это нормальный процесс. Он, наверное, сложнее, чем когда все происходит в одной голове. Это вопрос распараллеливания и критики с разных сторон. Но нам кажется, что это, наоборот, добавляет взвешенности и сбалансированности, избавляя от не очень мотивированных излишних всплесков. У нас как-то больше продуманных решений.

Понятно, что требуется чуть больше времени на согласование позиций, но зато это даёт больше вариантов. Большая вариантность – это тоже залог качества продукта. То, что мы просмотрели, проанализировали большое количество разных вещей – может быть, не диаметрально противоположных, но отличающихся по настроению.

Безусловно, у каждого есть своя позиция, к которой мы относимся бережно. Мы же все развиваемся. Это нормально для архитектора – расти, развиваться, набираться большего опыта и менять свою точку зрения. У каждого из нас нет застывших систем и стандартов поведения.

Самые удачные проекты появляются там, где мы втроем принимаем самое активное участие. Но, безусловно, это участие может проявляться и в спорах, и в обсуждениях и так далее. Когда каждый добавляет часть себя – вот это, наверное, самые удачные проекты, наиболее полные.

Наталья: Наверное, самые удачные получаются, когда все на какой-то волне выстраивается и когда в самом начале набрасывается куча идей. Кто-то подхватывает сказанное слово, переводит немножко на другой уровень, из этого рождается идея. Вот эти проекты чуть легче идут. И, соответственно, результат получается интересный. Бывают трудности при выборе вариантов, когда есть более-менее одинаковые по насыщенности и перспективности заложенных решений варианты. Здесь иногда достаточно сложно бывает выбирать.

Константин: Работа внутри офиса – это не поиск компромисса, а поиск лучшего решения. Это не нивелирование, не усреднение, а наоборот, достижение максимума по каждому вопросу. История с заказчиком может в какой-то момент носить характер компромисса, но мы всё равно стараемся минимизировать количество компромиссов, объясняя, в чем наша позиция, в чем сила этой позиции. Потому что компромисс – это неизбежное проседание качества.

Наталья: Я бы сказала, что архитектор должен обладать искусством даже не убеждения, а баланса. Возникает достаточно много разных вопросов, идеальных ситуаций не бывает. Какие-то вопросы – в том числе на стройках – возможно, даже идут на пользу объекту. Такое бывает. И очень важно искать решение и уметь, как сказал Костя, отстаивать принципиальные решения. Да, при этом понимаешь, что в соответствии с обстоятельствами где-то что-то можно изменить, но изменить таким образом, чтобы общая концепция и качество продукта и объекта не пострадало. Это очень сложное качество, которое приходит только с опытом. Когда делаешь проект на бумаге, все можно проверить, отсмотреть, а на этапе строительства эта грань очень тонка – что ты можешь допустить дальше в изменениях, не изменив при этом финального результата принципиально. Чувство рамок, о которых Данила говорил, чувство допусков приходит очень не сразу.

Даниил: Мне пришла мысль, что в качественной архитектуре очень важно качество решения. Решение должно быть таким, чтобы оно выдержало возможное внешнее давление, в том числе со стороны заказчика, со стороны строителей. С объектом могут уже в процессе, после проекта, происходить какие-то новые вещи, изменения. Даже в процессе проектирования что-то может меняться, но нужно, чтобы изначальное решение, которое ты закладываешь, было достаточно мощным, чтобы выдержать этот натиск других вещей.
 

23 Октября 2017

Итоги 2017
Рассматриваем события прошедшего года: как главные, обещающие много суеты в будущем, так и просто интересные.
Качество vs количество
Круглый стол «Погоня за радугой» на фестивале «Зодчество» стал заключительной чертой в обсуждении проблем архитектурного качества. Дискуссия сфокусировалась на вопросах профессиональной этики, ответственности архитектора и особенностях российской ментальности.
Наталия Воинова, Илья Мукосей: «Скрижалей нет и быть...
В своем интервью для проекта «Эталон качества» Наталия Воинова и Илья Мукосей категорически протестуют против использования понятия «эталон» в сфере архитектуры, считая, что жесткие критерии оценки бесполезны.
Сергей Скуратов: «Архитектура – как любовь»
О различии категорий качества и несовершенства, кайфе от архитектуры, везении конца девяностых, необходимости бороться за свой замысел, но и привлекать консультантов на самой ранней стадии работы – в интервью Сергея Скуратова для проекта «Эталон качества».
Сергей Чобан: «Качество зависит от каждодневного...
Разговор о качестве в архитектуре продолжает интервью Сергея Чобана, который на собственном опыте доказал, что качественная архитектура и строительство – вопрос не географии или ментальности, а профессионализма и настойчивости архитектора.
Антон Надточий: «Архитектор ищет форму для хаоса»
Архитектура бюро ATRIUM обладает пластичной формой, формирует сложное пространство, создает иллюзию движения – в этой игре форм и пространств заложены смыслы, эмоции и функции, определяющие качество их архитектуры.
Юлий Борисов: «Наша главная проблема – время»
Для Юлия Борисова нет секрета в том, что такое качество. Об этом все сказано у Витрувия и в стандарте ИСО 8402-86. Но как сделать качественную архитектуру, а значит архитектуру, приносящую добро людям, – вот это вопрос, решением которого и занимается бюро UNK project.
Взгляд вглубь
Коллекция арт-объектов проекта «Эталон качества», показанная на фестивале «Зодчество», наглядно продемонстрировала, как архитекторы соотносят ключевые ценности своей профессии и свое собственное творчество
Эталон качества
Архи.ру запускает проект «Эталон качества», главными элементами которого станут большая экспозиция с авторскими инсталляциями и круглый стол на фестивале «Зодчество», а также серия видео-интервью с рядом ведущих российских архитекторов.
Технологии и материалы
Выгода интеграции клинкера в стеклофибробетон
В условиях санкций сложные архитектурные решения с кирпичной кладкой могут вызвать трудности с реализацией. Альтернативой выступает применение стеклофибробетона, который может заменить клинкер с его необычными рисунками, объемом и игрой цвета на фасаде.
Обаяние романтизма
Интерьер в стиле романтизма снова вошел в моду. Мы встретились с Еленой Теплицкой – дизайнером, декоратором, модельером, чтобы поговорить о том, как цвет участвует в формировании романтического интерьера. Практические советы и неожиданные рекомендации для разных темпераментов – в нашем интервью с ней.
Навстречу ветрам
Glorax Premium Василеостровский – ключевой квартал в комплексе Golden City на намывных территориях Васильевского острова. Архитектурная значимость объекта, являющегося частью парадного морского фасада Петербурга, потребовала высокотехнологичных инженерных решений. Рассказываем о технологиях компании Unistem, которые помогли воплотить в жизнь этот сложный проект.
Вся правда о клинкерном кирпиче
​На российском рынке клинкерный кирпич – это синоним качества, надежности и долговечности. Но все ли, что мы называем клинкером, действительно им является? Беседуем с исполнительным директором компании «КИРИЛЛ» Дмитрием Самылиным о том, что собой представляет и для чего применятся этот самый популярный вид керамики.
Игры в домике
На примере крытых игровых комплексов от компании «Новые Горизонты» рассказываем, как создать пространство для подвижных игр и приключений внутри общественных зданий, а также трансформировать с его помощью устаревшие функциональные решения.
«Атмосферные» фасады для школы искусств в Калининграде
Рассказываем о необычных фасадах Балтийской Высшей школы музыкального и театрального искусства в Калининграде. Основной материал – покрытая «рыжей» патиной атмосферостойкая сталь Forcera производства компании «Северсталь».
Фасадные подсистемы Hilti для воплощения уникальных...
Как возникают новые продукты и что стимулирует рождение инженерных идей? Ответ на этот вопрос знают в компании Hilti. В обзоре недавних проектов, где участвовали ее инженеры, немало уникальных решений, которые уже стали или весьма вероятно станут новым стандартом в современном строительстве.
ГК «Интер-Росс»: ответ на запрос удобства и безопасности
ГК «Интер-Росс» является одной из старейших компаний в России, поставляющей системы защиты стен, профили для деформационных швов и раздвижные перегородки. Историю компании и актуальные вызовы мы обсудили с гендиректором ГК «Интер-Росс» Карнеем Марком Капо-Чичи.
Для защиты зданий и людей
В широкий ассортимент продукции компании «Интер-Росс» входят такие обязательные компоненты безопасного функционирования любого медицинского учреждения, как настенные отбойники, угловые накладки и специальные поручни. Рассказываем об особенностях применения этих элементов.
Стоимостной инжиниринг – современная концепция управления...
В современных реалиях ключевое значение для успешной реализации проектов в сфере строительства имеет применение эффективных инструментов для оценки капитальных вложений и управления затратами на протяжении проектного жизненного цикла. Решить эти задачи позволяет использование услуг по стоимостному инжинирингу.
Материал на века
Лиственница и робиния – деревья, наиболее подходящие для производства малых архитектурных форм и детских площадок. Рассказываем о свойствах, благодаря которым они заслужили популярность.
Приморская эклектика
На месте дореволюционной здравницы в сосновых лесах Приморского шоссе под Петербургом строится отель, в облике которого отражены черты исторической застройки окрестностей северной столицы эпохи модерна. Сложные фасады выполнялись с использованием решений компании Unistem.
Натуральное дерево против древесных декоров HPL пластика
Вопрос о выборе натурального дерева или HPL пластика «под дерево» регулярно поднимается при составлении спецификаций коммерческих и жилых интерьеров. Хотя натуральное дерево может быть красивым и универсальным материалом для дизайна интерьера, есть несколько потенциальных проблем, которые следует учитывать.
Максимально продуманное остекление: какими будут...
Глубина, зеркальность и прозрачность: подробный рассказ о том, какие виды стекла, и почему именно они, используются в строящихся и уже завершенных зданиях кампуса МГТУ, – от одного из авторов проекта Елены Мызниковой.
Кирпичная палитра для архитектора
Свыше 300 видов лицевого кирпича уникального дизайна – 15 разных форматов, 4 типа лицевой поверхности и десятки цветовых вариаций – это то, что сегодня предлагает один из лидеров в отечественном производстве облицовочного кирпича, Кирово-Чепецкий кирпичный завод КС Керамик, который недавно отметил свой пятнадцатый день рождения.
​Панорамы РЕХАУ
Мир таков, каким мы его видим. Это и метафора, и факт, определивший один из трендов современной архитектуры, а именно увеличение площади остекления здания за счет его непрозрачной части. Компания РЕХАУ отразила его в широкоформатных системах с узкими изящными профилями.
Сейчас на главной
Степь полна красоты и воли
Задачей выставки «Дикое поле» в Историческом музее было уйти от археологического перечисления ценных вещей и создать образ степи и кочевника, разнонаправленный и эмоциональный. То есть художественный. Для ее решения важным оказалось включение произведений современного искусства. Одно из таких произведений – сценография пространства выставки от студии ЧАРТ.
Рыба метель
Следующий павильон незавершенного конкурса на павильон России для EXPO в Осаке 2025 – от Даши Намдакова и бюро Parsec. Он называет себя архитектурно-скульптурным, в лепке формы апеллирует к абстрактной скульптуре 1970-х, дополняет программу медитативным залом «Снов Менделеева», а с кровли предлагает съехать по горке.
Лазурный берег
По проекту Dot.bureau в Чайковском благоустроена набережная Сайгатского залива. Функциональная программа для такого места вполне традиционная, а вот ее воплощение – приятно удивляет. Архитекторы предложили яркие павильоны из обожженного дерева с характерными силуэтами и настроением приморских каникул.
Зеркало души
Продолжаем публиковать проекты конкурса на проект павильона России на EXPO в Осаке 2025. Напомним, его итоги не были подведены. В павильоне АБ ASADOV соединились избушка в лесу, образ гиперперехода и скульптуры из световых нитей – он сосредоточен на сценографии экспозиции, которую выстаивает последовательно как вереницу впечатлений и посвящает парадоксам русской души.
Кораблик на канале
Комплекс VrijHaven, спроектированный для бывшей промзоны на юго-западе Амстердама, напоминает корабль, рассекающий носом гладь канала.
Формулируй это
Лада Титаренко любезно поделилась с редакцией алгоритмом работы с ChatGPT 4: реальным диалогом, в ходе которого создавался стилизованный под избу коворкинг для пространства Севкабель Порт. Приводим его полностью.
Часть идеала
В 2025 году в Осаке пройдет очередная всемирная выставка, в которой Россия участвовать не будет. Однако конкурс был проведен, в нем участвовало 6 проектов. Результаты не подвели, поскольку участие отменили; победителей нет. Тем не менее проекты павильонов EXPO как правило рассчитаны на яркое и интересное архитектурное высказывание, так что мы собрали все шесть и будем публиковать в произвольном порядке. Первый – проект Владимира Плоткина и ТПО «Резерв», отличается ясностью стереометрической формы, смелостью конструкции и многозначностью трактовок.
Острог у реки
Бюро ASADOV разработало концепцию микрорайона для центра Кемерово. Суровому климату и монотонным будням архитекторы противопоставили квартальный тип застройки с башнями-доминантами, хорошую инсолированность, детализированные на уровне глаз человека фасады и событийное программирование.
Города Ленобласти: часть II
Продолжаем рассказ о проектах, реализованных при поддержке Центра компетенций Ленинградской области. В этом выпуске – новые общественные пространства для городов Луга и Коммунар, а также поселков Вознесенье, Сяськелево и Будогощь.
Барочный вихрь
В Шанхае открылся выставочный центр West Bund Orbit, спроектированный Томасом Хезервиком и бюро Wutopia Lab. Посетителей он буквально закружит в экспрессивном водовороте.
Сахарная вата
Новый ресторан петербургской сети «Забыли сахар» открылся в комплексе One Trinity Place. В интерьере Марат Мазур интерпретировал «фирменные» элементы в минималистичной манере: облако угадывается в скульптурном потолке из негорючего пенопласта, а рафинад – в мраморных кубиках пола.
Образ хранилища, метафора исследования
Смотрим сразу на выставку «Архитектура 1.0» и изданную к ней книгу A-Book. В них довольно много всякой свежести, особенно в тех случаях, когда привлечены грамотные кураторы и авторы. Но есть и «дыры», рыхлости и удивительности. Выставка местами очень приятная, но удивительно, что она думает о себе как об исследовании. Вот метафора исследования – в самый раз. Это как когда смотришь кино про археологов.
В сетке ромбов
В Выксе началось строительство здания корпоративного университета ОМК, спроектированного АБ «Остоженка». Самое интересное в проекте – то, как авторы погрузили его в контекст: «вычитав» в планировочной сетке Выксы диагональный мотив, подчинили ему и здание, и площадь, и сквер, и парк. По-настоящему виртуозная работа с градостроительным контекстом на разных уровнях восприятия – действительно, фирменная «фишка» архитекторов «Остоженки».
Связь поколений
Еще одна современная усадьба, спроектированная мастерской Романа Леонидова, располагается в Подмосковье и объединяет под одной крышей три поколения одной семьи. Чтобы уместиться на узком участке и никого не обделить личным пространством, архитекторы обратились к плану-зигзагу. Главный объем в структуре дома при этом акцентирован мезонинами с обратным скатом кровли и открытыми балками перекрытия.
Сады как вечность
Экспозиция «Вне времени» на фестивале A-HOUSE объединяет работы десяти бюро с опытом ландшафтного проектирования, которые размышляли о том, какие решения архитектора способны его пережить. Куратором выступило бюро GAFA, что само по себе обещает зрелищность и содержательность. Коротко рассказываем об участниках.
Розовый vs голубой
Витрина-жвачка весом в две тонны, ковролин на стенах и потолках, дерзкое сочетание цветов и фактур превратили магазин украшений в место для фотосессий, что несомненно повышает узнаваемость бренда. Автор «вирусного» проекта – Елена Локастова.
Образцовая ностальгия
Пятнадцать лет компания Wuyuan Village Culture Media Company занимается возрождением горной деревни Хуанлин в китайской провинции Цзянси. За эти годы когда-то умирающее поселение превратилось в главную туристическую достопримечательность региона.
IPI Award 2023: итоги
Главным общественным интерьером года стал туристско-информационный центр «Калужский край», спроектированный CITIZENSTUDIO. Среди победителей и лауреатов много региональных проектов, но ни одного петербургского. Ближайший конкурент Москвы по числу оцененных жюри заявок – Нижний Новгород.
Пресса: Набросок города. Владивосток: освоение пейзажа зоной
С градостроительной точки зрения самое примечательное в этом городе — это его план. Я не знаю больше такого большого города без прямых улиц. Так может выглядеть план средневекового испанского или шотландского борго, но не современный крупный город
Птица земная и небесная
В Музее архитектуры новая выставка об архитекторе-реставраторе Алексее Хамцове. Он известен своими панорамами ансамблей с птичьего полета. Но и модернизм научился рисовать – почти так, как и XVII век. Был членом партии, консервировал руины Сталинграда и Брестской крепости как памятники ВОВ. Идеальный советский реставратор.
Города Ленобласти: часть I
Центр компетенций Ленинградской области за несколько лет существования успел помочь сотням городов и поселений улучшить среду, повысть качество жизни, привлечь туристов и инвестиции. Мы попросили центр выбрать наиболее важные проекты и рассказать о них. В первой подборке – Ивангород, Новая Ладога, Шлиссельбург и Павлово.
Три измерения города
Начали рассматривать проект Сергея Скуратова, ЖК Depo в Минске на площади Победы, и увлеклись. В нем, как минимум, несколько измерений: историческое – в какой-то момент девелопер отказался от дальнейшего участия SSA, но концепция утверждена и реализация продолжается, в основном, согласно предложенным идеям. Пространственно-градостроительное – архитекторы и спорят с городом, и подыгрывают ему, вычитывают нюансы, находят оси. И тактильное – у построенных домов тоже есть свои любопытные особенности. Так что и у текста две части: о том, что сделано, и о том, что придумано.