Выйти из прошлого

Разговор с Даниилом Макаровым, соавтором сразу нескольких вариантов проекта церкви в Рейкьявике. К дискуссии о современном и традиционном в храмовой архитектуре: архитектор призывает к обсуждению.

mainImg
Архитектор:
Александр Солдатов
Даниил Макаров
Мастерская:
ТО «Квадратура Круга» https://www.cc-qc.ru
Проект:
Проект русского культурного центра в Рейкьявике (Александр Солдатов)
Исландия, Рейкьявик

Авторский коллектив:
Автор проекта: Александр Солдатов, ЦХИАР; архитектор: Даниил Макаров, ТО «Квадратура круга»

2014 — 2014
Проект русского культурного центра в Рейкьявике (Даниил Макаров)
Исландия, Рейкьявик

Авторский коллектив:
Архитектор: Даниил Макаров, ТО «Квадратура круга»

2014 — 2015
Проект русского культурного центра в Рейкьявике. Предэскиз
Исландия, Рейкьявик

Авторский коллектив:
Архитектор: Даниил Макаров, ТО «Квадратура круга»

2014 — 2014
Проект русского культурного центра в Рейкьявике. 2 вариант © Даниил Макаров. ТО «Квадратура Круга»
Проект русского культурного центра в Рейкьявике. Вариант 2 © Александр Солдатов. ЦХИАР

Творческое объединение «Квадратура круга», созданное в 2011 году в Москве, ставит своей целью поиск идеального для нашего времени образа православного храма. Целая серия проектов, созданных архитекторами этой группы для прихода русской православной церкви в Рейкьявике, наглядно демонстрирует ареал этих поисков. Об истории работы, ее специфике, о традиционном и новом в архитектуре православных храмов Archi.ru рассказал один из основателей объединения, архитектор Даниил Макаров.
zooming

Даниил Макаров, архитектор ТО «Квадратура круга»

Archi.ru:
– Как такой необычный проект пришел к вам?

Даниил Макаров:
– Я давно сотрудничаю с Центром храмового искусства Андрея Рублева (ЦХИАР). Его возглавляет замечательный иконописец Александр Николаевич Солдатов, один из ведущих в сегодняшней России. В последние годы он также занимается и проектированием храмов. Собственно, изначально я помогал ему с архитектурной частью, делал визуализации его проекта, а затем рискнул предложить свое видение: каким может быть православный храм в Рейкьявике.
zooming
Проект русского культурного центра в Рейкьявике. Ситуационный план © Даниил Макаров. ТО «Квадратура Круга»

– Почему возникло так много очень разных вариантов?

– Процесс оказался долгим и сложным. Так всегда бывает, когда желания очень разных людей сталкиваются и, как следствие, постоянно что-то меняется. Самый первый вариант, созданный Александром Солдатовым, был очень скромный, однокупольный (картинок не сохранилось), но его отвергла община и священник: по их мнению решение не соответствовало амбициям первого православного храма в Исландии. Община в Рейкьявике довольно обширная, человек девятьсот, а своего храма у них нет, только небольшая молельная комната, которая вмещает не больше 50-и верующих. На большие праздники арендуется католический собор. Люди полны амбиций построить первый настоящий храм, видят его как что-то колоссальное и грандиозное, но возможностей не так много. Началось все с эскиза маленького, одноглавого храма, выполненного в стиле владимирского зодчества, с небольшим включением северных мотивов. Затем, в ответ на пожелания общины, Александр Солдатов предложил более представительный вариант каменного храма, также в стиле владимирского зодчества, но уже с тремя главами. В этот момент возникла идея поменять участок и сделать не только храм, но и вместительный культурный комплекс. Меня эта история очень заинтересовала и я предложил первый собственный проект: с каменной кладкой, напоминающей стены Соловецкого монастыря, но из местного натурального камня с градацией тона и активным использованием красного цвета, не только авангардного и протестного, но и характерного для барочных церквей. Всё же окончательно был утверждён первоначальный участок, на границе порта и старого города, для него я предложил ещё три варианта.
Проект русского культурного центра в Рейкьявике. Вариант 1 © Александр Солдатов. ЦХИАР

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. Вариант 1 © Александр Солдатов. ЦХИАР

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. Вариант 1 © Александр Солдатов. ЦХИАР

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. Вариант 1. Эскиз храма. Общий вид © Александр Солдатов. ЦХИАР

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. Вариант 1. Вид с птичьего полета © Александр Солдатов. ЦХИАР

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. Вариант 1. Развертка фасадов © Александр Солдатов. ЦХИАР

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. Предэскиз © Даниил Макаров. ТО «Квадратура Круга»

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. Предэскиз © Даниил Макаров. ТО «Квадратура Круга»

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. Предэскиз © Даниил Макаров. ТО «Квадратура Круга»

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. Предэскиз. Северный фасад © Даниил Макаров. ТО «Квадратура Круга»

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. Предэскиз. Западный фасад © Даниил Макаров. ТО «Квадратура Круга»

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. Предэскиз. Развертка фасадов комплекса © Даниил Макаров. ТО «Квадратура Круга»

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. Предэскиз. Храм. Общий вид без смежных помещений © Даниил Макаров. ТО «Квадратура Круга»

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. Предэскиз. Храм © Даниил Макаров. ТО «Квадратура Круга»

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. Предэскиз © Даниил Макаров. ТО «Квадратура Круга»

zooming
Проект русского культурного центра в Рейкьявике. Предэскиз. Ситуационный план © Даниил Макаров. ТО «Квадратура Круга»


– В своих проектах вы обращаетесь к постройкам разных временен и разных территорий России с чем связан такой разброс?

– Мы, вместе с Филиппом Якубчуком и Иваном Земляковым, не случайно назвали «Квадратуру Круга» творческим объединением – она и мыслилась как история о поиске. И, делая большой объем работы, мы решаем ещё и собственные задачи по поиску какого-то идеального образа, полностью отвечающего контексту. Для нового-старого места я сначала предложил ассиметричный вариант, соединяющий русские традиции со скандинавской простотой и практичностью. Но после обсуждения первых эскизных проектов стало очевидно, что необходимо совсем недорогое решение. Современные варианты не рассматривались, и я попробовал найти исторические аналоги. Простые и лаконичные зимние церкви Суздаля с их двускатными кровлями показались удачным прототипом: можно было типизировать элементы, максимально сократить сложность постройки и уменьшить строительный объем. Так родился третий вариант – белоснежный храм с красным куполом. Но заказчику он опять же показался недостаточно торжественным, даже «сельским». Я усложнил решение, добавив горку кокошников, отсылающих к северному зодчеству, например к Преображенской церкви Кирилло-Белозерского монастыря.
Проект русского культурного центра в Рейкьявике. 3 вариант © Даниил Макаров. ТО «Квадратура Круга»

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. 3 вариант © Даниил Макаров. ТО «Квадратура Круга»

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. 3 вариант © Даниил Макаров. ТО «Квадратура Круга»

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. 4 вариант © Даниил Макаров. ТО «Квадратура Круга»

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. 4 вариант © Даниил Макаров. ТО «Квадратура Круга»

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. 4 вариант © Даниил Макаров. ТО «Квадратура Круга»

– Какой из созданных образов вы считаете наиболее интересным и почему?

– Трудно сказать. Лучше всего проработан второй из моих вариантов. Пожалуй, он наиболее полно учитывает все пожелания заказчика и многочисленные строительные ограничения. При этом, как мне и коллегам кажется, в нём удалось органично отразить какие-то тенденции современной архитектуры, насколько это возможно, обозначить связи и с лаконичной скандинавской архитектурой, и с северной русской архитектурой.

– Какова сегодняшняя ситуация? Выбран ли проект, начато ли строительство?

– В данный момент поисков уже не ведётся. Исландские архитекторы готовят почву для более детального проектирования, в частности делается геология. А из всех созданных проектов обсуждаются два: последний проект Александра Солдатова, ориентированный на псковское зодчество – и как раз этот, второй мой проект. Насколько я знаю, священник и местная община склоняются всё же к более традиционному варианту, но окончательное решение ещё не принято.
Проект русского культурного центра в Рейкьявике. Вариант 2 © Александр Солдатов. ЦХИАР

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. Вариант 2 © Александр Солдатов. ЦХИАР

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. Вариант 2 © Александр Солдатов. ЦХИАР

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. Вариант 2 © Александр Солдатов. ЦХИАР

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. Вариант 2. Фасады храма © Александр Солдатов. ЦХИАР

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. Вариант 2 © Александр Солдатов. ЦХИАР

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. Вариант 2. Развертка фасадов © Александр Солдатов. ЦХИАР

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. Вариант 2. Вид с птичьего полета © Александр Солдатов. ЦХИАР

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. Вариант 2. Планы © Александр Солдатов. ЦХИАР

– Расскажите немного подробнее об этом самом перспективном на ваш взгляд проекте. О каких ограничениях и градостроительных сложностях Вы упомянули?

– Площадь всех этажей храма не должна была превышать 300 м2. Цифра определена местными архитекторами исходя из градостроительных параметров участка. Поскольку вокруг находится в основном частная застройка, высота храма была тоже жёстко ограничена: порядка 20 м до креста. В результате неизбежно объем получался довольно приземистым. Кроме того, сама конфигурация участка оказалась довольно сложной, ориентировать храм точно на восток было почти невозможно. В традиционном варианте Александра Солдатова он ориентирован на северо-восток, почти на север, а нам удалось добиться более правильного расположения. Наконец, территория вокруг храма обязательно должна была быть открыта для всех и обеспечивать сквозной проход, так как на землю установлен публичный сервитут. Я стремился создать очень простой, лаконичный и чистый объем, который при этом сложно раскрывался бы в пространстве. Для старых русских храмов очень свойственная такая скульптурность, разное восприятие с разных сторон, они активно взаимодействуют с окружающим пространством. Поэтому изначально я заложил в проект большую вариативность фасадов. На северном, например, углубил окна, что позволило компенсировать недостаток света для выявления пластики и создания впечатления характерной мощной стены. А южный фасад изначально получил сложный абрис, который позволил довольно простым способом как-то разнообразить его восприятие. Когда солнце меняет своё положение в течении дня, меняется и светотеневой рисунок на фасаде, надобности как-то усложнять пластику стены уже нет, так что здесь окна расположены вровень с плоскостью стены. Внутреннее пространство храма не имеет традиционной весовой тектоники, а, подчиняясь скорее смысловой тектонике, перетекает от главного храмового престола к баптистерию, а затем к звоннице. И в этом пространстве «посажены» купола, которые соответствуют двум престолам. Ещё один использованный мной прием: разделение внутреннего и внешнего пространства, при этом вход становится элементом как бы выплеснувшегося на лаконичный фасад детально проработанного, сакрального интерьера. Эту роль исполняет резной деревянный портал. Тут уместно вспомнить традиционные резные наличники.
Проект русского культурного центра в Рейкьявике. 2 вариант © Даниил Макаров. ТО «Квадратура Круга»

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. 2 вариант © Даниил Макаров. ТО «Квадратура Круга»

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. 2 вариант © Даниил Макаров. ТО «Квадратура Круга»

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. 2 вариант © Даниил Макаров. ТО «Квадратура Круга»

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. 2 вариант. Развертка фасадов © Даниил Макаров. ТО «Квадратура Круга»

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. 2 вариант. План -1-го этажа © Даниил Макаров. ТО «Квадратура Круга»

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. 2 вариант. План 1-го этажа © Даниил Макаров. ТО «Квадратура Круга»

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. 2 вариант. План 2-го этажа © Даниил Макаров. ТО «Квадратура Круга»

Проект русского культурного центра в Рейкьявике. 2 вариант. Вид с птичьего полета © Даниил Макаров. ТО «Квадратура Круга»

– Но всё же более благосклонно был принят традиционный, хорошо нарисованный, но вторичный по своей архитектуре проект. Будут ли подобные заказчики в обозримом будущем готовы поддержать смелые и самостоятельные решения?

– Уверен, что такие времена настанут. И вопрос скорее в том, будет ли готова архитектурная общественность дать цельный, правильный ответ на этот запрос. Очень немногие архитекторы, буквально единицы, сегодня действительно понимают, что такое православный храм. Почти все они выросли из среды реставраторов, что и провоцирует бесконечное воспроизведение исторических образов. При этом есть священники, которые готовы поддержать наши поиски. Собственно, и в этом случае, какого-то резкого отторжения проект не вызвал, насколько я знаю. Так что вопрос только в том, сколько времени понадобится, чтобы преодолеть инерционность храмовой архитектуры, кстати, свойственную российской архитектуре в целом. Поэтому мы стараемся внимательно следить за реакцией на все публикации, очень интересно наблюдать, как меняется со временем отношение к нашим проектам.
***

Даниил Макаров призывает читателей к обсуждению темы и будет рад откликам и мнениям. Редакции также интересно, что вы думаете об архитектуре современных храмов. Пишите комментарии. 
Архитектор:
Александр Солдатов
Даниил Макаров
Мастерская:
ТО «Квадратура Круга» https://www.cc-qc.ru
Проект:
Проект русского культурного центра в Рейкьявике (Александр Солдатов)
Исландия, Рейкьявик

Авторский коллектив:
Автор проекта: Александр Солдатов, ЦХИАР; архитектор: Даниил Макаров, ТО «Квадратура круга»

2014 — 2014
Проект русского культурного центра в Рейкьявике (Даниил Макаров)
Исландия, Рейкьявик

Авторский коллектив:
Архитектор: Даниил Макаров, ТО «Квадратура круга»

2014 — 2015
Проект русского культурного центра в Рейкьявике. Предэскиз
Исландия, Рейкьявик

Авторский коллектив:
Архитектор: Даниил Макаров, ТО «Квадратура круга»

2014 — 2014

23 Августа 2016

Похожие статьи
Давай поговорим о брутализме
Архитектурному клубу «Глазами инженера» исполнился год: он предлагает встречи за чашкой чая, непринужденную атмосферу и разные форматы – от обсуждения стиля, здания или книги до вымышленного градсовета. Основатели и модераторы клуба рассказали Архи.ру, почему эти неформальные встречи дают особенный опыт новичкам и профессионалам.
Степан Липгарт и Юрий Герт: «Наша программа – эстетическая»
У бюро Степана Липгарта, архитектора с узнаваемым авторским почерком и штучными проектами, теперь есть партнер. Юрий Хитров, специалист с широким набором компетенций, возьмет на себя ту часть работы, которая отвлекает от творчества, но двигает бизнес вперед. Одна из целей такого союза – улучшать среду города через диалог с заказчиком и чиновниками. Поговорили с обеими сторонами об амбициях, стратегии развития бюро, общих ценностях и необходимости прагматичного. А почему бюро называется «Липгарт&Герт» – выяснилось в самом конце.
Что ждет российскую архитектуру: версии двух столиц
На 30-й «АРХ Москве» Никита Явейн и Николай Ляшенко поговорили о будущем российских архитектурных бюро. Беседа проявила в том числе и глубинное отличие петербургского и московского мироощущения и подхода: к структуре бюро, конкурсам, зарубежным коллегам и, собственно, будущему. Сейчас, когда все подводят итоги и планируют, предлагаем почитать или послушать этот диалог. Вы больше Москва или Петербург?
Дмитрий Остроумов: «Говоря языком алхимии, мы участвуем...
Крайне необычный и нетипичный получился разговор с Дмитрием Остроумовым. Почему? Хотя бы потому, что он не только архитектор, специализирующийся на строительстве православных храмов. И не только – а это редкая редкость – сторонник развития современной стилистики в ее, пока все еще крайне консервативной, сфере. Дмитрий Остроумов магистр богословия. Так что, помимо истории и специфики бюро, мы говорим о понятии храма, о каноне и традиции, о живом и о вечном, и даже о Русском Логосе.
Измерение Y
Тенденция проектирования жилых башен в Москве не тускнеет, а напротив, за последние 5 лет она как никогда, пожалуй, вошла в силу... Мы и раньше пробовали изучать высотное строительство Москвы, и теперь попробуем. Вашему вниманию – небольшой исторический обзор и опрос практикующих в городе архитекторов.
Алексей Ильин: «На все задачи я смотрю с интересом»
Алексей Ильин работает с крупными проектами в городе больше 30 лет. Располагает всеми необходимыми навыками для высотного строительства в Москве – но считает важным поддерживать разнообразие типологии и масштаба объектов, составляющих его портфолио. Увлеченно рисует – но только с натуры. И еще в процессе работы над проектом. Говорим о структуре и оптимальном размере бюро, о старых и новых проектах, крупных и небольших задачах; и о творческих приоритетах.
Вопрос «Каскада»
Правительство Армении одобрило инвестиционную программу, подразумевающую завершение «Каскада», ключевой постройки Еревана 1980-х, согласно новому проекту Wilmotte & Associés. О судьбе, значении и возможном будущем «Каскада» рассказали Архи.ру историки архитектуры Карен Бальян и Анна Броновицкая.
«На грани»: интервью с куратором «Зодчества 2025» Тиграном...
С 4 по 6 ноября в московском Гостином дворе состоится XXXIII Международный архитектурный фестиваль «Зодчество». В этом году его приглашенным куратором стал вице-президент Союза московских архитекторов, основатель бюро STUDIO-ТА Тигран Бадалян.
Форма без случайностей
Креативный директор «Генпро» Елена Пучкова – о том, что такое честная современная архитектура: почему важно свести пилоны, как работать с ограниченной палитрой материалов и что делать с любимым медным цветом, который появляется в каждом проекте.
Валерий Каняшин: «Нам дали свободу»
Жилой комплекс Headliner, строительство основной части которого не так давно завершилось напротив Сити – это такой сосед ММДЦ, который не «подыгрывает» ему. Он, наоборот, решен на контрасте: как город из разноформатных строений, сложившийся естественным путем за последние 20 лет. Популярнейшая тема! Однако именно здесь – даже кажется, что только здесь – ее удалось воплотить по-настоящему убедительно. Да, преобладают высотки, но сколько стройных, хрупких в профиль, ракурсов. А главное – как все это замиксовано, скомпоновано... Беседуем с руководителем проекта Валерием Каняшиным.
Григорий Ревзин: «Что нам делать с архитектурой семидесятых»
Советский модернизм был хороший, авторский и плохой, типовой. Хороший «на периферии», плохой в центре – географическом, внимания, объема и прочего. Можно ли его сносить? «Это разрушение общественного консенсуса на ровном месте». Что же тогда делать? Сохранять, но творчески: «Привнести архитектуру туда, где ее еще нет». Относиться не как к памятникам, а как к городскому ландшафту. Читайте наше интервью с Григорием Ревзиным на актуальную тему спасения модернизма – там предложен «перпендикулярный», но интересный вариант сохранения зданий 1970-х.
Лама из тетраметилбутана
Петр Виноградов рассказал об экспериментальной серии скульптур «Тетрапэд», которая исследует принципы молекулярной архитектуры, адаптивных структур и интерактивного взаимодействия с городской средой. Конструкции реагируют на движение, собеседуют с пространством, допускают множественные сценарии использования и интерпретации. Скульптуры уже побывали на «Зодчестве» и фестивале «Дикая мята», а дальше отправятся на Forum 100+.
В преддверии Архстояния: интервью с Валерием Лизуновым,...
25 июля в Никола-Ленивце стартует очередной, юбилейный, фестиваль «Архстояние». Ему исполняется 20 лет. Тема этого года: «Мое главное». Накануне открытия поговорили с архитектором Archpoint Валерием Лизуновым, который стал автором одного из объектов фестиваля «Исправительное учреждение».
Сергей Кузнецов: «Мы не стремимся к единому стилю...
Некоторое время назад мы попросили у главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова комментарий по Архитектурной премии мэра Москвы: от схемы принятия решений до того, каким образом выбор премии отражает архитектурную политику. Публикуем полученные ответы, читайте.
Дина Боровик: хрущёвки попадают в Рай
Молодая художница из Челябинска Дина Боровик показывает в ЦСИ Винзавод выставку, где сопоставляет пятиэтажки, «паутинки» и прочие приметы немудрящей постсоветской жизни с динозаврами. И хотя кое-где ее хрущевки напоминают инсталляцию Бродского на венецианской биеннале, страшно сказать, 2006 года, лиричность подкупает.
Дюрер и бабочки
Рассматриваем одну из работ выставки «Границы видимости», которая еще открыта на Винзаводе, поближе. Объект называется актуальным для современности образом: «Сакральная геометрия», сделан из лотков для коммуникаций, которые нередко встречаются в открытом виде под потолком, с вкраплениями фрагментов гравюры Дюрера, «чтобы сбить зрителя с толку».
«Коллизии модернизма и ориентализма»
К выходу в издательской программе Музея «Гараж» книги о Ташкенте, уже 4-м справочнике-путеводителе из серии о советском модернизме, мы поговорили с его авторами, Борисом Чуховичем, Ольгой Казаковой и Ольгой Алексеенко, о проделанной ими работе, впечатлениях и размышлениях.
Александр Пузрин: как получить «Золотого Льва» венецианской...
В 2025 году главная награда XIX Венецианской архитектурной биеннале – «Золотой Лев» досталась национальному павильону Бахрейна за экспозицию Heatwave. Среди тех, кто работал над проектом, был Александр Пузрин – выпускник Московского инженерно-строительного института, докторант израильского Техниона, а ныне – профессор Швейцарской высшей технической школы Цюриха (ETH Zurich). Мы попросили его рассказать о технических аспектах Heatwave, далеко неочевидных для простых зрителей. Но разговор получился не только об инженерии.
Комментарии экспертов. Цирк
Объявлены результаты голосования: москвичи (29%) и дети (42%) проголосовали за первоначально победившее в конкурсе здание цирка в виде разноцветного шатра. Мы же собрали по разным изданиям комментарии экспертов архитектурно-строительной среды, включая авторов конкурсных проектов. Получилась внушительная подборка. Эксперты, в основном, приветствуют идею переноса в Мневники, далее – приветствуют обращение к общественному голосованию, и, наконец, кто-то отмечает уместность эксцентричной архитектуры победившего проекта для типологии цирка. Читайте мнения лучших людей отрасли.
Григорий Ревзин: «Сильный жест из-под полы. Нечто победило»
Обсуждаем дискуссии вокруг конкурса на цирк и сноса СЭВ с самым известным архитектурным критиком нашего времени. В процессе проявляется парадокс: вроде бы сейчас принято ностальгировать по брежневскому времени, а знаковое здание, «ось» Варшавского договора, приговорили к сносу. Не странно ли? Еще мы выясняем, что wow-архитектура вернулась – это новый после-ковидный тренд. Однако, чтобы жест получился действительно сильным, без профессионалов все же не обойтись.
Сергей Скуратов: «Если обобщать, проект реализован...
Говорим с автором «Садовых кварталов»: вспоминаем историю и сюжеты, связанные с проектом, который развивался 18 лет и вот теперь, наконец, завершен. Самое интересное с нашей точки зрения – трансформации проекта и еще то, каким образом образовалась «необходимая пустота» городского общественного пространства, которая делает комплекс фрагментом совершенно иного типа городской ткани, не только в плоскости улиц, но и «по вертикали».
2024: что говорят архитекторы
Больше всего нам нравится рассказывать об архитектуре, то есть о_проектах, но как минимум раз в год мы даем слово архитекторам ;-) и собираем мнение многих профессионалов о том, как прошел их профессиональный год. И вот, в этом году – 53 участника, а может быть, еще и побольше... На удивление, среди замеченных лидируют книги и выставки: браво музею архитектуры, издательству Tatlin и другим площадкам и издательствам! Читаем и смотрим. Грустное событие – сносят модернизм, событие с амбивалентной оценкой – ипотечная ставка. Читаем архитекторов.
Наталья Шашкова: «Наша задача – показать и доказать,...
В Анфиладе Музея архитектуры открылась новая выставка, и у нее две миссии: выставка отмечает 90-летний юбилей и в то же время служит прообразом постоянной экспозиции, о которой музей мечтает больше 30 лет, после своего переезда и «уплотнения». Мы поговорили с директором музея: о нынешней выставке и будущей, о работе с современными архитекторами и планах хранения современной архитектуры, о несостоявшемся пока открытом хранении, но главное – о том, что музею катастрофически не хватает площадей. Не только для экспозиции, но и для реставрации крупных предметов.
Юрий Виссарионов: «Модульный дом не принадлежит земле»
Он принадлежит Космосу, воздуху... Оказывается, 3D-печать эффективнее в сочетании с модульным подходом: дом делают в цеху, а затем адаптируют к местности, в том числе и с перепадом высот. Юрий Виссарионов делится свежим опытом проектирования туристических комплексов как в средней полосе, так и на юге. Среди них хаусботы, дома для печати из легкого бетона на принтере и, конечно же, каркасные дома.
Дерево за 15 лет
Поемия АРХИWOOD опрашивает членов своего экспертного совета главной премии: что именно произошло с деревянным строительством за эти годы, какие заметные изменения происходят с этим направлением сейчас и что ждет деревянное домостроение в будущем.
Марина Егорова: «Мы привыкли мыслить не квадратными...
Карьерная траектория архитектора Марины Егоровой внушает уважение: МАРХИ, SPEECH, Москомархитектура и Институт Генплана Москвы, а затем и собственное бюро. Название Empate, которое апеллирует к словам «чертить» и «сопереживать», не должно вводить в заблуждение своей мягкостью, поскольку бюро свободно работает в разных масштабах, включая КРТ. Поговорили с Мариной о разном: градостроительном опыте, женском стиле руководства и даже любви архитекторов к яхтингу.
Технологии и материалы
Обновленный шоу-рум LUCIDO: рабочая среда для архитектора
Бутик Итальянской Плитки LUCIDO, расположенный в особняке на Пречистенке, завершил реконструкцию. Задача обновления – усилить функциональность пространства как инструмента для профессиональной работы с материалом. В новой экспозиции сделан акцент на навигацию, сценарии освещения и демонстрацию крупных форматов в условиях, приближенных к реальному интерьеру.
Стальное зеркало терруара
Архитектурная мастерская «АКАНТ» превратила здание винодельни в Краснодарском крае в оптическую иллюзию при помощи полированной нержавеющей стали «СуперЗеркало» от компании «Орнамита». Материал позволяет играть со светом и восприятием объемов, снижать теплопоглощение и создавать объекты-магниты, привлекающие яркой образностью, оставаясь при этом практичным и ремонтопригодным решением.
Осознанный выбор
С каждым годом, с каждой новой научной и технологической разработкой и запуском в производство новых полимерных материалов с улучшенными качествами сфера их применения расширяется. О специфике и форматах применения полимерных материалов в современной общественной архитектуре, включая самые сложные и масштабные объекты, такие как стадионы, мы поговорили с заместителем генерального директора по проектированию ПИ «АРЕНА» Алексеем Орловым.
Сёрфборд для жилья
Гавайская архитектурная фирма Hawaii Off-Grid занялась производством строительных блоков из досок для сёрфинга. Разработка призвана побороть проблему нехватки жилья на островах и чрезмерных отходов сёрфинг-индустрии.
Бетон со знаком «минус»
В США разработали заполнитель для бетона с «отрицательным» содержанием углерода. Технология позволяет «запечатывать» CO₂ в минералах и использовать их в качестве заполнителей для бетонных смесей.
Японцы нашли ключ к «зеленому» стеклу из древесины
Исследователи из Университета Осаки разработали технологию получения прозрачной древесины без использования пластиковых компонентов и объяснили физику процесса, открывающую путь к управлению свойствами материала.
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Палитра возможностей. Часть 2
В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.
Технадзор с дрона
В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Поглотитель CO₂
Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
​Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
​Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств
В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.
«Марсианская колония» на ВДНХ
Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.
Материал как метод
Компания ОРТОСТ-ФАСАД стоит у истоков фасадной индустрии. За 25 лет пройден путь от мокрых фасадов и первого в России НВФ со стеклофибробетоном до уникальных фасадов на подсистеме собственного производства, где выносы СФБ элементов превышают три метра. Разбираемся, какие технологические решения позволяют СФБ конкурировать с традиционными системами и почему выбор единого подрядчика – наилучший вариант для реализации фасадов со сложной архитектурой.
Сейчас на главной
Бетонный переплет
Жилая башня 900 Saint-Jacques по проекту Chevalier Morales Architectes взаимодействует со достопримечательностями Монреаля и предлагает альтернативу скучным стеклянным высоткам.
Скорлупа под антаблементом
Архитектор Егор Рыбин спроектировал ТРЦ для коттеджного поселка «Боярское» в 30 км от Нижнего Новгорода, прочитав его как парковый павильон. Кирпичные экседры считываются как фрагменты ротонды, а прорастающее сквозь центральную арку дерево символично напоминает о главенстве пейзажа.
Против ветра
Общественно-деловой центр «Графит» построен по проекту бюро FUTURA-ARCHITECTS в новом жилом районе, который развивается за южной границей Санкт-Петербурга, недалеко от Финского залива. Авторы отрефлексировали близость холодного Балтийского моря, придав зданию динамику преодоления и скругленные, словно от ветра и воды, края.
Следуя за ландшафтом
На черноморском побережье в черте Стамбула строится жилой район Ion Riva. Мастерплан разработан Snøhetta, также в проекте заняты BIG и MVRDV.
Вне стресса
DA bureau продолжает ломать стереотипы и задавать новые тренды. В новом медицинском центре, практикующем биохакинг, они материализовали дизайн, который раньше, если где-то и встречался, то в мультфильмах о воображаемых мирах, светлых и настолько умиротворяющих, что не понятно, где проходит граница между сном и анимированной реальностью.
Игра противоположностей
На месте снесенной пожарной части в Ижевске построен жилой комплекс «Монблан». Авторы проекта из бюро «АП-Групп» собрали композицию из двух объемов, соединив классическую сетку одного с деконструктивистской свободой ломаных форм другого.
Анфилада архетипов
Выставка «Архетипы авангарда» в новом здании Третьяковской галереи предлагает посмотреть на творчество русских художников начала XX века под особым ракурсом: экспозиция проводит параллель между художественной революцией и психоанализом. С помощью 12 архетипов кураторы показывают, что за дерзкими экспериментами Малевича, бунтом Родченко и детской искренностью Пиросмани стоят живые люди с узнаваемыми чертами. Архитектура выставки от бюро ХОРА делает идею осязаемой.
Примечательности в тренде и вне его. Обзор проектов...
На фоне все более отчетливо проявляющихся тенденций к аффектации архитектурного облика большинства новых московских проектов интересно наблюдать размытие понятия авторского почерка, вплоть до полного его исчезновения и попытки некоторых архитекторов отстоять свое право работать в менее техно-эмоциональной манере.
Форма радости
Архитекторы бюро MARAT MAZUR interior design получили необычный заказ – разработать дизайн киоска для продажи мороженого My Gelato в одном из торговых центров, который был бы эффектным, образным, удобным и, самое главное, необычным. И им это удалось.
Вторая жизнь гидроузла
Департамент технического заказчика предложил превратить монументальные руины советского гидроузла в Подольске в кластер экстремальных развлечений. Бетонные скелеты плотин в нем становятся объектами скалолазания, страйкбольными декорациями и скейтпарком.
На сцену приглашаются
Sanjay Puri Architects спроектировали главное здание для индийского университета Prestige: его кровля из 463 платформ служит общественным пространством и сценой.
Симулятор «зеленой» жизни
Представлены проекты финалистов конкурса Shift – версии здания- «достопримечательности» в Роттердаме, где публика сможет на своем опыте оценить достоинства ресурсоэффективного, циклического образа жизни.
Орел или решка
Бюро .dpt создало интерьер бара Nightcall в компактном пространстве флигеля усадьбы Закревского-Савина, построенного в XVIII веке. Но вместо исторических аллюзий они попытались преодолеть законы геометрии и ухитрились совместить в одном объеме два очень разных по дизайну пространства: одно спокойное и солидное, второе – ироничное и богемное.
Консоли, как ни крути
Небоскреб по проекту HENN на тесном участке в шэньчжэньской штаб-квартире IT-компании Kingdee набирает необходимую площадь за счет консольных выносов в верхней части.
От пещеры до звезды
Концепция бюро Ad Hoc победила в закрытом конкурсе на культурно-рекреационный комплекс для норвежского острова. Ненавязчивыми архитектурными решениями авторы проявили силу места: водопад стал частью входной группы, естественная терраса – платформой для смотровой площадки, закат и звездное небо – украшением интерьеров.
Стены помогают
Бюро «Крупный план» (KPLN) выбирает работать в историческом пространстве: для своего офиса команда отреставрировала особняк XIX века, построенный в «кирпичном стиле». Сохраняя замысел авторов и особую атмосферу здания, в котором изначально работал главный инженер Алексеевской насосной станции, архитекторы не стремились к лоску и новодельной завершенности, но заботились о комфорте сотрудников. Подлинные детали вроде изразцовой печи, лепнины и чугунных перил дополнили предметы, изготовленные командой собственноручно: макеты и даже обожженный в печи декор.
Лодка, раскрой паруса
Для нового района в Раменках бюро UNK спроектировало деловой центр, который в зависимости от ракурса напоминает сразу несколько типов судов: от спортивной яхты до фрегата, ледокола или сложенного из листа бумаги кораблика. Видимые за стеклянными фасадами элементы конструктива превращаются в мачты и реи. Первый и последний уровни здания отличаются большей площадью, позволяющей создать эффектные двусветные пространства.
Горный страж
В рамках международного конкурса Артем Агекян разработал проект автономного горного убежища, которое предполагается разместить на высоте около 3000 метров в итальянских Альпах. Форма бивуака учитывает розу ветров и опасность камнепада, градиент цвета делает его одновременно заметным и энергоэффективным.
Карельский разлом
Отель в Карелии, спроектированный архитектурным бюро Chado, вырастает из ландшафта в образе гигантского валуна, расколотого надвое. В центре этой композиции рождается драматичное общественное пространство, напоминающее древнее убежище. Материалом, связывающим рукотворное с природным, становится монолитный бетон, приближенный по оттенку к местным породам.
Обзор проектов 23-28 февраля
На этой неделе мы отдыхали от башен и стеклянных фасадов: в информационном поле замечено несколько камерных проектов в центре Москвы, которым сопутствуют неоклассические фасады, итальянский архитектор, историческая парцелляция и реконструкция соседних зданий. Среди других находок: масштабный проект детской клиники и небезынтересный жилой комплекс в Уфе.
Памяти Валерия Каняшина
В пятницу, 27 февраля ушел из жизни архитектор Валерий Каняшин, сооснователь АБ «Остоженка», автор многих значительных построек в Москве. Публикуем текст Анатолия Белова в память о Валерии Каняшине.
Все красное
Бюро «Лепо» разработало дизайн для ресторана «ЭНСО», в котором экзотическая кулинарная концепция и нестандартное пространственное решение со входом по стеклянному мосту получили свое логичное завершение в виде ярко-алого интерьера, интригующего и харизматичного.
Гипертекст в пространстве
В рамках выставки «Что имеем (не) храним» и Сергей Чобан, и Музей архитектуры, и студия ЧАРТ экспериментируют с экологичным подходом к экспозиционному дизайну, перекличкой тем и даже с публицистическими размышлениями о необходимости сохранения модернизма, корнях современной архитектуры и рождении идей. Все это делает камерную выставку с легким прозрачным дизайном новаторской. Элементы все, как «телесные», так и идейные – знакомы, а вот их сочетание – ново.
Площадь угасшей звезды
«Студия 44» представила на Градостроительном совете проект развития бизнес-центра Leader Tower, известного как первый небоскреб Санкт-Петербурга. Площадь Конституции, где располагается комплекс, в 1930-е годы задумывалась как важный городской ансамбль, но не была завершена, получив достаточно хаотичный облик. Попытка восстановить целостность и сбить масштаб застройки встретила преимущественно одобрение экспертов.
Открытость без наивности
В Осло завершена первая очередь реконструкции Нового правительственного квартала, пострадавшего при теракте 2011 года административного комплекса. Авторы проекта – Nordic Office of Architecture.
Кирпичные зубцы
Архитектурный облик ЖК «Всевгород» в Ленобласти (бюро УМБРА) изобилует приемами, в том числе использующими декоративные возможности фибробетонных панелей с фактурой – что делает его интересным опытом в сегменте мало- и среднеэтажного жилья.