Разбудить потенциал, или МАРШ & АА

Преподаватель МАРШ урбанист Ярослав Ковальчук и выпускница магистратуры лондонской АА – о совмещеннии методик двух экспериментальных школ, и воркшопе, где летом студенты будут планировать преобразование Шабловки.

mainImg
Александра Чечеткина. Фотография © Кристина Еремеева
zooming
Ярослав Ковальчук. Фотография © Константин Смирнов

В МАРШ открыт прием заявок на участие в летней школе «Лаборатория преобразований / In-Transition Lab» – совместного проекта МАРШ и Architectural Association (АА). Формат воркшопа, активно опробованный МАРШ Лаб на примере Махачкалы и Казани, совместится с Visiting school, изобретенным школой АА. Курс рассчитан на молодых архитекторов и студентов, которые познакомятся с современными практиками архитектурного исследования и анализа территории, мастер-планирования и вычислительного проектирования.

Ученики будут работать вместе с преподавателями и кураторами с 11 по 18 июля. Задача – разработать проект исследования и развития территории Шаболовки – района Шуховской башни, судьба которой волнует многих и уже давно. Результаты воркшопа будут показаны в Центре авангарда на Шаболовке, с которым организаторы тесно сотрудничают уже сейчас.

Записаться на совместный воркшоп МАРШ и АА можно до 27 июня, стоимость участия в конце апреля снизилась с £ 500 до 350 благодаря появлению спонсора, компании ARUP. 
***

Мы поговорили с двумя кураторами летнего воркшопа Ярославом Ковальчуком и Александрой Чечёткиной.

Архи.ру:
– Расскажите о совместном учебном курсе Architectural Association и МАРШ. Что нового он даст студентам? Как будет выстроен учебный процесс? Какие теоретические и практические упражнения он предусматривает?

Александра Чечёткина:
– Architectural Association (АА) – это старейшая экспериментальная школа в Великобритании с долгой историей и нестандартным подходом к обучению. Внутри школы существует специальное отделение Visiting school. Это короткие образовательные курсы, которые проводятся в разных городах и странах мира. Только в этом году АА ведет более 70 школ. В России уже была совместная программа АА с институтом «Стрелка». Новый шаг – летняя школа «Лаборатория преобразований», организованная архитектурной ассоциацией совместно с МАРШ.

Ярослав Ковальчук:
– Архитектурная лаборатория МАРШ Лаб занимается похожими программами. Поэтому мы очень обрадовались, когда Александра сообщила о намерении АА провести школу в Москве. Воркшоп будет состоять из двух частей – исследовательской и проектной. Предполагается как студийная работа, так и выезд на территорию. Кроме того, запланированы лекции приглашенных экспертов. Практические навыки мы планируем подкреплять компьютерными классами, семинарами по изучению новейших программ – таких, как Rhinoceros + Grasshopper, Adobe Illustrator, Indesign, After Effects.

Александра Чечеткина:
– Помимо этого, предполагаются внутренние и открытые презентации, включая финальную выставку, которая пройдет в Центре авангарда. К открытию мы планируем создать большой макет выбранной территории проектирования в её нынешнем состоянии. На него будут проецироваться видео с разработанными в рамках воркшопа проектными предложениями, что позволит наглядно показать возможные изменения. Итоги летней школы мы планируем представить в отдельной книге.

– Почему эта тема? Почему Шаболовка?

Ярослав Ковальчук:
– Тему мы выбрали после подробного обсуждения актуальной проблематики Москвы. Большинство знаковых проектов Москвы последнего времени: и Москва-река, и парк Зарядье, и реконструкция промзон – так или иначе связаны с преобразованием уже существующего и освоенного пространства. Мы выбрали район Шаболовки, поскольку это хороший пример сложной городской среды, переживающей процесс трансформации. На территории сосуществуют сады XIX века, конструктивизм 1920–1930-х, более поздние советские постройки 1950–1960-х и рядовая панельная застройка. Район с хорошей транспортной инфраструктурой расположен близко к центру города, при этом достаточно тихий.

Инициатива преобразования Шаболовки возникла в связи с планируемым переносом Шуховской башни. Появилось общественное движение по сохранению уникального памятника. Территорией вплотную занялся Центр авангарда, который выступил партнером нашего воркшопа. Для нас это крайне важно, поскольку гарантирует, что результаты исследований не пропадут, будут учтены и, возможно, лягут в основу проекта развития территории.
1881 год. План города Москвы. Источник: retromap.ru
1915 год. План Москвы с пригородами. Источник: retromap.ru
1923 год. Проектный план «Новая Москва». Источник: retromap.ru
1925 год. План Москвы. Источник: retromap.ru
1935 год. Новые магистрали Москвы. Источник: retromap.ru
1952 год. План Москвы. Источник: retromap.ru
1996 год. Снимок Москвы со спутника. Источник: retromap.ru
2015 год. Современная спутниковая съемка Яндекса. Источник: maps.yandex.ru

Александра Чечеткина:
– В этом районе невероятный исторический контекст и многочисленные бонусные территориальные признаки. Но несмотря на это он пустует, им пользуются только местные жители. Задача воркшопа – разбудить скрытый потенциал Шаболовки.

Сегодня работа с отдельными районами города – это глобальный тренд. Возьмем район Лондона Сохо. Он мгновенно ассоциируется с производством альтернативного кино. А Блумсбери – с интеллектуальным и образовательным центром города. У каждого района Лондона есть своя история и своя специфика. Характер территорий формировался постепенно, но не без влияния городских программ. В Москве пока трудно сказать, чем одна часть город отличается от другой. Даже её планировочная структура подразумевает наличие только одного центра. Сейчас городские власти взяли курс на полицентричность и Шаболовка имеет все шансы стать одним из новых городских центров.
Экспериментальный жилой квартал 1920-х в районе Шаболовки и Шуховская башня

– По какому принципу формировался преподавательский состав курса?

Александра Чечеткина:
– Кроме нас с Ярославом Ковальчуком, будут приглашенные преподаватели из АА. Это один из важных принципов программы Visiting school. Темы воркшопов, которые проводятся по всему миру, всегда очень разные – от исследования летательных аппаратов и процесса изготовления вина до крупных урбанистических и архитектурных проектов. Преподавательский состав для каждого воркшопа формируется непосредственно ассоциацией в соответствии с выбранной тематикой курса. Затем назначается директор школы, главное ответственное лицо и идеолог программы. В Москву в качестве тьюторов были приглашены Иво Баррос, архитектор Arup UK, окончивший магистратуру АА, и Эндрю Хаас, тоже выпускник АА, который успел поработать в бюро Zaha Hadid Architects. Эндрю в совершенстве владеет техническими методами проектирования, поэтому в рамках нашего воркшопа он будет отвечать за цифровые технологии.
Новый индустриальный кластер – жизнь на крыше. Дипломный проект “New industrial milieu” Иво Барроса – выпускника АА и преподавателя летнего курса
Новый индустриальный кластер – интеграция. Дипломный проект “New industrial milieu” Иво Барроса – выпускника АА и преподавателя летнего курса

– Александра, как Вы планируете в рамках летнего воркшопа использовать свой опыт обучения в британской школе? Чем он будет полезен участникам?

Александра Чечеткина:
– Естественно, основные идейные моменты, которые мне удалось почерпнуть во время обучения в АА, я постараюсь применять и использовать в течение всего воркшопа. Специфика преподавательской деятельности и методология создания проекта в АА сильно отличаются от традиционных.

К примеру, мы не ограничиваем студентов рамками, не просим их по окончании программы представить определенный набор выполненных заданий и чертежей. Преподаватели и студенты – это одна команда. Тьюторы работают наравне с другими участниками воркшопа, сидя с ними за одним столом, и в финале выдают общий готовый продукт.
Новый индустриальный кластер – перспектива. Дипломный проект “New industrial milieu” Иво Барроса – выпускника АА и преподавателя летнего курса
Парк Камелиас – жилье. Дипломный проект “New industrial milieu” Иво Барроса – выпускника АА и преподавателя летнего курса

– Насколько сильно такой подход отличается от процесса обучения в МАРШ?

Ярослав Ковальчук:
– МАРШ сильно отличается от всего того, что происходит в сфере архитектурного образования. Это абсолютно экспериментальная площадка, и в этом наше сходство с Architectural Association. Конечно, МАРШ гораздо моложе. Но идеология у нас общая. Мне крайне интересно посмотреть, что получится в результате такого симбиоза, который, как мне кажется, может серьезно повлиять на каждого из участников программы.

– Вопрос к Ярославу: Вы будете использовать свой опыт работы в НИиПИ Генплана? Если да, то как?

Ярослав Ковальчук:
– Я довольно долго работал в институте Генплана, в основном занимаясь проектами преобразования и развития территорий, включающих историческое и культурное наследие. Моя мастерская, в том числе, работала над конкурсным проектом преобразования Москвы-реки, превращая его в территориальную схему. А это 200 км земли. В своей мастерской я попытался собрать прогрессивных людей, использующих самые современные подходы проектирования. Для урбанистического анализа существует общая рамка, а вот инструменты подбираются под конкретные задачи. Думаю, мой опыт будет полезен студентам летней школы МАРШ в процессе исследования территории Шаболовки. Хотя, разумеется, это не масштаб института Генплана. Шаболовка – небольшой фрагмент городской ткани, и его мы будем рассматривать более детально и пристально.

– На разработку проекта дается всего неделя. Достаточно ли этого для полноценного погружения в тему?

Александра Чечеткина:
– Практика воркшопов и стала настолько популярной, благодаря интенсивности обучения. Я сама посетила не один воркшоп – и как студент, и как преподаватель. Эта практика помогла мне выбрать свой профессиональный путь. Такие образовательные программы позволяют быстро получить новые навыки, работая над интересными и конкретными задачами. Кроме того, появляется возможность встретить единомышленников, научиться работать в команде. Очевидно, что предложенный объем работы можно выполнить всего за одну неделю только при условии долгой предварительной подготовки команды тьюторов. Студенты тоже смогут заранее познакомиться с темой, получат все необходимые материалы и исторические данные, которые нам любезно предоставил Центр авангарда.

– В чем уникальность программы и методики такого интенсивного обучения?

Александра Чечеткина:
– Это партнерская, совместно разработанная программа, в которой соединяются две методологии обучения. Предложена сложная тема, выбран район города с большим потенциалом развития. Для студентов открывается огромное поле деятельности. А направлять их будут четыре тьютора с богатым бэкграундом.

Ярослав Ковальчук:
– Важно, что это работа с преобразованием существующей территории. В Москве пока довольно мало подобного опыта. Ещё более важно, что мы работаем с конкретным партнером – с Центром авангарда. Все наши исследования и проектные предложения останутся в фонде центра. Обсуждается возможность продвижения наших идей. В любом случае, они будут брошены на весьма благодатную почву.

Более подробную информацию читайте на сайтах МАРШ и АА. За новостями летней школы можно следить здесь.
 

22 Марта 2016

Похожие статьи
Степан Липгарт и Юрий Герт: «Наша программа – эстетическая»
У бюро Степана Липгарта, архитектора с узнаваемым авторским почерком и штучными проектами, теперь есть партнер. Юрий Хитров, специалист с широким набором компетенций, возьмет на себя ту часть работы, которая отвлекает от творчества, но двигает бизнес вперед. Одна из целей такого союза – улучшать среду города через диалог с заказчиком и чиновниками. Поговорили с обеими сторонами об амбициях, стратегии развития бюро, общих ценностях и необходимости прагматичного. А почему бюро называется «Липгарт&Герт» – выяснилось в самом конце.
Что ждет российскую архитектуру: версии двух столиц
На 30-й «АРХ Москве» Никита Явейн и Николай Ляшенко поговорили о будущем российских архитектурных бюро. Беседа проявила в том числе и глубинное отличие петербургского и московского мироощущения и подхода: к структуре бюро, конкурсам, зарубежным коллегам и, собственно, будущему. Сейчас, когда все подводят итоги и планируют, предлагаем почитать или послушать этот диалог. Вы больше Москва или Петербург?
Дмитрий Остроумов: «Говоря языком алхимии, мы участвуем...
Крайне необычный и нетипичный получился разговор с Дмитрием Остроумовым. Почему? Хотя бы потому, что он не только архитектор, специализирующийся на строительстве православных храмов. И не только – а это редкая редкость – сторонник развития современной стилистики в ее, пока все еще крайне консервативной, сфере. Дмитрий Остроумов магистр богословия. Так что, помимо истории и специфики бюро, мы говорим о понятии храма, о каноне и традиции, о живом и о вечном, и даже о Русском Логосе.
Измерение Y
Тенденция проектирования жилых башен в Москве не тускнеет, а напротив, за последние 5 лет она как никогда, пожалуй, вошла в силу... Мы и раньше пробовали изучать высотное строительство Москвы, и теперь попробуем. Вашему вниманию – небольшой исторический обзор и опрос практикующих в городе архитекторов.
Алексей Ильин: «На все задачи я смотрю с интересом»
Алексей Ильин работает с крупными проектами в городе больше 30 лет. Располагает всеми необходимыми навыками для высотного строительства в Москве – но считает важным поддерживать разнообразие типологии и масштаба объектов, составляющих его портфолио. Увлеченно рисует – но только с натуры. И еще в процессе работы над проектом. Говорим о структуре и оптимальном размере бюро, о старых и новых проектах, крупных и небольших задачах; и о творческих приоритетах.
Вопрос «Каскада»
Правительство Армении одобрило инвестиционную программу, подразумевающую завершение «Каскада», ключевой постройки Еревана 1980-х, согласно новому проекту Wilmotte & Associés. О судьбе, значении и возможном будущем «Каскада» рассказали Архи.ру историки архитектуры Карен Бальян и Анна Броновицкая.
«На грани»: интервью с куратором «Зодчества 2025» Тиграном...
С 4 по 6 ноября в московском Гостином дворе состоится XXXIII Международный архитектурный фестиваль «Зодчество». В этом году его приглашенным куратором стал вице-президент Союза московских архитекторов, основатель бюро STUDIO-ТА Тигран Бадалян.
Форма без случайностей
Креативный директор «Генпро» Елена Пучкова – о том, что такое честная современная архитектура: почему важно свести пилоны, как работать с ограниченной палитрой материалов и что делать с любимым медным цветом, который появляется в каждом проекте.
Валерий Каняшин: «Нам дали свободу»
Жилой комплекс Headliner, строительство основной части которого не так давно завершилось напротив Сити – это такой сосед ММДЦ, который не «подыгрывает» ему. Он, наоборот, решен на контрасте: как город из разноформатных строений, сложившийся естественным путем за последние 20 лет. Популярнейшая тема! Однако именно здесь – даже кажется, что только здесь – ее удалось воплотить по-настоящему убедительно. Да, преобладают высотки, но сколько стройных, хрупких в профиль, ракурсов. А главное – как все это замиксовано, скомпоновано... Беседуем с руководителем проекта Валерием Каняшиным.
Григорий Ревзин: «Что нам делать с архитектурой семидесятых»
Советский модернизм был хороший, авторский и плохой, типовой. Хороший «на периферии», плохой в центре – географическом, внимания, объема и прочего. Можно ли его сносить? «Это разрушение общественного консенсуса на ровном месте». Что же тогда делать? Сохранять, но творчески: «Привнести архитектуру туда, где ее еще нет». Относиться не как к памятникам, а как к городскому ландшафту. Читайте наше интервью с Григорием Ревзиным на актуальную тему спасения модернизма – там предложен «перпендикулярный», но интересный вариант сохранения зданий 1970-х.
Лама из тетраметилбутана
Петр Виноградов рассказал об экспериментальной серии скульптур «Тетрапэд», которая исследует принципы молекулярной архитектуры, адаптивных структур и интерактивного взаимодействия с городской средой. Конструкции реагируют на движение, собеседуют с пространством, допускают множественные сценарии использования и интерпретации. Скульптуры уже побывали на «Зодчестве» и фестивале «Дикая мята», а дальше отправятся на Forum 100+.
В преддверии Архстояния: интервью с Валерием Лизуновым,...
25 июля в Никола-Ленивце стартует очередной, юбилейный, фестиваль «Архстояние». Ему исполняется 20 лет. Тема этого года: «Мое главное». Накануне открытия поговорили с архитектором Archpoint Валерием Лизуновым, который стал автором одного из объектов фестиваля «Исправительное учреждение».
Сергей Кузнецов: «Мы не стремимся к единому стилю...
Некоторое время назад мы попросили у главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова комментарий по Архитектурной премии мэра Москвы: от схемы принятия решений до того, каким образом выбор премии отражает архитектурную политику. Публикуем полученные ответы, читайте.
Дина Боровик: хрущёвки попадают в Рай
Молодая художница из Челябинска Дина Боровик показывает в ЦСИ Винзавод выставку, где сопоставляет пятиэтажки, «паутинки» и прочие приметы немудрящей постсоветской жизни с динозаврами. И хотя кое-где ее хрущевки напоминают инсталляцию Бродского на венецианской биеннале, страшно сказать, 2006 года, лиричность подкупает.
Дюрер и бабочки
Рассматриваем одну из работ выставки «Границы видимости», которая еще открыта на Винзаводе, поближе. Объект называется актуальным для современности образом: «Сакральная геометрия», сделан из лотков для коммуникаций, которые нередко встречаются в открытом виде под потолком, с вкраплениями фрагментов гравюры Дюрера, «чтобы сбить зрителя с толку».
«Коллизии модернизма и ориентализма»
К выходу в издательской программе Музея «Гараж» книги о Ташкенте, уже 4-м справочнике-путеводителе из серии о советском модернизме, мы поговорили с его авторами, Борисом Чуховичем, Ольгой Казаковой и Ольгой Алексеенко, о проделанной ими работе, впечатлениях и размышлениях.
Александр Пузрин: как получить «Золотого Льва» венецианской...
В 2025 году главная награда XIX Венецианской архитектурной биеннале – «Золотой Лев» досталась национальному павильону Бахрейна за экспозицию Heatwave. Среди тех, кто работал над проектом, был Александр Пузрин – выпускник Московского инженерно-строительного института, докторант израильского Техниона, а ныне – профессор Швейцарской высшей технической школы Цюриха (ETH Zurich). Мы попросили его рассказать о технических аспектах Heatwave, далеко неочевидных для простых зрителей. Но разговор получился не только об инженерии.
Комментарии экспертов. Цирк
Объявлены результаты голосования: москвичи (29%) и дети (42%) проголосовали за первоначально победившее в конкурсе здание цирка в виде разноцветного шатра. Мы же собрали по разным изданиям комментарии экспертов архитектурно-строительной среды, включая авторов конкурсных проектов. Получилась внушительная подборка. Эксперты, в основном, приветствуют идею переноса в Мневники, далее – приветствуют обращение к общественному голосованию, и, наконец, кто-то отмечает уместность эксцентричной архитектуры победившего проекта для типологии цирка. Читайте мнения лучших людей отрасли.
Григорий Ревзин: «Сильный жест из-под полы. Нечто победило»
Обсуждаем дискуссии вокруг конкурса на цирк и сноса СЭВ с самым известным архитектурным критиком нашего времени. В процессе проявляется парадокс: вроде бы сейчас принято ностальгировать по брежневскому времени, а знаковое здание, «ось» Варшавского договора, приговорили к сносу. Не странно ли? Еще мы выясняем, что wow-архитектура вернулась – это новый после-ковидный тренд. Однако, чтобы жест получился действительно сильным, без профессионалов все же не обойтись.
Сергей Скуратов: «Если обобщать, проект реализован...
Говорим с автором «Садовых кварталов»: вспоминаем историю и сюжеты, связанные с проектом, который развивался 18 лет и вот теперь, наконец, завершен. Самое интересное с нашей точки зрения – трансформации проекта и еще то, каким образом образовалась «необходимая пустота» городского общественного пространства, которая делает комплекс фрагментом совершенно иного типа городской ткани, не только в плоскости улиц, но и «по вертикали».
2024: что говорят архитекторы
Больше всего нам нравится рассказывать об архитектуре, то есть о_проектах, но как минимум раз в год мы даем слово архитекторам ;-) и собираем мнение многих профессионалов о том, как прошел их профессиональный год. И вот, в этом году – 53 участника, а может быть, еще и побольше... На удивление, среди замеченных лидируют книги и выставки: браво музею архитектуры, издательству Tatlin и другим площадкам и издательствам! Читаем и смотрим. Грустное событие – сносят модернизм, событие с амбивалентной оценкой – ипотечная ставка. Читаем архитекторов.
Наталья Шашкова: «Наша задача – показать и доказать,...
В Анфиладе Музея архитектуры открылась новая выставка, и у нее две миссии: выставка отмечает 90-летний юбилей и в то же время служит прообразом постоянной экспозиции, о которой музей мечтает больше 30 лет, после своего переезда и «уплотнения». Мы поговорили с директором музея: о нынешней выставке и будущей, о работе с современными архитекторами и планах хранения современной архитектуры, о несостоявшемся пока открытом хранении, но главное – о том, что музею катастрофически не хватает площадей. Не только для экспозиции, но и для реставрации крупных предметов.
Юрий Виссарионов: «Модульный дом не принадлежит земле»
Он принадлежит Космосу, воздуху... Оказывается, 3D-печать эффективнее в сочетании с модульным подходом: дом делают в цеху, а затем адаптируют к местности, в том числе и с перепадом высот. Юрий Виссарионов делится свежим опытом проектирования туристических комплексов как в средней полосе, так и на юге. Среди них хаусботы, дома для печати из легкого бетона на принтере и, конечно же, каркасные дома.
Дерево за 15 лет
Поемия АРХИWOOD опрашивает членов своего экспертного совета главной премии: что именно произошло с деревянным строительством за эти годы, какие заметные изменения происходят с этим направлением сейчас и что ждет деревянное домостроение в будущем.
Марина Егорова: «Мы привыкли мыслить не квадратными...
Карьерная траектория архитектора Марины Егоровой внушает уважение: МАРХИ, SPEECH, Москомархитектура и Институт Генплана Москвы, а затем и собственное бюро. Название Empate, которое апеллирует к словам «чертить» и «сопереживать», не должно вводить в заблуждение своей мягкостью, поскольку бюро свободно работает в разных масштабах, включая КРТ. Поговорили с Мариной о разном: градостроительном опыте, женском стиле руководства и даже любви архитекторов к яхтингу.
Андрей Чуйков: «Баланс достигается через экономику»
Екатеринбургское бюро CNTR находится в стадии зрелости: кристаллизация принципов, системность и стандартизация помогли сделать качественный скачок, нарастить компетенции и получать крупные заказы, не принося в жертву эстетику. Руководитель бюро Андрей Чуйков рассказал нам о выстраивании бизнес-модели и бонусах, которые дает архитектору дополнительное образование в сфере управления финансами.
Пресса: Шаболовка будущего: каким может быть конструктивизм...
Судьба архитектуры отечественного авангарда волнует специалистов во всём мире. С 11 по 18 июля в Москве прошёл воркшоп о будущем конструктивистской Шаболовки, задуманный лондонской школой Architectural Association совместно с МАРШ. Урбанист Александр Акишин провёл с его участниками три дня и рассказал Strelka Magazine, к чему привели размышления о месте конструктивизма в стремительно меняющемся городе, а также как участники столкнулись с суровой реальностью и почему на кону оказалось само существование раннесоветской архитектуры.
Разбудить потенциал, или МАРШ & АА
Преподаватель МАРШ урбанист Ярослав Ковальчук и выпускница магистратуры лондонской АА – о совмещеннии методик двух экспериментальных школ, и воркшопе, где летом студенты будут планировать преобразование Шабловки.
Технологии и материалы
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Палитра возможностей. Часть 2
В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.
Технадзор с дрона
В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Поглотитель CO₂
Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
​Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
​Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств
В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.
«Марсианская колония» на ВДНХ
Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.
Материал как метод
Компания ОРТОСТ-ФАСАД стоит у истоков фасадной индустрии. За 25 лет пройден путь от мокрых фасадов и первого в России НВФ со стеклофибробетоном до уникальных фасадов на подсистеме собственного производства, где выносы СФБ элементов превышают три метра. Разбираемся, какие технологические решения позволяют СФБ конкурировать с традиционными системами и почему выбор единого подрядчика – наилучший вариант для реализации фасадов со сложной архитектурой.
Десять новых кирпичей ModFormat
Удлиненные кирпичи с терракотовыми оттенками и новая коллекция самых узких в России кирпичей – теперь в арсенале архитекторов. О серийном производстве сложных фактур и разработке новых рассказывает исполнительный директор компании КИРИЛЛ Дмитрий Самылин.
Архитектура тишины
Создание акустического комфорта в школе – комплексная задача, выходящая за рамки простого соблюдения норм. Это проектирование самой образовательной среды, где качество звука напрямую влияет на здоровье, концентрацию и успеваемость. Разбираем, как интегрировать эффективные звукоизоляционные и звукопоглощающие решения в конструкции здания, обеспечивая соответствие СП 51.13330.2011.
Моллирование 2.0
Технология моллирования вышла на новый уровень: больше не нужно выбирать между свободой формы и прочностью закалённого стекла. АО «РСК» разработало метод гравитационного моллирования с последующим химическим упрочнением, которое снимает ключевые технические ограничения.
PRO Тепло: утеплитель, который не стареет
Долговечная и пожаробезопасная альтернатива волокнистым и полимерным утеплителям – каменный утеплитель «PRO Тепло» (D200) торговой марки «ГРАС» – легкий газобетонный блок, который создает вокруг здания прочную и долговечную теплозащитную оболочку. Разбираемся в технологии.
Безуглеродный концепт
MVRDV NEXT – исследовательское подразделение бюро – запустило бесплатный онлайн-сервис CarbonSpace для оценки углеродного следа архитектурных проектов.
Сейчас на главной
Рейтинг нижегородской архитектуры: шорт-лист
В середине марта в Нижнем Новгороде объявят победителя – или победителей – шестнадцатого архитектурного рейтинга. И разрежут торт в форме победившего здания. Сейчас, пока еще идет работа профессионального жюри, мы публикуем все проекты шорт-листа. Их шестнадцать.
Сносить нельзя, надстроить
Молодое бюро из Мюнхена CURA Architekten реконструировало в швейцарском Давосе устаревший школьный корпус 1960-х, добавив этаж и экологичные деревянные фасады.
Визуальная чистота
Как повысить популярность медицинской клиники? Квалификацией персонала? Качеством услуг? Любезностью персонала? Да, конечно, именно эти факторы имеют решающее значение, но не только они. Исследования показали, что дизайн имеет огромное значение, особенно если поставить перед собой задачу создать психологически комфортное, снижающее неизбежный стресс пространство, как это сделало бюро MA PROJECT в интерьере офтальмологической клиники Доктора Самойленко.
Кирпичная вуаль
В проекте клубного дома в Харитоньевском переулке бюро WALL повторили то, что обычно получается при 3D-печати полимерами – в кирпиче: сложную складчатую форму, у которой нет ни одного прямого угла. Кирпич превращается в монументальное «покрывало» с эффектом театрального занавеса. Непонятно, как он на это способен, но в том и состоит интрига и драматургия проекта.
Иглы созерцания горизонта
«Дом Горизонтов», спроектированный Kleinewelt Architekten в Крылатском, хорошо продуман на стереометрическом уровне начиная от логики стыковки объемов – и, наоборот, выстраивания разрывов между ними и заканчивая треугольными балконами, которые создают красивый «ершистый» образ здания.
Отель у озера
На въезде в Екатеринбург со стороны аэропорта Кольцово бюро ARCHINFORM спроектировало вторую очередь гостиницы «Рамада». Здание, объединяющее отель и аквакомплекс, решено единым волнообразным силуэтом. Пластика формы «реагирует» на содержание функционального сценария, изгибами и складками подчеркивая особенности планировки.
Земля как материал будущего
Публикуем итоги открытого архитектурного конкурса «Землебитный павильон». Площадка для реализации – Гатчина. Именно здесь сохранился Приоратский дворец – пожалуй, единственное крупное землебитное сооружение в России. От участников требовалось спроектировать в дворцовом парке современный павильон из того же материала.
Сокровища Медной горы
Жилой комплекс, предложенный Бюро Ви для участка на улице Зорге, отличает необычное решение генплана: два корпуса высотой в 30 и 15 этажей располагаются параллельно друг другу, формируя защищенную от внешнего шума внутреннюю улицу. «Срезы» по углам зданий позволяют добиться на уровне пешехода сомасштабной среды, а также создают выразительные акценты: нависающие над улицей ступенчатые объемы напоминают пещеру, в недрах которой прячутся залежи малахита и горного хрусталя.
Рога и море, цветы и русский стиль
Изучение новых проектов, анонсированных – как водится, преимущественно в Москве, дает любопытный результат. Сумма примерно такая: если башня, в ней должно быть хотя бы что-то, но изогнуто или притворяться таковым. Самой популярной, впрочем, не вчера, стала форма цветка, этакого гиацинта, расширяющегося снизу вверх. Свои приоритеты есть и у клубных домов: после нескольких счастливых лет белокаменного лаконизма среднеэтажная, но очень дорогая типология погрузилась в пучину русского стиля.
От черных дыр до борьбы с бедностью
Представлен новый проект Нобелевского центра в Стокгольме – вместо отмененного решением суда: на другом участке и из более скромных материалов. Но архитекторы прежние – бюро Дэвида Чипперфильда.
Первобытная мощь, или назад в будущее
Говорящее название ресторана «Реликт» вдохновило архитекторов бюро LEFT design на создание необычного интерьера – брутального и немного фантазийного. Представив, как выглядел бы мир спустя годы после исчезновения человечества, они соединили природную эстетику и постапокалиптический дизайн в харизматичный ансамбль.
Священная роща
Петербургский Градостроительный совет во второй раз рассмотрел проект реконструкции крематория. Бюро «Сириус» пошло на компромисс и выбрало другой подход: два главных фасада и торжественная пешеходная ось сохраняются в параметрах, близких к оригинальным, а необходимое расширение технологии происходит в скрытой от посетителей западной части здания. Эксперты сошлись во мнении, что теперь проект можно поддержать, но попросили сберечь сосновую рощу.
Конный строй
На территории ВДНХ открылся крытый конноспортивный манеж по проекту мастерской «Проспект» – современное дополнение к историческим павильонам «Коневодство».
Высотные каннелюры
Небоскреб NICFC по проекту Zaha Hadid Architects для Тайбэя вдохновлен характерными для флоры Тайваня орхидеями рода фаленопсис.
Хартия Введенского
В Петербурге открылся музей ОБЭРИУ: в квартире семьи Александра Ввведенского на Съезжинской улице, где ни разу не проводился капитальный ремонт. Кураторы, которые все еще ищут формат для музея, пригласили поработать с пространством Сергея Мишина. Он выбрал путь строгой консервации и создал «лирическую руину», самодостаточность которой, возможно, снимает вопрос о необходимости какой-либо экспозиции. Рассказываем о трещинках, пятнах и рисунках, которые помнят поэтов-абсурдистов, почти не оставивших материального наследия.
В ритме Бали
Проектируя балийский отель в районе Бингина, на участке с тиковой рощей и пятиметровыми перепадами, архитекторы Lyvin Properties сохранили и деревья, и природный рельеф. Местные материалы, спокойные и плавные линии, нивелирование границ между домом и садом настраивают на созерцательный отдых и полное погружение в окружающий ландшафт.
Манифест натуральности
Студия Maria-Art создавала интерьер мультибрендового магазина PlePle в Тюмени, отталкиваясь от ассоциаций с итальянской природой и итальянским же чувством красоты: с преобладанием натуральных материалов, особым отношением к естественному свету, сочетанием контрастных фактур и взаимодополняющих оттенков.
Сад под защитой
Здание начальной школы и детского сада по проекту бюро Tectoniques в Коломбе, пригороде Парижа, как будто обнимает озелененную игровую площадку.
Маленький домик, русская печка
DO buro разработало линейку модульных домов, переосмысляя образ традиционной избы без помощи наличников или резных палисадов. Главным акцентом стала печь, а основой модуля – мокрый блок, вокруг которого можно «набирать» помещения, варьируя площадь дома.
От усадьбы до квартала
В рамках конкурса бюро TIMZ.MOSCOW подготовило концепцию микрорайона «М-14» для южной части Казани. Проект на всех уровнях работает с локальной идентичностью: кварталы соразмерны земельным участкам деревянных усадеб, в архитектуре используются традиционные материалы и приемы, а концепция благоустройства основана на пяти известных легендах. Одновременно привнесены проверенные временем градостроительные решения: пешеходные оси и зеленый каркас, безбарьерная среда, разнообразные типологии жилья.
Софт дизайн
Студия «Завод 11» разработала интерьер небольшого бабл-кафе Milu в Новосибирске, соединив новосибирский конструктивизм, стилистику азиатской поп-культуры, смелую колористику и арт-объекты. Получилось очень необычное, но очень доброжелательное пространство для молодежи и не только.
Свидетельница эпохи
Вилла Беер, памятник венского модернизма, стала музеем и образовательным центром в результате реставрации и приспособления по проекту бюро cp architecture.
Обзор проектов 1-6 февраля
Публикуем краткий обзор проектов, появившихся в информационном поле на этой неделе. В нашей подборке: здание-луна, дома-бочки и небоскреб-игла.
Красная нить
Проект линейного парка, подготовленный мастерской Алексея Ильина для благоустройства берега реки в одном из жилых районов, стремится соединить человека и природу. Два уровня набережной помогают погрузиться в созерцание ландшафта и одновременно защищают его от антропогенной нагрузки. «Воздушная улица» соединяет функциональные зоны и противоположные берега, а также создает новые точки притяжения: балконы, мосты и даже «грот».
Водные оси
Zaha Hadid Architects представили проект Культурного района залива Цяньтан в Ханчжоу.
Педагогическая и архитектурная гибкость
Экспериментальный проект школы для Парагвая, разработанный испанским бюро IDOM, предлагает не только ресурсоэффективную схему эксплуатации здания, но связанный с ней прогрессивный педагогический подход.
Домашние вулканы
В Петропавловске-Камчатском по проекту бюро АТОМ благоустроена территория у стадиона «Спартак»: половина ее отдана спортивным площадкам, вторая – парку, где может провести время горожанин любого возраста. Все зоны соединяет вело-пешеходный каркас, который зимой превращается в лыжню. Еще одна отличительная черт нового пространства – геопластика, которая помогает зонировать территорию и разнообразить ландшафт.