English version

Удвоение амбиций. У пермского конкурса два победителя

Подведены итоги открытого архитектурного конкурса на проект здания нового музейного центра в Перми, организованного Центром современной архитектуры (Ц:СА). Главный приз поделили пополам швейцарский архитектор Валерио Олджати и Борис Бернаскони. Третью премию присудили Захе Хадид. Петер Ноевер радуется «что остался жив», Петер Цумтор предложил построить отдельный музей для пермской деревянной скульптуры, а стилевые предпочтения меняются не в пользу дигитальности

Юлия Тарабарина

Автор текста:
Юлия Тарабарина

26 Марта 2008
mainImg
0

Конкурс PermMuseumXXI организаторы называют самым амбициозным в Новой России, и для этого есть все основания. Это первый открытый архитектурный конкурс, организованный для России, в котором наравне участвовали российские и иностранные архитекторы, в том числе и «звезды». Первый тур конкурса был проведен летом – тогда эксперты рассмотрели более 300 портфолио архитекторов из 50 стран, и выбрали из них 25 мастерских, которые участвовали во втором туре – собственно, проектировали музей. Для этих архитекторов устроили поездку в Пермь, показали коллекцию, для которой они будут проектировать.

Музей должен стать знаковым объектом, преобразить унылую часть города, привлечь туристов. Словом, стать «пермским Бильбао». Председатель жюри Петер Цумтор однако усложнил задачу: согласно его убеждению, такой конкурс должен не только создать знаковый объект, но и открыть новые имена – способствовать продвижению молодых дарований. Таким образом в идеале должен был возникнуть знаковый объект по проекту не-звезды, точнее, будущей звезды.

Итак, 24 марта были вскрыты конверты с результатами голосования, и оказалось, что два объекта набрали одинаковое количество баллов. Поэтому вместо первой ($100 000) и второй ($ 70 000) премий присудили одну общую на двоих, сложив награду и поделив пополам – каждому по $ 85 000. Равноправными победителями стали Борис Бернаскони и Валерио Олджати. Кто из двух победителей будет проектировать дальше и строить, неизвестно. По словам директора Ц:СА Ирины Коробьиной, заказчик, министерство культуры Пермского края, взял тайм-аут и размышляет, как именно поступить.

Проект швейцарского архитектора Валерио Олджати представляет собой башню, причудливый силуэт которой составлен из семи или восьми прямоугольных ярусов различной ширины, нанизанных на общий стержень. Все фасады расчерчены одинаковыми полуовалами, похожими на гигантскую уплощенную бахрому. Эта форма также напоминает дворец Алворада Оскара Нимейера, и еще больше – нечто советское. Можно подумать, что здесь был взят за основу собирательный образ брежневского музея, размножен в различном масштабе, а потом эти клоны поставлены друга на друга в произвольном порядке – получилась своего рода нерегулярная пирамида. Но здание достаточно высокое (многие другие проекты прижимаются к земле), а из больших окон открываются виды на пермские окрестности, на город и реку Каму.

Говоря об этом проекте, Петер Цумтор сразу признался, что все российские члены жюри возненавидели его с первого взгляда. Затем, отвечая на вопрос журналиста Сергея Хачатурова – по каким принципам выбрали эту пагоду? – Цумтор сказал, что здание «растет как дерево» и открывает виды вокруг себя. Вероятно, заметил председатель жюри конкурса, русские увидели в нем нечто из советского прошлого. Российские члены жюри, сказал он, назвали его кичем, сам же Петер Цумтор считает его своего рода провокацией.

«Я думал, русским понравится…» - произнес председатель жюри, и добавил: вероятно, так сказывается разница в мышлении европейцев и русских. От себя заметим – здесь скорее сказалось представление европейцев о России, как о чем-то советском, серьезном, но орнаментальном. Орнаментально-серьезном и к тому растущем как дерево, то есть без особенных правил, эдак по-восточному. Французский реставратор XIX века Виолле-ле-Дюк, например, прямо возводил русские купола и «горки кокошников» к индийской архитектуре. Ну а здесь – если «пагода» – что-то советско-китайское получается. Кто-то в зале сказал – намек на ближайшее будущее…
Такое представление о Сибири не кажется результатом очень тонкого погружения в контекст. Оно скорее находится на уровне уверенности в том, что «снега там много».

Петер Цумтор, однако, по ходу рассуждений о контексте высказал интересную идею – построить для пермской коллекции деревянной скульптуры, которая составляет главное сокровище музея отдельное небольшое и камерное здание. Идея представляется очень красивой, но вот только она не была заявлена в условиях конкурса. Если вынести из пермской коллекции ее главное сокровище в другое здание, то что тогда останется? ЦДХ?

Равноправный победитель – Борис Бернаскони – хорошо известен в Москве, в основном, концептуальными приколами. На прошлогодней Арх-Москве он показал музей Церетели в виде памятника Петру I, забранного в стеклянный параллелепипед, годом раньше дом-матрешку. Сейчас он занимается дизайном экспозиции первой московской биеннале архитектуры. Архитектор, определенно, имеет имя, но не имеет заметных построек. В этом смысле победа (пусть даже пол-победы) на пермском конкурсе Ц:СА для Бернаскони – важное событие, и оно хорошо отвечает программе Цумтора по продвижению новых имен. Из российских участников, во всяком случае, Борис Бернаскони – самый молодой (сейчас ему 37).

Пермский музей в интерпретации Бориса Бернаскони – светящийся ночью параллелепипед. Один из его торцов обращен к реке – проект включает комплексное обустройство прибрежной зоны, превращение ее в полноценную набережную (что было названо одним из важных достоинств). Вдоль «длинных» сторон тянутся широкие и протяженные симметричные пандусы, выводящие посетителей на кровлю. Отличительная особенность проекта – он включает в интерьер музея железнодорожные пути, устраивая внутри станцию, с которой посетители, по-видимому, будут попадать непосредственно в музей. Этот подход, напоминающий аэропорт, вызвал сомнение присутствовавшего на пресс-конференции журналиста Григория Ревзина, который попытался выяснить, не запрещен ли такой эксперимент российскими стандартами проектирования. На что Ирина Коробьина процитировала Петера Цумтора «законы пишутся для людей, и их надо исправлять, если это требуется».   

Третью премию ($ 50 000) присудили Захе Хадид, продемонстрировав предпочтение молодым в ущерб признанным «звездам». Ее проект, как и всегда, очень пластичен, но как-то более сдержан и спокоен, чем обычно: узнаваемая гибкая форма свернута в строгое овальное кольцо. Такая «скромность» кажется реакцией на позицию Петера Цумтора, который – и он повторил это вновь на пресс-конференции – против обезличенной «звездной» архитектуры, за местный колорит и контекст. Что, кстати, было одним из критериев выбора, озвученных жюри.

Пример Хадид показателен. Итога второго тура демонстрируют любопытную тенденцию – жюри очень прохладно отнеслось к криволинейности. Красиво, гибко нарисованный проект Асимптоты ограничился поощрительной премией, блистательная Заха свернулась в клубок и заслужила третье место, первую премию поделили отчаянно-прямоугольные проекты. Прямо-таки декларативно прямоугольные. Что это – смена стилевых приоритетов? Или мнение иностранцев о российском контексте, а россиян о себе? Тоска по авангарду, о которой говорил Юрий Гнедовский? Сложно сказать почему, но модная дигитальность вдруг оказалась в загоне. Возможно, она представляет тот самый интернациональный стиль, от которого предостерегал Петер Цумтор.

О другом критерии упомянул Александр Кудрявцев – предпочтение, помимо прочего, отдавалось «реализуемым» проектам. Вероятно, поэтому проект Тотана Кузембаева в виде моста-радуги, перекинутой с берега на остров посреди Камы, получил лишь поощрительную награду. Хотя он, на мой взгляд, как раз мог бы оказаться знаковым: ясный образ насыщен эмоциями и смыслом – радуга, как известно, символизирует надежду, в данном случае ее можно было бы интерпретировать как надежду на возрождение города. Символ, правда, очень уж известный, что, по-видимому, также помешало проекту победить.

Второй иностранный член жюри, директор музея МАК Петер Ноевер, прокомментировал его работу следующим так: «хорошо, что я жив остался» и намекнул на крайне напряженное  обсуждение, а также на то, что кворум набрали с трудом, так как несколько заявленных судей отказались. Выяснилось, что в жюри не участвовал сославшийся на болезнь Арата Исодзаки, директор Эрмитажа Михаил Пиотровский, который прислал свое мнение по электронной почте – жюри, однако, отказалось учитывать голос по почте, сосредоточившись на очном обсуждении работ. Не участвовал в работе Министр культуры Пермского края Олег Ощепков, которого в этот период сняли с должности. Вместо Пиотровского голосовала директор Пермской картинной галереи Надежда Беляева, а вместо Олега Ощепкова – сенатор Сергей Гордеев, основатель фонда «Русский авангард». Архитектор из Нидерландов Бен Ван Беркель отказался за три недели до начала и его никем не заменяли. По утверждению директора Ц:СА Ирины Коробьиной, все замены были проведены в соответствии с законодательством и следовательно, кворум был.

Еще Петер Ноевер сказал: «мне грустно, что мы не смогли дать ясную рекомендацию», и это действительно грустно. Можно порадоваться за обоих финалистов второго тура, но за ним неминуемо вырисовывается третий тур. Проекты несовместимы, это так или иначе признали и Ноевер и Цумтор. О том, чтобы делать музей сообща, тоже нет речи. Как бы восходящие звезды не остались на бумаге. Что-то там еще решит заказчик, краевое министерство и администрация, состав которой обновился как раз приблизительно тогда, когда работало жюри конкурса.

Архитектор Петер Цумтор. Председатель жюри конкурса. Фото Ю. Тарабариной
Слева направо: директор музея МАК Петер Ноевер, председатель жюри конкурса архитектор Петер Цумтор, директор Ц:СА Ирина Коробьина
zooming
Valerio Olgiati. Шур, Швейцария. Первая премия
zooming
Valerio Olgiati. Шур, Швейцария. Первая премия
zooming
Студия Б Е Р Н А С К О Н И. Первая премия
zooming
Студия Б Е Р Н А С К О Н И. Первая премия. Железная дорога внутри музея
zooming
Zaha Hadid Architects Trading. Лондон, Великобритания. Третья премия
zooming
Zaha Hadid Architects Trading. Лондон, Великобритания. Третья премия
zooming
Zaha Hadid Architects Trading. Лондон, Великобритания. Третья премия
zooming
Acconci Studio + Guy Nordenson and Associates LLP. Нью-Йорк, США. Специальная премия
zooming
Asymptote Architecture PLLC, Hani Rashid and Lise Anne Couture. Нью-Йорк, США. Специальная премия
zooming
Esa Ruskeepaa. Хельсинки, Финляндия. Специальная премия
zooming
Meili, Peter Architekten AG. Цюрих, Швейцария. Специальная премия
zooming
Soren Robert Lund Arkitekter. Копенгаген, Дания. Специальная премия
zooming
А-Б (Андрей Савин, Андрей Чельцов, Михаил лабазов). Москва. Специальная премия
zooming
Бюро Александр Бродский. Москва. Специальная премия
zooming
Архитектурная мастерская Тотана Кузембаева. Москва. Специальная премия
zooming
Архитектурная мастерская Тотана Кузембаева. Москва. Специальная премия

26 Марта 2008

Юлия Тарабарина

Автор текста:

Юлия Тарабарина
Похожие статьи
Поэт, скульптор и архитектор
Еще один вопрос, который рассматривал Градсовет Петербурга на прошлой неделе, – памятник Николаю Гумилеву в Кронштадте. Экспертам не понравился прецедент создания городской скульптуры без участия архитектора, но были и те, кто встал на защиту авторского видения.
Крестовый подход
Градостроительный совет Петербурга рассмотрел проект дома на Шпалерной, 51, подготовленный «Студией 44». Жилой комплекс располагается внутри квартала, идет на уступки соседям, но не оставляет сомнений в своем статусе. Эксперты отметили крестообразную композицию и суровую стилистику, тяготеющую к 1960-х годам.
Безумие хрупкости бытия
В оставшиеся полу-выходные рекомендуем зайти на выставку Александра Пономарева в Инженерном корпусе ГТГ: если большая стеклянная лодка кажется несколько случайной – впрочем не в контексте творчества автора – то ретроспектива объектов и инсталляций очень интересна и даже увлекательна, прямо не оторваться. Одна география чего стоит.
Мавзолей Щусева
Выставка храмов Алексея Щусева в музее ДПИ на Делегатской, курированная и оформленная Юрием Аввакумовым – самое художественное высказывание на тему юбилея архитектора. И материал, и зрителя погружают в это высказывание, а потом Щусева аккуратно хоронят. Звучит сильно.
Достижения по отражению: мегапроекты на Казаныше...
Форум – явление необъятное, сложно все посетить. Мы выбрали пару мегапроектов, показанных давеча в Казани: о водных пространствах города и о том, как до него добираться по автостраде. Оба по-разному созвучны теме форума, не только идентичности, но и отражениям: мост отражает другой мост, а вода, ну она всё отражает.
Достижение равновесия
Градсовет Петербурга рассмотрел и положительно оценил проект второй очереди ЖК «Шкиперский, 19». Решение, которое представило бюро SLOI Achitects, эксперты нашли сдержанным и соответствующим контексту.
Островная застройка
Градсовет Петербурга вновь рассмотрел проект застройки бывшей территории «Ленэкспо». Концепцию с восстановлением двух исторических зданий, продолжением Среднего проспекта и разностилевыми жилыми группами представила мастерская «Евгений Герасимов и партнеры».
Шумят березы
В фонде RuArts открылась выставка новых приобретений за последние 3 года: New Now. По воле куратора их объединяет тема эмоциональной рефлексии внехудожественных событий через искусство, а нам кажется, что – березовые стволы, рубленое дерево, привлекательная керамика и еще немного спирали разных Инфанте. Так или иначе, а срифмовано неплохо.
Ансамбль Петров
Градсовет Петербурга рассмотрел и в основном одобрил проект Триумфального столпа в честь победы России в Северной войне. Его должны установить рядом с Лахта-центром. Высота сооружения – 82 метра.
Архитектура и социум
Изучаем разношерстную, как тематически, так и формально, выставку фестиваля «Открытый город» 2023. Резюме: он не только, как все признают, растет содержательно и физически, в этом году целых 15 проектов плюс 4, – он еще «пускает корни», вдохновляясь фестивалями прежних лет. На выставку надо идти, чтобы: подышать цветами, полежать на сене, посмотреть мультики и – конечно же, изучить грани возможного участия архитектора в социально-ответственных делах. Их очень, очень, очень много, они правда нужны и отнюдь не все конъюнктурные.
Завтра-завтра
Небольшой репортаж с фестиваля «Зодчество» 2023, сегодня он работает последний день, но успеть еще не поздно. Общее впечатление – всё как всегда, и нивелирование приемов и подходов скорее спасает, чем портит положение. Но есть нюансы; часть из них лучше уловить при личном присутствии.
Градсовет Петербурга 11.10.2023
К дому в створе Искровского проспекта петербургские архитекторы делают подход в третий раз. Вариант мастерской «Б2» эксперты назвали наиболее удачным с точки зрения генплана и композиции: силуэт делает его достаточно убедительной доминантой, а кроме того появляются зачатки комфортной среды. При этом фасады все еще скупы и «скучноваты».
Гибкая сторона силы
В экопарке Ясно Поле осваивают технологию 3D печати на примере двух разных принтеров и на глазах восхищенной общественности. Неделю назад показали запуск второй машины и результаты работы первой, разрешили сравнить. Изучаем процесс и результаты: ощущение, что нечто «лепится» прямо у нас на глазах, а значит, момент исторический – технология и архитектура наконец-то найдут друг друга?
Ковер-самолет
Юбилейная выставка графики Тотана Кузембаева «Горизонты событий» показывает как очень старую – практически, стартовую, графику автора 1980-х годов из фондов Музея архитектуры, так и довольно много листов из серии Невесомость, нарисованных специально для нее в 2023 году. Нам показалось, что автор представляет реальность как левитирующий в пространстве, иногда кверху ногами, ковер-самолет, у которого «есть слои».
Ребус исторической застройки
Делимся впечатлениями от форума «Ребус», на котором два дня обсуждалось строительство в историческом центре, в том числе: проект Кэнго Кума для кубанского казачьего хора, невозможность (пока) создать цифровой двойник объекта культурного наследия, восстановление разрушенной ураганом усадьбы на новом месте. Государственно-частное партнерство и инвестиционные паспорта тоже были.
Москва в кольце
В Лефортове открылась выставка, посвященная истории проектирования московских кольцевых трасс. В ней 2 главные темы: одна ностальгическая – воспоминание о защите палат Щербакова, развернувшей московское градостроительство вместе со страной, другая – исследование истории проектирования больших московских трасс. Есть новые материалы, в которые надо вникнуть, если хочется понимать историю города.
Я / МЫ. Каждый из нас по-своему Африка
Деколонизация и декарбонизация – главные темы «Лаборатории будущего» на биеннале Лесли Локко – навязли в зубах и звучат как дань моде. Но акцент на гуманности и сочувствии позволил выстроить очень человечную выставку. Хотя неясно, способен ли эстетский дискурс биеннале на самом деле помочь беднейшим. Ольга Альтер и Арсений Петров рассказывают из Венеции об успехах и провалах крупнейшего архитектурного смотра, а также читают литературную критику на беллетристику куратора Локко.
Осознать и сформулировать
Спецпроект «Тезисы» на прошедшей Арх Москве собрал восемь молодых «рок-звезд» от архитектуры, а хедлайнером выступил Владислав Кирпичев, основатель школы EDAS. Рассказываем о своих впечатлениях от инсталляций и перспективах, в которые всматривается новое поколение архитекторов.
Арх Москва 2023: впечатления
Арх Москва, как никогда большая, завершила свою работу. Темой этого года стали «Перспективы», которые многие участники связали с цифровым ренессансом. Во время работы выставки мы активно освещали ее в социальных сетях, а теперь собрали все наблюдения в одном материале.
Исследуй
​В Аптекарском приказе Музея архитектуры открыта выставка «Простой карандаш», приуроченная к 100-летию постановления об организации Соловецкого лагеря особого назначения.
Позитивная программа
Первая персональная выставка Сергея Кузнецова в ГТГ: новая техника – упаковочный картон и уголь, новый подход – 24 рисунка в одной конструкции-инсталляции, новый масштаб – каждая работа 2 х 3 метра, новая степень раскованности и эскизности. Прежними остаются уверенность линий и построения, любовь автора к аркам, колоннам, куполам и известным памятникам классического архитектурного наследия.
Каменная рубашка
Градсовет Петербурга рассмотрел корректировку фасадов дома «Студии 44» на углу Карповки и Каменноостровского проспекта. Проекту исполнилось 10 лет, строительство в самом разгаре, а эксперты обсуждали изменение окон, кровли, материала облицовки и некоторые другие детали – например, перпендикулярность курдонеров.
Модернизм классициста
В Анфиладе Музея архитектуры открыта выставка фотографий Михаила Розанова «Сталь. Стекло. Бетон», которая представляет авторский взгляд на постройки послевоенного модернизма (и еще немного пост-) в девяти городах мира.
Воображаемая стена
В Никола-Ленивце сожгли на Масленицу объект со многими смыслами: кому «языческая традиция», кому преодоление преград. Замысел был тонкий и сложный, так что ничего удивительного, что получилось не всё. Действо, однако, провоцирует к усложнению процесса сожжения, предлагает новые слои последовательного восприятия. И, конечно, оставляет свободу интерпретаций. Что искусительно. Ими и займемся.
Курдонеры на «гринфилды»
Еще один проект, рассмотренный градсоветом Петербурга, – эскиз застройки микрорайона по соседству с Юнтоловским заказником. Бюро SLOI Architects понизило высоту на 20 метров, добилось силуэтности и сохранило коэффициент использования территории на прежнем уровне. Но вопросы к работе все равно остались.
Палисады в Мытном дворе
На прошлой неделе градсовет Петербурга рассмотрел проект застройки территории Мытного двора, подготовленный «Студией 44». Исторические здания отреставрируют, утраченные восстановят, а на месте складов появятся новые четырехэтажные дома. Проект приняли тепло, вопросы у экспертов вызвало только примыкание к Овсянниковскому саду и высота, показавшаяся слишком скромной.
Градсовет Петербурга 25.01.2023
Для Пироговской набережной «Студия 44» предложила белоснежный дом с тремя ризалитами и каскадом террас. Эксперты разбирались, что в проекте перевешивает: вид на воду или критическая близость к шестиполосной магистрали.
Градсовет Петербурга 14.12.2022
Градсовет критично отнесся к проекту гостиницы на Октябрьской набережной и эскизу застройки микрорайона «Юнтолово», но одобрил проект спортивного центра на берегу Малой Невки.
Архсовет Москвы – 78
Совет поддержал проект 400-метровой офисной башни, которая дополнит Сити и станет продолжением моста Багратион. Экспертам понравилась ярусная композиция, «интерактивный» фасад и функциональная насыщенность.
Сценарии для Московской области
Мособлархитектура и АПМО провели VI Форум проектировщиков – главный ежегодный практикум для архитекторов Подмосковья, собрав ответы на наиболее насущные вопросы при подготовке проектной документации, а также представив новые подходы к территориям на примере лучших практик.
Пресса: Дом Божий
Еще до того как возник Марат Гельман и сделал Музей современного искусства PERMM, пермские власти вынашивали свой грандиозный музейный проект — PermMuseumXXI. Чиновники хотели построить новое ультраактуальное здание для Пермской художественной галереи.
Архитектурные конкурсы: сослагательное наклонение
В прошлую пятницу, 18 декабря, в ЦДА прошел круглый стол, посвященный международным архитектурным конкурсам. Формально приуроченный к выставке премии Dedalo Minosse в «ПИРогово», он неожиданно вылился в бурную дискуссию о специфике организации архитектурных состязаний в России. Участие или неучастие в них иностранцев, как оказалось, имеет второстепенное значение. Своими корнями проблема уходит в юридические и экономические основы существования отечественного архитектурно-строительного рынка.
Пресса: Бернаскони против Олджати
Наконец-то объявлены результаты конкурса, который организаторы называют «самым амбициозным архитектурным конкурсом новой России». Чтобы обеспечить Пермскую галерею знаковым зданием, были задействованы мощные силы — одна Заха Хадид чего стоит
Пресса: Свет BERNASKONI
Завершен самый амбициозный архитектурный конкурс современной России. В конкурсе на лучший архитектурный проект здания нового музейного центра /рабочее название центра – PermMuseumXXI/ в г.Перми приняли участие как архитектурные бренды – Заха Хадид, Хани Рашид, Вито Аккончи, так и совсем молодые архитекторы
Пресса: Архитекторы всего мира бились за проект музея в Перми
Сегодня стали известны имена победителей конкурса с международным участием на лучший архитектурный проект здания музейного центра в Перми PermMuseumXXI. Ими стали проекты архитекторов Бориса Бернаскони (Москва) и Валерио Олджати (Цюрих, Швейцария)
Пресса: Заху Хадид объехали на Транссибе. Конкурс на проект...
В Перми прошел конкурс на проектирование художественного музея. Он окончился сенсацией — первое место занял молодой российский архитектор Борис Бернаскони, а мировая звезда архитектуры Заха Хадид — только третье. Это все равно, как если бы вдруг Россия выиграла чемпионат мира по футболу, причем силами игроков, о которых раньше знали только профессионалы. Проект-победитель стоило бы реализовать хотя бы ради утверждения этого национального триумфа, считает ГРИГОРИЙ Ъ-РЕВЗИН
Удвоение амбиций. У пермского конкурса два победителя...
Подведены итоги открытого архитектурного конкурса на проект здания нового музейного центра в Перми, организованного Центром современной архитектуры (Ц:СА). Главный приз поделили пополам швейцарский архитектор Валерио Олджати и Борис Бернаскони. Третью премию присудили Захе Хадид. Петер Ноевер радуется «что остался жив», Петер Цумтор предложил построить отдельный музей для пермской деревянной скульптуры, а стилевые предпочтения меняются не в пользу дигитальности
Пресса: В Перми выбрали лучший архитектурный проект здания...
В Перми названы имена победителей конкурса с международным участием на лучший архитектурный проект суперсовременного здания музейного центра PermMuseumXXI, которыми стали работы архитекторов Бориса Бернаскони (Москва) и Валерио Олджати (Цюрих, Швейцария), сообщает пресс-служба губернатора и правительства Пермского края
Пресса: 25 марта назовут победителя PermMuseum XXI
Во вторник станет известно, как будет выглядеть новое здание Пермской художественной галереи. Члены международного жюри уже два дня находятся в Перми. Обсуждение 25 проектов, отобранных в результате конкурса PermMuseum XXI, ведется в закрытом режиме в здании галереи. Как удалось установить "Известиям", в Пермь приехали не все члены жюри. По разным причинам не смогли присутствовать на обсуждении Бен Ван Беркель архитектор из Нидерландов, Арата Исодзаки (Япония), директор Эрмитажа Михаил Пиотровский. Принимать решение за своих коллег будут Петер Ноевер, директор музея МАК (Австрия), президент Союза архитекторов России Юрий Гнедовский и архитектор из Швейцариии Петер Цумтор
Пресса: Кама грядеши
В Перми готовится музейная революция. Если все будет удачно, на берегу Камы появится новый музей, сделанный по образу и подобию Гуггенхайма в Бильбао. В самом разгаре второй тур конкурса на проект здания музея, в котором участвуют 25 архитекторов, в том числе звезды первой величины — от Захи Хадид до Эрика Мосса. Чтобы выяснить, как такое может быть, в Пермь отправилась Александра Рудык. А Михаил Абов выяснил, как зарабатывают в нынешних условиях главные музеи мира
Технологии и материалы
Для защиты зданий и людей
В широкий ассортимент продукции компании «Интер-Росс» входят такие обязательные компоненты безопасного функционирования любого медицинского учреждения, как настенные отбойники, угловые накладки и специальные поручни. Рассказываем об особенностях применения этих элементов.
Стоимостной инжиниринг – современная концепция управления...
В современных реалиях ключевое значение для успешной реализации проектов в сфере строительства имеет применение эффективных инструментов для оценки капитальных вложений и управления затратами на протяжении проектного жизненного цикла. Решить эти задачи позволяет использование услуг по стоимостному инжинирингу.
Материал на века
Лиственница и робиния – деревья, наиболее подходящие для производства малых архитектурных форм и детских площадок. Рассказываем о свойствах, благодаря которым они заслужили популярность.
Приморская эклектика
На месте дореволюционной здравницы в сосновых лесах Приморского шоссе под Петербургом строится отель, в облике которого отражены черты исторической застройки окрестностей северной столицы эпохи модерна. Сложные фасады выполнялись с использованием решений компании Unistem.
Натуральное дерево против древесных декоров HPL пластика
Вопрос о выборе натурального дерева или HPL пластика «под дерево» регулярно поднимается при составлении спецификаций коммерческих и жилых интерьеров. Хотя натуральное дерево может быть красивым и универсальным материалом для дизайна интерьера, есть несколько потенциальных проблем, которые следует учитывать.
Максимально продуманное остекление: какими будут...
Глубина, зеркальность и прозрачность: подробный рассказ о том, какие виды стекла, и почему именно они, используются в строящихся и уже завершенных зданиях кампуса МГТУ, – от одного из авторов проекта Елены Мызниковой.
Кирпичная палитра для архитектора
Свыше 300 видов лицевого кирпича уникального дизайна – 15 разных форматов, 4 типа лицевой поверхности и десятки цветовых вариаций – это то, что сегодня предлагает один из лидеров в отечественном производстве облицовочного кирпича, Кирово-Чепецкий кирпичный завод КС Керамик, который недавно отметил свой пятнадцатый день рождения.
​Панорамы РЕХАУ
Мир таков, каким мы его видим. Это и метафора, и факт, определивший один из трендов современной архитектуры, а именно увеличение площади остекления здания за счет его непрозрачной части. Компания РЕХАУ отразила его в широкоформатных системах с узкими изящными профилями.
Топ-15 МАФов уходящего года
Какие малые архитектурные формы лучше всего продавались в 2023 году? А какие новинки заинтересовали потребителей?
Спойлер: в тренды попали как умные скамейки, так и консервативная классика. Рассказываем обо всех.
​Металл с олимпийским характером
Алюминий – материал, сочетающий визуальную привлекательность и вариативность применения с выдающимися механико-техническими свойствами.
Рассказываем о 5 знаковых спорткомплексах, при реализации которых был использован фасадный алюминий компании Cladding Solutions.
Частная жизнь в кирпиче
Что происходит с обликом малоэтажной застройки в России? Архи.ру поговорил с экспертами и выяснил, какие тренды отмечают архитекторы в частном домостроении и почему кирпич остается самым популярным материалом для проектов загородных домов с очень разной экономикой.
Новая деталь: 10 лет реконструкции гостиницы «Москва»
В 2013 году был завершен третий этап строительства современной гостиницы «Москва» на Манежной площади, на месте разобранного здания Савельева, Стапрана и Щусева. В этом году исполняется ровно 10 лет одному из самых громких воссозданий 2010-х. Фасады нового здания выполнялись компанией «ОртОст-Фасад».
Уникальные системы КНАУФ для крупнейшего в мире хоккейного...
9 и 10 декабря 2023 года в новом ледовом дворце в Санкт-Петербурге состоялся «Матч звезд КХЛ». Двухдневным спортивным праздником официально открылась «СКА Арена» на проспекте Гагарина. Построенный на месте СКК комплекс – обладатель нескольких лестных титулов «самый-самый», в том числе в части уникальных строительных технологий. На создание сооружения ушло всего 36 месяцев.
Устойчивый малый
Сделать город зеленым и устойчивым – задача, выполнить которую можно только сообща, а в ее решении все средства хороши: и заложенный в стратегию развития зеленый каркас, и контейнер для сортировки мусора, и цветочная грядка на балконе. Рассказываем о малых архитектурных формах, которые помогают улучшить экоповестку.
Сейчас на главной
Пресса: Башни Capital Towers — первый выброс небоскребов из «Сити»...
Три новые башни Capital Towers по проекту одного из главных московских архитекторов Сергея Скуратова получились едва ли не самыми элегантными в «Москва-Сити» и его окружении. Формально Capital Towers находятся не в «Сити», а по соседству. Раньше здесь, на набережной Москвы-реки между Экспоцентром и парком «Красная Пресня», располагались теннисные корты.
Змей-гора
Конкурсный проект приморского курортного комплекса «Серпентайн» объединяет несколько типологий: апартаменты разного класса, виллы и гостиничные номера. Для каждой бюро KPLN использует один из образов, взятых у природного окружения – серпантин, горный ручей и морские волны.
Пресса: Нижегородский архитектор Максим Горев — о жилье для...
Максим Горев — выпускник ННГАСУ, архитектор первого 25-этажного дома в Нижнем Новгороде, главный архитектор ГК «Каркас Монолит», старший преподаватель ННГАСУ, член правления Нижегородского отделения союза архитекторов России. Он руководит небольшой проектной мастерской, у которой в постоянной работе находятся более 60 объектов. О том, почему архитектор должен лично знать руководителя компании-застройщика, для кого строят апартаменты, зачем нужно продумывать благоустройство, какая основная цель КРТ и какой у Нижнего Новгорода архитектурный стиль порталу ДОМОСТРОЙНН.РУ рассказал руководитель и главный архитектор проектной компании «Горпро» Максим Горев.
Квартиры в деревне
Жилой комплекс по проекту Karnet architekti на западе Чехии учитывает свое расположение в деревне и контекст бывшей промзоны.
Промежуточное состояние
Общественный центр нового района в Цзясине по проекту B.L.U.E. Architecture Studio совмещает достоинства интерьерных и открытых пространств, городских и природных зон.
Цветной в монохроме
Дизайн офисного этажа универмага «Цветной», предложенный консорциумом Artforma и Blockstudio, развивает архитектурную концепцию здания и основывается на использовании камня, стекла и света. Светлые монохромные пространства стали фоном для предметов дизайна музейного уровня – например, дивана от Захи Хадид. Проект также включает переговорную с атрибутами сигарной комнаты.
Контринтуитивное решение
Архитекторы UNStudio выяснили на примере своего свежего люксембургского проекта, что углеродный след гибридной бетонно-стальной конструкции может быть меньше, чем у деревянного каркаса.
Блики Ибуки
Эмоциональный интерьер суши-бара в Иркутске, придуманный Kartel.design: солнечные зайчики на «бамбуковой» стене, фреска с изображением гор, алое нутро шкафа и ажурные тени.
Действенная архитектура
Финалисты премии Мис ван дер Роэ-2024 – общественные сооружения, нацеленные на развитие периферийных районов крупных городов, а также деревень и городков.
На нулевом уровне
Кэнго Кума построил в префектуре Эхиме небольшой отель Itomachi 0 с нулевым уровнем потребления энергии из внешних источников. Это первый подобный объект на территории Японии.
Медь и глянец
Универмаг Hi-light в торговом центре Екатеринбурга объединяет несколько универсальных корнеров для брендов-арендаторов, а посетителей привлекает глянцевыми материалами отделки и акцентными объектами.
Опал Анны Монс
Проект небольшого бизнес-центра рядом с Туполев плаза и улицей Радио прокламирует необходимость современной архитектуры в отдельно взятом месте Немецкой слободы и доказывает свой тезис проработанностью деталей, множеством отвергнутых вариантов формы и даже – описанием района. Можно согласиться и интересно, что получится.
Всех накормить
На ВДНХ для выставки «Россия» силами Концерна КРОСТ был спроектирован и реализован «Дом российской кухни» – в рекордные сроки. Он умело выстроен с точки зрения современного общепита, помноженного на шумную культурную программу, – и столь же успешно интерпретирует разностилевой характер выставки достижений. В то же время значительная часть его интерьера восходит к прообразам 1960-х годов, хоть «про зайцев» тут пой.
Образовательные технологии
Бюро Vallet de Martinis architectes построило недалеко от Парижа корпус новой инженерной школы ESIEE-IT. Среда здесь стимулирует разноуровневую коммуникацию как неотъемлемую часть современного процесса обучения.
Кофе со сливками
Бистро в центре Белграда с дубовыми панелями, бордовым мрамором, патио и лестницей-диваном. Интерьером занималось московское бюро Static Aesthetic.
Пресса: Морфотипы как ключ к сохранению и развитию своеобразия...
Из чего состоит город? Этот вопрос, который на первый взгляд может показаться абстрактным, имел вполне конкретный смысл – понять, как устроена историческая городская застройка, с тем чтобы при реконструкции центра, с одной стороны, сохранить его своеобразие, а с другой – не игнорировать современные потребности.
Бетон и море
В Светлогорске в одном из помещений берегового лифта открылся гастрономический бар. Архитекторы line design studio сохранили брутальный характер места, добавив дихроичное стекло, металл и бетон, а главный акцент сделали на изменчивом пейзаже за окном.
Ширма для автомобиля
Микрорайон “New Питер” отличается от других новостроек Петербурга тем, что с ним работают разные архитекторы. Паркингами, например, занималось молодое бюро Bagratuni Brothers, которое предложило складчатые фасады из металлической сетки, превратившие утилитарную постройку в достойный красной линии объект.
5 утверждений Нормана Фостера: о «зеленом» строительстве,...
Журнал Dezeen опубликовал интервью с 88-летним основателем бюро Foster+Partners. Норман Фостер делится своими мыслями о «зеленом» строительстве, рассказывает о преимуществах бетона и пытается восстановить репутацию авиасообщения. Публикуем ключевые моменты этой беседы.
Поэт, скульптор и архитектор
Еще один вопрос, который рассматривал Градсовет Петербурга на прошлой неделе, – памятник Николаю Гумилеву в Кронштадте. Экспертам не понравился прецедент создания городской скульптуры без участия архитектора, но были и те, кто встал на защиту авторского видения.
Памяти Анатолия Столярчука
Автор многих зданий современного Петербурга, преподаватель Академии художеств, Член Градостроительного совета и человек, всегда готовый поддержать.
Вокзал в лесу
В основу проекта железнодорожного вокзала Цзясина, разработанного бюро MAD, легла концепция «вокзал в лесу».
Крестовый подход
Градостроительный совет Петербурга рассмотрел проект дома на Шпалерной, 51, подготовленный «Студией 44». Жилой комплекс располагается внутри квартала, идет на уступки соседям, но не оставляет сомнений в своем статусе. Эксперты отметили крестообразную композицию и суровую стилистику, тяготеющую к 1960-х годам.
Ансамбль у мечети
Бюро ОСА подготовило мастер-план микрорайона в южной части Дербента. Его задача – положить начало формированию современной комфортной среды в городе. Организация жилых кварталов подчинена духовному центру: в зависимости от расположения относительно соборной мечети дома отличаются фасадными и пластическими решениями. Программа также включает центр гостеприимства, административные здания, образовательный кластер и воздушный мост.
Дом на взморье
Перевоплощение кафе «Причал» на берегу залива в Комарово в ресторан Meat Coin отразило смену тенденций в оформлении загородных домов: на месте темная облицовка фасадов, открытые деревянные конструкции и бетон в интерьере, натуральные материалы, а также фокус на природном окружении.
«Зеленая» сладкая жизнь
Zaha Hadid Architects представили типовой проект заправочной станции для прогулочных судов на водородном топливе. Сначала станции планируется возводить в Средиземноморье, а затем и в других популярных у любителей катеров и яхт регионах мира.