Все это было сделано задолго до кризиса, и, строго говоря, «Студия 44» собиралась справить новоселье еще в 2007 году, однако в тот момент, когда мансарда уже была возведена, на стройплощадке случился пожар. Пламя бушевало несколько часов, и за это время полностью выгорели не только надстройка, но и третий этаж флигеля, где сотрудники «Студии 44» продолжали работать, несмотря на ремонт. К счастью, обошлось без слишком большого ущерба – успели спасти и винчестеры с информацией, и макеты по проекту реконструкции Восточного крыла Главного штаба, – но вот реконструкцию пришлось начинать заново.
Манежный переулок соединяет Преображенскую площадь, знаменитую Спасо-Преображенским собором Василия Стасова, и улицу Восстания, а дом номер три расположен от ампирного храма буквально в сотне метров. И это соседство повлияло на внешний облик надстройки самым непосредственным образом. Во-первых, архитекторам необходимо было соблюсти существующий в этом районе города высотный регламент, во-вторых, хотелось высказать уважение к величественному соседу. Плавный криволинейный абрис подошел для этих целей лучше всего – и визуально скрадывает высоту надстройки (6,5 метров), и ненавязчиво перекликается с силуэтом собора. Благодаря тому, что «волна» кровли сильно отступает от края, из самого Манежного переулка надстройка вообще практически не видна. Со стороны Преображенской площади плавный изгиб отлично читается, но благодаря мягкости своих очертаний не воспринимается ни инородным, ни чересчур современным.
Впрочем, наблюдательная публика Санкт-Петербурга не оставила мансарду незамеченной – критики успели сравнить ее и с китом, и с кашалотом, и с камбузом яхты. Корабельные ассоциации подкрепляются наличием большого круглого окна-иллюминатора на боковом фасаде, и металлическими тросами, играющими роль ограждений перед окнами верхнего уровня мансарды. Сам же Никита Явейн, отвечая на вопросы о происхождении замысловатой формы надстройки, обычно рассказывает то про проглотившего слона удава из «Маленького принца» Сент-Экзюпери (это сходство, пожалуй, особенно ярко видно на разрезе), то про викингов, устраивавшихся на ночевку под перевернутой ладьей.
Увидеть остов старинной шлюпки при желании можно и в интерьере мансарды с его открытой стропильной конструкцией, смотрящейся крепким, если не вечным скелетом на фоне белых оштукатуренных стен. Кстати, это первый в Петербурге объект, в котором были применены гнутые деревоклееные конструкции (березовый шпон) российского производства. Как говорится, налицо и столь модная сегодня экологическая тема, и столь актуальная с экономической точки зрения поддержка отечественного производителя.
Авторы проекта всячески стремились к тому, чтобы оставить двухуровневое пространство мансарды, по возможности, единым. С улицы оно, кстати, именно таковым и воспринимается: огромный иллюминатор явно рассчитан на два уровня, а расположенные рядом крошечные квадратные окошки, отсылающие к капелле Роншан столь любимого Явейном Ле Корбюзье, кажутся, скорее, декоративными. И все же в самом торце верхнего уровня архитекторам пришлось сделать два кабинета – увы, не все бизнес-процессы даже в очень творческом коллективе могут протекать в open space. А чтобы не нивелировать эффект упомянутых квадратных проемчиков, кабинеты полностью выполнили в стеклянных перегородках.
Рабочие помещения нижних этажей, где сидят сотрудники макетной мастерской, конструкторы и архитекторы, работающие над самыми крупными проектами мастерской – реконструкцией Восточного крыла Главного штаба и созданием кампуса ВШМ СПбГУ на базе дворцово-паркового ансамбля «Михайловская дача» – решены совершенно иначе. В отличие от предельно демократичной и пронизанной светом мансарды, они выполнены как классические анфилады комнат, настраивающие сотрудников на строгий рабочий лад и фактически воспроизводящие в миниатюре будущее устройство Главного штаба. И если наверху царит белый цвет, то здесь стены окрашены в яркие насыщенные тона – синий, бордовый, зеленый, больше ассоциирующиеся с ампиром, чем архитектурой XXI века. Впрочем, не зря в самой «Студии 44» считают, что в мансарде придумывают проекты новых зданий и конкурсные проекты, тогда как в комнатах, разделенных массивными двустворчатыми дверьми из светлого дерева, – проекты реставрации и реконструкции исторических зданий.
Мансарда. Переговорная. Офис архитектурной мастерской «Студия 44»
Фотогрфия: © А.Народицкого
Вид на кабинет Н.И.Явейна. Офис архитектурной мастерской «Студия 44»
Фотогрфия: © А.Народицкого
Мансарда. Два уровня. Офис архитектурной мастерской «Студия 44»
Фотогрфия: © А.Народицкого
Кабинет Н.И.Явейна. Офис архитектурной мастерской «Студия 44»
Фотогрфия: © А.Народицкого
Офис архитектурной мастерской «Студия 44»
Фотогрфия: © А.Народицкого
Офис архитектурной мастерской «Студия 44»
Фотогрфия: © А.Народицкого
Мансарда. Офис архитектурной мастерской «Студия 44»
Фотогрфия: © А.Народицкого
Мансарда. Верхний уровень. Офис архитектурной мастерской «Студия 44»
Фотогрфия: © А.Народицкого
3 этаж. Анфилада комнат. Офис архитектурной мастерской «Студия 44»
Фотогрфия: © А.Народицкого
Переговорные. Офис архитектурной мастерской «Студия 44»
Фотогрфия: © А.Народицкого
Лестница между уровнями. Офис архитектурной мастерской «Студия 44»
Фотогрфия: © А.Народицкого
Разрез. Офис архитектурной мастерской «Студия 44»
© Студия 44
