Элизабет Мерк: «Мы не диктуем, как должны выглядеть фасады»

Интервью с Элизабет Мерк, главным архитектором Мюнхена, о вреде юристов, дефиците новаторских проектов и росте городов.

mainImg


Елизавета Клепанова:
– Были ли у вас контакты с Россией – рабочие, научные?..

Элизабет Мерк:
– Конечно, живя в Мюнхене, я часто слышу, что богатые русские здесь что-то покупают. Также, когда я работала в Галле (шесть лет я была там главным архитектором до того, как получила должность в Мюнхене) – а это бывшая Восточная Германия – время от времени мы пересекались по работе с русскими. Еще с советских времен у Галле были города-побратимы в России, и к нам иногда приезжали делегации. Еще там были российские инвесторы.

Хочу сказать, что советский модернизм для меня всегда был чем-то особенным. Моя докторская диссертация посвящена роли цвета в архитектуре XX века: Баухауз, группа «Стиль», архитектура этого периода в России, Турции.

Элизабет Мерк
Элизабет Мерк во время интервью с Елизаветой Клепановой и Петером Эбнером



Петер Эбнер:
– Как вы считаете, может ли главный архитектор города одновременно иметь свою частную мастерскую?

Э.М:
– В Мюнхене был такой архитектор – Теодор Фишер [архитектор конца XIX – 1-й половины XX вв., сооснователь и первый председатель «Немецкого Веркбунда» – прим. Архи.ру]. Он совмещал должность главного архитектора с руководством мастерской и при этом много сделал для развития города, одно другому не мешало.

У меня своего офиса нет. Да и если бы был, я бы не могла, например, участвовать в конкурсах, которые сама же и провожу. Это был бы явный конфликт интересов, нечестно и недемократично. А вот если у архитектора до вступления в должность была частная практика с реальным опытом проектирования, то это большой плюс.
 
Вид из окна кабинета Элизабет Мерк



П.Э.:
– Что бы вы хотели преобразовать, улучшить в архитектурно-строительной политике Мюнхена?

Э.М:
– Я бы хотела, чтобы у нас стало меньше юристов, и чтобы нам меньше приходилось следовать бесконечным законам, сталкиваться с бюрократией. Это вроде бы верно – соблюдать правила, но мы уже находимся на той стадии, когда они приносят больше вреда архитектурному облику города, чем пользы. Градостроительство в Германии сейчас почти целиком в руках юристов, и именно они диктуют нам, что можно сделать, а что нельзя, всегда все усложняя.

Здесь как у архитектора у вас есть возможность сделать что-то действительно интересное, только если в вашей фирме есть юридический отдел, что, учитывая наши невысокие гонорары, практически нереально.

Еще одна вещь, которая вызывает вопросы – это представление проекта населению. Не поймите меня неправильно: это необходимый компонент, но нужно его как-то ускорить, чтобы он не так кардинально замедлял процесс проектирования и реализации.
 
Кабинет Элизабет Мерк



П.Э.:
– В Мюнхене постоянно увеличивается население. По прогнозам, город будет расти в течении ближайших 30 лет. Есть ли какие-то программы, учитывающие эту тенденцию?

Э.М:
– На данный момент мы разработали концепцию развития жилых зон в пригороде. Но вопрос ее осуществления пока находится в подвешенном состоянии, так как нам нужно получить согласие на реализацию со стороны Мюнхенского региона планирования. Мы бы хотели максимально сохранить все зеленые коридоры, не потерять удобство транспортной структуры. Для этого необходимо проводить как можно больше работы с окраинными территориями, создавать новые станции метро и городской электрички.

Как и в большинстве европейских городов, нам приходится работать в существующей структуре, и мне как главному архитектору нужно очень жестко контролировать этот процесс. Иногда можно разрешать воплощение новаторских проектов в определенных точках города, но при этом сохранять существующую застройку, не разрушая ее новыми сооружениями. К примеру, Мюнхену нужны новые жилые дома – но не за счет зеленых зон города, его исторической среды, богатства градостроительной структуры.

Иногда мы приезжаем в какой-нибудь город, обнаруживаем там замечательные архитектурные проекты и думаем: почему нельзя получить такой же результат в Мюнхене? Я считаю, что в таких городах при этом часто теряется качество общественного пространства, а в Мюнхене такого не происходит. Но, конечно, я бы хотела, чтобы можно было и сохранять качество общественных зон, и воплощать радикальные проекты.

 
Кабинет Элизабет Мерк



П.Э.:
– Мне кажется, очень важно сохранять разнообразие в городе. Я хочу понимать, что сейчас я в мюнхенском районе Рим, а потом попадаю в Швабинг. Хотелось бы избегать повторения, однообразной застройки.

Часто на конкурсы подаются интересные решения, которые, однако, редко воплощаются в жизнь. В Мюнхене есть 5–6 выдающихся с точки зрения архитектуры зданий, но все остальное – очень среднего уровня.

Э.М:
– Я могла бы 3-4 часа подряд говорить о нескольких конкурсных проектах, которые никому не известны и, скорее всего, будут просто забыты…

У нас очень высокие цены на землю, и инвесторы предпочитают не рисковать, чтобы не потерять деньги. Я бы хотела, чтобы и заказчики, и девелоперы были более открыты к архитектурным экспериментам, но, как вы знаете, заказчики, в основном, приходят с уже сформировавшимся представлением о том, что бы им хотелось получить, и, как правило, это далеко не выдающаяся архитектура.

Когда вы делаете чертеж на листе А4, это не делает его плохим или хорошим из-за ограничений, наложенных форматом бумаги – все зависит от вас. При любых правилах и ограничениях всегда есть возможность сделать работу интересной, но, к сожалению, это доступно немногим архитекторам. А девелоперы всегда хотят проект в русле «мейнстрима», чтобы его было легче продать.
 
Штаб-квартира компании Siemens © Henning Larsen Architects

Е.К.:
– Вы говорите об интересных конкурсных решениях, которые, скорее всего, никогда не будут реализованы, но я вижу, например, строительство крайне сомнительной с моей точки зрения штаб-квартиры Siemens в историческом центре Мюнхена и задаюсь вопросом: зачем надо было проводить международный конкурс, чтобы получить такой результат? Думаю, что здание такого уровня мог сделать любой местный архитектор. Я всегда считала, что конкурсы нужны именно для того, чтобы получить выдающуюся архитектуру.

Э.М:
– Я с вами не соглашусь. Так как это здание находится в историческом центре и соседствует с постройками Лео фон Кленце, то оно должно соответствовать определенным нормам, учитывать свое окружение. Кроме того, я сама была в жюри этого конкурса и могу сказать, что среди представленных предложений не было лучшего проекта, учитывающего контекст.

П.Э.:
– А что, если мы просто посмотрим на фасады этого здания? Типичная архитектура окраин, по-моему. Выглядит, как обыкновенное скучное офисное здание.

Э.М:
– Да, об этом можно говорить, но мы как городские власти не диктуем, как должны выглядеть фасады. Я несу ответственность за то, чтобы здание не было выше, чем нужно по нормам, а это совсем другие вопросы. Я тоже вижу ряд минусов в этом проекте, к примеру, в фасадах с элементами из природного камня, а вот фасады из стекла мне нравятся.

Я хочу сказать, что, если руководство Siemens хочет такие фасады, мы как город не можем ему помешать. У нас, конечно, есть городская комиссия по дизайну проектов, но она может только советовать, предлагать рассмотреть варианты, но никто никого не обязывает создавать конкретный образ. Мы рассматривали фасады Siemens несколько раз и старались немного их изменить, но, в результате, авторы и заказчики сделали все так, как им было удобно.

Вообще, только несколько архитектурных мастерских способны проектировать особенные здания в исторической застройке. Вот «Пять дворов» Herzog & de Meuron – отличный пример интересной современной архитектуры, идеально вписанной в среду. Но такие проекты у нас, скорее, редкость.

17 Декабря 2015

Беседовали:

Елизавета Клепанова, Петер Эбнер
comments powered by HyperComments
Технологии и материалы
Строительный материал от Адама
Представляем победителей премии в области кирпичной архитектуры Brick Award 20, учрежденной компанией Wienerberger. Ими стали шесть команд архитекторов из Польши, Руанды, Индии, Испании, Нидерландов и Мексики.
Креативный подход: Baumit CreativTop
Моделируемая штукатурка CreativTop – это насыщенные цвета, глубокие рельефные поверхности, интересные сочетания и комбинации текстур и огромные возможности дизайна.
Потолочные решения Knauf Armstrong для медицинских учреждений...
Линейка подвесных потолков серии Bioguard со специальным антибактериальным покрытием препятствует развитию всех видов возбудителей внутрибольничных инфекций и помогает поддерживать здоровый микроклимат для благополучия пациентов и персонала.
Все дело в центре притяжения
На развитие рынка недвижимости, в особенности загородной, все больше стали влиять инфраструктурные факторы. Все чаще центром притяжения загородных кластеров становятся самостоятельные объекты, жизнедеятельность которых не зависит от спроса на загородную недвижимость: натуральные хозяйства, фермы и лесопарковые зоны. Так постепенно пригород миллионников обрастает комплексной инфраструктурой и современными архитектурными решениями.
Модернизируя традиции
Специалисты корпорации HILTI придумали, как совместить несовместимое: кирпичную кладку и навесной вентилируемый фасад. Для этой цели Hilti разработала четыре альтернативных метода создания НВФ с кирпичной кладкой или её имитацией.
FunderMax Compact Academy – новый стандарт обучения
Обучение и образование играют важную роль в жизни любого человека. Постоянное совершенствование личных и профессиональных навыков открывает перед человеком новые возможности и делает его востребованным в современном мире.
Максим Павлов: у нашей несущей системы большие перспективы...
Как «упаковать» вентоборудование, архитектурную подсветку, электрические кабели и многое другое в межфасадное эксплуатируемое пространство, не нарушив архитектуры фасада и уменьшив при этом стоимость здания. Рассказывает Максим Павлов, главный инженер компании «ОртОст-Фасад», ГИП по устройству конструкции внешней облицовки храма Вооруженных сил России.
Игра в шарик
Нестандартные оконные узлы Velux помогли воплотить необычный проект сферического детского сада в Подмосковье.
Сейчас на главной
Деревянный рай
Один из кварталов в составе крупного и очень передового по многим параметрам района Асперн в Вене выстроен из дерева – как клееной, так и обычной древесины на бетонном каркасе, причем очень многие элементы конструкции – сборные, предварительно изготовлены на заводе.
Путь к новой орнаментальности
Клубный дом-дворец «Аристократ» у соснового парка перед началом Рублевского шоссе представляет собой новый этап развития московской декоративно-исторической архитектуры: респектабельно украшенной, но тяготеющей к легким светлым тонам и умело использующей романтический флёр майоликовых вставок.
Реновация по-дальневосточному
Конкурсный проект реновации двух центральных кварталов Южно-Сахалинска, 7 и 8, разработанный UNK project, получил звание победителя в номинации «архитектурно-планировочные решения застройки».
Константин Акатов: «Обновленная территория – увлекательное...
Интервью с победителем международного конкурса на мастер-план долины реки Степной Зай в Альметьевске, руководителем проекта, заместителем генерального директора «Обермайер Консульт» Константином Акатовым.
Сергей Труханов: «Главное – найти решение, как реализовать...
Как изменятся наши рабочие пространства? Можно ли подготовить свои офисы к подобным ситуациям в будущем? Что для современных офисов актуально в целом? Как работать с международными компаниями и какую архитектурную типологию нам всем еще только предстоит для себя открыть?
Ближе к людям
Южнокорейский город Чхонджу планирует расчистить почти 3 га в историческом центре от существующих зданий XX века для строительства нового муниципалитета по проекту бюро Snøhetta, который победил в международном конкурсе. Сохраняется только один корпус 1965 года, который будет служить «входным порталом» нового комплекса.
Портфолио поколения Z
Студенты второго курса МАРШ оформили свои портфолио в виде web-страниц, на которых демонстрировали навыки и умения, а архитекторы как работодатели оценили удобство формата и рассказали о своих предпочтениях при выборе кандидатов.
Контакт
В Риме, в Центральном институте графики, открылась выставка Сергея Чобана «Оттиск будущего. Судьба города Пиранези». Она включает четыре гравюры, чьим источником послужили римские ведуты XVIII века, дополненные футуристическими вкраплениями, и много рисунков, исследующих ту же тему, подчас очень экспрессивно. Вопросы выставка ставит, а ответов, как кажется, не дает. Поскольку в Рим сейчас съездить проблематично, рассматриваем картинки.
Новый старый Серпухов: работы студентов Алексея Бавыкина
Бакалавры подошли к теме реконструкции комплексно: рассмотрев центр города в целом, создали проекты отдельных кластеров с разными функциями, призванными оживить историческую среду, на месте двух заброшенных заводов, тесной школы и больницы.
В поисках визуальной ясности
Рассказываем о дискуссии, посвященной непростому для российских просторов вопросу дизайна элементов городского пространства. Обсуждение организовал Институт Генплана Москвы на Арх Москве.
Владимир Плоткин: «Мы старались привить студентам...
Три проекта группы бакалавров МАРХИ Владимира Плоткина, Валерия Грубова и Светланы Трифоненковой: музей антропологии в Мневниках; школа нового типа, разработанная в согласии с принципами современного образования, и «легальный туннель» для мигрантов из Мексики в США.
От театра до музея: дипломы бакалавров группы Владимира...
Четыре проекта бакалавров МАРХИ группы Владимира Плоткина, Валерия Грубова и Светланы Трифоненковой: театральный комплекс, плавающий по Москве-реке, дом на Песчаной улице, музей-остров из кораллов на старой нефтяной платформе в Адриатическом море и кинофестивальный центр с фестивальной улицей и «мостом» к реке.
Пресса: Сергей Чобан — о том, почему петербуржцы не терпят...
15 октября Сергей Чобан открывает в Риме выставку, где покажет несколько «испорченных» им гравюр великого Джованни Баттиста Пиранези. По этому случаю он написал колонку о том, почему наше благоговение перед исторической архитектурой Петербурга пронизано двойной моралью.
Клином красным
Невзирая на неурядицы 2020 года в Гостином дворе открылась Арх Москва. Она состоит из тех же частей в иных пропорциях, и, как всегда, ставит абмициозные задачи: а) увидеть в архитектуре искусство, б) резюмировать последние тридцать лет. А «никакой архитектуры» – в этом, конечно, есть доля шутки.
Выход за пределы
Жилой комплекс для исторической части города от бюро ОСА: многоуровневое дворовое пространство и стремящаяся к абсолюту свобода фасадов.
Кирпичный дом в большом городе
Сознавая весь романтизм и харизматичность кирпичной архитектуры, Степан Липгарт поработал с темой кирпичного дома в Петербурге и решил две теоремы, предложив башни американского ар-деко для более высокого ЖК Alter на Магнитогорской улице и чувственную пластику ар-деко в коктейле с лофтовой эстетикой для дома на Малоохтинском проспекте.
Природа – и храм, и мастерская…
Если классический словарь разных эпох – революционную дорику и палладианский руст – скрестить со скандинавским деревянным домом и модернистским пространством, то получится лесная деревянная классика Артема Никифорова, построившего архитектурный коворкинг под Петербургом.
Лунный город
Бюро BIG, ICON и SEArch+ заняты разработкой проекта «Олимп» – строительных технологий и плана первого поселения на Луне. Работа идет под эгидой НАСА.
Город солнца
Комплекс ВТБ Арена Парк, спроектированный и реализованный совместно Сергеем Чобаном и Владимиром Плоткиным, претендует на роль эталонного эксперимента по снятию вековых противоречий между архитектурой традиционного направления и модернизмом. Рамки дизайн-кода и интеллигентный, творческий характер пластической дискуссии сформировали несколько идеализированный фрагмент городской ткани.
Журналисты как архитекторы
В Берлине открылось новое здание издательского дома Axel Springer, куда входят Die Welt, Bild и множество других газет и журналов. Авторы проекта, Рем Колхас и его бюро OMA, разработали его с учетом непредсказуемости цифрового будущего.
Пресса: Архитектура должна быть искусством
Владимир Плоткин – руководитель известного и признанного в России и Москве бюро ТПО «Резерв», которое в этом году отметило свое 33-летие. Последние да и многие предыдущие его проекты стали по-настоящему громкими – КЗ «Зарядье», административный центр и больница в Коммунарке. Разговор состоялся накануне открытия выставки «АРХ Москва», чьим лозунгом в этом сезоне станет «Архитектура – искусство»
Коронавирус не подточил деревянную архитектуру
Премия АРХИWOOD собрала рекордные 207 заявок, в шорт-лист прошло 54. Хотя организаторы премии до сих пор не решили, в каком формате пройдет церемония награждения победителей, Экспертный совет определил шорт-лист премии, а на ее сайте началось голосование. О вышедших в финал номинантах, а также о внутренних проблемах премии, которые, среди прочего, отражают новые тенденции в деревянной архитектуре, рассказывает куратор Николай Малинин.
Планирование и политика
Публикуем отрывок из книги Джона М. Леви «Современное городское планирование», выпущенной Strelka Pressв рамках образовательной программы Архитекторы.рф. Этот авторитетный труд, выдержавший 11 изданий на английском, впервые переведен на русский. Научный редактор этого перевода – Алексей Новиков.
Дай мне напиться железнодорожной воды*
В проекте третьей очереди микрорайона «Лиговский Сити» в «сером поясе» Петербурга консорциум KCAP & Orange Architects & «А.Лен» поставил перед собой задачу сохранить дух места через консервацию контуров железнодорожных путей и уподобление объемов жилой застройки контейнерам, сложенным на товарно-разгрузочной станции.
Стоянка у петроглифов
Проект туристического комплекса рядом с беломорскими петроглифами: нейтральная архитектура для будущего объекта из списка ЮНЕСКО
Корпоративная пещера
Пекинское бюро Atelier Alter устроило в штаб-квартире компании Yingliang на юго-востоке Китая музей окаменелостей, найденных при добыче ею камня.
Разделительная полоса
Центр выставок и конгрессов MEETT в Тулузе по проекту OMA отделяет урбанизированную окраину от сельской местности, предохраняя ее от стихийного «расползания» города.
Львы на стекле
Архитекторы бюро СПИЧ применили прием, известный по петербургским опытам Сергея Чобана – кассеты с рисунком элементов классической архитектуры, напечатанных на стекле, – к реконструкции фасадов типового здания 4 корпуса московской больницы №23. Проект разработан бесплатно, как помощь больнице.
Климатические зоны для искусства
В Роттердаме закончено строительство фондохранилища Музея Бойманса – ван Бёнингена по проекту MVRDV. Впервые в мире в таком здании все экспонаты из музейного собрания будут доступны посетителям для осмотра, а на крыше высажена березовая роща.
Жилой каньон
Комплекс Amani на юге Мексики – это две поставленные параллельно тонкие пластины, где в каждой квартире достаточно солнца и возможно сквозное проветривание. Авторы проекта – Archetonic.
Тучков буян: последняя пятерка
Вместе с финалистами конкурса на концепцию парка «Тучков буян», не вошедшими в призовую тройку, продолжаем мечтать о том, что могло бы появиться в центре Петербурга: дикий лес, новые острова, искусственный канал и много амфитеатров.
Стеклянный бутон
Башня по проекту Zaha Hadid Architects, строящаяся в Гонконге, напоминает бутон цветка с его флага и герба, учитывает реалии пандемии и претендует на лидерство по «устойчивости».