Мастер и интерпретации

Ретроспектива «Луис Кан: сила архитектуры», организованная Музеем дизайна Vitra и Нидерландским институтом архитектуры NAI, предлагает заново взглянуть на творчество великого архитектора.

author pht

Автор текста:
Нина Фролова

mainImg
Впервые выставка была показана в NAI в Роттердаме в 2012, а сейчас она демонстрируется в Музее дизайна Vitra в Вайле-на-Рейне; также запланирован ее показ в Национальном музее в Осло и еще пяти музеях. Несмотря на то, что Луиса Кана причисляют к важнейшим мастерам архитектуры 20 века, в Европе подобную крупную экспозицию организовывали всего раз – еще при жизни архитектора, в 1969 в Цюрихе (она стала основой для публикации в 1977 полного каталога работ Кана). Впрочем, последняя ретроспектива в США проходила не так давно – в 1992 в Лос-анджелесском музее современного искусства, и ее каталог по сей день остается важнейшим источником информации по творчеству Кана: тогда кураторы впервые опубликовали множество материалов из архива архитектора.
Луис Кан. Здание Национальной Ассамблеи в Дакке, Бангладеш. 1962–83 © Raymond Meier
Луис Кан работает над проектом дома Фишер. 1961 © Louis I. Kahn Collection, University of Pennsylvania and the Pennsylvania Historical and Museum Commission

«Луис Кан: сила архитектуры» не претендует на статус «большого открытия», но от этого выставка и сопровождающий ее фундаментальный каталог не теряют важности: они знакомят публику с результатами последних исследований и свежей интерпретацией наследия Кана. Так, если в 1992 кураторы, в духе времени, смело помещали архитектора в постмодернистский контекст, то сейчас его вновь приблизили к модернистской линии, подчеркивая, однако, явную обособленность его пути.
Луис Кан. Библиотека Академии Филлипса в Эксетере, штат Нью-Гемпшир. 1965–72 © Iwan Baan

Еще одна ключевая тема выставки – непреходящее влияние ее героя на профессию: это показывает серия интервью мастеров разных поколений, от Фрэнка Гери, сотрудничавших с Каном Моше Сафди, Ренцо Пьяно, Дениз Скотт Браун до Со Фудзимото и Алехандро Аравены, причем каждый находит в работах Кана нечто важное лично ему. Одну из причин такой непреходящей актуальности кураторы видят как раз в удаленности Кана от любой идеологии, что в начале 21 века стало более чем распространенной позицией. Также созвучны поискам современных архитекторов эксперименты Луиса Кана с модульными конструкциями, изучение природных явлений, опыты в сфере теории познания, не говоря уже о попытках использования естественной вентиляции и защиты от солнечного жара.
Вид экспозиции. Зал 3 © Vitra Design Museum 2013. Photo: Ursula Sprecher

Ретроспектива поделена на разделы, соответствующие главным темам творчества Кана, и так же расположены работы в каталоге, хотя сам перечень работ занимает лишь небольшую его часть – гораздо больше места отведено исследовательским текстам. Таким образом, посетителям и читателям сразу дают понять: главное – не охват материала, а его подача и определившие ее новые данные и идеи. Раздел «Город» привлекает внимание к сравнительно неизвестному массиву работ архитектора – крупномасштабным проектам для Филадельфии, включающим схему обновления ее транспортной системы (так, историческую часть города Кан поделил на «автомагистрали», «улицы движения» без права остановки, «стоп-улицы» для парковки и маршрутов общественного транспорта и пешеходные улицы) и создания нового делового и административного центра. Он разрабатывал эти задачи на протяжении 20 лет, но ни один из его проектов не был реализован: причины этого подробно рассматриваются в каталоге, в статье одного из кураторов выставки, швейцарского историка и теоретика архитектуры Станислауса фон Мооса.
Луис Кан и сотрудники его мастерской работают над макетом. Конец 1960-х © Architectural Archives of the University of Pennsylvania, Philadelphia, photo: George Alikakos

Также как разделы поданы жилая архитектура (включая ранние проекты сборных домов для Knoll), поиск Луисом Каном образцов для конструктивных решений в природе (кристаллография, молекула ДНК и т. д.), связь с традицией – западной и восточной, позволившая ему создавать «вневременные» постройки, взаимодействие с природными стихиями и ландшафтом. В реальности экспозиции эти темы накладываются друг на друга – так, мотив «руины», превращающейся в работах Кана в проницаемую оболочку постройки – «буферную зону» между окружением и интерьером, появляется сразу в нескольких разделах. Эта нарушенная логика может сбить с толку, но гораздо ближе к реальности, чем очень стройные, но надуманные концепции иных выставок.
Луис Кан. Больница в правительственном комплексе в Дакке, Бангладеш. 1962–83 © Urs Buetticker

Однако не все темы каталога нашли свое отражение в экспозиции, что придает изданию самостоятельную ценность. Одна из статей посвящена сложным отношениям Луиса Кана с сотрудничавшими с ним инженерами, другая – прообразам, в том числе и могольским, определившим облик его зданий в Дакке и Ахмадабаде, а также его влиянию на архитекторов Индостана, начиная с Чарльза Корреа. Также в каталоге опубликован не новый, но по-прежнему актуальный текст Кеннета Фрэмптона «Луис Кан и французские связи» (1980) об его опоре на работы Леду и Булле. Рассмотрено влияние на Кана его коллег по Йелю Йозефа и Анни Альберс, познакомивших его с выявленными в Баухаузе общими для всех искусств основами формообразования и методом их преподавания.
Вид экспозиции. Зал 2 © Vitra Design Museum 2013. Photo: Ursula Sprecher

Еще один важный раздел проекта – рисунки и акварели Луиса Кана, которые тот создавал в своих путешествиях по миру. Выполненные в разных техниках и манерах и с разной целью, эти изображения пейзажей и сооружений дают представление о его интересах и пристрастиях едва ли не лучше, чем его письма друзьям и близким, с которыми он делился впечатлениями.
Луис Кан. Дом Стивена и Тоби Корманов в Форт-Вашингтоне, штат Пенсильвания. 1971–73 © Barry Halkin

Кураторы Станислаус фон Моос и Йохен Айзенбранд, директор NAI Оле Бауман, фотограф Томас Флоршутц, подготовивший серию снимков Института Солка близ Сан-Диего и Института управления в Ахмадабаде, и, конечно, авторы научных статей в каталоге, подготавливая выставку, проделали большую работу, и результаты этого труда впечатляют. Однако не менее важно то, что они не старались «закрыть тему» (что было бы по-человечески объяснимо, хотя и бессмысленно), но наметили направления для дальнейшего исследования и интерпретации наследия Луиса Кана: эта прагматичная позиция убеждает в непреходящей актуальности работ мастера лучше любых панегириков.


Выставка «Луис Кан: сила архитектуры» в Музее дизайна Vitra продлится до 11 августа 2013.
С 18 октября 2013 по 26 января 2014 она будет показана в архитектурном корпусе Национального музея в Осло.


Каталог:
Louis Kahn: The Power of Architecture. Weil am Rhein: Vitra Design Museum, 2012. 354 pages.
Луис Кан. Понте Веккио во Флоренции. Ок. 1930 © Private Collection, Foto: Paul Takeuchi 2012
Вид экспозиции. Зал 1 © Vitra Design Museum 2013. Photo: Ursula Sprecher
Каталог выставки «Луис Кан: сила архитектуры»
Каталог выставки «Луис Кан: сила архитектуры»
Каталог выставки «Луис Кан: сила архитектуры»
Каталог выставки «Луис Кан: сила архитектуры»
Каталог выставки «Луис Кан: сила архитектуры»


30 Июля 2013

author pht

Автор текста:

Нина Фролова
comments powered by HyperComments

Технологии и материалы

Английский кирпич в московских Кадашах
Кирпич IBSTOCK Bristol Brown A0628A, привезенный компанией «Кирилл» прямо из Великобритании для фасадов ЖК «Монополист» в Кадашах, стал для комплекса, нового, но вписанного в контекст и расположенного рядом с известнейшим шедевром конца XVII века, основой для сдержанно-историчной и в то же время современной образности.
Измеряй и фиксируй
Лазерный сканер Leica BLK360 – самый компактный из существующих, но в то же время достаточно мощный: за короткое время с его помощью можно провести высокоточные обмеры и создать 3D-модель объекта. Как прибор, который легко помещается в рюкзак или сумку, ускоряет процесс проектирования, снижает риски и помогает экономить – в нашем материале.
Выйти в цвет
Рассказываем, как с помощью краски из новой линейки DULUX «Легко обновить» самостоятельно и за один день покрасить двери или окна.
Проектируя устойчивое будущее
Глава «Сен-Гобен» в России, Украине и странах СНГ, Антуан Пейрюд выступил на Дне инноваций в архитектуре и строительстве с докладом о подходах компании к устойчивому развитию. В интервью Archi.ru Антуан Пейрюд рассказал о роли инновационных материалов в иконических зданиях Фрэнка Гери, Жана Нувеля, Кенго Кумы и других известных архитекторов. Также состоялась презентация звукоизоляционных систем «Сен-Гобен» и общение специалистов BIM с архитекторами по поводу трансфера данных по строительным материалам и решениям.
«Сен-Гобен» приглашает студентов спроектировать...
Компания «Сен-Гобен» объявила о старте шестнадцатого по счету архитектурного конкурса «Мультикомфорт». Студентам архвузов предлагается разработать концепцию «устойчивого» развития территории бывшего завода в пригороде Парижа, Сен-Дени.
Теплоизоляция ПЕНОПЛЭКС® для подземного строительства
Освоение подземного пространства – общемировой тренд, в мегаполисах под землей растут целые города. По версии книги рекордов Гиннесса, крупнейший подземный торговый комплекс в мире – Path в Торонто. Для его создания проложено более 30 км тоннелей.
Камин как аттрактор, или чем привлечь покупателя элитной...
Вода и огонь – две удивительные природные субстанции – влекущие, завораживающие, приковывающие взгляд. В человеческом жилище они давно завоевали свое место, и, если вода выполняет сугубо техническую функцию, огонь в камине вместе с теплом дарит визуальное наслаждение.

Сейчас на главной

Пресса: Herzog & de Meuron возведут придорожную церковь – первую...
Вместо заправки и ресторана — придорожный храм, спроектированный не кем-нибудь, а Herzog & de Meuron. Расположена церковь будет в кантоне Граубюнден на скоростной межрегиональной автомагистрали A13 близ города Андеер, ведущей в сторону перевала Сан-Бернардино, важнейшего транспортного узла в Альпах.
Марина Игнатушко: «Наш рейтинг – не про абсолютные...
Говорим с куратором, организатором и вдохновителем Нижегородского архитектурного рейтинга – единственной российской архитектурной премии, которой удается сохранять несерьезность; ведь победившее здание съедают в виде торта.
Опалубка для экзоскелета
Жилая башня One Thousand Museum в Майами по проекту Zaha Hadid Architects получила вынесенную на фасад бетонную конструкцию с постоянной опалубкой из стеклофибробетона.
Зеленый холм у Потамака
Пристройка, расширившая Кеннеди-центр в Вашингтоне, почти полностью спрятана в зеленом холме. Она выстраивает задуманную в 1960-е связь центра с рекой и не закрывает никаких видов.
Дом молодежи
Реконструкция Дома молодежи на Фрунзенской, анонсированная год назад, получила АГР Москомархитектуры. Проект предполагает строительство нового здания между МДМ и парком Трубецких.
Двенадцать формул
Два московских учебных заведения показывают в открытых мастерских Баухауза проект, посвященный общественным пространствам. Методы спекулятивного дизайна и «сенсорная урбанистика» помогли поставить правильные вопросы и получить серьезные выводы.
Рем Колхас: взгляд в поля
Что Если Деревню Продолжат Благоустраивать Без Архитекторов? Владимир Белоголовский посетил открытие новой провокационной выставки Рема Колхаса “Countryside, The Future” в музее Гуггенхайма в Нью-Йорке.
Умер Иона Фридман
Архитектор-теоретик, озвучивший в конце 1950-х идею мобильной, саморазвивающейся силами жителей и изменяемой архитектуры – своего рода пространственной сети, приподнятой над традиционным городом и способной охватить весь мир.
Степан Липгарт: «Гнуть свою линию – это правильно»
Потомок немецких промышленников, «сын Иофана», архитектор – о том, как изучение ордерной архитектуры закаляет волю, и как силами нескольких человек проектировать жилые комплексы в центре Петербурга. А также: Дед Мороз в сталинской высотке, арка в космос, живопись маньеризма и дворцы Парижа – в интервью Степана Липгарта.
Новое время Советской площади
Благоустройство центральной площади Гаврилова Посада, профинансированное из трех источников и призванное помочь городу стать туристическим, выглядит современно и ставит задачи осмысления местной идентичности.
Разобрано по весне
Временный и уже разобранный павильон на площади перед «Зарядьем»: кольцеобразный, с деревянной конструкцией и фасадом из металла и поликарбоната. Внутри был тот самый искусственный снег, березы елки.
Метод обнимания
TreeHugger, небольшой павильон информационного туристического центра бюро MoDusArchitects, вступая в диалог с архитектурным и природным окружением, сам становится новой достопримечательностью предальпийского городка в итальянском Трентино-Альто-Адидже.
Мёд и медь
Архитектор Роман Леонидов спроектировал подмосковный Cool House в райтовском духе, распластав его параллельно земле и подчеркнув горизонтали. Цветовая композиция основана на сопоставлении теплого медового дерева и холодной бирюзовой меди.
Пресса: Почему индустриальное домостроение оставит будущее...
О будущем жилья невозможно говорить, пытаясь обойти стену, в которую оно упирается,— массовое индустриальное домостроение. Если модель массового индустриального домостроения сохранится, то это довольно простое будущее, которое более или менее сводится к настоящему.
СКК: сохранять, крушить, копировать?
Мы поговорили с петербургскими архитекторами о ситуации вокруг обрушенного СКК – здания, купол которого по чистоте формы и инженерного замысла сравнивают с римским Пантеоном, только выполненным в металле. Что, однако, не помогло ему получить статус памятника и защиту от сноса.
Лучи знаний
Школа в Подмосковье, архитектуру которой определяет учебная программа, природное окружение, а также желание использовать только честные материалы.
Кружево из углепластика
Три портала по проекту Асифа Хана для Экспо-2020 в Дубае при высоте в 21 метр сооружены из нитей сверхлегкого углепластика и не требуют дополнительной несущей конструкции.
Арктический вуз
Новое крыло Арктического колледжа на острове Баффинова Земля на севере Канады. Авторы проекта – Teeple Architects из Торонто.
Критическая масса прогресса
20-й по счету летний павильон лондонской галереи «Серпентайн» спроектируют молодые женщины-архитекторы из ЮАР – бюро Counterspace; их постройка будет посвящена социальным и экологическим темам.
Парки Татарстана, часть I: лучшие городские
Цветущий бульвар вместо парковки, авторские МАФы, экологические решения, равно как и ностальгические фонтаны и площадки для фотосессий новобрачных – в первой части путеводителя по паркам Татарстана, посвященной новым городским пространствам.
Сокольники: ковер из кирпича
Архитекторы бюро Megabudka опубликовали свой проект Сокольнической площади в деталях и с объяснениями всех мотивов. Рассматриваем проект и призываем голосовать за него в «Активном гражданине». Очень хочется, чтобы победила архитектурная версия.
Три январские неудачи Бьярке Ингельса
Основатель BIG подвергся критике из-за деловой встречи с бразильским президентом, известным своими крайне правыми взглядами и отрицанием экологических проблем Амазонии, лишился поста главного архитектора в WeWork и был отстранен от участия в проектировании небоскреба для нью-йоркского ВТЦ.
Кирпичные шестигранники
Башни Hoxton Press по проекту Karakusevic Carson и Дэвида Чипперфильда на границе лондонского Сити – коммерческое жилье, «субсидирующее» реновацию социального жилого массива рядом.
Одновременное развитие экономики и кино
В бывшем здании центрального рынка Монтевидео уругвайское бюро LAPS Arquitectos разместило штаб-квартиру Латиноамериканского банка развития CAF, национальную синематеку, легендарный бар и общественное пространство.
Москва 2050: деревянные высотки и летающий транспорт
Более 40 студентов представили видение Москвы будущего в недавно открывшейся галерее Шухов Лаб и на Биеннале архитектуры и урбанизма в Шэньчжэне. Рассказываем об итогах воркшопа «Москва 2050» и показываем работы участников.
Рестораны вместо лучших реставраторов страны?
Минкульт выдал ЦНРПМ предписание переехать до 1 марта. Не исключено, что после разорительного переезда научной реставрации в стране не останется. Говорим со специалистами, публикуем письмо сотрудников министру культуры.
Глэм-карьер
Благоустройство подмосковного озера от бюро Ai-architects: эко-школа, глэмпинг и всесезонные развлечения.
Красный зиккурат
Многоквартирный дом Cascade Villa в Алмере по проекту бюро CROSS Architecture снаружи – кирпичный, а во внутреннем дворе – обшит деревом.
Арт-депо
Офисное здание на набережной Обводного канала в Санкт-Петербурге по проекту архитектора Артема Никифорова – это тонкая вариация на тему кирпичной промышленной архитектуры XIX и ХХ века с рядом художественных изобретений, хорошим строительным и ремесленным качеством.
Будущее не дремлет
Выставка Европейского культурного центра в ГНИМА это коллекция современных пространств разной степени общественности. Подборка довольно случайная, но интересная, а в последнем зале пугают потопом, античным форумом, зиккуратами и вигвамами.
«Единорог в лесу»
Почему, в отличие от произведений известных художников и автографов писателей, дом, спроектированный Ф.Л. Райтом или Тадао Андо, выгодно продать очень сложно? В нем неудобно жить или недвижимость от знаменитых архитекторов переоценена?
Арки, ворота, окна, проемы, пустоты, дырки
В архитектуре АБ «Остоженка», особенно в крупных комплексах, значительную роль играют арки, организующие пространство и массу: часто большие, многоэтажные. В публикуемой статье Александр Скокан размышляет о роли и смысле масштабных цезур, проемов и арок.
Розовый слон
В Лос-Анджелесе построен флагманский магазин одежды The Webster по проекту Дэвида Аджайе. Для внешней и внутренней отделки британский архитектор использовал окрашенный бетон.
Архи-события: 3–9 февраля
«Кто хочет стать миллионером» для архитекторов и дизайнеров, новый интенсив в МАРШ и экскурсия с плаванием от «Москвы глазами инженера».
Пресса: Великое переселение
В последнюю неделю января 2020-го в стране активно обсуждают реновацию устаревшего жилья — вернее, возможность запуска подобных программ в российских регионах. В одном из первых своих интервью на посту вице-премьера Марат Хуснуллин отметил, что реновацию можно запустить в городах-миллионниках.
Умер Андрей Меерсон
Признанный мастер советского модернизма, автор «Лебедя» и самого красивого московского дома «на ножках» на Беговой, но и автор неоднозначного стилизаторского Ритц Карлтон на Тверской – тоже.
Неиссякаемый источник
VIP-зоны аэропорта – настоящее раздолье для цвета, пластики, образности и творческой фантазии архитекторов. Рассматриваем четыре бизнес-зала и один VIP-терминал ростовского аэропорта «Платов»: все они так или иначе осмысляют контекст: южное солнце, волны речной воды, восход над степным горизонтом и золото сарматов.