English version

Свято место

Архитекторы АБ ASADOV взялись в Омске за очень сложную задачу: концепцию общественно-жилого комплекса с реконструкцией здания первой в городе ТЭЦ, прямо у границы бывшей омской крепости. Для этой территории было сделано уже немало проектов, а дискуссия вокруг жилой функции участка идет очень ожесточенная. Рассматриваем проект, его суть – в развитии городской ткани среднего масштаба, подходящей для исторического центра. Изучаем и дискуссию. Вот что интересно: спасет она место или погубит?

mainImg
Проект:
Многофункциональный комплекс в Омске
Россия, Омск, ул. Петра Некрасова

Авторский коллектив:
А.Р.Асадов, А.А.Асадов, В.Липадат, В.Шкуро

2021 — 2022

заказчик: АО «Центр строительных проектов»
Для того, чтобы разобраться в этом проекте, необходима небольшая предыстория и история места. 

Город Омск с момента его основания в 1716 году почти 200 лет развивался вокруг гарнизона военной крепости. Первая крепость была маленькой и на левом берегу реки Оми, в 1770-е ее сменила большая – на правом берегу, площадью 30 га и окруженная мощными бастионами. К началу XX века почти все стены, кроме небольшого фрагмента в западной части, были утрачены, остались каменные арки-ворота, гауптфвахта, цейхгауз и несколько гарнизонных строений вперемежку с очень разнообразной поздней застройкой. Плац превратился в Выставочный сквер. 
ТЭЦ-1
В 1915 году между границей главной крепости, за линией вала Подгорного фордштата, по которому к тому времени прошла улица Колпаковская, и берегом реки начали строить первую Омскую ТЭЦ по проекту архитектора Николая Кудрявцева. К 1917 году не успели, первый корпус завершили только в 1918, а ток станция начала давать в 1921. Ленин прислал для нее из Москвы генератор (историю станции и съемку см. здесь и здесь).

Остановили ТЭЦ в 1986 году, оборудование вывезли в 1988, с тех пор неороманское, с ломбарскими арочками здание стоит пустым и изрядно ветшает, хотя имеет статус ОКН регионального значения. 

 

Девелоперу, АО «Центр строительных проектов», принадлежит здание ТЭЦ и пустырь к востоку от нее, сейчас там пара автодромов. Южная граница участка выходит на набережную, за восточной – Воскресенский сквер, северная проходит вдоль Партизанской улицы, по противоположной, правой стороне которой выстроены вполне импозантные неоклассические кварталы, занятые в основном учебными заведениями, к примеру Университетским колледжем агробизнеса и Финансовым университетом; здесь же между двумя кварталами – Музейная улица, на ней филиал Эрмитажа и Музей просвещения. 

Северный угол участка выходит к Омской башне, вдоль западной границы вытянуто здание Казарм 63 Сибирского стрелкового полка, построенное в 1903 году и надстроенное в 2007 году третьим этажом, ОКН и офис Омсэнерго. Оно не входит в границы участка, а небольшой корпус 1938 года у реки, без статуса ОКН – входит. 

Если посмотреть чуть шире, то город вокруг очень пестрый. Неоклассическая ясность свойственна скорее упомянутым выше кварталам в восточной части Партизанской улицы, а территория крепости поглощена разнообразной застройкой вперемежку с зелеными пространствами. Здания конца XVIII века, восстановленный в 2016 году собор, мещанский и промышленный историзм и авторский модернизм – к примеру ДК Дзержинского – перемешаны с административными зданиями 1930-х и 1970-х, школами, больницами и большим количеством жилых домов, как советского, так и постсоветского времени. Западнее участка по набережной – забавный дом-долька родом из 1990-х и советский бассейн; широкая асфальтированная дорога вдоль берега скорее пустынна. Словом, среда, которую мы привыкли ассоциировать с историческим центром, здесь встречается скорее фрагментарно. Между тем старая крепость остается историческим центром города – кто-то говорит даже о духовном центре – и дискуссии вокруг строительства в центре ведутся очень напряженные. 
Дискуссия
Споры вокруг участка ТЭЦ идут давно и в последнее время выросли в нешуточные протесты, широко освещаемые в омской прессе. В данный момент их главная тема – протест против жилой застройки в любом виде. Аргументы: жители обнесут территорию забором, «заставят все вокруг машинами», ухудшат транспортную ситуацию. Временами вспоминают и о прибыли от продажи жилья. Вторую тему хочется определить как протекционистскую: подчас в обсуждении звучит, что в Омске должны строить омские архитекторы. Тоже по-человечески понятные эмоции. Лидер противников жилой застройки территории ТЭЦ-1 – глава омского ВООПИК архитектор Никита Шалмин. 

У сторонников строительства тоже примерно два аргумента: во-первых, территория обнесена забором и исключена из жизни города уже 30 лет, а если споры ни к чему не приведут, то неясно, какое еще время она проведет в таком состоянии; во-вторых, часть денег от продажи жилья заказчик обещает вложить в реконструкцию ТЭЦ-1 и его превращение в культурно-общественный центр города. «Это забор в центре Омска. Хотелось бы, чтобы вместо него там появились функции, которые приносят пользу. Возможно, не самое важное – говорить о том, будет ли это жилая или общественная функция», – говорит главный архитектор Омской области Наталья Старченкова.

Относительно забора и перспектив развития территории с ней согласен и глава омского отделения Союза архитекторов Сакен Хусаинов: «Не считаю, что эту застройку надо откладывать на долгую перспективу. Иначе есть риск оставить эту территорию города заброшенной, каковой она и была» (см. его интервью). Но Хусаинову не все нравится в предложенном проекте. И здесь уже сложно понять, насколько эта позиция обоснована стилевыми соображениями, а насколько протекционистскими. Поскольку актуальный на данный момент проект – московский.  

В 2021 году владелец участка предложил поработать над видением территории московскому архитектурному бюро ASADOV – их порекомендовали как, в частности, авторов концепции «Русская Европа» в Калининграде.

Глава бюро Андрей Асадов оценил техническое задание как здравое, в чем-то даже подвижническое. 
«Перед нами была поставлена задача «перезагрузить» городскую среду в данном месте, дать ей возможность дальнейшего развития. Причем заказчик сам выступил с инициативой реставрации ТЭЦ-1 и ее превращения в культурно-общественное пространство. Замечу, что далеко не всегда при реновации промзоны встречаются такие общественные инициативы – нередко в сохраняемых промышленных корпусах делают, к примеру, жилые или офисные лофты, пусть и с ресторанами в первых этажах.
 
В данном случае требовалось соотношение открытых для всех общественных пространств к закрытым жилым как 35 к 65. Что мы и сделали. Мы изучили несколько проектов, предложенных для этого места за последние 30 лет, и постарались развить все фигурировавшие там полезные идеи: продолжение лучей соседних городских улиц внутри застройки, углубленную площадь перед зданием ТЭЦ с откопанным первым этажом, разделение застройки на три квартала, пешеходный мост через Омь, восстановление утраченной в советское время трубы... Территорию настолько долго и настолько пристально рассматривали наши коллеги, что самые яркие сюжеты уже, так или иначе, где-то фигурировали.

Кое-что мы трактовали, конечно, по-своему. Мы тщательно исследовали и зарубежный, и российский опыт современного строительства в историческом центре: Гамбург, Копенгаген, Калининград, Петербург, Архангельск, Пермь, проект Сергея Скуратова в Минске. Отталкивались и от примеров создания культурных центров в историческом проме – Tate modern, MAAT в Лиссабоне, целый ряд других. И конечно же, ГЭС-2 в Москве. На старых фотографиях наша ТЭЦ-1 узнаваемо похожа на ГЭС-2, мне кажется, это один из очень хороших прообразов.
 
Заказчик, с моей точки зрения, – во многом подвижник. Во-первых, он стремится вернуть эту часть территории городу и хочет восстановить и оживить памятник. Во-вторых – он сам инициировал общественное обсуждение, которое отзывается на проекте и на нем самом достаточно болезненно. Пример соседнего участка совершенно иной: там владельцы попросту кулуарно договорились с кем-то на большую высоту».
Предшествующие проекты
Проекты для участка и здания ТЭЦ предлагали давно, их развитие вполне логично накладывается на основные периоды постсоветской истории. Первый известный нам проект – Городской центр искусств Александра Бегуна 1990 года. Функция культурная, новой застройки минимум, но уже акцентирована ось Музейной улицы и предложен пешеходный мост через Омь. В следующем по времени проекте видим квартальную застройку, не такую плотную, как в исторических кварталах к северо-востоку, судя по всему невысокими домиками. Улицы продолжают уже две главные оси: Музейную улицу и улицу Карла Либкнехта, а перед восточной стеной ТЭЦ предложена углубленная площадь. 

Самыми плотными вариантами застройки участка ТЭЦ были проекты Андрея Сергеева и ТПИ «Омскгражданпроект» 2006–2011 годов: они совмещали функцию офиса Омскэнерго и концертный зал. Здесь также были учтены обе городские оси, плюс еще две, предложен приямок у здания ТЭЦ, открытые амфитеатры и мост. Этому, масштабному предложению Омсгражданпроекта отчасти противостоит другая его работа – проект, который КП датирует 2011 годом. Здесь исчезают дополнительные функции, остается студенческий научный и культурный центр. Предложено восстановить часть бастионов и разместить в них кафе, а в самом большом турбинном зале ТЭЦ-1 автор размещает «парящий» на тонких опорах обтекаемый объем многофункциональной аудитории. СМИ также показывают проект студента СИБАДИ Александра Люлько, его функция фестивальный центр. 

Словом, за прошедшее время ТЭЦ «накопила» внушительный пул идей, основные сюжеты повторяются, а наполнение меняется в зависимости от наличия – или, предположу, отсутствия – инвестора. Ранние проекты сосредоточены на культурном центре, поздние – полемические – на нем же. Между тем в этой истории просматривается и другая закономерность: смена инвестиционной функции с офисной на жилую. 

Рассмотрим же актуальный проект. Он суммирует идеи предшественников и соединяет их с современной архитектурой без стилизации, но рядом как общеисторических, так и контекстуальных отсылок.
Развитие городской ткани
Как мы помним, продолжение городских осей было сюжетом всех предшествующих проектов. Архитекторы любят искать оси и, пожалуй, не зря. В данном случае на линиях, продолжающих две существующие улицы, образуются бульвары. Линии симметрично сходятся, указывая на здание ТЭЦ, приводя к площади перед ним. Собственно точка схода, впрочем, лежит дальше, где-то на воде реки, однако если найти у угла биссектрису, среднюю линию, то она пройдет и по оси исторического квартала Финансового университета, и по оси среднего дома новой застройки, по его «конструктивистскому» скругленному носу. 
Многофункциональный комплекс в Омске
© Архитектурное бюро ASADOV
Схема формообразования. Многофункциональный комплекс в Омске
© Архитектурное бюро ASADOV

На этой же центральной оси, суммирующей линии двух улиц, авторы предлагают установить ажурную металлическую башню, призванную напоминать об утраченной трубе ТЭЦ, не воспроизводя ее, однако, в кирпиче. Предполагается, что «труба» будет медиаинсталляцией, светиться по ночам и даже днем сообщать какую-нибудь полезную информацию. Она видна в створе каждой из двух осевых улиц и служит своего рода «ключом» построения – и центром «верхней» городской площади к западу от ТЭЦ. 
Многофункциональный комплекс в Омске
© Архитектурное бюро ASADOV
Вид с улицы Карла Либкнехта. Многофункциональный комплекс в Омске
© Архитектурное бюро ASADOV
Вид с Музейной улицы. Многофункциональный комплекс в Омске
© Архитектурное бюро ASADOV
Вид с юго-запада, с птичьего полета. Многофункциональный комплекс в Омске
© Архитектурное бюро ASADOV
Двухъярусная площадь
Еще одна идея, которая также присутствовала в проектах-предшественниках – двухъярусная площадь к востоку от ТЭЦ. Архитекторы предлагают откопать нижний подвальный ярус здания: «Как в Политехническом музее у Ишигами», – поясняет Андрей Асадов, – и устроить на нижнем уровне Г-образную в плане двухъярусную площадь с амфитеатрами в двух ее торцах и гипостилем под «верхней» площадью. Так удается и выиграть еще немного общественного пространства, и усложнить его восприятие для горожан. 
Многофункциональный комплекс в Омске
© Архитектурное бюро ASADOV

В проекте ASADOV над углубленным уровнем нет мостиков и по длинным сторонам он окружен не амфитеатрами – а магазинами и кафе, которые предложено устроить в переднем фронте парковок под жилыми кварталами. Так углубленная площадь станет уютной, городской, по протяженному контуру возникает даже что-то подобное глубокому портику-гипостилю.
Многофункциональный комплекс в Омске
© Архитектурное бюро ASADOV
План парковки. Многофункциональный комплекс в Омске
© Архитектурное бюро ASADOV

В первых этажах вдоль улиц помещения тоже, процентов на 80, отданы коммерческой аренде, только восточная перемычка самого крупного квартала, обращенная к Воскресенскому скверу, отдана встроенному детскому саду, здесь во дворе выгорожена его площадка для прогулок. К этому же кварталу со стороны набережной примыкает ресторан, его объем выдвинут в сторону реки и рифмуется с торцом ТЭЦ. 
План 1 этажа. Многофункциональный комплекс в Омске
© Архитектурное бюро ASADOV
Общественные пространства
Как мы помним, опасность потерять эту территорию для города из-за строительства жилья стало одной из главных претензий – не к архитектурному проекту как таковому, скорее к инвестиционному замыслу. Поэтому архитекторы проработали в проекте все, что связано с открытыми / закрытыми пространствами. Напомню, соотношение общественного и частного в проекте 35 к 65, но это если считать площади всех квартир. На поверхности закрыты только два двора «больших» кварталов. 
Схема общественных и приватных территорий. Многофункциональный комплекс в Омске
© Архитектурное бюро ASADOV
Схема общественных функций. Многофункциональный комплекс в Омске
© Архитектурное бюро ASADOV
Баланс жилых и общественных функций. Многофункциональный комплекс в Омске
© Архитектурное бюро ASADOV

Можно ли будет после строительства ЖК обнести всю территорию забором? Физически это возможно, но проницаемость новой застройки можно защитить регламентом использования территории, – поясняют авторы проекта. Если город примет регламент, соответствующий концепции, забор поперек улицы будет нарушением закона, ну и задачей города будет следить за его исполнением. Тем более под бдительным надзором общественности. Отрицательные примеры, когда архитектор планирует открытое городское пространство, а его затем перегораживают, безусловно, известны; но есть ведь и положительные примеры с сохранением общественных улиц. Хотя бы ЗИЛАРТ, «Садовые кварталы» и «Царская площадь» в Москве. 

Помимо двух центральных осей, проходящих через площади вокруг ТЭЦ, в проекте есть два прохода по сторонам территории, там же несколько наземных парковок для МГН. Подземный паркинг на 503 места, по словам Андрея Асадова, предназначен не только для жителей, но и для гостей. Мест достаточно много – именно для того, чтобы избежать парковок в окрестностях. Сложно, впрочем, сказать, купят ли парковки – но, может быть, их будут продавать вместе с квартирами? 

Две общественных территории образуются на городской территории, но вплотную к границам комплекса: это бульвар на севере, перед Омскими воротами вдоль Партизанской улицы и набережная Тухачевского на юге. Набережную планируется благоустроить по программе комфортной городской среды, хотя эскизный проект с амфитеатрами и настилом над водой авторы предложили – согласно концепции, набережная делится на три уровня разной степени активности: разноформатный городской, веселый молодежный с кафе, и тихий семейный в нижней части у воды.

Есть в проекте и пешеходный мост через Омь. 
Вид с реки на пешеходный мост. Многофункциональный комплекс в Омске
© Архитектурное бюро ASADOV
Набережная, нижний (семейный) уровень. Многофункциональный комплекс в Омске
© Архитектурное бюро ASADOV
Вечерний вид с юго-запада, со стороны реки. Многофункциональный комплекс в Омске
© Архитектурное бюро ASADOV
Многофункциональный комплекс в Омске
© Архитектурное бюро ASADOV
ТЭЦ-1 как ГЭС-2
Андрей Асадов сравнивает роль ТЭЦ-1 в проекте с хрестоматийным московским примером ГЭС-2 Ренцо Пьяно. Они действительно в чем-то схожи, начиная от протяженного плана и романтического вида здания и заканчивая культурно-рекреационной функцией; даже идеи с трубами перекликаются между собой. Хотя, конечно, ГЭС-2 в полтора раза крупнее, а с дороговизной ее реставрации еще нескоро, вероятно, кому-то удастся посоревноваться всерьез. Однако главное в этом сопоставлении – культурная функция и открытость здания для города; заметим, что и в истории проектирования вокруг ТЭЦ-1 зданию всегда приписывали именно такую функцию, попыток превратить его в жилье или офисы не было. 

В данном случае архитекторы для исторического здания предлагают универсальную структуру, для наполнения и программирования которой, по словам авторов, можно было бы привлечь местных активистов. В здании могут проходить выставки и образовательные мероприятия, развиваться креативные проекты. Фудкорт призван способствовать привлечению потока посетителей, он, так же как и кафе на улицах, был бы полезен для студентов соседних вузов.
Три квартала
Итак, камень преткновения – жилые дома. От 5 до 7 этажей, с соблюдением высотных ограничений, два замкнутых квартала с приватными, как мы помним, дворами и палисадниками у части квартир первых этажей. Высотность – до 6 этажей, нижние этажи выше жилых, максимальная высотная отметка 24 м. 

Любопытно, что помимо городских осей и высотных ограничений планировку кварталов определяет и роза ветров. «Наиболее сильные ветра – южный и юго-западный», – говорят архитекторы. Поэтому здания развернуты перпендикулярно ветру, а проходы в кварталы устроены диагонально, что тоже защищает от сквозняков.
Многофункциональный комплекс в Омске
© Архитектурное бюро ASADOV

Жилая застройка состоит из двух кварталов: «городского» западного, со стороны крепости и музеев, и «приречного» восточного у Воскресенского сквера. Они оба – семейного формата, микс квартир включает достаточно объемные предложения, но высотность «городского» квартала меньше из-за ограничений, он компактнее, его двор меньше; в его квартирах предусмотрено больше  террас, а южный угол в первом этаже отдан рынку и фудкорту и отделен от жилой части сквозным проходом в сторону крепости. «Приречный» квартал крупнее и по высоте, и в плане, квартиры первых этажей в нем наделены палисадниками, а в его первый этаж, как мы помним, встроены детский сад и ресторан. 

Центральный дом, узкий и тонкий, между двумя осевыми улицами, авторы определяют как молодежный: квартиры в нем меньше, он расположен в центре городской жизни, весь его первый этаж отдан городским функциям, а двора нет, – но его заменяют две ниши с патио на кровле первого этажа. 
  • zooming
    1 / 3
    План 2 и 3 этажей. Многофункциональный комплекс в Омске
    © Архитектурное бюро ASADOV
  • zooming
    2 / 3
    План 4 и 5 этажей. Многофункциональный комплекс в Омске
    © Архитектурное бюро ASADOV
  • zooming
    3 / 3
    План 6 этажа. Многофункциональный комплекс в Омске
    © Архитектурное бюро ASADOV

Архитектуру домов, предложенных архитекторами ASADOV, сами авторы определяют как современную, но адаптированную под строительство в историческом центре. Действительно, за последние 20-30 сложился достаточно устойчивый паттерн – обобщенный, построенный на сопоставлении форм, фактур и линий и не использующий декор, но оперирующий, скажем так, общими понятиями: к примеру, скатные кровли создают силуэт, созвучный с исторической застройкой, в данном случае прежде всего с кровлями ТЭЦ-1. В то же время они, как подчеркивают авторы, позволяют осветить квартиры последнего этажа сверху. Другая особенность подхода – сочетание разных фасадов, дробление объемов, которые подчиняются то кирпичной сетке, то шахматному чередованию лоджий, то варьируют выступы эркеров. Надо признать, что этот интернационально-локальный фикс архитекторы ASADOV освоили хорошо, как и описанную выше работу с миксом функций пространств разного типа. Выше Андрей Асадов упоминает «Русскую Европу», но можно вспомнить и его участие в конкурсе в Ульяновске. 
Многофункциональный комплекс в Омске
© Архитектурное бюро ASADOV

Несмотря на некоторую обобщенность решений, которая, однако, наделена способностью недвусмысленно указывать на наше время, подход обладает выраженным контекстуализмом, и дело не только в скатных кровлях и даже не в многократно упомянутых городских осях. Авторы стремятся находить и использовать максимально абстрактные зацепки в контексте – к примеру, если мы посмотрим на городское окружение, то увидим в нем довольно много ступенчатых силуэтов, и в объеме, и на планах соседних зданий, в частности, можно заметить «гармошку» модернистского ДК Дзержинского или уступчатый угол Минстроя. Не отсюда ли множество зигзагов в проекте Асадовых? Именно так решены патио «молодежного» дома, а внутренний фасад детского сада попросту параллелен фасаду ДК...

Другая особенность реакции на контекст – архитекторы стремятся подчеркнуть отличия новых домов от старой кирпичной ТЭЦ, поэтому внешние фасады своих объемов делают в основном светлыми, белыми или из бежевого кирпича. Зато внутренние стены и дворов, и патио, и других выемок – терракотово-кирпичные. 

***

Возвращаясь к спорам. Мне кажется, что их суть, помимо экономической, общественно-градозащитной, протекционистской и прочих, также касается взгляда на типологию городского пространства. 

Существует довольно популярный взгляд, который можно описать словами из анекдота: «...Ничего не трогай!». Он легко описывает отношение многих людей к любой вообще стройке в центре города. Есть незастроенная площадка? Давайте сделаем парк! Лучше всего этот метод сработал с Зарядьем, на месте которого, как мы помним, планировалась квартальная застройка от сэра Нормана Фостера. Хотя нельзя сказать, что парк Зарядье совсем уж не застроен, он скорее весь состоит из строений, просто в основном – подземных. По отношению к Тучкову буяну парковый подход сработал уже как-то, мягко говоря, кривовато. Но это два самых известных российских примеров, а сколько раз мы слышали в других случаях предложение отобрать участок у застройщика и сделать парк – не сосчитать. Но эти парки появлялись в очень тесной застройке, как небольшие пятна и потому всех так радовали.

Но если мы посмотрим на большую часть российских кремлей, то увидим, что они, в основном, пусты или полупусты. А происходит эта пустота от уважения к духовной ценности исторического центра города, в котором лучше ничего не делать, чтобы не сделать плохо.

Возвращаясь к Омску. Его крепость – большая, по площади сопоставима с московским Кремле: 28 га к 30 га, но в Кремле посетители видят только часть, поэтому он большим не кажется. В Омске же с утратой большей части стен среда внутри крепости превратилась в «рыхлую», хотя и разнообразную. По ощущениям, в XX веке город «хлынул» на эту территорию, ну и затопил ее в значительной части. Среда центра здесь ощущается далеко не везде; вот к северу от Партизанской улицы и на соседней улице Ленина – пожалуй, да. И если мы посмотрим на карту, то увидим, что зелени в центре довольно много: изрядно заросший сквер на плацу, Воскресенский сквер, сменивший Любинскую рощу, и целая группа зеленых пространств вокруг крепости, на месте отступа защитных полей, необходимый ей в XVIII веке с точки зрения фортификации. Иными словами, зелени в центре немало, а вот кварталов городского типа, с красными линиями, улицами, оживленными постоянно и не только автомобильным движением, уютных в смысле уюта городского пространства – пожалуй, не очень много. Жилая функция, как-никак, делает район круглосуточно живым и даёт энергию окружающему пространству.

В этом смысле предложенный вариант кажется перспективным. Хотя, учитывая напряженность дискуссии, сложно сказать, к чему все придет. Но хочется посмотреть, что получится. Принято считать, что общественные протесты спасают город, но ведь может быть и так, что остановят попросту любое движение в его развитии.
Многофункциональный комплекс в Омске
© Архитектурное бюро ASADOV
  • zooming
    Многофункциональный комплекс в Омске
    © Архитектурное бюро ASADOV
  • zooming
    Встройка в панораму Партизанской улицы. Многофункциональный комплекс в Омске
    © Архитектурное бюро ASADOV
Проект:
Многофункциональный комплекс в Омске
Россия, Омск, ул. Петра Некрасова

Авторский коллектив:
А.Р.Асадов, А.А.Асадов, В.Липадат, В.Шкуро

2021 — 2022

заказчик: АО «Центр строительных проектов»

04 мая 2023

АБ АСАДОВ: другие проекты
White House: дом в трех измерениях
В самом центре Тюмени, на пересечении улиц Первомайской и Володарского, в 2025 году по проекту бюро ASADOV построили жилой комплекс White House. Нефтяная столица России получила свой собственный «Белый дом».
Грани нового города: проекты SEZAR GROUP в Большом Сити
В Большом Сити формируется новая городская панорама, а вместе с ней – новые представления о том, каким может быть жилье в мегаполисе. На территории Большого Сити порядка 30 га – проекты SEZAR GROUP; по мнению аналитиков, на данный момент компания – ключевой девелопер этого масштабного проекта. По изучению портфеля из реализуемых компанией объектов можно проследить процесс рождения нового города на месте крупных промзон. А заодно поставить «точку» градостроительной программы ММДЦ «Москва-Сити», где SEZAR GROUP застраивает два последних участка.
ОНЕ и другие. Итоги архпремии Москвы 2026
Публикуем проекты финалистов и лауреатов архитектурной премии мэра Москвы 2026 года – свои награды они получили из рук главы города в начале июля. Получилась содержательная, объемная подборка, уфф... Есть в ней и башни эмотеха, и клубные дома в русском стиле разной степени эклетичности. Наслаждайтесь: столица должна знать своих героев.
Реинкарнация горы и лотоса
По проекту бюро АСАДОВ в Благовещенске построен новый пассажирский терминал Международного аэропорта имени Николая Муравьева-Амурского (Игнатьево), который свяжет российские горда с Китаем и Вьетнамом. Аэропорт получил сквозной дизайн: фасадное решение, интерьеры и благоустройство площади-парка основаны на треугольном модуле и единой цветовой гамме, которые отсылают к необычным явлениям амурского края – дальневосточному лотосу, «горящим горам» и космодрому «Восточный».
Фокус синергии
В Липецке прошел фестиваль «Архимет», продемонстрировавший новый формат сотрудничества архитекторов, производителей металлических конструкций и региональных властей для создания оригинальных фасадных панелей для программы реконструкции местных школ. Рассказываем о фестивале и показываем работы участников, среди которых ASADOV, IND и другие.
Многоликие транзиты
Воркшоп Открытого города «Городские транзиты» под руководством бюро ASADOV – кажется, поставил целью раскрыть тему с максимального количества сторон. Шутка ли: 5 задач, 5 решений, 10 проектов. Показываем все.
Материализация воздушных потоков
Международный аэропорт имени Николая Камова в Томске открылся в конце августа прошлого года. О проекте мы уже рассказывали – теперь рассматриваем реализованное здание. Функциональность усилена в нем символическим подтекстом: архитекторы бюро ASADOV стремились по максимуму отразить в архитектуре местную идентичность.
Внутренние ценности
Что думают о развитии интерьерного дизайна в России самые успешные и именитые архитекторы и дизайнеры? Чем они гордятся, чем восхищаются, к чему стремятся? Как выстраивают работу и как оценивают путь, проделанный отраслью за прошедшие годы? Представляем ответы 14 архитекторов из 13 бюро, и пусть вас не смущает «несчастливое» число :)
Пентхаусы и закомары
Проект жилого комплекса, подготовленный бюро ASADOV для делового квартала «Красная Роза», реагирует на соседство с памятниками XVII века: палатами Хамовного двора и Никольской церковью, а также на необходимость включить ценные фасады доходного дома в духе а-ля рюс. Архитекторы предложили разновысотные секции, фасады которых включают отсылки к элементам церковной архитектуры. Но мы различили и другие коннотации.
Исток, гнездо и колос
В конце прошлого года бюро ASADOV подвело итоги конкурса на лучший семейный клуб, который проводило при поддержке Союза архитекторов России. Принять участие в нем могли молодые архитекторы и студенты профильных вузов. С запозданием, но знакомим с победителями конкурса.
Вода и ветер точат камень
По проекту бюро Asadov в районе Дубая, где сосредоточена инфраструктура для кино- и телепроизводства, будет построен жилой комплекс Arisha. Чтобы создать затененные пространства и интригующий силуэт, архитекторы выбрали воронкообразную композицию, а также заимствованные у природы пластические приемы – выветривания и осыпания. Пространства кровли, стилобата и подземного этажа расширяют возможности для досуга в контуре рукотворного «оазиса».
Шаг к мечте
Сложности согласований, недостаточный бюджет и проблемы на строительной площадке при реализации проекта школы в Троицке не помешали бюро ASADOV добиться главного – сделать еще один шаг от старых представлений об учебных пространствах к созданию образовательной среды принципиально нового качества.
Архитектура промышленного комплекса: синергия технологий...
Самый западный регион России приобрел уникальное промышленное пространство. В нем расположилось крупнейшее на территории Евразии импортозамещающее производство компонентов для солнечной энергетики – с фотоэлектрической фасадной системой и «солнечной» тематикой в интерьере.
Остов кремля, осколки метеорита
Продолжаем рассказывать о конкурсных проектах жилого района, который GloraX планирует строить на набережной Гребного канала в Нижнем Новгороде. Бюро Asadov работало над концепцией через погружение в идентичность, а сторителлинг помог найти опорную точку для образного решения: генплан и композиция решены так, словно на прото-кремль упал метеорит. Удивлены? Ищите подробности в нашем материале.
Эволюция по плану
Бюро ASADOV презентовало павильон микрокультурного общественного Эвицентра: места для всестороннего развития, мастерклассов и гимнастики. Но еще, он же – прообраз загородного дома, наследник «Лоскутка», масштабируемый в несколько раз и изготавливаемый на заводе из CLT-панелей. Но и это еще не все. Это старт девелоперского проекта от архитектурного бюро (sic!). Архитекторы ищут партнеров для развития как маленьких эви-поселков, так и новых эви-городов, рассчитанных, по словам Андрея Асадова, на «эволюционное» развитие личностей, которые будут их населять.
От дуг до дольменов
Работая над конкурсным проектом для Петропавловска-Камчатского, архитекторы бюро ASADOV поставили во главу угла ценность природного и городского окружения, стремясь не повредить балансу места и в то же время минимизировать сходство объема с «традиционным зданием». Задача оказалась непростой, и авторы сделали 3 варианта, причем один из них – уже после конкурса, в котором основная из предложенных версий заняла 3 место. Но тут дело, как нам кажется, не в итогах конкурса, а в непрерывности творческого мышления.
Решетка Фарадея
Проект омского аэропорта от АБ ASADOV – еще одна концепция из 14 финалистов недавнего конкурса. Он называется Мост и вдохновляется одновременно Западно-Сибирской выставкой 1911 года и мостом Транссиба через Иртыш, построенным в 1896, – с одной стороны, нота стимпанка, с другой – чуть не ностальгия по расцвету 1913 года. Но в концепции есть два варианта, второй – без ностальгии, но с параболой.
Зеркало души
Продолжаем публиковать проекты конкурса на проект павильона России на EXPO в Осаке 2025. Напомним, его итоги не были подведены. В павильоне АБ ASADOV соединились избушка в лесу, образ гиперперехода и скульптуры из световых нитей – он сосредоточен на сценографии экспозиции, которую выстаивает последовательно как вереницу впечатлений и посвящает парадоксам русской души.
Острог у реки
Бюро ASADOV разработало концепцию микрорайона для центра Кемерово. Суровому климату и монотонным будням архитекторы противопоставили квартальный тип застройки с башнями-доминантами, хорошую инсолированность, детализированные на уровне глаз человека фасады и событийное программирование.
В духе РОСТа
Новый тракторный завод Ростсельмаш, концепцию которого подготовило бюро ASADOV, прямо сейчас достраивается в Ростове-на-Дону. Отсылки к советской архитектуре 1920-х и 1960-х годов откликаются на миссию и стратегическое значение предприятия, а также соответствуют пожеланию заказчика: отдать дань уважения ростовскому конструктивизму.
Медный шаг
Квартал номер 5, над которым в ЖК «Остров» работали архитекторы АБ ASADOV, одновременно масштабен, хорошо заметен благодаря своему центральному расположению – и контекстуален. Он «не перекрикивает» решения соседей, а скорее дает очень взвешенное воплощение дизайн-кода: совмещает кирпич и металл светлого и темного оттенков и большие медные поверхности, ортогональную геометрию снаружи и гибкие линии во дворе.
Уступы и завихрения
Жилой комплекс «Новая заря» по проекту бюро Asadov станет одним из примеров комплексного развития территории во Владивостоке. Микрорайон будут отличать разнообразные типологии жилых секций и полифункциональность – помимо социальной инфраструктуры здесь появятся пешеходные бульвары, торгово-офисные центры и рекреационные пространства. Все это вписано в рельеф с перепадом высоты в 40 метров и ориентировано на Амурский залив.
Опровержение и сравнение: конкурс красноярского театра
Начали писать опровержение – ошиблись, при рассказе о проекте Wowhaus, который занял 1 место, с оценкой объема сохраняемых конструкций, из-за недостатка презентационных материалов – а к опровержению добавилось сравнение с другими призерами, и другие проекты большинства финалистов. Так что получился обзор всего конкурса. Тут, помимо разбора сохраняемых разными авторами частей, можно рассмотреть проекты бюро ASADOV, ПИ «Арена» и «Четвертого измерения». Два последних старое здание не сохраняют.
Белая подкова
Детский сад, спроектированный в екатеринбургском микрорайоне «Солнечный» архитекторами ASADOV, получил необычную форму, отсылающую к наследию свердловского конструктивизма. Его функциональное наполнение обеспечивает детям время, насыщенное разнообразной деятельностью, а планировка – включенность территории в жизнь района в вечерние часы и выходные дни.
Юлий Борисов: «ЖК «Остров» – уникальный проект, мы...
Один из самых больших проектов жилой застройки Москвы – «Остров» компании Донстрой – сейчас активно строится в Мневниковской пойме. Планируется построить порядка 1.5 млн м2 на почти 40 га. Начинаем изучать проект – прежде всего, говорим с Юлием Борисовым, руководителем архитектурной компании UNK, которая работает с большей частью жилых кварталов, ландшафтом и даже предложила общий дизайн-код для освещения всей территории.
Космический пух
Проектируя пассажирский терминал аэропорта в Оренбурге, АБ ASADOV продолжает работать с темой космоса, начатой в уже построенных аэропортах Саратова и Кемерова. При этом архитекторы вновь соединяют глобальное с локальным, отражая темы, навеянные местным смысловым контекстом. В данном случае здание «накрыто» оренбургским платком – аналогия узнаваемая, но не буквальная; кто-то узнает отсылку, кто-то нет.
Выбрать курс
В Ульяновске завершился конкурс на развитие бывшей территории Суворовского военного училища. В финал вышли три консорциума, сформированные из местных организаций и столичных бюро: Asadov, ТПО ПРАЙД и TOBE architects. Показываем все три предложения.
Бежит ручей
Бюро Asadov представило мастер-план застройки микрорайона на окраине Калининграда: регулярную сетку жилых кварталов с акцентной архитектурой дополняют крупные общественные объекты, а главной «артерией» района становится фортификационный канал, которому возвращается былое значение.
От винта
Новый терминал аэропорта Томска проектирует бюро ASADOV. Архитекторы продолжают работать с идентичностью и в поисках образов отталкиваются от изобретений Николая Камова, именем которого назван аэропорт. Получилось лаконично, легко и, как и всегда, летяще.
Похожие статьи
Новая морфология среднерусского города
Полностью готова первая часть строящегося в Нижнем Новгороде IT-кампуса «Неймарк» – 18 домов студенческого городка над склоном Оки. У них оптимальная 6-этажная высота и, по словам Никиты Явейна, в основу планировки положен характер застройки Нижнего, который даже при наличии «красной линии» стремится обособить дома, а не состыковать их в один массив. Интересный, глубокий подход – разбираем, какие еще были мотивы и какие возникли, в том числе градостроительные, особенности.
Для самураев и викингов
В гавани Копенгагена построен Центр водной культуры KAI по проекту Кэнго Кумы. В пяти кирпичных башнях архитектору удалось соединить японские и скандинавские традиции.
Интроверт на перекрестке
Штаб-квартира Пражской противопожарной и спасательной службы по проекту бюро Architektura занимает заметный участок, но, несмотря на «пожарный» цвет, проявляет сдержанность и спокойствие.
Функционирующие суды
Венское бюро Berger+Parkkinen представило проекты крупных судебных зданий для Катара: в Дохе и Лусаиле. Их открытие запланировано уже на 2029.
Сцена для города
По проекту ARCHINFORM в Новом Уренгое построена Детская школа искусств – новый общественно-культурный центр, формирующий важную точку притяжения в самом сердце города. Композиционным ядром здания стал театрально-концертный зал, который архитекторы превратили в самостоятельный объем, заключенный в выразительную оболочку из вертикальных ламелей.
Сила в движении
Впечатляющий комплекс из двух башен вскоре появится у метро «Петровско-Разумовская». Один из самых сложных транспортных узлов столицы получит выразительный архитектурный облик. То, что обычно обозначается скучной аббревиатурой ТПУ, может превратиться в парадные северные ворота Москвы.
Случайные встречи
Культурный и спортивный центр района Юэхай, шэньчжэньской «Кремниевой долины», спроектирован бюро Urbanus как место, где жители мегаполиса могут ощутить свою принадлежность к местному сообществу.
О пользе разнообразия
В Амстердаме завершено строительство жилого района Westerpark West. Согласно разработанному MVRDV мастерплану он объединяет 15 корпусов, каждый со своим собственным решением.
Местный колорит
Stefano Boeri Architetti выиграли конкурс на проект жилого комплекса в Тбилиси, на месте электровозостроительного завода ТЭМКа (ТЭВЗ). Цвета будущих фасадов основаны на типичных для колорита города оттенках.
White House: дом в трех измерениях
В самом центре Тюмени, на пересечении улиц Первомайской и Володарского, в 2025 году по проекту бюро ASADOV построили жилой комплекс White House. Нефтяная столица России получила свой собственный «Белый дом».
Вторично использованные этажи
Herzog & de Meuron разместили студенческий центр и столовую из инженерного дерева на бетонном основании старого учебного корпуса в престижном Амхерст-колледже в штате Массачусетс.
Морская линия
Бюро СИВИЛ спроектировало малоэтажный комплекс апартаментов для участка, расположенного в селе Мысхако, на склоне у Черного моря. Корпуса следуют за рельефом, образуя камерные дворики, а в рельеф встроены бассейн и подземный паркинг. Работая над выразительной лаконичностью фасадов, архитекторы стремились подчеркнуть красоту окружающего пейзажа.
Общность надежд
Mecanoo использовали архитектуру общежития для торонтского Тринити-колледжа для формирования устойчивого студенческого сообщества, объединив традиции и экологичный, ответственный подход к жизни.
Пористая программа
Здание Центра досуга трудящихся в Хайкоу использует муссонные ветра для вентиляции, а дождевую воду – для полива висячих садов. Авторы проекта – Проектно-исследовательский институт зеленой архитектуры в составе китайской компании CADG.
Два города, два сада
Усадебные сады Екатеринбурга и многонациональные слободы Астрахани стали отправной точкой для двух проектов благоустройства Бюро А4. В одном случае исторический контекст подсказал характер прогулочных маршрутов и озеленения, в другом – саму структуру двора.
Застывшее движение
Клубный дом «Пушкарев, 12» по проекту GAFA Architects имеет все шансы стать новой городской достопримечательностью благодаря необычному фасаду. Волнообразная оболочка из глазурованной керамики делает здание похожим то ли на шкатулку, то ли на застывший театральный занавес, то ли на арт-объект.
CITYZEN в Покровском-Стрешневе
Офисный комплекс CITYZEN от MR – новая работа архитектурного бюро UNK – часть масштабного редевелопмента территории у метро «Тушинская». К созданию архитектурной айдентики проектировщики подошли нестандартно, найдя сквозной пластический мотив буквально под землей, на которой расположено здание
Киберсвобода на Киберэтаже
Проект Киберэтажа в квартале Lucky от бюро VOX Architects – эксперимент по созданию рабочей среды, чей комфорт, эстетика и функциональная гибкость выводят понятие «офис» на принципиально иной уровень.
Живительный вдох
Бюро Snøhetta трансформировало старое здание компании Laerdal Medical в норвежском Ставангере в экологичный и удобный живой офис, сохранив или повторно использовав все что можно.
Выход через ЖК
Жилой комплекс KJ Den Haag по проекту Powerhouse Company формирует парадный выход в город из Центрального вокзала Гааги.
Искусство первого впечатления
Для клубного дома «Капельский, 5» бюро Syntaxis разработало интерьеры, в которых граница между архитектурой и искусством становится весьма условной. Каменная мозаика, деревянные панели и выразительная пластика потолка формируют художественную среду, рассчитанную не только на созерцание, но и на повседневную жизнь.
Городские оазисы
Четыре павильона по проекту Snøhetta для гонконгского ЖК Pavilia Farm отвечают разным нуждам жителей комплекса.
Звезда с звездою говорит...
Вашему вниманию – опыт краткой истории проектирования на территории «Красного Октября» в 2024–2025 годов – с участием очень известных московских бюро: Меганом, Saga, ЦЛП и мастерской Сергея Скуратова. Проект изменился уже в начале 2026 года, хотя коллегиально выработанный мастер-план был взят как основа. Так что в данном случае – речь о недавней, но истории. С проектами и комментариями авторов, в основном посвященных коллективной работе. Ценнейший материал, на наш взгляд.
Линия и крест
Возведенные из бетона и дерева корпуса в деловом и образовательном iXcampus в Сен-Жермен-ан-Ле под Парижем вписаны по замыслу Baumschlager Eberle Architekten в ландшафт исторического парка.
Долгожданный поворот сюжета
В Лос-Анджелесе открылся Музей нарративного искусства Джорджа Лукаса от пекинского бюро MAD. История этого проекта настолько многострадальна и сложна, что сама могла бы стать основой для киносценария.
От римских бань к лофтам
В нидерландском городе Неймегене согласно плану бюро KCAP строится новый район Ваалквартир, ландшафтное решение которого связано с историей места – начиная с древних римлян.
Зеркало для гор
На горнолыжном курорте Лех в Австрийских Альпах открылась водно-зеркальная инсталляция по проекту Snøhetta: она заняла крышу станции канатной дороги.
Технологии и материалы
Архитектура в движении: как театр приходит в современные...
Движение в архитектуре может быть не только визуальным эффектом, но и физическим свойством пространства. Кинетические потолки, подвижные конструкции и объемные арт-объекты позволяют менять конфигурацию и сценарии интерьера, объединять движение со светом и звуком. На примере разработок Paper Design® смотрим, как работают такие системы, какие задачи они решают и почему при их проектировании архитекторы обращаются к театральной драматургии.
Остекление аэропортов: современные возможности
Сегодня остекление аэропорта помогает формировать комфортную среду для пассажиров: обеспечивает естественное освещение и визуальную прозрачность, которая помогает пассажирам ориентироваться в здании. При этом современные технологии позволяют интегрировать в стеклопакеты функциональные элементы, которые делают остекление частью инженерной системы фасада. Рассказываем на примере проектов Российской Стекольной Компании.
Ламели в движении: система RV на фасадах паркинга в...
Один из популярных способов получить фасад с выраженной пластикой и 3D-эффектом – использование ламелей. Вместо дорогостоящих кастомных решений достаточно серийной системы в сочетании с поворотными креплениями. Смотрим, как это работает на примере системы RV от АФК Лидер.
В Дании на 3D-принтере напечатали студенческое общежитие
Жилой комплекс Skovsporet состоит из шести малоэтажных корпусов, несущие бетонные конструкции которых изготовлены методом 3D-печати. При строительстве использовали бетонную смесь с цементом пониженной углеродоемкости.
Прозрачность под контролем: остекление курортной...
Как сохранить естественное освещение и панорамные виды, не превращая стеклянный фасад в источник избыточного тепла? На примере двух объектов Черноморского побережья – санатория «Кристалл» в Сочи и винного города «Белый мыс» в Геленджике – рассматриваем возможности мультифункционального и просветлённого стекла AIG, позволяющие совместить солнцезащиту, теплоизоляцию и архитектурную выразительность.
Из шерстяных отходов – в фасадную облицовку
Исследователи Гарвардского университета разработали биокомпозит из переработанной овечьей шерсти, который может использоваться одновременно для теплоизоляции и наружной облицовки зданий. Прототип фасадной системы представили на Архитектурной триеннале в Осло.
«Второй слой»: полимеры в реконструкции
При реконструкции новые материалы могут быть заметной частью архитектуры – полупрозрачной кровлей, фасадом или самостоятельной оболочкой. А могут оставаться скрытыми внутри стен, перекрытий и кровель, улучшая теплоизоляцию и защищая существующие конструкции. Рассматриваем, как полимеры помогают приспосабливать здания к новым функциям и требованиям, сохраняя при этом их архитектурную ценность.
HENN разработало калькулятор углеродного бюджета зданий
Бесплатный онлайн-инструмент немецкого бюро позволяет определить допустимый объем выбросов парниковых газов для здания и сопоставить с ним показатели проекта. Расчет основан на климатической цели Парижского соглашения – ограничении глобального потепления до 1,5 °C относительно доиндустриального уровня.
Тот самый металл
Как Cladding Solutions работает с цветом – от архитектурного замысла и первого образца до рецептуры покрытия и тысяч квадратных метров готового фасада.
Напечатанная штаб-квартира
Немецкая строительная компания Matthäi Schlüsselfertigbau построила собственную штаб-квартиру с применением 3D-печати, а затем открыла подразделение, специализирующееся на этой технологии.
Офис Российско-Германской ВТП в Петербурге: проект...
Новый офис Российско-Германской внешнеторговой палаты в Адмиралтейском районе объединяет рабочие пространства, коворкинг и площадку для деловых мероприятий. Бюро UNK design построило интерьер на принципе лессировки, используя цвет, фактуры и свет для создания многослойной пространственной композиции. Реализовать проект помогли строительные системы КНАУФ – материалы для устройства перегородок, облицовок и подвесных потолков, а также для подготовки поверхностей под отделку.
Три способа встроить мансардное окно в архитектуру...
Мансардное окно обычно воспринимается как элемент, который приходится вписывать в уже заданную конструкцию крыши. Но возможен и обратный подход: размер, конфигурация, цвет или геометрия остекления становятся частью архитектурного замысла и влияют на то, как выглядит весь верхний этаж.
Чёрный пенопласт из отходов
Carbon Cell разработала пеноматериал на основе обугленных сельскохозяйственных отходов. Он не содержит пластика, пригоден для домашнего компостирования и обладает отрицательным углеродным следом: по оценке компании, каждый килограмм материала обеспечивает связывание углерода, эквивалентное почти килограмму CO₂.
Бионика в игровых пространствах
Органическая пластика и сложная геометрия проникают в дизайн игровых пространств все чаще. «Новые Горизонты» предлагают развивать это направление, называя его «бионическими игровыми комплексами», – как концепцию, соединяющую выразительную форму площадки с архитектурой и благоустройством.
Сталь. Спорт. Стиль
Спортивные объекты предъявляют к отделочным материалам разные требования: устойчивость к ударам и интенсивной эксплуатации, безопасность, влагостойкость, гигиеничность. Один из материалов, способных работать в таких условиях, – нержавеющая сталь. Разбираемся, какую марку стали и тип обработки выбирать для тренажерных залов, бассейнов, общественных зон и фасадов – и как эти решения работают на реализованных объектах.
От фасада до земли
Облицовочный кирпич и тротуарная плитка в проектах – нередко выступают как части единой материальной палитры. Они связывают фасад и благоустройство через близкие оттенки или, наоборот, контраст, градиент и общий ритм. Смотрим подборку примеров жилых комплексов из портфолио бюро СПК, где применяется продукция BRAER.
Фальц: от штучного решения к рабочей технологии
Фальцевая кровля часто оказывается в проектах благодаря широким возможностям в работе со сложной геометрией. Но результат зависит не столько от самого металла, сколько от того, как увязаны основание, узлы, производство и монтаж. На примере инфраструктурных объектов разберем фальц как воспроизводимую строительную технологию.
В Токио робота-андроида привлекли для работы на стройплощадке
Компания Shimizu Corporation начала испытания гуманоидных роботов и роботизированных манипуляторов с искусственным интеллектом на строительных площадках. Экспериментальным полигоном стал небоскреб Torch Tower, спроектированный Со Фудзимото.
Материал для эксперимента: полимеры в общественном...
Этим текстом мы открываем новый цикл статей о полимерах в современной архитектуре. Его тема – не столько сферы применения того или иного материала, сколько изменение его архитектурного статуса. В четырех статьях мы попробуем рассмотреть этот вопрос на разных масштабах – от общественного пространства и реконструкции до частного дома и выставочной архитектуры.
Сейчас на главной
Пресса: В поисках автора
Анатолий Белов - об эпохе неоманьеризма, концепции «смерть автора», вау-архитектуре и суррогатном авторстве.
Началось, такое вот... бурление на тему
Юлия Ардабьевская сделала интервью с Петром Моничем – коллективной личностью ведущих ТГ-канала «Недвижимость инсайды». Юлия называет канал НИ «самым влиятельным медиа про архитектуру». Монич, в отличие от Юлии, все же признает существование Проекта Россия и Архи.ру как профессиональных СМИ. На том спасибо за тенденцию к объективности! Интервью надо смотреть, читать и исследовать. Мы же пока ограничимся анонсом и парой рассуждений.
Дом не для бегемота
Бюро Ofis построило в родной Любляне жилой комплекс из 8 средневысотных корпусов: он способен противостоять паводкам, а также меняться и развиваться.
Архитектура за пределами чертежа
Объявлены победители международной премии The Architecture Drawing Prize 2026. Среди 11 отмеченных работ – архитектурные фантазии, исследования исторической памяти, размышления о будущем городов и эксперименты с традиционными способами изображения архитектуры.
Читай, играй, общайся
Библиотека «Притяжение», созданная бюро DE-SENSE, кажется, вобрала в себя все основные приемы, характерные для формата «Третье место», но с адаптацией на детскую и подростковую аудиторию. В результате получилось пространство, наполненное радостью и интересом к знаниям, куда хочется возвращаться.
Ключ к историческому поселению
В Казани в рамках Строительной недели БРИКС состоялся IV форум «РЕБУС», темой которого стало «Градостроительство в исторических поселениях». Предлагаем репортаж с мероприятия, некоторые тезисы дискуссий, а также итоги смотр-конкурса, отмечающего лучшие практики в сфере градостроительства на исторических территориях.
По стопам Кулибина
Бюро ГОРА спроектировало три станции канатной дороги для Нижнего Новгорода. Маршрут свяжет берега Оки и район станции метро «Заречная», предлагая не только удобную переправу, способную транспортировать около 30 000 человек в день, но и новый взгляд на город – как с точки зрения панорам, так и его наследия. Архитектурное решение, вдохновленное инженерными достижениями нижегородца Ивана Кулибина, оставляет открытыми механизмы и коммуникации, а также закладывает выставочную функцию.
Кирпичная ткань
Музей драгоценной ткани – парчи Шу – в Чэнду по проекту пекинского бюро Archstudio – реконструкция скромного цеха по сбору сельскохозяйственной техники.
Семиглавый
Сегодня ДГП объявил о проведении семи архитектурных конкурсов. Но подать заявку пока нельзя. Можно будет с 23 ноября. Мы же пока философствуем о функциональной типологии московской конкурсной практики, ее трансформациях и перспективах.
Кто ищет, тот всегда найдет
Бюро OFFCON разработало дизайн нового этажа для офиса «Авито», руководствуясь представлением о компании как о виртуальном пространстве для поиска своего рода «сокровищ» – выгодных покупок. В результате получился интерьер, наполненный дизайнерскими «сокровищами» – уникальной атмосферой и удобными рабочими местами.
NDA, равенство, братство
Закончила работу десятая биеннале «Архитектура Петербурга». Теперь помимо живой дискуссии и культурной программы у нее есть куратор, объединяющая тема и авторские «гостиные», которые значительно облегчили зрителю жизнь. Помогло ли все это выйти мероприятию на новый уровень – рассуждаем в нашем материале.
Новая морфология среднерусского города
Полностью готова первая часть строящегося в Нижнем Новгороде IT-кампуса «Неймарк» – 18 домов студенческого городка над склоном Оки. У них оптимальная 6-этажная высота и, по словам Никиты Явейна, в основу планировки положен характер застройки Нижнего, который даже при наличии «красной линии» стремится обособить дома, а не состыковать их в один массив. Интересный, глубокий подход – разбираем, какие еще были мотивы и какие возникли, в том числе градостроительные, особенности.
Движение с ускорением
Здание Интеллектуальной лаборатории цифровых сетей построено в особой экономической зоне Петербурга «Новоорловская» по проекту AMD architects. Чтобы сделать здание в промышленной зоне заметным, авторы сыграли на контрасте квадратного в плане основания и диска второго этажа, усилив эффект растяжением формы и сгущением ламелей. Образное решение учитывает восприятие центра с автомобильной трассы и высоты птичьего полета.
Брутальный романтизм
Дизайн-студия GORKOVENKO спроектировала интерьер ресторана «Телец-тунец», объединив в одном дизайне брутальность мясных и романтизм рыбных ресторанов.
Интроверт на перекрестке
Штаб-квартира Пражской противопожарной и спасательной службы по проекту бюро Architektura занимает заметный участок, но, несмотря на «пожарный» цвет, проявляет сдержанность и спокойствие.
Для самураев и викингов
В гавани Копенгагена построен Центр водной культуры KAI по проекту Кэнго Кумы. В пяти кирпичных башнях архитектору удалось соединить японские и скандинавские традиции.
Аэропорт с видом на сад
В конкурсном проекте нового аэропорта Пензы бюро ХВОЯ предлагает пересмотреть привычную планировочную схему аэровокзала, организовав пассажирские пространства вокруг зеленого внутреннего двора.
Функционирующие суды
Венское бюро Berger+Parkkinen представило проекты крупных судебных зданий для Катара: в Дохе и Лусаиле. Их открытие запланировано уже на 2029.
Легкий росчерк на стене
Бюро Nesnov.studio создало интерьер кафе Mátes Пицца в московском ЖК Foriver, кажется, с одной целью – сохранить его воздушность и просторность, деликатно вводя в него элементы дизайна, материалы, цвета и графику, словно взвешивая их на воображаемых весах гармонии.
От завода к городу
В Выксе началось преобразование музея истории металлургического завода в музей города. Первый этап проекта – обновление экспозиции первого этажа по проекту [MISH] studio. Архитекторы сохранили историческую структуру здания и обратились к материалам, связанным с природным и промышленным наследием Выксы: металлу, дереву, цвету металлургического шлака.
Сцена для города
По проекту ARCHINFORM в Новом Уренгое построена Детская школа искусств – новый общественно-культурный центр, формирующий важную точку притяжения в самом сердце города. Композиционным ядром здания стал театрально-концертный зал, который архитекторы превратили в самостоятельный объем, заключенный в выразительную оболочку из вертикальных ламелей.
Случайные встречи
Культурный и спортивный центр района Юэхай, шэньчжэньской «Кремниевой долины», спроектирован бюро Urbanus как место, где жители мегаполиса могут ощутить свою принадлежность к местному сообществу.
Сила в движении
Впечатляющий комплекс из двух башен вскоре появится у метро «Петровско-Разумовская». Один из самых сложных транспортных узлов столицы получит выразительный архитектурный облик. То, что обычно обозначается скучной аббревиатурой ТПУ, может превратиться в парадные северные ворота Москвы.
Пресса: Веретьево, Степановское-Волосово и Никола-Ленивец:...
Александр Бродский, Михаил Белов и Николай Полисский годами строят собственные арт-парки в Подмосковье, Тверской и Калужской областях. Рассказываем, что прославляет каждый из них, чем их проекты отличаются от коммерческих арт-площадок
Ирина Барто: «Нам нужна была тема, в которой помещаются...
Сооснователь бюро Umbra Ирина Барто – первая женщина-архитектор, которая заняла пост председателя «Объединения архитектурных мастерских» за все 26 лет существования ассоциации. В этом году она также курирует X биеннале «Архитектура Петербурга». PR и комьюнити-директор Ассоциации «ОАМ» и организатор биеннале Анна Ставрова поговорила с Ириной Барто об особенностях юбилейной выставки: посетителей ждут «гостиные» 23 бюро, обширная культурная программа за пределами Этнографического музея, а также деловая дискуссия, сфокусированная на диалоге, открытости профессии городу и преемственности.
Игра в Урарту
Проект Софьи Балыкиной и бюро «Хора» стал финалистом конкурса на разработку архитектурной концепции новой арены для футбольного клуба «Урарту». Объект расположится на месте стадиона «Наири» близ Ереванского озера. Авторы предложили комплекс, напоминающий современную агору: с амфитеатром и закрытыми трибунами, глубинной пространственной связью с тканью города и окружающим ландшафтом, а также включением в новую композицию исторических конструкций. Победу одержала заявка местного бюро Gravity.
Новая аутентичность
Современный интерьер в национальном стиле сделать непросто. Мало таланта, насмотренности и бюджета. Нужно нечто больше: нужна искренняя любовь к месту и его истории, причем, как у заказчика, так и у дизайнера. Подтверждением тому служит интерьер бутик-отеля «Дымов Дача» в Суздале, созданный командой под руководством Ангелины Бородкиной.
Местный колорит
Stefano Boeri Architetti выиграли конкурс на проект жилого комплекса в Тбилиси, на месте электровозостроительного завода ТЭМКа (ТЭВЗ). Цвета будущих фасадов основаны на типичных для колорита города оттенках.
Память в деталях
В проекте гостиницы на Почаинском овраге в Нижнем Новгороде бюро ГОРА Станислава Горшунова обращается к почти забытым в современной архитектуре маскаронам. И эта яркая деталь – одна из тех, через которые архитекторы раскрывают историю места, соединяя мотивы соседних памятников, особенности рельефа и современную пластику.