МАРХИ сложно описать одним словом, все-таки мы очень масштабная и сложная структура. Но если прийти к самой сути, можно сказать, что внутри огромной системы существуют отдельные студии, которые наделяют своих студентов собственными чертами. Как, например, наша «Архитектура жилых зданий». То есть система – это база, которая с одной стороны делает корабль тяжелым и неповоротливым, а с другой – дает возможность спустить на воду лодки. Я слышу много нареканий по поводу большого количества часов, которые в МАРХИ уделяются классическому рисунку, но я считаю, что рисующий архитектор – это хороший архитектор, профессионал должен уметь переносить мысль из головы в руку. У нас есть кафедра истории архитектуры, без которой также нельзя представить качественного специалиста, и так далее. Эта база во многом тормозит развитие в моменте времени, но именно она дает возможность выпускать специалистов, владеющих фундаментальными знаниями, которые потом позволяют им работать в любой отрасли, от кино до градостроительства. И я думаю, что рост качества архитектурного образования в таких вузах как МГСУ или ГУЗ также связано с наработкой этой базы. Они прошли проверку временем, обрели свою индивидуальность, отработали многие процессы и получили в итоге интересный результат. Молодым же вузам в этом отношении может быть сложнее.
То есть существует некая профессионально-общеобразовательная платформа, и есть отдельные студии, в рамках которых преподаватель может давать студентам знания, которые он считает необходимыми?
Да. Есть запрос от самой жизни, от рынка, и преподаватель должен на этот запрос отвечать. Например, я преподаю студентам с третьего курса, и мы многое поменяли в подходе к работе группы. В том числе, мы очень плотно взаимодействуем с девелоперами, то есть прямыми работодателями и заказчиками. Первый этап нашей работы над проектом всегда включает исследование. Раньше этого не было, но мы ввели эту практику примерно 5 лет назад, и она показала очень хорошие результаты. Ведь что такое исследование – это понимание задачи: почему мы строим, для кого, как? Эти вопросы позволяют студентам научиться понимать потребности итогового пользователя, а не рисовать картинку из головы. Второе принципиальное отличие нашей работы – это практика с реальными площадками. Мы много лет сотрудничаем с «Концерном «КРОСТ», с небольшими социальными девелоперскими компаниями, которые реализуют проекты жилья для молодежи, жилья для пожилых и другие. Плюс мы изменили визуальную подачу. Раньше были только подрамники, теперь мы делаем еще и буклеты. Это развивает навыки оформления и презентации, которые студентам понадобятся в работе.
Не мешает ли структура государственного образования внедрять новые методы?
Я не вижу, как она может помешать. Да, у нас есть методика, которая повторяется из года в год. Условно говоря, когда все группы проектируют гараж, мы не можем проектировать дворец. Но внутри заданной тематики мы сами можем выбирать участок, тему, способы подачи и презентации. «КРОСТ», например, всегда вывозит ребят на площадки, так что у них нарабатывается опыт понимания контекста, общения со строителями.
Какого архитектора мы получаем по итогам этого обучения?
Мир сегодня таков, что архитекторы нужны разные – и менеджеры, и объемщики, и дизайнеры. И еще на стадии обучения мы в принципе видим, кто к чему склоняется. Но даже если ты управленец, ты не можешь не быть практиком, не можешь не быть в теме современного проектирования. Поэтому я все же считаю, что самое главное – это база, которая позволяет выпустить архитектора, способного спроектировать все, от здания до мебели.
Да, я соглашусь с тем, что высшее образование должно быть более гибким и реагировать на нужды времени, но это иллюзия что архитектурный вуз может выпустить готового управленца. Прикладные знания по экономике, правовым отношениям и т.д. – это очень обширное поле, в нем постоянно происходят изменения, мы просто не в состоянии дать это в рамках подготовки архитектора и не пожертвовать базовыми знаниями. Кроме того, в вузе есть фундаментальные предметы, как, например, экономика. Но она, конечно, не соответствует реалиям сегодняшнего дня. Эту тему не могут преподавать теоретики, ее должны преподавать практики. А практики заняты своим собственным делом. И хотя у нас много практикующих архитекторов, их, конечно, недостаточно.
Но тем не менее вы выпускаете дипломированного специалиста, к которому у работодателей множество нареканий. Можете прокомментировать?
Да, и со многими я соглашусь. Я часто слышу, что выпускники совершенно неустойчивы к критике, неготовы к поиску компромисса, который неизбежно нужен в профессиональной среде, не считают нужным обосновывать свои решения. Я думаю, что отчасти виноват артистизм натуры (все-таки у нас творческая профессия), но в большей степени – просто отсутствие практики. Это правда, что все экзамены проходят при закрытых дверях – поставили планшеты, вышли, комиссия между собой все решила. Как молодым людям наработать психологический и практический опыт аргументации? На нашей кафедре, кстати, мы ушли от заочного выставления оценки. Наши студенты защищают свою работу.
В целом же, я вижу только один путь навести мосты между вузом и рынком – приглашать, как я уже говорила, как можно больше практиков для преподавания. На примере своих студентов мы видим, как быстро ребята набирают нужный инструментарий, если перед ними стоит понятная и интересная задача, и с ними работает человек, который помогает им ее решить. И хочу отметить, что студенты очень мотивированные, они готовы много работать, если понимают зачем. Каждому просто нужен опыт. Знаете, когда я выпустилась, мое первое задание было спроектировать лестницу в жилом доме. Я работала над этим две недели, и тогда мне казалось, что это ужасно сложно. Опыт и ловкость можно только наработать на практике в реальном времени и с реальными задачами. И чем раньше они смогут начать, тем лучше. Хороший современный архитектор должен много ездить и смотреть. У нас появилась практика поездок по архитектурным столицам Европы. Живое общение с мировой современной архитектурой даёт студентам совершенно иной уровень профессионального кругозора. Также мы практикуем экскурсии в известные бюро и посещение архвузов.
Вы сказали «интересная задача», а как разделить развлечение и обучение? Нет ощущения, что интерес стоит у студентов на первом месте, и они не готовы к рутинной работе?
Есть, и я думаю, что отчасти это время, в котором мы живем. Это поколение, которое листает ленту Pinterest и просматривает десятки проектов в минуту в погоне за интересной картинкой. И, конечно, каждый из ребят хочет работать только над гениальным проектом, что, по моему мнению, неплохо, хотя девелоперы со мной и не согласятся. Во-первых, когда еще фантазировать, как не в университете? Нестандартное мышление помогает решать нестандартные задачи. А во-вторых, извините, но если я буду учить ребят делать только то, что нужно рынку сегодня, у меня получатся чудовищно ограниченные специалисты. Например, когда я была студентом, все рисовали большие квартиры. Бюджетное жилье тогда вообще никого не интересовало. Я понимаю, бизнес ориентирован на доход, на получение востребованного в настоящее время продукта. Но мы должны думать не только про сегодня. Мы должны понимать, что в перспективе все поменяется, и наш выпускник должен иметь ту самую базу, которая поможет ему отвечать на нужды времени, когда бы это время ни наступило.
Чего не хватает архитектурным вузам для развития?
Я считаю, нам катастрофически не хватает коллаборации друг с другом. Традиционно каждый вуз варится в собственном соку, и это странно, ведь мы делаем одно дело. Мы, например, тесно работаем с ЯГТУ – Ярославским техническим университетом, и хочу сказать, там удивительные преподаватели и прекрасные студенты. Они приглашают нас к работе над проектами малых городов, мы делимся нашими проектами, обмениваемся опытом. Это очень полезно. И я думаю, что смешение – это естественный и правильный путь. Хорошо, если студент получил бакалавра в МАРХИ, пошел в магистратуру в Вышку или МАРШ. Или отучился в МГСУ и потом пришел в МАРШ или к нам. Если он еще где-то попрактиковался у девелопера – прекрасно. Я считаю, что это хорошо и правильно, когда у каждого вуза своя специализация, и мы можем обмениваться практиками, а студенты в итоге получают широкий спектр навыков.
***
Материал предоставлен пресс-службой конференции «Открытый город».
Конференция «Открытый город» пройдет в Москве 27-28 сентября. В программе мероприятия: воркшопы от ведущих архитектурных бюро, сессии по актуальнейшим вопросам российского архитектурного образования, тематическая выставка, Portfolio Review – презентация студенческих портфолио перед ведущими архитекторами и девелоперами Москвы – и многое другое.
Мария Троян, преподаватель кафедры «Архитектура жилых зданий» МАРХИ. Фотография из личного архива
