Колосс-интроверт

МФК «Лотос» хорошо известен среди московских построек недавних лет. Рассматриваем, что получилось, анализируем образ и впечатления.

author pht

Автор текста:
Юлия Тарабарина

mainImg

Мастерская:

SPEECH

Проект:

Многофункциональный комплекс «Лотос»
Россия, Москва, Ул. Одесская, вл. 2

Авторский коллектив:
Авторы проекта: Сергей Чобан, Сергей Кузнецов, Алексей Ильин
Главный архитектор проекта: Алексей Ильин
Главный инженер проекта: Л. Макухина
Архитекторы проекта: А. Борисов, Л. Тришкина, Г. Чембаева
 

2011 – 2014

Конструктивные решения: ООО «МБ-Проект Бюро»
Дизайн входных зон: T+T Architects
Мы уже рассказывали, и довольно подробно, о проекте многофункционального, преимущественно офисного, комплекса в Зюзино на Одесской улице, рядом с метро «Нахимовский проспект» и речкой Котловкой (авторы проекта – Сергей Чобан, Сергей Кузнецов, Алексей Ильин, SPEECH). К концу 2014 года он воплотился практически так, как и был задуман, получил название «Лотос», и успел поучаствовать в смотрах многих известных российских архитектурных премий. Иными словами, здание – как известное, так и заметное, и в числе прочего ещё и потому, что это один из проектов, придуманных прямо перед финансовым кризисом 2008 года, но успешно воплощённых после него. Впрочем заметно оно не только теоретически: комплекс виден со многих сторон, довольно издалека, и уж конечно он поражает воображение людей, проезжающих по Нахимовскому проспекту, когда среди запылённых просторов, панельных домов и пятиэтажек, какого-то вечного дорожного ремонта и обильно растущих, но несколько чахлых деревьев – вдруг возникает крупный, но цельный, блестящий объем, скомпонованный плотно-компактно, и в то же время как будто немного вращающийся, этакое стеклянное торнадо.
Многофункциональный комплекс «Лотос». Постройка, 2011-2014. Фотография © Алексей Народицкий
Многофункциональный комплекс «Лотос». Постройка, 2011-2014. Фотография © Алексей Народицкий

Моим первым впечатлением была совершенная иномирность этого здания. В рыхлом и монотонном «спальном» окружении, где пятиэтажки и панельные микрорайоны перемежаются с промышленного вида полузаброшенными пустырями – его гладкое, блестящее, темно-синее тело 85-метровой высоты кажется либо выросшим, а точнее даже высверлившимся из земли, если не упавшим с неба. Это совершеннейший alien, и он сам это чувствует – замыкается в своём круге, впрочем не робко, а вполне себе уверенно. У греков была сказка по драконьи зубы, которые прорастали в поле – по ощущениям похоже: перед нами сильное и самодостаточное сооружение. В московском контексте оно эмоционально перекликается, наверное, только с Сити, там тоже у наблюдателя поначалу возникает похожий трепет перед нечеловеческим масштабом и качеством поверхностей. Как будто бы тесно насаженный там куст небоскребов дал вегетативный отросток. Больше всего возникает параллелей, конечно, с башней «Федерация», потому что её строил, с Петером Швегером, Сергей Чобан, но это сходство не слишком важно – скорее, и Сити, и «Лотос» принадлежат к одному жанру честной офисной громады, не намеренной себя маскировать, что предполагает и стеклянные фасады, и масштаб, и цельность стереометрической техногенной формы. Тридцать лет постмодернизма показали, что мимикрировать таким зданиям «не идёт», да и не получается, – честность и прямота в таком жанре уместнее.

Но пока вернемся к теме «пробуривания» из земли. Во-первых, спиральный план состоит из трёх корпусов-лопастей, так и намекающих на какой-то винт, может быть, вертолетный в духе поисков авангарда, а может быть, и какой-то другой. Во-вторых, огранка двух верхних этажей напоминает, особенно при близоруком взгляде снизу, зубчатый край заточенного инструмента. Её, конечно, можно было бы возвести к классическому аттику с чередующимися в шахматном порядке пилонами, но образ здания, в целом скорее техногенный, заставляет больше думать о механизме, чем об аттике. И третье: стеклянный фасад вырастает прямо из земли, безо всякого цоколя, местами он лишь открывает нишу-вход. Отчего хочется предположить, что и под землёй осталось немало такой же материи.
Многофункциональный комплекс «Лотос». Схема осей © SPEECH
Многофункциональный комплекс «Лотос». Постройка, 2011-2014. Фотография © Алексей Народицкий
Многофункциональный комплекс «Лотос». Постройка, 2011-2014. Фотография © Алексей Народицкий

Что отчасти правда: внизу четыре этажа парковки. В её центре ­– атриум, он накрыт куполом, внутри по проекту планировалось вырастить дерево – об этом мы уже рассказывали. Тогда же, отталкиваясь от идеи живого дерева, посаженного в центр здания-механизма, возникала логическая конструкция: здание стеклянно и небоскрёбно, но дереву удалось его немного расшевелить и оживить.
Многофункциональный комплекс «Лотос». Постройка, 2011-2014. Фотография © Алексей Народицкий

Всё так. При рассмотрении поначалу, конечно, впечатляешься колоссальностью. Но приглядевшись внимательнее, замечаешь довольно много признаков тонкой пластической игры, которая разворачивается в рамках сверхчеловеческого масштаба, но от этого не теряет интенсивности, а скорее даже приобретает её.

Прежде всего форма каждого корпуса – а они в общем и целом очень похожи – сочетает в себе цилиндр с конусом, обыгрывая напряжение, возникающее между этими двумя родственными, но разными формами. Каждый корпус можно представить себе как треть цилиндра, но на этом дело не заканчивается. Если мы посмотрим на их торцы, то увидим, что они трапециевидные, причем если один кверху сужается, то другой расширяется. По объёму проходит некая вселенская рябь, подобная колебаниям световых волн или электрических полей, – с одной стороны. А с другой стороны – напоминающая о курватурах классической колонны, переложенных на пост-энштейновский язык современной архитектуры.
Многофункциональный комплекс «Лотос». Постройка, 2011-2014. Фотография © Алексей Народицкий

Из-за геометрии, которая вынуждает объемы каждого корпуса совершить внутри себя небанальный переход от обычной трапеции к перевернутой, – внешние стены повсеместно оказываются не вполне вертикальны. Это хорошо видно на чертежах и разрезах. А если ходить вокруг, то глаз улавливает тонкости не сразу и создается впечатление, что сигнал об имманентной сложности этого гиганта приходит из подсознания. Неожиданно понимаешь, что у здания, на первый взгляд крупного, крепкого и простого, есть душа, оно не просто стоит, а и покачивается, и не от ветра, а в такт внутренней мелодии.

И того мало. Все стеклянные этажи объединены по два, и внешнее стекло широких стеклянных лент наклонено к небу; нижний край выступает консолью, образуя подобие козырька, защищающего каждую следующую пару этажей от солнца, – подчёркивают архитекторы. Наклонные поверхности лучше отражают небо, поэтому здание кажется таким синим, популярный наше время сдвоенный ритм помогает «съесть» масштаб. Черные тени консолей расчерчивают объемы графикой, красивой, похожей на рисунок кистью, черной тушью. Контуры «мазков» в перспективе плавно меняются, истоньшаются, заостряются, как линия, умело проведенная по китайскому шелку (на шелк – особенно похоже на закате), и в объеме появляется подчеркивающая, проявляющая его особенности графика. А особенности таковы, глядя на рисунок «штрихов», начинаешь сомневаться в том, равномерно ли выступают консоли или тоже включаются в игру. Но нет, они выступают равномерно, лишь графика теней обманывает глаз, ведет за собой. Впечатление похоже на акварель, прорисованную пером: по фасадам, расчерченным регулярной тонкой сеткой стыков, проходят широкие «мазки» консолей, причем где-то циркульные, с изогнутых поверхностей встречаются с прямыми, с плоских торцов – в таких местах особенно чувствуется энергичная пластика объемов. Любой, кто когда-либо штриховал цилиндр по форме, меня поймёт. Прозрачность углов, видимых на просвет, равно как и то, что корпуса отражаются друг в друге, добавляет и сложности, и живописности, разной интенсивности пятен холодной палитры, дробящихся на сгибах.
Многофункциональный комплекс «Лотос». Постройка, 2011-2014. Фотография © Алексей Народицкий
Многофункциональный комплекс «Лотос». Постройка, 2011-2014. Фотография © Алексей Народицкий
Многофункциональный комплекс «Лотос». Деталь фасада © SPEECH
Многофункциональный комплекс «Лотос». Постройка, 2011-2014. Фотография © Юлия Тарабарина
Многофункциональный комплекс «Лотос». Постройка, 2011-2014. Фотография © Юлия Тарабарина
Многофункциональный комплекс «Лотос». Постройка, 2011-2014. Фотография © Юлия Тарабарина
Многофункциональный комплекс «Лотос». Постройка, 2011-2014. Фотография © Юлия Тарабарина
Многофункциональный комплекс «Лотос». Постройка, 2011-2014. Фотография © Алексей Народицкий

Надо сказать, что помимо несколько раз упомянутого выше «бура», комплекс похож на механизм цангового карандаша: есть такие карандаши, которые держат грифель тремя-четырьмя металлическими лапками. Так вот, если убрать грифель, нажать на кнопку и раскрыть механизм – он лепестками раскрывается – получается очень похоже. Теперь вспомним, что и Сергей Чобан, и Сергей Кузнецов, который работал над этим проектом, ещё не будучи главным архитектором Москвы, – увлечённые рисовальщики, то сходство кажется не таким уж маловероятным.

Стекло – слегка тонированное: пропускает внутрь 45% видимого света и только 30% тепла. Оно сохраняет прозрачность, позволяет увидеть светлые строчки ламп дневного света на потолке каждого этажа: особенно заметные вечером и в пасмурный день, они складываются в лаконичный паттерн, оживляющий рисунок полос-консолей. Ночью здание светится изнутри как муравейник светлячков – чем, к слову сказать, тоже очень напоминает Сити. Видимые изнутри строчки света добавляют открытости: в жизни для человека, идущего вечером по улице, важны видимые на просвет, подсвеченные люстрами потолки чужих квартир; ничуть не подглядывая за чужой жизнью, мы оказываемся к ней немного причастны и не одиноки – белые штрихи света на потолке офисного комплекса обыгрывают именно эту эмоцию, что делает его, такой огромный и стереометрический, намного ближе и живее.
Многофункциональный комплекс «Лотос». Постройка, 2011-2014. Фотография © Алексей Народицкий
Многофункциональный комплекс «Лотос». Постройка, 2011-2014. Фотография © Алексей Народицкий
***

В наше время и в нашей стране (не будем брать другие страны) как-то очень мало людей готовы разглядывать архитектуру. Зато большинство готово ставить на ней штампы, не глядя. Офисный – плохо, точечный, уплотнительный – вообще ужасно. «Здание из стекла и бетона» так и вообще остается распространенным ругательством, прижившись в этом качестве, наверное, с восьмидесятых. В такой обстановке и офисы, и башни, неизбежно тушуются, стремятся скрыться, что, как мы помним, им не к лицу: спрятаться все равно не выходит, а неловкие попытки маскировки только уродуют. Здесь совершенно иной случай: «Лотос» заявляет о себе как о большом, стеклянном, офисном – это очевидно. Но сохраняет за собой право волноваться, может быть даже рефлексировать по поводу собственного архитектурного жанра, переливая мысли, а может быть и противоречия в не сразу заметные тонкости пластического решения. У гиганта есть душа; что и требовалось. Неоднократно доказано: именно так и следует действовать в данном жанре.
Многофункциональный комплекс «Лотос». Ситуационный план © SPEECH
Многофункциональный комплекс «Лотос». План 1 этажа © SPEECH
Многофункциональный комплекс «Лотос». План 2 этажа © SPEECH
Многофункциональный комплекс «Лотос». План 11 этажа (офисы) © SPEECH
Многофункциональный комплекс «Лотос». План 20 этажа © SPEECH
Многофункциональный комплекс «Лотос». План 21 этажа (офисы, техническая часть) © SPEECH
Многофункциональный комплекс «Лотос». План эксплуатируемой кровли © SPEECH
Многофункциональный комплекс «Лотос». Разрез © SPEECH
Многофункциональный комплекс «Лотос». Разрез © SPEECH
Многофункциональный комплекс «Лотос». Разрез © SPEECH
Многофункциональный комплекс «Лотос». Фасад © SPEECH
Многофункциональный комплекс «Лотос». Фасад © SPEECH
Многофункциональный комплекс «Лотос». Фасад © SPEECH
Многофункциональный комплекс «Лотос». Фасад © SPEECH
Многофункциональный комплекс «Лотос». Фасад © SPEECH
Многофункциональный комплекс «Лотос». Фасад © SPEECH


Мастерская:

SPEECH

Проект:

Многофункциональный комплекс «Лотос»
Россия, Москва, Ул. Одесская, вл. 2

Авторский коллектив:
Авторы проекта: Сергей Чобан, Сергей Кузнецов, Алексей Ильин
Главный архитектор проекта: Алексей Ильин
Главный инженер проекта: Л. Макухина
Архитекторы проекта: А. Борисов, Л. Тришкина, Г. Чембаева
 

2011 – 2014

Конструктивные решения: ООО «МБ-Проект Бюро»
Дизайн входных зон: T+T Architects

25 Июля 2016

author pht

Автор текста:

Юлия Тарабарина

Поставщики, технологии

Технологии и материалы

Измеряй и фиксируй
Лазерный сканер Leica BLK360 – самый компактный из существующих, но в то же время достаточно мощный: за короткое время с его помощью можно провести высокоточные обмеры и создать 3D-модель объекта. Как прибор, который легко помещается в рюкзак или сумку, ускоряет процесс проектирования, снижает риски и помогает экономить – в нашем материале.
Выйти в цвет
Рассказываем, как с помощью краски из новой линейки DULUX «Легко обновить» самостоятельно и за один день покрасить двери или окна.
Проектируя устойчивое будущее
Глава «Сен-Гобен» в России, Украине и странах СНГ, Антуан Пейрюд выступил на Дне инноваций в архитектуре и строительстве с докладом о подходах компании к устойчивому развитию. В интервью Archi.ru Антуан Пейрюд рассказал о роли инновационных материалов в иконических зданиях Фрэнка Гери, Жана Нувеля, Кенго Кумы и других известных архитекторов. Также состоялась презентация звукоизоляционных систем «Сен-Гобен» и общение специалистов BIM с архитекторами по поводу трансфера данных по строительным материалам и решениям.
«Сен-Гобен» приглашает студентов спроектировать...
Компания «Сен-Гобен» объявила о старте шестнадцатого по счету архитектурного конкурса «Мультикомфорт». Студентам архвузов предлагается разработать концепцию «устойчивого» развития территории бывшего завода в пригороде Парижа, Сен-Дени.
Теплоизоляция ПЕНОПЛЭКС® для подземного строительства
Освоение подземного пространства – общемировой тренд, в мегаполисах под землей растут целые города. По версии книги рекордов Гиннесса, крупнейший подземный торговый комплекс в мире – Path в Торонто. Для его создания проложено более 30 км тоннелей.
Камин как аттрактор, или чем привлечь покупателя элитной...
Вода и огонь – две удивительные природные субстанции – влекущие, завораживающие, приковывающие взгляд. В человеческом жилище они давно завоевали свое место, и, если вода выполняет сугубо техническую функцию, огонь в камине вместе с теплом дарит визуальное наслаждение.
Размером с 30 футбольных полей
«Зеленый квартал» – энергоэффективный, инновационный и самый дорогой градостроительный проект Казахстана, разработкой которого занималась международная команда: британское архитектурное бюро Aedas, американская инженерная компания AECOM и строительный холдинг из Казахстана BI Group.

Сейчас на главной

Неиссякаемый источник
VIP-зоны аэропорта – настоящее раздолье для цвета, пластики, образности и творческой фантазии архитекторов. Рассматриваем четыре бизнес-зала и один VIP-терминал ростовского аэропорта «Платов»: все они так или иначе осмысляют контекст: южное солнце, волны речной воды, восход над степным горизонтом и золото сарматов.
Кольцо на озере Сайсары
Здание филармонии и театра якутского эпоса на священном озере вписано в эпический круг и включает три объема, уподобленных традиционному жилищу. Кровля уподоблена аласу – якутской деревне вокруг озера. При столь интенсивной смысловой насыщенности проект сохраняет стереометрическую абстрактность и легкость формы, оперируя прозрачностью, многослойностью и отражениями.
Вертикальные татами
Фасады офисного здания Torre Patria-Hipódromo по проекту Карлоса Ферратера и его бюро OAB в Гвадалахаре на западе Мексики подчинены модульной конструктивной сетке, которая упорядочивает и окружающее пространство нового района.
Умер Александр Ларин
Автор академического хореографического училища на 2-й Фрунзенской и знаменитой аптеки в Орехово-Борисово, нескольких нетиповых детских садов типового времени, учитель и коллега многих известных сегодняшних архитекторов.
Идентичность в типовом
Архитекторы из бюро VISOTA ищут алгоритм приспособления типовых домов культуры, чтобы превратить их в общественные центры шаговой доступности: с устойчивой финансовой программой, актуальным наполнением и сохраненной самобытностью.
Век бетона
23 января исполнилось 100 лет Готфриду Бёму, первому немецкому лауреату Притцкеровской премии и создателю церквей и ратуш, напоминающих скульптуры из бетона. Он каждый день бывает в бюро и наставляет сыновей-архитекторов.
Архитектура эфемерности
На проспекте Вернадского поблизости от станции метро появилась высотная доминанта, давшая новое звучание округе: бизнес-центр «Академик» по проекту UNK project раскрыл в форме архитектуры смыслы местных топонимов.
Центр мега-выставок
Новый международный выставочный центр по проекту Valode & Pistre в «близнеце» Гонконга мегаполисе Шэньчжэнь может считаться крупнейшим в мире.
Театрально-музыкальный круг
Масштабный и амбициозный проект главного театрально-концертного комплекса Подмосковья, победитель конкурса, объединяет три зала, двор – общественную площадь, консерваторское училище, гостиницы. Он обещает стать заметным центром фестивалей классической музыки для всей страны.
Передышка на Манхэттене
Перестройка вестибюля небоскреба-«шкафа» Сони-билдинг Филипа Джонсона на Манхэттене: бюро Snøhetta запретили трогать фасад, который теперь получил статус памятника, зато им удалось устроить внутри большой зимний сад.
Дальше... дальше... дальше... В поиске нового поколения
Конкурс OPEN! на участие в национальном павильоне Джардини рассчитан на молодых архитекторов с максимально свежим взглядом на вещи, а его рамки так широки, что их почти не видно. Нужны смелые люди, которые совпадут с мировоззрением куратора Ипполито Лапарелли. Награда – работа в Венеции, дедлайн 31 января.
«Остров единорогов»
В Чэнду на западе Китая почти готов выставочный и конференц-центр Start-Up – первое здание на спроектированном Zaha Hadid Architects «Острове единорогов» для компаний-стартапов в сфере цифровых технологий.
Стирая границы
IND architects и китайское бюро DA! победили в конкурсе на проект музея в провинции Сычуань. Архитекторам удалось сделать музей частью ландшафта, а природу – полноправной участницей экспозиции.
Бетон и цвет
Школа с музыкальным уклоном имени Сервете Мачи в центре Тираны по проекту албанского бюро Studioarch4.
Фантастический роман
Рассматриваем выставку «Время Москвы-реки» в Музее Москвы, – креативную попытку актуализировать концепцию развития прибрежных пространств, победившую в конкурсе 2014 года и манифестировать вновь основанное общество Друзья Москвы-реки.
Все это – далеко не только форма
Российские архитекторы DNK ag участвовали в симпозиуме по естественному свету и устойчивому развитию, который компания Velux провела в Париже. Говорим с Натальей Сидоровой и Даниилом Лоренцем о затронутых на конференции исследованиях в области медицины, строительных технологий и здоровой среды.
Сахарные кристаллы
Бюро ODA превратило историческое здание сахарорафинадного завода на берегу Ист-ривер в Нью-Йорке в офисный комплекс с эффектным кристаллическим фасадом вместо утраченного.
Татами и роботы
Бюро BIG спроектировало для Toyota «город будущего» у подножия Фудзиямы: с почти нулевым углеродным следом, прогрессивной транспортной схемой, разными видами роботов, зданиями из дерева и модулем по размеру татами.
Тема треугольника
Бюро Lemay благоустроило парк Экспо 1967 года в Монреале – самой успешной Всемирной выставки XX века, сохраненной в наши дни как рекреационная зона.
Дерево среди стекла
Архитекторы Sheppard Robson придали «человеческое измерение» площади в новом деловом районе Манчестера с помощью деревянного павильона с озелененными фасадами и кровлей.
Линия отягощенного порыва
Жилой комплекс «Ренессанс» архитектора Степана Липгарта продолжает линию исторического центра Санкт-Петербурга и переосмысляет ленинградское ар деко и неоклассику 1930-50-х применительно к цивилизационным вызовам нашего века.
Декор без птичьих гнезд
Керамические ажурные фасады входа ТПУ в Пальма-де-Мальорка по проекту Joan Miquel Seguí Arquitectura точно рассчитаны так, что голубям в их отверстиях угнездиться не получится.
Кадашёвский опыт
У проекта ЖК «Меценат», занявшего квартал рядом с церковью Воскресения в Кадашах – длинная и сложная история, с протестами, победами и надеждами. Теперь он реализован: сохранены виды, масштаб и несколько исторических построек. Можно изучить, что получилось. Автор – Илья Уткин.
Градсовет 25.12.2019
На повестке в Петербурге: планировка для маленького городка и смелая гостиница, спроектированная под влиянием иностранцев.
Пресса: Диалоги о вечных ценностях: Степан Липгарт и Алексей...
В ноябре 2019 года в Калугу приехал архитектор Степан Липгарт — через месяц после торжественного открытия спроектированной им швейной фабрики Мануфактуры Bosco. Открывая цикл «ГЛАВАРХитектура», Липгарт прочитал на «Точке кипения» лекцию о профессиональном призвании и источниках вдохновения, о роли заказчика и о системе ценностей и убеждений, которая позволяет гордиться результатами своего труда. Главный архитектор Калуги Алексей Комов специально для Калугахауса поговорил со Степаном о вечном — и о том, как приспособить это вечное к жизни в нашем городе.
Зона комфорта
Рассматриваем интерьер общественного пространства «Мой социальный центр» – первый пример такого рода, реализованный в рамках новой программы московской мэрии по проекту бюро Хора.
Для испытаний на прочность
В Сколково открылось здание штаб-квартиры компании ТМК, выпускающей стальные трубы для нефтегазовой промышленности. Она совмещена с испытательным полигоном и исследовательскими лабораториями.
Возрождение Дворца
Архитекторы Archiproba Studios бережно восстановили образец позднего советского модернизма – Дворец культуры в городе-курорте Железноводске.
Оригами из лиственницы
Тренировочная байдарочная база в Августове на северо-востоке Польши по проекту бюро INOONI и PSBA получила фасады из сибирской лиственницы.
Как спасти мир, участвуя в архитектурном конкурсе
Международный конкурс LafargeHolcim Awards ставит в качестве главной цели поощрение идей и проектов в области устойчивого развития. Призовой фонд конкурса $ 2 000 000. Рассматриваем проекты победителей предыдущего цикла 2017-2018 годов по пяти критериям.
Террасы Хрустального мыса
Концепция музейно-образовательного и мемориального комплекса в Севастополе, предложенная Никитой Явейном, избегает прямолинейных акцентов и пафоса, интерпретируя историю места и специфику ландшафта, соединяя общественное пространство обитаемой лестницы и амфитеатров с монументальным монументом.