Кризис суждения

На что сегодня похожа зарубежная архитектурная критика и сильно ли она отличается от отечественной?

mainImg
Российскую архитектурную критику сложно назвать процветающей: влиятельных фигур там до обидного мало, причем большинство из них в своих текстах обращаются к профессиональному сообществу, а не к широкой аудитории – хотя равнодушие общества к вопросам архитектуры считается при этом одной из важных проблем. Но если у нас дела обстоят неважно, быть может, пример для подражания мы найдем за границей? Из исследовательского интереса мы взяли интервью у видных западных критиков, у которых мы постарались узнать об их работе и профессиональной позиции. Но для начала стоит обрисовать общую ситуацию с критикой и изданиями об архитектуре за рубежом.
zooming
Нью-Йорк. Фото © Marcus Koppen
zooming
Sheraton Moon Hotel в Хучжоу. Фото: Xia Zhi © MAD Architects

Очевидно, что самым важным явлением для архитектурных СМИ последних 10 лет стало растущее влияние разного рода блогов, в основном, англоязычных. С одной стороны, благодаря сравнительной простоте текстов и обилию привлекательных картинок, они обращают на архитектуру внимание широкой публики, но по сути это бесконечные перепечатки одних и тех же пресс-релизов (нередко абсолютно бессмысленных) под видом даже не новостных заметок, а полноценных публикаций. Все более популярны сервисы Tumblr и Pinterest, где текста практически нет, а остался один лишь визуальный ряд. Создатели ArchDaily считают, что мгновенное распространение по сети огромного количества информации о новых проектах позволяет достичь известности значительно большему числу архитекторов, чем раньше, в эпоху бумажных газет и журналов. Но в этом океане информации заметить можно лишь самое цитируемое и популярное, что далеко не всегда равняется лучшему.
zooming
ОМА. Центр МакКормик-Трибьюн Иллинойсского института технологии в Чикаго. 2003. Фото © ken mccown/flickr.com

Конкуренция в сфере медиа требует от журналиста быстрой реакции, поэтому времени на написание интересного, «длинного» текста практически не остается. В результате, даже с солидными бумажными изданиями происходят перемены: в 2012 газету The Guardian после многих лет работы покинул Джонатан Глэнси, один из самых талантливых и оригинальных британских критиков, а ему на смену пришел молодой профессионал Оливер Уэйнрайт, чья главная обязанность – постоянно пополнять сайт издания заметками на злобу дня. Из-за экономического кризиса и конкурентной борьбы с онлайн-СМИ по всему миру крупные газеты и журналы отказываются от ставки архитектурного критика, а пока работающие публицисты пишут все реже, то есть исчезает связь с обществом – несмотря на то, что архитектура влияет на жизнь граждан гораздо сильнее, чем любое другое из искусств.
zooming
Ада Луиза Хакстабл. Фото © Gene Maggio / The New York Times

В США сейчас оживленно спорят о том, каким должен быть архитектурный критик. Покинувший в 2011 газету The New York Times Николай Урусов возмущал профессиональное сообщество своими частыми статьями о постройках «звезд», невниманием к проблемам Нью-Йорка и своей недостаточной «вовлеченностью». От него требовали неравнодушия и защиты интересов горожан в духе первого архитектурного критика NYT, лауреата Пулицеровской премии Ады Луизы Хакстабл (1921–2013), занимавшей этот пост в 1963–82. Распространение разных видов городского активизма и обострившиеся в кризис социальные проблемы сделали эти требования еще более громкими. Но идеал оказался не достижим: нынешний критик NYT, Майкл Киммельман, прислушавшись к желаниям публики, начал много писать об урбанизме и проблемах города, и в ответ его тут же обвинили в невнимании к собственно архитектуре, а также осудили за отсутствие специального образования (он, в отличие от абсолютного большинства своих западных коллег, историк искусства, а не архитектор).
zooming
Майкл Киммельман. Фото Thomas Struth

Профессиональная пресса также переживает не лучшие времена. Если не брать далекие от настоящей критики «наукообразные» издания, больше посвященные теории, чем практике, то остальные вынуждены печатать почти исключительно положительные «рецензии», если так можно назвать эти аккуратные тексты. Иначе журнал рискует больше никогда не получить проектных материалов от обиженного архитектора (а СМИ-конкуренты продолжат с ним успешно сотрудничать). Если же журналист ездил осматривать новое здание в рамках специального пресс-тура (ведь средства на командировки есть далеко не у всех архитектурных медиа), он тоже может его лишь похвалить. Опять же, текст о постройке должен появиться оперативно, чтобы не отстать от других публикаций, поэтому времени на глубокое исследование проекта или ожидание первых отзывов от «пользователей» просто нет. Хуже всего приходится австралийским критикам: жесткие законы против клеветы позволяют архитекторам в случае негативной рецензии выигрывать против них процессы. Впрочем, подобные жалобы на вынужденную «беззубость» (уже без всякой угрозы суда) можно слышать и от финнов, и от французов… Редкий пример негативного отзыва в авторитетном издании – разгромная статья о работе Ренцо Пьяно – монастыре и посетительском центре капеллы в Роншане, появившаяся в The Architectural Review в августе 2012. Но ее автор, историк архитектуры Уильям Дж.Р. Кертис, лишь присоединился к хору возмущенных «осквернением» шедевра Ле Корбюзье голосов, поэтому особой доблести журнал не проявил.
zooming
Ренцо Пьяно. Монастырь ордена кларисс в Роншане © Michel Denancé

Но эти проблемы, порожденные внешними причинами, усиливаются гораздо более серьезным фактором – кризисом идеологии. Прошло время четкой программы модернизма и историзирующего постмодернизма, и архитектурные направления сейчас вычленить непросто. Как следствие, исчезла единая (или хотя бы дуалистическая) система ценностей. Каждого архитектора и даже каждую постройку стали рассматривать как уникальное явление, важность которого гарантируется самим его существованием. На первый взгляд, ничего плохого в этом плюрализме нет, а для героя публикации даже лестно быть «единственным в своем роде». Но именно эта ситуация в критике и привела к столь порицаемому ныне культу «иконического» здания, когда никакое творческое высказывание не оценивалось, а лишь описывалось, «летописалось». Это происходило потому, что без общей ценностной шкалы, пусть даже условной, основа всякой критики – суждение – практически невозможно: не отличишь «черное» от «белого». Контекст потерял важность, эстетика стала единственной мерой оценки, а архитектурная критика приблизилась по своему методу к художественной.


Сейчас, в отрезвляющей атмосфере рецессии, «знаковые» постройки больше не в почете, им на смену в качестве кумира пришли «социальные» проекты. Хотя общественная значимость – тоже сомнительный критерий: с этой точки зрения «Дом над водопадом» всегда проиграет любому курятнику на «городской ферме». Впрочем, все эти признаки могут свидетельствовать о начале «посткритической» эпохи, когда критика как жанр прекратит свое существование. Будет ли это к лучшему – другой вопрос.
zooming
Rural Studio и Обернский университет. Дом за $20 000 VIII. Ньюберн, штат Алабама, 2009. Фото © Timothy Hursley

15 Мая 2013

Видео-разговор об архитектурной атмосфере
В первые дни января 2021 года Елизавета Эбнер запустила @archmosphere.press – проект об архитектуре в Instagram, где она и другие архитекторы рассказывают в видео не длинней 1 минуты об 1 здании в своем городе, в том числе о своих собственных проектах. Мы поговорили с Елизаветой о ее замысле и о достоинствах видео для рассказа об архитектуре.
Григорий Ревзин: «Нет никакой методологии – сплошное...
Довольно длинный, но интересный разговор с Григорием Ревзиным о видах архитектурной критики и её отличии от теории, философии и истории, профессионализме журналиста, вреде жизнестроительства, смысле архитектуры, а также о том, почему он стал урбанистом и какие нужны города.
Разговоры со «звездами»
В новой книге Владимир Белоголовский использовал свои интервью со Стивеном Холлом, Кенго Кумой, Ричардом Майером, Алехандро Аравеной и другими мастерами для анализа текущего положения дел в архитектуре и архитектурной критике.
Технологии и материалы
​Гибкий подход к стенам
Компания Orac, известная дизайнерским декором для стен и богатой коллекцией лепных элементов, представила новинки на выставке Mosbuild 2024.
BIM-модели конвекторов Techno для ArchiCAD
Специалисты Techno разработали линейки моделей конвекторов в версии ArchiCAD 2020, которые подойдут для работы архитекторам, дизайнерам и проектировщикам.
Art Vinyl Click: модульные ПВХ-покрытия от Tarkett
Art Vinyl Click – популярный продукт компании Tarkett, являющейся мировым лидером в производстве финишных напольных покрытий. Его отличают быстрота укладки, надежность в эксплуатации и множество вариантов текстур под натуральные материалы. Подробнее о возможностях Art Vinyl Click – в нашем материале.
Кирпичное ателье Faber Jar: российское производство с...
Уход европейских брендов поставил многие строительные объекты в затруднительное положение – задержка поставок и значительное удорожание. Заменить эксклюзивные клинкерные материалы и кирпич ручной формовки без потери в качестве получилось у кирпичного ателье Faber Jar. ГК «Керма» выпускает не только стандартные позиции лицевого кирпича, но и участвует в разработке сложных авторских проектов.
Systeme Electric: «Технологическое партнерство – объединяем...
В Москве прошел Инновационный Саммит 2024, организованный российской компанией «Систэм Электрик», производителем комплексных решений в области распределения электроэнергии и автоматизации. О компании и новейших продуктах, представленных в рамках форума – в нашем материале.
Новая версия ар-деко
Жилой комплекс «GloraX Premium Белорусская» строится в Беговом районе Москвы, в нескольких шагах от главной улицы города. В ближайшем доступе – множество зданий в духе сталинского ампира. Соседство с застройкой середины прошлого века определило фасадное решение: облицовка выполнена из бежевого лицевого кирпича завода «КС Керамик» из Кирово-Чепецка. Цвет и текстура материала разработаны индивидуально, с участием архитекторов и заказчика.
KERAMA MARAZZI презентовала коллекцию VENEZIA
Главным событием завершившейся выставки KERAMA MARAZZI EXPO стала презентация новой коллекции 2024 года. Это своеобразное признание в любви к несравненной Венеции, которая послужила вдохновением для новинок во всех ключевых направлениях ассортимента. Керамические материалы, решения для ванной комнаты, а также фирменные обои помогают создать интерьер мечты с венецианским настроением.
Российские модульные технологии для всесезонных...
Технопарк «Айра» представил проект крытых игровых комплексов на основе собственной разработки – универсальных модульных конструкций, которые позволяют сделать детские площадки комфортными в любой сезон. О том, как функционируют и из чего выполняются такие комплексы, рассказывает председатель совета директоров технопарка «Айра» Юрий Берестов.
Выгода интеграции клинкера в стеклофибробетон
В условиях санкций сложные архитектурные решения с кирпичной кладкой могут вызвать трудности с реализацией. Альтернативой выступает применение стеклофибробетона, который может заменить клинкер с его необычными рисунками, объемом и игрой цвета на фасаде.
Обаяние романтизма
Интерьер в стиле романтизма снова вошел в моду. Мы встретились с Еленой Теплицкой – дизайнером, декоратором, модельером, чтобы поговорить о том, как цвет участвует в формировании романтического интерьера. Практические советы и неожиданные рекомендации для разных темпераментов – в нашем интервью с ней.
Навстречу ветрам
Glorax Premium Василеостровский – ключевой квартал в комплексе Golden City на намывных территориях Васильевского острова. Архитектурная значимость объекта, являющегося частью парадного морского фасада Петербурга, потребовала высокотехнологичных инженерных решений. Рассказываем о технологиях компании Unistem, которые помогли воплотить в жизнь этот сложный проект.
Вся правда о клинкерном кирпиче
​На российском рынке клинкерный кирпич – это синоним качества, надежности и долговечности. Но все ли, что мы называем клинкером, действительно им является? Беседуем с исполнительным директором компании «КИРИЛЛ» Дмитрием Самылиным о том, что собой представляет и для чего применятся этот самый популярный вид керамики.
Игры в домике
На примере крытых игровых комплексов от компании «Новые Горизонты» рассказываем, как создать пространство для подвижных игр и приключений внутри общественных зданий, а также трансформировать с его помощью устаревшие функциональные решения.
«Атмосферные» фасады для школы искусств в Калининграде
Рассказываем о необычных фасадах Балтийской Высшей школы музыкального и театрального искусства в Калининграде. Основной материал – покрытая «рыжей» патиной атмосферостойкая сталь Forcera производства компании «Северсталь».
Фасадные подсистемы Hilti для воплощения уникальных...
Как возникают новые продукты и что стимулирует рождение инженерных идей? Ответ на этот вопрос знают в компании Hilti. В обзоре недавних проектов, где участвовали ее инженеры, немало уникальных решений, которые уже стали или весьма вероятно станут новым стандартом в современном строительстве.
ГК «Интер-Росс»: ответ на запрос удобства и безопасности
ГК «Интер-Росс» является одной из старейших компаний в России, поставляющей системы защиты стен, профили для деформационных швов и раздвижные перегородки. Историю компании и актуальные вызовы мы обсудили с гендиректором ГК «Интер-Росс» Карнеем Марком Капо-Чичи.
Сейчас на главной
Деревья и арки
В условиях дефицита площади спорткомплекс Шаосинского университета вместил на разных уровнях серию игровых полей и площадок, общественные пространства и даже деревья.
Радиоволна
Бюро «Цимайло Ляшенко и Партнеры» подготовило концепцию приспособления к современному использованию Дома Радио – официальной резиденции Теодора Курентзиса в Петербурге. Проект подчеркнет исторические слои пространств и привнесет новое звучание, связанное с более совершенным техническим оснащением залов.
Орел шестого легиона
С сегодняшнего дня в ГМИИ открыта выставка, посвященная Риму. В основном это коллекция гравюр и античной пластики Максима Атаянца – очень большая, внушительная коллекция, дополненная, как хороший букет, вещами из музейного хранения. Как она скомпонована и зачем туда идти – в нашем материале.
Жалюзи для льда
В Домодедово по проекту мастерской Юрия Виссарионова построена ледовая арена. Чтобы протяженный фасад, обусловленный техническими характеристиками сооружения для зимних видов спорта, не выглядел однообразным, архитекторы предложили использовать навесные конструкции с разнонаправленными ламелями. Таким образом лед защищается от солнечных лучей, а стена приобретает фактурность и детализацию.
Яхты-лайнеры
Максим Рымарь построил для футбольной команды Сергея Галицкого, с которым работает уже давно, спортивно-оздоровительный комплекс в окрестностях Краснодара. Типология отеля-лайнера, растущего лентами террас на берегу озера – яркое и емкое пластическое высказывание. В плане как три эллиптических лепестка, нанизанных на продольную ось.
Тетрис в порту
Смотровая башня, спроектированная для Старого порта Монреаля бюро Provencher_Roy, и общественная зеленая зона вокруг нее от ландшафтного бюро NIPPAYSAGE вобрали в себя множество элементов местной идентичности.
Стержни и лепестки
Для московского района Преображенское бюро GAFA спроектировало камерный комплекс Artel, который состоит всего из двух корпусов по 12 этажей. Отсылки к ар-деко и его ответвлению – стримлайну – мы нашли не только в архитектуре, но и в благоустройстве, напоминающем поглощенную природой железнодорожную эстакаду.
Закулисная история
В Грозном по проекту Alexey Podkidyshev studio преобразился Театр юного зрителя. Авторы не только разделили исторические объемы и более поздние пристройки, но и превратили невзрачный объект в востребованное общественное пространство.
Место силлы
В Петропавловске-Камчатском прошел конкурс на создание общественно-культурного центра. В финал вышли три бюро, о работе каждого мы считаем важным рассказать. Начнем с победителя – консорциума во главе с Wowhaus.
Памяти Марии Зубовой
Мария Зубова преподавала историю искусства и архитектуры нескольким поколениям студентов МАРХИ. Художник, иконописец, искусствовед, автор учебников, книги о графике Матисса, инициатор переиздания книг Василия Зубова по истории и теории архитектуры, реставрации и христианской философии.
Баланс желтого
Архитекторы АБ ATRIUM, используя свои навыки и знания в области проектирования школ нового поколения, в которых само пространство и пластика – так задумано – работают на развитие ребенка, оживили крупный, хотя и среднеэтажный, жилой комплекс New Питер проектом, где сквозь темный кирпич прорываются лучи желтого цвета, актового зала нет, зато есть четыре амфитеатра, две открытые террасы, парк и возможность использовать возможности школы не только ученикам, но и, по вечерам, горожанам.
Очередной оазис
Stefano Boeri Architetti выиграли конкурс на проект жилого комплекса в Братиславе. Здесь не обошлось без их «фирменных» висячих садов.
Маршрут на выбор
После реновации парк культуры и отдыха Белорецка предлагает посетителям больше сценариев для досуга: на его территории появились экотропа, лестница со смотровой площадкой, музей в водонапорной башне и другие объекты.
Кампус за день
Кто-то в теремочке живет? Рассказываем о том, чем занимались участники хакатона Института Генплана на стенде МКА на Арх Москве. Кто выиграл приз и почему, и что можно сделать с территорией маленького вуза на краю Москвы.
Не-стирание. Памяти Николая Лызлова
Николай Лызлов умер три дня назад, 7 июня. Вспоминаем его архитектуру, старые и новые проекты, построенное и не построенное, принципы и метод, отношение к среде и контексту. Светлая память. Прощание завтра в ЦДА.
Пресса: Город, сделанный из древнерусского
Суздаль: совместное предприятие интеллигенции и власти. Рассказ о Суздале принято начинать, продолжать и заканчивать описанием его средневекового наследия. Слов нет, оно величественно. Три памятника в списке Всемирного наследия ЮНЕСКО говорят сами за себя. Однако исключительность города все же не в них.
Игра в «Тезисы»
Спецпроект АРХ Москвы «Тезисы» в 2024 году – результат и демонстрация профессиональной игры, которая создает условия для рефлексии. По мнению кураторов, времени на нее в современном мире ни у кого не хватает, при этом рефлексия – необходимое условие для роста архитектора. Объясняем правила и пытаемся распутать ход мыслей участников.
Трое и башня
Офисный центр Neuer Kanzlerplatz, построенный в Бонне по проекту бюро JSWD, улучшает связанность городской ткани и интригует объемными фасадами из архитектурного бетона.
Марина Егорова: «Мы привыкли мыслить не квадратными...
Карьерная траектория архитектора Марины Егоровой внушает уважение: МАРХИ, SPEECH, Москомархитектура и Институт Генплана Москвы, а затем и собственное бюро. Название Empate, которое апеллирует к словам «чертить» и «сопереживать», не должно вводить в заблуждение своей мягкостью, поскольку бюро свободно работает в разных масштабах, включая КРТ. Поговорили с Мариной о разном: градостроительном опыте, женском стиле руководства и даже любви архитекторов к яхтингу.
Вертикальный «парк»
Бывшая фабрика электроники в Шэньчжэне превращена по проекту JC DESIGN в многоярусное общественное пространство и офисы для «креативных индустрий».
Зубцами к Неве
Градсовет Петербурга рассмотрел проект жилого комплекса на Матисовом острове, предложенный бюро Intercolumnium. Эксперты отметили ряд проблем, которые касаются композиции, фасадов и сценария жизни в окружении промышленных предприятий.
В центре – пустота
В Лондоне открывается очередной летний павильон галереи «Серпентайн». В этом году южнокорейский архитектор Минсок Чо и его бюро Mass Studies сместили фокус внимания с сооружения на свободное пространство вокруг и внутри него.
Андрей Чуйков: «Баланс достигается через экономику»
Екатеринбургское бюро CNTR находится в стадии зрелости: кристаллизация принципов, системность и стандартизация помогли сделать качественный скачок, нарастить компетенции и получать крупные заказы, не принося в жертву эстетику. Руководитель бюро Андрей Чуйков рассказал нам о выстраивании бизнес-модели и бонусах, которые дает архитектору дополнительное образование в сфере управления финансами.
«Почвенная» архитектура
Медицинский центр в Провансе – землебитное сооружение без дополнительного каркаса: материал для него «добыли» непосредственно на стройплощадке. Авторы проекта – бюро Combas.
Антипольза побеждает
Десять участников спецпроекта NEXT на АРХ Москве представили свои работы-размышления на тему пользы. Молодое поколение демонстрирует усталость от эффективного менеджмента и декларирует: польза есть там, где за зданиями виден город и человек.
«Рынок неистово хочет общаться»
Арх Москва уже много лет – не только выставка, но и форум, а в этом году количество разговоров рекордное – 200. Человек, который уже пять лет успешно управляет потоком суждений и амбиций – программный директор деловой программы выставки Оксана Надыкто – проанализировала свой опыт для наших читателей. Строго рекомендовано всем, кто хочет быть «спикером Арх Москвы». А таких все больше... Так что и конкуренция растет.