Архитектура потоков

XXII Зимние Олимпийские игры оставили после себя в Сочи обширное архитектурное наследство. Помимо спортивных и жилых объектов, это и внушительные инфраструктурные сооружения, особое место среди которых занимает вокзал «Олимпийский парк», построенный по проекту «Студии 44».

author pht

Автор текста:
Анна Мартовицкая

25 Июня 2014
mainImg
Архитектор:
Никита Явейн
Мастерская:
Студия 44
Проект:
Вокзал «Олимпийский парк»
Россия, Сочи, Имеретинская низменность

Авторский коллектив:
Архитекторы: Никита Явейн, Владимир Зенкевич, Василий Романцев, Жанна Разумова, Петр Шлихтер. При участии Марии Виноградовой, Вероники Жуковой, Ирины Калиняковой, Евгении Купцовой, Ульяны Сулимовой, Ксении Счастливцевой, Якова Ициксона (макет)
Конструкторы: Владимир Герштейн, Дмитрий Кресов, Рустем Ахимбеков, Андрей Кривоносов, Ирина Ляшко, Наталья Просветова, Владимир Турчевский, Сергей Шведов
(ООО «Архитектурное бюро «Студия 44»); Юрий Бондарев, Дмитрий Никитин (ООО «Тектон»). ГИП: Лев Герштейн. Генеральный подрядчик: НПО «Мостовик»

2010 – 2013

ДКРС ОАО «РЖД»
Для команды Никиты Явейна этот проект стал огромным профессиональным вызовом. И дело не только и не столько в статусе самого объекта (ведь фактически архитекторы должны были создать «ворота» Олимпиады), сколько в сроках, за которые предстояло его реализовать. Заказ на проект вокзала «Студия 44» получила в марте 2010 года, то есть чуть меньше чем за 4 года до Олимпиады: до этого над проектом работала другая команда, но с их концепцией у заказчика возникли проблемы как по архитектурной части, так и по технологической. «Строго говоря, в России вообще довольно сложно найти архитекторов, которые имели бы опыт проектирования и строительства вокзалов. У «Студии 44» такой опыт был – во-первых, мы построили Ладожский вокзал в Санкт-Петербурге, во-вторых, к тому времени уже выиграли международный конкурс на проект главного железнодорожного вокзала в Астане и вовсю над ним работали, – рассказывает Никита Явейн. – Более того, Ладожский был создан в рекордно короткие сроки, всего за год с небольшим, и думаю, во многом, именно этот опыт обеспечил нам столь престижный и сложный заказ, как Олимпийский вокзал. Всего через полтора месяца после первой встречи с заказчиками мы уже подписали официальный договор, а проектирование начали еще раньше: строго говоря, уже в конце апреля эскизный проект комплекса был одобрен архитектурным советом «Олимпстроя».
Вокзал «Олимпийский парк» © Алексей Народицкий
Вокзал «Олимпийский парк» © Алексей Народицкий

Понятно, что в подобных условиях архитекторы были лишены возможности проектировать «с чистого листа». В частности, до прихода в проект «Студии 44» в нем уже были разработаны пассажирские платформы и путевое хозяйство вокзала. Кроме того, архитекторы были обязаны соотнести посадку здания с планировкой входной зоны Олимпийского парка. При этом и путевое хозяйство, и рисунок парка имели криволинейную геометрию, так что изогнутый план вокзала фактически был предрешен: родившись на стыке двух криволинейных геометрий, он увязал их между собой. 
Вокзал «Олимпийский парк» © Алексей Народицкий
Вокзал «Олимпийский парк» © Алексей Народицкий

Идеально соответствует такому плану и нелинейная, «текучая» архитектура здания. Как две волны, бегущие навстречу друг другу, навесы над пассажирскими платформами вздымаются над центральным объемом, а затем, резко изменив свое направление, ниспадают вниз козырьком, который укрывает привокзальную площадь от солнца. «Вокзал является одновременно и началом, и завершением всей планировочной системы Олимпийского парка, ее своего рода истоком и устьем. Ведь именно от него начинается маршрут к главной Олимпийской площади, –поясняет Никита Явейн. – Нам хотелось, чтобы архитектура вокзала задавала исходный импульс этому движению, точно передавала его динамизм. Отсюда – непрерывное течение формы, «гидравлическая» пластика оболочки сооружения». Созвучна подобная пластика и характеру окружающего ландшафта: здание вокзала расположено на самой границе Имеретинской низменности, к северу от которой рельеф уступами и террасами поднимается вверх к склонам гор. 
Вокзал «Олимпийский парк» © Алексей Народицкий
Вокзал «Олимпийский парк» © Алексей Народицкий

Конечно, повлияла на архитектурно-планировочное решение вокзала и его функция: современному вокзалу, даже такому ответственному, как «ворота Олимпиады», мало быть красивым, главное – это удобство и легкость ориентации. Для того, чтобы оптимально развести потоки движения транспорта, пассажиров, багажа, архитекторы организовали привокзальную площадь в двух уровнях. Верхний уровень – платформа на высоте +6,3 м – целиком предназначен пешеходам и трактован как публичное пространство, откуда по широкой парадной лестнице можно спуститься к входу в Олимпийский парк. А внизу расположены проезды к вокзалу, организованы места для посадки/высадки пассажиров с общественного и личного автотранспорта, остановки служебного транспорта, автобусная станция. 
Вокзал «Олимпийский парк» © Алексей Народицкий

Внутренняя организация вокзала также имеет многоуровневый ступенчатый характер. Инфраструктура обслуживания пассажиров пригородных направлений в основном размещена в подплатформенном пространстве, а вокзал дальнего следования – над путями, в виде конкорса. Еще выше, на отметке +18,620 м, расположены зал ожидания, зал официальных делегаций, банк, сервис-центр, помещения для пассажиров VIP и подсобные помещения. Все уровни связаны между собой и с пассажирскими платформами лестницами, пандусами, эскалаторами, лифтами.
Вокзал «Олимпийский парк» © Маргарита Явейн
Вокзал «Олимпийский парк» © Маргарита Явейн
Вокзал «Олимпийский парк» © Алексей Народицкий

Сложная, разветвленная система вертикальных коммуникаций формирует «лицо» внутреннего пространства вокзала, на свой лад выражая идею постоянного движения и перемещения. Ее же воплощает и обнаженная конструкция кровли, поддержанная разветвленными опорами: архитекторы специально не стали закрывать ее подвесными потолками, а лишь окрасили огнезащитной краской стального цвета, который прекрасно сочетается с природным камнем, использованным в отделке стен и лифтовых шахт. Что же касается камня, то выбор «Студии 44» пал на армянский травертин, который очень похож на местный известняк, широко применявшийся при застройке Сочи в 1950-е годы. «Это и дань здешней традиции домостроения и одновременно реверанс в сторону природного окружения, гор», – говорит Никита Явейн. Травертин, кстати, использован как в интерьере, так и в экстерьере, подчеркивая цельность архитектурного облика: варьируется только фактура камня – рваная («скала») либо пиленая.
Вокзал «Олимпийский парк» © Маргарита Явейн
Вокзал «Олимпийский парк» © Алексей Народицкий

Отдельно стоит сказать о кровле, формирующей облик всего комплекса. Перевод эффектного замысла в натуру оказался очень сложным: практически каждый ее узел разрабатывался индивидуально. Каждый элемент металлоконструкций (а всего их в кровельном покрытии площадью 35 000 кв. м более трехсот) рассчитывался по специальной формуле, изготавливался индивидуально и проходил на заводе контрольную сборку с «подгонкой» по модели. Архитекторы сознательно отдали предпочтение трубчатому профилю: круглое сечение облегчило стыковку колонн с подкосами, сопряжение подкосов с кровлей и т.д. Покрытие кровли выполнено из фальцованного оцинкованного металлического листа, а для того чтобы перевести в натуру его криволинейную геометрию, пришлось задействовать методы параметрического моделирования.
Вокзал «Олимпийский парк» © Алексей Народицкий
Вокзал «Олимпийский парк» © Алексей Народицкий
Вокзал «Олимпийский парк» © «Студия 44»

Для вокзала, как и для ряда других олимпийских объектов в Сочи, были разработаны специальные экологические стандарты BREEAM Bespoke, учитывающие  специфику России и спортивных сооружений. Правда, к тому моменту, когда это было сделано, «Студия 44» уже прошла Госэкспертизу со своим проектом, поэтому фактически архитекторам пришлось в нее вернуться, внеся в проект целый ряд изменений, касающихся энерго- и водосбережения, обеспечения качества внутреннего воздуха и акустического комфорта, а также создания условий для использования велосипедов. В здании вокзала используются энергосберегающие стекла, вентиляционное оборудование с пониженным уровнем шума, светильники с энергосберегающими лампами, автоматически регулируемые системы освещения и датчики движения. Специальные импульсные и инфракрасные датчики также следят за потреблением воды, на кровле установлены солнечные батареи, все установки для подачи воздуха и устройства для его охлаждения снабжены встроенными фильтрами, а система очистки наружного воздуха сделана двухступенчатой. Эта гигантская работа не прошла даром: именно вокзал «Олимпийский парк» стал первой постройкой в России, сертифицированной по международному экологическому стандарту BREEAM. Ему присвоен почетный рейтинг VERY GOOD («Очень хорошо») с общим количеством баллов 63,3%, что для России пока является абсолютным рекордом.
Вокзал «Олимпийский парк» © «Студия 44»
Вокзал «Олимпийский парк» © «Студия 44»
Вокзал «Олимпийский парк» © «Студия 44»
Вокзал «Олимпийский парк» © «Студия 44»
Вокзал «Олимпийский парк» © «Студия 44»
zooming
Вокзал «Олимпийский парк» © «Студия 44»


Архитектор:
Никита Явейн
Мастерская:
Студия 44
Проект:
Вокзал «Олимпийский парк»
Россия, Сочи, Имеретинская низменность

Авторский коллектив:
Архитекторы: Никита Явейн, Владимир Зенкевич, Василий Романцев, Жанна Разумова, Петр Шлихтер. При участии Марии Виноградовой, Вероники Жуковой, Ирины Калиняковой, Евгении Купцовой, Ульяны Сулимовой, Ксении Счастливцевой, Якова Ициксона (макет)
Конструкторы: Владимир Герштейн, Дмитрий Кресов, Рустем Ахимбеков, Андрей Кривоносов, Ирина Ляшко, Наталья Просветова, Владимир Турчевский, Сергей Шведов
(ООО «Архитектурное бюро «Студия 44»); Юрий Бондарев, Дмитрий Никитин (ООО «Тектон»). ГИП: Лев Герштейн. Генеральный подрядчик: НПО «Мостовик»

2010 – 2013

ДКРС ОАО «РЖД»

25 Июня 2014

author pht

Автор текста:

Анна Мартовицкая
Технологии и материалы
Хрустальные колонны
Разбираемся в технических и технологических аспектах изготовления и монтажа стеклянных колонн дома «Кутузовский XII» – архитектурного решения, удивительного для прохожих, но во многом также и для профессионалов. Колонны можно мыть и менять лампочки.
Хай-тек палаццо: тонкости воплощения
Подробно рассказываем о фасадных системах и объектных решениях компании HILTI, примененных в клубном доме «Кутузовский, 12».
Проект дома – АБ «Цимайло Ляшенко и Партнеры».
Дмитрий Самылин: российский «авторский» кирпич и...
Глава фирмы «КИРИЛЛ» рассказал archi.ru о кирпичном производстве в России, новых российских заводах кирпича и клинкера ручной формовки, о новых коллекциях, разработанных с учетом пожеланий архитекторов, а также пригласил на семинар по клинкеру в «Руине» Музея архитектуры.
Эволюция офиса
Задача дизайнера актуальных офисных интерьеров – создать функциональную среду, приятную эстетически и комфортную во всех смыслах.
Сейчас на главной
Дизайн вычитания
Новый флагманский магазин Uniqlo Tokyo по проекту Herzog & de Meuron – реконструкция торгового центра 1980-х, где из-под навесных потолков и декора извлечена его элегантная бетонная конструкция.
Архсовет Москвы-67
Проект реконструкции советского здания АТС в начале Нового Арбата под гостиницу – от ТПО «Резерв», и жилой комплекс на Шелепихинской набережной – от АБ «Остоженка», были поддержаны архсоветом Москвы 5 августа.
Градсовет удаленно 5.08.2020
Члены градсовета нашли голландский проект центра сказок Пушкина оскорбительным, а высотный жилой массив без лоджий и балконов – отвечающим запросам времени.
Летящий
Проект кампуса High Park университета ИТМО, который в Петербурге запланирован как аналог московского Сколково, разработанный «Студией 44», очень масштабен и пассионарен. Его ядро – учебный центр, трактован как авангардная композиция на тему города с улицами и campo с ратушной башней, парк напоминает о лучах главных улиц Петербурга, а если посмотреть сверху, то весь комплекс похож на материнскую плату в четерьмя, как минимум, процессорами. В конструкции учебного корпуса обнаруживается даже воспоминание об СКК. В проекте много смыслов, аллюзий, и все они объединены пластической энергетикой, которой позавидовал бы адронный коллайдер.
Эффект диафрагмы
Для жилого комплекса в Пушкино бюро «Крупный план» придумало фасады, регулирующие поток света при помощи геометрии стены.
Лужайка взлетает
Так как онкологический центр Мэгги занял последний кусочек газона в больнице Лидса, его архитекторы Heatherwick Studio превратили крышу своего здания в роскошный сад: как будто прежняя лужайка поднялась над землей.
СПбГАСУ-2020. Часть II
Пять выпускных работ кафедры Дизайна архитектурной среды, выполненных в условиях карантина под руководством Константина Самоловова и Константина Трофимова: wow-эффекты для «Тучкова буяна», подробная программа для арт-кластера, остроумное приспособление руин, а также взгляд с Луны на нижегородскую Стрелку.
Летающий форум
Архитекторы MVRDV выиграли конкурс на мастерплан района в центре Карлсруэ: градостроительную ось дворца XVIII века замкнет «летающий» общественный форум с садом на крыше.
СПбГАСУ-2020. Часть I.
Семь выпускных работ кафедры Дизайна архитектурной среды, выполненных в условиях карантина под руководством Ирины Школьниковой и Дениса Романова: геймдев-студия и модный кластер на фабрике «Красное знамя», возобновляемые источники энергии для Крыма, а также альтернативный «Тучков буян» и экологичное пространство на месте заброшенного манежа в Пушкине.
Алюминиевые лепестки
Олимпийский и паралимпийский музей США в Колорадо-Спрингс по проекту Diller Scofidio + Renfro равно рассчитан на посетителей с любыми физическими возможностями.
Комфортный город в себе
Казалось бы, такое невозможно среди человейников, неритмично чередующихся со старыми дачами. И между тем жилой комплекс на территории бизнес-парка Comcity предлагает именно комфортную среду среднего города: не слишком высокую и умеренно-приватную, как вариант идеала современной урбанистики.
Форум на холме
Недалеко от Штутгарта по проекту бюро Дэвида Чипперфильда полностью завершен культурный центр Carmen Würth Forum: теперь там открылись музей и конференц-центр.
Градсовет удаленно 24.07.2020
В Петербурге обсудили торгово-офисный комплекс для одного из самых плотных районов города: с супрематическими фасадами, системой террас и головокружительными парковками.
Критика единомышленников
Foster + Partners, одни из инициаторов-подписантов экологического архитектурного манифеста Architects Declare, подверглись критике за два недавних проекта «курортных» аэропортов для Саудовской Аравии, так как авиасообщение считается самым разрушительным для окружающей среды видом транспорта.
Архитектура в объективе: 14 фотографов
Мы собирали эту коллекцию два месяца: о начале увлечения архитектурой как предметом фотографирования, об историях профессиональной карьеры и о недавних проектах, о пользе сетей для поиска заказчиков – но и о традиционном отношении к фотографии. Российские архитектурные фотографы рассказывают о себе и делятся опытом. Всё это в контексте обзора instagram-аккаунтов, но не ограничиваясь им.
Городок у старой казармы
Бюро melix воссоздает атмосферу старого Оренбурга в проекте жилого комплекса у Михайловских казарм – важного городского памятника, пришедшего в упадок. Проект победил в конкурсе, проведенном городской администрацией и теперь ищет инвестора.
Мозаика этажей
Жилой комплекс Etaget по проекту архитекторов Kjellander Sjöberg встроен в сложившуюся застройку центральной части Стокгольма, имитируя «город в городе».
Градсовет удаленно 17.07.2020
Щедрый на критику, рефлексию и решения градсовет, на котором обсуждался картельный сговор, потакание девелоперу и несовершенство законодательства.
Второе дыхание «революционного движения профсоюзов»
Архитекторы KCAP и Cityförster представили проект реконструкции в Братиславе конгресс-центра Дома профсоюзов и прилегающей территории: они планируют вернуть жизнь на историческую площадь, в начале 1980-х превращенную в позднемодернистский «плац» с транспортной развязкой.
Движение по краю
ЖК «Лица» на Ходынском поле – один из новых масштабных домов, дополнивший застройку вокруг Ходынского поля. Он умело работает с масштабом, подчиняя его силуэту и паттерну; творчески интерпретирует сочетание сложного участка с объемным метражом; упаковывает целый ряд функций в одном объеме, так что дом становится аналогом города. И еще он похож на семейство, защищающее самое дорогое – детей во дворе, от всего на свете.
Старые стены
Восьмиэтажный кирпичный склад на чугунном каркасе в Манчестере превращен архитекторами Archer Humphryes в самый большой британский апарт-отель.
Агент визуальной устойчивости
Сравнительно небольшой дом на границе фабрики «Большевик» сочетает два противоположных качества: дорогие материалы и декоративизм ар-деко и крупную, несколько даже брутальную сетку фасадов с акцентом на пластинчатом аттике.
Деревянный треугольник
У вокзала в Ассене на севере Нидерландов нет главного фасада: он соединяет части города, а не разделяет их. Авторы проекта – бюро Powerhouse Company и De Zwarte Hond.
Пресса: Рейтинг экспертов в сфере урбанистики
Центр политической конъюнктуры (ЦПК) по заказу Экспертного института социальных исследований (ЭИСИ) составил первый публичный рейтинг экспертов. Представляем вашему вниманию Топ-50 наиболее авторитетных и влиятельных экспертов в сфере урбанистики.
Новый двор
Термы, руины и городской лабиринт – предложения для Никольских рядов, разработанные в рамках форсайта, организованного журналом «Проект Балтия».
Белая площадь
Площадь Единства в центре Каунаса из парадной территории превратилась согласно проекту бюро 3deluxe во многофункциональное пространство, рассчитанное на самых разных горожан, от любителей скейтбординга до родителей с маленькими детьми.
Долгосрочная устойчивость
Архитекторы MVRDV представили проект реконструкции своей знаменитой постройки – павильона Нидерландов на Экспо в Ганновере, пустовавшего 20 лет.
Введение в параметрику
В нашей подборке: вдохновляющие ресурсы, книги, курсы и люди, которые помогут познакомиться с алгоритмической архитектурой и проектированием.
Наследие модернизма: Artek и ресторан Savoy
Ресторан Savoy в Хельсинки с интерьерами авторства Алвара и Айно Аалто вновь открыл свои двери после тщательной реставрации и реконструкции. Savoy был обновлен лондонской студией Studioilse в сотрудничестве с финским мебельным брендом Artek, Городским музеем Хельсинки и Фондом Алвара Аалто.
Леонидов и Ле Корбюзье: проблема взаимного влияния
Памяти Юрия Павловича Волчка. Статья готовилась к V Хан-Магомедовским чтениям «Наследие ВХУТЕМАС и современность». В ней рассматривается проблема творческого взаимодействия Ле Корбюзье и Ивана Леонидова, раскрывающая значение творчества Леонидова и школы ВХУТЕМАСа, которую он представляет, для формирования основ формального языка архитектуры «современного движения».
Памяти Юрия Волчка
Вчера, 6 июля, умер Юрий Волчок, историк архитектуры, ученый, хорошо известный всем, кто хоть сколько-нибудь интересуется советским модернизмом. Слово – его коллегам и ученикам.
Все о Эве
Общим голосованием студентов и преподавателей лондонской школы Архитектурной ассоциации выражено недоверие директору этого ведущего мирового вуза, Эве Франк-и-Жилаберт, и отвергнут ее план развития школы на ближайшие пять лет. В ответ в управляющий совет АА поступило письмо известных практиков, теоретиков и исследователей архитектуры, называющих итог голосования результатом сексизма и предвзятости.
Клетка Фарадея
Проект клубного дома в 1-м Тружениковом переулке – попытка архитекторов разместить значительный объем на крошечном пятачке земли так, чтобы он выглядел элегантно и респектабельно. На помощь пришли металл, камень и гнутое стекло.
Цвет и линия
Находки бюро «А.Лен» для проектирования бюджетного детского сада: мозаика нерегулярных окон и работа с цветом.