English version

Юлий Борисов: UNK project – западные принципы российской архитектуры

Бюро UNK project, в прошлом году отметившее свое 15-летие, является редким примером российской архитектурной компании, организованной и работающей по западному образцу, причем работающей очень успешно. О том, какие принципы российские архитекторы позаимствовали у своих зарубежных коллег и как смогли внедрить их в отечественную практику, мы беседуем с одним из основателей компании архитектором Юлием Борисовым.

Анна Мартовицкая

Беседовала:
Анна Мартовицкая

mainImg
Архи.ру: Юлий, бюро UNK project основано тремя архитекторами – Вами, Николаем Миловидовым и Юлией Тряскиной. Первое, на что обращаешь внимание, изучая ваши CV, так это наличие опыта работы в зарубежных архитектурных компаниях, причем во всех трех случаях именно с него и начинается карьера. Правильно ли я понимаю, что этот опыт оказался для вас решающим при создании собственной компании, и решив работать в России, вы сознательно использовали западную модель организации архитектурного бизнеса?

Юлий Борисов: Да, становление нас как архитекторов действительно частично проходило на Западе. Николай Миловидов работал архитектором в швейцарской фирме Fela Plannings AG, Юлия Тряскина – в американском бюро HOK, а я сам поучился в Баухаузе в Дессау и начал карьеру в берлинском бюро Smidt&partners. Пока мы постигали азы профессии там, здесь, в Москве, продолжался расцвет так называемого «лужковского» стиля, который сопровождался безудержным ростом стоимости недвижимости, а главным критерием качества объекта стала сама возможность согласовать квадратные метры. К сожалению или к счастью, но этот опыт прошел совершенно мимо нас – наоборот, работая в западных компаниях, мы как отче наш усвоили, что качество объекта может измеряться только совокупностью его архитектурных, функциональных и эксплуатационных характеристик. Мы решили, что и здесь будем работать так же. И пока вокруг продолжалась вакханалия по согласованию и строительству безумного количества квадратных метров, мы работали над небольшими проектами, в которых могли реализовать наши принципы. Это частные дома, квартиры, офисные интерьеры и объекты ритейла. Сейчас, когда качественная архитектура потихоньку начинает востребоваться и городом, мы начинаем выходить на объемное проектирование.
Офис архитектурного бюро UNK Project
Юлий Борисов
Частный дом в поселке Жуковка XXI

Архи.ру: Что Вы называете качественной архитектурой?

Ю.Б.:
Качественная архитектура – это архитектура, за которую не стыдно. Которая не вызывает ни отторжения, ни желания что-то срочно изменить или, как минимум, подправить. Качество – это когда люди каждый день пользуются зданием и перестают замечать, что оно есть. С точки зрения конечного потребителя, качество архитектуры – это соответствие техническому заданию за вменяемые деньги.

Архи.ру: Иными словами, функциональность проектируемого объекта для вас однозначно превалирует над формой?

Ю.Б.:
Нельзя выпячивать какое-то одно качество. В идеале, мне кажется, здание должно быть таким, чтобы, несмотря на современный облик и современные примененные материалы, оно смотрелось в городской ткани так, будто существовало там всегда. Другой вопрос, что функциональность действительно обычно противопоставляется форме, и если иметь в виду эту антитезу, то да, функциональность для нас однозначно важнее. Вопрос формы, стиля вторичен, все начинается с задания и исходных данных, и все создается именно под них и ради них. Мы глубоко убеждены в том, что в любом стиле можно сделать и качественную вещь, и очень плохую. Бывает бездарная классика, бывает бездарный хай-тек. Именно поэтому у UNK project нет какого-то одного узнаваемого стиля, для нас куда важнее четко придерживаться раз и навсегда выбранного курса на логичность, рациональность и честность проекта.
Частный дом в поселке Жуковка XXI

Архи.ру: Только за прошлый год UNK project получил несколько профессиональных наград за проекты офисных интерьеров, объектов торговли и жилья. Означает ли это, что у бюро нет не только стилевых предпочтений, но и пристрастий к какой-либо одной типологии?

Ю.Б.:
Наша основная специализация – человек. В самых разных своих ипостасях: человек отдыхающий, человек работающий, человек живущий. У нас был опыт создания промышленного объекта – мы построили завод с очень сложной технологией, но это единичный случай. В основном работаем с человеком и ради человека, проектируя жилье, офисы, торговые центры, шоу-румы, поселки. На наше счастье, современный человек предпочитает многофункциональное пространство, так что специализироваться на какой-то одной типологии попросту не нужно.

Архи.ру:  А среди вас троих, ведущих архитекторов бюро, есть какие-либо предпочтения по типологии?

Ю.Б.:
Юлия чаще всего отвечает за сектор красоты и ритейла, Николай прекрасно разбирается в офисах, а я больше склонен к объемному проектированию. Впрочем, это не значит, что каждый из нас работает строго в одном жанре: наш любимый метод – синергия, мы постоянно обмениваемся опытом. Именно поэтому у нас нет раз и навсегда сформированных бригад архитекторов – под каждый проект собирается свой авторский коллектив. Одно неизменно: каждый объект мы разрабатываем до самых мельчайших деталей – подобное внимание к мелочам вошло в привычку и стало нашим кредо в том числе и потому, что очень долгое время мы работали преимущественно над небольшими объектами. Каждый наш сотрудник накопил огромный багаж знаний – образно говоря, кто-то умеет виртуозно проектировать дверные ручки, кто-то витражи, – и теперь эти знания помогают нам максимально тщательно прорабатывать и очень большие объекты, придавая им индивидуальность.

Архи.ру: Сейчас продолжаете браться за маленькие объекты? Наверно, теперь они интересны вам только лишь как своего рода полигон для обкатки новых творческих идей?

Ю.Б.:
Если честно, я не люблю слово «полигон». Мы не экспериментируем на клиентах. Когда рассматриваем вновь поступающий проект, оцениваем его с разных сторон, в том числе и с точки зрения возможности самовыражения, но площадь никогда не была для нас главной причиной согласия на работу или отказа от нее. Да, мы можем взяться за проект с нулевой прибылью, если видим в нем интересные возможности. Но вне зависимости от того, проектируем мы большой объект или маленький, мы работаем на одинаково высоком уровне.
Частный дом в поселке «Западная долина»

Архи.ру: Не так давно вы начали на постоянной основе сотрудничать с английской архитектурной компанией Scott Brownrigg. Что вам дает это партнерство?

Ю.Б.:
На каком-то этапе мы поняли, что нам не хватает знаний о новых материалах и современных технологиях, передового опыта, если угодно. И заключили соглашение с английскими партнерами о взаимной работе. Это сотрудничество дает очень многое обеим сторонам – мы учимся применять новые технологии, заимствуем какие-то приемы, а английские коллеги получили возможность более уверенно работать в России и странах СНГ.

Архи.ру: Правильно ли я понимаю, что сейчас вы привлекаете английских партнеров к разработке почти всех своих проектов, а не только в тех случаях, когда, скажем, по условиям тендера, необходимо выступить международной командой?

Ю.Б.:
Конечно. Мы приглашаем наших зарубежных коллег всегда, когда видим, что их участие в проекте обеспечит более качественный результат. Заказчики охотно на это соглашаются – разработанный совместно с англичанами проект может быть несколько дороже, но конечный результат, с учетом исполнения сроков, строительных затрат и т.д., оказывается однозначно рентабельнее. Качественно выполненный проект дает экономию и при последующей эксплуатации – к счастью, наши заказчики это или уже знают по собственному опыту, или умеют прислушиваться к нашему мнению.
Офис архитектурного бюро UNK Project

Архи.ру: А вообще часто принимаете участие в конкурсах?

Ю.Б.:
Любим закрытые конкурсы с понятными правилами игры и гарантией серьезных намерений заказчика. Есть и такие конкурсы, участие в которых и победа в которых – дело принципа. Например, прошлогодний открытый конкурс на проект жилой застройки района «Технопарк» в «Сколково». Мы настолько уверенно себя чувствуем в сфере малоэтажного строительства, досконально знаем его, что здесь нам даже не были нужны западные партнеры. Выиграть было делом принципа. И мы выиграли. Сейчас постепенно запускается процесс реализации проекта.
Офис архитектурного бюро UNK Project

Архи.ру: Сколько человек работает в бюро сегодня?

Ю.Б.:
Более 50. 

Архи.ру: Я специально уточнила, т.к. еще несколько лет назад Юлия в одном из интервью говорила, что больше  25 человек в бюро никогда не будет работать, иначе конвейеризации не избежать…

Ю.Б.:
Увеличивается число заказов, растет и количество сотрудников. В конце прошлого года мы даже переехали в новый офис большей площади для того, чтобы разместить весь разросшийся состав бюро. Однако главный принцип остается неизменным: на работу в UNK project мы приглашаем только тех людей, которые способны придумать оригинальную идею и разработать интересную концепцию. У нас не проектный институт, а креативный мобильный офис.

Архи.ру: Насколько вам как архитекторам комфортно работать в современной Москве?

Ю.Б.:
Ну, это, знаете, такой неоднозначный вопрос... Чем менее качественная среда в городе, тем больше работы у архитектора – и в этом смысле нам в Москве очень комфортно. С другой стороны, именно сейчас ситуация действительно меняется к лучшему – погоня за квадратными метрами осталась в прошлом, сегодня и девелоперы, и власти заинтересованы в том, чтобы в городе появлялась качественная удобная архитектура. Как минимум на уровне деклараций архитектурное руководство старается облегчить жизнь проектировщикам, упростить процедуру согласований и т.д. В общем, мы не жалеем, что работаем именно здесь и сейчас.

Архи.ру: Немало в вашем портфолио и проектов, разработанных для различных регионов РФ…

Ю.Б.:
Да, мы проектировали в Санкт-Петербурге, Воронеже, Красноярске, ряде других городов. Сейчас сложилась такая тенденция: московские заказчики ищут прозападных или западных архитекторов, региональные – московских. К счастью, мы и в том и в другом секторе чувствуем себя уверенно.

Архи.ру: Считаете ли вы необходимым образовывать заказчика, развивать его вкус и тем самым способствовать появлению качественной архитектуры?

Ю.Б.:
Миссия, конечно, почетная, но в реальности оказывается, что образовывать заказчика очень тяжело и зачастую бессмысленно... В конце концов, мы не образовательный центр. Нас не интересуют заказчики, которых интересуют только квадратные метры. Но и мы им, в свою очередь, совершенно не нужны. В основном, работаем с коммерческими структурами, готовыми вкладывать в интересный и качественный результат. И взаимодействуя с ними, мы, конечно, боремся за решения, которые считаем правильными и органичными. 

Архи.ру: Насколько остро стоит для вас проблема качества строительства? Принято считать, что в нашей стране она сводит на нет 90 процентов правильных и органичных решений…

Ю.Б.:
Как архитекторы, которые работают в России, мы, конечно, сталкиваемся с этой проблемой. Но, на мой взгляд, чаще всего за некачественным строительством прячутся непроработанные проекты. Поскольку мы выполняем свои проекты на очень высоком уровне, сами делаем рабочую документацию и, благодаря в том числе и своим английским партнерам, предлагаем заказчику только лучшие материалы, то и качество строительства обеспечиваем высокое. Правда, не скрою, зачастую приходится тратить колоссальную энергию на то, чтобы убедить заказчика сделать выбор в пользу качественных материалов. Но тут мы точно знаем, за что боремся.
zooming
Конкурсный проект для Сколково

09 Апреля 2013

Анна Мартовицкая

Беседовала:

Анна Мартовицкая
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
Видео-разговор об архитектурной атмосфере
В первые дни января 2021 года Елизавета Эбнер запустила @archmosphere.press – проект об архитектуре в Instagram, где она и другие архитекторы рассказывают в видео не длинней 1 минуты об 1 здании в своем городе, в том числе о своих собственных проектах. Мы поговорили с Елизаветой о ее замысле и о достоинствах видео для рассказа об архитектуре.
Сергей Чобан: «Я считаю очень важным сохранение города...
Задуманный нами разговор с Сергеем Чобаном о высотном строительстве превратился, процентов на 70, в рассуждение о способах регенерации исторического города и о роли городской ткани как самой объективной летописи. А в отношении башен, визуально проявляющих социальные контрасты и создающих много мусора, если их сносить, – о регламентации. Разговор проходил за день до объявления о проекте «Лахта-2», так что данная новость здесь не комментируется.
Энди Сноу: «Моя цель – соединить в архитектуре рациональное...
Английский архитектор Энди Сноу стал главным архитектором проектной компании GENPRO. Постройки Энди Сноу в Великобритании, выполненные в составе известных бюро, отмечены международными наградами. В России архитектор принимал участие в проектировании БЦ «Фабрика Станиславского», ЖК iLove и БЦ AFI2B на 2-й Брестской. Энди Сноу сравнил строительную ситуацию в России и Великобритании и поделился своим видением архитектурных перспектив России.
Бюро Никола-Ленивец: «Мы не решаем проблемы, а раскрываем...
Иван Полисский и Юлия Бычкова, управляющие партнеры Бюро Никола-Ленивец – о том, какие проблемы решает социокультурное проектирование, как развивать территории с помощью искусства и почему нельзя в каждом регионе создать свой Никола-Ленивец.
Сергей Скуратов: «Небоскреб это баланс технологий,...
В марте две башни Capital towers достроили до 300-метровой отметки. Говорим с автором самых эффектных небоскребов Москвы: о высотах и пропорциях, технологиях и экономике, лаконизме и красоте супертонких домов, и о самом смелом предложении недавних лет – башне в честь Ле Корбюзье над Центросоюзом.
«Коралловый цветок»
Foster + Partners и девелопер TRSDC разрабатывают масштабный курортный проект на побережье Красного моря в Саудовской Аравии. Об одном из его составляющих, комплексе Coral Bloom, нам рассказали Джерард Эвенден из Foster + Partners и генеральный директор TRSDC Джон Пагано.
Архитектура без истории и без теории?
На днях стало известно о планах радикальной реогранизации НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства (НИИТИАГ) – единственного исследовательского института страны с таким профилем. Сотрудников, по слухам, планируют сократить в 7-8 раз. Мы поговорили с Дмитрием Швидковским, Андреем Боковым, Елизаветой Лихачевой, Андреем Баталовым – о том, чем ценен Институт и почему его все же надо сохранить.
Двадцатый год, нелегкий: что говорят архитекторы
Тридцать архитекторов – о прошедшем 2020 годе, перипетиях, плюсах и минусах «удаленки», новых проектах, постройках и других профессиональных событиях, выставках и результатах конкурсов. Также говорим о перспективах закона об архитектурной деятельности.
Григориос Гавалидис: «Запрос на качественную архитектуру...
Бюро, которое очень быстро, за 5-6 лет, выросло от 3 до 50 архитекторов и теперь работает с крупными ЖК и значительными мастер-планами «городов-спутников» Подмосковья. Основано греком из города Салоники. Григориос Гавалидис считает скучной работу с частными домами на островах, говорит по-русски как москвич и мечтает сделать московскую городскую среду комфортной, разнообразной и безопасной – как в Греции.
Владимир Григорьев: «Панельная застройка везде одинакова,...
В Санкт-Петербурге стартовал открытый конкурс «Ресурс периферии», участникам которого предлагается разработать концепцию повышения качества среды жилых кварталов 1970-1990-х годов. Выясняем подробности у главного архитектора города.
Андрей Асадов: «На концептуальном этапе надо сразу...
Исследуем главный витраж саратовского аэропорта «Гагарин», составленный из стеклопакетов, наклоненных под углом и образующих «воронку» над входом. Обсуждаем особенности витражных конструкций, а также поиск технологии, которая позволит реализовать красивое архитектурное решение, не пожертвовав надежностью и стоимостью объекта.
Виталий Лутц: «Работа над ЗИЛом была очень интересна...
Недавно Архсовет в неформальном режиме обсудил мастер-план территории ЗИЛ-Юг, разработанный на основе ППТ Института Генплана, утвержденного в 2016 году. Об истории и особенностях проектов 2011-2017 рассказывает их непосредственный участник и руководитель.
Архитектор в девелопменте
Девелоперские компании берут в команду архитекторов, а порой создают целые архитектурные подразделения внутри своей структуры: о роли, значении, возможностях архитектора в сфере девелопмента Архи.ру и Институт «Стрелка», изучающий эту непростую тему в течение года, поговорили с архитекторами, которые работают в девелопменте, и другими специалистами.
Новый опыт: истории четырех бюро
Беседуем с архитекторами, которые долгое время были заняты в сфере дизайна интерьеров, индивидуального жилого строительства и инсталляций, но недавно реализовали свой первый крупный объект: Faber Group с вокзалом в Иваново, Павел Стефанов и Ольга Яковлева с крематорием в Воронеже, Архатака с ТЦ Галерея SM в Петербурге и Хора с реконструкцией Национальной библиотеки Татарстана.
Москомархитектура: итоги года. Часть I
Шесть коротких интервью: с Никитой Токаревым, Кириллом Теслером, Сергеем Георгиевским, Николаем Переслегиным, Филиппом Якубчуком и основателями бюро ARCHSLON Татьяной Осецкой и Александром Саловым.
Амир Идиатулин: «Главное – объект должен быть тебе...
IND architects стали ньюсмейкерами завершающегося года: выиграли два иностранных конкурса, поучаствовали в трех международных консорциумах, завершили реконструкцию здания первого детского хосписа в Москве для фонда Нюты Федермессер. Основатель и руководитель бюро Амир Идиатулин – об основных принципах работы: самым важным архитекторы считают увлеченность темой, стремятся к универсальности, с жюри и заказчиками не заигрывают, стоимость работы рассчитывают по человеко-часам.
Юлий Борисов: «Мы должны быть гибкими, но не терять...
Особенность развития архитектурной компании UNK project – в постоянном поэтапном росте и спланированном изменении структуры. Это тяжело, но эффективно. Юлий Борисов рассказал нам о недавней трансформации компании, о ее сформулированных ценностях и миссии, а также – о пользе ТРИЗ для конкурсной практики, личностном росте и сложностях роста бюро, параллелизме рационального расчета и иррационального творчества, упорстве и осознанности.
ATRIUM: «Один довольный заказчик должен приносить тебе...
Вера Бутко и Антон Надточий, известные 20 лет назад смелыми проектами интерьеров и частных домов, сейчас строят большие жилые районы в Москве, участвуют в конкурсах наравне с западными «звездами», активно работают со значительными проектами не только в России, но и на постсоветском пространстве. Мы поговорили с архитекторами об их творческом пути, его этапах и истории успеха.
Константин Акатов: «Обновленная территория – увлекательное...
Интервью с победителем международного конкурса на мастер-план долины реки Степной Зай в Альметьевске, руководителем проекта, заместителем генерального директора «Обермайер Консульт» Константином Акатовым.
Сергей Труханов: «Главное – найти решение, как реализовать...
Как изменятся наши рабочие пространства? Можно ли подготовить свои офисы к подобным ситуациям в будущем? Что для современных офисов актуально в целом? Как работать с международными компаниями и какую архитектурную типологию нам всем еще только предстоит для себя открыть?
Технологии и материалы
Energy Ice – стекло, прозрачное как лед
Energy Ice – новое мультифункциональное стекло, отличающееся максимальным светопропусканием. Попробуем разобраться, в чем преимущество новинки от компании AGC
Стать прозрачнее
Zabor modern предлагает ограждения европейского типа: из тонких металлических профилей, функциональные, эстетичные и в достаточной степени открытые.
Прочность без границ
Инновационный фибробетон Ductal®, превосходящий по прочности и долговечности большинство строительных материалов, позволяет создавать как тончайшие кружевные узоры перфорированных фасадов, так и бархатистые идеальные поверхности большеформатной облицовки.
Обновление коллекции декоров ALUCOBOND® Design
Коллекция декоров ALUCOBOND® Design от компании 3A Composites пополнилась несколькими новыми образцами – все они находятся в русле тренда на натуральность и отвечают самым актуальным тенденциям в дизайне.
Любовь к геометрии
Французское сантехническое оборудование DELABIE для крупных общественных сооружений выбирают выдающиеся архитекторы Жан Нувель, Норман Фостер, SANAA, Руди Ричотти и другие. Представляем новую модель бесконтактных смесителей TEMPOMATIC 4, сочетающих безопасность, мега-экологичность и стильный дизайн.
Урбан-домик на дереве
Современное игровое пространство Halo Cubic от финского производителя Lappset: множество сценариев игры и безупречный дизайн, способный украсить современный жилой комплекс любого класса.
Естественность и сила кирпича ручной работы
Датский ригельный кирпич ручной работы Petersen Kolumba на фасадах частного дома в Иркутске по проекту Станислава Гаврилова напоминает о мощи древнеримской архитектуры и прекрасно справляется с сибирскими морозами. Мы расспросили автора проекта об этом доме и работе с кирпичом Kolumba.
Handmade для кинотеатра «Москва»
Коммерческий директор компании Ледрус Максим Беляев рассказывает о том, в чем состоит специфика работы со светом по индивидуальному дизайн-проекту и как можно переквалифицироваться из поставщика в подрядчика с функциями ведущего консультанта, проектировщика оригинальных решений и производителя в одном лице.
Блестящие перспективы
Lucido – архитектурно ориентированная компания, ставящая во главу угла эстетику и технологичность. Предлагая все виды итальянской керамической плитки и мозаики, Lucido специализируется на керамограните больших форматов. Рассказываем о воссоздании мраморных слэбов, а также об экспериментах с большим форматом звезд мировой архитектуры Кенго Кумы и Даниэля Либескинда.
Материя с гибким характером
Алюминий – разнообразный материал, он работает в широком в диапазоне от гибкого дигитального футуризма – до имитации естественных поверхностей, подходящих для реконструкций и даже стилизаций. Рассказываем о 7 новых жилых комплексах, в которых использован фасадный алюминий компании SEVALCON.
Волшебная линия
Вентиляционные диффузоры Invisiline, созданные архитекторами Майклом и Элен Мирошкиными, завоевали престижную дизайнерскую премию Red Dot 2020. Невидимые решетки, придуманные для собственных проектов, выросли в бренд, ответивший на запросы коллег-архитекторов.
Эффектная сантехника для энергоэффективного дома
Экодом в Чезене, совмещающий функции жилья и рабочей студии архитекторов Маргариты Потенте и Стефано Пирачини, стал первым в Италии примером «пассивного дома», встроенного в плотный фронт городской застройки; кроме того он – результат реконструкции. Интерьеры дома удачно дополняет сантехника Duravit.
Сейчас на главной
Есть ли места на Олимпе? Сексизм и «звездность» в архитектуре
«Есть ли места на Олимпе? Сексизм и «звездность» в архитектуре» Дениз Скотт Браун – это результат личного исследования вопросов авторства, иерархической и гендерной структуры профессии архитектора. Написанная в 1975 году, статья увидела свет лишь в 1989, когда был издан сборник "Architecture: a place for women". С разрешения автора мы публикуем статью, впервые переведенную на русский язык.
Смена масштабов
AMO, исследовательское подразделение бюро OMA, разработало декорации для показа ювелирной коллекции Bvlgari в миланской Галерее Виктора Эммануила II.
Кирпич и свет
«Комната тишины» по проекту бюро gmp в новом аэропорту Берлин-Бранденбург тех же авторов – попытка создать пространство не только для представителей всех религий, но и для неверующих.
Сотворение мира
К 60-летию первого полета человека в космос в Калуге открыли вторую очередь Государственного музея истории космонавтики, спроектированную воронежским архитектором Василием Исаевым. Музей космонавтики-2, деликатно вписанный в высокий берег реки Оки, дополнил ансамбль с легендарным памятником архитектуры 1960-х авторства Бориса Бархина, могилой Циолковского в парке и ракетой «Восток» на музейной площади. Основоположник космонавтики Циолковский, мифологический покровитель Калуги, стал главным героем новой музейной экспозиции, парящим в невесомости, как Бог-Отец в картинах Тинторетто.
Пресса: «Важно сохранять здания разных периодов». Суперзвезда...
У Сергея Чобана необычный профессиональный путь: в девяностые годы он добился признания на Западе и только потом стал востребованным в России. И сейчас его гонорары чуть не дотягивают до уровня мировых легенд вроде Нормана Фостера.
Серебро дерева
Спроектированный Níall McLaughlin Architects деревянный посетительский центр со смотровой башней у замка Даремского епископа напоминает о средневековых постройках у его стен.
Грильяж новейшего времени
Офис продаж ЖК «Переделкино ближнее» компании «Абсолют Недвижимость» стал единственным российским победителем французской дизайнерской премии DNA. Особенности строения – треугольный план, рельефная сетка квадратов на фасадах и амфитеатр внутри.
Цифровой «валун»
В Эйндховене в аренду сдан дом, напечатанный на 3D-принтере: это первое по-настоящему обитаемое «печатное» строение Европы.
Этюды о стекле
Жилой комплекс недалеко от Павелецкого вокзала как символ стремительного преображения района: композиция с разновысотными башнями, изобретательная проработка витражей и зеленая долина во дворе.
Место сбора
В Лондоне открылся 20-й летний павильон из архитектурной программы галереи «Серпентайн». Проект разработан йоханнесбургской мастерской Counterspace.
Сила цвета
Три московских выставки, где важную роль в дизайне экспозиции играет цвет: в Новой Третьяковке, Музее русского импрессионизма и «Царицыно».
Умер Готфрид Бём
Притцкеровский лауреат Готфрид Бём, автор экспрессивных бетонных церквей, скончался на 102-м году жизни.
Эстакада в акварели
К 100-летнему юбилею Владимира Васильковского мастерская Евгения Герасимова вспоминает Ушаковскую развязку, в работе над которой принимал участие художник-архитектор. Показываем акварели и эскизы, в том числе предварительные и не вошедшие в финальный проект, и говорим о важности рисунка.
Идейная составляющая
Попытка систематизации идей, представленных в Арх Каталоге недавно завершившейся выставки Арх Москва: критика, констатация, обоснование, отказ, – все в основном лиричное, традиции «бумажной архитектуры», пожалуй, живы.
Летать в облаках
Ресторан в Хибинах как новая достопримечательность: высота 820 над уровнем моря, панорамные виды, эффект левитации и остроумные инженерные решения.
Видео-разговор об архитектурной атмосфере
В первые дни января 2021 года Елизавета Эбнер запустила @archmosphere.press – проект об архитектуре в Instagram, где она и другие архитекторы рассказывают в видео не длинней 1 минуты об 1 здании в своем городе, в том числе о своих собственных проектах. Мы поговорили с Елизаветой о ее замысле и о достоинствах видео для рассказа об архитектуре.
21+1: гид по архитектурной биеннале в Венеции
В этом году архитектурная биеннале «переехала» в виртуальное пространство: так, 20 национальных экспозиций из 61 представлено в онлайн-формате. Цифровые двойники включают в себя видеоэкскурсии по павильонам, интервью с авторами и записи с церемонии открытия. Публикуем подборку национальных проектов, а также один авторский – от партнера OMA Рейнира де Графа.
Награды Арх Москвы: 2021
В субботу вечером Арх Москва вручила свои дипломы. В этом году – рекордное количество специальных номинаций, а значит, много дипломов досталось проектам с содержательной составляющей.
Вулкан Дефанса
В парижском деловом районе Дефанс достраивается башня HEKLA по проекту Жана Нувеля. От соседей ее отличает силуэт и фасадная сетка из солнцерезов.
Керамические тома
Ажурный фасад новой библиотеки по проекту Dietrich | Untertrifaller в австрийском Дорнбирне покрыт полками с книгами – но не бумажными, а из керамики.
Идеями лучимся / Delirious Moscow
В Гостином дворе открылась 26 по счету Арх Москва. Ее тема – идеи, главный гость – Москва, повсеместно встречаются небоскребы и разговоры о высокоплотной застройке. На выставке присутствует самая высокая башня и самая длинная линейная экспозиция в ее истории. Здесь можно посмотреть на все проекты конкурса «Облик реновации», пока еще не опубликованные.