Юлия Тарабарина

Беседовала:
Юлия Тарабарина

Утвержден новый состав архитектурного совета Москвы

Главный архитектор города Сергей Кузнецов прокомментировал это событие для Архи.ру и рассказал о том, каким образом составлялся список членов совета. В состав совета вошли Ханс Штиман, Сергей Чобан, Григорий Ревзин, Евгений Асс и другие. Смотрите / читайте подробности.

14 Февраля 2013
0 Интервью доступно в видеоформате; ниже можно прочитать расшифровку текста.
Полный список членов архсовета можно увидеть здесь >>

Видеозапись интервью. Часть 1.


Видеозапись интервью. Часть 2.


Архи.ру:
Разговоры о новом составе архсовета идут уже полгода, практически с момента вашего вступления в должность главного архитектора Москвы. Почему так долго?


Сергей Кузнецов:
Мне кажется, не сами разговоры так долго идут, а так долго мы занимались выпуском постановления и работой над положением по архсовету, его функциям и полномочиям (выдержу из положения см. здесь). Это оказалось довольно сложной задачей. У нас ужесточаются рамки для работы в согласовательных структурах, а архсовет – безусловно, структура согласовательная. Идет борьба с коррупционной составляющей и прочее. По объективным причинам рассмотрение всех деталей с правовой точки зрения потребовало достаточно большого  времени. И вот постановление об архсовете вышло.

Но почему так долго – вопрос не ко мне. Я инициатором этих разговоров никогда не являлся. То, что у нас архитекторам и сообществу это интересно, я считаю, хорошо и здорово, потому что является индикатором интереса к архитектурной деятельности в целом. Но, с другой стороны, я заметил, что у архитекторов есть такая черта – не знаю, есть ли подобное в других профессиях, но в нашей определенно есть: вопрос статусности и престижности заседаний где бы то ни было слишком важен сам по себе. У меня лично закрадывается подозрение, что мы в некоторых случаях имеем дело не столько с желанием бороться за качество архитектуры, сколько – с побуждением присутствовать в важном органе. Может быть, я ошибаюсь, не хочется быть некрасивым в глазах тех людей, которые искренне хотят участвовать в работе и добиваться совместного успеха. Но обилие и плотность разговоров вызваны скорее первым фактором, чем необходимостью скорее начать работать и что-то рассматривать.

Архи.ру:
Возможно ли изменение состава архсовета?

Сергей Кузнецов:
Да, конечно, возможно. Больше того, необходимо. Я хотел, чтобы состав был максимально ротируемым, и это предложение прошло. Для меня очевидно, что архсовет не должен быть очень большим – иначе будет очень много дискуссий, противоречий, разговоров. Большое количество людей, собравшись вместе, с трудом могут принимать решения, и архсовет в таком случае был бы неработоспособным. Поэтому я хотел, чтобы сам по себе состав был небольшой. Но, так как желающих поработать в совете много, чтобы мы могли его менять и по очереди заниматься решением этих вопросов. Было бы интересно потом сравнить решения, принятые одним составом совета и другим. Смена состава к тому же была бы событием, способным до некоторой степени наделить деятельность архсовета дополнительным сюжетом.

У нас заложена обязательная ротация каждый год. Больше того, для первого состава мы не выбрали всю квоту положенных мест: согласно положению, членов архсовета может быть от 12 до 21, сейчас их 15. Оставшиеся места – в зависимости от активной позиции тех или иных архитекторов в общественном поле дискуссии, в зависимости от появления в этом поле новых имен можно будет включить в состав совета еще несколько человек. Ну и еще раз подчеркиваю, что ротация не будет стопроцентной. То есть не обязательно, что мы раз в год заменим всех. Но какая-то квота будет, я сейчас не помню, зафиксирована она в постановлении или нет. Безусловно мы будем заметно обновлять состав архсовета каждый год.

Архи.ру:
Кто будет принимать это решение и кто сейчас его принимал?

Сергей Кузнецов:
Решение принималось коллективно. Вообще принцип формирования архсовета был довольно сложным. Не то чтобы мы сели и написали список приятных для своего уха фамилий и решили, что это будет архсовет. Мы пошли довольно сложным путем: собрали рекомендации от представителей разных общественных организаций, связанных так или иначе с проектированием: Национального объединения проектировщиков, Российского союза архитекторов, Московского союза архитекторов, образовательных институций (МАрхИ, Академии архитектуры, «Стрелки») – всех, кто так или иначе активно присутствуют в дискуссионном поле. Опросили довольно большое количество специалистов и составили расширенный список всех людей, которые были рекомендованы.

Потом отобрали некую верхушку этого списка – тех, кто упоминался чаще других. И уже с этой верхушкой работали более плотно. В ней были определенные перестановки. А дальше началось уже согласование: после отсева состав согласовывался с руководством Стройкомплекса. Финальный состав визируется руководством Стройкомплекса и города,  а составлялся он на тех принципах, о которых я рассказал. Дальнейшие решения будут приниматься согласно тому же алгоритму.

Архи.ру:
А все-таки, кого опрашивали – архитекторов, чиновников?

Сергей Кузнецов:
Я же сказал – Национальное объединение проектировщиков, есть конкретный руководитель, Михаил Посохин, они дали свой список. Я не знаю, какой там был механизм, но, как мы предполагаем, были внутренние заседания объединения, на котором они составили свой список. Союзы архитекторов дали свои списки. То есть все, кого мы опрашивали, писали списки. Причем они не везде были из двадцати человек. Списки были по сорок человек и больше. Из этих списков и собирали состав. Понятно, что опросить каждого человека очень тяжело – хотя могу сказать, что и заявок о включении в архсовет по такой форме было довольно много. Видно, что людям это интересно, но я со сдержанным оптимизмом подхожу к такому интересу и считаю, что много у кого мотивация не та, которая казалась бы мне правильной для работы в архсовете.

Архи.ру:
Список получился очень интересным и очень разноплановым. В нем есть люди, что называется, из старого времени, есть люди из нового времени и даже есть один иностранец. Это очень ново. Не противоречит ли это московским правилам и законам?

Сергей Кузнецов:
А правил никаких тут нету, поэтому – я считаю это нормальным. Безусловно, идеология архсовета, объясняющая, почему список именно такой, взята не с потолка, она продумана. Должен быть баланс, как Вы правильно сказали, между людьми – я бы не стал их называть людьми старого и нового времени – а людьми, которые с городом работали, знают его, являются, в числе прочего, носителями справочной информации – плюс могут объяснить логику принятия тех или иных решений. Проекты на архсовете всегда рассматриваются в контексте соседних территорий и всегда нужны носители знания, сведущие в том, каким образом принимались решения по этим территориям.

Преемственность, безусловно, должна быть: не надо выплескивать с водой ребенка. Мы не можем каждый раз начинать градостроительную деятельность с чистого листа. Мол, давайте все отменим и признаем, что все, что было – было очень плохо и начнем лепить свое. Также придут люди после нас и тоже скажут, что все было очень плохо. И мы будем бесконечно стартовать, пока другие сделают сто шагов, мы с одного и того же места сделаем двадцать раз по пять и останемся в итоге суммарно на пять шагов от нуля. Я считаю, что это неправильно. Нужно критически оценивать, но и понимать, в какой логике принимаются решения, находить что-то хорошее и продолжать это использовать в дальнейшем.

Есть баланс между представителями власти, чиновниками – и людьми коммерческого рынка или общественного поля (можно назвать это по-разному). Здесь тоже баланс соблюден примерно пополам. Люди, которые будут исполнять решения и на ком будет лежать ответственность, будут находиться внутри архсовета в дискуссии с людьми, которые представляют интересы широкого круга профессионального сообщества и общественного мнения. Надо понимать также, что названный состав совета это далеко не все, кто сможет принимать участие в дискуссии. На заседания будут приглашаться специалисты по отдельным направлениям – консультанты, эксперты. Это тоже не возбраняется, а, напротив, поощряется. Целью совета будет, конечно же, принятие максимально компетентных решений: все открыто, доступно, понятно. Это не значит, что собралась некая группа лоббистов, которые хотят те или иные вещи отстаивать или, наоборот, рубить. Решения, конечно, будут приниматься процедурным голосованием, но дискуссия будет вестись более широко.

Архи.ру:
И все же почему Штиман, а не, скажем, Хосе Асебильо?

Сергей Кузнецов:
Вы знаете, сразу скажу, что это была моя идея пригласить иностранного специалиста – для пробы одного. Я думаю, что если опыт удастся, то будем приглашать больше. Почему Штиман, а не еще кто-то? Во-первых, будет еще такой орган, его пока нет, но при работе над мастер-планом и градпланом мы хотим как продолжение конкурса на Большую Москву сделать бюро «Большая Москва» из специалистов, консультантов, которые будут помогать нам делать мастер-план города. Там будет достаточно иностранцев, потому что много иностранцев принимали участие в конкурсе на Большую Москву. Отсутствия интернационального опыта мы не ощущаем. Поэтому не было и цели пригласить много иностранцев.

Почему Ханс Штиман? Его кандидатура, безусловно, многим  покажется интересной. Я объясню подробнее. Он, как мне кажется, по многим параметрам соответствует идеалу. Во-первых, он был главным архитектором Берлина, причем довольно долгий период времени. А Берлин – город модельно очень интересный, это слияние двух градостроительных школ – западной и восточной, которые он объединял. По сути, было два Берлина. Это редкий город в Европе, который активно застраивался в последние 10-20 лет. Я не знаю ни одного другого города из знаковых, столичных городов, который бы так застраивался. Притом – в центральной части, градостроительно самой важной. По сути, при непосредственном участии Ханса Штимана был создан новый центр города.

До этого Берлин был одним из европейских городов однозначно второго плана. Если отмотать на 20 лет назад, то надо признать, что толчок был сделан в 1989 году, с падением берлинской стены: до этого Берлин как интересную точку на карте Европы никто не воспринимал. Как политически напряженную – воспринимали, а как интересную архитектурно, я ручаюсь, что нет. За эти 20 с небольшим лет совершен колоссальный скачок. Такого градостроительного развития, какое получил Берлин, и имиджевого развития в том числе, не знал ни один город. Сегодня это одна из самых модных точек на карте Европы, самых интересных, причем с точки зрения урбанистики решенных великолепно – отсутствует проблема пробок и вообще транспорта, интересно функционирует социология города. Город сложный, многонациональный, один из самых больших, кстати говоря, по его населенности диаспорами – в частности, в Берлине значительная турецкая диаспора. Есть сложности, которые и у нас в Москве присутствуют, а там тем или иным способом уже успешно решаются. Поэтому я считаю, что сумма опыта Ханса Штимана очень интересна.

Кроме того, это человек, который имеет колоссальные навыки и знания в тех областях, которых нам особенно не достает. Это качество архитектуры само по себе: это, скажем так, последовательность и преемственность принятия решений – от градостроительных решений и мастер-планирования до деталей, до того, где расположен вход в здание, какой размер этого входа, из чего сделана входная ручка – до мелочей. Я не знаю другого специалиста такого уровня, обладающего одновременно большим багажом знаний, произрастающих на базе немецкой градостроительной школы и градостроительным опытом: у него были в жизни события, которые позволили многое пройти на практике. Поэтому он мне показался очень интересной кандидатурой. Я допускаю, что мы можем потом поработать с кем-то еще, но думаю что для начала это будет интересный опыт.

Архи.ру:
А как это будет практически реализовываться? Человек живет в другом городе. Как часто будет проходить архсовет? Он будет приезжать на заседания?

Сергей Кузнецов:
Пока архсовет не будет проходить чаще, чем один раз в месяц. Мы будем его приглашать, он будет приезжать, он на это согласен. Не вижу в этом сложностей.

Архи.ру:
Теперь про наших участников совета. Из 15 человек я насчитала около шести практикующих архитекторов – глав и замглав крупных мастерских (Евгений Асс, Алексей Воронцов, Андрей Гнездилов, Юрий Григорян, Владимир Плоткин, Сергей Чобан).
Это меньше половины всего состава. Почему так случилось?


Сергей Кузнецов:
Это меньше половины, но больше трети. Я считаю, что это хороший процент. Нам нужно было включить еще и людей, которые не архитекторы, а представители Москомнаследия, например (Ирина Савина, первый зам. Департмента культурного наследия г. Москвы – прим. Архи.ру). Это тоже обязательно, многие вопросы с этим связаны. В состав архсовета должен был войти главный архитектор – я считаю, что это моя зона ответственности и я тоже не практикующий архитектор.

Есть еще ряд людей, которых мы включили: Григорий Ревзин, журналист и архитектурный критик, причем с большим багажом интернационального опыта. Он комиссар павильона России на венецианской биеннале – в Европе более знакового события, насыщенного интересом к архитектуре, чем эта биеннале, я считаю, не существует. Кроме того, он тему архитектуры, международного опыта, актуальность архитектуры знает как никто другой – хотя тоже не архитектор.

Был ряд людей, которых я считал правильным включить. На архитекторов осталось какое-то количество мест, мы их заполнили. Мне кажется, что это нормальный, неплохой баланс. Вопрос: для кого архитектура? Он такой философский. Архитекторы же не сами для себя работают. Все-таки архитектура для широкого круга людей. Цель была охватить максимальное количество заинтересованных людей. Получить представителей тех, кто несет ответственность, и тех, кому это интересно. Да, архитекторы – это представители профессионального сообщества, но сообщество не должно переоценивать само себя и свою значимость. Сообщество все-таки служит людям и заказчикам, выражая мнение рынка и этих людей. Поэтому роль людей из сообщества важна, но она не конечная.

Архи.ру:
Я бы сказала, это очень позитивная позиция. Но если с другой стороны подойти: когда эти шесть архитекторов принесут свои проекты на Архсовет, как они будут их рассматривать? Выходить из зала?

Сергей Кузнецов:
Вы задали вопрос, который я на удивление часто слышу, хотя сам это как проблему не воспринимаю. У нас нет, честно скажу, никаких рестрикций на рассмотрение собственных проектов или невозможности по ним голосовать. Я слышал о разного рода опытах по этому поводу. Кто-то говорит, что выходил из зала, кто-то не выходил. Как было до этого, я помню не очень хорошо. Но не помню, чтобы кто-то вставал и уходил. Это же публичный процесс. Я не верю, что кто-то, забыв о совести, начнет отстаивать неудачное решение, понимая, что это лежит как на ладони у всей общественности. Это было бы неадекватным поведением. А неадекватных людей у нас в совете, как мне кажется, нет. Так что это неважно, это остается на усмотрение архитектора и не возбраняется. Защита своего проекта все равно должна вестись обязательно автором проекта, не важно, член он совета или нет.

В конце концов, мы можем какие-то решения принимать внутри совета. Начнем работать – и если поймем, что получается некорректно, в конце концов, примем решение, что по своему проекту автор не голосует.

Архи.ру:
В списке среди шести уже названных архитекторов имеется Сергей Чобан, с которым Вы работали недавно в бюро «SPEECH». Хотя Вы покинули это бюро, все прекрасно знают, что вы сохранили хорошие дружеские отношения. Как Вы можете прокомментировать эту кандидатуру и каким образом она появилась?

Сергей Кузнецов:
Глупо скрывать или говорить, что эта кандидатура не связана со мной. Все это понимают, все знают, что мы долгое время были партнерами, создавали офис, который, объективно говоря, успешно работает и результатом этой успешной работы стало в том числе и то, что я сегодня являюсь главным архитектором. Я думаю, что не последнюю роль в этом сыграли успехи офиса, а не только мои личные заслуги или достоинства.

Что касается его кандидатуры. Безусловно, на эту тему было много обсуждений и разговоров, но Вы совершенно справедливо сказали, что с офисом у меня на сегодня, кроме долгой совместной истории, уже нет ни творческих, ни экономических контактов. Я вышел из состава учредителей и из авторства проектов. Мое соавторство осталось только в текущих, уже начатых объектах. Не буду зарекаться, может быть, мы решим еще что-то проектировать вместе, но сейчас я стараюсь в проектах не только бюро 'SPEECH', но и ни в чьих других проектах не участвовать. Я считаю, что как некий мораторий – это правильно. Наверное, я буду этого придерживаться, по крайней мере некоторое время, посмотрим.

Сергей обладает колоссальным опытом, во-первых, зарубежным, который для нас очень важен. Сейчас странно было бы сказать, что мы находимся на уровне понимания профессионализма, с которым делаются архитектурные объекты на Западе, в Европе или в США. Этот опыт полезно изучать. Копировать его не нужно, но знать и понимать нужно. Могу сказать объективно, что в России с таким опытом зарубежного проектирования, как у Чобана, нет больше ни одного человека. Это можно сказать наверняка и безоговорочно. Плюс у Сергея есть и очень хороший опыт работы в России, кстати не только связанный со 'SPEECH'. В Петербурге есть проекты, которые делались еще до образования 'SPEECH', отмеченные массой наград и премий. Сегодня, если взять любую литературу по российской архитектуре, как внутри России так и в европейском контексте, там будут его проекты. Хотя и наши совместные проекты тоже отмечены большим количеством наград и премий. Так что квалификация не вызывает никаких сомнений. Из последних больших событий – биеннале в Венеции: получено special mention. Российский павильон впервые за все время был отмечен жюри. Я считаю, что, по сумме этих факторов, не включить такого специалиста в состав совета было бы по меньшей мере странно. Я не скрываю того, что я во многом влиял на состав совета, вносил большое количество предложений. Так вот, я посчитал, что это предложение должно быть внесено, внес его и оно было одобрено, поэтому Сергей Чобан в архсовете.

Архи.ру:
Вы планируете проводить много конкурсов, особенно на знаковые площадки. Как конкурсы будут сочетаться с рассмотрением на архсоветах? Результаты конкурса будут рассматриваться на заседаниях или это параллельные процедуры?

Сергей Кузнецов:
Мы сейчас работаем над положением по конкурсам. Я считаю, что конкурсы под эгидой Москомархитектуры – мы такую вещь хотим внести, – в принципе можно было бы их освобождать от рассмотрения. Это конкурсы, где мы консультируемся с заказчиком по составу жюри, по техзаданию, по параметрам, которые они вносят, проверяем обоснованность тех решений, которые они хотят в конкурс заложить. Такие конкурсы, я считаю, на совет можно потом не выносить. При том, конечно, что в составе жюри будет заметное количество людей из архсовета. Совет должен быть с этим согласен.
Сейчас сложно ответить стопроцентно. Я думаю, что многие конкурсы – да, но какие-то можно обсудить и там, и там. Положение мы сейчас пишем, оно еще будет обсуждаться.

Архи.ру:
Если положение об архсовете готово, как изменится теперь функция архсовета? Будет ли он созываться чаще или реже? Насколько его решения будут более или менее весомы?

Сергей Кузнецов:
Ответ на этот вопрос связан с вопросом про конкурсы. Есть особенно публичные, громкие объекты, такие, которые независимо от того, конкурс это или нет, мое это решение или нет мое, будут выноситься властями города на совет, например, в силу того, что есть поручение президента рассмотреть этот объект на архсовете. Функция архсовета по рассмотрению знаковых площадок, безусловно, превалирующая.

Пока предполагается, что на совет будут выноситься объекты, имеющие ГПЗУ и какие-то объемы. Я изначально считал, что неправильно обсуждать на архсовете функционал или объем, или такие вопросы, как «давать объем квадратных метров или не давать» – это вопрос для специалистов, которые делают расчеты. Можно конечно сказать, что они жулики, куплены – но с этим мы тоже будем бороться.

Надо понимать, что это бы превратило совет в некий лоббистский орган, который сразу стал бы мишенью для людей, склонных решать экономические вопросы через совет, что неправильно. Я сторонник того, чтобы рассматривать на совете объекты, объем которых уже определен. Например, дали килограмм глины, что из него слепить – тарелку, пепельницу или чайник? Это вопрос совета, что из килограмма глины слепить, но сам килограмм глины уже есть. Плюс могут быть введены какие-то ограничители: вопросы  высоты, ширины, глубины, света – можно обсуждать, но вопрос площади – это не вопрос совета. Хотя, наверное, по поручению властей города можно и такие вопросы рассматривать. Если, к примеру, руководство города скажет: не понимаем, сколько здесь можно сделать метров, давайте рассмотрим это на совете, – хорошо, давайте, не возбраняется. Все вопросы, которые можно вынести на совет, пока что сложно описать. Я думаю, это могут быть очень разные вопросы. Жизнь покажет.

текст беседы литературно обработан
и не является дословной стенограммой видеозаписи
беседовала Юлия Тарабарина, расшифровка Аллы Павликовой

Новый состав архсовета города Москвы:                вернуться к чтению /|\
Состав архсовета города Москвы 2013 года

дополнение:
Выдержка из положения об Архитектурном совете города Москвы утвержденного мэром Собяниным 23 января 2013 года:
«согласно документу, Архитектурный совет – постоянно действующий коллегиальный и совещательный орган при Комитете по архитектуре и градостроительству города Москвы, осуществляющий рассмотрение проектов и решений в сфере архитектуры и градостроительства. Совет создан для практической реализации единой градостроительной и архитектурной политики в Москве, повышения качества проектов, применяемых в инвестиционно-строительной деятельности на территории столицы. Основные задачи совета - профессиональная оценка градостроительных и архитектурных проектов и научно-исследовательских работ в сфере архитектуры и градостроительства, анализ действующих и вновь разрабатываемых нормативов в сфере градостроительства, архитектуры и смежных видов проектной деятельности.»
источник: пресс-релиз Москомархитектуры

14 Февраля 2013

Юлия Тарабарина

Беседовала:

Юлия Тарабарина
comments powered by HyperComments
Архсовет Москвы–70
Архсовет единодушно одобрил проект реконструкции гостиницы «Варшава» на Калужской площади, а обсуждение превратилось в деликатную дискуссию о подходах к градостроительным приоритетам: должно ли здание работать «на городской ансамбль», или решать локальные задачи в рамках заданного участка. Ответ – нельзя сказать, чтобы однозначный, прозвучали предложения создать на этом месте более заметный и высокий акцент, но были отклонены.
Прекрасный ЗИЛ: отчет о неформальном архсовете
В конце ноября предварительную концепцию мастер-плана ЗИЛ-Юг, разработанную голландской компанией KCAP для Группы «Эталон», обсудили на неформальном заседании архсовета. Проект, основанный на ППТ 2016 года и предложивший несколько новых идей для его развития, эксперты нашли прекрасным, хотя были высказаны сомнения относительно достаточно радикального отказа от автомобилей, и рекомендации закрепить все новшества в формальных документах. Рассказываем о проекте и обсуждении.
«Подделка под Скуратова»: Архсовет Москвы – 69
Архсовет Москвы отклонил новый проект школы в «Садовых кварталах», разработанный АБ Восток по следам конкурса, проведенного летом этого года. Сергей Чобан настоятельно предложил совету высказаться в пользу проведения нового конкурса. В составе репортажа публикуем выступление Сергея Чобана полностью.
Архсовет Москвы-65
Архсовет поддержал проект размещения скульптур Виктора Корнеева на проектируемой станции метро «Лианозово», рекомендовав «усилить провокацию».
Архсовет Москвы-64
20 ноября Архсовет отверг проект ТРЦ около Преображенской площади от компании «Подземпроект» и утвердил проект дома в Большом Николоворобинском переулке Сергея Скуратова, по соседству с его же Арт-Хаусом.
Архсовет Москвы-63
Архсовет рассмотрел проект реконструкции Детского музыкального театра юного актера на улице Макаренко, представленный бюро Kleinewelt Architekten, выбрал из трех вариантов наиболее интересный и рекомендовал его доработать.
Архсовет Москвы-62
Собравшийся 3 июля архсовет Москвы не согласился с проектом многофункционального комплекса за Даниловским фортом, в котором, по мнению экспертов, не хватило общественной функции и сдержанности по отношению к соседним зданиям.
Архсовет Москвы-61
На архсовете рассмотрели масштабный жилой проект в границах Большого Сити: ЖК «Береговой» вырастет цепочкой разноэтажных высоток и максимально раскроется к реке, где возникнет продолжение Филевской набережной.
Архсовет – 57
После одобрения Архсоветом проекта ЖК AQUATORIA на Ленинградском шоссе в градостроительном плане земельного участка возможно произойдут изменения.
Архсовет Москвы – 56
Представленный на Архсовете проект многофункционального комплекса Aquatoria на левом берегу канала имени Москвы оказался недостаточно выразительным и был отправлен на доработку.
Архсовет Москвы – 55
Москва пополнит коллекцию объектов, построенных по проекту звезд архитектуры. МФК на пересечении проспекта Сахарова и Садовой-Спасской одобрен архсоветом.
Архсовет Москвы – 54
Под Павелецкой площадью будет построен трехуровневый подземный торговый центр, а ее саму планируется благоустроить. Архсовет одобрил проект, представленный «Моспроектом-2».
Архсовет Москвы–53
На Звенигородском шоссе будет построен многофункциональный жилой комплекс авторства бюро «Меганом». Архитектурный совет единогласно одобрил проект.
Технологии и материалы
«Фирма «КИРИЛЛ»:
25 лет для самых красивых домов
В ноябре 2021 года одному из ведущих поставщиков облицовочного кирпича на российском рынке «Фирме «КИРИЛЛ» исполнилось 25 лет. Архи.ру восстанавливает хронологию последней четверти века, связанную с использованием этого материала в строительстве и архитектуре.
Как укладка металлических бордюров влияет на дизайн...
Любой дизайн можно испортить неаккуратной работой, особенно если в отделке помещения участвует металлический бордюр. Он способен внести в интерьер утончённость, а может закапризничать в неумелых руках и подчеркнуть кривизну укладки отделочного материала. Как правильно устанавливать металлические бордюры, чтобы дизайнеру было проще контролировать исполнителя и не пришлось краснеть перед заказчиком?
Больше воздуха
Cтеклянные навесы и павильоны Solarlux расширяют пространство загородного дома, позволяя наслаждаться ландшафтом в любое время года и суток.
Испытание пространством и временем
Цифровая эпоха приучает к быстрым переменам. То, что еще вчера находилось в авангарде технологического прогресса, сегодня может безнадежно устареть. Множество продуктов создается под сиюминутные потребности, потому, что завтрашний день открывает новые горизонты возможностей. И в этом смысле архитектура остается неким символом здорового консерватизма
Тенденции в освещении жилых комплексов
Современные тенденции в строительстве жилых комплексов таковы, что застройщик использует качественный свет для освещения мест общего пользования даже на объектах эконом класса и среднего ценового сегмента. Это необходимо, чтобы у покупателя возникло желание купить квартиру именно в данном ЖК. Каким образом реализовать эту задумку, мы разберем в этой статье.
Ясное небо от AkzoNobel
Рассказываем про ключевой цвет Dulux 2022 – им назван воздушный и нежный светло-голубой оттенок «Ясное небо» (14BB 55/113), призванный стать «глотком свежего воздуха», символом перемен и свободы.
Rehau для особенных архитектурных решений
Самые популярные на европейском рынке пластиковые окна – это не только шумоизоляция и теплосбережение, но и стильный дизайн с богатой палитрой оттенков, разнообразием фактур и индивидуальными решениями.
Гуляют все!
Как сделать уличную площадку интересной для разных категорий горожан, знает компания Lappset: мини-футбол и паркур для подростков, эффективные тренировки для взрослых и развитие координации движений для пожилых.
Корабль на берегу города
Образ двух глядящихся друг в друга озер; или космического паруса, наводящего тень и освещающего одновременно; или корабля, соединяющего город и бухту; все это – здание Центра культуры и конгрессов в Люцерне. А материальность этому метафорическому плаванию обеспечивают серебристые сверхлегкие сотовые панели ALUCORE ®.
Каменная речка
Компания Zabor Modern представляет технологию ограждения без столбов и фундамента, которая позволяет экономить на монтаже и добиваться высоких эстетических решений.
«ОРТОСТ-ФАСАД»: мы знаем фасады от «А» до «Я»
Компания «ОРТОСТ-ФАСАД» завершила выполнение работ по проектированию, изготовлению и монтажу уникальной подсистемы и фасадных панелей с интегрированным клинкерным кирпичом на ЖК «Садовые кварталы».
Тектоника, фактура, надежность: за что мы любим кирпичные...
У многих вещей есть свой канонический образ, так кирпич обычно ассоциируется с однотонной кладкой терракотового цвета. Однако новый, третий по счету, выпуск каталога облицовочного кирпича Terca полностью разрушает стереотипы. Представленные в нем образцы настолько многочисленно-разнообразны, что для путешествия по страницам каталога читателю потребуется свой Вергилий. Отчасти выполняя его функцию, расскажем о трёх, по нашему мнению, самых интересных и привлекательных видах кирпича из этого каталога.
COR-TEN® как подлинность
Материал с высокой эстетической емкостью обещает быть вечным, но только в том случае, если произведен по правильной технологии. Рассказываем об особенностях оригинальной стали COR-TEN® и рассматриваем российские объекты, на которых она уже применена.
Сейчас на главной
Праздник, который всегда с тобой
Двор в петербургских Никольских рядах снова открывается на зимний сезон. Рассказываем, как архитекторам из бюро KATHARSIS удалось создать круглогодичную атмосферу праздника: катальная горка, посвящение Хаяо Миядзаки, трдельники и виды на Коломну.
Рядом с Лидвалем и Нобелем
Жилой комплекс по проекту мастерской Анатолия Столярчука в Нейшлотском переулке: аккуратная смена масштаба, дань памяти места, финские дополнения к функциональной типологии – в частности, сауны в квартирах, и планы получения сертификата BREEAM.
И вонзил в него нож
Лидер Coop Himmelb(l)au Вольф Д. Прикс представил три проекта, которые он реализует сейчас в России: комплекс в Крыму в Севастополе – который, как оказалось, можно строить, минуя санкции, потому что это объект культуры; «СКА Арену» на месте разрушенного модернистского здания СКК в Петербурге – его на презентации символизировал разрезаемый архитектором торт – и музыкально-театральный комплекс в Кемерове.
Самый «зеленый»
West Mall на Большой Очаковской улице станет первым в России торговым центром, построенным по международным экологическим стандартам с применением зеленых технологий. Заказчик проекта, компания «Гарант-Инвест», планирует сертифицировать его по стандартам BREEAM и LEED.
Серебряная хижина
Интровертный дом от SA lab со ставнями и рассчитанном алгоритмами окном в кровле дает возможность для уединения и созерцательного отдыха.
Альпийские луга на крышах
Бюро Benthem Crouwel выиграло конкурс на проект многофункционального комплекса в Праге: на кровлях планируется воспроизвести флору горных массивов Чехии.
Отель на понтонах
Инициативный проект Антона Кочуркина и Аллы Чубаровой представляет собой модульный отель на понтонных – или бетонных – платформах. Группы модулей могут складываться в любые рисунки.
«Открытый город»: Археология будущего
Начинаем публиковать проекты воркшопов «Открытого города» 2021 – фестиваля архитектурного образования, который ежегодно проводит Москомархитектура. Первый проект – Археология будущего, курировали Даниил Никишин, Михаил Бейлин / Citizenstudio.
Третья ипостась Билярска
Проект-победитель конкурса Малых городов: культурно-рекреационный кластер, деликатно вписанный в ландшафт заповедника, который расширяет пространство паломнического центра «Святой ключ» неподалеку от древней столицы Волжской Булгарии.
«Маленькие миры»
Жилой комплекс в Кортрейке для молодых пациентов с ранней деменцией и пожилых людей, переживших инсульт или же страдающих соматоформными расстройствами, воплощает собой концепцию «невидимой заботы». Авторы проекта – Studio Jan Vermeulen совместно с Tom Thys Architecten.
Непрерывность путей
Квартал 5B по проекту бюро Raum в Нанте соединяет офисы и мастерские железнодорожной компании, городской паркинг и доступное жилье.
Растворение с углублением
Обнародован проект реконструкции Шестигранника Жолтовского для Музея современного искусства «Гараж». Его авторы – знаменитое японское бюро SANAA, известное крайней тонкостью решений и интересом к современному искусству. Проект предполагает появление под павильоном подземного пространства с большим безопорным выставочным залом и хранением, а также максимально возможную проницаемость верхней части здания.
Таежными тропами
Благоустройство живописного, но труднодоступного маршрута в пермском заповеднике Басеги призвано помочь туристам во время восхождения как физически, предоставляя места для отдыха и обогрева, так и духовно, открывая самые красивые места без ущерба для экосистемы.
Парковый узел
Проект «Супер-парка Яуза» предлагает связать несколько известных парков на северо-востоке Москвы велопешеходным и беговым маршрутом, улучшив проницаемость этой части города и, кроме того, соединив части двух крупных туристических маршрутов Москвы и Подмосковья. Это своего рода проект-шарнир.
Город-впечатление
Проект-победитель конкурса Малых городов для Мосальска предполагает создание цепочки разнообразных пространств, которые привлекут туристов и сделают досуг горожан более насыщенным.
Ритмическое соответствие
Дом первой очереди проекта Ленинский, 38 – светлая пластина, вытянутая в глубине участка параллельно проспекту – можно рассматривать как пример баланса контекстуальной уместности и пластической, также как и фактурной, детализации, организованной сложным, но достаточно строгим ритмом.
Стереоскопичность и непрагматичность
Экспозиционный дизайн, реализованный Сергеем Чобаном и Александрой Шейнер для выставки, которая справедливо претендует на роль главного художественного события года, активно реагирует на ее содержание и даже интерпретирует его, буквально вылепливая в залах ГТГ «пространство Врубеля». Разбираемся, как оно выстроено и почему.
Дом среди холмов
Вилла на юге Португалии по проекту бюро Promontorio и Жуана Краву – архетипическое огражденное пространство среди ландшафта.
Спасение Саут-стрит глазами Дениз Скотт Браун
Любое радикальное вмешательство в городскую ткань всегда вызывает споры. Джереми Эрик Тененбаум – директор по маркетингу компании VSBA Architects & Planners, писатель, художник, преподаватель, а также куратор выставки Дениз Скотт Браун «Wayward Eye» на Венецианской биеннале – об истории масштабного проекта реконструкции Филадельфии, социальной ответственности архитектора, балансе интересов и праве жителей на свое место в городе.
Когда стемнеет
Проект-победитель конкурса Малых городов предлагает подчеркнуть двойственный характер Гурьевского парка и сделать его интересным для посещения в вечернее время.
Злободневное
Megabudka опубликовали в инстаграме собственный «проект капитального ремонта здания ТАСС» – в виде небоскреба. Такого рода полезные шутки становятся распространенными; но в данном случае ироническое предложение перекликается не только с актуальной московской повесткой, но и с историей места.
Укорененный музей
В Гонконге открылся музей M+ по проекту архитекторов Herzog & de Meuron – флагманский проект нового Культурного района Западного Коулуна.
Небоскреб на биомассе
В ходе Конференции ООН по изменению климата в Глазго архитекторы SOM представили проект Urban Sequoia – небоскреба, поглощающего CO2 из атмосферы.
Эконом-вилла
Доступный, просторный и эстетичный каркасный дом от бюро ISAEV architects предназначен для отдыха от города и созерцания природы.