Архсовет Москвы-65

Архсовет поддержал проект размещения скульптур Виктора Корнеева на проектируемой станции метро «Лианозово», рекомендовав «усилить провокацию».

12 Декабря 2019
mainImg
В начале заседания Сергей Кузнецов сообщил, что один из двух запланированных к обсуждению проектов – ЖК в составе ТПУ Мичуринский проспект, – сняли с повестки и отправили на доработку. Так что эксперты обсуждали всего один сюжет – об установке скульптуры на станции Лианозово, предпоследней на севере Люблинско-Дмитровской ветки (салатовой, №10) перед Физтехом. Зато разговор оказался оживленным и достаточно долгим для небольшого вопроса.

Архитектура и дизайн станции разработаны компанией Метрогипротранс по заказу Мосинжпроекта, так что проект представлял Николай Шумаков, недавно, как тонко напомнил присутствующим Сергей Кузнецов, получивший звание народного архитектора. Станция – колонная трехпролетная неглубокого залегания, с двумя вестибюлями, «компактная», по словам Николая Шумакова, распространенного сейчас в Москве типа, с венткамерами прямо над ней.
Станция метро Лианозово
© Метрогипротранс / предоставлено МКА
Станция метро Лианозово, план
© Метрогипротранс / альбом, представленный архсовету

Для украшения станции предложены две композиции – их автора Виктора Корнеева Николай Шумаков представил как скульптора с мировым именем, предложив присутствующим полистать каталог работ.
Слева Виктор Корнеев, справа Николай Шумаков
Фотография: Архи.ру

Одна из скульптур, предложенных для размещения в метро – «Вкусный арбуз», – уже выставлялась; ее первоначальный материал дерево, слегка подкрашенное штрихами белил и красным цветом в мякоти арбуза. Мальчик с крупной круглой головой одет в короткий комбинезон и сидит, держа надкусанный арбуз на вытянутых вперед руках. Вкупе с названием можно предположить, что мальчик не просто ест свою дольку, а делится, рекомендуя: на, попробуй, вкусный.
Скульптура «Вкусный арбуз»
© Виктор Корнеев / предоставлено МКА

С нашей субъективной точки зрения он мог бы напомнить русскую деревянную, к примеру пермскую, скульптуру XVIII века или шемякинского Петра I в Петропавловской крепости. Принадлежность скульптуры актуальному искусству достаточно несомненна, – в конце концов, это же Лианозово, одно из ключевых мест андеграунда 1960-х; впрочем, на совете эта аналогия никак не прозвучала, будучи оставлена за кадром. Николай Шумаков объяснил тему соседством детского парка, а автор скульптур Виктор Корнеев – так: «Люди идут на работу, с работы… У нас было желание вызвать теплое чувство у зрителя, в нашей жизни зачастую не хватает позитивных моментов».

На станции скульптуру предложено поставить напротив входа на эскалатор, увеличив в размерах, решив полностью в красном цвете; в качестве материалов были предложены пластик или фибробетон.
Станция метро Лианозово
© Метрогипротранс; Виктор Корнеев / предоставлено МКА
Станция метро Лианозово, разрез и места размещения скульптур
© Метрогипротранс / альбом, представленный архсовету

После первого обсуждения с Сергеем Кузнецовым авторы, согласно рассказу Николая Шумакова, уменьшили скульптуру до размера выставочного первоисточника и «подняли на постамент, свои желания сократили... со скульптором тоже поговорили, он готов перекрасить из кроваво-красного». Цвет стал золотисто-желтоватым, приближенным к цвету дерева. Хотя красной, как прозвучало в дальнейшем, скульптура стала для привлечения внимания, также как и увеличенные размеры.
Станция метро Лианозово, мальчик с арбузом, 2 вариант
© Метрогипротранс; Виктор Корнеев / Его не оказалось ни в показанном на архсовете альбоме, ни в материалах МКА. Показываем съемку с экрана в зале архсовета

Вторую скульптуру, изображающую детей на качелях, планируется поставить над тем же эскалатором, но несколько ниже, – таким образом, спускаясь, пассажиры будут видеть вначале одну, затем другую.
Скульптура «Дети играют. Солнечный день»
© Виктор Корнеев / предоставлено МКА
Станция метро Лианозово
© Метрогипротранс; Виктор Корнеев / предоставлено МКА

Свое решение вынести идею размещения скульптур на архсовет Сергей Кузнецов объяснил некоторым беспокойством относительно недоброжелательной реакции пассажиров: через станцию метро проходит в день около 50 000 человек, и «...если завтра появятся в интернете фотографии этой скульптуры...» [далее читалось – с негативными комментариями] «...если бы стояла в Третьяковке… Но мы это ставим в метро, где другой зритель». Так что главный архитектор города предложил рассмотреть, «насколько уместно такой проект реализовывать не в музее, а на объекте массового посещения – станции метро».

Заметим от себя, что сомнения главного архитектора Москвы, хотя и были высказаны им с максимальной деликатностью, по-человечески совершенно понятны: актуальное искусство не всегда находит широкое признание в постсоветском российском обществе.

Однако архитектурный совет единодушно поддержал идею установки скульптур. Аргументы распределились следующим образом: художественная вещь не обязательно должна стоять в музее, в московском метро есть станции с нестандартной скульптурой, и, как сказал выступавший первым Тимур Башкаев, уже сейчас в метро встречаются и «путти», и девушки с обнаженной грудью, жители принимают такую скульптуру – «это гигантская заслуга Николая Ивановича: понимая риски, все же рискнуть, поддержать традицию».

Между тем Сергей Скуратов заметил, что актуальное искусство «проходит мимо метро», а зрителя, по словам Александра Асадова, надо воспитывать. «Это некая форма идиотизма, которой нам не хватает. Важно, чтобы в городе появлялись странности», – поддержал Евгений Асс, назвавший композицию «Будда, сидящий в метро» (сравнение с Буддой сразу же было подхвачено коллегами). Владимир Плоткин привел пример новой центральной станции метро в Амстердаме.

Эксперты столь же единодушно высказывали желание воздержаться от обсуждения художественных качеств собственно скульптуры и вторжения в область творчества скульптора. Когда Александр Асадов, высказавшись за уменьшенный вариант – мальчика на высокой табуретке, предложил поддержать усилить возникающий в нем «эффект парения», Сергей Скуратов заметил: «мы не на худсовете, давайте не будем давать советы художнику», хотя и сам все же не удержался от предложения – «одевать его не надо», такие примеры уже есть в московском метро [надо думать, сравнение указывает на Ромула и Рема в переходе станции Римская, – прим. ред.]. В этом Сергея Скуратова поддержал Евгений Асс: «одетый он странно выглядит», оговорившись, однако: «Бог с ним, скульптор сделал и сделал». Но два куска арбуза, с точки зрения Евгения Асса, лишние: нарушают вневременной покой и симметрию. Своего рода итог вкусовым высказываниям подвел Александр Цимайло – скульптура может нравиться или не нравиться, это личное дело каждого зрителя: «...мне кажется, что она хорошая, но это ничего не значит».

Между тем относительно личной оценки предпочтительных вариантов так или иначе высказались все: Александру Асадову, как уже говорилось, больше понравился уменьшенный мальчик с арбузом, большинству экспертов – большой, а некоторым и красный. Хотя цвет всерьез не обсуждали, затронули материал: архсовет поддержал идею сделать скульптуру деревянной несмотря на слова Николая Шумакова, сказанные вначале, о пожаробезопасности [как известно, современные пропитки и прочие меры позволяют очень хорошо защитить дерево от огня, – прим. ред.]. Дерево как материал для первой скульптуры поддержал и Сергей Кузнецов, сказав на пресс-подходе: «Мы прорабатываем вопрос. Мое мнение, что нужно делать конечно в дереве, однозначно в оригинальном материале».

Более существенно разошлись мнения относительно второй скульптуры – детей на качелях. Александру Асадову он показалась ярче первой, Сергею Скуратову, наоборот – снижающей эффект от мальчика с арбузом, хотя саму по себе композицию архитектор назвал очень хорошей. Евгению Ассу «совершенно не понравилась скульптура с качелями», он даже назвал ее «гораздо более банальной в каком-то отношении».
Макет скульптуры «Дети играют. Солнечный день» в зале архсовета
Фотография: Архи.ру

Собственно расположение скульптур в пространстве и их соотношение с архитектурой станции вызвали больше всего замечаний членов совета. Начал их высказывать Михаил Посохин: «нужно видео движения, взаимодействия эскалатора и арбуза» (возможно, уловив тем самым часть имманентного смысла скульптуры, а может быть и нет). Более ощутимым с точки зрения архитектуры оказались сомнения Сергея Скуратова: «Меня немного смущает неготовность станции принять скульптуру. Не может ничего не произойти с архитектурой, если в ней появляется скульптура», Евгения Асса: «невнятное архитектурное окружение», Владимира Плоткина: «станция никакая, нужно размочить сухость»; Александра Кудрявцева: «нужен некий сценарий привыкания к этому художественному языку, чтобы тема началась на улице, чтобы человек привык». Все они в целом прозвучали как предложение переосмыслить архитектуру станции под стать яркой скульптуре (здесь вспоминаются слова Владимира Высоцкого о балладах для фильма «Робин Гуд», но не будем об этом).
Станция метро Лианозово
© Метрогипротранс / предоставлено МКА

Другая группа замечаний отнеслась к расположению собственно скульптур в пространстве и их непосредственному окружению. По словам Владимира Плоткина и Сергея Скуратова, возможно, стоит поднять потолок или даже сделать в нем отверстие над монументальной фигурой, сформировать архитектурное пространство, чтобы было понятно, «как он туда попал». Что, впрочем, Сергей Кузнецов парировал, вспомнив про статую Зевса в Олимпии. «Нимб», который появляется над головой мальчика в виде круглого фонаря, тоже никто не поддержал. По мнению Александра Цимайло, «место должно быть специально создано», – в этом смысле расположение второй группы в нише архитектор счел лучшим, поскольку пиетет перед произведением искусства должен выражаться в пространстве, которое его окружает. Между тем его коллеги по архсовету предложили перенести качели либо на улицу, поскольку скульптура скорее парковая, либо на перрон, где ее можно будет полировать руками, как известный собачий нос или револьвер системы наган на станции Площадь революции. По словам Евгения Асса также неправильно, что скульптуры именно две, это случайно: «их должно быть или больше, или одна. Если все это про детей, они должны присутствовать на полу, на стенах...».

Спокойно выслушав все замечания, Николай Шумаков возразил: «естественно все это сделано намеренно» – посреди самой обычной станции, людской суеты вдруг появляется такая скульптура: «он такой же пассажир, не хочу делать ему какое-то специальное обрамление».

Сергей Кузнецов резюмировал заседание сказав, что идея размещения скульптур принята: «...Это необычно и странно, но это не значит, что в городе не должно быть странных вещей». И подчеркнул – необычные решения привлекают внимание. Так, «Солнцево» именно за счет архитектуры стала одной из самых посещаемых станций метро, прошла по выставкам, добавила популярности городу и району. «Наша цель – сделать районы Москвы более узнаваемыми, а метрополитен – более ярким. В современном городе мы живем впечатлениями, и город интересен тем, что в нем есть обсуждаемого». И однако – «если мы идем на эту провокацию, станцию-провокацию, посмотрим, как ее можно усилить. Попробуем, как можно сделать прием более радикальным».

Так обсуждение, которое началось с опасения, закончилось радикализацией. Мне нравятся слова «усилить провокацию», – сказал в завершение Николай Шумаков. И то верно, в конце концов, это же Лианозово, хотя о Лианозовской группе на архсовете не сказали ни слова. 

12 Декабря 2019

Наталья Володина Юлия Тарабарина

Авторы текста:

Наталья Володина, Юлия Тарабарина
comments powered by HyperComments
Прекрасный ЗИЛ: отчет о неформальном архсовете
В конце ноября предварительную концепцию мастер-плана ЗИЛ-Юг, разработанную голландской компанией KCAP для Группы «Эталон», обсудили на неформальном заседании архсовета. Проект, основанный на ППТ 2016 года и предложивший несколько новых идей для его развития, эксперты нашли прекрасным, хотя были высказаны сомнения относительно достаточно радикального отказа от автомобилей, и рекомендации закрепить все новшества в формальных документах. Рассказываем о проекте и обсуждении.
«Подделка под Скуратова»: Архсовет Москвы – 69
Архсовет Москвы отклонил новый проект школы в «Садовых кварталах», разработанный АБ Восток по следам конкурса, проведенного летом этого года. Сергей Чобан настоятельно предложил совету высказаться в пользу проведения нового конкурса. В составе репортажа публикуем выступление Сергея Чобана полностью.
Архсовет Москвы-64
20 ноября Архсовет отверг проект ТРЦ около Преображенской площади от компании «Подземпроект» и утвердил проект дома в Большом Николоворобинском переулке Сергея Скуратова, по соседству с его же Арт-Хаусом.
Архсовет Москвы-63
Архсовет рассмотрел проект реконструкции Детского музыкального театра юного актера на улице Макаренко, представленный бюро Kleinewelt Architekten, выбрал из трех вариантов наиболее интересный и рекомендовал его доработать.
Архсовет Москвы-62
Собравшийся 3 июля архсовет Москвы не согласился с проектом многофункционального комплекса за Даниловским фортом, в котором, по мнению экспертов, не хватило общественной функции и сдержанности по отношению к соседним зданиям.
Архсовет Москвы-61
На архсовете рассмотрели масштабный жилой проект в границах Большого Сити: ЖК «Береговой» вырастет цепочкой разноэтажных высоток и максимально раскроется к реке, где возникнет продолжение Филевской набережной.
Архсовет – 57
После одобрения Архсоветом проекта ЖК AQUATORIA на Ленинградском шоссе в градостроительном плане земельного участка возможно произойдут изменения.
Архсовет Москвы – 56
Представленный на Архсовете проект многофункционального комплекса Aquatoria на левом берегу канала имени Москвы оказался недостаточно выразительным и был отправлен на доработку.
Архсовет Москвы – 55
Москва пополнит коллекцию объектов, построенных по проекту звезд архитектуры. МФК на пересечении проспекта Сахарова и Садовой-Спасской одобрен архсоветом.
Архсовет Москвы – 54
Под Павелецкой площадью будет построен трехуровневый подземный торговый центр, а ее саму планируется благоустроить. Архсовет одобрил проект, представленный «Моспроектом-2».
Архсовет Москвы–53
На Звенигородском шоссе будет построен многофункциональный жилой комплекс авторства бюро «Меганом». Архитектурный совет единогласно одобрил проект.
Архсовет Москвы – 51
Архсовет отклонил проект высотной жилой застройки на Ленинградском проспекте и принял концепцию многофункционального офисного и торгово-развлекательного центра в Новой Москве.
Технологии и материалы
Эффектная сантехника для энергоэффективного дома
Экодом в Чезене, совмещающий функции жилья и рабочей студии архитекторов Маргариты Потенте и Стефано Пирачини, стал первым в Италии примером «пассивного дома», встроенного в плотный фронт городской застройки; кроме того он – результат реконструкции. Интерьеры дома удачно дополняет сантехника Duravit.
Такие стеклянные «бабочки»
Важным элементом фасадного решения одного из самых известных
новых домов московского центра стало стекло Guardian:
зеркальные окна сочетаются с моллированными элементами, с помощью которых удалось реализовать смелую и красивую форму,
задуманную архитекторами.
Рассказываем, как реализована стеклянная пластика
дома на Малой Ордынке, 19.
На вкус и цвет: алюминий в московском метро
Алюминий практически вездесущ, а в современном метро просто незаменим. Он легок и хорошо держит форму, оттенки и варианты фактуры разнообразны: от стеклянисто-глянцевого до плотного матового. Вашему вниманию – обзор новых станций московского метро, в дизайне интерьеров которых использован окрашенный алюминий SEVALCON.
UP-GYM: интерактив для городской среды
Современное развитие комфортной городской среды требует современных решений.Новые подходы к организации уличного детского досуга при обустройстве дворовых территорий и общественных пространств, спортивных, образовательных и медицинских учреждений предложили чебоксарские специалисты.
Серьезный кирпичный разговор
В декабре в московском центре дизайна ARTPLAY прошла Кирпичная дискуссия с участием ведущих российских архитекторов – Сергея Скуратова, Натальи Сидоровой, Алексея Козыря, Михаила Бейлина и Ильсияр Тухватуллиной. Она завершила программу 1-го Кирпичного конкурса, организованного журналом
«Проект Балтия» и компанией АРХИТАЙЛ.
Цвет – это жизнь
Теория цвета и формы была важным учебным модулем в Баухаусе, где художники и архитекторы активно использовали теорию цвета Гёте и добились того, чтобы цвет стал неотъемлемой частью современной жизни. Шведы из Natural Colour Academy предложили палитру Color Trends 2020, собственную цветовую систему, которая задает цветовые стандарты для всех возможностей применения в новом десятилетии.
Расширить горизонты
Интерактивные игровые площадки, подключённые к интернету, и активити-парки компании «Новые Горизонты» как яркая часть городской среды.
Красное и черное
ЖК «Береговой» на береговой линии Москвы-реки, в престижном ЗАО, в историческом районе Филевский парк – часть Большого Сити, городской кластер, респектабельный образ которого создан с помощью облицовки клинкером Hagemeister
Ловушка для света
Новый Matelac Silver Crystalvision, стекло нейтрального оттенка с одной матовой и другой зеркальной стороной – удачное решение для современного минималистичного дизайна. Рассматриваем новый продукт в свете других предложений AGC для архитектуры интерьеров.
Праздничное освещение в большом городе
Каждый год с приближением праздников мы можем наблюдать, как преображаются привычные нам места: все стараются украсить пространство и создать праздничное настроение. Огромная роль при этом отводится праздничному освещению. Что это такое и каким образом создать праздничное освещение, мы разберем в этой статье.
Поверхность бархатная, характер нордический
Сочетая несочетаемое, Концерн Wienerberger разработал коллекцию инновационного кирпича Terca Klinker Nordic Line, модели которой названы в честь городов Северной Европы и намекают на скандинавскую архитектуру. Клинкер отличают бархатистые поверхности, прочность и эстетика при доступной цене.
Парк чудес. Сквозной лейтмотив клинкера
В подмосковной частной школе Wunderpark, которую называют российским Хогвартсом, авангардная архитектура проявила магические свойства материалов. Благородный клинкерный кирпич Hagemeister оттенил футуристичность бетона и стекла.
«Том Сойер Фест» возрождает красоту старинных зданий
Вот уже 5 лет в разных регионах России проходит уникальный фестиваль по сохранению архитектурного наследия «Том Сойер Фест». Волонтеры и неравнодушные спонсоры помогают спасти здания, которые долгие годы стояли без реставрации и разрушались. И это не просто старые дома – это наше уходящее достояние. Более 40 городов принимают участие в фестивале. В Нижнем Новгороде партнером «Том Сойер Фест» стала австрийская компания Baumit.
Сейчас на главной
Пресса: Паоло Солери и Arcosanti: как построить Бога
Паоло Солери учился у Фрэнка Ллойда Райта, в художественной коммуне «Талиесин-Вест», и его оттуда выгнали — вероятно, из-за конфликта с Ольгой Ивановной Райт, женой великого мастера. Видимо, логика отталкивания и притяжения привели к тому, что хотя утопия Солери не имеет ничего общего с идеями Райта, сам тип жизни коммуной он воспроизвел.
Возможности ограничений
МАРШ проводит весенний интенсив для архитекторов и кураторов выставок с практикой в реальных музеях. А здесь – его куратор Егор Ларичев объясняет, как полезны архитекторам и кураторам ограничения, и как их много для участников курса. Все, кто не испугается, присоединяйтесь.
Вокзал без границ
Автовокзал в литовском Вилкавишкисе по проекту архитекторов Balčytis Studija «приютил» росшие на его месте старые деревья.
Медная крыша
Архитекторы Sauerbruch Hutton надстроили панельное школьное здание времен ГДР в Берлине деревянной «мансардой» с медной обшивкой.
Архитектура без истории и без теории?
На днях стало известно о планах радикальной реогранизации НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства (НИИТИАГ) – единственного исследовательского института страны с таким профилем. Сотрудников, по слухам, планируют сократить в 7-8 раз. Мы поговорили с Дмитрием Швидковским, Андреем Боковым, Елизаветой Лихачевой, Андреем Баталовым – о том, чем ценен Институт и почему его все же надо сохранить.
Отвоевать кусочек парка
Архитекторы MVRDV возведут 25-метровый зеленый «холм» в центре Лондона: как ответ на потерянный здесь в 1960-е уголок Гайд-парка и меняющуюся после пандемии функцию Оксфорд-стрит.
Спланированный вернакуляр
Концепция жилого района для Самары от датских архитекторов: 2000 квартир, ни одной повторяющейся секции и очень много зеленых и общественных пространств.
Здание в шляпе
В программе библиотеки города Тайнань на Тайване по проекту бюро Mecanoo и MAYU – архивы и исторические экспозиции, а также медиатека и «цифровая мастерская».
К лесу передом
Типовой каркасный дом быстрой сборки с тремя спальнями и детской в антресоли, черный снаружи и белый внутри, спроектирован как для общения с природой, так и между собой. Весь фокус – на открытую террасу. Функции уборки и ухода за участком намеренно минимизированы, – подчеркивают авторы.
Бетонный Мадрид
Новая серия фотографа Роберто Конте посвящена не самой известной исторической странице испанской архитектуры: мадридским зданиям в русле брутализма.
Когнитивная урбанистика
Фрагмент из книги Алексея Крашенникова «Когнитивные модели городской среды», посвященной общественным пространствам и наполняющей их социальной активности.
Миссия на воде
Плавучая церковь «Бытие» в Лондоне по проекту архитекторов Denizen Works предназначена для жителей переживающих реконструкцию районов на востоке Лондона.
Энергетическое семейство
Жилой комплекс Symphony 34 планируется построить в Савеловском районе Москвы. Он будет состоять из четырех разновысотных башен – от 36 до 54 этажей. Каждая имеет свой образ, но вместе все четыре собраны в единый архитектурный ансамбль, фрагмент нового высотного города за третьим транспортным кольцом.
Реновация городской среды: исторические прецеденты
Публикуем полный текст коллективной монографии, написанной в прошедшем 2020 году сотрудниками НИИТИАГ и посвященной теме, по-прежнему актуальной как для столицы, так и для всей страны – реновации городов. Тема рассмотрена в широкой исторической и географической перспективе: от градостроительной практики Екатерины II до творчества Ричарда Роджерса в его отношении к мегаполисам. Москва, НИИТИАГ, 2021. 333 страницы.
«Аппетит к современности»
В Париже закончена реконструкция исторической Товарной биржи по проекту Тадао Андо: этой весной там откроется музей современного искусства – произведений из коллекции Франсуа Пино.
Иркутск как Дрезден
Фрагмент из книги «Регенерация историко-архитектурной среды. Развитие исторических центров», посвященной возможности применения немецких методик сохранения исторической среды в российских городах.
Содержание крупнее формы
Музей художественного образования Хуамао близ Нинбо по проекту Алвару Сиза и Карлуша Каштанейра – это компактный темный объем с наполненным светом просторным интерьером.