Что такое «лужковский стиль» и был ли он на самом деле?

«Лужковский стиль» – едва ли не самый популярный неологизм двух последних десятилетий. Подводя итоги эпохе, свидетелями завершения которой мы волей-неволей, а стали в эти дни, – делаем попытку с помощью ведущих московских архитекторов уточнить этот, уже почти исторический вопрос: что такое «лужковский стиль» и был ли он. Предлагаем вашему вниманию вторую часть серии интервью после отставки Лужкова.

13 Октября 2010
mainImg
Этот вопрос мы задали, одновременно интересуясь более насущным «что делать?» (см. интервью от 11 октября). А также поинтересовались мнением авторитетных профессионалов по поводу широко обсуждаемой сейчас идеи  сноса-переноса памятников, прежде всего – Петру I.

Илья Уткин:
Если говорить о «лужковском стиле», то мне кажется, он выражен в презрительном  отношении ко всем жителям города и специалистам – историкам, социологам, архитекторам. «Забота о москвичах», началась со лжи – «улучшение жилищных условий» обернулось  массовым геноцидом жителей центра Москвы и переселением их на окраины. «Улучшение» экологии чувствовались даже в воздухе, который стал пахнуть дизельным топливом. Москва Лужкова это бесконечные строительные ограждения, траншеи, грязь и бетономешалки. Фальшивые праздники с ряжеными , скоморохами, пельменями и водкой. Весной, «для красоты» покрашенные бордюры. Это участившиеся пожары, где горели крыши обречённых домов и исторические памятники. Это Магазин на манежной площади и руины сгоревшего Манежа. Это и Пётр-пугало, истукан, вбитый в реку рукой хозяина.  Мерседесы на тротуарах и офисные дворцы на детских площадках. Это новодельные «памятники архитектуры» с пластмассовыми – бронзовыми барельефами. Это мусорный базар в воздухе из рекламных щитов, столбов, перетяжек и  лампочек. Это застроенные балаганами супермаркетов вокзальные площади. Это транспортный коллапс с толстыми ГИБДеДешниками. Это «Парк культуры Царицино». Это дворец Алексея Михайловича в Коломенском. Всё насквозь фальшиво. Это театр для дураков, похожий на  страшный сон.

Сергей Скуратов:

«Лужковский стиль» – это не только стилистика, но еще и методология – мышления и решения градостроительных проблем. Диагноз всему тому, что строилось в Москве под неустанным оком Юрия Михайловича. Конечно, были архитекторы, которые строили, не подчиняясь генеральному направлению, но они все равно были частью этого гигантского маховика, который выжимал из Москвы квадратные метры. Целью архитектуры была сверхприбыль…

С переносом памятника Петру Первому я категорически не согласен. Мне кажется, это даже не столько политический жест, сколько очередная акция по отмыванию денег, причем рекордно больших денег. Ну не верю я, что перенос памятника, пусть даже такого большого, может стоить 1 миллиард рублей! И если уж так нужно его перенести, объявите тендер на эту работу и найдите фирму, которая предложит минимальную цену. Заодно и от тендеров будет хоть какая-то польза.

Владимир Плоткин:
Думаю, под произведениями так называемого «лужковского стиля» все мы подразумеваем примерно один и тот же набор зданий. Нужно ли их сносить? Не скрою, некоторые из них настолько раздражают меня как жителя, что я многое бы отдал за то, чтобы этих зданий в городе никогда не было. Однако как архитектор я понимаю: исправлять можно и нужно только то, что еще не построено, все остальное – это лишь громкие пиар-акции и сведение счетов с уже поверженным противником. Сегодня ведь в городе много по-настоящему чудовищных проектов, которые утверждены, но еще не реализованы, и именно их, на мой взгляд, необходимо отменить или, как минимум, откорректировать. В первую очередь, я, конечно, имею в виду генплан.

Борис Левянт:
Нужно ли сносить самые одиозные памятники, доставшиеся нам в наследство от ушедшего мэра? Лично я идею демонтажа «Петра Первого» горячо поддерживаю! Хотя более правильным было бы организовать финансирование качественной реконструкции памятников архитектуры конструктивизма. На мой взгляд, чудовищное отношение к конструктивисткой архитектуре и есть самое яркое проявление лужковского стиля и духа!

Владимир Биндеман:
«Лужковский стиль» – это не только не самая качественная архитектура, но и целый ряд градостроительных приемов, которые сделали комфортную жизнь в Москве практически невозможной. Взять хотя бы кольца, делающие невозможным перемещение по городу из пункта А в пункт Б по прямой. Или огромные промзоны и территории, прилегающие к железнодорожных путям, которые также заставляют автомобилистов делать огромные зигзаги. Не думаю, что нужно демонтировать памятники и тем более построенные здания – все это не более, чем разовые политические акции, не имеющие отношения к реальному градоустройству.

Градостроительные ошибки исправлять, несомненно, нужно, но на это потребуются десятилетия. И начинать, на мой взгляд, стоит именно с транспортной инфраструктуры и наведения мостов через глубокие воды железнодорожных полотен. И, конечно, отменить установку о том, что в историческом центре можно строить, только формально копируя стилистические приемы архитектуры прошлых веков. Единство возможно не только путем слияния и мимикрии, и я искренне надеюсь на то, что новой власти это будет более очевидно, чем старой.

Алексей Бавыкин:
Нет никакого лужковского стиля! Это не стиль. Это не постмодернизм, потому что там напрочь отсутствует какая-либо ирония, а постмодернизм без иронии не бывает. Это в массе своей постройки низкого качества, выполненные с отклонениями от проектов низкого профессионального уровня. Лужковского стиля нет, потому что это бесстилье. Есть лужковская архитектура как явление, но на название стиля она не тянет. Ее главная цель – отжать деньги, так что под понятие лужковской архитектуры на самом деле подпадают очень  разные сооружения.

Что же касается монументальных изваяний, то, думаю, памятник Петру надо убрать, потому что Петр I ненавидел этот город. Но у Петра хватило ума не ломать этот город, а построить новую столицу.  Может быть, пора строить третью?.. 

Юрий Аввакумов:
Постмодернистский китч. Нужно исправлять ошибки градоустройства, а не чужого вкуса.
На общественном совете в 2008-м
Воентог в процессе строительства. 2008
Он же. Новый «Военторг» в процессе стройки. Один из самых характерных памятников периода
Стройка на пересечении 1-й Бресткой и Б. Грузинской. Строится дом с розовыми окнами, Мих.Мих. Посохина
Москва в дыму. Лето 2010
Тоже в дыму, лето 2010. Рядом с метро Университет
Одна из крыш двора Провиантских складов, отмененная общественным советом на днях
Один из последних подарков мэра Юрия Лужкова Москве - дворец в Коломенском. Его открыли осенью 2010 и пресса его практически не обсуждала
Он же, главное окошко. Сентябрь 2010


13 Октября 2010

author pht author pht

Беседовали:

Анна Мартовицкая, Юлия Тарабарина
comments powered by HyperComments
Технологии и материалы
«Том Сойер Фест» возрождает красоту старинных зданий
Вот уже 5 лет в разных регионах России проходит уникальный фестиваль по сохранению архитектурного наследия «Том Сойер Фест». Волонтеры и неравнодушные спонсоры помогают спасти здания, которые долгие годы стояли без реставрации и разрушались. И это не просто старые дома – это наше уходящее достояние. Более 40 городов принимают участие в фестивале. В Нижнем Новгороде партнером «Том Сойер Фест» стала австрийская компания Baumit.
Open Spaces
Проект Solo Houses, реализуемый в одном из живописных пригородных районов Испании – это двенадцать экспериментальных жилых домов, гармонично сосуществующих с природным окружением. Ярким дизайнерским акцентом некоторых из них становятся ванны Bette из глазурованной стали.
Пленение плетением
Самое известное применение перфорированной кирпичной стены, сквозь которую проникает солнечный свет, принадлежит швейцарскому архитектору Петеру Цумтору. Идею подхватили другие авторы. Новые тенденции в области кирпичной кладки и старые секреты красивых фасадов – в нашем обзоре.
Строительный материал от Адама
Представляем победителей премии в области кирпичной архитектуры Brick Award 20, учрежденной компанией Wienerberger. Ими стали шесть команд архитекторов из Польши, Руанды, Индии, Испании, Нидерландов и Мексики.
Креативный подход: Baumit CreativTop
Моделируемая штукатурка CreativTop – это насыщенные цвета, глубокие рельефные поверхности, интересные сочетания и комбинации текстур и огромные возможности дизайна.
Потолочные решения Knauf Armstrong для медицинских учреждений...
Линейка подвесных потолков серии Bioguard со специальным антибактериальным покрытием препятствует развитию всех видов возбудителей внутрибольничных инфекций и помогает поддерживать здоровый микроклимат для благополучия пациентов и персонала.
Все дело в центре притяжения
На развитие рынка недвижимости, в особенности загородной, все больше стали влиять инфраструктурные факторы. Все чаще центром притяжения загородных кластеров становятся самостоятельные объекты, жизнедеятельность которых не зависит от спроса на загородную недвижимость: натуральные хозяйства, фермы и лесопарковые зоны. Так постепенно пригород миллионников обрастает комплексной инфраструктурой и современными архитектурными решениями.
Сейчас на главной
Юлий Борисов: «Мы должны быть гибкими, но не терять...
Особенность развития архитектурной компании UNK project – в постоянном поэтапном росте и спланированном изменении структуры. Это тяжело, но эффективно. Юлий Борисов рассказал нам о недавней трансформации компании, о ее сформулированных ценностях и миссии, а также – о пользе ТРИЗ для конкурсной практики, личностном росте и сложностях роста бюро, параллелизме рационального расчета и иррационального творчества, упорстве и осознанности.
Театральный бастион
Бюро Nieto Sobejano выиграло конкурс на проект большого театрального центра на окраине Парижа: основой для него станут декорационные мастерские Шарля Гарнье конца XIX века.
Пресса: Игра на понижение, или в чем проблема нового «Нового...
Обсуждение на Архсовете Москвы второй итерации проекта бюро «Восток» для школы «Новый взгляд» в ЖК «Садовые кварталы» вышло ожидаемо резонансным. Оно подтвердило догадки, возникшие этим летом после победы в конкурсе первой итерации, и поставило ребром вопрос о том, по назначению ли российские заказчики используют такой эффективный инструмент повышения качества архитектуры, как архитектурные конкурсы.
Умер Сергей Бархин
Сегодня в возрасте 82 лет скончался Сергей Бархин, известный прежде всего как театральный художник, но также выпускник МАРХИ, участник «бумажных» конкурсов 1980-х, художник, поэт.
«Подделка под Скуратова»: Архсовет Москвы – 69
Архсовет Москвы отклонил новый проект школы в «Садовых кварталах», разработанный АБ Восток по следам конкурса, проведенного летом этого года. Сергей Чобан настоятельно предложил совету высказаться в пользу проведения нового конкурса. В составе репортажа публикуем выступление Сергея Чобана полностью.
Кирпич как связующее
Исторический комплекс почтамта – телеграфа – телефонной станции на юго-западе Берлина архитекторы GRAFT приспособили под офисы, магазины и рестораны, а также добавили два новых жилых корпуса.
Кирпич и фарфор
Музей Императорской печи в Цзиндэчжэне на юго-востоке Китая в прямом и переносном смысле построен вокруг тысячелетней традиции создания фарфора. Авторы проекта – пекинские архитекторы Studio Zhu-Pei.
Шкаф с культурой
Рассказываем о том, как районная библиотека в позднесоветском здании превратилась в актуальное общественное пространство и центр культурной жизни спального района.
Две школы: о лауреатах «Зодчества» 2020
Главную премию, Хрустальный Дедал, вручили школе Wunderpark Антона Нагавицына, премию Татлин за лучший проект получил кампус ИТМО «Студии 44» Никиты Явейна. Показываем и перечисляем все проекты и постройки, получившие золотые и серебряные знаки, а также дипломы фестиваля Зодчество.
Простор для творчества
Результат сотрудничества европейского заказчика и компании «Архиматика» – бизнес-центр со сложным фасадом, умными планировками и сертификатом BREEAM.
Градсовет удаленно 11.11.2020
На очередном дистанционном заседании Градсовет обсудил микрорайон рядом с Пулковской обсерваторией и жилой комплекс эконом-класса с видом на Неву.
Живее всех живых
В Гостином дворе открылся фестиваль «Зодчество» с темой «Вечность». Его куратор Эдуард Кубенский заполнил множеством смелых – и вообще разных – инсталляций пространство, освобожденное кризисным временем. Давая тем самым надежду на обновление и утверждая, надо думать, что фестиваль жив.
ATRIUM: «Один довольный заказчик должен приносить тебе...
Вера Бутко и Антон Надточий, известные 20 лет назад смелыми проектами интерьеров и частных домов, сейчас строят большие жилые районы в Москве, участвуют в конкурсах наравне с западными «звездами», активно работают со значительными проектами не только в России, но и на постсоветском пространстве. Мы поговорили с архитекторами об их творческом пути, его этапах и истории успеха.
Спит кирпич, и ему снится
Великая московская стена, ограждающая Москву по линии МКАДа, дом-звонница, башня-рудимент, имитация воды и вышивка кирпичом. Представляем проекты-победители первого всероссийского архитектурного Кирпичного конкурса, в которых традиционный материал приобретает новые выразительные качества и смелое концептуальное осмысление.
На три счета
Складной дом Brette складывается на шарнирах и укладывается на платформу грузовика. Он состоит их трех модулей, его разбирают за три часа, площадь при этом увеличивается в три раза. Дом изготовлен в Латвии и уже выдержал один переезд.
Парение свечей
Проект установки памятного знака журналистам, погибшим при исполнении профессионального долга – победившая в конкурсе работа скульптора Бориса Чёрствого, умершего в этом году, и архитекторов Алексея и Натальи Бавыкиных – не слишком типичный для современной Москвы, и поэтому актуальный и важный памятник.
Магнитные линии
Магазин на флагманском автозаправочном комплексе компании KLO строится сейчас в Киеве по проекту Dmytro Aranchii Architects.
Архсовет Москвы – 68
Архсовет, состоявшийся во вторник и отправивший на доработку проект ЖК «Слава» архитектурной компании DYER Филиппа Болла и MR Group, вызвал достаточно бурное обсуждение в сети. Рассказываем, кто и что сказал, подробнее.
Архитектурная среда и дизайн-2020
Дипломные работы выпускников кафедры «Архитектурная среда и дизайн» Института бизнеса и дизайна: двухдневный туристический маршрут, реновация биологической станции, восстановление реки и интерьер квартиры в Доме Наркомфина.
Изгибы среди деревьев
Корпус визуальных искусств в пенсильванском колледже по проекту Стивена Холла получил криволинейный план, чтобы сберечь 200-летние деревья вокруг.
«Панельный дом для богатых»
Лучшим небоскребом мира за 2018–2020 годы Немецкий музей архитектуры выбрал башни Norra tornen в Стокгольме по проекту OMA: сборный бетонный жилой комплекс, напоминающий своими модульными «кубиками» Habitat’67. Публикуем его и небоскребы-финалисты.
Конкурсный проект комбината газеты «Известия» Моисея...
Первая часть исследования «Иван Леонидов и архитектура позднего конструктивизма (1933–1945)» продолжает тему позднего творчества Леонидова в работах Петра Завадовского. В статье вводятся новые термины для архитектуры, ранее обобщенно зачислявшейся в «постконструктивизм», и начинается разговор о влиянии Леонидова на формально-стилистический язык поздних работ Моисея Гинзбурга и архитекторов его группы.
Открытая структура
В Екатеринбурге сдано в эксплуатацию здание штаб-квартиры Русской медной компании, ставшее первым реализованным в России проектом знаменитого британского архитектурного бюро Foster + Partners. Об этой во всех смыслах очень заметной постройке специально для Архи.ру рассказывает автор youtube-канала «Архиблог» Анна Мартовицкая.
Башни «Спутника»
Шесть башен в крупном жилом комплексе рядом с берегом Москвы-реки в самом начале Новорижского шоссе совмещают ответ на целый ряд маркетинговых пожеланий и рамок, предлагая простой ритм и лаконичную форму для домов, которые заказчик предпочел видеть «яркими».
Кружево и кортен
Мастерская LMN Architects построила в Эверетте на северо-западе США пешеходный мост, соединивший оторванные друг от друга городские районы. Сооружение, первоначально задуманное как часть канализационной системы, превратилось в популярное общественное пространство.
Рынок с открытым кодом
Рынок для городка Гаубулига в Гане по проекту студенческой лаборатории [applied] Foreign Affairs при Венском университете прикладных искусств получил американскую премию Architecture Masterprize в номинации «Открытие года».
Изба дель арте
Мы решили отобрать несколько объектов из шорт-листа премии АрхиWOOD и рассмотреть их поближе. Суздальский дом интересен тем, что делает своим сюжетом все еще актуальный вопрос современности: диалог старого и нового. Его можно понять как метафору современного туристического города, может быть, даже размышление о его судьбе.
Бранденбургские колоннады
На этих выходных открывается долгожданный для жителей и посетителей немецкой столицы аэропорт Берлин-Бранденбург – BER. Его архитекторы – бюро gmp, авторы закрывающегося с открытием BER Тегеля.
Точка отсчета
Здесь мы рассматриваем два ретро-объекта: одному 20 лет, другому 25. Один из них – первые в истории Петербурга таунхаусы, другой стал первым примером элитного жилья на Крестовском острове. Оба – от бюро «Евгений Герасимов и партнеры».
Деревянное будущее
Бюро Рейульфа Рамстада выиграло конкурс на проект нового крыла музея корабля «Фрам» в Осло: проект называется Framtid – «будущее».
Архитектура и ноосфера, или шесть идей для архитектора...
«Жизнь и судьба архитектурной идеи» – так называлось ток-шоу, цикл авторских выступлений архитекторов – участников АРХ-каталога, организованный в рамках деловой программы АРХ-Москвы. В нем приняли участие архитекторы Илья Заливухин, Юлий Борисов, Олег Шапиро, Константин Ходнев, Влад Савинкин и Владимир Кузьмин. Предлагаем вашему вниманию конспект дискуссии.
Облако на холме
Бюро Alvisi Kirimoto завершило реконструкцию разрушенной землетрясением музыкальной школы в итальянском Камерино. Реализовать проект удалось менее чем за 150 дней.
От пожара до потопа
Награждение одиннадцатого АрхиWOODа прошло в виде конференции zoom, но не менее продуктивно и оживленно, чем всегда. Гран-при получил Сожженный мост, многозначная масленичная затея из Никола-Ленивца, а призы в главной номинации – Тотан Кузембаев за свой собственный дом в деревне Лиды и Денис Дементьев за дом на склоне в деревне Ромашково. Вашему вниманию – репортаж с награждения, которое длилось 4 часа, предоставив возможность высказаться всем заинтересованным профессионалам.