Рецензия на книгу «Архитектура авангарда. Вторая половина 1920-х - первая половина 1930-х годов: Справочник-путеводитель»

0 «Архитектура авангарда. Вторая половина 1920-х - первая половина 1930-х годов: Справочник-путеводитель» Е. Овсянникова, Н. Васильев, М. Евстратова, О. Панин. - М.: С.Э. Гордеев, 2011. - 480 с., ил.

Массовая застройка 1920-30-х годов – рядовые жилые дома, школы, детские сады и промышленные сооружения – исчезает и растворяется в городской среде гораздо быстрее, чем отдельные памятники авангарда, защищенные пусть призрачным, но все же существующим охранным статусом. Этому истончившемуся слою архитектурной ткани Москвы посвящен справочник-путеводитель «Архитектура авангарда. Вторая половина 1920-х - первая половина 1930-х годов» Е. Овсянниковой, Н. Васильева и др.авторов, изданный Сергеем Гордеевым. Многостраничное издание представляет 475 объектов, причисляемых авторами к наследию авангарда и отечественной версии ар деко. Подобную книгу давно ждали все, кому небезразлична архитектура ХХ века и волнует стремительно тающий целый пласт московской застройки.

Очевидно, что для того, чтобы популяризовать и хоть отчасти защитить наследие авангарда как градостроительное, целостное явление, распыленное в пространстве города, его необходимо каталогизировать, описать, исследовать. В предисловии авторы именно так обозначили цель своей работы – «восполнить пробел в научном знании архитектуры авангарда, повысить интерес к этому времени…». Однако первое же знакомство с книгой рождает ряд вопросов. Первый из них – к какому типу издания можно ее отнести? Путеводитель, как обозначено на обложке? – едва ли – почти 500 страниц плотной бумаги, большой вес, значительный формат; даже самый отчаянный поклонник авангарда не отправится в город, вооружившись таким путеводителем. Научное издание? – тоже вряд ли: каждый объект описан 4-5 предложениями, и фотографии в книге занимают большее место. Может быть, тогда альбом с комментариями? Опять же, нет – фотографии отличные, но очень мелкие. 

Целевая аудитория путеводителя, как заявляет предисловие – специалисты и широкий круг читателей. Более того, утверждается, что «несомненно, книга будет подспорьем для деятельности возрожденного сегодня российского комитета do.co.mo.mo.». Но и тут возникает вопрос – теперь уже касающийся методологии проведения исследования. Описания объектов в большинстве случаев не добавляет ничего нового к представленным фотографиям и чертежам: этажность, П, Ш, Г-образный или «сложный» план, наличие балконов, поясков, характер окон, краткая и невариативная характеристика («представительное здание», «типичная постройка»), с неожиданными журналистскими оборотами (так, один из проектов Мельникова назван «сногсшибательным»).

Несмотря на большую проделанную работу, информативность книги невелика. Специалист вряд ли сможет в текстах найти что-то, чего он не видит на фото (или в натуре) собственными глазами. Что касается широкого читателя, то главный вопрос, который может у него возникнуть после прочтения – ради чего и почему нужно сохранять и ценить эти бесчисленные «рядовые», «типичные» объемы (чаще – фасады), расчлененные ризалитами и имитациями ленточных окон, с обязательными угловыми балконами. И, увы, сделает вывод – архитектура авангарда – это безымянные, неопределенные однообразные постройки без истории и в подавляющем большинстве случаев - неизвестного архитектора. Любая работа, посвященная некой заявленной эпохе или хронологическому отрезку, предполагает ознакомление читателя с периодом, о котором идет речь. В данном случае никакого ознакомления нет, следовательно, предполагается, что читатель с эпохой знаком. Т.е. книга ориентирована на научное сообщество, представителям которого не надо объяснять, что такое ОСА, АСНОВА, ВОПРА, постановление 1932 г., архитектурные мастерские Моссовета и т.п. Однако манера изложения материала, представление объектов без планов, отсутствие информации о них сверх известного говорят об обратном. Если книга ориентирована на широкого читателя, который знает лишь о существовании понятия «авангард» и более ничего по этой теме, то введение в контекст, в эпоху должно быть обязательным. Между тем анализ текстов книги свидетельствует, что ее авторы вообще не ставили себе задачи понять эпоху, отсюда пренебрежение к информации о ведомственной принадлежности зданий и т.п.

Что характерно для эпохи 1920-х – 1930-х гг. в целом и для архитектуры в частности? Абсолютно четкая связь всех переломных моментов с постановлениями партии и правительства; замена частной собственности ведомственной (единожды получив участок в Москве, ведомство держалось за него изо всех сил, чему есть множество примеров); жесткая регламентация жизни. В книге все архитекторы предстают творцами, свободными от любых рамок. Нет ни слова ни о каких постановлениях. Все описанное существует в некой безвоздушной, даже стерильной, среде, в которой, однако, есть проблемы с качеством строительных материалов. Признание политической обусловленности большей части процессов, протекавших в архитектуре указанного периода, возможно, помогло бы задать более четкие хронологические рамки, обосновать включение в книгу или исключение отдельных объектов. Игнорирование ведомственной принадлежности зданий привело к тому, что много потеряла «географическая составляющая» книги: дома для руководящего звена в соответствии с установками времени строились в непосредственной близости от ведомств и контор, в книге нет и намека на это. Конечно, информация о принадлежности того или иного «городка» к определенному ведомству и сведения о строительной организации, возводившей объект, не лежат на поверхности и не указываются на табличках на фасаде. Но поставленная задача требовала и определенных усилий в сборе материала.Однако, к огромному сожалению, судя по всему, авторами не использовались не только архивные материалы, но и доступные в библиотеках источники – журналы «Строительство Москвы», «Советская архитектура», «Архитектура СССР», и бесценная в этом отношении «Архитектурная газета».

Изредка встречающиеся в книге подробности об истории строительства объекта, количества учащихся в школе, сохранности и принадлежности к ведомству кажутся «подобранными» случайно. У некоторых таких уточнений, при вбивании их в поисковик в сети Интернет, тут же обнаруживаются источники – сайты школ, ТСЖ и блоги. Эти свидетельства и материалы «народного архитектуроведения» тоже ценны, но, по крайней мере, используя их, вероятно, следовало бы избегать при перенесении в книгу ошибок в названиях организаций, фамилиях и т.п.

Остается сожалеть, что в описания памятников в большинстве случаев не попали история сооружения, особенности создания проекта и творческих приемов авторов (хотя бы в паре слов!), и, особенно, сведения о внутренней планировке.

Представляется весьма спорной сама возможность говорить об архитектуре авангарда, ориентируясь только на внешний объем и фасады. Тем более, для многих читателей книги проникнуть внутрь большинства сооружений крайне затруднительно, и описание интерьера, особенностей внутреннего устройства и функционирования здания было бы очень ценным. 

Сам принцип подбора представленных объектов представляет значительную тему для дискуссии. Где проходит «водораздел» между авангардом и относимым авторами к нему ранним ар деко и сталинской неоклассикой? Какие используются принципы определения принадлежности памятника к еще предыдущим, конструктивистским принципам формообразования? Заявленные в предисловии формальные признаки памятников авангарда (ленточные окна, угловые балконы, полуцилиндрические элементы, «корабельный» силуэт) не проясняют появление в книге множества более поздних объектов, никак не наделенных отмеченными признаками.

В связи с нечетко определенными границами исследования (как хронологическими – увы, несмотря на ясное название книги, так и стилистическими) в справочнике множество белых пятен и странностей. Непонятно отношение авторов к надстроенным и перелицованным в конце 1920-х годов зданиям – частично они в книге представлены, частично – отсутствуют, а большинство таких «надстроек» в описаниях просто не отмечено. Куда-то пропали многие бесспорные конструктивистские и «переходные» объекты, такие как универмаг Мосторга на Крестьянской заставе, типография издательства "Московская правда" в Потаповском переулке. В описанных жилых комплексах конца 1920-х годов многие дома также пропали и остались незамеченными. То же можно сказать и об общественных сооружениях. По какой-то причине описаны по-отдельности 4 одинаковые школы, построенные по типовому проекту Д.Фридмана, тогда как большинство остальных школ интересующего периода отсутствуют, либо содержат в описаниях ошибочные сведения или неверно идентифицированы. Отсутствуют даже и некоторые объекты архитекторов первого ряда, например, Опытная станция Химического института им. Л. Я. Карпова Б. Иофана. Нет и жилого дома И. Голосова на Яузском бульваре, хотя аналогичные «переходные» проекты в книге есть, отсутствует и Наркомвоенмор Л. Руднева, хотя есть военная академия им. Фрунзе.

Неоговоренные в книге географические рамки исследования позволили, с одной стороны, включить объекты, находящиеся за пределами черты города в конце 1920-начале 1930-х, но, с другой стороны, почему-то не помешали и «выпасть» некоторым удаленным интересным объектам, как, к примеру, комплекс «Института пути» в Свиблово.

Вызывает беспокойство оперирование авторами определением «ар деко», и, особенно, «стримлайн», имеющий до этого момента очень четкую привязку к определенным архитектурным сооружениям в США и Европе. Тем не менее, к отечественным «шедеврам стримлайна» авторами отнесен Крымский мост, Даниловский универмаг, наружный павильон станции «Красные ворота», гаражи Мельникова... К таким же неожиданным открытиям авторов стоит отнести и следующий пассаж о доме Наркомфина М.Гинзбурга (оставим его без комментариев): «Сегодня считается доказанным влияние этого проекта и других подобных советских архитектурных замыслов на Ле Корбюзье, создавшего ряд своих знаменитых проектов (дом «Кларте» в Женеве, «Марсельскую жилую единицу»)».

Так как проверить всю книгу на наличие ошибок и пропусков в пределах подготовки одной рецензии невозможно, выборочно были пройдены 3 зоны: Даниловский район в области Рощинских улиц и Хавской, фрагмент района Покровского-Стрешнева и участок Садового кольца от Крымской площади до Триумфальной. На каждом участке было обнаружено от 3 до 5 пропущенных объектов, множество ошибок в датировках, идентификации объектов, фамилиях архитекторов. Жаль, что непонимание эпохи и ее специфики, а также некоторая торопливость и небрежность в сборе и подготовке материала, привели к тому, что потенциально интересная и нужная книга стала для многих лишь полигоном для поиска ошибок...

Однако, несмотря на все недостатки, сомнения и вопросы, эта книга важна и нужна – как первая, направленная на выявление ценности и сохранение не единичных памятников, а именно архитектурной среды эпохи авангарда, типовой и массовой застройки 1920-30-х годов. Предстоит огромная работа по дополнению списка объектов, уточнению данных и сбору архивных материалов, по написанию более развернутых и научных описаний, по исправлению многочисленных допущенных в книге ошибок, по возвращению в книгу затерявшейся в другом издании библиографии, по составлению необходимого справочного аппарата, каталогов (по типологии, авторству, ведомствам). Необходимы и новые карты – с привязками к важным городским ориентирам (реки, зеленые массивы), более ясные, с выправленной нумерацией. Однако первый шаг сделан, и следующие совершить будет проще.

К.арх., ст.н.с. НИИТИАГ А.Н.Селиванова, к.арх., сотрудник МАрхИ Ю.Д.Старостенко

Ответ на рецензию >>>

29 Февраля 2012

А.Н. Селиванова Ю.Д. Старостенко

Авторы текста:

А.Н. Селиванова, Ю.Д. Старостенко
Похожие статьи
Архитектурная модернизация среды жизнедеятельности:...
Публикуем полный текст первой книги коллективной монографии сотрудников НИИТИАГ. Книга посвящена разным аспектам обновления рукотворной среды, как городской, так и сельской, как древности, так и современной архитектуре, в частности, в ней есть глава, посвященная Николасу Гримшо. В монографии больше 450 страниц.
Поддержка архитектуры в Дании: коллаборации большие...
Публикуем главу из недавно опубликованного исследования Москомархитектуры, посвященного анализу практик поддержки архитектурной деятельности в странах Европы, США и России. Глава посвящена Дании, автор – Татьяна Ломакина.
Сколько стоил дом на Моховой?
Дмитрий Хмельницкий рассматривает дом Жолтовского на Моховой, сравнительно оценивая его запредельную для советских нормативов 1930-х годов стоимость, и делая одновременно предположения относительно внутренней структуры и ведомственной принадлежности дома.
Конкурсный проект комбината газеты «Известия» Моисея...
Первая часть исследования «Иван Леонидов и архитектура позднего конструктивизма (1933–1945)» продолжает тему позднего творчества Леонидова в работах Петра Завадовского. В статье вводятся новые термины для архитектуры, ранее обобщенно зачислявшейся в «постконструктивизм», и начинается разговор о влиянии Леонидова на формально-стилистический язык поздних работ Моисея Гинзбурга и архитекторов его группы.
От музы до главной героини. Путь к признанию творческой...
Публикуем перевод статьи Энн Тинг. Она известна как подруга Луиса Кана, но в то же время Тинг – первая женщина с лицензией архитектора в Пенсильвании и преподаватель архитектурной морфологии Пенсильванского университета. В статье на примере девяти историй рассмотрена эволюция личностной позиции творческих женщин от интровертной «музы» до экстравертной креативной «героини».
Бетонный Мадрид
Новая серия фотографа Роберто Конте посвящена не самой известной исторической странице испанской архитектуры: мадридским зданиям в русле брутализма.
Реновация городской среды: исторические прецеденты
Публикуем полный текст коллективной монографии, написанной в прошедшем 2020 году сотрудниками НИИТИАГ и посвященной теме, по-прежнему актуальной как для столицы, так и для всей страны – реновации городов. Тема рассмотрена в широкой исторической и географической перспективе: от градостроительной практики Екатерины II до творчества Ричарда Роджерса в его отношении к мегаполисам. Москва, НИИТИАГ, 2021. 333 страницы.
Леонидов и Ле Корбюзье: проблема взаимного влияния
Памяти Юрия Павловича Волчка. Статья готовилась к V Хан-Магомедовским чтениям «Наследие ВХУТЕМАС и современность». В ней рассматривается проблема творческого взаимодействия Ле Корбюзье и Ивана Леонидова, раскрывающая значение творчества Леонидова и школы ВХУТЕМАСа, которую он представляет, для формирования основ формального языка архитектуры «современного движения».
Неизвестный проект Ивана Леонидова: Институт статистики,...
Публикуем исследование архитектора Петра Завадовского, обнаружившего неизвестную работу Ивана Леонидова в коллекции парижского Центра Помпиду: проект Института статистики существенно дополняет представления о творческой эволюции Леонидова.
Ключевое слово: «телеработа»
Архитекторы, профильные СМИ и вузы по всему миру реагируют на ситуацию пандемии, пытаясь обезопасить сотрудников и студентов, сохранив учебный и рабочий процесс. Говорим с руководителями нескольких московских бюро об их планах удаленной работы, а также рассказываем, как реагируют на эпидемию архитекторы мира.
Чандигарх: фрагменты модернистской утопии
Публикуем фотографии и эссе Роберто Конте об архитектуре Чандигарха – от прославленного Капитолия Ле Корбюзье до менее известных жилых домов, кинотеатров, вузовских корпусов авторства его соратников и последователей.
Идентичность в типовом
Архитекторы из бюро VISOTA ищут алгоритм приспособления типовых домов культуры, чтобы превратить их в общественные центры шаговой доступности: с устойчивой финансовой программой, актуальным наполнением и сохраненной самобытностью.
«Это не башня»
Публикуем фото-проект Дениса Есакова: размышление на тему «серых бетонных коробок», которыми в общественном сознании стали в наши дни постройки модернизма.
Технологии и материалы
Искусство быть невидимым
Архитекторы Александра Хелминская-Леонтьева, Ольга Сушко и Павел Ладыгин делятся с читателями своим опытом практики применения новаторских вентиляционных решеток Invisiline при проектировании современных интерьеров.
«Донские зори» – 7 лет на рынке!
Гроссмейстерские показатели российского производителя:
93 вида кирпича ручной формовки, годовой объем – 15 400 000 штук,
морозостойкость и прочность – выше европейских аналогов,
прекрасная логистика и – уже – складская программа!
А также: кирпичи-лидеры продаж и эксклюзив для особых проектов
Дома из Porotherm
на Open Village 2022
Компания Wienerberger приглашает посетить выставку
Open Village с 16 по 31 июля
в коттеджном поселке «Тихие Зори» в Подмосковье. Этим летом вы сможете увидеть 22 дома, построенных по различным технологиям.
Вопрос ребром
Рассказываем и показываем на примере трех зданий, как с помощью системы BAUT можно создать большую поверхность с «зубчатой» кладкой: школа, библиотека и бизнес-центр.
Тульский кирпич
Завод BRAER под Тулой производит 140 миллионов условного кирпича в год, каждый из которых прослужит не меньше 200 лет. Рассказываем, как устроено передовое российское предприятие.
Стильная сантехника для новой жизни шедевра русского...
Реставрация памятника авангарда – ответственная и трудоемкая задача. Однако не меньший вызов представляет необходимость приспособить экспериментальный жилой дом конца 1920-х годов к современному использованию, сочетая актуальные требования к качеству жизни с лаконичной эстетикой раннего модернизма. В этом авторам проекта реставрации помогла сантехника немецкого бренда Duravit.
Своя игра
«Новые Горизонты» предлагают альтернативу импортным детским площадкам: авторские, надежные и функциональные игровые объекты, которые компания проектирует и строит уже больше 20 лет.
Клуб SURF BROTHERS. Масштаб света и цвета
При создании концепции освещения в первую очередь нужно задаться некой идеей, которая будет проходить через весь проект. Для Surf Brothers смело можно сформулировать девиз «Море света и цвета».
Преодолевая стены
Дом Skarnu apartamentai строился в самом сердце Старой Риги. Реализовать ключевые для архитектурного образа решения – наклонную и рельефную кладку – удалось с помощью системы BAUT.
Решения Hilti для светопрозрачных конструкций
Чтобы остекление было не только красивым, но надёжным и безопасным, изначально необходимо выбрать витражную систему, подходящую для конкретного объекта. В зависимости от задач, стоящих перед архитекторами и конструкторами, Hilti предлагает ряд решений и технологий, упрощающих работу по монтажу светопрозрачных конструкций и обеспечивающих надежность, долговечность и безопасность узлов их крепления и примыкания к железобетонному каркасу здания.
Квартира «в стиле Дружко»
Дизайнер Александр Мершиев о ремонте для телеведущего Сергея Дружко и возможностях преобразования пространства при помощи красок Sikkens.
Потолки для мультизадачных решений
Многообразие функциональных потолочных решений Knauf Ceiling Solutions позволяет комплексно решать максимально широкий спектр задач при создании комфортных, эстетически и стилистически гармоничных интерьеров.
Внутри и снаружи:
архитектурные решения КНАУФ АКВАПАНЕЛЬ®...
Системы КНАУФ АКВАПАНЕЛЬ®, включающие цементную плиту, обладают достоинствами, которые проявляют себя как в процессе монтажа, так и при отделке, и в эксплуатации. Они хорошо подходят для нетиповых решений. Вашему вниманию – подборка жилых комплексов с разнообразными примерами использования данной технологии.
Во всем мире: опыт использования систем КНАУФ АКВАПАНЕЛЬ®...
Разработанная компанией КНАУФ технология АКВАПАНЕЛЬ® отвечает высоким требованиям к надежности отделочных решений, причем как в интерьере, так и на фасадах. В обзоре – о том, как данная технология применяется за рубежом на примере известных – общественных и жилых – зданий.
Сейчас на главной
Изобретая восток
Чтобы погрузить гостей ресторана Saiko в атмосферу азиатской роскоши, команда IZI Design самостоятельно спроектировала все элементы дизайна – от созданного вручную рельефа скалы на стенах до напечатанных с помощью 3D-принтера подставок для палочек.
Торжество балконов
Жилой комплекс из обычных и социальных квартир по проекту CoBe Architecture et Paysage появился на месте центра сортировки почты в Бордо.
Квартиры вместо контор
Бюро Qarta Architektura разработало проект превращения памятника чешского функционализма – бывшего здания Пенсионного управления в Праге – в жилой комплекс.
Градсовет 10.08.2022
Градостроительный совет рассмотрел проект санатория в Репино, подготовленный бюро «А.Лен». Эксперты высоко оценили архитектурное решение, но посчитали объем зданий избыточным для курортной территории.
Изнутри наружу: павильоны вечности
Реконструкция пакгаузов нижегородской Стрелки – они открылись в начале июня как концертный и выставочный залы – стала, без преувеличения, событием года в области как культуры, так и архитектуры. Их история кажется нам образцовой с точки зрения обнаружения, исследования и охраны памятника инженерной мысли XIX века. В то же время решение по приспособлению и экспонированию конструкций пакгаузов, предложенное Сергеем Чобаном – очень смелое, нетривиальное и актуальное. На грани временного, временнОго и вечного.
Островок тишины
На курорте Циньхуандао открылся еще один музей – теперь по проекту Wutopia Lab. Он служит «островком тишины» на оживленном морском побережье.
Паркинг – ворота
Пекинское бюро MAD спроектировало «перехватывающий» гараж на 1500 машин для инновационного района Милана. Строительство начнется в этом сентябре.
Голова героя
В центре Тираны началось строительство жилой башни в форме бюста национального героя Албании Скандерберга. Авторы проекта – MVRDV.
Высотный конструктор
Один из проектов заказного конкурса для ЖК на севере Москвы. Архитекторы АБ «Крупный план» предложили простую стереометрическую пару 100-метровых башен, объединенных общим пластическим сюжетом, простым, построенном на лаконичном контрасте, но в то же время фактурном. Интересен и овал внутреннего двора, «вырезанный» на кровле стилобата.
Безудержный оптимизм
MVRDV совместно с индийским бюро StudioPOD превратили заброшенные пространства под одной из эстакад перенаселенного мегаполиса Мумбаи в завлекательную зеленую площадку для всех жителей района.
Аспекты счастья
Архстояние 2022 с девизом «Счастье есть?» получилось как всегда веселым фестивалем, но самые заметные объекты какие-то иронические, критичные и грустные, – зато все остальные, окружающие их, сосредоточились на том, чтобы наделить посетителей простой человеческой радостью. Выступили Тотан Кузембаев, Александр Бродский и другие.
Алюминий и бронза
KAAN Architecten спроектировали две башни в комплексе De Zalmhaven в гавани Роттердама: они дополняют расположенное там же самое высокое здание Нидерландов.
Рамы для города
UNStudio победили в конкурсе на проект жилого комплекса в центре города Яссы на северо-востоке Румынии.
Платок Марьям
Специальный приз международного конкурса на эскизный проект соборной мечети в Казани, посвященной 1100-летию принятия ислама в Волжской Булгарии, получили студенты Казанского архитектурно-строительного университета. Их предложение отсылает к традиционной татарской архитектуре.
Уникальность — норма жизни
Жилой дом UNIC в Париже, построенный по проекту пекинского бюро MAD, предлагает действительно уникальный, качественно иной уровень взаимодействия между человеком, архитектурным объемом, природой и городом.
Градсовет Петербурга 27.07.2022
Градсовет обсудил «средневековый» жилой квартал у Пулковского водохранилища, гостиницу а-ля рюс в деревне Шуваловка, а также гостиницу напротив Финляндского вокзала, которая восстанавливает структуру утраченной части доходного дома Павла Сюзора.
Учеба и жизнь
Представлены финалисты Премии Стерлинга-2022 – главной архитектурной награды Великобритании.
Блеск металла
В Чэнду завершен ансамбль Спортивного парка Дунъаньху по проекту gmp: в 2023 там пройдет 31-я Всемирная летняя универсиада.
Архсовет Москвы–76
Архитектурный совет Москвы горячо поддержал новый проект Юрия Григоряна для ТПУ Парк Победы, в котором измененные высотные ограничения позволили предложить тонкую стройную башню 300-метровой высоты. После обсуждения некоторых нюансов как эксперты, так и МКА единодушно пожелали проекту качественной реализации, пообещали следить за ней и поддерживать.
Архстояние 2022: четыре главных проекта
Фестиваль ландшафтных объектов «Архстояние» в этом году пройдет в Никола-Ленивце с 29 по 31 июля. Все три дня художники, архитекторы, перформеры и музыканты будут рассуждать на тему «Счастье есть?», а зрители смогут стать соавторами этого процесса.