Бремя выбора

Проект CITIZENSTUDIO в павильоне России на венецианской биеннале архитектуры посвящен будущему – но не столько железных дорог, которые, очевидно, ждет транформация, – сколько в принципе будущему городов. Фактически, он ставит проблему выбора.

mainImg
Архитектор:
Михаил Бейлин
Даниил Никишин
Мастерская:
ГОРОЖАНЕ/ CITIZENSTUDIO
Михаил Бейлин и Даниил Никишин, получив в свое распоряжение третий зал второго этажа павильона России и очень общую тему «будущего», превратили свой проект в исследование в духе манифеста: каково возможное будущее железных дорог, каков их потенциал и каков выбор – примерно так звучат основные вопросы, поставленные авторами. Надо сказать, что делить экспозицию на прошлое-настоящее-будущее выставкам русского павильона не впервой, к примеру два года назад в первом зале была история ВДНХ, в центральном настоящее, в третьем будущее в виде отчасти глючных студенческих фантазий и реальных планов реновации ВВЦ. Теперь же размах футурологической мысли много шире – охватывает железные дороги вообще и требует много большего обобщения.

На самом деле одна половинка экспозиции CITIZENSTUDIO – «Великая русская река» на стене напротив входа – не столь уж футуристична и скорее близка настоящему: проблеме ревитализации промзон, в данном случае железнодорожных. Положа руку на сердце, Бейлин и Никишин не первыми о ней заговорили, сейчас вообще сложно вспомнить кто первый (Глазычев? Лежава? Скокан?), но зато он превратили тему в красивую инсталляцию из белых кругов – кстати, фирменный прием – где объемным негативом изображены пустоты зон отчуждения и вокзалов. Железные дороги связывают города между собой, но оказавшись внутри они, наоборот, разделяют городскую ткань, – комментируют авторы. Эта выключенное из городской жизни пространство, будучи ревитализовано, сможет стать центрами городской жизни, – продолжают они, показывая себя истинными урбанистами, «Горожанами». Поэтому железные дороги между снаружи кругов показаны объемом, а внутри – пустотами, так авторы подчеркивают различие их роли, позитивной между городами и негативной в их центрах.
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Дороги должны измениться и изменить нашу жизнь, – подчеркивают Бейлин и Никишин, – ускорившись, поезда будут возить нас в 2-3 раза быстрее, как Hyperloop [и кстати, все обратили внимание на фрамент Гиперлупа в павильоне Дании], наша страна станет более связной, миграция в большие города ослабнет, и пассивное пространство наконец активизируется. Вы читали роман «ЖД» Дмирия Быкова? – спрашиваю я Михаила Бейлина. – Да, очень, очень понравилось! – живо реагирует он.

Здесь мы подбираемся к будущему, ему посвящена середина зала и две его торцевые стены, расписанные граффити Анатолия Акуе. Вторая половина проекта названа Дихотомия и моделирует два варианта развития города: низкоэтажного распределенного города-сада и высотно-небоскребного города-Сити. Два макета, нарезанные все теми же фирменными белыми кругами, демонстрируют срезы гипотетического развития с лагом в 100 лет и 500-летней перспективой, всё на примере площади Трех вокзалов, так что высотка и вокзалы, выделенные бронзовым цветом, вполне узнаваемы. Интригу создает возможность разглядывать платформы сверху и снизу, – особенно верхние, из будущего. Здесь в небоскребном варианте под землей прорастают внушительные «корни» коммуникаций. Установленные вверху зеркала позволяют рассматривать макеты будущего без особенных затруднений.
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции © Citizenstudio
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции © Citizenstudio
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции © Citizenstudio
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции © Citizenstudio
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции © Citizenstudio
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева

Несложно заметить, что основное футуристическое размышление посвящено не столько дорогам, сколько дорогам в городе или даже перспективам развития собственно городов включая дороги, но без специального акцента на ж/д полотне. Авторы также не навязывают выбора: какими бы ни были их предполагаемые предпочтения, посетитель может определить собственные приоритеты, попросту крутя головой слева направо.
Юлия Тарабарина


Авторы экспозиции: Михаил Бейлин, Даниил Никишин, при участии Александра Язловского. Также для «Зала ожидания будущего» стрит-арт художник Анатолий Акуе создал диптих, являющийся его виденьем двух вариантов развития, представленных в «Дихотомии?». Производством нашей экспозиции занималась известная московская макетная команда «Studio 911» под руководством Виктора Крылова и Ильи Ассорова. Ниже авторское описание. 

Зал ожидания будущего
Авторское описание
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева

Общая тема XVI биеннале архитектуры в Венеции – «Free space» – Свободное пространство. Мы видим в сегодняшней железнодорожной инфраструктуре огромный потенциал. Нам было интересно рассмотреть развитие города в свете изменяющейся транспортной концепции и неизбежных изменений технологии железнодорожного транспорта. Ведь сегодня железная дорога и ее инфраструктура занимает колоссальные площади в городах, особенно в исторических центрах, где находятся вокзалы. А, значит, стоит ожидать высвобождения пространства с изменением технологии железнодорожного транспорта (гиперлуп и прочие проекты). Это потенциально «Free space» – общая тема XVI биеннале архитектуры в Венеции. Что делать с этим «Свободным пространством» и как правильно использовать – этот вопрос мы и хотели рассмотреть.

В «Зале ожидания будущего» мы представляем два графических эссе. «Великая Русская Река» – исследование того, как железная дорога, в частности Транссиб, проходит через крупные города России. Это наблюдение за феноменом железной дороги: связывая города между собой, в самих городах она является разделяющим фактором, несёт вдоль себя значительную зону отчуждения. Лишнего пространства.

«Дихотомия?» – два спекулятивных сценария развития территории железнодорожной инфраструктуры мегаполиса на примере площади Трех Вокзалов в Москве. Превращение лишнего пространства в полезное.


«Великая Русская Река»
Историческая справка / из Википедии:
Транссибирская железнодорожная магистраль (Транссиб), Великий Сибирский Путь (историческое название) – железная дорога через Евразию, соединяющая Москву с крупнейшими восточносибирскими и дальневосточными промышленными городами России. Длина магистрали 9288,2 км, это самая длинная железная дорога в мире. Результатом строительства транссибирской магистрали стала возникшая к 1905 году возможность: впервые в истории следовать поездам только по рельсам, без использования паромных переправ, от берегов Атлантического океана (из Западной Европы) до берегов Тихого океана (до Владивостока). Транссиб соединяет Европейскую часть, Урал, Сибирь и Дальний Восток России, российские западные, северные и южные порты, а также железнодорожные выходы в Европу, с одной стороны, с тихоокеанскими портами и железнодорожными выходами в Азию.
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева

Россия – самая большая по территории страна в мире. Она представляет собой огромное и по большей части свободное пространство. Хребтом этого пространства является железная дорога. Это река, с Запада на Восток протекающая через всю страну. И с Востока на Запад тоже. Большая часть населения страны расселена вдоль ее «русла». Эта артерия объединяет как Россию, так и континент в целом: от Атлантического до Тихого океана.

Протекая через все крупные города России, «Река» обнаруживает интересное противоречие. Объединяя населенные пункты страны, железная дорога для самих городов является скорее разделяющим фактором. Виной тому устаревшие технология и инфраструктура. Колоссальная зона отчуждения сопровождает дорогу. Она окружена урбанистическим мусором: гаражами, сервисами, мелкими складами и просто одичавшими пустырями. Город вынужден ограждаться от «Реки» всеми доступными ему методами.
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции © Citizenstudio
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции © Citizenstudio
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции © Citizenstudio

Наблюдая за «руслом», можно выделить несколько типов городов. Во-первых – города-центры. Это Москва и Санкт-Петербург – два истока «Реки» – начало российской железной дороги. Во-вторых – транзитные пункты – все крупные, и не очень, города, через которые «Река» проходит, попутно их рассекая. Также есть две крайние точки – Калининград и Владивосток – точки, где заканчиваются железные дороги России.

Все эти города объединяет описанная выше зона омертвения городской ткани, сопровождающая Дорогу. Это пространство свободное не только от актуальной городской функции, но и от человека. Но оно таит в себе огромный потенциал развития для городов. При отношении к этому пространству, как к ценности, оно может превратиться в пространство возможностей, в точки интенсивного развития Самары, Екатеринбурга, Новосибирска, Москвы и других городов. Для всей страны изменение технологической концепции железно-дорожного транспорта уже не только возможность, но и крайняя необходимость.

Транссибирская магистраль была построена в очень короткие сроки. За 26 лет на рубеже веков эта дорога связала целый континент. Но с тех пор мы продолжаем жить в транспортной концепции XIX века. Средняя скорость движения по «Реке» сегодня составляет 64 км/ч. Путь от Москвы до Владивостока занимает больше 6 суток. Очевидно, что при повышении скорости хотя бы в 2,5 раз, что далеко не является пределом для современной техники, значительно возрастет связь между городами и регионами. Для городов это означает превращение железной дороги в агломерационный транспорт. Развитие интенсивности и скорости связей наполнит жизнью значительную территорию России. Ослабит миграцию населения в 2-3 мегаполиса. Вкупе с развитием общества пост-труда, пропадет необходимость жить в крупных городах. Достаточно доступа к транспортной артерии, чтобы снизить зависимость человека от экономических центров, при этом сохраняя мобильность граждан. Развитие сети железных дорог и наполнение системы дополнительными «реками» позволит на этой основе создать значительно более равномерную систему расселения страны. Россия имеет возможность превращения связей, несущих нефть и газ в связи, распределяющие жизненные и человеческие ресурсы. Это один из потенциалов Свободного Пространства России: превращение в пространство людей и пространство для человека. Изменив отношение, мы можем раскрыть истинную силу «Великой Русской Реки», превратив ее из городского изгоя в источник жизни как городов, так и всей Страны.
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции © Citizenstudio
Архитектор:
Михаил Бейлин
Даниил Никишин
Мастерская:
ГОРОЖАНЕ/ CITIZENSTUDIO

01 Августа 2018

Никита Явейн: «Мы работаем над архитектурой потоков»
Венецианская биеннале длится полгода, до 25 ноября, так что думаю не поздно поговорить и о российском павильоне. Мы выбрали две его экспозиции для более пристального рассмотрения и беседуем с почетным, как оказалось, железнодорожником Никитой Явейном.
Архитекторы о биеннале
Рекомендации от девяти совершенно разных архитекторов, побывавших на биеннале – о выставке, ее достоинствах / недостатках, и, конечно, понравившихся павильонах.
Биеннале: истории
Девять проектов и павильонов с сюжетами – не обязательно историческими, но содержательными. В том числе павильоны Венеции про архивы и Латвии про жилье.
Биеннале: Цумтор
Рассматриваем артистичные модели Петера Цумтора из Кунстхауса Брегенца и сравниваем некоторые из них с постройками.
Соль воды
В Венеции одновременно с архитектурной биеннале открылась выставка «Renzo Piano. Progetti d’acqua». Проекты знаменитого итальянца за последние 48 лет погрузили в арт-пространство бывших соляных складов. И какими бы яркими и самобытными не были экспозиции участников биеннале в Джардини и Арсенале, по силе подачи и воздействия на зрителя Ренцо Пьяно, пожалуй, затмил их всех.
Пресса: Каждому по свободе
Тема архитектурной биеннале этого года — freespace, свободное пространство. Критик Мария Элькина обошла все павильоны и пришла к выводу, что свобода сегодня таит в себе такую же опасность, как когда-то массовое производство дешёвого жилья или строительство широких проспектов внутри городов. Вместо всеобщего счастья она может принести большие неприятности.
Десять капелл Ватикана
Самую большую и впечатляющую экспозицию биеннале архитектуры построил Ватикан. Проект Нормана Фостера получил кардинальскую награду.
Лев республики и пустота
Тема биеннале архитектуры – свободное пространство и могло показаться, что награды дали за пустое место. Некоторые награды и впрямь вызывали традиционный вопрос: за что, Господи?
За гранью физического
В этом году посетители Венецианской архитектурной биеннале помимо «физического» русского павильона смогут посетить виртуальный.
Пресса: Российские архитекторы готовятся к Венецианской...
«Свободные пространства» ‒ так звучит тема Венецианской архитектурной биеннале этого года. В российском павильоне тему раскроют через прошлое, настоящее и будущее железных дорог, связывающих необъятную территорию нашей страны.
Британский «остров» и брутализм в Венеции
Павильон Великобритании на 16-й венецианской архитектурной биеннале останется пустым, зато приобретет смотровую платформу на крыше, в то время как музей Виктории и Альберта привезет в Арсенал 8-тонную часть сносимого лондонского жилого массива «Робин Гуд Гарденс».
«Вы смотрите на архитектуру, а архитектура смотрит...
Алессандро Боссхард – о все возрастающей стандартизации жилых интерьеров, которой был посвящен курировавшийся им павильон Швейцарии на венецианской биеннале–2018. Его интервью было частью конференции «Архитектор будущего», проведенной Институтом «Стрелка» в партнерстве с ДОМ.РФ.
Никита Явейн: «Мы работаем над архитектурой потоков»
Венецианская биеннале длится полгода, до 25 ноября, так что думаю не поздно поговорить и о российском павильоне. Мы выбрали две его экспозиции для более пристального рассмотрения и беседуем с почетным, как оказалось, железнодорожником Никитой Явейном.
Биеннале: истории
Девять проектов и павильонов с сюжетами – не обязательно историческими, но содержательными. В том числе павильоны Венеции про архивы и Латвии про жилье.
Соль воды
В Венеции одновременно с архитектурной биеннале открылась выставка «Renzo Piano. Progetti d’acqua». Проекты знаменитого итальянца за последние 48 лет погрузили в арт-пространство бывших соляных складов. И какими бы яркими и самобытными не были экспозиции участников биеннале в Джардини и Арсенале, по силе подачи и воздействия на зрителя Ренцо Пьяно, пожалуй, затмил их всех.
Лев республики и пустота
Тема биеннале архитектуры – свободное пространство и могло показаться, что награды дали за пустое место. Некоторые награды и впрямь вызывали традиционный вопрос: за что, Господи?
За гранью физического
В этом году посетители Венецианской архитектурной биеннале помимо «физического» русского павильона смогут посетить виртуальный.
Британский «остров» и брутализм в Венеции
Павильон Великобритании на 16-й венецианской архитектурной биеннале останется пустым, зато приобретет смотровую платформу на крыше, в то время как музей Виктории и Альберта привезет в Арсенал 8-тонную часть сносимого лондонского жилого массива «Робин Гуд Гарденс».
Опытные педагоги
Кураторами XVI архитектурной биеннале в Венеции станут основательницы ирландского бюро Grafton Шелли МакНамара и Ивонн Фаррелл.
Технологии и материалы
VIZIO: панорамное остекление в российском климате –...
Панорамное остекление в России продают как европейскую историю успеха. Но европейские системы испытываются при -10°C, а зимней ночью в Подмосковье температура опускается ниже -20°C. И это не единственное место, где импортная логика расходится с отечественной реальностью. Ответом на эти вызовы стала первая российская премиальная система VIZIO от Ergohaus.
Малые формы – большая ответственность
Скамейка в парке или урна у входа в жилой комплекс – кажется, что это последний штрих, который можно решить в конце работы над проектом. Такая логика порождает большинство проблем с малыми архитектурными формами: несоответствие реального изделия задуманному, невозможность воспроизвести тираж через год, преждевременный износ. Разбираемся, как производственный цикл влияет на архитектурный результат – вместе с компанией «Хоббика».
​Стекло тонкой настройки: ЖК High Life и Phoenix Crystalvision
Стекло в архитектуре – не только символ прозрачности и свободы, но прежде всего сложный инженерный материал с четко заданными свойствами. Чем масштабнее проект и выразительнее пластика фасадов, тем более индивидуальным становится подход к остеклению. ЖК High Life – пример такой точной настройки стекла под архитектурную задачу.
Игровая архитектура нового поколения
В рамках реконструкции парка «Сокольники» компания «Новые Горизонты» спроектировала и построила шесть современных игровых пространств. Одно из них – игровой комплекс «Гнёзда» высотой 9,5 метров – уже стало новой архитектурной доминантой входной зоны парка. Масштабный проект объединил авторскую игровую архитектуру и инклюзивные решения, рассчитанные на детей с разным уровнем мобильности. Разбираем архитектурные и инженерные решения.
Материал для идеала
Предлагаем вспомнить 9 павильонов, представленных на Арх Москве коллаборациями архитекторов и производителей. Часть из них традиционно исследует выразительные возможности того или иного материала через создание инсталляций, иногда весьма эффектных. Но есть и более сложные объекты: например, вполне функциональная капсула для отдыха от бюро Asadov и ArchSkin или же целый музей кирпича от дебютанта выставки BRAER, который привлек Музей архитектуры имени А.В. Щусева и бюро Хора.
Кукуруза и каррарский мрамор
Мексиканская дизайн-студия Manufactura разработала композитный материал для 3D-печати. В его основе – отходы переработки кукурузы и минеральная смесь с добавлением каррарского мрамора. По мнению авторов, материал способен снизить углеродную нагрузку на 70%.
Дома А-Класса на Арх Москве
Рассматриваем некоторые стенды кластера «Дома А-Класса», который занял одну четвертую часть всей Арх Москвы, и отмечаем две тенденции. Первая: попытка сблизить архитектуру с природой с помощью материалов и ланшафтных решений. Вторая: раскрыть важность инженерных коммуникаций, которые создают комфорт и не вторгаются в архитектурные решения.
Иллюзорные преграды
Архитекторы давно ищут способы сделать здания визуально невесомыми, но прочными. Обычное стекло тяжелое и хрупкое, альтернативным решением стали светопрозрачные полимеры: ETFE, ПВХ-мембраны, поликарбонат. Они открыли эпоху фасадов-«вуалей» и крыш-«подушек». Разбираем шесть проектов, чтобы показать все преимущества этих материалов.
Песчаные дюны на потолке
Дизайнерский тандем Armstrong DUNE Supreme TG 15/90 и подвесной системы КНАУФ Силуэт – создает современный атмосферный дизайн помещения при помощи нестандартной графики потолка.
Мегалиты на перспективу
В MIT разработали коллекцию бетонных элементов – они совмещают функции мебели и ограждающих конструкций. Объекты – несмотря на размеры и массу – можно легко перемещать и поворачивать, адаптируя пространство под меняющиеся потребности домовладельцев. Срок службы каждого из девяти предметов серии – 1000 лет.
Материализация образа
Технические новации иногда появляются благодаря воображению архитектора-визионера. Примером может служить интерьер Медиацентра в парке «Зарядье», в котором главным элементом стала фантастическая подвесная конструкция из уникального полимера. Об истории проекта Медиацентра мы поговорили с его автором Тимуром Башкаевым (АБТБ) и участником проекта, светодизайнером Софьей Кудряковой, директором по развитию QPRO.
Моллирование от Modern Glass: гибкость без ограничений
Технологии компании Modern Glass позволяют производить не просто гнутое стекло, а готовые стеклопакеты со сложной геометрией: сверхмалые радиусы, моллирование в двух плоскостях, длина дуги до 7 м – всё это стало возможно выполнить на одном производстве. Максимальная высота моллированных изделий достигает 18 м, благодаря чему можно создавать цельные фасадные поверхности высотой в несколько этажей без горизонтальных стыковочных швов, а также реализовывать сложные комбинированные решения в рамках одного проекта.
Cool Colours: цвет в структуре
Благодаря технологии коэкструзии, используемой в системах Melke Cool Colours, насыщенный цвет оконного профиля перестал вызывать опасения в долговечности конструкции. Работать с темными и фактурными оттенками можно без риска термической деформации и отслаивания.
Быстро, дешево и многоэтажно
Техасский ICON – производитель промышленных 3D-принтеров и компаньон бюро BIG – выпустил на рынок новую печатную систему. Она предназначена для строительных компаний, а не для частных пользователей. Подразумевается, что на установке Titan будут печатать быстровозводимые, качественные и относительно дешевые дома. А рядовые покупатели, пусть и не знакомые с аддитивными технологиями, смогут обзавестись доступным инновационным жильем.
Фальцевая кровля Rooflong как инженерная система
Современная архитектура предъявляет к кровельным системам значительно более высокие требования, чем это было еще несколько лет назад. Речь идет не только о защите здания от внешних воздействий, но и о сложной геометрии, долговечности, интеграции инженерных элементов и точной реализации архитектурной идеи. Так, фальцевая кровля все чаще рассматривается не как отдельный материал, а как часть комплексной оболочки здания.
Эффективные фасады из полимеров
К современным фасадам предъявляются множество требований: они должны быть одновременно легкими и прочными, гибкими и удобными в монтаже, эстетичными и пригодными для повторного использования. Полимерные композитные системы успешно справляются со всеми этими задачами, выходя далеко за рамки традиционной светотехники и стандартных форм. Эффективность выражается в снижении нагрузки на каркас, в простоте монтажа, в возможности создавать сложнейшие скульптурные оболочки. Разберем, как это работает на практике.
По второму кругу
​В Осаке разбирают «Большое кольцо» – гигантскую деревянную конструкцию, построенную по проекту Со Фудзимото для ЭКСПО-2025. Когда демонтаж завершится, древесину от «Кольца» передадут новым владельцам. Стройматериалы пойдут на восстановление домов, пострадавших от стихийных бедствий, и на строительство новых сооружений.
Архитектура потоков: узкие места в проектах логистических...
Проектирование логистических объектов – это не столько про объём, сколько про систему управляемых переходов между зонами. Значительное время работы техники теряется на ожидания, причём основные потери концентрируются не в стеллажном хранении, а в проёмах, стыках температурных контуров и зонах пересечения потоков. Разбираемся, почему реальная производительность склада определяется не характеристиками автоматизации, а временем открытия проёма, и как этот параметр закладывается в проект.
Стекло AIG в проекте Центрального телеграфа
В отреставрированном Центральном телеграфе на Тверской использованы три типа остекления AIG: для исторического фасада, кровли атриума и внутренних ограждений. Основные требования – нейтральность цветопередачи, солнцезащита без затемнения и сохранение визуальной легкости исторического объема.
Три цвета MODFORMAT на фасаде
Жилой комплекс «ЦЕНТР» в Бресте – первый в портфеле «Полесьежилстрой» проект, где фасады полностью выполнены из клинкера удлиненного формата. Квартал из пяти корпусов распродан почти на 100%, строительство продолжается. Разбираемся, что именно сработало: архитектурное решение, выбор материала или их удачное сочетание.
Сейчас на главной
Владивосток: природный каркас прибрежного города
Пространственные характеристики естественных низкогорных ландшафтов (ландшафтов фен-шуй) рассматриваются на примере Владивостока как основа природного каркаса устойчивой к динамике климата городской среды.
Исповедь не хулигана
Бюро музейной сценографии «Метаформа» подготовило концепцию литературой экспозиции для Государственного музея-заповедника Сергея Есенина в его родном Константинове. С помощью мультимедийных и интерактивных средств авторы проекта обогащают визуальный ряд, в котором преобладают плоскостные подлинные экспонаты, создают маршруты для разной аудитории и находят образы, чтобы раскрыть тот или иной период в жизни поэта.
Постсоветская пермакультура
Предлагаем три работы выпускников молодой Кафедры ландшафтной архитектуры СПбГАСУ с подробными комментариями научных руководителей. Признаемся, мы бы хотели увидеть эти проекты реализованными! Авторы не ограничиваются эффектными подборками растений и малых архитектурных форм, но используют ландшафт как инструмент улучшения экологии и среды города, предлагают устойчивые решения и интригуют выразительными возможностями своего направления. В фокусе: агропарк в Мурино, ревитализация территории высокоплотного района у Финского залива и переосмысление постсоветского парка в узбекском Термезе.
Звезда пивоваров
Спроектированный IDOM административный корпус пивзавода Estrella Galicia под Ла-Коруньей задает новые стандарты промышленной архитектуры: ориентированной на человека и экологически безопасной.
Ритм памяти
В проекте колумбария для Нижнего Новгорода архитектор Егор Рыбин переосмыслил мотив классической колоннады: ряд ламелей одновременно формирует ниши для урн и оставляет просветы, через которые проступает живой пейзаж, – так прошлое и настоящее, тема предков и тема продолжающейся жизни оказываются собраны в одной композиции, без избыточной символики и тяжёлого пафоса.
Сохраняя наследие
В Ростове наградили победителей конкурсной программы фестиваля «Архитектурное наследие 2026». Гран-при получил проект реставрации Шуховской башни. Всего награды присуждали в пяти номинациях. Показываем проекты победителей.
О сохранении исторических зданий Электрозавода и...
Запускаем сбор подписей за сохранение построек Электрозавода 1910-х – 1920-х годов, «тюдоровского замка» в центре Москвы, романтического сооружения с бетонной конструкцией, которое помнит план ГОЭЛРО, Маяковского и Бернарда Шоу. А также за обсуждение проекта профессионалами и его «рассекречивание».
«Икс» для 71 авиалайнера
Терминал 3B в аэропорту Чунцин-Цзянбэй по проекту ZHA – самый крупный дополнительный терминал в мире: он обслуживает 35 млн пассажиров в год.
Речной песок и чешуя
Проект загородного дома, подготовленный бюро Alexander Tischler для участка на берегу Волги, исходит из желания сделать уместный для живописного ландшафта объект, который позволит жильцам постоянно чувствовать связь с окружающей природой: будь то речные волны, звездное небо или зелень сада. Три главных жилых объема облицованы гонтом из лиственницы, дополнительно освещаются зенитным окном и открывают самые лучшие виды.
REPA 2026: итоги и новшества
Премия Real Estate Property Awards (REPA) подвела итоги: в 44 номинациях боролись 300 девелоперских компаний и архитектурных бюро. Помимо лучших реализаций и проектов премия наградила компании, разделив архитектурные и проектные бюро на разные категории. В состав международного блока жюри вошли 16 экспертов из 14 стран, что позволило добавить специальный раздел, в котором проекты оценивали только иностранные специалисты.
Коттедж вернакулярного типа
Бюро ОЙДА спроектировало для исторического района Девичок в Воронеже частный дом, который стал плодом размышлений о местном вернакуляре и «русскости» без традиционных орнаментов. Проект выиграл номинацию «Малоэтажные здания (коттеджного типа)» смотр-конкурса Зодчество ВРН 2025 года.
Три в одном объеме
Ресторан Maison rouge от DA bureau интересен не столько тотальным использованием красного цвета и не формотворчеством на основе культовой лава-лампы, сколько реализацией абсолютно невероятного фокуса – соединением в одном пространстве трех форматов работы заведения.
Коллективное архитектурное
Проект Сергея Кончекова получил грант конкурса Burning Man Honoraria 2026 и будет построен в Блэк-Рок-Сити к началу фестиваля. Объект, отвечая на тему конкурса Axis Mundi («Ось мира») представляет собой башню, которая акцентирует проблему отчуждения людей в эпоху цифровых технологий: она трансформируется только при синхронизации множества участников, в ответ на движения и звуки превращаясь в световой столп.
ЖК «Начало»: космическая станция на Пресне
На месте КБ «Мотор», где десятилетиями делали оборудование для космоса, теперь строится жилой комплекс с названием «Начало» – и Генпро не упустили случай поиграть с этим контекстом. Обтекаемые башни, скруглённые углы, террасы с садами на высотных этажах – всё это должно считываться как орбитальная станция нового поколения.
Арт-двигатель редевелопмента
На острове Сеген в пригороде Парижа завершен арт-центр Large по проекту притцкеровских лауреатов RCR Arquitectes. Здание должно стать смысловым центром нового района на месте завода Renault.
Пресса: История с Шуховской башней как тест на отношение к...
Сто лет назад Шуховская башня создавалась как главный радиотрансляционный центр страны — первый «радар» для распространения смыслов новой эпохи. Сегодня она сама превратилась в тест, который проверяет нас на культурную зрелость. Проект масштабной реставрации шедевра конструктивизма спровоцировал тревожную дискуссию: где проходит граница между научным сохранением наследия и созданием бездушного новодела «по мотивам»? Архитектор и урбанист Александра Чечеткина размышляет о том, почему подлинный металл Владимира Шухова важнее аккуратных реплик и как отношение к Шаболовской башне определяет лицо современного города.
По лужайке босиком
Посмотрели на реализованный ЖК «Симфония 34» Kleinewelt Architekten. Он показался примером высокоплотной, а в пластическом отношении – рационально сдержанной, архитектуры. Тем не менее нюансы, заложенные в архитектурном решении: разноцветность металла, «свободная» расстановка башен под разными углами друг к другу, и почему-то особенно – тот факт, что они стоят прямо «на земле» – делают изучение комплекса увлекательным и приятным процессом. Суммируем впечатления.
Ребрендинг над озером
Центр выставок и спектаклей в южнокитайском городе Дунгуань – первый проект, представленный Zaha Hadid Architects под новым названием – ZHA. Ребрендинг – результат финансового конфликта с наследниками Захи Хадид.
Антиротонда
Анатолий Белов об арт-объекте «Крепость» Валерия Каняшина. Он составлен из бетонных колец, стоит на 7 опорах и его планируется установить – в память об архитекторе, ушедшем из жизни внезапно и совсем недавно – в северной части Версальского поля.
В ритме сосен
По проекту бюро VFORM в Жуковке, на участке у Рублево-Успенского шоссе, построен торгово-деловой центр. Авторы работали с частично возведенной конструкцией, использовали оригинальную кортеновскую сталь и натуральный сланец, продолжили архитектурные решения в интерьере и поддержали их ландшафтом. Получился объект, который одновременно откликается на природное окружение, вторя ритму и фактуре соснового леса, и заставляет гостя всматриваться в красоту пейзажа внимательнее.
Низкий старт
Бюро TOU Architects получило редкую возможность – создать интерьер нового терминала местного аэропорта и придать ему актуальный облик, сохранив связь с основными элементами локального историко-культурного контекста. Проект был завершен в 2024 году и пока еще ждет своего «звездного» часа.
Конструктор взрослой жизни
В проекте бюро Atrium новое здание московской физико-математической школы № 2107, рассчитанное на 1100 учеников, представляет собой прежде всего стройную систему учебных и рекреационных пространств. С одной стороны – сложную и разветвленную, с другой – интуитивно понятную, безопасную и побуждающую к развитию. В каком-то смысле это модель жизни в городе, где нужно общаться, принимать решения, планировать, искать баланс между нагрузкой и отдыхом. Все эти сценарии в определенной степени отражает и архитектура здания.
Сила Кармадона
Бюро «Алкута» спроектировало курортный комплекс для участка недалеко от Кармадонского ущелья в Северной Осетии, известного как своей целительной красотой, так и трагическими событями: в 2002 году сход ледника разрушил села и унес жизни людей, в том числе членов съемочной группы Сергея Бодрова-младшего. Комплекс включает мемориальный центр и откликается на местную архитектуру интерпретацией родовой башни.
Трибьют модернизму
Жилой комплекс «Новация», построенный по проекту DK architects в Ярославле, поддерживает модернистский характер района на берегу Волги ортогональной сеткой фасада и ясностью пропорций. Кровля используется как общественная терраса для отдыха и занятий спортом.
Базарная гора
Бюро People’s Architecture Office создало для Шанхайского международного арт-фестиваля SUSAS объект из строительных лесов как многофункциональное общественное пространство.
Судьба Электрозавода
Есть в Москве крупный комплекс кирпичного прома 1910-х – 1920-х. Готический, романтичный, красивый... Время от времени в инфополе появлялись варианты проектов его застройки: высокоплотной, но с принципиальным сохранением части построек столетней давности, от учениц Юрия Григоряна бюро Nowadays. И вот нам стало известно – пока не точно – о наличии планов сноса и строительства новодела. Хотелось бы ошибаться! Рассматриваем комплекс и три версии московского подхода к кирпичному прому. Призываем к здравому подходу.
Упражнение с рельефом
Бюро YÖZH позиционирует себя как мастерскую, которая специализируется на сложных участках. Для демонстрации подхода и навыков основатель Александр Иванов выбрал участок из архитектурного мема: расположенный на высоком склоне, тесный и неказистый. Проект-фантазия, перенесенный в индийский город Биласпур, получил название Dhole Villa – в честь красного волка, известного своей способностью адаптироваться к сложной среде.