Бремя выбора

Проект CITIZENSTUDIO в павильоне России на венецианской биеннале архитектуры посвящен будущему – но не столько железных дорог, которые, очевидно, ждет транформация, – сколько в принципе будущему городов. Фактически, он ставит проблему выбора.

mainImg
Архитектор:
Михаил Бейлин
Даниил Никишин
Мастерская:
ГОРОЖАНЕ/ CITIZENSTUDIO
Михаил Бейлин и Даниил Никишин, получив в свое распоряжение третий зал второго этажа павильона России и очень общую тему «будущего», превратили свой проект в исследование в духе манифеста: каково возможное будущее железных дорог, каков их потенциал и каков выбор – примерно так звучат основные вопросы, поставленные авторами. Надо сказать, что делить экспозицию на прошлое-настоящее-будущее выставкам русского павильона не впервой, к примеру два года назад в первом зале была история ВДНХ, в центральном настоящее, в третьем будущее в виде отчасти глючных студенческих фантазий и реальных планов реновации ВВЦ. Теперь же размах футурологической мысли много шире – охватывает железные дороги вообще и требует много большего обобщения.

На самом деле одна половинка экспозиции CITIZENSTUDIO – «Великая русская река» на стене напротив входа – не столь уж футуристична и скорее близка настоящему: проблеме ревитализации промзон, в данном случае железнодорожных. Положа руку на сердце, Бейлин и Никишин не первыми о ней заговорили, сейчас вообще сложно вспомнить кто первый (Глазычев? Лежава? Скокан?), но зато он превратили тему в красивую инсталляцию из белых кругов – кстати, фирменный прием – где объемным негативом изображены пустоты зон отчуждения и вокзалов. Железные дороги связывают города между собой, но оказавшись внутри они, наоборот, разделяют городскую ткань, – комментируют авторы. Эта выключенное из городской жизни пространство, будучи ревитализовано, сможет стать центрами городской жизни, – продолжают они, показывая себя истинными урбанистами, «Горожанами». Поэтому железные дороги между снаружи кругов показаны объемом, а внутри – пустотами, так авторы подчеркивают различие их роли, позитивной между городами и негативной в их центрах.
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Дороги должны измениться и изменить нашу жизнь, – подчеркивают Бейлин и Никишин, – ускорившись, поезда будут возить нас в 2-3 раза быстрее, как Hyperloop [и кстати, все обратили внимание на фрамент Гиперлупа в павильоне Дании], наша страна станет более связной, миграция в большие города ослабнет, и пассивное пространство наконец активизируется. Вы читали роман «ЖД» Дмирия Быкова? – спрашиваю я Михаила Бейлина. – Да, очень, очень понравилось! – живо реагирует он.

Здесь мы подбираемся к будущему, ему посвящена середина зала и две его торцевые стены, расписанные граффити Анатолия Акуе. Вторая половина проекта названа Дихотомия и моделирует два варианта развития города: низкоэтажного распределенного города-сада и высотно-небоскребного города-Сити. Два макета, нарезанные все теми же фирменными белыми кругами, демонстрируют срезы гипотетического развития с лагом в 100 лет и 500-летней перспективой, всё на примере площади Трех вокзалов, так что высотка и вокзалы, выделенные бронзовым цветом, вполне узнаваемы. Интригу создает возможность разглядывать платформы сверху и снизу, – особенно верхние, из будущего. Здесь в небоскребном варианте под землей прорастают внушительные «корни» коммуникаций. Установленные вверху зеркала позволяют рассматривать макеты будущего без особенных затруднений.
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции © Citizenstudio
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции © Citizenstudio
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции © Citizenstudio
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции © Citizenstudio
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции © Citizenstudio
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева

Несложно заметить, что основное футуристическое размышление посвящено не столько дорогам, сколько дорогам в городе или даже перспективам развития собственно городов включая дороги, но без специального акцента на ж/д полотне. Авторы также не навязывают выбора: какими бы ни были их предполагаемые предпочтения, посетитель может определить собственные приоритеты, попросту крутя головой слева направо.
Юлия Тарабарина


Авторы экспозиции: Михаил Бейлин, Даниил Никишин, при участии Александра Язловского. Также для «Зала ожидания будущего» стрит-арт художник Анатолий Акуе создал диптих, являющийся его виденьем двух вариантов развития, представленных в «Дихотомии?». Производством нашей экспозиции занималась известная московская макетная команда «Studio 911» под руководством Виктора Крылова и Ильи Ассорова. Ниже авторское описание. 

Зал ожидания будущего
Авторское описание
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева

Общая тема XVI биеннале архитектуры в Венеции – «Free space» – Свободное пространство. Мы видим в сегодняшней железнодорожной инфраструктуре огромный потенциал. Нам было интересно рассмотреть развитие города в свете изменяющейся транспортной концепции и неизбежных изменений технологии железнодорожного транспорта. Ведь сегодня железная дорога и ее инфраструктура занимает колоссальные площади в городах, особенно в исторических центрах, где находятся вокзалы. А, значит, стоит ожидать высвобождения пространства с изменением технологии железнодорожного транспорта (гиперлуп и прочие проекты). Это потенциально «Free space» – общая тема XVI биеннале архитектуры в Венеции. Что делать с этим «Свободным пространством» и как правильно использовать – этот вопрос мы и хотели рассмотреть.

В «Зале ожидания будущего» мы представляем два графических эссе. «Великая Русская Река» – исследование того, как железная дорога, в частности Транссиб, проходит через крупные города России. Это наблюдение за феноменом железной дороги: связывая города между собой, в самих городах она является разделяющим фактором, несёт вдоль себя значительную зону отчуждения. Лишнего пространства.

«Дихотомия?» – два спекулятивных сценария развития территории железнодорожной инфраструктуры мегаполиса на примере площади Трех Вокзалов в Москве. Превращение лишнего пространства в полезное.


«Великая Русская Река»
Историческая справка / из Википедии:
Транссибирская железнодорожная магистраль (Транссиб), Великий Сибирский Путь (историческое название) – железная дорога через Евразию, соединяющая Москву с крупнейшими восточносибирскими и дальневосточными промышленными городами России. Длина магистрали 9288,2 км, это самая длинная железная дорога в мире. Результатом строительства транссибирской магистрали стала возникшая к 1905 году возможность: впервые в истории следовать поездам только по рельсам, без использования паромных переправ, от берегов Атлантического океана (из Западной Европы) до берегов Тихого океана (до Владивостока). Транссиб соединяет Европейскую часть, Урал, Сибирь и Дальний Восток России, российские западные, северные и южные порты, а также железнодорожные выходы в Европу, с одной стороны, с тихоокеанскими портами и железнодорожными выходами в Азию.
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева

Россия – самая большая по территории страна в мире. Она представляет собой огромное и по большей части свободное пространство. Хребтом этого пространства является железная дорога. Это река, с Запада на Восток протекающая через всю страну. И с Востока на Запад тоже. Большая часть населения страны расселена вдоль ее «русла». Эта артерия объединяет как Россию, так и континент в целом: от Атлантического до Тихого океана.

Протекая через все крупные города России, «Река» обнаруживает интересное противоречие. Объединяя населенные пункты страны, железная дорога для самих городов является скорее разделяющим фактором. Виной тому устаревшие технология и инфраструктура. Колоссальная зона отчуждения сопровождает дорогу. Она окружена урбанистическим мусором: гаражами, сервисами, мелкими складами и просто одичавшими пустырями. Город вынужден ограждаться от «Реки» всеми доступными ему методами.
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции. Фотография © Анна Михеева
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции © Citizenstudio
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции © Citizenstudio
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции © Citizenstudio

Наблюдая за «руслом», можно выделить несколько типов городов. Во-первых – города-центры. Это Москва и Санкт-Петербург – два истока «Реки» – начало российской железной дороги. Во-вторых – транзитные пункты – все крупные, и не очень, города, через которые «Река» проходит, попутно их рассекая. Также есть две крайние точки – Калининград и Владивосток – точки, где заканчиваются железные дороги России.

Все эти города объединяет описанная выше зона омертвения городской ткани, сопровождающая Дорогу. Это пространство свободное не только от актуальной городской функции, но и от человека. Но оно таит в себе огромный потенциал развития для городов. При отношении к этому пространству, как к ценности, оно может превратиться в пространство возможностей, в точки интенсивного развития Самары, Екатеринбурга, Новосибирска, Москвы и других городов. Для всей страны изменение технологической концепции железно-дорожного транспорта уже не только возможность, но и крайняя необходимость.

Транссибирская магистраль была построена в очень короткие сроки. За 26 лет на рубеже веков эта дорога связала целый континент. Но с тех пор мы продолжаем жить в транспортной концепции XIX века. Средняя скорость движения по «Реке» сегодня составляет 64 км/ч. Путь от Москвы до Владивостока занимает больше 6 суток. Очевидно, что при повышении скорости хотя бы в 2,5 раз, что далеко не является пределом для современной техники, значительно возрастет связь между городами и регионами. Для городов это означает превращение железной дороги в агломерационный транспорт. Развитие интенсивности и скорости связей наполнит жизнью значительную территорию России. Ослабит миграцию населения в 2-3 мегаполиса. Вкупе с развитием общества пост-труда, пропадет необходимость жить в крупных городах. Достаточно доступа к транспортной артерии, чтобы снизить зависимость человека от экономических центров, при этом сохраняя мобильность граждан. Развитие сети железных дорог и наполнение системы дополнительными «реками» позволит на этой основе создать значительно более равномерную систему расселения страны. Россия имеет возможность превращения связей, несущих нефть и газ в связи, распределяющие жизненные и человеческие ресурсы. Это один из потенциалов Свободного Пространства России: превращение в пространство людей и пространство для человека. Изменив отношение, мы можем раскрыть истинную силу «Великой Русской Реки», превратив ее из городского изгоя в источник жизни как городов, так и всей Страны.
Павильон «Станция Россия» на XVI Архитектурной биеннале в Венеции © Citizenstudio
Архитектор:
Михаил Бейлин
Даниил Никишин
Мастерская:
ГОРОЖАНЕ/ CITIZENSTUDIO

01 Августа 2018

Никита Явейн: «Мы работаем над архитектурой потоков»
Венецианская биеннале длится полгода, до 25 ноября, так что думаю не поздно поговорить и о российском павильоне. Мы выбрали две его экспозиции для более пристального рассмотрения и беседуем с почетным, как оказалось, железнодорожником Никитой Явейном.
Архитекторы о биеннале
Рекомендации от девяти совершенно разных архитекторов, побывавших на биеннале – о выставке, ее достоинствах / недостатках, и, конечно, понравившихся павильонах.
Биеннале: истории
Девять проектов и павильонов с сюжетами – не обязательно историческими, но содержательными. В том числе павильоны Венеции про архивы и Латвии про жилье.
Биеннале: Цумтор
Рассматриваем артистичные модели Петера Цумтора из Кунстхауса Брегенца и сравниваем некоторые из них с постройками.
Соль воды
В Венеции одновременно с архитектурной биеннале открылась выставка «Renzo Piano. Progetti d’acqua». Проекты знаменитого итальянца за последние 48 лет погрузили в арт-пространство бывших соляных складов. И какими бы яркими и самобытными не были экспозиции участников биеннале в Джардини и Арсенале, по силе подачи и воздействия на зрителя Ренцо Пьяно, пожалуй, затмил их всех.
Пресса: Каждому по свободе
Тема архитектурной биеннале этого года — freespace, свободное пространство. Критик Мария Элькина обошла все павильоны и пришла к выводу, что свобода сегодня таит в себе такую же опасность, как когда-то массовое производство дешёвого жилья или строительство широких проспектов внутри городов. Вместо всеобщего счастья она может принести большие неприятности.
Десять капелл Ватикана
Самую большую и впечатляющую экспозицию биеннале архитектуры построил Ватикан. Проект Нормана Фостера получил кардинальскую награду.
Лев республики и пустота
Тема биеннале архитектуры – свободное пространство и могло показаться, что награды дали за пустое место. Некоторые награды и впрямь вызывали традиционный вопрос: за что, Господи?
За гранью физического
В этом году посетители Венецианской архитектурной биеннале помимо «физического» русского павильона смогут посетить виртуальный.
Пресса: Российские архитекторы готовятся к Венецианской...
«Свободные пространства» ‒ так звучит тема Венецианской архитектурной биеннале этого года. В российском павильоне тему раскроют через прошлое, настоящее и будущее железных дорог, связывающих необъятную территорию нашей страны.
Британский «остров» и брутализм в Венеции
Павильон Великобритании на 16-й венецианской архитектурной биеннале останется пустым, зато приобретет смотровую платформу на крыше, в то время как музей Виктории и Альберта привезет в Арсенал 8-тонную часть сносимого лондонского жилого массива «Робин Гуд Гарденс».
«Вы смотрите на архитектуру, а архитектура смотрит...
Алессандро Боссхард – о все возрастающей стандартизации жилых интерьеров, которой был посвящен курировавшийся им павильон Швейцарии на венецианской биеннале–2018. Его интервью было частью конференции «Архитектор будущего», проведенной Институтом «Стрелка» в партнерстве с ДОМ.РФ.
Никита Явейн: «Мы работаем над архитектурой потоков»
Венецианская биеннале длится полгода, до 25 ноября, так что думаю не поздно поговорить и о российском павильоне. Мы выбрали две его экспозиции для более пристального рассмотрения и беседуем с почетным, как оказалось, железнодорожником Никитой Явейном.
Биеннале: истории
Девять проектов и павильонов с сюжетами – не обязательно историческими, но содержательными. В том числе павильоны Венеции про архивы и Латвии про жилье.
Соль воды
В Венеции одновременно с архитектурной биеннале открылась выставка «Renzo Piano. Progetti d’acqua». Проекты знаменитого итальянца за последние 48 лет погрузили в арт-пространство бывших соляных складов. И какими бы яркими и самобытными не были экспозиции участников биеннале в Джардини и Арсенале, по силе подачи и воздействия на зрителя Ренцо Пьяно, пожалуй, затмил их всех.
Лев республики и пустота
Тема биеннале архитектуры – свободное пространство и могло показаться, что награды дали за пустое место. Некоторые награды и впрямь вызывали традиционный вопрос: за что, Господи?
За гранью физического
В этом году посетители Венецианской архитектурной биеннале помимо «физического» русского павильона смогут посетить виртуальный.
Британский «остров» и брутализм в Венеции
Павильон Великобритании на 16-й венецианской архитектурной биеннале останется пустым, зато приобретет смотровую платформу на крыше, в то время как музей Виктории и Альберта привезет в Арсенал 8-тонную часть сносимого лондонского жилого массива «Робин Гуд Гарденс».
Опытные педагоги
Кураторами XVI архитектурной биеннале в Венеции станут основательницы ирландского бюро Grafton Шелли МакНамара и Ивонн Фаррелл.
Технологии и материалы
Песчаные дюны на потолке
Дизайнерский тандем Armstrong DUNE Supreme TG 15/90 и подвесной системы КНАУФ Силуэт – создает современный атмосферный дизайн помещения при помощи нестандартной графики потолка.
Мегалиты на перспективу
В MIT разработали коллекцию бетонных элементов – они совмещают функции мебели и ограждающих конструкций. Объекты – несмотря на размеры и массу – можно легко перемещать и поворачивать, адаптируя пространство под меняющиеся потребности домовладельцев. Срок службы каждого из девяти предметов серии – 1000 лет.
Материализация образа
Технические новации иногда появляются благодаря воображению архитектора-визионера. Примером может служить интерьер Медиацентра в парке «Зарядье», в котором главным элементом стала фантастическая подвесная конструкция из уникального полимера. Об истории проекта Медиацентра мы поговорили с его автором Тимуром Башкаевым (АБТБ) и участником проекта, светодизайнером Софьей Кудряковой, директором по развитию QPRO.
Моллирование от Modern Glass: гибкость без ограничений
Технологии компании Modern Glass позволяют производить не просто гнутое стекло, а готовые стеклопакеты со сложной геометрией: сверхмалые радиусы, моллирование в двух плоскостях, длина дуги до 7 м – всё это стало возможно выполнить на одном производстве. Максимальная высота моллированных изделий достигает 18 м, благодаря чему можно создавать цельные фасадные поверхности высотой в несколько этажей без горизонтальных стыковочных швов, а также реализовывать сложные комбинированные решения в рамках одного проекта.
Cool Colours: цвет в структуре
Благодаря технологии коэкструзии, используемой в системах Melke Cool Colours, насыщенный цвет оконного профиля перестал вызывать опасения в долговечности конструкции. Работать с темными и фактурными оттенками можно без риска термической деформации и отслаивания.
Быстро, дешево и многоэтажно
Техасский ICON – производитель промышленных 3D-принтеров и компаньон бюро BIG – выпустил на рынок новую печатную систему. Она предназначена для строительных компаний, а не для частных пользователей. Подразумевается, что на установке Titan будут печатать быстровозводимые, качественные и относительно дешевые дома. А рядовые покупатели, пусть и не знакомые с аддитивными технологиями, смогут обзавестись доступным инновационным жильем.
Фальцевая кровля Rooflong как инженерная система
Современная архитектура предъявляет к кровельным системам значительно более высокие требования, чем это было еще несколько лет назад. Речь идет не только о защите здания от внешних воздействий, но и о сложной геометрии, долговечности, интеграции инженерных элементов и точной реализации архитектурной идеи. Так, фальцевая кровля все чаще рассматривается не как отдельный материал, а как часть комплексной оболочки здания.
Эффективные фасады из полимеров
К современным фасадам предъявляются множество требований: они должны быть одновременно легкими и прочными, гибкими и удобными в монтаже, эстетичными и пригодными для повторного использования. Полимерные композитные системы успешно справляются со всеми этими задачами, выходя далеко за рамки традиционной светотехники и стандартных форм. Эффективность выражается в снижении нагрузки на каркас, в простоте монтажа, в возможности создавать сложнейшие скульптурные оболочки. Разберем, как это работает на практике.
По второму кругу
​В Осаке разбирают «Большое кольцо» – гигантскую деревянную конструкцию, построенную по проекту Со Фудзимото для ЭКСПО-2025. Когда демонтаж завершится, древесину от «Кольца» передадут новым владельцам. Стройматериалы пойдут на восстановление домов, пострадавших от стихийных бедствий, и на строительство новых сооружений.
Архитектура потоков: узкие места в проектах логистических...
Проектирование логистических объектов – это не столько про объём, сколько про систему управляемых переходов между зонами. Значительное время работы техники теряется на ожидания, причём основные потери концентрируются не в стеллажном хранении, а в проёмах, стыках температурных контуров и зонах пересечения потоков. Разбираемся, почему реальная производительность склада определяется не характеристиками автоматизации, а временем открытия проёма, и как этот параметр закладывается в проект.
Стекло AIG в проекте Центрального телеграфа
В отреставрированном Центральном телеграфе на Тверской использованы три типа остекления AIG: для исторического фасада, кровли атриума и внутренних ограждений. Основные требования – нейтральность цветопередачи, солнцезащита без затемнения и сохранение визуальной легкости исторического объема.
Три цвета MODFORMAT на фасаде
Жилой комплекс «ЦЕНТР» в Бресте – первый в портфеле «Полесьежилстрой» проект, где фасады полностью выполнены из клинкера удлиненного формата. Квартал из пяти корпусов распродан почти на 100%, строительство продолжается. Разбираемся, что именно сработало: архитектурное решение, выбор материала или их удачное сочетание.
От модерниста – экологисту
Швейцарский архитектор Барбара Бузер получила премию Джейн Дрю 2026 года. Ежегодную премию представительницам слабого пола вручает журнал Architects′ Journal – за профессиональные достижения и «укрепление женского авторитета в профессии».
Зеленые полимеры: эволюция фасадной теплоизоляции
Современная «зеленая архитектура» – это не только про озеленение крыш и солнечные батареи. В первую очередь, это про технологии, снижающие углеродный след здания. Ключевую роль здесь играют теплоизоляционные материалы (ТИМ), позволяющие радикально сократить потребление энергии. Пенополистирол, PIR и другие материалы, которые принято называть «зелеными полимерами» за их вклад в энергоэффективность, сегодня превратились в стандарт индустрии.
Пищевые производства: логистика и температура
Будучи одними из самых сложных объектов с точки зрения внутренней организации, пищевые производства требуют не просто размещения холодильных камер и цехов, а создания системы «климатических островов» внутри здания. Главная сложность возникает в зонах проемов в условиях интенсивного движения техники и персонала. Разбираем инженерные нюансы подбора оборудования, позволяющие обеспечить герметичность без потери энергоэффективности и удобства логистики.
Тепло и форма
Энергоэффективность сегодня – не враг архитектурной выразительности. Полимерные утеплители – ЭППС, ПИР, ППУ – берут на себя нагрузку, усадку и влагу, освобождая фасад от массивных наслоений. Какой материал выбрать для фундамента, фасада и кровли, чтобы сохранить и тепло, и чистоту линий – разбираем в обзоре.
Угольная пыль вместо цемента
Ученые Пермского Политеха и УрФУ создали экологичный бетон с повышенной водостойкостью. В составе материала – тонкомолотые горелые породы, отравляющие экологию угледобывающих регионов.
Материал с характером
За последние годы продажи металлических фасадных кассет в России выросли почти на 40 % – в сегментах бизнес и премиум всё активнее спрос на материалы, которые дают архитектору свободу работать с выразительной формой, не в ущерб безопасности и сроку службы фасада. Металлокассеты стали одним из главных ответов на этот запрос. Смотрим актуальные приёмы их применения на реализованных объектах от компании «Алкотек».
Архитектура воздухообмена
В зданиях большого объема – от спортивных комплексов до производственных корпусов – формирование комфортного микроклимата связано с особыми инженерными задачами. Одной из ключевых становится организация циркуляции воздуха, позволяющая устранить температурное расслоение и обеспечить равномерные условия по всей высоте пространства.
Инновационное остекление для идеального микроклимата:...
В современной архитектуре стеклопакет приобрел множество полезных функций, став полноценным инструментом управления микроклиматом здания. Так, энергосберегающие стеклопакеты эффективно удерживают тепло в помещении, солнцезащитные – предотвращают перегрев, а электрообогреваемые сами становятся источником тепла. Разбираемся в многообразии современных стеклоизделий на примере продукции Российской Стекольной Компании.
Сейчас на главной
Изумрудный город
Самую большую школу России, построенную в Воронеже, дополнил «мегасад», рассчитанный на 600 детей. Оба проекта подготовил ПИ «Гипрокоммундортранс». Детский сад состоит из 8 изумрудных блоков, организованных вокруг центрального ядра, где сосредоточены общие пространства. Цветовое решение и интерьеры вдохновлены книгой Александра Волкова.
В поисках идеала: что смотреть на АРХ Москве 2026
Завтра в Гостином дворе стартует 31 по счету АРХ Москва. Участникам и гостям предложено отправиться на поиски идеала – именно так заявлена в этом году тема форума. Составили подборку того, на что можно обратить внимание. Она субъективная – виднее, конечно, будет на самой выставке. Приходите.
Под алюминиевыми парусами
Электростанция района Синьхуэй по проекту UUA на юге Китая использует как топливо отходы и одновременно служит эффектным ориентиром для автомобилистов и моряков.
Деловой круг
Компания Snøhetta переосмыслила офисное пространство для ведущей азиатской консалтинговой компании, предложив более гибкую и адаптивную пространственную модель, ключевым элементом которой является круглая в плане зона, где можно общаться, работать и проводить различные мероприятия.
Олег Шапиро: «Мы проектируем жизнь целиком, во всем...
Wowhaus давно уже не специализируется на «благоустройстве». Одна из новых тем – неоиндустриализация. Другая – большие мастер-планы. Но и с Парком Горького работа вновь идет. Только более системная и масштабная. В этом интервью – одновременно вспоминаем Колхаса, Стрелку, историю внимания к «городской среде» – и выясняем, чем именно сейчас занят Wowhaus и как устроена его работа. Из 9 подразделений и 160, примерно, сотрудников.
Красная карточка за авторское право
Концепция развития территории футбольного стадиона «Шинник» в Ярославле, подготовленная ПИ «АРЕНА», заняла второе место в открытом конкурсе. Авторы предложили объединить в единую структуру арену, гостиницу и штаб-квартиру банка «ПСБ», тщательно проработав сценарии использования. Тем не менее, конкурс был организован таким образом, что архитекторы приняли решение отказаться от денежного вознаграждения в пользу сохранения авторского права.
Новая коллекция МАФов
Технопарк «Айра» и Pergaev Bureau представят совместную коллекцию МАФов на XXXI Международной выставке-форуме архитектуры и дизайна АРХ МОСКВА 2026
Хвост кометы
KANVA Moscow спроектировали 135-метровую башню бизнес-центра как композиционный акцент новой застройки Северного речного порта. Срезанный по всей высоте угол башни создает оригинальный образ то ли оригами, то ли пера, а может и кометы.
На глубине 101
Концептуальный прокт Arch(e)type – 250-метровая башня, композиционным центром которой является вертикальный бассейн – вдохновлен рекордом Натальи Молчановой, покорившей глубину 100 метров на задержке дыхания. Комплекс в случае реализации станет мировым центром фридайвинга, а также гидролабораторией для тренировки космонавтов. Сейчас самый глубокий бассейн – 60-метровый Deep Dive Dubai.
Грустный аттракцион
Привлекательная составляющая выставки сербских средневековых памятников в московском Музее архитектуры – AR, дополненная реальность, которая «поднимает» планы виртуальными моделями храмов и позволяет на несколько минут окунуться в обстановку их внутренних пространств. Памятники первоклассные – Грачаны, Дечаны; а объединяет их принадлежность к списку ЮНЕСКО «под угрозой». Сходство с кладбищем в дизайне экспозиции, надо думать, вовсе не случайное.
Каменный имплант
CQFD Architecture возвели в Париже социальный жилой дом со скульптурным фасадом из светлого известняка, добытого в знаменитых карьерах Вассен.
Светящаяся загадка
Коллекция питерских ресторанов пополнилась в прошлом году еще одним интересным для эстетов и гурманов местом – рестораном Self Edge Chinois от бюро SEEU. Вдохновляясь китайской культурой и искусством, которыми так легко очароваться, но так трудно понять их до конца, архитекторы сделали ставку на творческую интерпретацию наиболее ярких образов, ассоциирующихся с далекой Поднебесной.
Сфера интересов
27 мая открывается 31-я «Арх Москва», на которой по традиции будут представлены несколько авторских павильонов. Публикуем манифест и проектные материалы одного из них. Архитектуру павильона придумал Алексей Ильин, руководитель собственной мастерской, работающий в оригинальной художественной манере, генеалогия которой восходит еще к т.н. планетарному (Space Age) стилю в дизайне, а также архитектуре монреальского ЭКСПО 1967 года, в значительной степени вдохновленной космосом.
Афинская школа в сочинском парке
Дети – не маленькие взрослые. Школа – не офис для детей. Сочи – это юг. Это три утверждения, с которых BuroMoscow начали работу над концепцией лицея «Сириус», – и три архитектурных решения, из которых сложился проект.
Развитие и поддержка
По проекту бюро ulab рядом с храмом Андрея Рублева в Раменках строится центр дополнительного образования для молодых людей, оказавшихся в трудной жизненной ситуации. На форму здания повлияло желание соединить зеленый внутренний двор, активную зону у главного входа, а также атриум как главное общественное пространство.
Скрытый источник
Концептуальный проект купели близ пещерного монастыря Качи-Кальон – собственная инициатива архитектора Артема Зайцева. Формы здания основаны на гармонии золотого сечения, вторят окружающему скальному ландшафту и отсылают к раннехристианскому зодчеству.
В поисках вопросов
На острове Хайнань открылось новое здание музея науки по проекту MAD. Все его выставочные зоны выстроены в единый маршрут, развивающийся по спирали.
Между fair и tale, или как поймать «рынок» за хвост
На ВДНХ открылась выставка «Иномарка», исследующая культовую тему романтического капитализма 1990-х. Ее экспозиционный дизайн построен на эксперименте: его поручили трем авторам; а эффект знакомый – острого натурализма, призванного погрузить посетителя в ностальгическую атмосферу.
Казанские перформансы
В последние дни мая в Казани в шестой раз пройдет независимый фестиваль медиаискусства НУР, объединяющий медиахудожников, музыкантов и перформеров со всего мира. Организаторы фестиваля стремятся показать знаковые архитектурные объекты Казани с другого ракурса, открыть скрытые исторические части города и погрузить зрителей в новую реальность. Особое место в программе занимают музыкально-световые инсталляции. Рассказываем, что ждет гостей в этом году.
Друзья по крыше
В честь 270-летия Александринского театра на крыше Новой сцены откроется общественное пространство. Варианты архитектурной концепции летней многофункциональнй площадки с лекторием и камерной сценой будут создавать студенты петербургских вузов в рамках творческой лаборатории под руководством «Студии 44». Лучшее решение ждет реализация! Рассказываем об этой инициативе и ждем открытия театральной крыши.
На воскресной электричке
Для поселка Ушково Курортного района Санкт-Петербурга архитектурная мастерская М119 подготовила проект гостиницы с отдельно стоящим физкультурно-оздоровительным центром. Ячейки номеров, деревянные рейки на фасадах, а также бетонные блоки, акцентирующие функциональные блоки, отсылают к наследию советских санаториев и детских лагерей.
Наука на курорте
Здание для центра научно-промышленных исследований Чжэцзянского университета на острове Хайнань извлекает максимум из мягкого климата и видов на море. Авторы проекта – UAD, архитектурный институт в составе того же вуза.
Идеалы модернизма
В Дубне благодаря инициативе руководства Объединенного института ядерных исследований (ОИЯИ) реконструировано модернистское здание. По проекту Orchestra Design в Доме международных совещаний открылся выставочный зал «Галерея ОИЯИ», чья деятельность будет проходить на стыке науки и искусства. И первой выставкой, иллюстрирующей этот принцип, стала экспозиция одного из самых известных художников современности, пионера российского кинетизма Франциско Инфантэ.
Мембрана для мысли: IND
Бюро IND предложило для ФИЦ биомедицинских технологий проект, вдохновлённый устройством нейронной сети: многогранные полупрозрачные объёмы, сдвинутые относительно друг друга, образуют «живую структуру» – с «синапсами» общих дворов, где случайный разговор в атриуме может превратиться в научную коллаборацию.
Сплав мировых культур
Гостевой дом, построенный по проекту Osetskaya.Salov на окраине Переславля-Залесского, предлагает путешественнику насыщенное пространство, которое дополнит опыт пребывания в древнем городе. Внутри – пять номеров, отсылающих к славянской, африканской, индуистской, европейской и латиноамериканской культурам. Их расширяют общие пространства – терраса с коммунальным столом, эскуплуатируемая кровля с видом на город, укромный сад. Оболочка здания транслирует универсальное высказывание, вбирая в себя черты всех культур.
«Шартрез д’Эма»: монастырь под Флоренцией как архетип...
Петр Завадовский рассматривает влияние картезианского монастыря в тосканском Галлуццо на формирование концептуальных основ жилищной архитектуры Ле Корбюзье, а также на его проект «дома вилл» – Immeuble-villas.
КиноГолограмма
Не так давно московскими властями был одобрен проект нового комплекса Дома Кино от архитекторов Kleinewelt. Старое здание 1968 года сохранить не удалось – зато авторы сберегли витражи, металлические рельефы, а также объемные параметры здания, в котором разместится Союз кинематографистов и кинозалы. А главным акцентом станет жилая башня. Изучаем ее пластику и аллюзии в московском контексте.
Форма как метод: ТПО «Резерв»
В основе концепции Владимира Плоткина и ТПО «Резерв» – нетривиальная морфология, работающая на решение функциональных задач помимо чисто формальных. Хотя больше всего, конечно, на выразительность и создание редкостного – как можно предположить, рассматривая ключевые решения проекта, пространственно-эмоционального опыта. Изучили, оно того стоит. Наша версия – в таком проекте работает не стиль и даже не метафора, а метод.