В плену утраченного рая

Павильон России рассматривает историю ВДНХ как гуманист Возрождения – свои антики.

author pht

Автор текста:
Юлия Тарабарина

mainImg
Экспозиция павильона России, который много лет после советской реконструкции страдал от несоединённости нижнего и верхнего этажей, впервые получила винтовую лестницу – пространственный «болт», позволивший полностью использовать пространство и даже организовать по нему разнообразные маршруты. То, что Сергей Кузнецов прорезал пол главного зала круглым отверстием и поместил в него лестницу – решение смелое и важное, и хочется надеяться на то, что лестница сохранится; это зависит от будущих кураторов, но не враги же они себе. Впрочем, биеннале Аравены в целом, надо сказать, склоняется к прорезанию стен – в расположенном неподалеку павильоне Германии разобрали часть стен 1930-х годов, несмотря на статус памятника: здесь отверстия символизируют открытость страны для беженцев. Канадцы проделали малюсенькое отверстие в земле и показывают там ролик про ресурсную экономику. В павильоне Уругвая, тоже в Джардини, пробит молотком пол, что обозначает отчаяние бедности. Последнее сравнение, конечно же, совершенно недопустимо, поскольку в павильоне России лестница соединяет два полноценных экспозиционных пространства, служит для их связи и развития темы. В нём лестница обозначает, как можно догадаться исходя из контекста, движение от старой, исторической ВДНХ – к «ревитализации» пространства гигантской выставки – именно так авторы называют свой подход к будущему: территорию ее необходимо сохранить, но наполнить новым смыслом.
Выставка VDNH: urban phenomenon. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Выставка VDNH: urban phenomenon. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Новый маршрут, предложенный куратором павильона Сергеем Кузнецовым, организует его пространство с помощью цвета, света и музыки. Нижние, условно говоря, архивно-музейные, залы – нарочито черные, тёмные, с яркими всполохами белых скульптур, золота медиапанно с барельефом, мелькания ролика. Лестница подсвечена тонкими полосками ламп, штрихи света складываются в спираль восхождения. Внизу сбивает с ног бравурная увертюра Шостаковича. Поднимаемся наверх – марш сменяется написанным специально для павильона музыкой «12 месяцев ВДНХ» группы Tanatos Banionis. Вверху, над лестницей – купол с калейдоскопом картинок, похожий на «сказочки на потолке» московского метро, что подталкивает к мысли о сходстве ВДНХ с московским метро в целом.
Выставка VDNH: urban phenomenon. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Попадаем в центральный зал с видеодиарамой. О ее качестве уже были высказаны прямо противоположные суждения; диарама разделена на четыре части и не состыкована в кольцо, что было бы сложно; в то же время она крупная и звонкая, на ней крупно – сирень и тюльпаны, московские, красные; коньки; гуляющие. Видео представляет сегодняшний день ВДНХ, но несколько напоминает киножурналы моего детства, как будто её прошлое, советской выставки восьмидесятых, и её настоящее обустраиваемого общественного пространства периода правления Сергея Семеновича Собянина, каким-то образом состыковались, если не срослись. В зале диарамы темное и светлое перемешиваются, можно сказать, что пополам, что логично, поскольку он – переходное звено.
Выставка VDNH: urban phenomenon. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Выставка VDNH: urban phenomenon. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Выставка VDNH: urban phenomenon. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Два зала по сторонам – светлые, даже яркие. Вначале, согласно кураторскому плану, нужно идти в левый зал, который раньше был входным. Здесь «библиотека»: обширный компендиум разновременных публикаций о ВДНХ, собранный Павлом Нефёдовым – организаторы обещают, что после биеннале выставку перевезут в Москву и с подборками можно будет знакомиться и там. Зал с другой стороны показывает варианты будущего, придуманные студентами ВШУ на проведенном в мае воркшопе, здесь же озвучены рекомендации по развитию пространства выставки от знаменитых архитекторов и «материнская плата», символ идеи ревитализации: наполнения старого «харда» новым смыслом. Экспозиция цельная, выполнена крупными штрихами: музыка, скульптура, видео и фантазии студентов сливаются в некий ряд, представляющий выставку ярко, но пунктирно. Не зря Сергей Кузнецов отдельно отметил, что одной из кураторских целей было показать ВДНХ иностранцам, которые её не знают, за 10 минут. Впрочем для тех, кто ценит информацию, есть подборка Павла Нефёдова; он же написал для каталога статью с историей ВДНХ, разделив её на восемь частей.
Выставка VDNH: urban phenomenon. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
***
 
"[И мне не] хочется, задрав штаны, бежать за [этим] комсомолом"
Маяковский [Евтушенко]

Мне, когда я зашла в первый зал на первом этаже, захотелось оттуда выбежать. Шел на меня бодрым маршем Советский народ, Партия и Правительство в их редакции на примерно 1953 год. С Владимиром Ильичом Лениным на высоко поднятом знамени. С голубем мира. Золотые, бронзовые.
Выставка VDNH: urban phenomenon. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Развернулась, посмотрела ролик. В нём очень кратко изложена история ВДНХ, которая в целом заканчивается на 1990-х, этот период характеризуется как decay – распад, угасание, и рифмуется с распадом СССР. Империя распалась, и вошла своими составными частями в рынок, и ВДНХ, отчетный символ советской империи, стала рынком – тоже довольно символично.

И вот стоишь в углу, слева Советский народ со знаменем Маркса-Энгельса-Ленина-Сталина. А рядом ролик укоряет, и понимаешь, что да, виновата, поддерживала распад СССР, и сейчас поддерживаю. Чувствуешь себя чужой на этом празднике, мне и ВДНХ-то никогда не нравилась, а особенно советские чебуреки. Но тут каждый решает сам, кого-то, надо думать, захватит порыв шествия и маршевая музыка порадует. Для иностранных посетителей отличный аттракцион: окунуться в атмосферу советского митинга. Медиа-копия барельефа мерцает как живая, вот-вот кто-нибудь выйдет из него да спросит, куда я дела свой комсомольский билет в 1989 году. Словом, живое, берущее за душу впечатление. Кто-то пугается, кто-то пленяется – тут-то, мне кажется, и проходит линия фронта, а не в борьбе за возрождение общественного пространства ВДНХ, которое есть не борьба, а работа.
Выставка VDNH: urban phenomenon. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Exegi monumentum
Гораций

Сложно относиться к такому, как предлагает Сергей Кузнецов, отстраненно, как к памятнику истории и культуры. Кроме того и сама экспозиция настроена на больше эмоциональное, чем на аналитическое восприятие. К примеру, статьи про ВДНХ и марки хороший исторический источник, архивная подборка, но не исследование. Также и студенческие штудии если что и исследуют, то личные чувства и фантазии их авторов. Казалось бы, сложная судьба барельефа, который открыли в 1953, потом закрывали на ремонт, убрали Сталина, но почему-то и Маркса и Энгельса тоже, потом опять спрятали, история пока умалчивает, когда – вновь открытый в 2014 году, он был найден реставраторами как античный гротеск, засыпанный христианами, и обнаруженный каким-нибудь ренессансным гуманистом из пап. В этом смысле он, конечно, памятник. Но хочется спросить – чему памятник? Гуманисты Возрождения, когда раскрывали свои гротески и выкапывали из земли мраморных идолов, хотели жить как римляне. Они не рассматривали памятники отстраненно вне контекста, «только как памятники вне идеологии», напротив, та археология, в период своего становления, была наполнена живой ностальгией, пафосом Ре-нессанса. Эти вещи, потеснившие святых в покоях папы Римского, несли множество смыслов и были призваны вызывать отклик. Кстати и в XIX веке археология не была такой уж отстранённой, она была наполнена смыслом – возрождения античной демократии. Изображенные с археологической точностью сандалии Горациев и римская ванна Марата, они ведь не просто так. Впрочем, пора остановиться, а то договорюсь тут до чёртиков, до Белой дьяволицы из Мережковского.
Выставка VDNH: urban phenomenon. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

И вот: входим в зал копий, скульптур ВДНХ, исполненных стажёрами института им. И.Е. Репина, известного своими академическими традициями. Скульптуры чередуются с архитектурными деталями, капителями и вазонами, все в несколько разном масштабе; Рабочий и колхозница с их порывом кажутся самыми игрушечными. Кроме того, не мне судить, но кажется, что именно они исполнены не слишком мастерски. Некоторые вазоны, наоборот, хороши, хотя вот Алексей Тарханов вспомнил в своей статье про «знаменитые монументальные яйца» быка, – и вот если бы воспроизвести не всего быка целиком, а только их, и вообще бы ограничиться только элементами, получились бы objets trouvés, можно было бы заподозрить переосмысление в духе современного искусства. Но нет, не заподазривается. Гипсы выглядят как студенческие модели, как рот Давида для рисунка первокурсников [кстати, а почему вместо Рабочего и колхозницы целиком было не воспроизвести их глаз, к примеру?]. Но расставлены они как античные антики, напоминают музей, причем какой-то частный. В этом смысле немного подводит гипс как материал: копии в цветаевском ГМИИ и других музеях XIX века были окрашены, имитируя пожелтевший мрамор подлинников, этой имитации для воспроизведения статуй в качестве памятников недостает. Смущает и то, что на биеннале [впервые] открылась выставка музея Виктории и Альберта, целиком посвященная проблеме копий и с очень тонко, тщательно выполненными и разнообразными экспонатами: к примеру, там есть стереолитографическая копия Венеры Боргезе в трёх видах: скульптура Кановы из стекла, розовой резины [sic!] и гипса. Там смеются над копией, восхваляют копию, рассматривают с разных сторон, а тут получились просто копии, тоже студенческий воркшоп.

Строго говоря, в экспозиции присутствуют три вида студенческих работ и получается, что изучением и переосмыслением ВДНХ занимается молодое поколение художников (акварели Алексея Резвого), скульпторов и урбанистов, ну, как Рафаэль рисовал антики. В некотором смысле то, что мы видим в павильоне, это в значительной своей части – коллективный воркшоп, работа группы подмастерий, вот только какова цель их обучения: перенять мастерство?
Выставка VDNH: urban phenomenon. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Выставка VDNH: urban phenomenon. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Выставка VDNH: urban phenomenon. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
 
«В сердце почивают тишина и мощи»
Сергей Есенин

В то же время кураторское название зала – крипта, а мы помним, что хотя криптой в античности называлось подземное пространство, но в христианском храме это прежде всего место хранения мощей мучеников. Конечно, можно сказать, что это подобие античного колумбария, где новая ВДНХ смотрит на своих предков. Но эффект преклонения, почитания святыни никуда не уходит, ВДНХ-памятник показана в ракурсе припадания к истокам, но никак не в духе Венецианской хартии с ее консервацией и фиксацией, – столь вредными и скучными, впрочем, для неспецифических выставок. То, что подборки Павла Нефедова отнесены в отдельный зал, тоже вписывается в сюжет ренессансного коллекционирования: тут предметы, там библиотека. Но анализ не акцентирован, преобладают эмоции вчувствования. И результаты студенческого воркшопа напоминают в этом свете Los Caprichios Гойи: здесь на флаге вместо Ленина маска Гая Фокса, а по старой фотографии ВДНХ имперские истребители гоняют корабль Хана Соло. Как будто молодое поколение тоже прочувствовало избыточность имперского пафоса и пытается десакрализировать его смехом. Как будто говорит: ребята, вы же это несерьёзно?
Ruxandra Iancu Bratosin, работа воркшопа: ВДНХ Urban Phenomenon, пересъемка Юлии Тарабариной, Архи.ру
Ruxandra Iancu Bratosin, работа воркшопа: ВДНХ Urban Phenomenon. Выставка VDNH: urban phenomenon. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Родион Еремеев, работа воркшопа: ВДНХ Urban Phenomenon. Выставка VDNH: urban phenomenon. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
А вот это интересный экспонат. Подписан: А. Цыбайкин, Е. Васильева, Д. Минеева, В. Колгашкина, МАРХИ. Похож на план перспективной застройки [половины] территории ВДНХ. Висит над проектами воркшопа. Выставка VDNH: urban phenomenon. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
***

Чего не хватает на выставке, так это рассказа о современных проектах ВДНХ. Также как история внизу, они пунктиром показаны в ролике центрального зала, но именно что в формате киножурнала. Между тем нужно согласиться с куратором и сокуратором в том, что рынок в таком месте – это безобразие, почти как в стамбульской Ротонде рынок, в старом императорском дворце Мирелейон. Но ВДНХ это еще и история современной реконструкции павильонов, открытия сталинских фасадов с уничтожением семидесятнических «чехлов». Это Арх Ферма и каток с мостом, и в конце концов, Москвариум рядом с павильоном «Космос». Это угроза застройки территории выставки, не стоит и о ней забывать. Очевидно, что вместить эту реальность в одну выставку можно было, только перенасытив её, но есть и ещё один вопрос к экспозиции: она совершено не заостряет проблем, даже не пытается, а сама по себе действует в парадигме ВДНХ, где советскому человеку не нужно было вникать в проблемы животноводства, а только восхититься каким-нибудь самым большим или самым полезным животным, к примеру поросенком [неизгладимое было впечатление].

Конечно же, сложно не заметить, что вся биеннале посвящена разным видам помощи бедным, а наш павильон – ВДНХ. А ВДНХ – это самая масштабная иллюзия процветания советского хозяйства, которое, как известно, в реальности частенько вообще не процветало. Но люди, которые приходили на выставку, были по-разному довольны: в павильоне животноводства стояла очередь за сосисками, но кому доставалось, было вкусно, и люди думали, что вот они ещё потерпят, а потом будут жить при коммунизме. Эта была иллюзия народного благосостояния, повод для гордости, никак не связанный с улучшением жизни по-настоящему. Что есть профанация левых убеждений: хотели [предположим] сделать, чтобы рабочим и крестьянам жилось хорошо, а накопили только на одного поросёнка, чтобы показывать его на выставке, как Потёмкинскую деревню. Неплохое предложение от России, с её большим опытом, для левых популистов всего мира, Бразилии там или Венесуэлы – если не удастся реально улучшить жизнь населения в духе Аравены, то можно на крайний случай построить для него ВДНХ.

Наш фронт проходит не там, где указал Аравена. Наша линия фронта в душе – недаром Сергей Кузнецов говорит, что старую идеологию ВДНХ надо забыть, и придумать какую-то новую. Наш фронт не охрана среды, и не борьба с бедностью или даже банальностью, наш фронт один и глобальный, по Достоевскому, или по Фрейду – в душе человека, которому нужно снять самоцензуру, выпустить из подсознания смешных чудовищ и решить, что ему нужно от ВДНХ: ностальгического имперского пафоса или простых радостей джентрификации с её урбанистикой. 

01 Июня 2016

author pht

Автор текста:

Юлия Тарабарина
comments powered by HyperComments

Статьи по темам: Реконструкция ВВЦ (ВДНХ), XV Архитектурная биеннале в Венеции

Пресса: ВДНХ – легенда, которую мы не потеряли
Одни считают ВДНХ символом тоталитарной советской эпохи, другие – архитектурной жемчужиной советской поры. И судя по всему, первых значительно меньше. В последнее десятилетие ведутся активные работы по реставрации пришедших в негодность павильонов выставки. Результаты впечатляют.
Пресса: Возрождение ВДНХ: как преобразились павильоны
ВДНХ принимает участников Экономического совета СНГ. Место для форума выбрали не случайно. В советское время все Союзные республики именно на Выставке достижений народного хозяйства представляли свои лучшие разработки. С чем сегодня приехали в Москву представители Стран Содружества, знает корреспондент телеканала «МИР 24» Максим Драгнев.
Пресса: Девушки. Фонтан. Ракета
На главной выставке России - ВДНХ - завершаются масштабные реставрационные работы. После обновления открываются прогулочные аллеи, павильоны, фонтаны, розарии... Репортер "СОЮЗа" выяснял, что непременно стоит посмотреть сегодня на выставке. А попутно заглянул в обновленный павильон Республики Беларусь.
Пресса: Назад в прошлое: как преобразилась ВДНХ
Сразу несколько объектов открылись после реконструкции на ВДНХ в Москве. Строители вернули исторический облик павильонам, элементам входной группы, а также запустили после 30-летнего перерыва легендарный фонтан «Колос». Обновленными памятниками архитектуры любовался корреспондент телеканала «МИР 24» Алексей Дашенко.
Пресса: Прогулки по воде
Территория ВДНХ постепенно возвращается к москвичам. Реставраторы ушли еще не со всех площадок, но оценить результаты их труда уже можно. Корреспондент "РГ" прогулялся по обновленной главной выставке страны, увидел новые цветущие аллеи, возрожденные павильоны и легендарный фонтан "Золотой колос", струи которого вновь забили впервые за 30 с лишним лет.
Пресса: Золото много не бывает: Как изменилась ВДНХ после...
Реставрация арки Главного входа на ВДНХ завершена, написал с своём блоге мэр Сергей Собянин: "В 2013 г. мы получили её в состоянии, о котором и вспоминать не хочется. С тех пор шаг за шагом мы возрождаем былое величие ВДНХ..."
Пресса: ВДНХ: эпоха реставрации
Выставочному комплексу вернули старое имя, но главное — ему пытаются вернуть прежний дух и одновременно найти новое применение историческим павильонам. Подробности грандиозной реставрации и реконструкции — в нашем репортаже.
Пресса: Как выглядит павильон «Космос» на ВДНХ после реконструкции
Сегодня, 13 апреля, исторический павильон № 34 «Космос» на ВДНХ откроется для посетителей после реконструкции. Это будет крупнейший в современной России космический музейный комплекс — центр «Космонавтика и авиация», говорится в сообщении пресс-службы Выставочного центра. В павильоне площадью около 30 тыс. кв. м выставлено более 120 уникальных образцов летательной и космической техники.
Пресса: Павильону "Азербайджанская ССР" на ВДНХ вернут утраченные...
Утраченные элементы павильона ВДНХ № 14 "Вычислительная техника и информатика" ("Азербайджанская ССР") восстановят в ходе его реставрации, говорится в сообщении SDI Group, которая занимается реставрацией объекта.
Пресса: На ВДНХ возрождают кинопанораму
На ВДНХ приступили к реставрации легендарной кинопанорамы. Круговой зал являлся своеобразным предшественником современных 5D-систем.

Технологии и материалы

Технологии сохранения тепла от Realit®
Ежегодно команда Realit® развивает, модернизирует собственные разработки и выводит на рынок совершенно новые архитектурные системы в соответствии с растущими потребностями современного строительства.
Формула здоровья от Baumit Klima
Серия экологически чистых, антибактериальных строительных материалов Baumit Klima на известковой основе формирует здоровый микроклимат в доме, регулирует температуру и влажность, гарантирует чистоту и свежесть воздуха.
Свет для самой яркой звезды
Свет учебным классам и лабораториям павильона «Школа» центра «Сириус» обеспечивают мансардные окна VELUX, одновременно защищая помещения от южного солнца и участвуя в формировании архитектурного облика.
Как ковалась победа: вклад Борского стекольного завода
В эту знаменательную дату, мы хотим вспомнить подвиги героев тыла и фронта, руками которых ковалась Великая Победа над фашистским режимом.
Одним из таких выдающихся предприятий был Горьковский механизированный стеклозавод имени М. Горького на Моховых горах, известный в наши дни как Борский стекольный завод, старейшее предприятие стекольной отрасли и один из производственных комплексов AGC Group.
Wienerberger Brick Award 2020: финал переносится на осень
Завершающий этап премии Brick Award от концерна Wienerberger из-за пандемии перенесли на осень. Но уже сформирован шорт-лист. Рассказываем подробнее о премии и показываем некоторые проекты-финалисты.
Ремесленные традиции
Для бизнес-центра «Депо №1» компания «Славдом» поставляла кирпич Wienerberger и системы крепления Baut. Замысел авторов, поддержанный качественным материалами и исполнением, воплотился в здание, достойное исторической среды Петербурга.
Броненосец из титан-цинка
Новая станция метро в Торонто по проекту британских архитекторов Grimshaw получила необычную кровлю, покрытую титан-цинком RHEINZINK.
Грани света
Параметрическое моделирование помогло апарт-отелю в комплексе Grani не затенять окружающие постройки, а окна Velux – обеспечить светом разнообразные внутренние пространства. Другая их заслуга: деликатное дополнение реконструированных исторических корпусов комплекса.
Тренды Delabie: бесконтактная ГИГИЕНА
Бесконтактные сантехнические приборы Delabie позволяют сократить риск заражения в разы даже в период эпидемии, а разработчики компании предлагают целый ряд инноваций, позволяющих предотвратить размножение бактерий как на поверхностях, так и внутри сантехнического оборудования.

Сейчас на главной

Норману Фостеру – 85
Мастеру архитектурного хай-тека, любителю лыжных марафонов, а с недавних пор еще и звезде Instagram, британцу Норману Фостеру исполнилось сегодня 85 лет.
Маскировка модерниста
Общественный центр на площади Волкова в Ярославле: из-за деревьев его почти не видно, он хорошо спрятан на виду, но не отступает от принципа строгой современной архитектуры с ноткой ностальгии по «классическому» модернизму.
Умер Константин Малиновский
В Петербурге 27 мая скончался исследователь творчества Трезини, Кваренги, Расстрелли, культуры и искусства Петербурга XVIII века Константин Малиновский. Сергей Чобан – в память о Константине Малиновском.
Гранёный
Скульптурный металлический кожух превратил обычную коробку придорожного ТРЦ в нечто большее – в здание, которое привлекает взгляды само со себе, своей формой, работая гипер-рамой для рекламного медиа-экрана.
Свободный центр
105-метровая жилая башня на 20 квартир по проекту Heatherwick Studio в Сингапуре обошлась без традиционного сервисного ядра: вместо него на каждом этаже – обширная жилая зона, выходящая на фасады балконами-раковинами с тропической зеленью.
Зигзаг над полем
Школьный спортзал, также играющий роль общественного центра для швейцарской деревни Ле-Во, спроектирован лозаннским бюро Localarchitecture.
Отстоять «Политехническую»
В Петербурге – новая волна градозащиты, ее поднял проект перестройки вестибюля станции метро «Политехническая». Мы расспросили архитекторов об этом частном случае и получили признания в любви к городу, советскому модернизму и зеленым площадям.
Пресса: Архитектура простыла в музыке
Новая филармония, которую открыли в 2015 году в парижском районе Ла-Виллет,— среди самых заметных произведений современной архитектуры во Франции. Но здание в итоге поссорило его создателей. Пять лет спустя автор проекта Жан Нувель и заказчик, руководство филармонии, обмениваются судебными исками на сотни миллионов евро. Рассказывает корреспондент “Ъ” во Франции Алексей Тарханов.
Автор-реконструктор
Дэвиду Чипперфильду поручена реновация здания Центрального телеграфа в Москве: в связи с этим вспомним, почему этот знаменитый британский архитектор считается мастером по работе с наследием, а также о «сложных случаях» в его практике.
Электрические колонны
Новый дом на Кутузовском по-своему интерпретирует как классицистический контекст места, так и присущий проспекту премиальный статус. В то же время он смел: таких колонн – стеклянных, светящихся в ночи трубок, в Москве еще не было. Пластические высказывание получилось сильным и бескомпромиссным, буквально на грани между декоративностью «Украины» и хай-теком Сити.
Пресса: Ар-деко. К юбилею выставки 1925 года в Париже
28 апреля 1925-го в Париже состоялось открытие «Международной выставки декоративного искусства и художественной промышленности». Это событие сыграло ключевую роль в развитии стиля ар-деко, самого яркого художественного направления межвоенной эпохи. И хотя сам термин появился много позже, в 1960-е, именно выставка в Париже подарила стилю его имя.
Архи-события: 25–31 мая
Несколько онлайн-лекций, новый экспресс-курс в МАРШ, конференция о пригородах на «Стрелке» и мастерская с Никитой и Андреем Асадовыми от проекта «Живые города».
Крыша на вырост
Хозяева смогут расширить свои «1/3 дома» по проекту бюро Rever & Drage на западе Норвегии, если их семья увеличится, а пока используют кровлю-навес как парковку, банкетный зал, мастерскую.
Из «муравейника» в «город-сад»
МАРШ запускает он-лайн-интенсив, посвященный экологически устойчивому развитию территорий. Об актуальности темы для российских регионов рассказывает куратор курса и наблюдатель ООН Ангелина Давыдова.
Бетон и пальмы
Новый корпус фонда Nubuke в Аккре, столице Ганы, по проекту бюро nav_s baerbel mueller и Юргена Штромайера.
Градсовет удаленно 19.05.2020
Жилой комплекс пополам с гостиницей, еще два варианта станции метро «Парк победы» и поглощение «Политехнической» – на третьем дистанционном градсовете Петербурга.
Простота для Новой Риги
Проект автомойки с кафе и террасой с видом на дальний лес, и «ритейл-офис» мебельных компаний с длинной и причудливой красной скамейкой.
Зеленый лабиринт на фасаде
Стены и кровля офисно-торгового комплекса Kö-Bogen II по проекту Кристофа Ингенхофена в Дюссельдорфе покрыты 8 километрами живой изгороди: это самый большой зеленый фасад Европы.
Параллельный мир
В частном подмосковном доме Parallel House архитектор Роман Леонидов создал выразительную скульптурную композицию из абсолютно простых форм – параллелепипедов, чье столкновение превратилось в захватывающий спектакль.
Зеркало для неба
Офисное здание cube berlin по проекту бюро 3XN рядом с центральным берлинским вокзалом получило зеркальный фасад-аттракцион, позволивший одновременно устроить открытые террасы для отдыха сотрудников.
Волнорез
В Истринском городском округе Подмосковья тандем бюро «Четвертое измерение» и «АРС-СТ» спроектировал спортивный комплекс – монообъем в виде скошенного параллелепипеда с острым, как у корабля, «носом»
Пресса: Как помойка станет парком. Григорий Ревзин о городе...
Подтверждая закон Ломоносова «сколько чего у одного тела отнимется, столько присовокупится к другому», превращение города в парк, ставшее главным трендом сегодняшнего урбан-дизайна, дополняется обратным трендом — превращением парка в город.
Илья Уткин: «Мы учились у Пиранези и Палладио»
О трех кварталах вокруг Кремля – Кадашевской слободе, Царевом саде и ЖК на Софийской набережной; о понимании города и храма, о творческой оттепели и десятилетии бескультурья; о сокровищах дедушкиной библиотеки – рассказал победитель бумажных конкурсов, лауреат Венецианской биеннале, архитектор-неоклассик Илья Уткин.
Фасад по солнцу
UNStudio реконструировало здание Hanwha Group в Сеуле в соответствии с требованиями энергоэффективности и комфорта, причем работа сотрудников Hanwha не прервалась даже на день.
Дом отшельника
Тема нынешней «Древолюции» – актуальнее не придумаешь. Участники проектировали скромный и легко реализуемый дом для уединения и наслаждения природой. Показываем 19 вдохновляющих работ, отобранных жюри.
Лестница в небо
Проект гостиницы в поселке Янтарный – пример новой типологии рекреационного комплекса, новый формат, объединивший гостиничную, деловую и культурную функции. И все это под лозунгом максимального единения с природой.
Граждане против Цумтора
В Лос-Анджелесе активисты провели конкурс проектов реконструкции музея LACMA, среди участников – Coop Himmelb(l)au и Barkow Leibinger. Это альтернатива «официальному» плану Петера Цумтора, который предусматривает уменьшение общей площади и снос четырех существующих корпусов.
Мыс доброй надежды
Показываем все семь проектов, участвовавших в закрытом конкурсе на создание концепции штаб-квартиры компании «Газпром нефть», а также приводим мнения экспертов.
Картинки на карантине
Как российские архитектурные бюро реагируют на карантин? Размышления о будущем, графика, юмор, хорошие фотографии. Собираем пазл из контента Instagram.
Не только военные песни
Один из проектов нынешнего конкурса благоустройства малых городов созвучен празднику 9 мая: его главный элемент – реконструкция парка, в котором ежегодно проходит фестиваль в честь автора известных песен военной тематики.
Городская лагуна
Архитекторы MVRDV встроили в «руины» городского торгового центра на Тайване общественное пространство The Spring с водоемами, детскими площадками, эстрадой и зеленью.
Белоснежные цилиндры
Арт-центр и парк Tank Shanghai по проекту пекинского бюро OPEN Architecture в Шанхае – редкий пример приспособления под новую функцию резервуаров для авиационного топлива.
Голодный город
Реконструкция Торжковского рынка от бюро RHIZOME: прилавки с фермерскими продуктами, фуд-холл и музей в интерьерах модернистского здания.
Пустота как драма
В Дубае закончено строительство комплекса The Opus, задуманного Захой Хадид еще в 2007 году. Главное в здании – криволинейный проем высотой в 8 этажей.
Благотворительная архитектура
Бюро Martlet Architects, за которым стоит молодая российская пара, с помощью архитектуры участвует в решении проблем стран третьего мира. Показываем школу и две клиники, построенные на краю света за счет благотворительных фондов и силами волонтеров.
Эко-административный комплекс
Zaha Hadid Architects выиграли в Шанхае конкурс на проект штаб-квартиры государственной Группы энергосбережения и охраны окружающей среды Китая. Комплекс должен стать образцовым эко-проектом, учитывающим также и последствия пандемии.
Назад в космос
Парк покорителей космоса на месте приземления Юрия Гагарина по концепции West 8 Адриана Гёзе делает Центр урбанистики экономического факультета МГУ под руководством Сергея Капкова.
Полосатое решение
Об интерьерах ТЦ «Багратионовский» и немного об истории строительства одного из примеров смешанных общественно-торговых прострнаств нового типа, в последнее время популярных в Москве.