Грядущая Венецианская бьеннале, объявление новой темы, уже состоялась презентация, названы участники и кураторы русского павильона. Всё это побудило меня вспомнить тот «героический период». Побывать в Венеции, поприсутствовать, поучаствовать в конкурсе на этом олимпе архитектурной мысли – мечта каждого архитектора. К тому же прошло десять лет с тех пор, как всё это было, и слухи обросли мифами, а информация в интернете во множественном числе выдаёт «Золотой лев за архитектурную фотографию…».
По официальному определению жюри дословно, это была
«Специальная премия для фотографа в области архитектуры за большой вклад в Русский Павильон, экспозиция которого ярко продемонстрировала блистательные образы покинутых руин Утопии». Всё-таки за экспозицию, часть которой занимали фотографии. А «Золотой лев» достался Жану Нувелю за французский павильон. Как потом рассказывали, что премии я был обязан Lara Vinca Masini – историку-искусствоведу и архитектурному критику, которая яростно отстаивала эту этическую позицию у других четырёх членов жюри. Тогда тему бьеннале «Города. Меньше эстетики, больше этики» избрал директор выставки итальянец Массимилиано Фуксас. Куратором русского павильона тогда впервые был архитектурный критик Григорий Ревзин, который представлял свою концепцию «Руины Рая», и в рамках этой концепции – выставку работ архитектора Михаила Филиппова и Ильи Уткина.
Моё появление на бьеннале, прежде всего, связано с выставкой «Меланхолия» 1995 года в галерее «Реджина». Основой выставки были сто фотографий, сделанные в Москве, ждущей перемен начала 90-х годов. Темой выставки были «Руины», созерцание умирания старой Москвы, рождающее мысли о гибели культуры уходящего столетия. Этическое отношение к культурному наследию было темой моей экспозиции под общим названием «Стратиграфия метрополиса». Она располагалась в нижней части русского павильона. В одном зале была часть выставки «Меланхолия», в другом была инсталляция «Кора земли», представляющая собой тяжелую каменную глыбу с награвированным на ней планом Москвы - пласт земли, как произведение искусства, вырезанный из центра города. И инсталляция «монумент времени», состоявшей из 8 офортов, представляющих последовательные наслоения линий и самой офортной доски. Через художественный акт я призывал любить свой город таким, какой он есть.
На призыв «Меньше эстетики, больше этики» Фуксас дал ответ своей экспозицией в павильоне «Арсенал». В ней новые технологии и современная архитектура спасали погибающий мир. Нужно отметить, что экспозиция «Русского павильона» воинственно спорила с концепцией Фуксаса. И в пику теме мощная инсталляция Михаила Филиппова, представляющая авторский неоклассический стиль, была ни на что не похожа и была очень красива. На следующий день после раздачи премий к нам зашёл сам Жан Нувель, улыбался и долго всё рассматривал, потом попросил подписать каталоги, а когда ушёл мы хорошенько «обсудили» его павильон, в действительности очень похожий на произведения русского соц-арта конца 80-х годов. Эти весёлые патриотические настроения за бокалом вина были подпорчены появлением русской делегации во главе с Владимиром Иосифовичем Ресиным. Григорий Ревзин первый отстрелялся и доложил, потом Филиппов показал свою экспозицию. А я, как ни старался, но так и не смог объяснить смысл выставки, в чём заключается любовь к собственному городу и зачем я фотографировал руины, когда в Москве есть много хороших и красивых домов. Чуть позже на званом обеде меня как «петрушку-лауреата» посадили напротив Ресина, и у нас продолжился разговор уже о Венеции, и я пробовал объяснить секреты её красоты, и получил категорическое несогласие собственным доводам, и мало того, услышал, что московский строительный комплекс собирается предлагать свою помощь мэру Венеции в капитальном ремонте его жилого фонда. И тут я перетрухнул не на шутку, и я понял, какое счастье что мы «проскочили» на этот раз. Сейчас вспоминается только хорошее. Не было давления власти, и кураторство было не слишком навязчиво, и мы сделали, что хотели сделать.
Тема автора, куратора и власти очень зыбкая и противоречивая.
Когда в далёкой молодости мы с Сашей Бродским делали конкурсы, ничего не боялись и выигрывали, у нас не было ни цензуры, ни кураторов. Когда позже мы ездили по заграницам, делали выставки и инсталляции, их тоже не было. Нам повезло и ведь мы тогда «проскочили». Но времена изменились и видимо сейчас без кураторов никак нельзя. Конечно одно дело авторские выставки, а другое – русский павильон с его патриотическим подтекстом. Павильон представляет Россию. Сегодня Россия – отсталое во всех отношениях государство – и не может конкурировать с развитыми странами ни в социальной политике, ни в одной области экономического развития. Страна находится на нижней ступени «технической революции». Единственное, что у нас есть и чем можно гордиться – это культура, историческое наследие, и люди, их творческий человеческий потенциал, реальное творчество авторов.
Но смысл патриотизма каждый понимает по-своему.
Тогда возникает вопрос, кто более патриотичен? Строительный комплекс, представляющий деньги и власть, дающий квадратные километры жилья, или кучка интеллигентов из «Архнадзора» пытающихся сохранить маленький исторический домик. Почему в этой стране так важна победа в футбольном матче и не важно, кто победит, «Газпром-Сити» или исторический Петербург? Почему российские власти так боятся автора и предпочитают иметь дело с обезличенной массой проектировщиков, а в конкурсе и без конкурса всегда выигрывает проект от иностранной «звезды»?
Понимание патриотизма в каждом конкретном случае оказывается определяющим. Для меня это произошло в Голландии на торжественном открытии въезда «Портал» в керамический центр Ден-Боша, который мы делали с Сашей Бродским, и там не было русских делегаций. Тогда ко мне подошёл местный житель, седой старик, и сказал: «Мы воевали против вас, русских, мы вас всегда боялись и не любили, но то, что вы сделали для нас – мне нравится, и я сейчас уже думаю о вас иначе…». Вероятно, победа в спорте вызывает более простое проявление чувств патриотизма, но нужно ли во что бы то ни стало превратить русский павильон в «Олимпиаду в Сочи» или в «Евровидение»? Все эти вопросы не проблема для выбранных на этот раз авторов. Им нужно только поверить и они ответят на сегодняшнюю тему, поставленную бьеннале, и прекрасно всё устроят, и сделают свою работу. Им нужно только не мешать!
