English version

Жук улетел

История проектирования бизнес-центра в Жуковом проезде: с рядом попыток сохранить здание столетнего «холодильника» и современными корпусами, интерпретирующими промышленную тему. Проект уже не актуален, но история, на наш взгляд, интересная.

mainImg
Проект:
Офисный центр “Beetle”
Россия, Москва, Жуков проезд, д.8

Авторский коллектив:
Никешкин С., Железко Е., Кузнецов К., Лоцман Т, Хоролец А., Рамонова В. 

2019

Заказчик – девелоперская компания Coldy
Проектом офисного центра Beetle архитекторы АБ «Крупный план» под руководством Сергея Никешкина занимались в течение двух лет, в 2019–2020 годах, по заказу компании Coldy. Проект пережил в своем развитии несколько стадий, из которых три основные связаны с вопросом, сохранять или не сохранять здание «холодильника» – кирпичный промышленный ангар начала XX века. И если сохранять, то в каком формате. 
Здание «холодильника» на момент начала проектирования. Офисный центр “Beetle”. Фотофиксация. Западный фасад
Фотография: Проектное бюро «Крупный План»

Участок вытянут вдоль Жукова проезда между железной дорогой Павелецкого направления и Дербеневской улицей; в восточной части он узкий, в западной, где стоит «холодильник», почти квадратный в плане – широкий. Проект БЦ с самого начала состоял из двух частей: реконструкция «холодильника», по данным на начало 2020 года, должна была составить первую очередь, строительство новых офисных корпусов – вторую. 
Офисный центр “Beetle”. Контуры участка
© Проектное бюро «Крупный План»
Здание начала XX века
«Холодильник» – крупный параллелепипед с основанием 40 х 45 м, с оформленным фронтонами повышением по центральной оси, – был почти полностью лишен окон, поскольку они нарушают термоизоляцию, необходимую для равномерного охлаждения, которое здесь осуществлялось через циркуляцию воздуха между этажами. Естественным светом была освещена только лестница главного входа под башенкой на западном фасаде, но все здание было декорировано в духе «промышленного романтизма»: имитациями окон с объемными сандриками, балясинами, консолями, – все вместе визуально разделяло объем на элементы, организованные в симметричную композицию, и успешно боролось с инертностью формы.

Впоследствии лестничный витраж  был заложен и пробито несколько неряшливых окон поверх декора. Кирпичные фасады прямо поверх кладки покрыли желтой теплоизоляционной пеной, издали похожей на лишайник. 
Здание «холодильника» на момент начала проектирования. Офисный центр “Beetle”. Фотофиксация. Северный фасад
© Проектное бюро «Крупный План»

По сведениям Архнадзора, здание в Жуковом проезде построило акционерное общество «Астраханский холодильник». Строительство, вероятно, было начато в 1915–1916 годах, когда общество купило участок, но закончено уже после революции.
 
Между тем промышленный холодильник в Павелецкой промзоне был не один: отчасти архитектура кирпичного здания перекликается с другим кирпичным ангаром, расположенным в 400 метрах к западу по адресу Дубининская улица, 41с4 (автор заявления для постановки его на охрану Александр Фролов датировал этот, соседний, холодильник, 1905–1912 годами и даже с некоторой вероятностью атрибутировал его как работу мастера северного модерна Федора Федоровича фон Постельса; о проекте с его сохранением см. здесь). 
 
Реконструкция: версия 1
Первая из предложенных архитекторами «Крупного плана» версий реконструкции была самой деликатной по отношению к постройке начала XX века, которая, согласно проекту, должна была радикально сменить свою функцию. Так как холодильному ангару окна вредны, а офисам, напротив, совершенно необходимы, архитекторы предложили проделать в стенах широкие проемы, но прикрыть их полосатыми керамическими сетками. Издали объем выглядел бы цельным и сохранял подобие себя прежнего, монументального. Все детали, а здесь они светлые на кирпичным фоне, предполагалось вычинить и восстановить, а ряды вертикальных нишек превратить в настоящие окна. 
Офисный центр “Beetle”. 1 этап, 1 очередь
© Проектное бюро «Крупный План»
Офисный центр “Beetle”. 1 этап, 1 очередь
© Проектное бюро «Крупный План»

В расширенном подвальном ярусе поместилась парковка, а невысокие объемы общественных пространств, заменившие собой поздние пристройки советской фабрики мороженого, авторы решили подчеркнуто брутально: с черными фасадами и выступами круглых «труб». 
  • zooming
    1 / 12
    Офисный центр “Beetle”. 1 этап, 1 очередь
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    2 / 12
    Офисный центр “Beetle”. 1 этап, 1 очередь
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    3 / 12
    Офисный центр “Beetle”. 1 этап, 1 очередь. План на отм. 0.000
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    4 / 12
    Офисный центр “Beetle”. 1 этап, 1 очередь. План на отм. +3.900
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    5 / 12
    Офисный центр “Beetle”. 2 этап. Разрез 2-2
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    6 / 12
    Офисный центр “Beetle”. 2 этап. Разрез 1-1
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    7 / 12
    Офисный центр “Beetle”. 2 этап. План площадки для размещения оборудования на отм. +19.650 (0.000=124,09)
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    8 / 12
    Офисный центр “Beetle”. 2 этап. План 4 этажа на отм. +10.200 (0.000=124,09)
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    9 / 12
    Офисный центр “Beetle”. 2 этап. План 3 этажа на отм. +7.050 (0.000=124,09)
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    10 / 12
    Офисный центр “Beetle”. 2 этап. План 2 этажа на отм. +3.900 (0.000=124,09)
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    11 / 12
    Офисный центр “Beetle”. 2 этап. План 1 этажа на отм. 0.000 (0.000=124,09)
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    12 / 12
    Офисный центр “Beetle”. 2 этап. План -1 этажа на отм. -3.800 (0.000=124,09)
    © Проектное бюро «Крупный План»
 
 
Новые корпуса: 1 вариант, 2 очередь
Новые офисные корпуса БЦ Beetle планировалось расположить в узкой восточной части, вдоль проезда, к востоку от «холодильника». Реконструкция должна была составить 1 очередь, новое строительство – 2 очередь проекта. На новые корпуса заказчик провел в 2019 году закрытый конкурс, в котором участвовали DNK ag, АБ «Остоженка» и еще несколько бюро. Концепция «Крупного плана» выиграла конкурс и впоследствии сохранила свою образность на всех стадиях, пока бюро участвовало в проекте. 
  • zooming
    1 / 3
    Офисный центр “Beetle”. 1 этап, 2 очередь. Конкурсный проект, макет
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    2 / 3
    Офисный центр “Beetle”. 1 этап, 2 очередь. Конкурсный проект, макет
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    3 / 3
    Офисный центр “Beetle”. 1 этап, 2 очередь. Конкурсный проект, макет
    © Проектное бюро «Крупный План»

Итак. Обтекаемые угольно-черные объемы составлены из гибких поэтажных лент, отступающих в глубину вверху и внизу: в первом случае освобождается место для террас, плавно повышающихся к эксплуатируемой кровле, во втором – для тротуаров и прилегающего благоустройства, причем местами, в створе поперечной пешеходной улицы-сквера, консоли были поддержаны тонкими черными металлическими колоннами. А отступы террас деликатно скрадывали высоту: издали верхние этажи не отличаются от остальных, а вблизи их не видно и высота улицы кажется меньшей, чем есть на самом деле. 
Офисный центр “Beetle”. 3 этап, 2 очередь
© Проектное бюро «Крупный План»

Как и полагается в офисных зданиях, стекла много, хотя несмотря на скругленные контуры объемов моллирования не предполагалось и ломаный контур стеклянных этажей напоминал некий транспортер, поворачивающий на углах в рамках направляющих. Распределение стекла на фасадах зависит от инсоляции – в северных частях, где света меньше, витражей больше.
Офисный центр “Beetle”. 5 этап. Схемы инсоляции
© Проектное бюро «Крупный План»

Межэтажные ленты из черного металла, редкие вертикали – из темной керамики, уложенной внахлест и похожей на средневековую чернолощеную черепицу. Все вместе работает на впечатление отчасти «геологическое», поскольку ленты этажей выступают и отступают наподобие какой-то сланцевой породы, и, с другой стороны, промышленное, что считывается как логичная контекстуальная отсылка в истории места. В общем-то здания выглядят как механизм, какой-то конвейерный узел, но при этом блестят, как на солнце, так и внутренней подсветкой – так что это, определенно, какой-то постиндустриальный конвейер, не лишенный гламура в сочетании с толикой актуальной брутальности. Ощущение поддержано зимними визуализациями – впрочем, по словам архитекторов, сезон был выбран заказчиком: «потому что у нас 2/3 года зима». 
Офисный центр “Beetle”. 3 этап. Визуализация со стороны Жукова проезда
© Проектное бюро «Крупный План»

К гибким контурам объемов авторы пришли отчасти из-за особенностей участка, – рассказывает Сергей Никешкин. На территории расположено два круглых колодца глубокой канализации, диаметром около 6 м. Перенести их на другое место невозможно, колодцы пришлось обходить, так возникла идея ступенчатого консольного отступа. Над колодцами архитекторы задумывали круглые фонтаны с тонким слоем рециркулируемой воды.
 
Здесь обходы колодцев показаны на примере последнего, пятого варианта проекта, где новые корпуса заняли весь участок, но морфология зданий наследует принципы 1 варианта 2 очереди: 
zooming
Схема формообразования. Офисный центр “Beetle”. 5 этап (в котором новые корпуса занимают весь участок). Северный фасад
© Проектное бюро «Крупный План»

Черно-стеклянные, обтекаемо-граненые, издали несколько «пузатые» корпуса, помимо очевидной «промышленной» образности, могут также показаться интерпретацией романтического и в то же время контекстуального названия Beetle / Жук. Стекла на поворотах – как прозрачные крылья, черные обрамления как хитиновые закрылки, а вечернее свечение напоминает о светлячках. Сравнение, конечно, не буквальное, но сходство уловить можно. Как будто гигантский металлический жук-трансформер приземлился рядом со старым кирпичным ангаром. Соседство было обыграно как контраст старого и нового: холодильник вдвое меньше по высоте, кирпичный, угловатый, детали белые – новые офисные корпуса высокие (49 м), черные, стеклянные, обтекаемые. 
  • zooming
    1 / 10
    Офисный центр “Beetle”. 3 этап. Северный фасад
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    2 / 10
    Офисный центр “Beetle”. 3 этап, 2 очередь. Входная группа
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    3 / 10
    Офисный центр “Beetle”. 3 этап. Паркинг
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    4 / 10
    Офисный центр “Beetle”. 3 этап. План 1 этажа на отм. 0,000
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    5 / 10
    Офисный центр “Beetle”. 3 этап. План 5 этажа на отм. +15,000
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    6 / 10
    Офисный центр “Beetle”. 3 этап. План 12 этажа на отм. +40,500
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    7 / 10
    Офисный центр “Beetle”. 3 этап. План 13 этажа на отм. +43,800
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    8 / 10
    Офисный центр “Beetle”. 3 этап. План кровли
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    9 / 10
    Офисный центр “Beetle”. 3 этап. Разрез 1-1
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    10 / 10
    Офисный центр “Beetle”. 3 этап. Узлы
    © Проектное бюро «Крупный План»
  
  
Реконструкция: 2 вариант
Во втором варианте реконструкции холодильник «почернел» в деталях и подрос – то и другое по просьбе заказчика, первое ради перекличек с современными корпусами, второе ради площадей, добавленных в верхнем этаже стеклянной мансардой. Не были приняты и предложенные архитекторами для маскировки окон решетки: окна стали просто-окнами. Но здание, хоть и утратившее значительную часть сходства с историческим, проявившее свою новую функцию, в феврале 2020 года все еще предполагалось сохранить.
  • zooming
    1 / 8
    Офисный центр “Beetle”. 2 этап. Визуализация северного фасада
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    2 / 8
    Офисный центр “Beetle”. 2 этап. Визуализация южного фасада
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    3 / 8
    Офисный центр “Beetle”. 2 этап. Визуализация восточного фасада
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    4 / 8
    Офисный центр “Beetle”. 2 этап. Визуализация западного фасада
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    5 / 8
    Офисный центр “Beetle”. 2 этап. Южный фасад
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    6 / 8
    Офисный центр “Beetle”. 2 этап. Западный фасад
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    7 / 8
    Офисный центр “Beetle”. 2 этап. Северный фасад
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    8 / 8
    Офисный центр “Beetle”. 2 этап. Схема генплана
    © Проектное бюро «Крупный План»
 
  
Последняя версия
В первой половине 2020 года заказчик попросил АБ «Крупный план» предложить вариант без сохранения: новые корпуса с уже заданной морфологией распространились на весь участок. 
  • zooming
    1 / 7
    Офисный центр “Beetle”. 1 этап
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    2 / 7
    Офисный центр “Beetle”. 5 этап
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    3 / 7
    Офисный центр “Beetle”. 5 этап
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    4 / 7
    Офисный центр “Beetle”. 5 этап. План 6 этажа корпус 1
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    5 / 7
    Офисный центр “Beetle”. 5 этап
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    6 / 7
    Офисный центр “Beetle”. 5 этап.
    © Проектное бюро «Крупный План»
  • zooming
    7 / 7
    Офисный центр “Beetle”. 5 этап. Схема пешеходного движения
    © Проектное бюро «Крупный План»

 
На этом участие архитекторов «Крупного плана» в проекте закончилось, затем появилось две совершенно других концепции уже под названием не Beetle, а Taller. Один проект, анонсированный летом 2020, называется Taller loft и позиционируется уже как ЖК, точнее как мультифункциональный комплекс, объединяющий жилье и офисы. Авторов проекта на его официальном сайте нам не назвали, сославшись на то, что «проект Taller Loft ещё не в продаже». Новый проект появился, судя по всему, летом, а снос «холодильника» начался в октябре: 07.10 ДКН отказал зданию в охранном статусе, 16.10 появилась статья Архнадзора, через неделю – несколько статей противоположной направленности (вотвот и вот). Второй проект, судя по всему появившийся недавно и представленный сейчас на сайте девелопера – в виде двух офисных призм, сочетающих кирпичные вертикали с преобладающим стеклом; от «холодильника» в нем – башня перед западным фасадом, сложно сказать, сохраненная или (что вероятнее) реконструированная. 

***

Надо сказать, что трансформации проекта Beetle вписываются во многие  современные тенденции, даже могут быть поняты как некий эталон поэтапного развития: сначала максимальное сохранение, потом компромиссное сохранение, потом современное строительство, потом новый проект, совмещенный с жильем. История в некотором роде даже повторяет, в миниатюре, историю освоения Павелецкой промзоны: некоторое время назад она была территорией новых офисов и редевелопментов старых заводов. Сюда водили на экскурсии в первые орденоносные примеры реконструкций фабрик с сохранением старых кирпичных корпусов. За последние годы преобладающая типология новых проектов сменилась на жилую, а масштаб – на огромный. К югу от южной границы БЦ Beetle, на территории, когда-то принадлежавшей немецкой химической фабрике «Фарбверке», компания ПИК проектирует высотный жилой комплекс, а в трехстах метрах к северу, на Летниковской улице тоже начато строительство крупного ЖК для МРК Пионер. История проектирования БЦ Beetle: от «лофтового» редевелопмента с сохранением исторического здания к новой застройке с некоей долей (мы не знаем какой) типологии жилья в целом похожа на тенденции, свойственные всей промзоне в целом. 

Надо сказать, что «холодильникам» не очень везет в плане реконструкции, вероятно, потому, что это не простые цеха, а здания без окон, требующие достаточно серьезного вмешательства для смены функции. Необходимость пробивки стен сама по себе радикально их трансформирует, а значит, ставит под вопрос и необходимость сохранения: с памятниками ведь как – либо сохраняем все, либо не даем статуса памятника. Тем не менее сам по себе опыт проектирования, включающий попытку сохранить не только части стен и объем, но и, особенно в первом варианте, образ здания начала XX века вызывает интерес и уважение. Но очевидно, что задача была сложной, в том числе и в отношении к рынку. Поэтому, наверное, неудивительно, что Beetle не прижился в Жуковом проезде.
Проект:
Офисный центр “Beetle”
Россия, Москва, Жуков проезд, д.8

Авторский коллектив:
Никешкин С., Железко Е., Кузнецов К., Лоцман Т, Хоролец А., Рамонова В. 

2019

Заказчик – девелоперская компания Coldy

30 Апреля 2021

KPLN («Крупный план»): другие проекты
Веретено и нить
Концепцию жилого комплекса «Вэйвер» в Екатеринбурге питает прошлое Паркового района: чтобы сохранить память о льнопрядильной фабрике конца XIX века, бюро KPLN (Крупный план) обращается к теме текстиля и ткацкого ремесла. Главным выразительным приемом стали ленты из перфорированной атмосферостойкой стали – в российских жилых проектах материал в таких объемах, пожалуй, еще не использовался.
Нейронка архитектора
Кто только не говорит об искусственном интеллекте. Наконец-то он вошел в нашу жизнь, и уже год, или два как архбюро используют возможности ИИ. Иначе отстанешь. И обсуждают его, обсуждают. Публикуем небольшой отчет от круглом столе, посвященном ИИ. Он был организован на фестивале Зодчество архитекторами KPLN.
На династической тропе
Дома и таунхаусы комплекса «Царская тропа» строятся в поселке Гаспра – с запада и востока от дворцов бывшей великокняжеской резиденции «Ай-Тодор». Так что одной из главных задач разработавших проект архитекторов бюро KPLN было соответствовать значимому соседству. Как это отразилось на объемном построении, как на фасадах и каким образом авторы используют рельеф – читайте в нашей статье.
Лаконичный образ времени
Жилой комплекс «Тайм Сквер», построенный на северном краю Петербурга, на вид лаконичнее и эффективнее, нежели его сосед и предшественник, ЖК New time. Тем не менее, рука архитектора очень даже чувствуется: темы «черного и белого», «внутри и снаружи», а, главное, «съедающей» массу пластинчатости фасадов – разыграны как по нотам. Тут вспоминаешь и классический модернизм, и так называемый «постконструктивизм».
Теплый черно-белый
Вторую очередь «31 квартала», построенную в подмосковном Пушкино по проекту бюро KPLN, отличает многогранный характер. На первый план выходят геометрия и монохромная гамма, но при более внимательном взгляде обнаруживается ряд «нерегулярных» деталей: градиент остекления и «раструбы» окон, иерархия фасадов, объемная кирпичная кладка и даже подражание явлениям природы. Рассказываем обо всех правилах и исключениях, которые удалось обнаружить.
Дом из весенней материи
За этим домом мы наблюдаем уже пару лет: вроде бы простой, не очень сложный, но как удачно вписался в микрорайонный контекст после развязок МСД. Здорово запоминается этот дом всем, кто хотя бы время о времени ездит по шоссе. На наш взгляд, тут Сергею Никешкину, миксуя популярные приемы и подходы архитектуры 2010-х, удалось простое, вроде бы, здание превратить в высказывание «на тему дома как такового». Разбираемся, как так вышло.
Пихтовая динамика
Холдинг «Аэропорты Регионов» планирует построить в Карачаево-Черкессии аэропорт, который должен сделать курорты Архыза и Домбая доступнее. Победивший в закрытом конкурсе проект бюро Сергея Никешкина KPLN соединяет природную образность, стартующую от формы семечки хвойного дерева, открытые пространства для ожидания, красивые крупные деревья и зеленую кровлю, приподнятую на колоннах-иголках. И природно, и WOW.
Парадокс острога
Вокруг омского аэропорта в этом году собралось немало любопытных пластических идей. Проект KPLN апеллирует к истории Омска как острога, но трансформирует мысль о крепости до почти полной неузнаваемости: «срезает» конические завершения бревен, увеличивает и переворачивает. Получается гипостиль – лес конических колонн на опорах-точках, со световыми фонарями вверху.
Змей-гора
Конкурсный проект приморского курортного комплекса «Серпентайн» объединяет несколько типологий: апартаменты разного класса, виллы и гостиничные номера. Для каждой бюро KPLN использует один из образов, взятых у природного окружения – серпантин, горный ручей и морские волны.
Тихое обаяние роскоши
В Москве интенсивно развивается не только высотное строительство, но и типология клубных домов: в каждом новые сюжеты и решения. Вот и «Обыденский № 1», спроектированный Blank Architects в продолжение традиций остоженской «Золотой мили» – как сумма исторической и современной контекстуально-клубной архитектуры, предлагает сплав разных видов жилья, способов общения с городом и типов декора. Между тем его главная ценность – пастораль тишины и камерность в контексте новой версии «московского дворика».
Зодчество: лауреаты 2022
В пятницу в Гостином дворе вручили награды фестиваля Зодчество 2022. Хрустальный Дедал достался ЖК Veren Village архитекторов АБ «Остоженка». Татлин, премию за проект, решили не присуждать. Рассказываем, кого наградили, публикуем полный список.
Высотный конструктор
Один из проектов заказного конкурса для ЖК на севере Москвы. Архитекторы АБ «Крупный план» предложили простую стереометрическую пару 100-метровых башен, объединенных общим пластическим сюжетом, простым, построенном на лаконичном контрасте, но в то же время фактурном. Интересен и овал внутреннего двора, «вырезанный» на кровле стилобата.
Культура отдыха
В новом корпусе санатория «Клязьма», проект которого выполнило бюро «Крупный план», эстетика советского модернизма соединяется с современными представлениями об отдыхе.
Длина волны
ЖК «Тургенева 13» в Пушкино, встраиваясь в масштаб окружающей застройки, отличается от нее ритмичной строгостью парной композиции, легкой волной фасада и колористикой, в которой можно разглядеть два образа: один летний, другой зимний, – оба «прорастают» из особенностей места.
Лес и башни
Перед авторами проекта ЖК «В самом сердце Пушкино» стояла непростая задача: сохранить существующий на участке лесопарк, уместив на нем жилой комплекс достаточно высокой плотности. Так появились три башни на краю леса с развитыми общественными пространствами в стилобатах и элегантными «защипами» в венчающей части 18-этажных объемов.
Эффект диафрагмы
Для жилого комплекса в Пушкино бюро «Крупный план» придумало фасады, регулирующие поток света при помощи геометрии стены.
Город у большой воды
Концепция масштабной застройки на краю Воронежа, над водой водохранилища-«моря», использует прибрежный перепад высот для организации сложносоставного общественного пространства и уделяет много внимания силуэту и распределению масс, определяющих вид на будущий комплекс с другого берега реки.
Ключевое слово: «телеработа»
Архитекторы, профильные СМИ и вузы по всему миру реагируют на ситуацию пандемии, пытаясь обезопасить сотрудников и студентов, сохранив учебный и рабочий процесс. Говорим с руководителями нескольких московских бюро об их планах удаленной работы, а также рассказываем, как реагируют на эпидемию архитекторы мира.
АБ Крупный план: «Важно, чтобы форма не была случайной,...
Беседа с Сергеем Никешкиным и Андреем Михайловым, партнерами-сооснователями архитектурно-инжиниринговой компании «Крупный план» – о ее структуре и истории развития, принципах, поиске формы и понятии современности.
Похожие статьи
От черных дыр до борьбы с бедностью
Представлен новый проект Нобелевского центра в Стокгольме – вместо отмененного решением суда: на другом участке и из более скромных материалов. Но архитекторы прежние – бюро Дэвида Чипперфильда.
Высотные каннелюры
Небоскреб NICFC по проекту Zaha Hadid Architects для Тайбэя вдохновлен характерными для флоры Тайваня орхидеями рода фаленопсис.
Сад под защитой
Здание начальной школы и детского сада по проекту бюро Tectoniques в Коломбе, пригороде Парижа, как будто обнимает озелененную игровую площадку.
От усадьбы до квартала
В рамках конкурса бюро TIMZ.MOSCOW подготовило концепцию микрорайона «М-14» для южной части Казани. Проект на всех уровнях работает с локальной идентичностью: кварталы соразмерны земельным участкам деревянных усадеб, в архитектуре используются традиционные материалы и приемы, а концепция благоустройства основана на пяти известных легендах. Одновременно привнесены проверенные временем градостроительные решения: пешеходные оси и зеленый каркас, безбарьерная среда, разнообразные типологии жилья.
Свидетельница эпохи
Вилла Беер, памятник венского модернизма, стала музеем и образовательным центром в результате реставрации и приспособления по проекту бюро cp architecture.
Педагогическая и архитектурная гибкость
Экспериментальный проект школы для Парагвая, разработанный испанским бюро IDOM, предлагает не только ресурсоэффективную схему эксплуатации здания, но связанный с ней прогрессивный педагогический подход.
Водные оси
Zaha Hadid Architects представили проект Культурного района залива Цяньтан в Ханчжоу.
Веретено и нить
Концепцию жилого комплекса «Вэйвер» в Екатеринбурге питает прошлое Паркового района: чтобы сохранить память о льнопрядильной фабрике конца XIX века, бюро KPLN (Крупный план) обращается к теме текстиля и ткацкого ремесла. Главным выразительным приемом стали ленты из перфорированной атмосферостойкой стали – в российских жилых проектах материал в таких объемах, пожалуй, еще не использовался.
Сосредоточие комфорта
Для высококлассных отелей наличие фитнес- и спа-услуг является обязательным. Но для наиболее статусных гостиниц дизайнерское SPA&Wellness-пространство превращается в часть имиджа и даже больше – в повод выбрать именно этот отель и задержаться в нем подольше, чтобы по-настоящему отдохнуть душой и телом.
Из земли и палок
Стены детского центра «Парк де Лож» в Эври бюро HEMAA возвело из грунта, извлеченного при строительстве тоннелей метро Большого Парижа.
Жемчужина на высоте
Архитекторы MVRDV добавили в свой проект башни Inaura VIP-салон в виде жемчужины на вершине, чтобы выделить ее среди других небоскребов Дубая.
Юрты в предгорье
Отель сети Indigo у подножия Тяньшаня, в Или-Казахском автономном округе на северо-востоке Китая, вдохновлен местными культурой и природой. Авторы проекта – гонконгское бюро CCD.
Баланс асимметричных пар
Здание Госархива РФ, спроектированное и реализованное Владимиром Плоткиным и архитекторами ТПО «Резерв» в Обнинске – простое и сложное одновременно. Отчего заслуживает внимательного разбора. Оно еще раз показывает нам, насколько пластичен, актуален для современности и свеж в новых ракурсах авторского взгляда набор идей модернистской архитектуры. Исследуем паттерны суперграфики, композиционный баланс и логику. Считаем «капитанские мостики». Дочитайте до конца и узнаете, сколько мостиков и какое пространство там лучшее.
Сдержанность и тайна
Для благоустройства территории премиального ЖК Holms в Пензе архитектурное бюро «Вещь!» выбрало путь сдержанности, не лишенной выдумки: в цветниках спрятаны атмосферные светильники, прогулочную зону украшают кинетические скульптуры, а зонировать пространства помогают перголы. Все малые архитектурные формы разработаны с нуля.
Сады и змеи
Архитекторами юбилейного, 25-го летнего павильона галереи «Серпентайн» в Лондоне стали мексиканцы Исабель Абаскаль и Алессандро Арьенсо из бюро Lanza Atelier.
Плетение Сокольников
Высотное жилое строительство в промзонах стало за последние годы главной темой московской архитектуры. Башни вырастают там и тут, вопрос – какие они. Проект жилого комплекса «КОД Сокольники», сделанный архитекторами АБ «Остоженка», – вдумчивый. Авторы внимательны к истории места, связности городской ткани, силуэту и видовым характеристикам. А еще они предложили мотив с лиричным названием «шарф». Неофициально, конечно... Изучаем объемное построение и крупный декор, «вытканный», в данном случае, из террас и балконов.
Передача информации
ABD architects представил проект интерьеров нового кампуса Центрального университета в здании Центрального телеграфа на Тверской улице. В нем максимально последовательно и ярко проявились основные приемы и методы формирования современной образовательной среды.
Браслет цвета зеленки
MVRDV завершили свой пятый проект для ювелирной компании Tiffany & Co. Бутик с ребристым стеклянным фасадом фирменного цвета открылся в Пекине.
Ликвидация дефицита
В офисном комплексе Cloud 11 по проекту Snøhetta в Бангкоке на кровле подиума устроен общедоступный парк: он должен помочь ликвидировать нехватку зеленых зон в городе.
Медное зеркало
Разнотоновый блеск «неостановленной» меди, живописные полосы и отпечатки пальцев, натуральный не-архитектурный, «черновой» бетон и пропорции – при изучении здания музея ЗИЛАРТ Сергея Чобана и архитекторов СПИЧ найдется, о чем поговорить. А нам кажется, самое интересное – то, как его построение откликается на реалии самого района. Тот реализован как выставка фасадных высказываний современных архитекторов под открытым небом, но без доступа для всех во дворы кварталов. Этот, то есть музей – наоборот: снаружи подчеркнуто лаконичен, зато внутри феерически блестит, даже образует свои собственные, в любую погоду солнечные, блики.
Европейский подход
Дом-«корабль» Ренцо Пьяно на намыве в Монте-Карло его автор сравнивает в кораблем, который еще не сошел со стапелей. Недостроенным кораблем. Очень похоже, очень. Хочется даже сказать, что мы тут имеем дело с новым уровнем воплощения идеи дома-корабля: гибрид буквализма, деконструкции и высокого качества исполнения деталей. Плюс много общественного пространства, свободный проход на набережную, променад, магазины и эко-ответственность, претендующая на BREEAM Excellent.
Кинотрансформация
B.L.U.E. Architecture Studio трансформировало фрагмент исторической застройки города Янчжоу под гостиницу: ее вестибюль устроили в старом кинотеатре.
Технологии и материалы
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Палитра возможностей. Часть 2
В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.
Технадзор с дрона
В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Поглотитель CO₂
Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
​Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
​Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств
В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.
«Марсианская колония» на ВДНХ
Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.
Материал как метод
Компания ОРТОСТ-ФАСАД стоит у истоков фасадной индустрии. За 25 лет пройден путь от мокрых фасадов и первого в России НВФ со стеклофибробетоном до уникальных фасадов на подсистеме собственного производства, где выносы СФБ элементов превышают три метра. Разбираемся, какие технологические решения позволяют СФБ конкурировать с традиционными системами и почему выбор единого подрядчика – наилучший вариант для реализации фасадов со сложной архитектурой.
Десять новых кирпичей ModFormat
Удлиненные кирпичи с терракотовыми оттенками и новая коллекция самых узких в России кирпичей – теперь в арсенале архитекторов. О серийном производстве сложных фактур и разработке новых рассказывает исполнительный директор компании КИРИЛЛ Дмитрий Самылин.
Архитектура тишины
Создание акустического комфорта в школе – комплексная задача, выходящая за рамки простого соблюдения норм. Это проектирование самой образовательной среды, где качество звука напрямую влияет на здоровье, концентрацию и успеваемость. Разбираем, как интегрировать эффективные звукоизоляционные и звукопоглощающие решения в конструкции здания, обеспечивая соответствие СП 51.13330.2011.
Моллирование 2.0
Технология моллирования вышла на новый уровень: больше не нужно выбирать между свободой формы и прочностью закалённого стекла. АО «РСК» разработало метод гравитационного моллирования с последующим химическим упрочнением, которое снимает ключевые технические ограничения.
PRO Тепло: утеплитель, который не стареет
Долговечная и пожаробезопасная альтернатива волокнистым и полимерным утеплителям – каменный утеплитель «PRO Тепло» (D200) торговой марки «ГРАС» – легкий газобетонный блок, который создает вокруг здания прочную и долговечную теплозащитную оболочку. Разбираемся в технологии.
Безуглеродный концепт
MVRDV NEXT – исследовательское подразделение бюро – запустило бесплатный онлайн-сервис CarbonSpace для оценки углеродного следа архитектурных проектов.
Сейчас на главной
Потенциальные примечательности. Обзор проектов 16–22...
Если в стране отмечается снижение темпов строительства, то в Москве все сохраняется на прежнем, парадоксально бодром уровне. Во всяком случае, темпы презентации новых масштабных и удивительных проектов не замедляются. Какие из них будут реализованы и в каком виде, сказать невозможно, но можно удивиться фантазии и амбициям их авторов и заказчиков.
Рейтинг нижегородской архитектуры: шорт-лист
В середине марта в Нижнем Новгороде объявят победителя – или победителей – шестнадцатого архитектурного рейтинга. И разрежут торт в форме победившего здания. Сейчас, пока еще идет работа профессионального жюри, мы публикуем все проекты шорт-листа. Их шестнадцать.
Сносить нельзя, надстроить
Молодое бюро из Мюнхена CURA Architekten реконструировало в швейцарском Давосе устаревший школьный корпус 1960-х, добавив этаж и экологичные деревянные фасады.
Визуальная чистота
Как повысить популярность медицинской клиники? Квалификацией врачей? Качеством услуг? Любезностью персонала? Да, конечно, именно эти факторы имеют решающее значение, но не только они. Исследования показали, что дизайн имеет огромное значение, особенно если поставить перед собой задачу создать психологически комфортное, снижающее неизбежный стресс пространство, как это сделало бюро MA PROJECT в интерьере офтальмологической клиники Доктора Самойленко.
Кирпичная вуаль
В проекте клубного дома в Харитоньевском переулке бюро WALL повторили то, что обычно получается при 3D-печати полимерами – в кирпиче: сложную складчатую форму, у которой нет ни одного прямого угла. Кирпич превращается в монументальное «покрывало» с эффектом театрального занавеса. Непонятно, как он на это способен, но в том и состоит интрига и драматургия проекта.
Иглы созерцания горизонта
«Дом Горизонтов», спроектированный Kleinewelt Architekten в Крылатском, хорошо продуман на стереометрическом уровне начиная от логики стыковки объемов – и, наоборот, выстраивания разрывов между ними и заканчивая треугольными балконами, которые создают красивый «ершистый» образ здания.
Отель у озера
На въезде в Екатеринбург со стороны аэропорта Кольцово бюро ARCHINFORM спроектировало вторую очередь гостиницы «Рамада». Здание, объединяющее отель и аквакомплекс, решено единым волнообразным силуэтом. Пластика формы «реагирует» на содержание функционального сценария, изгибами и складками подчеркивая особенности планировки.
Земля как материал будущего
Публикуем итоги открытого архитектурного конкурса «Землебитный павильон». Площадка для реализации – Гатчина. Именно здесь сохранился Приоратский дворец – пожалуй, единственное крупное землебитное сооружение в России. От участников требовалось спроектировать в дворцовом парке современный павильон из того же материала.
Сокровища Медной горы
Жилой комплекс, предложенный Бюро Ви для участка на улице Зорге, отличает необычное решение генплана: два корпуса высотой в 30 и 15 этажей располагаются параллельно друг другу, формируя защищенную от внешнего шума внутреннюю улицу. «Срезы» по углам зданий позволяют добиться на уровне пешехода сомасштабной среды, а также создают выразительные акценты: нависающие над улицей ступенчатые объемы напоминают пещеру, в недрах которой прячутся залежи малахита и горного хрусталя.
Рога и море, цветы и русский стиль
Изучение новых проектов, анонсированных – как водится, преимущественно в Москве, дает любопытный результат. Сумма примерно такая: если башня, в ней должно быть хотя бы что-то, но изогнуто или притворяться таковым. Самой популярной, впрочем, не вчера, стала форма цветка, этакого гиацинта, расширяющегося снизу вверх. Свои приоритеты есть и у клубных домов: после нескольких счастливых лет белокаменного лаконизма среднеэтажная, но очень дорогая типология погрузилась в пучину русского стиля.
От черных дыр до борьбы с бедностью
Представлен новый проект Нобелевского центра в Стокгольме – вместо отмененного решением суда: на другом участке и из более скромных материалов. Но архитекторы прежние – бюро Дэвида Чипперфильда.
Первобытная мощь, или назад в будущее
Говорящее название ресторана «Реликт» вдохновило архитекторов бюро LEFT design на создание необычного интерьера – брутального и немного фантазийного. Представив, как выглядел бы мир спустя годы после исчезновения человечества, они соединили природную эстетику и постапокалиптический дизайн в харизматичный ансамбль.
Священная роща
Петербургский Градостроительный совет во второй раз рассмотрел проект реконструкции крематория. Бюро «Сириус» пошло на компромисс и выбрало другой подход: два главных фасада и торжественная пешеходная ось сохраняются в параметрах, близких к оригинальным, а необходимое расширение технологии происходит в скрытой от посетителей западной части здания. Эксперты сошлись во мнении, что теперь проект можно поддержать, но попросили сберечь сосновую рощу.
Конный строй
На территории ВДНХ открылся крытый конноспортивный манеж по проекту мастерской «Проспект» – современное дополнение к историческим павильонам «Коневодство».
Высотные каннелюры
Небоскреб NICFC по проекту Zaha Hadid Architects для Тайбэя вдохновлен характерными для флоры Тайваня орхидеями рода фаленопсис.
Хартия Введенского
В Петербурге открылся музей ОБЭРИУ: в квартире семьи Александра Ввведенского на Съезжинской улице, где ни разу не проводился капитальный ремонт. Кураторы, которые все еще ищут формат для музея, пригласили поработать с пространством Сергея Мишина. Он выбрал путь строгой консервации и создал «лирическую руину», самодостаточность которой, возможно, снимает вопрос о необходимости какой-либо экспозиции. Рассказываем о трещинках, пятнах и рисунках, которые помнят поэтов-абсурдистов, почти не оставивших материального наследия.
В ритме Бали
Проектируя балийский отель в районе Бингина, на участке с тиковой рощей и пятиметровыми перепадами, архитекторы Lyvin Properties сохранили и деревья, и природный рельеф. Местные материалы, спокойные и плавные линии, нивелирование границ между домом и садом настраивают на созерцательный отдых и полное погружение в окружающий ландшафт.
Манифест натуральности
Студия Maria-Art создавала интерьер мультибрендового магазина PlePle в Тюмени, отталкиваясь от ассоциаций с итальянской природой и итальянским же чувством красоты: с преобладанием натуральных материалов, особым отношением к естественному свету, сочетанием контрастных фактур и взаимодополняющих оттенков.
Сад под защитой
Здание начальной школы и детского сада по проекту бюро Tectoniques в Коломбе, пригороде Парижа, как будто обнимает озелененную игровую площадку.
Маленький домик, русская печка
DO buro разработало линейку модульных домов, переосмысляя образ традиционной избы без помощи наличников или резных палисадов. Главным акцентом стала печь, а основой модуля – мокрый блок, вокруг которого можно «набирать» помещения, варьируя площадь дома.
От усадьбы до квартала
В рамках конкурса бюро TIMZ.MOSCOW подготовило концепцию микрорайона «М-14» для южной части Казани. Проект на всех уровнях работает с локальной идентичностью: кварталы соразмерны земельным участкам деревянных усадеб, в архитектуре используются традиционные материалы и приемы, а концепция благоустройства основана на пяти известных легендах. Одновременно привнесены проверенные временем градостроительные решения: пешеходные оси и зеленый каркас, безбарьерная среда, разнообразные типологии жилья.
Софт дизайн
Студия «Завод 11» разработала интерьер небольшого бабл-кафе Milu в Новосибирске, соединив новосибирский конструктивизм, стилистику азиатской поп-культуры, смелую колористику и арт-объекты. Получилось очень необычное, но очень доброжелательное пространство для молодежи и не только.
Свидетельница эпохи
Вилла Беер, памятник венского модернизма, стала музеем и образовательным центром в результате реставрации и приспособления по проекту бюро cp architecture.
Обзор проектов 1-6 февраля
Публикуем краткий обзор проектов, появившихся в информационном поле на этой неделе. В нашей подборке: здание-луна, дома-бочки и небоскреб-игла.
Красная нить
Проект линейного парка, подготовленный мастерской Алексея Ильина для благоустройства берега реки в одном из жилых районов, стремится соединить человека и природу. Два уровня набережной помогают погрузиться в созерцание ландшафта и одновременно защищают его от антропогенной нагрузки. «Воздушная улица» соединяет функциональные зоны и противоположные берега, а также создает новые точки притяжения: балконы, мосты и даже «грот».
Водные оси
Zaha Hadid Architects представили проект Культурного района залива Цяньтан в Ханчжоу.
Педагогическая и архитектурная гибкость
Экспериментальный проект школы для Парагвая, разработанный испанским бюро IDOM, предлагает не только ресурсоэффективную схему эксплуатации здания, но связанный с ней прогрессивный педагогический подход.