Социальность дизайна

На Московской архитектурной биеннале Архи.ру побеседовал с директором норвежского фонда Norsk Form Андреасом Берманом и главой его архитектурного отдела Хеге Эриксон о выставке Nordic ID, скандинавском дизайне и государственной политике в области архитектуры и дизайна.

author pht

Беседовала:
Нина Фролова

01 Июня 2012
mainImg
Norsk Form — это общественный фонд, созданный Министерством культуры Норвегии для улучшения качества жизни средствами дизайна и архитектуры. Он выступает инициатором и участником разнообразных проектов, занимается образовательной деятельностью, проводит выставки и конкурсы.
Андреас Берман (Andreas Vaa Bermann) — архитектор и урбанист, до руководства Norsk Form он возглавлял Ассоциацию архитекторов Осло, занимался архитектурной практикой.
Хеге Эриксон (Hege Maria Eriksson) — архитектор (в частности, ее бюро LY arkitekter сопровождало норвежский проект Стивена Холла Центр Кнута Гамсуна), архитектурный критик и специалист по наследию, а также менеджер 5-й Архитектурной триеннале в Осло (2013).
zooming
«Снохетта». Фойе Национального оперного театра в Осло. Фото Нины Фроловой
Хеге Эриксон и Андреас Берман. Фото Ole Jakob Skåtun/Ambassaden

Архи.ру: В рамках московской биеннале показана выставка Nordic ID — «северная идентичность». Не кажется ли вам это упрощением: ведь у каждой страны есть своя национальная идентичность?

Хеге Эриксон: Стоит обратиться в прошлое и взглянуть на географию. Северные страны, особенно Скандинавия, расположены на окраине Европы, мало заселены, там были большие пространства нетронутой природной среды (от которых не так много сейчас осталось). А в современный период социал-демократия стала частью общих традиций региона.

Андреас Берман: Я бы также подчеркнул аспект социальной осведомленности [т. е. осознания человеком своего места в обществе, социальной ответственности и т. д. — прим. ред.] как фундаментального основания дизайна и архитектуры в скандинавских странах. Я не согласен с вами: это не национальная, а действительно региональная черта. Скандинавский дизайн, скандинавская архитектура, показанная на этой выставке, отражают идентичность, общую для Норвегии, Швеции, Дании, Финляндии и Исландии, в меньшей степени — Эстонии, так как это больше Балтика, чем Скандинавия, и здесь есть разница.

Х.Э.: Однако всегда были и различия. В Дании и Швеции была значительная прослойка аристократии, в Норвегии — почти нет, там крестьяне были самостоятельны. Сейчас Норвегия богата нефтью, а Швеция и Дания должны полагаться на другие отрасли промышленности и торговлю. Эти экономические особенности отражаются и в архитектуре, в норвежском разделе этой выставки. Сейчас в нашей стране бум строительства дорогих загородных домов. Более половины населения владеет вторым домом — раньше это были маленькие коттеджи, почти хижины, но теперь стандарты растут, и такие постройки стали даже богаче городских жилищ. И представленные здесь проекты показывают реакцию архитекторов на эту проблему: ведь всю страну можно в итоге плотно застроить такими домами. Эта реакция — обращение к идеалу скромной жизни, к прошлому — простым деревянным постройкам, связанным с ландшафтом.
zooming
Хеге Эриксон и Андреас Берман. Фото Ole Jakob Skåtun/Ambassaden

А.Б.: Выставка Nordic ID интересна тем, что пяти кураторам дали одинаковую задачу, и, хотя они решили ее по-разному, их ответ — один и тот же: социальная осведомленность и скромность, а также выразительная архитектура. Финский куратор [архитектор Туомас Тойвонен] показал пять построек пяти разных архитекторов, которые впервые за историю страны выросли в международную эпоху. Поэтому на их архитектуру, в отличие от поколения их родителей, сильно повлияли международные тенденции, хотя социальная осведомленность осталась. В норвежском разделе то же самое, он демонстрирует реакцию на благоприятную экономическую ситуацию: это небольшие, тихие проекты — в них есть роскошь, но это «скромная роскошь» [заголовок раздела]. В Швеции социальная осведомленность — главная тема. Датские проекты — ответ на преобладание коммерческой архитектуры. Интересно сравнить все это другими выставками, размещенными здесь же [2-й этаж ЦДХ] — «Историзм» и «Сложность», где можно увидеть совершенно другие типы и цели архитектуры.

Архи.ру: То есть вся скандинавская архитектура разместится в разделе «Простота»?

Х.Э.: Не вся, конечно. Большинство строящихся зданий — это «архитектура роста», демографического и экономического. Она менее качественная, менее экологичная. В настоящей скандинавской архитектуре «устойчивость» полностью интегрирована в проект. Конечно, более просторные современные дома менее ресурсоэффективны, это проблема, но зато мы достигли многого в сфере экономии энергии и строительстве с нулевым выбросом СО2. Такие сооружения определены ландшафтом и климатом, они отвечают той ситуации, в которой находятся.
zooming
Jensen & Skodvin. Центр дизайна и архитектуры DogA в Осло - штаб-квартира Norsk Form. Фото Нины Фроловой

Архи.ру: Вы говорите о связи с ландшафтом, экологичности как органичном свойстве архитектуры — это качества, определявшие скандинавский дизайн в середине 20 в., когда возникло само это понятие. Остался ли он неизменным — со вниманием к материалу, использованием естественного освещения, простотой и элегантностью форм?

А.Б.: Да, это так. В Осло только что прошел семинар по скандинавской идентичности, где мы обсуждали, что такое скандинавский дизайн сегодня и можем ли мы до сих пор его так называть. Есть нечто общее в идентичности скандинавского образца: дизайнеры учатся тщательной работе с материалом, обращают внимание на северный свет, природу. Они не учатся «скандинавскому дизайну», они учатся проектировать «по-скандинавски». Учебника для этого нет.
Сами Ринтала. Дендрарий Йёвикского центра помощи подросткам © Pasi Aalto

Х.Э.: Они не копируют, это не проблема стиля, это образ мышления…

А.Б.: ...и метод работы…

Х.Э.: ...и метод работы, контекстуальность подхода. Например, архитекторы TYIN tegnestue, чья постройка есть на выставке, начинали с проектов для бездомных детей в Таиланде: с использованием очень простых и дешевых местных материалов, вторсырья, с учетом жаркого климата — для совсем иной ситуации, чем на родине, но с тем же подходом. Осознание архитектором того, как его проекты могут увеличить «устойчивость» общества, улучшить образ жизни, лежит в основе скандинавского метода.
zooming
TYIN tegnestue. Библиотека приюта Safe Haven в Таиланде © Pasi Aalto

Архи.ру: Скандинавский дизайн все-таки меняется?

Х.Э.: Да, он меняется, в том числе и благодаря компьютерным технологиям, позволяющим работать по-новому. Есть настоящая инновация и обновление архитектурного мышления. Например, «Снохетта» использует новые технологические методы, много экспериментирует. Мы до сих пор много работаем с деревом, возможно, это главный для нас материал, и сейчас происходит его возрождение в контексте «устойчивой» архитектуры, но используется оно уже совершенно по-новому. Дереву придаются сложные формы, как, например, в оперном театре в Осло, или используется массив дерева. Это позволяет уберечь объекты от пожаров, не прибегая к химической обработке построек. Массив дерева очень долго тлеет, поэтому нет опасности быстрого возгорания и распространения огня. Все эти новшества, наряду с большим запасом этого материала, позволяют постепенно улучшать жизнь в малых городах Норвегии, где очень много построек из дерева.
zooming
TYIN tegnestue. Библиотека приюта Safe Haven в Таиланде © Pasi Aalto

Архи.ру: Как вы видите на нашей биеннале, классицизм занял здесь видное место. А как обстоят дела в Норвегии? Строят ли люди при случае себе дома «с колоннами»?

Х.Э.: Люди сейчас предпочитают модернизм, такой обновленный вариант функционализма. А для загородных, «вторых» домов наиболее типичная идея — старый норвежский бревенчатый дом. Они хотят вернуться к корням, а традиции пышности в Норвегии просто нет.
zooming
«Снохетта». Зал Национального оперного театра в Осло. Фото Нины Фроловой

Архи.ру: В Норвегии много делается для популяризации архитектуры. Работает Norsk Form, проводятся дни архитектуры, триеннале, выставки, существует большой архитектурный раздел в Национальном музее. Такая политика — это ответ на запрос общества или стратегия по воспитанию вкуса публики, ее интереса к архитектуре и дизайну?
«Снохетта». Фойе Национального оперного театра в Осло. Фото Нины Фроловой

А.Б.: Norsk Form существует уже 20 лет. Деятельность фонда основана на идее того, что государство и общественные институты должны объяснять людям важность роли архитектуры и дизайна в жизни. Необходимо улучшать вкус и способность к оценке качества. Но мы не проповедуем хороший вкус, мы проповедуем важность выбора между хорошим и плохим, по мнению каждого конкретного человека, вкусом. Люди должны понимать, на чем основывается их выбор.
Есть несколько вариантов стратегии, например, показывать лучшие образцы архитектуры и дизайна. Один из наших главных проектов — «Дизайн без границ». Мы создаем совместные проекты в странах третьего мира, где дизайн становится инструментом их развития. Публику больше всего интересует дизайн изделий, но это не так важно, важнее показать им, как методы и методология проектирования может быть частью процесса развития. В сфере архитектуры мы участвуем во многих проектах, особенно градостроительных — связанных с архитектурой и дизайном. Мы устраиваем общественные дискуссии, чтобы планировщики, муниципальные служащие, политики и даже дети лучше понимали, как создается окружающая их городская среда.

Х.Э.: С целью улучшения среды в 2009 году норвежское правительство приняло государственную архитектурную политику, задействующую 13 министерств, т. е. оно признало, что архитектура «работает» во всех общественных сферах — транспорта, культуры, здравоохранения, торговли. Эта политика определила работу правительства в этой области и уже повлияла на архитектуру как дисциплину.
zooming
«Тверрфьелльхютта» – павильон Центра диких северных оленей © Ketil Jacobsen

А.Б.: Одна из целей работы Norsk Form — включение людей в процесс планирования, обсуждения проектов застроенной среды. Люди лучше понимают, о чем идет речь, участвуют в дебатах, и в результате повышается качество проектов и качество жизни всего населения — что и является для Norsk Form главной задачей. Сейчас в Норвегии разрабатывают государственную политику по дизайну, чтобы использовать его как инструмент для обновления общества. Он часть всего экономического процесса — от производства до продажи товара. С его помощью определяют, какие туристические образы и объекты должны представлять страну, а какие — нет. Вот, например, матрешка — это единственный символ России или можно рассмотреть и иные образы? Также есть иной, крайне важный тип «дизайн-политики»: универсальный дизайн, позволяющий каждому равно пользоваться всеми элементами среды. Он включает в себя все — от стула и санузла до дома, вокзала, городской площади.
zooming
JVA. Пост весового контроля у фьорда Гуллесфьорд на севере Норвегии © Haakon Aurlien

Х.Э.: Например, архитектурная политика включает крупномасштабное планирование транспортных систем, что очень важно для городов. Но архитектура воплощается в конкретных объектах, которые должны быть качественными, в том числе на уровне фактуры поверхности, освещения и т. д. Нельзя забывать об удлинении срока службы постройки, что зависит как от ее прочности, так и от способности к трансформации. И, конечно, качественные, продуманные архитектурные объекты должны отлично выглядеть!
zooming
Jensen & Skodvin. Церковь Мортенсрюд в Осло. Фото Нины Фроловой


01 Июня 2012

author pht

Беседовала:

Нина Фролова
comments powered by HyperComments
Пресса: Классика в архитектуре: быть или не быть?
«Классическая архитектура в современном мире: выживание и новые перспективы». Такова была тема круглого стола, состоявшегося в рамках III Московской биеннале архитектуры в мае. Новость не остроновая, но еще долго будет актуальной. Как сказал поэт, « ах, если бы ее могли состарить годы…».
Flos – 50 лет света
В свой юбилейный год компания Flos порадовала российских архитекторов мастер-классами Джованны Кастильони на Арх-Москве 2012.
Рецепты для Переславля-Залесского
Посетителям прошедшей Арх Москвы среди множества других презентаций, вернисажей и лекций показали проект Toy City (Игрушечный город) – концепцию развития туристического города на примере Переславля-Залесского. Авторы считают, что выработанные рецепты можно было бы использовать и для других городов «Золотого кольца».
Пресса: Российская архитектура: от рывка до рывка
На 3-й Московской архитектурной биеннале задана новая повестка дня в градостроительстве: вместо архитектуры и интерьеров на первый план выходят урбанизм и общественные пространства.
Социальность дизайна
На Московской архитектурной биеннале Архи.ру побеседовал с директором норвежского фонда Norsk Form Андреасом Берманом и главой его архитектурного отдела Хеге Эриксон о выставке Nordic ID, скандинавском дизайне и государственной политике в области архитектуры и дизайна.
Пресса: Виды на озеро
На прошедшей в Москве Биеннале архитектуры урбанист и архитектор, основатель бюро anOtherArchitect Даниэль Дендра представил проект Toy City, посвященный Переславлю-Залесскому. Он рассказал «Пятнице» о том, зачем в Переславле общественные пространства, почему города должны планировать свое будущее на много лет вперед и как должно быть устроено современное архитектурное бюро.
Пресса: Победитель конкурса "зелёных" архитекторов в Москве...
Архитекторы трех проектов-победителей первого конкурса "зелёного" строительства, прошедшего в рамках Московской биеннале архитектуры, получили более полутора миллионов рублей, сообщает организатор конкурса компания Rосkwool.
Пресса: Как делать парки: Директор Центрального парка о бюджетах,...
Руководитель самого известного городского парка в мире Даглас Блонски приезжал на Московскую биеннале архитектуры по приглашению «Друзей Зарядья» — подумать над новым парком на месте бывшей гостиницы «Россия». «Афиша» поговорила с Блонски о том, как делать парки, и записала рекомендации других экспертов.
Пресса: Алексей Тарханов беседует с Кенго Кумой
В конце прошлой недели японский архитектор Кенго Кума был нашим гостем в Москве. Он читал лекцию во время выставки "Арх-Москва" и дал нам небольшое интервью. Мы его опубликуем очень скоро, а пока что предлагаем прочитать интервью, которое Алексей Тарханов взял у Кенго Кумы несколько лет назад. Оно опубликовано в февральском номере AD 2009 года, а недавно вновь опубликовано в книге "Словесные конструкции".
Пресса: Утраченные коллизии
В Москве открылась III Биеннале архитектуры, которая продлится до 7 июня. Тема биеннале этого года — "Идентичности". О том, возможно ли определить идентичность города в рамках художественного проекта, и о том, почему реконструкцию парка Горького в некотором смысле можно считать провалившимся проектом, размышляет Григорий Ревзин.
Технологии и материалы
Строительный материал от Адама
Представляем победителей премии в области кирпичной архитектуры Brick Award 20, учрежденной компанией Wienerberger. Ими стали шесть команд архитекторов из Польши, Руанды, Индии, Испании, Нидерландов и Мексики.
Креативный подход: Baumit CreativTop
Моделируемая штукатурка CreativTop – это насыщенные цвета, глубокие рельефные поверхности, интересные сочетания и комбинации текстур и огромные возможности дизайна.
Потолочные решения Knauf Armstrong для медицинских учреждений...
Линейка подвесных потолков серии Bioguard со специальным антибактериальным покрытием препятствует развитию всех видов возбудителей внутрибольничных инфекций и помогает поддерживать здоровый микроклимат для благополучия пациентов и персонала.
Все дело в центре притяжения
На развитие рынка недвижимости, в особенности загородной, все больше стали влиять инфраструктурные факторы. Все чаще центром притяжения загородных кластеров становятся самостоятельные объекты, жизнедеятельность которых не зависит от спроса на загородную недвижимость: натуральные хозяйства, фермы и лесопарковые зоны. Так постепенно пригород миллионников обрастает комплексной инфраструктурой и современными архитектурными решениями.
Модернизируя традиции
Специалисты корпорации HILTI придумали, как совместить несовместимое: кирпичную кладку и навесной вентилируемый фасад. Для этой цели Hilti разработала четыре альтернативных метода создания НВФ с кирпичной кладкой или её имитацией.
FunderMax Compact Academy – новый стандарт обучения
Обучение и образование играют важную роль в жизни любого человека. Постоянное совершенствование личных и профессиональных навыков открывает перед человеком новые возможности и делает его востребованным в современном мире.
Максим Павлов: у нашей несущей системы большие перспективы...
Как «упаковать» вентоборудование, архитектурную подсветку, электрические кабели и многое другое в межфасадное эксплуатируемое пространство, не нарушив архитектуры фасада и уменьшив при этом стоимость здания. Рассказывает Максим Павлов, главный инженер компании «ОртОст-Фасад», ГИП по устройству конструкции внешней облицовки храма Вооруженных сил России.
Игра в шарик
Нестандартные оконные узлы Velux помогли воплотить необычный проект сферического детского сада в Подмосковье.
Сейчас на главной
Деревянный рай
Один из кварталов в составе крупного и очень передового по многим параметрам района Асперн в Вене выстроен из дерева – как клееной, так и обычной древесины на бетонном каркасе, причем очень многие элементы конструкции – сборные, предварительно изготовлены на заводе.
Путь к новой орнаментальности
Клубный дом-дворец «Аристократ» у соснового парка перед началом Рублевского шоссе представляет собой новый этап развития московской декоративно-исторической архитектуры: респектабельно украшенной, но тяготеющей к легким светлым тонам и умело использующей романтический флёр майоликовых вставок.
Реновация по-дальневосточному
Конкурсный проект реновации двух центральных кварталов Южно-Сахалинска, 7 и 8, разработанный UNK project, получил звание победителя в номинации «архитектурно-планировочные решения застройки».
Константин Акатов: «Обновленная территория – увлекательное...
Интервью с победителем международного конкурса на мастер-план долины реки Степной Зай в Альметьевске, руководителем проекта, заместителем генерального директора «Обермайер Консульт» Константином Акатовым.
Сергей Труханов: «Главное – найти решение, как реализовать...
Как изменятся наши рабочие пространства? Можно ли подготовить свои офисы к подобным ситуациям в будущем? Что для современных офисов актуально в целом? Как работать с международными компаниями и какую архитектурную типологию нам всем еще только предстоит для себя открыть?
Ближе к людям
Южнокорейский город Чхонджу планирует расчистить почти 3 га в историческом центре от существующих зданий XX века для строительства нового муниципалитета по проекту бюро Snøhetta, который победил в международном конкурсе. Сохраняется только один корпус 1965 года, который будет служить «входным порталом» нового комплекса.
Портфолио поколения Z
Студенты второго курса МАРШ оформили свои портфолио в виде web-страниц, на которых демонстрировали навыки и умения, а архитекторы как работодатели оценили удобство формата и рассказали о своих предпочтениях при выборе кандидатов.
Контакт
В Риме, в Центральном институте графики, открылась выставка Сергея Чобана «Оттиск будущего. Судьба города Пиранези». Она включает четыре гравюры, чьим источником послужили римские ведуты XVIII века, дополненные футуристическими вкраплениями, и много рисунков, исследующих ту же тему, подчас очень экспрессивно. Вопросы выставка ставит, а ответов, как кажется, не дает. Поскольку в Рим сейчас съездить проблематично, рассматриваем картинки.
Новый старый Серпухов: работы студентов Алексея Бавыкина
Бакалавры подошли к теме реконструкции комплексно: рассмотрев центр города в целом, создали проекты отдельных кластеров с разными функциями, призванными оживить историческую среду, на месте двух заброшенных заводов, тесной школы и больницы.
В поисках визуальной ясности
Рассказываем о дискуссии, посвященной непростому для российских просторов вопросу дизайна элементов городского пространства. Обсуждение организовал Институт Генплана Москвы на Арх Москве.
Владимир Плоткин: «Мы старались привить студентам...
Три проекта группы бакалавров МАРХИ Владимира Плоткина, Валерия Грубова и Светланы Трифоненковой: музей антропологии в Мневниках; школа нового типа, разработанная в согласии с принципами современного образования, и «легальный туннель» для мигрантов из Мексики в США.
От театра до музея: дипломы бакалавров группы Владимира...
Четыре проекта бакалавров МАРХИ группы Владимира Плоткина, Валерия Грубова и Светланы Трифоненковой: театральный комплекс, плавающий по Москве-реке, дом на Песчаной улице, музей-остров из кораллов на старой нефтяной платформе в Адриатическом море и кинофестивальный центр с фестивальной улицей и «мостом» к реке.
Пресса: Сергей Чобан — о том, почему петербуржцы не терпят...
15 октября Сергей Чобан открывает в Риме выставку, где покажет несколько «испорченных» им гравюр великого Джованни Баттиста Пиранези. По этому случаю он написал колонку о том, почему наше благоговение перед исторической архитектурой Петербурга пронизано двойной моралью.
Клином красным
Невзирая на неурядицы 2020 года в Гостином дворе открылась Арх Москва. Она состоит из тех же частей в иных пропорциях, и, как всегда, ставит абмициозные задачи: а) увидеть в архитектуре искусство, б) резюмировать последние тридцать лет. А «никакой архитектуры» – в этом, конечно, есть доля шутки.
Выход за пределы
Жилой комплекс для исторической части города от бюро ОСА: многоуровневое дворовое пространство и стремящаяся к абсолюту свобода фасадов.
Кирпичный дом в большом городе
Сознавая весь романтизм и харизматичность кирпичной архитектуры, Степан Липгарт поработал с темой кирпичного дома в Петербурге и решил две теоремы, предложив башни американского ар-деко для более высокого ЖК Alter на Магнитогорской улице и чувственную пластику ар-деко в коктейле с лофтовой эстетикой для дома на Малоохтинском проспекте.
Природа – и храм, и мастерская…
Если классический словарь разных эпох – революционную дорику и палладианский руст – скрестить со скандинавским деревянным домом и модернистским пространством, то получится лесная деревянная классика Артема Никифорова, построившего архитектурный коворкинг под Петербургом.
Лунный город
Бюро BIG, ICON и SEArch+ заняты разработкой проекта «Олимп» – строительных технологий и плана первого поселения на Луне. Работа идет под эгидой НАСА.
Город солнца
Комплекс ВТБ Арена Парк, спроектированный и реализованный совместно Сергеем Чобаном и Владимиром Плоткиным, претендует на роль эталонного эксперимента по снятию вековых противоречий между архитектурой традиционного направления и модернизмом. Рамки дизайн-кода и интеллигентный, творческий характер пластической дискуссии сформировали несколько идеализированный фрагмент городской ткани.
Журналисты как архитекторы
В Берлине открылось новое здание издательского дома Axel Springer, куда входят Die Welt, Bild и множество других газет и журналов. Авторы проекта, Рем Колхас и его бюро OMA, разработали его с учетом непредсказуемости цифрового будущего.
Пресса: Архитектура должна быть искусством
Владимир Плоткин – руководитель известного и признанного в России и Москве бюро ТПО «Резерв», которое в этом году отметило свое 33-летие. Последние да и многие предыдущие его проекты стали по-настоящему громкими – КЗ «Зарядье», административный центр и больница в Коммунарке. Разговор состоялся накануне открытия выставки «АРХ Москва», чьим лозунгом в этом сезоне станет «Архитектура – искусство»
Коронавирус не подточил деревянную архитектуру
Премия АРХИWOOD собрала рекордные 207 заявок, в шорт-лист прошло 54. Хотя организаторы премии до сих пор не решили, в каком формате пройдет церемония награждения победителей, Экспертный совет определил шорт-лист премии, а на ее сайте началось голосование. О вышедших в финал номинантах, а также о внутренних проблемах премии, которые, среди прочего, отражают новые тенденции в деревянной архитектуре, рассказывает куратор Николай Малинин.
Планирование и политика
Публикуем отрывок из книги Джона М. Леви «Современное городское планирование», выпущенной Strelka Pressв рамках образовательной программы Архитекторы.рф. Этот авторитетный труд, выдержавший 11 изданий на английском, впервые переведен на русский. Научный редактор этого перевода – Алексей Новиков.
Дай мне напиться железнодорожной воды*
В проекте третьей очереди микрорайона «Лиговский Сити» в «сером поясе» Петербурга консорциум KCAP & Orange Architects & «А.Лен» поставил перед собой задачу сохранить дух места через консервацию контуров железнодорожных путей и уподобление объемов жилой застройки контейнерам, сложенным на товарно-разгрузочной станции.
Стоянка у петроглифов
Проект туристического комплекса рядом с беломорскими петроглифами: нейтральная архитектура для будущего объекта из списка ЮНЕСКО
Корпоративная пещера
Пекинское бюро Atelier Alter устроило в штаб-квартире компании Yingliang на юго-востоке Китая музей окаменелостей, найденных при добыче ею камня.
Разделительная полоса
Центр выставок и конгрессов MEETT в Тулузе по проекту OMA отделяет урбанизированную окраину от сельской местности, предохраняя ее от стихийного «расползания» города.
Львы на стекле
Архитекторы бюро СПИЧ применили прием, известный по петербургским опытам Сергея Чобана – кассеты с рисунком элементов классической архитектуры, напечатанных на стекле, – к реконструкции фасадов типового здания 4 корпуса московской больницы №23. Проект разработан бесплатно, как помощь больнице.
Климатические зоны для искусства
В Роттердаме закончено строительство фондохранилища Музея Бойманса – ван Бёнингена по проекту MVRDV. Впервые в мире в таком здании все экспонаты из музейного собрания будут доступны посетителям для осмотра, а на крыше высажена березовая роща.
Жилой каньон
Комплекс Amani на юге Мексики – это две поставленные параллельно тонкие пластины, где в каждой квартире достаточно солнца и возможно сквозное проветривание. Авторы проекта – Archetonic.
Тучков буян: последняя пятерка
Вместе с финалистами конкурса на концепцию парка «Тучков буян», не вошедшими в призовую тройку, продолжаем мечтать о том, что могло бы появиться в центре Петербурга: дикий лес, новые острова, искусственный канал и много амфитеатров.
Стеклянный бутон
Башня по проекту Zaha Hadid Architects, строящаяся в Гонконге, напоминает бутон цветка с его флага и герба, учитывает реалии пандемии и претендует на лидерство по «устойчивости».