Александр Кузьмин открыл заседание обсуждением реконструкции западного речного порта, представляющей непосредственный интерес для мэрии, поскольку порт будет обслуживать Москву-Сити. Он расположен на противоположном берегу, напротив ММДЦ. Проект уже побывал на совете и после корректировки резко поубавил в высоте, сократившись до 2-х этажей, чтобы не испортить виды на знаменитую церковь Покрова в Филях. В комплексе остались автостоянка на 8 тыс. мест и функция логистики, использующая сразу три вида транспорта – железную дорогу, реку и новую магистраль, связывающую северный дублер Кутузовки со Звенигродским шоссе. Со стороны города порт выглядит как «зеленая территория в холмах» – так охарактеризовал проект Александр Кузьмин. Мэру концепция понравилась, ее приняли.
Следующим на дискуссию вынесли предпроектное предложение по реконструкции стадиона в Измайлово, подготовленное ГУП Моспроект-4 (Андрей Боков, Дмитрий Буш). Центральный стадион столицы начали строить здесь еще в 1930-е. Тогда он носил имя Сталина, а одним из авторов проекта был Борис Иофан. Перед Олимпиадой 1980-го стадион перестроили, сохранив от прежнего сохранился «бункер» под игровым полем. В новом проекте предлагается вернуть иофановское решение фасада и воссоздать небольшой участок стадиона по первоначальному проекту. Будет реконструировано легкоатлетическое ядро с футбольным полем, стадион будет приспособлен под соревнования по регби. В новой части заметны два козырька изогнутой формы – под одним расположены зрительские места, под другим, покрупнее – спортивная гостиница на 200 номеров. Проект рассматривался повторно – в предыдущем варианте он захватывал часть природного комплекса, архитекторам порекомендовали это устранить; теперь «вопрос решили», и мэр с нынешним вариантом согласился.
Проект еврейского общинного комплекса в Спасоглинищевском переулке (который официально именуется так: развитие территории под комплекс) уже рассматривали на совете, и сравнительно недавно. Помнится, тогда мэр пригрозил отобрать участок у двух его совладельцев (двух разных общин), если они не смогут договориться между собой. И надо же, договорились! Нынешняя концепция, выполненная мастерской АРТЭ+ под руководством Владимира Юдинцева, была оценена советом положительно. Комплекс состоит из синагоги и общественно-культурного центра, который в свою очередь тоже состоит из двух частей: верхней (выше по переулку), с общинным центром, рестораном, апартаментами – и нижней, с конференц-залом, учебным центром, мини-гостиницей и пр. Застройка, разбита на группки прилепившихся друг к другу строений, на вид она хаотична и кажется остатками расколовшегося на части массива. Что очень точно отображает известный архетип восточного города. Эти миниатюрные кварталы, разделенные тремя внутренними улицами, ведущими к синагоге, немного даже напоминают иерусалимские. В отделке даже предлагается использовать привезенный оттуда камень. Застройка следует ступенями за перепадом рельефа и масштабно сделана мельче синагоги, которая здесь выступает абсолютной доминантой. Этажей, ввиду того что это охранная зона Кремля, мало: всего 2 по фронту улицы и 4 в глубине.
Вполне логичные в еврейском центре иерусалимские аллюзии, правда, совет не одобрил. Александр Кудрявцев предложил вместо того, чтобы везти камни из Израиля, взять за основу историческую застройку квартала и «держаться этой мерности». Мэр с ним согласился, заметив, что «сейчас это больше Тель-Авив, а не Москва, но как предложение к размещению можно принять».
Масштабный проект развития территории западной части Нагатинского полуострова под городской технопарк «Нагатино-ЗИЛ» мэр зарезал на корню. Нагатинская пойма – место ответственное, и Юрия Михайловича не удовлетворило то, как авторы проекта, ГУП НИиПИ Генплана и мастерская Якова Чернихова, использовали его потенциал, в частности как спроектировали набережную. Концепция предполагает постепенный вывод промзоны с 32 гектаров полуострова и застройку освободившейся территории зданиями общественно-производственной функции, т.е. корпусами технопарка на 5 участках (6-й вдоль реки озеленяется). Представленное совету планировочное решение сформировано квадратными модулями корпусов, выстроенных в ряд, которые внизу имеют общее пространство наподобие внутренней улицы. Отдельно на набережной возвышается объем гостиницы из двух полукруглых «лепестков», весьма условный по архитектурному решению – на этот объект Александр Кузьмин предложил провести отдельный конкурс. Мэру гостиница напомнила «отвалившуюся высокую подошву», а решение набережной в целом он назвал «отвратительным», указывая на его незавершенность: «Красоты во всем этом мало», – заключил Юрий Лужков и проект завернул.
Далее совет ознакомился с проектами транспортно-пересадочных узлов «Выхино» и «Косино», которые входят в большую концепцию строительства магистрали Москва –Ногинск и путепровода над Рязанским направлением МЖД. Как пояснил Александр Кузьмин, часть строящихся сегодня пересадочных узлов для «организованного пересаживания» народа с наземной железной дороги на метро – коммерческая (Тушино, Планерная), а наиболее загруженных местах – там, где узлы особенно нужны, их строит город. Так, в Выхино на средства города полностью (исходя из наиболее удобной организации потоков) будет реконструирована территория рядом метро, и там же вырастет здание пересадочного узла – от всего нагромождения «коммерческой нагрузки» в прошлом варианте, в новом остался один лишь уровень обслуживающих помещений. Узел предполагает также строительство гаражей – «перехватчиков», в Выхино – на 3 тыс., в Косино на 4 250 машин. Автор архитектурного проекта Тимур Башкаев нашел, как отметили члены совета, выразительное решение, отразив назначение здания в его форме, которая напоминает – в профиль – нос скоростного поезда. Юрий Лужков счел работу основательной и призвал одобрить.
Многострадальному проекту здания в 4-м Котельническом переулке повезло меньше – с ним опять вышла загвоздка. Вот уже лет 10 как на Котельнической набережной в районе Швивой горки зияет дыра стройплощадки, где все никак не может вырасти то, что там задумывалось. Естественно, функция его к сегодняшнему дню поменялась – теперь это жилье, менялись и композиционные решения, одно другого причудливей, совету было представлено как минимум четыре, последнее выполнено бюро «Ракурс», возглавляемым Алексеем Куренным. Швивая горка некогда была застроена усадьбами, сейчас, правда, по ее гребню идут монументальные сталинские дома, позднее выросли два дома-пластины, и уж совсем недавно масштаб окончательно изменил банк, выстроенный на набережной по проекту Леонова. Тем не менее район входит в охранную зону, поскольку, как сказал Валерий Шевчук, тут сохранился один особнячок, а также здание шелкопрядильной фабрики, посему этажность не должна превышать 3-4, в то время как в рассматриваемом проекте – все 10.
Его архитектурная композиция, наиболее внятная из всех прошлых вариантов – двумя мощными пилонами объем ступенчато понижается к реке от 10 до 5 этажей. Здесь он завершается стилобатом, сильно выдвинутым на набережную, буквально «съедая» полосу зелени, наподобие стоящего рядом банка. На что указал, в частности, Михаил Посохин, признав объемы великоватыми. В защиту авторов прозвучало, что они работали в объемах, некогда заданных инвестором, и весьма ловко поместили внутрь все необходимые квадратные метры, значительно вкопав объем в землю – на 5 уровней. «Закон суров, но он закон», – заметил на это Александр Кудрявцев, пусть решение и неплохое, но чтобы его реализовать, нужно перекраивать охранные зоны, нельзя здесь 10 этажей строить, закон запрещает.
А вот мэру здание не понравилось категорически, потому что оно, по словам градоначальника, «нагло выперло» на набережную, а в своих пилонах затаило коммерческий умысел: «Почему здание двурогое? Для увеличения площадей? Это не архитектура, это площади! Кончать с этим надо!». По мнению Юрия Лужкова, требуется непременно отодвинуть стилобат и оставить «зеленые цепочки», а саму архитектуру, которую мэр охарактеризовал как «разухабистую» и «развалистую», переделать. Вопрос с охранной зоной повис в воздухе.
Предельно кратко Александр Кузьмин доложил концепцию размещения многофункционального комплекса на пересечении Можайcкого шоссе с МКАД, разработанную бюро «ABD architects» и «С.П. График», однако при всех видимых достоинствах проект, рассматриваемый некоторыми членами совета под лупой с двойным увеличением, так и не прошел.
Проект представляет собой вторую очередь бизнес-парка «Западные ворота», которую по проекту Бориса Левянта достраивают с другой стороны Можайки. Это второй «пилон» западных ворот – четыре овальных 9-ти этажных офисных корпуса. Они развернуты под разными углами вокруг многофункционального комплекса, план которого напоминает сектор круга, где три разновеликих блока со «слоистой» структурой объединены пониженной зоной торговли. Все сооружения имеют озелененные кровли. Композиция въезда, таким образом, формируется одним из овальных корпусов из 2-й очереди и запланированным Левянтом административно-офисным зданием в 15 этажей с противоположной стороны. На пересечении Можайки с улицей Говорова отдельно поставлена высотная доминанта гостиницы, треугольная в сечении.
Мэру представленная архитектура не понравилась. По словам Юрия Лужкова, «она вносит диссонанс. Уж точно, эклектика так эклектика!», заметил мэр, указывая при этом на разную форму корпусов, овальных с одной стороны и геометрических с другой. Сужение въезда также показалось ему неуместным и недостаточно парадным, поэтому Юрий Лужков проект отклонил.
Жилой комплекс на Проспекте Мира, 83, над проектом которого несколько лет назад работало бюро «Остоженка», упустил свой последний шанс на осуществление. Как рассказал Александр Кузьмин, суд по делу о точечной застройке в отношении этого дома жители проиграли, однако тяжбы не прекратились, поэтому проект попал на общественный совет, и мэр, таким образом, выступил в этом споре третейским судьей. Юрий Лужков, долго не думая, проект запретил, признав «точечным»: «По площади и нагрузке перебор, по архитектуре даже определений каких-то трудно сделать».
Последним обсудили старый проект здания с обслуживающими функциями и хлебозаводом на пересечении Бол. Серпуховской и Валовой улиц. Здание как раз формирует угол Серпуховской площади, поэтому авторы проекта – ТПО «Резерв», продолжившие проектирование после смерти В. Степанова, которому принадлежит первый вариант объемно-пространственной композиции, предложили концепцию «шарнира». Во всех четырех вариантах, показанных совету, форма дома стремится к округлой, помещения хлебозавода либо вынесены в отдельный объем (варианты 2 и 4), либо встроены в единый массив. Функционально все варианты устроены одинаково, имея на первом этаже булочную и столовую для сотрудников, а выше все запланированные «обслуживающие» помещения.
По мнению Андрея Бокова, здание, призванное оформить облик элипсообразной Добрынинской площади не может быть «самодостаточным и центрическим», а должно быть более «деликатным и точным». В свою очередь Юрий Лужков обрушился на раздутые объемы, хоть и заложенные в ранее принятые постановления, вновь уличив инвестора в корыстолюбии, а не заботе о городе: «Это здание как слон в посудной лавке. В этом красивом месте недопустим такой монстр». Не разрешить инвестору строить тут, конечно, нельзя, продолжил мэр, однако только при условии резкого уменьшения объема и исключительно жилой функции. Против хлебозавода мэр возражать не стал.
Амбициозный проект высотного комплекса в Алтуфьево, значащегося в повестке 10-м номером, решили отложить до следующего заседания.
