Идеи и практика «Баухауза» и их влияние на градостроительство 20-30х годов 20 века

Введение

«Давайте создадим новую гильдию ремесленников, без классовых различий, которые возводят барьер высокомерия между ремесленником и художником. Давайте вместе придумаем и построим новое здание будущего, в котором архитектура, скульптура и живопись сольются в единое целое, и которое однажды руки миллионов рабочих поднимут к небесам, как хрустальный символ новой веры".
Вальтер Гропиус

Университет Баухауз – детище своего времени, выжившее и, что важно, во многом продолжающее манифест 20х годов ХХ века: открытость и единство искусства и практики.
Основатель Баухауза (Bauhaus: bau - строить, haus – дом, здание – метафора философии Гропиуса), берлинец Вальтер Гропиус, который приехал в Ваймар уже сложившимся архитектором, имел определенный стиль проектирования с акцентом на строгую внешнюю эстетику и функциональность , что стало в будущем определяющим для Баухауза, безусловно трансформировавшись под действием других ярких преподавателей (И. Иттеном, Л. Мохой-Надь, В. Кандинским, П. Клее, Г. Мейером, Л. Мис ван дер Роэ и др.), приглашенными Гропиусом по близости новаторских взглядов. Новаторские взгляды были основаны на технократической утопии века машин.

Баухауз объединил две существующие на тот момент в Ваймаре школы – школу ремесел Анри ван де Вельде и школу изящных искусств Великого Герцога, которые стали материалом для развития. Став университетом (вместо высшей школы) в 1995 году Баухауз укрепил и наполнил новым смыслом фразу Вальтера Гропиуса, ставшую девизом Баухауза, - «Новое единство искусства и технологии», то есть на каждом временном этапе в Баухаузе параллельно исследовались искусство и технология, и их взаимодействие. Проектировщик и строитель, художник и ремесленник: все становятся одним лицом, создающим новую реальность, современную среду обитания.

Это была предметная и пространственная реализация утопии «века машин»: в предметном дизайне, архитектуре, градостроительстве. Машина становится инструментом создания искусства, искусство становится доступным, массовым и рациональным. Город представляет собой результат гениальных идей и последовательной работы машин, выраженных в равномерной гуманной разнообразной застройке, сборных многоэтажных зданиях, регулярной транспортной сети, общественной территории, очищенных от частных вилл прошлого. Было бы так, если бы идеалы Баухауза не были деформированы временем, властью и неустойчивой экономикой.

 

Среда зарождения явления «Баухауз»

Проектировщиков всегда воодушевляет идея влияния на общество, так как они создают материальную среду обитания. Баухауз был результатом воли и большого энтузиазма, несмотря на непростые экономические, политические и социальные явления.

Культурная среда 

В начале ХХ века происходит творческий прорыв – активный рост и развитие новых течений в искусстве. Некоторые из них стали реакцией на послевоенную обстановку хаоса и разрухи (Де Стиль, дадаизм), но Баухауз - явление изначально культурное. Школа была создана как генератор нового – с целью совершить не революцию, а вывести архитектуру и среду в целом на новый эволюционный уровень.

С 1900 по 1930 годы активны и развиваются такие течения, как:

- Движение «Искусств и ремесел» (до 1914 - Великобритания), Японизм (до 1941- Франция), Ар нуво (до 1910 - Европа), Модерн (до 1940 - Европа), Боз-арт (до 1920 - Франция), Югендстиль (до 1910 - Герания), Стиль миссии (до 1920 - США), Сецессион (до 1920 - Австрия, Вена), Wiener Werkstaette (1903 до 1932 – Австрия, Вена), Deutsche Werkbund (1907 до 1934 - Германия), Футуризм (1909 до 1944 - Италия), Ар деко (1910 до 1939- Франция, США), Чешский кубизм (1911 до 1915 - Прага), Вортицизм (1912 до 1915 - Великобритания), Дадаизм (1916 до 1923 - Цюрих, Швейцария), Де Стиль (De Stijl) (1917 до 1931 - Нидерланды), Баухауз (1919 до 1933 - Германия), Американский модерн (1920 до 1940 - США), Конструктивизм (1921 до 1932 – Советский Союз), Сюрреализм (1925 до 1930 - Франция-страна происхождения), Рационализм (1926 до 1945 - Италия). [3]

Самыми близкими по духу к движению Баухауз были Wiener Werkstaette, Де Стиль, конструктивизм и рационализм, а также модерн (рационалистическое направление), который по сути являлся источником всех ранее перечисленных. Архитектура модерна отвергала классическую ордерную традицию, акцентировала внимание на пластике фасада: использование железобетона, кованых металлических деталей, переливающихся стекла и майолики. Модерн делился на иррациональный (Антонио Гауди) и более рациональное его проявление (Анри ван де Вельде, П. Беренс - которые были близко знакомы Гропиусу).

После Первой мировой войны требовалось отстраивать города с разумными финансовыми вложениями, но с максимальными эстетическим и гуманистическим параметрами. Эту задачу могли решить только функциональные, рациональные течения, внимательно относившиеся к пространству, конструкции и пластике. Пропагандировалась эстетика функционализма (не сухой формализм), которая переросла в рационализм (Мис ван дер Роэ), возник новый архитектурный язык – ясный, строгий, состоящий из стекла и каркаса, металлических конструкций, плоскостей, четкой геометрии, создающей новый ритм времени.

Время Баухауза – это время повсеместной машинизации, унификации, индустриального бума, время инженерной реконструкции городов: архитектуре и искусству необходимо было не отставать от промышленности, нужно было прочно занять место необходимого элемента в общем механизме жизни. Индустрия должна быть связана воедино с искусством, а искусство должно выполнять организующую роль.

Гропиус писал в статье «Значение индустриальных архитектурных форм для образования стиля»: « …Движение – решающий мотив нашего времени. …Техническая и художественная форма снова срастаются в органическое единство, так новая развитая форма получает свою исходную точку в произведениях индустрии и техники» [4, стр.330]

Многие гениальные разработки проектировщиков были коммерциализированы, что, естественно, не пошло на пользу образу города.


Политическая среда

В Баухаузе царили социалистические настоения, преподаватели приезжали из разных стран, что создавало мощную интернациональную атмосферу. Это можно было объяснить и общим послевоенным состоянием - Фернан Леже: «… Можете себе представить, что для меня значил мой неожиданный уход на войну. Я был оторван от работы в своей мастерской, от своих абстрактных опытов и оказался между мужчинами, которые ежедневно смотрели в глаза смерти. Я вместе с ними понимал, что для того, чтобы не быть убитым, мне и моим товарищам нужно самим постоянно убивать. Как будто благодаря убийству я смогу уйти от своей смерти! Человек однако не может быть пассивным! Четыре года без красок… 1918 год. Мир. Раздраженный, напряженный, незаинтересованный человек наконец подымает голову. Открывает глаза, направляет взор ввысь, в синеву неба, осматривается. К нему возвращается вкус к жизни: оглушение танца, расходование, бешенство выдоха.»

Ваймарская республика изначально поддержала создание Баухауза, но позже – уже через четыре года, когда усилились националистические настроения – Баухауз вынужден переехать в Дессау, где находились у власти социал-демократы, но, через некоторое время и в Дессау школа закрывается пришедшими к власти национал-социалистами. Баухауз открылся вновь как частная школа в Берлине, но она была опечатана Гестапо. В 1933 году произошел роспуск школы, преподаватели, воодушевленные идеями, разъехались по странам, в основном – в США и Великобританию. Мохой-Надь попытался открыть "Новый Баухауз" в Чикаго в 1937 году, но организация была безуспешна. Гропиус стал профессором архитектуры в Гарвардском университете (1937-1952).

После Второй мировой войны школа вновь открывается, но это уже другое явление, не описываемое как законодатель стиля. Архитектор Герман Хензелманн стремился к развитию Баухауза в духе «антифашизма и демократизации» в период советской оккупации. Баухауз в эпоху ГДР (1949-1990) балансировал между формализмом и прагматизмом. Проектировались и строились районы социального жилья, идеи коммерциализировались.

Социальная среда

В конце ХIX - начале XX веков происходит активный процесс урбанизации, промышленность даёт множество рабочих мест в городах. Появляется новый классовый слой в обществе - пролетарии, нуждающиеся в новом жилье, общественных зданиях, предметах быта. Численность населения растет - растет и дефицит жилья. Земля дорожает в городах, что вынуждает развитие городов по вертикали - постепенно начинают строиться многоэтажки (в то время 4-5 этажей). Но темпы строительства были по-прежнему низкими, индустриализация вызывала переуплотнение застройки, уничтожение зеленых буферов.
Единственное, в чем не было недостачи - это в работе.

Экономическая среда

Из письма Оскара Шлеммера (1922): «Баухауз был основан для возведения собора социализма, и его мастерские как бы копировали ложи строителей соборов [Dombauhutten]. С течением времени идея собора отошла на задний план, а вместе с ней и некоторые художественные идеи. Сегодня мы должны в лучшем случае думать о строительстве жилища, может быть, даже только думать об этом… Перед лицом экономических трудностей наша задача — стать пионерами простоты, то есть найти простую форму удовлетворения всех жизненных нужд, которая в то же время была бы представительной и искусной". [5, с. 182]

Баухауз открывался как государственная школа (при поддержке Временного республиканского правительства Свободного государства Саксония-Ваймар-Эйзенах), но имел множество противников, так как был интернациональным явлением в сердце Германии (Тюрингия – земля, которую называют «сердцем Германии»).

В 1923 году школа проводит крупную выставку, так как нуждается в продолжении финансирования. В выставке принимали участие не только работы, выполненные Баухаузом, но и работы группы Де Стиль (красно-синий стул Геррита Ритвельда). Имеено эта выставка стала открытием для мира нового стиля, стиля Баухауза, русского конструктивизма и Де стиль.

Не получив полной финансовой поддержки от государства, Баухауз все -таки получает грант из США. Грант являлся частью плана Дауэса и предоставлялся с условием, что половину финансирования Баухауз берет на себя и организует производство и продажу изделий по проектам студентов. А это означает полное единство искусства и техники, теории и практики. В 1925 году была создана компания «Bauhaus GmbH», которая занималась продажей изделий школы. Таким образом, школа Баухауз становится уже коммерческим явлением.

 

 

Идеи «Баухауза»

Художественные и архитектурные идеи

Вальтера Гропиуса в начале его карьеры можно считать представителем стиля Модерн , его постройка «Обувная фабрика Фагуса» совместно с его работодателем Адольфом Мейером – становится одним из основных примеров модерна. Главной идеей Баухауза было сочетание искусства и машинного производства, теории и практики, студенты были обязаны в течении последних семестров проходить практику в мастерских и на заводах (см. Приложение, пункт 3).

Концепция Баухауза трансформировалась в каждый временной этап в зависимости от директора и некоторых ярких преподавателей. Общая функциональная концепция (даже обязанность) состояла в проектировании доступных красивых и удобных (функциональных) предметов широким массам. Эстетическая концепция: строгость, простота и удобство.


Основными идеями можно назвать идею сборного здания, введение научного анализа в проектирование, соединение практического опыта и обучения, приобщение студентов к реальной жизненной ситуации - например, плановая продажа изделий студентов, художественный, абстрактный подход к задачам - акцент на конструкции, фактуре, эстетике. Эти идеи являются результатом времени, эпохи и творческого гения представителей Баухауза.

Вальтер Гропиус был вдохновлен идеей модерна – использование машин, минимум декора, функциональность, сокращение разрыва между промышленностью и дизайном, утилитарность – основные идеи Баухауза на начальном этапе развития , воплощенные как в предметном дизайне, так и в градостроительстве. Его стиль нельзя называть функционализмом или рационализмом - это абстрактные явления, к которым архитектор того времени может быть частично отнесен. Гропиус в «Границах архитектуры»: «Идея рационализма, которые многие считают основной характеристикой новой архитектуры, играет всего лишь очистительную роль. Другой аспект - удовлетворение потребностей человеческого духа – столь же важен, как и материальный. Оба они обретают свое место лишь в том союзе, который есть сама жизнь» [4, стр. 337].

«Поскольку эволюция в архитектуре всегда проходила волнообразно, в реакциях протеста против предыдущих тенденций, то вполне естесственно, что за первыми проявлениями обретенной свободы в формообразовании последовало богатство и разнообразие в замыслах, в деталировке, в соотношениях объемов и в применении новой техники.(…). Ритм каркасов,кривые оболочки, выступы и заглубления отдельных частей здания…». [4, стр. 348]


Идеи этого периода Баухауза состоят именно в конструктивно-функциональном плане, так как необходимо было приобщиться к индустриальному производствум архитектуры: "Важнейшими результатами в области всех этих открытий в области строительства можно считать следующие:
- рост гибкости и подвижности,
- возникновение новых пространственных связей между внутренним и внешним пространством;
- смелость, легкость, малая «привязанность к земле» строительных форм» [4, стр. 345]

Когда Ганс Мейер стал директором, многое изменилось.

Ганс Мейер из статьи «Строить» (опубликована в журнале Bauhaus – 1928, №4 и была его программной декларацией): «Как же создаётся проект планировки города? Или плана жилого дома? Что это – сочинение или функция? Искусство или жизнь??? Зодчество – процесс биологический.(…) На принципах экономичности мы из этих элементов (железобетон, гудрон, дерево-металл…) организуем конструктивное единство.» [4, стр.359 ]

В это время в Баухаузе вводятся новые, «неархитектурные» дисциплины, появляется понятие анализа, которое предшествует проекту. При Гансе Мейре применяется явление тотального анализа в архитектуре (при обучении): колористический, визуальный и акустический, геологический, инсоляционный, социальный и т.д.

«Архитектура как «самовыражение художника" не имеет права на существование», «Интернационализм является преимуществом нашей эпохи.(…) Мы исследуем повседневный ход жизни каждого проживающего в доме и составляем функциональные диаграммы для отца, матери, ребенка (…). мы изучаем взаимосвязи дома и его жильцов с внешним миром (…). мы определяем годовые изменения угла падения солнечных лучей в зависимости от широты, на которой расположен земельный участок. (…)» [4, стр. 360] ,

«Новый полносборный жилой дом является продуктом промышленного производства и в связи с этим является произведением коллектива специалистов: экономиста, статистика, гигиениста, климатолога, организатора производства (…) … а где же архитектор?.. был раньше художником и становится теперь специалистом-организатором!» [4, стр. 361]

То есть появилась отчетливая исследовательская, научная направленность Баухауза, призванная предвосхищать практику.

А когда директором стал Мис ван дер Роэ, был обозначен главный аспект - архитектура.

В "Рабочих тезисах» он писал: «… Все эстетические спекуляции, все доктрины, любой формализм – мы отвергаем, архитектура – воля времени, воплощенная в пространство. Живая, развивающаяся, новая». [4, стр. 371].

То есть метод функционализма как формализм отвергался, Мис ван дер Роэ говорил об универсальности приемов классицизма и считал, что возможно создать такие структуры, куда можно вместить любую функцию. Эстетическая концепция, которой придерживался Мис ван дер Роэ – идеалистическая философия неотомизма – где истоки прекрасного состоят в целостности, внутренней уравновешенности формы, математической чистоте ее пропорций. Здания должны быть светлыми, "лучезарными" - отсюда использование больших поверхностей стекла в ограждающих конструкциях. «Меньше – значит больше» - любимый афоризм Мис ван дер Роэ – детали сведены к минимуму.

«О форме в архитектуре" : «Я не против формы, но против лишь формы как самоцели…» [4, стр. 372]

В Баухаузе появилась новая эстетическая концепция использования больших плоскостей.

Художественные эксперименты дали определенные творческие открытия и изобретения: в фотографии (фотография с различной экспозицией и выдержкой), технике коллажа, полиграфии (шрифтовые конструкции и свободное использование изображений) - применялись различные прессы, печатные машины, химические препараты, инструменты в мастерских для получения интересных эффектов. Каждая тема - например «Контраст тел» - предполагала индивидуальные эксперименты с формами и материалами.

 

Для архитекторов было важным изучение конструкций, поверхностей, складок - создавались макеты и модели из различных материалов на тему складок, перфораций, каркасов. Излюбленной темой была «минимальное пространство» - что актуально было для обеспечения комфортным жильем большой численности рабочих. Минимальное пространство (рабочее, кухня и т.д.) должны были быть эргономичными, эстетически и композиционно проработанными. Для этого пространство упаковывалось в куб-модуль, с помощью которого можно было определять пропорции и размеры отдельных фрагментов ячейки. ( Герберт Байер-изометрия рабочего пространства, 1923).
Вальтер Гропиус. Баухаус в Дессау 1925/26. Фото: Lucia Moholy, 1926, bauhaus.de

05 Июля 2011

Похожие статьи
Мечта в движении: между утопией и реальностью
Исследование истории проектирования и строительства монорельсов в разных странах, но с фокусом мечты о новой мобильности в СССР, сделанное Александром Змеулом для ГЭС-2, переросло в довольно увлекательный ретро-футуристический рассказ о Москве шестидесятых, выстроенный на противопоставлениях. Публикуем целиком.
Модернизация – 3
Третья книга НИИТИАГ о модернизации городской среды: что там можно, что нельзя, и как оно исторически происходит. В этом году: готика, Тамбов, Петербург, Енисейск, Казанская губерния, Нижний, Кавминводы, равно как и проблематика реновации и устойчивости.
Три башни профессора Юрия Волчка
Все знают Юрия Павловича Волчка как увлеченного исследователя архитектуры XX века и теоретика, но из нашей памяти как-то выпадает тот факт, что он еще и проектировал как архитектор – сам и совместно с коллегами, в 1990-е и 2010-е годы. Статья Алексея Воробьева, которую мы публикуем с разрешения редакции сборника «Современная архитектура мира», – о Волчке как архитекторе и его проектах.
Школа ФЗУ Ленэнерго – забытый памятник ленинградского...
В преддверии вторичного решения судьбы Школы ФЗУ Ленэнерго, на месте которой может появиться жилой комплекс, – о том, что история архитектуры – это не история имени собственного, о самоценности архитектурных решений и забытой странице фабрично-заводского образования Ленинграда.
Нейросказки
Участники воркшопа, прошедшего в рамках мероприятия SINTEZ.SPACE, создавали комикс про будущее Нижнего Новгорода. С картинками и текстами им помогали нейросети: от ChatGpt до Яндекс Балабоба. Предлагаем вашему вниманию три работы, наиболее приглянувшиеся редакции.
Линия Елизаветы
Александр Змеул – автор, который давно и профессионально занимается историей и проблематикой архитектуры метро и транспорта в целом, – рассказывает о новой лондонской Линии Елизаветы. Она открылась ровно год назад, в нее входит ряд станцией, реализованных ранее, а новые проектировали, в том числе, Гримшо, Вилкинсон и Мак Аслан. В каких-то подходах она схожа, а в чем-то противоположна мега-проектам развития московского транспорта. Внимание – на сравнение.
Лучшее, худшее, новое, старое: архитектурные заметки...
«Что такое традиции архитектуры московского метро? Есть мнения, что это, с одной стороны, индивидуальность облика, с другой – репрезентативность или дворцовость, и, наконец, материалы. Наверное всё это так». Вашему вниманию – вторая серия архитектурных заметок Александра Змеула о БКЛ, посвященная его художественному оформлению, но не только.
Иван Фомин и Иосиф Лангбард: на пути к классике 1930-х
Новая статья Андрея Бархина об упрощенном ордере тридцатых – на основе сравнения архитектуры Фомина и Лангбарда. Текст был представлен 17 мая 2022 года в рамках Круглого стола, посвященного 150-летию Ивана Фомина.
Архитектурные заметки о БКЛ.
Часть 1
Александр Змеул много знает о метро, в том числе московском, и сейчас, с открытием БКЛ, мы попросили его написать нам обзор этого гигантского кольца – говорят, что самого большого в мире, – с точки зрения архитектуры. В первой части: имена, проектные компании, относительно «старые» станции и многое другое. Получился, в сущности, путеводитель по новой части метро.
Архитектурная модернизация среды. Книга 2
Вслед за первой, выпущенной в прошлом году, публикуем вторую коллективную монографию НИИТИАГ, посвященную «Архитектурной модернизации среды»: история развития городской среды от Тамбова до Минусинска, от Пицунды 1950-х годов до Ричарда Роджерса.
Архитектурная модернизация среды жизнедеятельности:...
Публикуем полный текст первой книги коллективной монографии сотрудников НИИТИАГ. Книга посвящена разным аспектам обновления рукотворной среды, как городской, так и сельской, как древности, так и современной архитектуре, в частности, в ней есть глава, посвященная Николасу Гримшо. В монографии больше 450 страниц.
Поддержка архитектуры в Дании: коллаборации большие...
Публикуем главу из недавно опубликованного исследования Москомархитектуры, посвященного анализу практик поддержки архитектурной деятельности в странах Европы, США и России. Глава посвящена Дании, автор – Татьяна Ломакина.
Сколько стоил дом на Моховой?
Дмитрий Хмельницкий рассматривает дом Жолтовского на Моховой, сравнительно оценивая его запредельную для советских нормативов 1930-х годов стоимость, и делая одновременно предположения относительно внутренней структуры и ведомственной принадлежности дома.
Конкурсный проект комбината газеты «Известия» Моисея...
Первая часть исследования «Иван Леонидов и архитектура позднего конструктивизма (1933–1945)» продолжает тему позднего творчества Леонидова в работах Петра Завадовского. В статье вводятся новые термины для архитектуры, ранее обобщенно зачислявшейся в «постконструктивизм», и начинается разговор о влиянии Леонидова на формально-стилистический язык поздних работ Моисея Гинзбурга и архитекторов его группы.
От музы до главной героини. Путь к признанию творческой...
Публикуем перевод статьи Энн Тинг. Она известна как подруга Луиса Кана, но в то же время Тинг – первая женщина с лицензией архитектора в Пенсильвании и преподаватель архитектурной морфологии Пенсильванского университета. В статье на примере девяти историй рассмотрена эволюция личностной позиции творческих женщин от интровертной «музы» до экстравертной креативной «героини».
Бетонный Мадрид
Новая серия фотографа Роберто Конте посвящена не самой известной исторической странице испанской архитектуры: мадридским зданиям в русле брутализма.
Реновация городской среды: исторические прецеденты
Публикуем полный текст коллективной монографии, написанной в прошедшем 2020 году сотрудниками НИИТИАГ и посвященной теме, по-прежнему актуальной как для столицы, так и для всей страны – реновации городов. Тема рассмотрена в широкой исторической и географической перспективе: от градостроительной практики Екатерины II до творчества Ричарда Роджерса в его отношении к мегаполисам. Москва, НИИТИАГ, 2021. 333 страницы.
Технологии и материалы
A BOOK – уникальная палитра потолочных решений
Рассказываем о потолочных решениях Knauf Ceiling Solutions из проектного каталога A BOOK, которые были реализованы преимущественно в России и могут послужить отправной точкой для новых дизайнерских идей в работе с потолком как гибким конструктором.
Городские швы и архитектурный фастфуд
Вышел очередной эпизод GMKTalks in the Show – ютуб-проекта о российском девелопменте. В «Архитительном выпуске» разбираются, кто главный: архитектор или застройщик, говорят о работе с историческим контекстом, формировании идентичности города или, наоборот, нарушении этой идентичности.
​Гибкий подход к стенам
Компания Orac, известная дизайнерским декором для стен и богатой коллекцией лепных элементов, представила новинки на выставке Mosbuild 2024.
BIM-модели конвекторов Techno для ArchiCAD
Специалисты Techno разработали линейки моделей конвекторов в версии ArchiCAD 2020, которые подойдут для работы архитекторам, дизайнерам и проектировщикам.
Art Vinyl Click: модульные ПВХ-покрытия от Tarkett
Art Vinyl Click – популярный продукт компании Tarkett, являющейся мировым лидером в производстве финишных напольных покрытий. Его отличают быстрота укладки, надежность в эксплуатации и множество вариантов текстур под натуральные материалы. Подробнее о возможностях Art Vinyl Click – в нашем материале.
Кирпичное ателье Faber Jar: российское производство с...
Уход европейских брендов поставил многие строительные объекты в затруднительное положение – задержка поставок и значительное удорожание. Заменить эксклюзивные клинкерные материалы и кирпич ручной формовки без потери в качестве получилось у кирпичного ателье Faber Jar. ГК «Керма» выпускает не только стандартные позиции лицевого кирпича, но и участвует в разработке сложных авторских проектов.
Systeme Electric: «Технологическое партнерство – объединяем...
В Москве прошел Инновационный Саммит 2024, организованный российской компанией «Систэм Электрик», производителем комплексных решений в области распределения электроэнергии и автоматизации. О компании и новейших продуктах, представленных в рамках форума – в нашем материале.
Новая версия ар-деко
Жилой комплекс «GloraX Premium Белорусская» строится в Беговом районе Москвы, в нескольких шагах от главной улицы города. В ближайшем доступе – множество зданий в духе сталинского ампира. Соседство с застройкой середины прошлого века определило фасадное решение: облицовка выполнена из бежевого лицевого кирпича завода «КС Керамик» из Кирово-Чепецка. Цвет и текстура материала разработаны индивидуально, с участием архитекторов и заказчика.
KERAMA MARAZZI презентовала коллекцию VENEZIA
Главным событием завершившейся выставки KERAMA MARAZZI EXPO стала презентация новой коллекции 2024 года. Это своеобразное признание в любви к несравненной Венеции, которая послужила вдохновением для новинок во всех ключевых направлениях ассортимента. Керамические материалы, решения для ванной комнаты, а также фирменные обои помогают создать интерьер мечты с венецианским настроением.
Российские модульные технологии для всесезонных...
Технопарк «Айра» представил проект крытых игровых комплексов на основе собственной разработки – универсальных модульных конструкций, которые позволяют сделать детские площадки комфортными в любой сезон. О том, как функционируют и из чего выполняются такие комплексы, рассказывает председатель совета директоров технопарка «Айра» Юрий Берестов.
Выгода интеграции клинкера в стеклофибробетон
В условиях санкций сложные архитектурные решения с кирпичной кладкой могут вызвать трудности с реализацией. Альтернативой выступает применение стеклофибробетона, который может заменить клинкер с его необычными рисунками, объемом и игрой цвета на фасаде.
Обаяние романтизма
Интерьер в стиле романтизма снова вошел в моду. Мы встретились с Еленой Теплицкой – дизайнером, декоратором, модельером, чтобы поговорить о том, как цвет участвует в формировании романтического интерьера. Практические советы и неожиданные рекомендации для разных темпераментов – в нашем интервью с ней.
Навстречу ветрам
Glorax Premium Василеостровский – ключевой квартал в комплексе Golden City на намывных территориях Васильевского острова. Архитектурная значимость объекта, являющегося частью парадного морского фасада Петербурга, потребовала высокотехнологичных инженерных решений. Рассказываем о технологиях компании Unistem, которые помогли воплотить в жизнь этот сложный проект.
Вся правда о клинкерном кирпиче
​На российском рынке клинкерный кирпич – это синоним качества, надежности и долговечности. Но все ли, что мы называем клинкером, действительно им является? Беседуем с исполнительным директором компании «КИРИЛЛ» Дмитрием Самылиным о том, что собой представляет и для чего применятся этот самый популярный вид керамики.
Игры в домике
На примере крытых игровых комплексов от компании «Новые Горизонты» рассказываем, как создать пространство для подвижных игр и приключений внутри общественных зданий, а также трансформировать с его помощью устаревшие функциональные решения.
«Атмосферные» фасады для школы искусств в Калининграде
Рассказываем о необычных фасадах Балтийской Высшей школы музыкального и театрального искусства в Калининграде. Основной материал – покрытая «рыжей» патиной атмосферостойкая сталь Forcera производства компании «Северсталь».
Сейчас на главной
Арахноид совриска
Ткачество, вязание, вышивание – древнейшие профессии, за которыми прочно закреплена репутация мирных, домашних, женских, уютных, в общем, безопасных. Выставка в Ruarts Foundation показывает, что это вовсе не так, умело оперируя парадоксальным напряжением, которое возникает между традиционной техникой и тематикой совриска.
Нюансированная альтернатива
Как срифмовать квадрат и пространство? А легко, но только для этого надо срифмовать всё вообще: сплести, как в самонапряженной фигуре, найти свою оптику... Пожалуй, новая выставка в ГЭС-2 все это делает, предлагая новый ракурс взгляда на историю искусства за 150 лет, снабженный надеждой на бесконечную множественность миров / и историй искусства. Как это получается и как этому помогает выставочный дизайн Евгения Асса – читайте в нашем материале.
Атака цвета
На выставке «Конструкторы науки» проекты зданий институтов и научных городков РАН – в основном модернистские, но есть и до-, и пост- – погружены в атмосферу романтизированной науки очень глубоко: во многом это заслуга яркого экспозиционного дизайна NZ Group, – выставка стала цветным аттракционном, где атмосфера не менее значима, чем история архитектуры.
Пресса: Город с двух сторон от одного тракта
Бийск — это место, некогда пережившее столкновение двух линий российской колонизации, христианской и предпринимательской. Конфликт возник вокруг местного вероучения и, хотя одни хотели его сгубить, а другие — защитить, показал, что обе линии слабо понимают свойства осваиваемого ими пространства. Обе вскоре были уничтожены революцией, на время приостановившей и саму колонизацию, которая, впрочем, впоследствии возродилась, пусть формы ее и менялись. Пространство тоже не утратило своих особенностей, пусть они и выглядят несколько иначе. Более того — сейчас в некоторых отношениях они прекрасно понимают друг друга.
Трилистник инноваций
В Пекине готов Международный центр инноваций «Чжунгуаньцунь» (ZGC), спроектированный MAD Architects. В апреле здесь уже провели престижный технологический форум.
Олива в кубе
Офис продаж жилого комплекса Moments транслирует покупателям заложенные проектом ценности. Близость природы, красота смены сезонов, изящество архитектурных решений интерпретированы через прозрачный куб, внутри которого растет оливковое дерево. В дальнейшем здание сменит функцию и станет частью входной группы общеобразовательной школы.
Город палимпсест
Довольно интересно рассматривать известные проекты в процессе их жизни. «Городу набережных» Максима Атаянца сейчас – 15 лет от замысла и 9 лет от завершения строительства. Заехали посмотреть: к качеству много вопросов, но, что интересно – архитектурные решения по-прежнему неплохо «держат» комплекс. Смотрите картинки.
Журавли и фонарики
В казанском ресторане Ichi-Go-Ichi-E команда Ideologist создавала азиатский интерьер без привязки к определенной стране или эпохе. Набор визуальных кодов включает отсылки к Японии 1980-х, ночному Гонконгу и футуристичному Сингапуру.
Деревья и арки
В условиях дефицита площади спорткомплекс Шаосинского университета вместил на разных уровнях серию игровых полей и площадок, общественные пространства и даже деревья.
Радиоволна
Бюро «Цимайло Ляшенко и Партнеры» подготовило концепцию приспособления к современному использованию Дома Радио – официальной резиденции Теодора Курентзиса в Петербурге. Проект подчеркнет исторические слои пространств и привнесет новое звучание, связанное с более совершенным техническим оснащением залов.
Орел шестого легиона
С сегодняшнего дня в ГМИИ открыта выставка, посвященная Риму. В основном это коллекция гравюр и античной пластики Максима Атаянца – очень большая, внушительная коллекция, дополненная, как хороший букет, вещами из музейного хранения. Как она скомпонована и зачем туда идти – в нашем материале.
Жалюзи для льда
В Домодедово по проекту мастерской Юрия Виссарионова построена ледовая арена. Чтобы протяженный фасад, обусловленный техническими характеристиками сооружения для зимних видов спорта, не выглядел однообразным, архитекторы предложили использовать навесные конструкции с разнонаправленными ламелями. Таким образом лед защищается от солнечных лучей, а стена приобретает фактурность и детализацию.
Пресса: Столичный кейс в Омске: как и где строить не только...
Подкаст "Зерно архитектуры" побывал в гостях у "Архитектурной группы ДНК" в Москве. Сейчас их проект воплощается в жилой комплекс бизнес-класса "Пушкина 77" на пересечении улиц Масленникова и Жукова в Омске. Соучредитель и глава компании Константин Ходнев рассказал ведущей подкаста Алине Бегун, как птицы стали "частью" омского аэропорта, куда следует относить знаковые стены с граффити, за что команду архитекторов обвиняли в диверсии и что хорошего они надеются привнести в застройку и благоустройство Омска?
Яхты-лайнеры
Максим Рымарь построил* для футбольной команды Сергея Галицкого, с которым работает уже давно, спортивно-оздоровительный комплекс в окрестностях Краснодара. Типология отеля-лайнера, растущего лентами террас на берегу озера – яркое и емкое пластическое высказывание. В плане как три эллиптических лепестка, нанизанных на продольную ось.
Тетрис в порту
Смотровая башня, спроектированная для Старого порта Монреаля бюро Provencher_Roy, и общественная зеленая зона вокруг нее от ландшафтного бюро NIPPAYSAGE вобрали в себя множество элементов местной идентичности.
Стержни и лепестки
Для московского района Преображенское бюро GAFA спроектировало камерный комплекс Artel, который состоит всего из двух корпусов по 12 этажей. Отсылки к ар-деко и его ответвлению – стримлайну – мы нашли не только в архитектуре, но и в благоустройстве, напоминающем поглощенную природой железнодорожную эстакаду.
Закулисная история
В Грозном по проекту Alexey Podkidyshev studio преобразился Театр юного зрителя. Авторы не только разделили исторические объемы и более поздние пристройки, но и превратили невзрачный объект в востребованное общественное пространство.
Место силлы
В Петропавловске-Камчатском прошел конкурс на создание общественно-культурного центра. В финал вышли три бюро, о работе каждого мы считаем важным рассказать. Начнем с победителя – консорциума во главе с Wowhaus.
Памяти Марии Зубовой
Мария Зубова преподавала историю искусства и архитектуры нескольким поколениям студентов МАРХИ. Художник, иконописец, искусствовед, автор учебников, книги о графике Матисса, инициатор переиздания книг Василия Зубова по истории и теории архитектуры, реставрации и христианской философии.
Баланс желтого
Архитекторы АБ ATRIUM, используя свои навыки и знания в области проектирования школ нового поколения, в которых само пространство и пластика – так задумано – работают на развитие ребенка, оживили крупный, хотя и среднеэтажный, жилой комплекс New Питер проектом, где сквозь темный кирпич прорываются лучи желтого цвета, актового зала нет, зато есть четыре амфитеатра, две открытые террасы, парк и возможность использовать возможности школы не только ученикам, но и, по вечерам, горожанам.
Очередной оазис
Stefano Boeri Architetti выиграли конкурс на проект жилого комплекса в Братиславе. Здесь не обошлось без их «фирменных» висячих садов.
Маршрут на выбор
После реновации парк культуры и отдыха Белорецка предлагает посетителям больше сценариев для досуга: на его территории появились экотропа, лестница со смотровой площадкой, музей в водонапорной башне и другие объекты.
Кампус за день
Кто-то в теремочке живет? Рассказываем о том, чем занимались участники хакатона Института Генплана на стенде МКА на Арх Москве. Кто выиграл приз и почему, и что можно сделать с территорией маленького вуза на краю Москвы.
Не-стирание. Памяти Николая Лызлова
Николай Лызлов умер три дня назад, 7 июня. Вспоминаем его архитектуру, старые и новые проекты, построенное и не построенное, принципы и метод, отношение к среде и контексту. Светлая память. Прощание завтра в ЦДА.
Пресса: Город, сделанный из древнерусского
Суздаль: совместное предприятие интеллигенции и власти. Рассказ о Суздале принято начинать, продолжать и заканчивать описанием его средневекового наследия. Слов нет, оно величественно. Три памятника в списке Всемирного наследия ЮНЕСКО говорят сами за себя. Однако исключительность города все же не в них.