«Ландшафтный архитектор – это архитектор «нулевого объема»

Архитектор и ландшафтный архитектор Марио Боничелли, член жюри московского Международного конкурса ландшафтного дизайна «Цветочный джем», рассказал Архи.ру о превращении промзон в парки и своем интересе к советскому модернизму.

Беседовала:
Светлана Михайлова

mainImg
Открытый международный конкурс городского ландшафтного дизайна «Цветочный джем» проходит в Москве уже второй раз. В 2018 он включает в себя две профессиональные («Большой выставочный сад» и «Малый выставочный сад»), одну студенческую и одну любительскую номинацию. В конце лета лучшие проекты будут реализованы во всех округах Москвы, включая Троицк и Зеленоград. Подробнее о конкурсе – здесь.
 
zooming
Марио Боничелли. Фото предоставлено Mario Bonicelli Architetto and Partners

Марио Боничелли, выпускник Венецианского университетского института архитектуры IUAV, работает в Бергамо во главе своего бюро Mario Bonicelli Architetto and Partners. Он занимается архитектурным проектированием, реновацией объектов наследия, интерьерным дизайном, созданием городских общественных пространств. Особый интерес для Боничелли представляет биоархитектура.
 
Площадь «Кредито Бергамаско» в Бергамо. Фото предоставлено Mario Bonicelli Architetto and Partners

– По образованию вы архитектор, однако проектируете и здания, и парки, у вашей мастерской – очень широкий спектр деятельности. Но что вам интереснее?

– Мое бюро MBA and partners работает с архитектурой в формате «360 градусов», касаясь разных сфер – от проектирования новых зданий до реставрации памятников, от дизайна интерьеров до реновации городских ландшафтов и зеленых пространств. Среди всех «жанров», которыми мы занимаемся, конечно, мы очень любим реставрацию исторического наследия, но больше всего – реконструкцию городских пространств.
 
Реконструкция лесопилки в Ольмо-аль-Брембо. Фото предоставлено Mario Bonicelli Architetto and Partners

– Какова взаимосвязь, на ваш взгляд, между архитектурой и ландшафтной архитектурой? Есть ли для вас принципиальная разница в проектировании открытых пространств и зданий?

– Разницы в аспекте подхода между этими двумя темами нет. Я люблю часто повторять, что ландшафтный архитектор – это архитектор «нулевого объема», потому что проектировать городской ландшафт – значит проектировать архитектуру открытых пространств, где люди живут, встречаются, находят общий язык – точно так же, как это случается в домах, офисах, магазинах, общественных зданиях.
 
Школьный кампус в Вильминоре-ди-Скальве. Фото предоставлено Mario Bonicelli Architetto and Partners

– У вас большой опыт работы с городским пространством: могли бы вы определить, каким вы его хотите видеть? О чем важно помнить при создании городской среды, городского ландшафта?

– Первое, о чем нужно помнить, когда проектируешь городское открытое пространство, это то, что из всех компонентов общественного владения «улица и площадь» создают самое сильное чувство принадлежности у жителя города. Исходя из этого предположения, каждый ландшафтный архитектор, прежде всего, должен прислушаться к потребностям и желаниям горожан. Только после этого он может приступить к разработке своей концепции, сооружению своей стратегии реконструкции.
 
Отель Milano в Кастьоне-делла-Презолана. Фото предоставлено Mario Bonicelli Architetto and Partners

– Вы не раз были членом жюри различных конкурсов. Можно ли сказать, какой проект привлечет ваше внимание в первую очередь? Что вас заинтересует?

– Когда я должен оценивать проект, я в первую очередь обращаю внимание на связность всего творческого процесса, проведенного дизайнером. Кроме этого, конечно, мне нравится смелость автора, который стремится выразить новаторскую идею ясно и четко.
 
Проект реконструкции набережной Савоны. Изображение предоставлено Mario Bonicelli Architetto and Partners

– Какие ландшафтные проекты последних лет вам показались наиболее интересными?

– Для меня самые замечательные проекты – это реконструкции неиспользуемых промышленных или инфраструктурных зон, которые превращаются в крупные зеленые пространства для общественного пользования. Примеры такого типа хорошо известны – парк Хай-Лайн Diller Scofidio + Renfro в Нью-Йорке, парк-эстакада MVDRV в Сеуле, их предшественник из 1990-х – парк Дуйсбург-Норд Петера Латца, и, наконец, парк «Красная лента» бюро Turenscape в Циньхуандао, созданный на месте свалки на речных берегах.

– Искусство создания садов и парков существует уже очень давно. Мы знаем о садах в Древнем Египте, Риме, изучаем историю французских регулярных и английских пейзажных парков. Как вы считаете, насколько актуальны эти знания и принципы в наше время?

– Великий итальянский архитектор XX века Джо Понти советовал любить современных архитекторов: «Нет для вас других архитекторов», – как он говорил. Я всегда это повторяю, потому что история – настоящая, та, что в итоге имеет значение – это результат работы великих «современных» авторов, которые дерзали [создавать новое] в каждую эпоху. И эта история сохраняется и живет во всех архитекторах и дизайнерах. Разница между хорошими архитекторами и не настолько хорошими – в том, что первые хорошо знают, как использовать наследие прошлого и превращать его в современные проекты.

– Есть ли ландшафтные архитекторы, у которых вы учитесь, – и чему?

– Мои «точки опоры» в ландшафтном дизайне разнятся в зависимости от масштаба моего проекта. Если мы говорим о дизайнерах, работающих в первую очередь с растениями, то, конечно, я сразу думаю о Пите Аудолфе. Если говорим о дизайнерах садов, то главные, на кого стоит сегодня ориентироваться, это по-прежнему британцы, к примеру, мой друг Энди Стерджен, Лучано Джуббилеи и Том Стюарт Смит. В сфере теории ландшафта всегда лидируют французы. Главный для меня пример способности объединять фантазию с историей и искусством – до сих пор парк в деревне Коллоди, посвященная Пиноккио работа моего соотечественника Пьетро Порчинаи, завершенная уже полвека назад. Наконец, в аспекте крупномасштабных ландшафтных проектов, мне очень нравятся голландцы (MVRDV, West 8, Lodewijk Baljon landschapsarchitecten) и испанцы (Карлос Ферратер, Miralles Tagliabue EMBT).
 
– Вы уже несколько раз побывали в России. Что интересного вы находите для себя в нашей архитектуре, в том числе – среди парков? Были ли в парке «Зарядье»?

– Когда я приезжаю в Россию, я всегда отправляюсь открывать для себя советский модернизм… Замечательно, что российские архитекторы 40–50 лет назад были способны создавать архитектуру столь высокого качества – обладая очень скромными материальными ресурсами и в условиях, когда они могли обмениваться идеями лишь в узком кругу.
Конечно, я уже побывал в «Зарядье»: мне было очень любопытно увидеть этот большой новый парк, который россияне так ждали. Мне повезло: меня сопровождал один из московских архитекторов, который работал с Diller Scofidio + Renfro над проектом парка, поэтому я смог оценить каждую деталь, включая впечатляющий вид на Москву с очень смелого моста-консоли.

– Я знаю, что вы делали проект для Кирова. А еще работы для России у вас есть?

– Около трех лет я занимался проектами больших жилых массивов в Кировской области. Это была очень интересная задача. Я стремился объяснить моим заказчикам важность определения [плана] ландшафтного дизайна еще даже до архитектурного проекта. Я оценил то, насколько российским предпринимателям нравится сотрудничать с итальянским архитектором. А сейчас, после опыта работы в российской провинции, я размышляю над предложением о партнерстве от крупной московской компании.

29 Июня 2018

Беседовала:

Светлана Михайлова
comments powered by HyperComments

Технологии и материалы

Технологии сохранения тепла от Realit®
Ежегодно команда Realit® развивает, модернизирует собственные разработки и выводит на рынок совершенно новые архитектурные системы в соответствии с растущими потребностями современного строительства, а также изменениями в СП 50.13330.2012 «Тепловая защита зданий. Актуализированная редакция СНиП 23-02-2003»
Формула здоровья от Baumit Klima
Серия экологически чистых, антибактериальных строительных материалов Baumit Klima на известковой основе формирует здоровый микроклимат в доме, регулирует температуру и влажность, гарантирует чистоту и свежесть воздуха.
Свет для самой яркой звезды
Свет учебным классам и лабораториям павильона «Школа» центра «Сириус» обеспечивают мансардные окна VELUX, одновременно защищая помещения от южного солнца и участвуя в формировании архитектурного облика.
Как ковалась победа: вклад Борского стекольного завода
В эту знаменательную дату, мы хотим вспомнить подвиги героев тыла и фронта, руками которых ковалась Великая Победа над фашистским режимом.
Одним из таких выдающихся предприятий был Горьковский механизированный стеклозавод имени М. Горького на Моховых горах, известный в наши дни как Борский стекольный завод, старейшее предприятие стекольной отрасли и один из производственных комплексов AGC Group.
Wienerberger Brick Award 2020: финал переносится на осень
Завершающий этап премии Brick Award от концерна Wienerberger из-за пандемии перенесли на осень. Но уже сформирован шорт-лист. Рассказываем подробнее о премии и показываем некоторые проекты-финалисты.
Ремесленные традиции
Для бизнес-центра «Депо №1» компания «Славдом» поставляла кирпич Wienerberger и системы крепления Baut. Замысел авторов, поддержанный качественным материалами и исполнением, воплотился в здание, достойное исторической среды Петербурга.
Броненосец из титан-цинка
Новая станция метро в Торонто по проекту британских архитекторов Grimshaw получила необычную кровлю, покрытую титан-цинком RHEINZINK.
Грани света
Параметрическое моделирование помогло апарт-отелю в комплексе Grani не затенять окружающие постройки, а окна Velux – обеспечить светом разнообразные внутренние пространства. Другая их заслуга: деликатное дополнение реконструированных исторических корпусов комплекса.
Тренды Delabie: бесконтактная ГИГИЕНА
Бесконтактные сантехнические приборы Delabie позволяют сократить риск заражения в разы даже в период эпидемии, а разработчики компании предлагают целый ряд инноваций, позволяющих предотвратить размножение бактерий как на поверхностях, так и внутри сантехнического оборудования.
ТЭЦ, спорт и зеленая крыша
Архитекторы BIG объединили в одном сооружении для Копенгагена экологичный мусоросжигательный завод, ТЭЦ, горнолыжный склон – и зеленую крышу системы ZinCo.

Сейчас на главной

Пресса: «Больше Щусева»
Проект реконструкции Каланчевского путепровода дважды изменен по настоянию градозащитников.
Премия Москвы: итоги 2020
Названы пять проектов-лауреатов Архитектурной премии Москвы. Впервые среди победителей – объект транспортной инфраструктуры и проект, реализуемый в рамках программы реновации.
Метро как источник энергии
В Лондоне заработала первая ТЭЦ, которая использует «потерянное тепло» метрополитена: для отопления жилых домов и начальной школы. Авторы архитектурного проекта – Cullinan Studio.
Городская «обманка»
Новый корпус музея Хельги де Альвеар по проекту Emilio Tuñón Arquitectos в Касересе на западе Испании кажется неприступным, но на самом деле пешеходы могут сократить путь через его сад и террасу.
Рациональное построение
Рассматриваем комплекс построек и интерьеры первой очереди здания, которое за последние месяцы стало очень известным – больницу в Коммунарке.
Норману Фостеру – 85
Мастеру архитектурного хай-тека, любителю лыжных марафонов, а с недавних пор еще и звезде Instagram, британцу Норману Фостеру исполнилось сегодня 85 лет.
Маскировка модерниста
Общественный центр на площади Волкова в Ярославле: из-за деревьев его почти не видно, он хорошо спрятан на виду, но не отступает от принципа строгой современной архитектуры с ноткой ностальгии по «классическому» модернизму.
Умер Константин Малиновский
В Петербурге 27 мая скончался исследователь творчества Трезини, Кваренги, Расстрелли, культуры и искусства Петербурга XVIII века Константин Малиновский. Сергей Чобан – в память о Константине Малиновском.
Гранёный
Скульптурный металлический кожух превратил обычную коробку придорожного ТРЦ в нечто большее – в здание, которое привлекает взгляды само со себе, своей формой, работая гипер-рамой для рекламного медиа-экрана.
Свободный центр
105-метровая жилая башня на 20 квартир по проекту Heatherwick Studio в Сингапуре обошлась без традиционного сервисного ядра: вместо него на каждом этаже – обширная жилая зона, выходящая на фасады балконами-раковинами с тропической зеленью.
Зигзаг над полем
Школьный спортзал, также играющий роль общественного центра для швейцарской деревни Ле-Во, спроектирован лозаннским бюро Localarchitecture.
Отстоять «Политехническую»
В Петербурге – новая волна градозащиты, ее поднял проект перестройки вестибюля станции метро «Политехническая». Мы расспросили архитекторов об этом частном случае и получили признания в любви к городу, советскому модернизму и зеленым площадям.
Пресса: Архитектура простыла в музыке
Новая филармония, которую открыли в 2015 году в парижском районе Ла-Виллет,— среди самых заметных произведений современной архитектуры во Франции. Но здание в итоге поссорило его создателей. Пять лет спустя автор проекта Жан Нувель и заказчик, руководство филармонии, обмениваются судебными исками на сотни миллионов евро. Рассказывает корреспондент “Ъ” во Франции Алексей Тарханов.
Автор-реконструктор
Дэвиду Чипперфильду поручена реновация здания Центрального телеграфа в Москве: в связи с этим вспомним, почему этот знаменитый британский архитектор считается мастером по работе с наследием, а также о «сложных случаях» в его практике.
Электрические колонны
Новый дом на Кутузовском по-своему интерпретирует как классицистический контекст места, так и присущий проспекту премиальный статус. В то же время он смел: таких колонн – стеклянных, светящихся в ночи трубок, в Москве еще не было. Пластические высказывание получилось сильным и бескомпромиссным, буквально на грани между декоративностью «Украины» и хай-теком Сити.
Пресса: Ар-деко. К юбилею выставки 1925 года в Париже
28 апреля 1925-го в Париже состоялось открытие «Международной выставки декоративного искусства и художественной промышленности». Это событие сыграло ключевую роль в развитии стиля ар-деко, самого яркого художественного направления межвоенной эпохи. И хотя сам термин появился много позже, в 1960-е, именно выставка в Париже подарила стилю его имя.
Архи-события: 25–31 мая
Несколько онлайн-лекций, новый экспресс-курс в МАРШ, конференция о пригородах на «Стрелке» и мастерская с Никитой и Андреем Асадовыми от проекта «Живые города».
Крыша на вырост
Хозяева смогут расширить свои «1/3 дома» по проекту бюро Rever & Drage на западе Норвегии, если их семья увеличится, а пока используют кровлю-навес как парковку, банкетный зал, мастерскую.
Из «муравейника» в «город-сад»
МАРШ запускает он-лайн-интенсив, посвященный экологически устойчивому развитию территорий. Об актуальности темы для российских регионов рассказывает куратор курса и наблюдатель ООН Ангелина Давыдова.
Бетон и пальмы
Новый корпус фонда Nubuke в Аккре, столице Ганы, по проекту бюро nav_s baerbel mueller и Юргена Штромайера.
Градсовет удаленно 19.05.2020
Жилой комплекс пополам с гостиницей, еще два варианта станции метро «Парк победы» и поглощение «Политехнической» – на третьем дистанционном градсовете Петербурга.
Простота для Новой Риги
Проект автомойки с кафе и террасой с видом на дальний лес, и «ритейл-офис» мебельных компаний с длинной и причудливой красной скамейкой.
Зеленый лабиринт на фасаде
Стены и кровля офисно-торгового комплекса Kö-Bogen II по проекту Кристофа Ингенхофена в Дюссельдорфе покрыты 8 километрами живой изгороди: это самый большой зеленый фасад Европы.
Параллельный мир
В частном подмосковном доме Parallel House архитектор Роман Леонидов создал выразительную скульптурную композицию из абсолютно простых форм – параллелепипедов, чье столкновение превратилось в захватывающий спектакль.
Зеркало для неба
Офисное здание cube berlin по проекту бюро 3XN рядом с центральным берлинским вокзалом получило зеркальный фасад-аттракцион, позволивший одновременно устроить открытые террасы для отдыха сотрудников.
Волнорез
В Истринском городском округе Подмосковья тандем бюро «Четвертое измерение» и «АРС-СТ» спроектировал спортивный комплекс – монообъем в виде скошенного параллелепипеда с острым, как у корабля, «носом»
Пресса: Как помойка станет парком. Григорий Ревзин о городе...
Подтверждая закон Ломоносова «сколько чего у одного тела отнимется, столько присовокупится к другому», превращение города в парк, ставшее главным трендом сегодняшнего урбан-дизайна, дополняется обратным трендом — превращением парка в город.
Илья Уткин: «Мы учились у Пиранези и Палладио»
О трех кварталах вокруг Кремля – Кадашевской слободе, Царевом саде и ЖК на Софийской набережной; о понимании города и храма, о творческой оттепели и десятилетии бескультурья; о сокровищах дедушкиной библиотеки – рассказал победитель бумажных конкурсов, лауреат Венецианской биеннале, архитектор-неоклассик Илья Уткин.
Фасад по солнцу
UNStudio реконструировало здание Hanwha Group в Сеуле в соответствии с требованиями энергоэффективности и комфорта, причем работа сотрудников Hanwha не прервалась даже на день.
Дом отшельника
Тема нынешней «Древолюции» – актуальнее не придумаешь. Участники проектировали скромный и легко реализуемый дом для уединения и наслаждения природой. Показываем 19 вдохновляющих работ, отобранных жюри.
Лестница в небо
Проект гостиницы в поселке Янтарный – пример новой типологии рекреационного комплекса, новый формат, объединивший гостиничную, деловую и культурную функции. И все это под лозунгом максимального единения с природой.
Граждане против Цумтора
В Лос-Анджелесе активисты провели конкурс проектов реконструкции музея LACMA, среди участников – Coop Himmelb(l)au и Barkow Leibinger. Это альтернатива «официальному» плану Петера Цумтора, который предусматривает уменьшение общей площади и снос четырех существующих корпусов.
Мыс доброй надежды
Показываем все семь проектов, участвовавших в закрытом конкурсе на создание концепции штаб-квартиры компании «Газпром нефть», а также приводим мнения экспертов.
Картинки на карантине
Как российские архитектурные бюро реагируют на карантин? Размышления о будущем, графика, юмор, хорошие фотографии. Собираем пазл из контента Instagram.
Не только военные песни
Один из проектов нынешнего конкурса благоустройства малых городов созвучен празднику 9 мая: его главный элемент – реконструкция парка, в котором ежегодно проходит фестиваль в честь автора известных песен военной тематики.
Городская лагуна
Архитекторы MVRDV встроили в «руины» городского торгового центра на Тайване общественное пространство The Spring с водоемами, детскими площадками, эстрадой и зеленью.
Белоснежные цилиндры
Арт-центр и парк Tank Shanghai по проекту пекинского бюро OPEN Architecture в Шанхае – редкий пример приспособления под новую функцию резервуаров для авиационного топлива.
Голодный город
Реконструкция Торжковского рынка от бюро RHIZOME: прилавки с фермерскими продуктами, фуд-холл и музей в интерьерах модернистского здания.