Садитесь, пожалуйста

Заметки о биеннале. Арсенал.

25 Мая 2018

Репортаж

Урбанистика / Градостроительство Архитектура

Заявленная кураторами Ивон Фарел и Шелли МакНамара тема биеннале, как всегда, расплывчата, но не слишком. По названию – FreeSpace, или Свободное пространство, кстати на разноязычной заставке биеннале эти слова по-русски даны крупно и уступают разве что английским – очевидно, что речь идет об общественных пространствах, теме, которая за последние годы успела образовать у всех причастных хороший кольцевидный желобок на коре головного мозга. Так что на пресс-конференции кураторы объясняли, что да, конечно, общественные пространства, но не прямо они и не только они, призывая задуматься, насколько существующие пространства позволяют почувствовать себя свободным, напоминая об эмоции свободного пространства и внутренней свободе, уточняя, что речь не только о пространствах между зданиями, но и о связях и взаимодействии между ними. Как-то же надо показать, хотя бы краю глаза, проекты и постройки архитекторов, приглашенных кураторами, – в этом году в Арсенале их 65, и россиян, сразу скажу, нет. Diller Scofidio + Renfro участвуют, вторые справа от входа, но показывают не Зарядье, а 14-этажное здание центра медицинского образования Роя и Дианы Вагелос в Колумбийском университете в Нью-Йорке: «…здание поощряет обучение в команде, его основной прием это образовательный Каскад, последовательность взаимосвязанных пространств, светлых и насыщенных воздухом. …В отличие от обычных медцентров, где главная цель оптимизация каждого квадратного метра, оно гибко, адаптивно и уделяет внимание ощущениям», – так проект сам собой раскрывает тему биеннале. Слышались восторги.

zooming — Биеннале 2018, Кордери. Фотография Архи.ру

Но тема общественных пространств, конечно, повлияла на выставку. Мало того, что всех опять призвали задуматься не вполне о зданиях, а о том, что между ними – вспоминаем таинственное Out there Аарона Бецки – так еще и пространство должно быть свободным. Неудивительно, что почти каждый экспонент предложил скамейки в том или ином виде, от подушек до мест, где можно немного даже полежать. Это очень хорошее нововведение: известно, что биеннале это ноги, выставка огромная, и не всякий волк добежит до конца. Хотя в этом году она как будто немного меньше, мрачноватые камеры Giardino delle Vergini не заняты ничем. В остальном, как всегда, инсталляции соревнуются в оригинальности и глубокомыслии, выбирая жанр между презентацией проектов и исследований, конструированием лестниц в потолок, откуда можно рассматривать залы Арсенала сверху – этих особенно много, год от года все больше – медитативными светомузыкальными шоу, архитектурной пластикой, минимализмом до самоотречения и прочим.

Комментарий кураторов лаконичен и распределен по двум залам – на входе, после шторки из канатов, напоминающих об исходном предназначении Кордери: в нем делали канаты, «это было рабочее пространство, а теперь пространство для общения». В первой же строчке кураторы называют здание активным участником выставки, восхищаются его длиной 317 м и уточняют – линейка, которую они нарисовали на полу, сопоставляет старые венецианские футы, piedi, и метрическую систему мер. На потолок по всей длине Кордери проецируются буквы со все той же эмблемой нынешней биеннале – они отсылают к солнечным бликам от воды, которые столь часто можно увидеть на потолке здесь в городе. Все экспозиции «представляют аспекты работы их авторов» и отвечают на разные части манифеста, уточняют Фарел и МакНамара. Пункты такие: культура, материальность, пространство возможностей, движение, время, память и дары Природы.

Первые от входа участники как раз представляют свои проекты: британец McLaughlin – в виде крутящегося деревянного стола в духе моделей Леонардо, со звездным небом на столешнице; в день открытия он самолично крутил стол, что довольно тяжело.

Неподалеку Такахара Тезука показывает свой овальный детский сад Фуджи: на анимированном проекциями макете показано, как дети бегают не только по двору, но и по крыше, а посетители волнуются, как бы они не упали.

Архитекторы показывают свои работы, но нередко, стремясь нащупать тему биеннале и в поисках «свободного пространства», обращаются примерам из истории – как например, Arrea Architecture из Словении: «…наш проект о площади и дереве». Одна из площадей – соборная.

Другой вариант – Weiss/Manfredi, приглашенные определенно как авторы, искушенные в строительстве парков и общественных зданий, показывают 2/3 своих работ и где-то треть исторических аналогий, мост шаха Аббаса в Исфахане и Сиднейскую оперу, – так сказать, ставя себя в контекст.

Бюро Гумуджан, названное на биеннале британским, показывает проекты «Транскавказского пути», аналога норвежской туристической дороги: серии пространственных интервенций на протяжении 750 км. Мостов, навесов, пирсов прочих ландшафтных вкраплений, рассчитанных на строительство в течение 10 лет с привлечением волонтеров. Маршрут не рассчитан на «индустриальный туризм» – поясняют авторы, однако к теме выставки он отлично подходит и, в общем-то, поражает масштабом и деликатностью работы с природой. Горы из гофрокартона с золотистыми вкраплениями проектов очень притягательны.

Экспозиция китайского бюро DNA родственна по смыслу армянской и тоже очень качественно показывает ландшафтные вкрапления – амфитеатры и мосты в кантоне Соньян, часть проекта ревитализации региона. Названо «архитектурной акупунктурой». Используются местные материалы и строительные технологии.

Испанцы Flores&Prats масштабно показывают свой проект превращения заброшенного здания рабочего кооператива, построенного в Барселоне в 1924 году, в театральное пространство, выстроив его фрагмент в натуральную величину, причем получилось так, что впереди – пресловутые скамейки, сзади – кулисы с подробным, во множестве макетов, рассказом о проекте.

Из инсталляций – микро-общественных-пространств, первой, пожалуй, удивляет фанерная выгородка-аттракцион от Элисон Брукс. Она объединила четыре павильона, два с дезориентирующими зрителя зеркалами, один с перспективой арок, уходящих вверх, которые можно наблюдать, и фотографировать, конечно, лежа на помосте, чем все и занимались. Конечно же, не обошлось без амфитеатра. Работы бюро – в скромных книжечках на веревках. Сидим на амфитеатре, смотрим. Все части инсталляции так или иначе перекликаются с архитектурными решениями Брукс.

Впрочем лестниц к потолку, как уже говорилось, в этом году немало.

Золотой Лев достался Кеннету Фремптону, в Кордери же в роли «корифеев» выступают, пожалуй, Рафаэль Монео с высказыванием,

И Марио Ботта, собравший в фанерной банке жуков и классические фасады. Причем все это работы нескольких групп студентов первого года обучения. Тема одной группы – введение в архитектурный проект, другой – смотреть, видеть, наблюдать, представлять. «Архитектура прежде всего изучает простарнство жизни человека и трансформирует его, устанавливая новые пространственные связи, – говорится в описании. – ... поэтому архитекторы прежде всего должны помнить об ответственности, и еря на себя роль интерпретатора истории памяти сообщества, должны придерживаться твердой веры в то, что они не столько изобретают, сколько переписывают на современный лад древний «акт строительства».

Алехандро Аравена написал свои принципы по-быстрому, на листочках и на стене.

Нашлось место для подушек – в инсталляции Бенедетты Тальябуэ под названием «Тканая архитектура». «Свободное пространство дарит ощущение принадлежности и определенный вид счастья», – комментирует архитектор.

...и для «ренессансной» сепии – у испанцев De Blacam & Meagher; показ проекта стилизован под увраж.

Австралийцы John Wardle architects соорудили трубу, подобную камере обскуре, с которой сняли драпировку, и назвали ее загадочно “Somewhere other”.

Длинная металлическая конструкция с гофрированной кровлей представляет кровлю, сооруженную норвежцами Jensen & Skodvin над источником Moya. Можно зайти внутрь.

Итальянцы Laura Peretti architects показывают проект регенерации Корвиале – известного очень длинного модернистского дома, то ли урбанистического ужаса, то ли памятника опытам послевоенной архитектуры.

И наконец, в конце 317 метров Кордери спорят между собой в прозрачности и дематериализации Кадзуйо Седзима / Рюэ Нисидзава с пластиковой инсталляцией, живо напоминающей лески Джунио Ишигами, которые 10 лет назад порвала кошка, и Рикардо Блумер с полотнами мыльных пузырей, управляемых сложной автоматикой, представляющих «крайние обстоятельства свободного пространства» и одновременно – экспериментальные образовательные практики автора. Пожалуй, в смысле дематериализации второй побеждает, но переливы мыльных пузырей – удивительно – почти не поддаются фотосъемке.

Точку в споре ставит последний объект Кордери – «Пространственный опыт», гипостиль Валерио Олжиати.

25 Мая 2018

выставка XVI биеннале архитектуры в Венеции: другие тексты

Пресса: Венеция увидела, каким будет Главный храм Вооружённых...

Новость

Бремя выбора

Проект CITIZENSTUDIO в павильоне России на венецианской биеннале архитектуры посвящен будущему – но не столько железных дорог, которые, очевидно, ждет транформация, – сколько в принципе будущему городов. Фактически, он ставит проблему выбора.

Интервью

Никита Явейн: «Мы работаем над архитектурой потоков»

Венецианская биеннале длится полгода, до 25 ноября, так что думаю не поздно поговорить и о российском павильоне. Мы выбрали две его экспозиции для более пристального рассмотрения и беседуем с почетным, как оказалось, железнодорожником Никитой Явейном.

Интервью

Архитекторы о биеннале

Рекомендации от девяти совершенно разных архитекторов, побывавших на биеннале – о выставке, ее достоинствах / недостатках, и, конечно, понравившихся павильонах.

Репортаж

Биеннале: истории

Девять проектов и павильонов с сюжетами – не обязательно историческими, но содержательными. В том числе павильоны Венеции про архивы и Латвии про жилье.

Репортаж

Лучшие павильоны биеннале

Рассматриваем павильоны интересные и содержательные, исключая уже награжденные жюри: 11 павильонов, 80 картинок и комментарии.

Репортаж

Биеннале: Цумтор

Рассматриваем артистичные модели Петера Цумтора из Кунстхауса Брегенца и сравниваем некоторые из них с постройками.

Репортаж

Соль воды

В Венеции одновременно с архитектурной биеннале открылась выставка «Renzo Piano. Progetti d’acqua». Проекты знаменитого итальянца за последние 48 лет погрузили в арт-пространство бывших соляных складов. И какими бы яркими и самобытными не были экспозиции участников биеннале в Джардини и Арсенале, по силе подачи и воздействия на зрителя Ренцо Пьяно, пожалуй, затмил их всех.

Пресса: Каждому по свободе

Тема архитектурной биеннале этого года — freespace, свободное пространство. Критик Мария Элькина обошла все павильоны и пришла к выводу, что свобода сегодня таит в себе такую же опасность, как когда-то массовое производство дешёвого жилья или строительство широких проспектов внутри городов. Вместо всеобщего счастья она может принести большие неприятности.

Репортаж

Десять капелл Ватикана

Самую большую и впечатляющую экспозицию биеннале архитектуры построил Ватикан. Проект Нормана Фостера получил кардинальскую награду.

Репортаж

Лев республики и пустота

Тема биеннале архитектуры – свободное пространство и могло показаться, что награды дали за пустое место. Некоторые награды и впрямь вызывали традиционный вопрос: за что, Господи?

Новость

За гранью физического

В этом году посетители Венецианской архитектурной биеннале помимо «физического» русского павильона смогут посетить виртуальный.

Пресса: Архитекторы со всего мира покажут в Венеции, каким...

В российском павильоне под названием «Станция „Россия“» основной темой выставки станет железная дорога: вокзалы и бескрайние просторы.

Пресса: Российские архитекторы готовятся к Венецианской...

«Свободные пространства» ‒ так звучит тема Венецианской архитектурной биеннале этого года. В российском павильоне тему раскроют через прошлое, настоящее и будущее железных дорог, связывающих необъятную территорию нашей страны.

Новость

«Золотого льва» венецианской биеннале присудили...

Пресса: На Венецианской биеннале воссоздадут камеру хранения...

Стали известны подробности проекта «Станция „Россия“» в национальном павильоне на 16-й Архитектурной биеннале.

Новость

Citizenstudio обнародовали концепцию своего проекта в составе...

Новость

Британский «остров» и брутализм в Венеции

Павильон Великобритании на 16-й венецианской архитектурной биеннале останется пустым, зато приобретет смотровую платформу на крыше, в то время как музей Виктории и Альберта привезет в Арсенал 8-тонную часть сносимого лондонского жилого массива «Робин Гуд Гарденс».

Железная дорога – тема российского павильона XVI Архитектурной...

Новость

«Невысказанные желания незнакомцев»

Кураторы 16-й архитектурной биеннале в Венеции, ирландские архитекторы Ивонн Фаррелл и Шелли МакНамара, объявили тему своей выставки: «Свободное пространство».

все статьи по событию:XVI биеннале архитектуры в Венеции

Статьи по теме: XVI Архитектурная биеннале в Венеции

Интервью

«Вы смотрите на архитектуру, а архитектура смотрит...

Алессандро Боссхард – о все возрастающей стандартизации жилых интерьеров, которой был посвящен курировавшийся им павильон Швейцарии на венецианской биеннале–2018. Его интервью было частью конференции «Архитектор будущего», проведенной Институтом «Стрелка» в партнерстве с ДОМ.РФ.

Интервью

Никита Явейн: «Мы работаем над архитектурой потоков»

Репортаж

Биеннале: истории

Репортаж

Лучшие павильоны биеннале

Новость

Бремя выбора

Репортаж

Соль воды

Репортаж

Лев республики и пустота

Новость

За гранью физического

Новость

«Золотого льва» венецианской биеннале присудили...

Новость

Citizenstudio обнародовали концепцию своего проекта в составе...

Новость

Британский «остров» и брутализм в Венеции

Новость

«Невысказанные желания незнакомцев»

Новость

Опытные педагоги

Кураторами XVI архитектурной биеннале в Венеции станут основательницы ирландского бюро Grafton Шелли МакНамара и Ивонн Фаррелл.

все статьи по теме:XVI Архитектурная биеннале в Венеции

Технологии и материалы

VIZIO: панорамное остекление в российском климате –...

Панорамное остекление в России продают как европейскую историю успеха. Но европейские системы испытываются при -10°C, а зимней ночью в Подмосковье температура опускается ниже -20°C. И это не единственное место, где импортная логика расходится с отечественной реальностью. Ответом на эти вызовы стала первая российская премиальная система VIZIO от Ergohaus.

Малые формы – большая ответственность

Скамейка в парке или урна у входа в жилой комплекс – кажется, что это последний штрих, который можно решить в конце работы над проектом. Такая логика порождает большинство проблем с малыми архитектурными формами: несоответствие реального изделия задуманному, невозможность воспроизвести тираж через год, преждевременный износ. Разбираемся, как производственный цикл влияет на архитектурный результат – вместе с компанией «Хоббика».

Стекло тонкой настройки: ЖК High Life и Phoenix Crystalvision

Стекло в архитектуре – не только символ прозрачности и свободы, но прежде всего сложный инженерный материал с четко заданными свойствами. Чем масштабнее проект и выразительнее пластика фасадов, тем более индивидуальным становится подход к остеклению. ЖК High Life – пример такой точной настройки стекла под архитектурную задачу.

Игровая архитектура нового поколения

В рамках реконструкции парка «Сокольники» компания «Новые Горизонты» спроектировала и построила шесть современных игровых пространств. Одно из них – игровой комплекс «Гнёзда» высотой 9,5 метров – уже стало новой архитектурной доминантой входной зоны парка. Масштабный проект объединил авторскую игровую архитектуру и инклюзивные решения, рассчитанные на детей с разным уровнем мобильности. Разбираем архитектурные и инженерные решения.

Материал для идеала

Предлагаем вспомнить 9 павильонов, представленных на Арх Москве коллаборациями архитекторов и производителей. Часть из них традиционно исследует выразительные возможности того или иного материала через создание инсталляций, иногда весьма эффектных. Но есть и более сложные объекты: например, вполне функциональная капсула для отдыха от бюро Asadov и ArchSkin или же целый музей кирпича от дебютанта выставки BRAER, который привлек Музей архитектуры имени А.В. Щусева и бюро Хора.

Кукуруза и каррарский мрамор

Мексиканская дизайн-студия Manufactura разработала композитный материал для 3D-печати. В его основе – отходы переработки кукурузы и минеральная смесь с добавлением каррарского мрамора. По мнению авторов, материал способен снизить углеродную нагрузку на 70%.

Дома А-Класса на Арх Москве

Рассматриваем некоторые стенды кластера «Дома А-Класса», который занял одну четвертую часть всей Арх Москвы, и отмечаем две тенденции. Первая: попытка сблизить архитектуру с природой с помощью материалов и ланшафтных решений. Вторая: раскрыть важность инженерных коммуникаций, которые создают комфорт и не вторгаются в архитектурные решения.

Иллюзорные преграды

Архитекторы давно ищут способы сделать здания визуально невесомыми, но прочными. Обычное стекло тяжелое и хрупкое, альтернативным решением стали светопрозрачные полимеры: ETFE, ПВХ-мембраны, поликарбонат. Они открыли эпоху фасадов-«вуалей» и крыш-«подушек». Разбираем шесть проектов, чтобы показать все преимущества этих материалов.

Песчаные дюны на потолке

Дизайнерский тандем Armstrong DUNE Supreme TG 15/90 и подвесной системы КНАУФ Силуэт – создает современный атмосферный дизайн помещения при помощи нестандартной графики потолка.

Мегалиты на перспективу

В MIT разработали коллекцию бетонных элементов – они совмещают функции мебели и ограждающих конструкций. Объекты – несмотря на размеры и массу – можно легко перемещать и поворачивать, адаптируя пространство под меняющиеся потребности домовладельцев. Срок службы каждого из девяти предметов серии – 1000 лет.

Материализация образа

Технические новации иногда появляются благодаря воображению архитектора-визионера. Примером может служить интерьер Медиацентра в парке «Зарядье», в котором главным элементом стала фантастическая подвесная конструкция из уникального полимера. Об истории проекта Медиацентра мы поговорили с его автором Тимуром Башкаевым (АБТБ) и участником проекта, светодизайнером Софьей Кудряковой, директором по развитию QPRO.

Моллирование от Modern Glass: гибкость без ограничений

Технологии компании Modern Glass позволяют производить не просто гнутое стекло, а готовые стеклопакеты со сложной геометрией: сверхмалые радиусы, моллирование в двух плоскостях, длина дуги до 7 м – всё это стало возможно выполнить на одном производстве. Максимальная высота моллированных изделий достигает 18 м, благодаря чему можно создавать цельные фасадные поверхности высотой в несколько этажей без горизонтальных стыковочных швов, а также реализовывать сложные комбинированные решения в рамках одного проекта.

Cool Colours: цвет в структуре

Благодаря технологии коэкструзии, используемой в системах Melke Cool Colours, насыщенный цвет оконного профиля перестал вызывать опасения в долговечности конструкции. Работать с темными и фактурными оттенками можно без риска термической деформации и отслаивания.

Быстро, дешево и многоэтажно

Техасский ICON – производитель промышленных 3D-принтеров и компаньон бюро BIG – выпустил на рынок новую печатную систему. Она предназначена для строительных компаний, а не для частных пользователей. Подразумевается, что на установке Titan будут печатать быстровозводимые, качественные и относительно дешевые дома. А рядовые покупатели, пусть и не знакомые с аддитивными технологиями, смогут обзавестись доступным инновационным жильем.

Фальцевая кровля Rooflong как инженерная система

Современная архитектура предъявляет к кровельным системам значительно более высокие требования, чем это было еще несколько лет назад. Речь идет не только о защите здания от внешних воздействий, но и о сложной геометрии, долговечности, интеграции инженерных элементов и точной реализации архитектурной идеи. Так, фальцевая кровля все чаще рассматривается не как отдельный материал, а как часть комплексной оболочки здания.

Эффективные фасады из полимеров

К современным фасадам предъявляются множество требований: они должны быть одновременно легкими и прочными, гибкими и удобными в монтаже, эстетичными и пригодными для повторного использования. Полимерные композитные системы успешно справляются со всеми этими задачами, выходя далеко за рамки традиционной светотехники и стандартных форм. Эффективность выражается в снижении нагрузки на каркас, в простоте монтажа, в возможности создавать сложнейшие скульптурные оболочки. Разберем, как это работает на практике.

По второму кругу

В Осаке разбирают «Большое кольцо» – гигантскую деревянную конструкцию, построенную по проекту Со Фудзимото для ЭКСПО-2025. Когда демонтаж завершится, древесину от «Кольца» передадут новым владельцам. Стройматериалы пойдут на восстановление домов, пострадавших от стихийных бедствий, и на строительство новых сооружений.

Архитектура потоков: узкие места в проектах логистических...

Проектирование логистических объектов – это не столько про объём, сколько про систему управляемых переходов между зонами. Значительное время работы техники теряется на ожидания, причём основные потери концентрируются не в стеллажном хранении, а в проёмах, стыках температурных контуров и зонах пересечения потоков. Разбираемся, почему реальная производительность склада определяется не характеристиками автоматизации, а временем открытия проёма, и как этот параметр закладывается в проект.

Стекло AIG в проекте Центрального телеграфа

В отреставрированном Центральном телеграфе на Тверской использованы три типа остекления AIG: для исторического фасада, кровли атриума и внутренних ограждений. Основные требования – нейтральность цветопередачи, солнцезащита без затемнения и сохранение визуальной легкости исторического объема.

Три цвета MODFORMAT на фасаде

Жилой комплекс «ЦЕНТР» в Бресте – первый в портфеле «Полесьежилстрой» проект, где фасады полностью выполнены из клинкера удлиненного формата. Квартал из пяти корпусов распродан почти на 100%, строительство продолжается. Разбираемся, что именно сработало: архитектурное решение, выбор материала или их удачное сочетание.

Сейчас на главной

Исследование

Владивосток: природный каркас прибрежного города

Пространственные характеристики естественных низкогорных ландшафтов (ландшафтов фен-шуй) рассматриваются на примере Владивостока как основа природного каркаса устойчивой к динамике климата городской среды.

send.project

Исповедь не хулигана

Бюро музейной сценографии «Метаформа» подготовило концепцию литературой экспозиции для Государственного музея-заповедника Сергея Есенина в его родном Константинове. С помощью мультимедийных и интерактивных средств авторы проекта обогащают визуальный ряд, в котором преобладают плоскостные подлинные экспонаты, создают маршруты для разной аудитории и находят образы, чтобы раскрыть тот или иной период в жизни поэта.

Работы студентов

Постсоветская пермакультура

Предлагаем три работы выпускников молодой Кафедры ландшафтной архитектуры СПбГАСУ с подробными комментариями научных руководителей. Признаемся, мы бы хотели увидеть эти проекты реализованными! Авторы не ограничиваются эффектными подборками растений и малых архитектурных форм, но используют ландшафт как инструмент улучшения экологии и среды города, предлагают устойчивые решения и интригуют выразительными возможностями своего направления. В фокусе: агропарк в Мурино, ревитализация территории высокоплотного района у Финского залива и переосмысление постсоветского парка в узбекском Термезе.

Объект

Звезда пивоваров

Спроектированный IDOM административный корпус пивзавода Estrella Galicia под Ла-Коруньей задает новые стандарты промышленной архитектуры: ориентированной на человека и экологически безопасной.

send.project

Свинцовый снаружи, светлый внутри

О том, как архитекторы Виталий Стадников и Константин Африкантов превратили офисную коробку «самарского ренессанса» в галерею с видом на Волгу.

send.project

Ритм памяти

В проекте колумбария для Нижнего Новгорода архитектор Егор Рыбин переосмыслил мотив классической колоннады: ряд ламелей одновременно формирует ниши для урн и оставляет просветы, через которые проступает живой пейзаж, – так прошлое и настоящее, тема предков и тема продолжающейся жизни оказываются собраны в одной композиции, без избыточной символики и тяжёлого пафоса.

Результаты конкурса

Сохраняя наследие

В Ростове наградили победителей конкурсной программы фестиваля «Архитектурное наследие 2026». Гран-при получил проект реставрации Шуховской башни. Всего награды присуждали в пяти номинациях. Показываем проекты победителей.

Петиция

О сохранении исторических зданий Электрозавода и...

Запускаем сбор подписей за сохранение построек Электрозавода 1910-х – 1920-х годов, «тюдоровского замка» в центре Москвы, романтического сооружения с бетонной конструкцией, которое помнит план ГОЭЛРО, Маяковского и Бернарда Шоу. А также за обсуждение проекта профессионалами и его «рассекречивание».

Объект

«Икс» для 71 авиалайнера

Терминал 3B в аэропорту Чунцин-Цзянбэй по проекту ZHA – самый крупный дополнительный терминал в мире: он обслуживает 35 млн пассажиров в год.

Объект

От туберкулезного санатория к «центру благополучия»

Для шедевра модернизма, туберкулезного санатория в Паймио Алвара и Айно Аалто, предложен план трансформации в отель и «центр благополучия». Авторы проекта – бюро Snøhetta.

send.project

Речной песок и чешуя

Проект загородного дома, подготовленный бюро Alexander Tischler для участка на берегу Волги, исходит из желания сделать уместный для живописного ландшафта объект, который позволит жильцам постоянно чувствовать связь с окружающей природой: будь то речные волны, звездное небо или зелень сада. Три главных жилых объема облицованы гонтом из лиственницы, дополнительно освещаются зенитным окном и открывают самые лучшие виды.

Конкурс

REPA 2026: итоги и новшества

Премия Real Estate Property Awards (REPA) подвела итоги: в 44 номинациях боролись 300 девелоперских компаний и архитектурных бюро. Помимо лучших реализаций и проектов премия наградила компании, разделив архитектурные и проектные бюро на разные категории. В состав международного блока жюри вошли 16 экспертов из 14 стран, что позволило добавить специальный раздел, в котором проекты оценивали только иностранные специалисты.

send.project

Коттедж вернакулярного типа

Бюро ОЙДА спроектировало для исторического района Девичок в Воронеже частный дом, который стал плодом размышлений о местном вернакуляре и «русскости» без традиционных орнаментов. Проект выиграл номинацию «Малоэтажные здания (коттеджного типа)» смотр-конкурса Зодчество ВРН 2025 года.

send.project

Три в одном объеме

Ресторан Maison rouge от DA bureau интересен не столько тотальным использованием красного цвета и не формотворчеством на основе культовой лава-лампы, сколько реализацией абсолютно невероятного фокуса – соединением в одном пространстве трех форматов работы заведения.

send.project

Коллективное архитектурное

Проект Сергея Кончекова получил грант конкурса Burning Man Honoraria 2026 и будет построен в Блэк-Рок-Сити к началу фестиваля. Объект, отвечая на тему конкурса Axis Mundi («Ось мира») представляет собой башню, которая акцентирует проблему отчуждения людей в эпоху цифровых технологий: она трансформируется только при синхронизации множества участников, в ответ на движения и звуки превращаясь в световой столп.

Архитектура в девелопменте

ЖК «Начало»: космическая станция на Пресне

На месте КБ «Мотор», где десятилетиями делали оборудование для космоса, теперь строится жилой комплекс с названием «Начало» – и Генпро не упустили случай поиграть с этим контекстом. Обтекаемые башни, скруглённые углы, террасы с садами на высотных этажах – всё это должно считываться как орбитальная станция нового поколения.

Объект

Арт-двигатель редевелопмента

На острове Сеген в пригороде Парижа завершен арт-центр Large по проекту притцкеровских лауреатов RCR Arquitectes. Здание должно стать смысловым центром нового района на месте завода Renault.

Объект

Экологическая актуализация

Проведенная nunc architectes трансформация здания ясель 1960-х в Париже под образовательные функции – пример «замкнутого цикла» в архитектуре.

Пресса: История с Шуховской башней как тест на отношение к...

Сто лет назад Шуховская башня создавалась как главный радиотрансляционный центр страны — первый «радар» для распространения смыслов новой эпохи. Сегодня она сама превратилась в тест, который проверяет нас на культурную зрелость. Проект масштабной реставрации шедевра конструктивизма спровоцировал тревожную дискуссию: где проходит граница между научным сохранением наследия и созданием бездушного новодела «по мотивам»? Архитектор и урбанист Александра Чечеткина размышляет о том, почему подлинный металл Владимира Шухова важнее аккуратных реплик и как отношение к Шаболовской башне определяет лицо современного города.

Объект

По лужайке босиком

Посмотрели на реализованный ЖК «Симфония 34» Kleinewelt Architekten. Он показался примером высокоплотной, а в пластическом отношении – рационально сдержанной, архитектуры. Тем не менее нюансы, заложенные в архитектурном решении: разноцветность металла, «свободная» расстановка башен под разными углами друг к другу, и почему-то особенно – тот факт, что они стоят прямо «на земле» – делают изучение комплекса увлекательным и приятным процессом. Суммируем впечатления.

Объект

Ребрендинг над озером

Центр выставок и спектаклей в южнокитайском городе Дунгуань – первый проект, представленный Zaha Hadid Architects под новым названием – ZHA. Ребрендинг – результат финансового конфликта с наследниками Захи Хадид.

Объект

Антиротонда

Анатолий Белов об арт-объекте «Крепость» Валерия Каняшина. Он составлен из бетонных колец, стоит на 7 опорах и его планируется установить – в память об архитекторе, ушедшем из жизни внезапно и совсем недавно – в северной части Версальского поля.

Объект

В ритме сосен

По проекту бюро VFORM в Жуковке, на участке у Рублево-Успенского шоссе, построен торгово-деловой центр. Авторы работали с частично возведенной конструкцией, использовали оригинальную кортеновскую сталь и натуральный сланец, продолжили архитектурные решения в интерьере и поддержали их ландшафтом. Получился объект, который одновременно откликается на природное окружение, вторя ритму и фактуре соснового леса, и заставляет гостя всматриваться в красоту пейзажа внимательнее.

send.project

Низкий старт

Бюро TOU Architects получило редкую возможность – создать интерьер нового терминала местного аэропорта и придать ему актуальный облик, сохранив связь с основными элементами локального историко-культурного контекста. Проект был завершен в 2024 году и пока еще ждет своего «звездного» часа.

Объект

Конструктор взрослой жизни

В проекте бюро Atrium новое здание московской физико-математической школы № 2107, рассчитанное на 1100 учеников, представляет собой прежде всего стройную систему учебных и рекреационных пространств. С одной стороны – сложную и разветвленную, с другой – интуитивно понятную, безопасную и побуждающую к развитию. В каком-то смысле это модель жизни в городе, где нужно общаться, принимать решения, планировать, искать баланс между нагрузкой и отдыхом. Все эти сценарии в определенной степени отражает и архитектура здания.

send.project

Сила Кармадона

Бюро «Алкута» спроектировало курортный комплекс для участка недалеко от Кармадонского ущелья в Северной Осетии, известного как своей целительной красотой, так и трагическими событями: в 2002 году сход ледника разрушил села и унес жизни людей, в том числе членов съемочной группы Сергея Бодрова-младшего. Комплекс включает мемориальный центр и откликается на местную архитектуру интерпретацией родовой башни.

send.project

Трибьют модернизму

Жилой комплекс «Новация», построенный по проекту DK architects в Ярославле, поддерживает модернистский характер района на берегу Волги ортогональной сеткой фасада и ясностью пропорций. Кровля используется как общественная терраса для отдыха и занятий спортом.

Объект

Базарная гора

Бюро People’s Architecture Office создало для Шанхайского международного арт-фестиваля SUSAS объект из строительных лесов как многофункциональное общественное пространство.

Новость

Судьба Электрозавода

Есть в Москве крупный комплекс кирпичного прома 1910-х – 1920-х. Готический, романтичный, красивый... Время от времени в инфополе появлялись варианты проектов его застройки: высокоплотной, но с принципиальным сохранением части построек столетней давности, от учениц Юрия Григоряна бюро Nowadays. И вот нам стало известно – пока не точно – о наличии планов сноса и строительства новодела. Хотелось бы ошибаться! Рассматриваем комплекс и три версии московского подхода к кирпичному прому. Призываем к здравому подходу.

send.project

Упражнение с рельефом

Бюро YÖZH позиционирует себя как мастерскую, которая специализируется на сложных участках. Для демонстрации подхода и навыков основатель Александр Иванов выбрал участок из архитектурного мема: расположенный на высоком склоне, тесный и неказистый. Проект-фантазия, перенесенный в индийский город Биласпур, получил название Dhole Villa – в честь красного волка, известного своей способностью адаптироваться к сложной среде.