Плачь, Суханово, плачь

«Древолюция» под руководством Николая Белоусова осмыслила современное состояние Дома архитекторов и бывшей усадьбы Волконских.

08 Августа 2017

Результаты конкурса

Современное искусство Ландшафт

Усадьба Суханово – легендарный дом отдыха Союз архитекторов – долгое время, лет 10, формально не принадлежал союзу, и успел прийти в основательный упадок. Его, этот упадок, Николай Белоусов сделал предметом фестиваля, предложив тему «Крик». Фестиваль прошел в усадьбе по приглашению САР, длился 2 недели с 22 июля по 6 августа и состоял из мастер-классов, проектирования и сооружения пяти объектов силами 28 участников. Их отобрали из примерно 50 подавших заявки c помощью небольшого творческого конкурса: желающих попросили спроектировать «дом для животного», что многих поставило в тупик, так что участников в этом году получилось немного по сравнению с прошедшими в Петербурге фестивалями двух прошлых лет, собиравшими около 80 человек. Сокращение состава, впрочем, вовсе не печалит организаторов и Николая Белоусова – напротив, скорее радует, поскольку так легче уделить внимание каждому и работа становится продуктивнее. В будущем «Древолюция» планирует ограничить число участников.

От другого фестивального принципа – минимального вмешательства куратора в творческий процесс – Белоусов отступаться не планирует: «Я даю ребятам максимально возможную свободу, стараюсь не встревать советами, чтобы не стать соавтором работ. Они сами выбирали место, сами решали, как будут раскрывать тему. Все делали сами, проект, макет, работали шуруповертом. Это полезно архитекторам – понимать, какие усилия требуется приложить, чтобы реализовать замысел своими руками».

Тема же назначена в этом году впервые: начиная в первого фестиваля, прошедшего в Галиче в 2003 году, затем, когда «Древолюция» присоединилась к «Городам», и 2015-2016 в Петербурге, тем не было. Суханово в его меланхолией упадка темы, вероятно, требовало, и в результате осмысление объектами пространства усадьбы посредством объектов получилось достаточно цельным и последовательным. Позиция жюри на этот раз оказалась не слишком последовательной, так что ниже я не буду располагать объекты по очереди, а попробую показать их так, как они «прочитывают» Суханово.

Два объекта расположились перед главным фасадом дома, стремясь восстановить его партер – они отлично смотрятся вместе и, действительно, пытаются выстроить ось вида с балкона колоннады на пруд, утраченную из-за разросшихся справа деревьев.

zooming — «Древолюция»-2017. Авторы «Обелиска» фотографируются на фоне объекта 0.Р. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Лучше всего в этом смысле «работает» обелиск команды из Петербурга, Москвы и Воронежа «Осевики». В Суханове был установленный при Петре Михайловиче Волконском каменный обелиск в честь посещения Александра I, но он был не здесь, а за нижним прудом рядом с «Чайным домиком». Сейчас утрачены и домик, и обелиск.

Место для решетчатого прозрачного, да еще и черного, не очень заметного на фоне деревьев, обелиска-тени архитекторы выбрали, проведя ось перпендикулярно от центра портика, затем пройдя по ней до точки, от которой сейчас виден пруд. Получилось 2 оси: от дома и от пруда, или одна, как говорят авторы, «ломаная». На их пересечении и поставили обелиск, так что от него виден и дворец, и пруд.

В субботу, когда работало жюри, обелиск не был закончен, и жюри присудило ему последнее 5 место. На следующий день, когда работы завершили, многие из экспертов раскаялись, решив, что он мог бы быть достоин даже первого. Но менять решение не стали, зато авторам планируют предложить стажировку во Франции.

Скелет Прошлого (Каркас Будущего) / 5 место

Команда «Осевики»
Полищук Мария (Санкт-Петербург), Разумовский Ярослав (Санкт-Петербург), Ушаков Алексей (Воронеж), Яковлева Мария (Воронеж), Алексей Колесов (Москва)

«Русская усадьба всегда имела связь с водой. Широкая аллея, спускающаяся от барского дома к водоему – классический прием для дворянского приусадебного парка.

Сегодня в Суханово парк зарос. Исчезла главная ось, соединяющая портик дворца и пруд. Утрачены основные перспективные виды. Аккуратно высаженные парковые липы превратились в лес. Так активная застройка вносит хаос в структуру города.

Наша команда обнаружила единственное место, которое может связать зеркало воды пруда и ось интерколомниума портика. Перспектива превратилась в ломанную. Мы обнаружили точку видового слома и решили разместить на этом месте вертикальную доминанту, которая возродила бы некогда существовавший диалог между природой и архитектурой.

Обелиск – распространенный морфотип русской усадебно-парковой архитектуры. В императорской России в честь визита царя к кому-либо из своих придворных было принято ставить памятники или. В частности, в Суханово был установлен обелиск в честь Александра I. Но он находился в глубине парка, у Нижних прудов, возле родника.

Наш обелиск в конструктивном плане представляет из себя набор балок, соединенных в единый пучок. Сечение башни – квадрат из брусков. Вертикальные бруски установлены так, что по оси объекта конструкция почти прозрачна. Осматривая объект, мы наблюдаем постоянную игру транспарентности/непрозрачности, что создает ощущение эфемерности. Деревянный каркас проходит сквозь основание, которое, в свою очередь, служит скамейкой. Пирамидальное завершение создает окончательное сходство с обелиском.

По нашему мнению, этот обелиск тоже поставлен в честь состоявшегося события. И это событие – упадок Суханово. Наш объект – это символ громкого прошлого, оценка настоящего и надежда на Будущее».

***

Между обелиском и дворцом на месте отделенного ступеньками белокаменного овала клумбы-партера (скорее всего советской, и теперь заросшей), команда из Петербурга, Москвы и Воронежа соорудила помост, по которому, по словам авторов, «нельзя ходить», потому что каждая его плашка решена в виде уголка. Хождение по нему напоминает прогулку по балкам риунированного дома. На помосте установили найденное в кустах испорченное пианино. Его привезли в Суханово для какой-то свадебы, да так и забыли; инструмент расстроен, трещиноват и выглядит донельзя меланхолично.

Вместе решетчатый обелиск и старое пианино в партере образую умозрительный контур ушедшей усадьбы – это неудивительно, для загородного дворца пожалуй партер не менее важен, чем дворец. Черное дерево обоих объектов работает в унисон, к тому же ассоциируясь с пожарищем и усиливая печаль. Надо ли говорить, что пианино установлено на оси между портиком дома и обелиском – вместе они формируют образный остов утраченной усадебной жизни.

***

«0.Р.» / 2 место

Команда 112
Воротникова Ксения (Москва), Жернакова Наталья (Москва), Посадский Ян (Воронеж), СущинАлександр (Воронеж), Черемнова Анна (Санкт-Петербург)

«Аббревиатура “ОР” расшифровывается как «ноль» и «piano». Архитектурная инсталляция располагается на парадном дворе усадьбы Суханово и занимает участок заброшенной овальной клумбы. Она находится на композиционной. На оси парка между дворцом и прудом. Объект помогает выявить утраченный акцент исторической планировки. В то же время, “ОР“ предлагает переосмыслить сложившееся за последний век значение этого места.

«Инсталляция состоит из настила и пианино. Каждый из них является предметом с “антифункцией”, отражая несоответствие нынешнего состояния усадебного комплекса его истории и образу. Заросшая клумба превращается в импровизированную сцену, на которой разыгрывается спектакль повседневности Суханово. Форма ее белокаменного бордюра овал,“ноль”, символ культурной пустоты, образовавшейся в усадьбе с подменой ее функции. Настил замещает собой клумбу, как заплата на ткани. Его темно-серый, почти черный цвет визуально превращает “заплату” в зияющий провал. Собранный из чередующихся досок, уложенных на ребро и плашмя, настил нарочито неудобен для ходьбы.

Ядром инсталляции стало найденное в парке сломанное пианино, стоявшее в кустах. Оно послужило символом неприкаянного духа места, живым олицетворением изгнанной культуры. С искореженным ржавым механизмом, оно может издавать только какофонию звуков («ор»), отражая нынешний разлад в усадьбе. Это как крик отчаяния места, которое едва ли может сопротивляться разрушению и чужеродному вторжению homo vulgaris».

***

Третий проект, развивающий тему, устроился на пруду рядом с колодцем-источником, куда многие местные приезжают за водой. Команда архитекторов из Вологды «Влево» проассоциировали упадок Суханово с «Вишневым садом», и разместили на двух противоположных сторонах Нижнего пруда два помоста со столами для чаепития. Что неудивительно, поскольку до революции у Нижнего пруда находился «чайный домик» Суханово, так что объект стал еще и напоминанием о нем.

Помосты клонятся к воде, и пафос объекта – в том, что условная Раневская на одной стороне (где колодец) и условный Лопахин на другой должны договориться, иначе оба погибнут. С третьего берега видно оба помоста и это «точка надежды». Толкование Чехова оставим на совести авторов, насколько помню, там не было про «договориться», но объект, получивший 1 место жюри, получился одним из трудоемких – как минимум из-за забивания свай в воду. К тому же одна из его авторов проплыла сквозь ряску с одного берега на другой с ниткой в руках, для того чтобы вытроить прямую связь между двумя зеркальными объектами. По трудоемкости с ним может поспорить лишь все тот же обелиск. Три проекта, включая «Липовый чай» вместе тоже составляют каркас усадебной идеи, но два первых реагируют на дом, а «чай» – на пруд, важную часть усадебной культуры. Объекты «чая» к тому е служат беседкой-миловидой: вид пруда с обеих точек, несмотря на то что половина его затянута бродячей ряской, которая прибивается то к одному, то к другому берегу, отличный.

«Липовый чай» / 1 место

Команда «Влево»
Алымова Мария, Костерин Алексей, Крутиков Иван, Кудряков Денис, Николаев Александр, Репина Ольга, Таслунов Александр (Вологда)

«Чаепитие на противоположных берегах пруда в тени липовых деревьев: возможно ли договориться, когда вы находитесь по разные стороны?

В Суханово есть яблоневый сад за колючей проволокой, поросший травой. Сад не только творение природы, которое должен сохранить человек, – это олицетворение усадьбы, которая кричит о помощи.
Лейтмотив чеховской пьесы «Вишневый сад» созвучен печальной истории Суханово. Нынешние лопахины видят в нем исключительно участок земли, источник дохода. А здешние раневские продолжают ностальгировать по прошлому и в бездействии созерцать увядание былой роскоши. У тех и других своя правда.

В прошлом на Нижнем пруду стоял чайный домик. В нашей переосмысленной версии он делится на две части: одна для лопахиных, другая для раневских. Противоположные стороны могут пообщаться за чашкой чая, прийти к согласию. Но две половины единого целого постепенно погружаются на дно. Таким образом, у участников чаепития три пути. Остаться на своей части павильона, увязнуть в трясине компромисса или найти консенсус и обрести целостность, взглянув на ситуацию со стороны и встретившись наконец за одним столом».

***

Два других проекта не так тесно связаны со структурой исходных, собственно усадебных воспоминаний. Перед дворовым входом в главный дом, чью полукруглую колоннаду пристроил никто иной, как Константин Андреевич Тон, установлен объект «Про… Суханово». Внизу у него дуга деревянных качелей, вверху похожий на скворечник туалет с настоящей дыркой в полу – метафора энергичного «просрали». Объект прозвали «срачели», грозятся привезти на «Зодчество». В авторском описании упоминается игровая часть усадебной культуры, но сами авторы, показывая объект, больше говорили о пионерском детстве в «Суханове».

Про… Суханово / 3 место

Команда «Суханыч»
Выборова Дарья, Левченко Мария, Николаенков Антон, Пуренков Антон (Санкт-Петербург)

«Динамическая конструкция по принципу коня-качалки – напоминание об игровой культуре дворцово-парковых ансамблей. «Увенчанная» традиционным деревенским туалетом, она заставляет зрителя задуматься о возвратности своих действий и личном восприятии усадьбы Суханово.

Усадьба Суханово – место счастливого детства. Сюда приезжали на летний отдых, здесь жили, учились и играли. Но сейчас Суханово брошено, как старая игрушка. Игра продолжается на обломках. Разруха заботливо прикрыта, завуалирована и засыпана лепестками праздника. Чтобы понять и услышать настоящее Суханово, нужно посмотреть на него с другой стороны. Так смотреть умеют дети, в игре исследующие нехоженые маршруты и забирающиеся в недоступные и странные места, не думая об опасности. Поэтому тема для нашего объекта – крик из детства.

Во время работы мы собрали много воспоминаний и мнений об истории и состоянии усадьбы, знакомство с местными жителями столкнуло нас с истинным лицом Суханово. Этот контраст с парадным миром усадьбы определил путь нашего проекта.

Объект располагается на оси с другими новыми и старыми малыми формами, восстанавливая и продолжая линию прямого спуска от дворца к пруду. Гротескное благоустройство, мимо которого не пройдут посетители, но которое не вяжется с антуражем праздника, говорит о проблемах, которые не хотят видеть. Динамическая конструкция по принципу коня-качалки – напоминание об игровой культуре дворцово-парковых ансамблей. Непосредственно используя объект в качестве забавы, человек находится в единстве с историей и архитектурными текстами разрушающейся усадьбы.
Качели стали основой для традиционной постройки – деревенского туалета. Данная форма в сочетании с функциональными проемами заставляет зрителя задуматься о возвратности своих действий, их последствиях и личном восприятии этого места.

Наш объект – отклик на мнимое благополучие, площадкой для которого стало Суханово».

***

Пятый объект московской «команды А», прославившейся на предыдущих фестивалях, называется «Эхо» и расположен ближе ко входу с усадьбу рядом с руинированным домом управляющего. Небольшой амфитеатр-лестница смотрит на лестницу и полуразрушенный дверной проем дома, превращая руину в объект созерцания. Цель – акцентировать состояние усадьбы. Рассказывают, что поначалу был другой вариант – «заноза», что-то вроде деревянной имитации мини-взрыва у стен дома управляющего; но в бурных спорах внутри команды он проиграл.

ЭХО / 4 место

Команда А
Авершина Алёна (Санкт-Петербург), Борматова Анна (Москва), Балахнин Антон (Чебоксары), Егорычев Егор (Коломна), Ларкина Евгения (Москва), Левандовская Александрина (Москва), Охрямкина Анастасия (Москва)

«Беззвучный крик заброшенного здания отражается в архитектурном объекте, повторяющем его самую важную часть – входную группу с полуразрушенным крыльцом и заколоченной старыми досками стальную дверь, но повторяет не буквально, а инверсивно.

Объект расположен напротив «Дома управляющего», построенного в первой половине XIX века, находящегося в полуруинированном состоянии. Вместо того, чтобы скрыть от глаз прохожих текущее состояние здания, он наоборот акцентирует на нем внимание. В основу концепции положена идея отражения крика – эха. Беззвучный крик здания отражается в архитектурном объекте, повторяющем его самую важную часть – входную группу с полуразрушенным крыльцом и заколоченной старыми досками стальную дверь, но повторяет не буквально, а инверсивно. Выше лестницы появляются глухие стены, а под лестницей – обнажившиеся конструкции как символ скорого исчезновения здания при отсутствии к нему должного отношения. За ось отражения принята вертикаль молодого дерева. Лестница, выполненная по обмерам и неудобна для ходьбы, как и в оригинале.

Объект можно обойти и расположиться на ступенях, поразмышлять о текущем состоянии здания, усадьбы, да и просто о жизни в целом. Стены превращаются в шоры и взгляд упирается в полуразрушенное крыльцо с закрытой дверью, заставляя задаться вопросом: «А зачем мне все это показывают?».

***

То, что в Суханове не все ладно, было известно давно, тема «Древолюции» была предсказуемой, хотя в то же время и смелой. Все вместе сложилось в новый маршрут, и если следовать за объектами, усадьба в меньшей степени выглядит домом отдыха или свадебным полигоном, маршрут проявляет культурные паттерны, а значит, большинство мест выбрано верно. Надо сказать, что хотя ссылка на «Вишневый сад» чересчур хрестоматийна, фестивальное творчество неплохо срослось с плачем по усадьбе, и не в упрек будь сказано, как-то оформилось и окультурилось. К фестивалям-практикумам все привыкли, теперь их много, бывает, что на таких мероприятиях встречаются объекты чересчур легковесные, сюжеты повторяются, вызывая déjà-vu. В данном случае получилось чуть более основательно и элегично, возможно, из-за заданной темы.

08 Августа 2017

Похожие статьи