WOHA: «Наше намерение – быть хорошими в самом широком смысле этого слова»

Интервью с лидерами бюро WOHA, Венеция, 27 мая 2016.

20 Сентября 2016
mainImg
Продолжаем публикацию интервью Владимира Белоголовского с архитектурными знаменитостями. Предыдущий разговор был с Риккардо Бофиллом, теперь – беседа с руководителями сингапурского бюрo WOHA.

Владимир Белоголовский:
– Расскажите, пожалуйста, как вы познакомились и как стали работать вместе?

Вон Мунь Сумм:
– Я окончил Сингапурский национальный университет в 1989 году, а Ричард в том же году окончил университет Западной Австралии в Перте. В то время в Австралии был кризис, и он приехал в Сингапур в поисках работы.

Ричард Хассел:
– Поехать в Азию было для меня естественным выбором, я перебрался туда за годы до того, как лопнул «ценовой пузырь». А когда он лопнул, недвижимость внезапно перестала продаваться и покупаться. Именно тогда дизайн стал важным инструментом. Внимание переместилось с изобилия форм на качество жизни и умные финансовые решения. Мы начали с небольших проектов; в основном это были жилые дома.
zooming
Ричард Хасселл и Вон Мунь Сумм. Фото предоставлено WOHA
Башня Newton Suites © Patrick Bingham-Hall
Башня Newton Suites © Patrick Bingham-Hall
Башня Newton Suites © Patrick Bingham-Hall
Башня Newton Suites © Patrick Bingham-Hall
Башня Newton Suites © Patrick Bingham-Hall

– То, что вы делаете, можно назвать «зелёной архитектурой». Вы с самого начала сознательно выбрали это направление? 

ВМС: Я думаю, да. Ещё в университетские годы мы оба изучали средовой дизайн с акцентом на «пассивные» энергоэффективные здания.

РХ: Декан моего факультета был не архитектором, а ученым-экологом. У нас было много преподавателей, чье становление уже проходило в период, когда человечество осознало масштабы энергетического кризиса; они сознательно подходили к проблемам окружающей среды. Это было в 1980-е, когда архитекторы стали обращать внимание на такие лозунги как «зелёный» значит хороший».

ВМС: Затем архитекторы начали соревноваться в придумывании форм, что положило начало архитектуре «звёзд». Но наше обучение в большей степени основывалось на сознательном отношении к окружающей среде, что и обусловило нашу проектную методологию. Ключевые аспекты для нас – включение зелени и элементов ландшафта, создание общественных пространств внутри зданий.

– Одна из ваших выставок называлась «Дышащая архитектура». Это ключевой принцип вашей работы – создавать «дышащие» здания?

РХ: Именно так. Эта выставка проходила в Германии, где часто проектируют здания, полностью огражденные от природы, с полностью контролируемым микроклиматом. Однако для нас было важно показать, насколько пористым, проницаемым и перфорированным может быть дом, поскольку в тропиках, например, лишь движение воздуха определяет разницу между комфортом и дискомфортом.

ВМС: Для нас вся суть формообразования здания состоит в поиске лучших способов обеспечить лёгкий бриз и движение воздушных масс. Воздух внутри здания должен постоянно двигаться.

– Ещё у вас была выставка, которая называлась «Экзотика: больше или меньше».

РХ: Это тоже было в Германии, где нашу выставку объединили с китайским бюро W Architects. Мы показывали, как достичь большего комфорта, используя минимум ресурсов, в местах с плотной застройкой, которые по немецким стандартам могут показаться экзотическими. А «больше или меньше» – это, конечно, отсылка к «меньше значит больше» Миса.
Отель Parkroyal on Pickering. Фотография © Patrick Bingham-Hall
Отель Parkroyal on Pickering. Фотография © Patrick Bingham-Hall
Отель Parkroyal on Pickering. Фотография © Patrick Bingham-Hall
Отель Parkroyal on Pickering. Фотография © Patrick Bingham-Hall

– Существует ли на ваш взгляд такая вещь как сингапурская архитектура? 

ВМС: Репертуар того, к чему стремятся архитекторы, весьма широк, но да, это вполне узнаваемо.

РХ: Огромное влияние на работу сингапурских архитекторов оказывает местный климат. Если вы спроектируете дом, не позаботившись о перекрестной вентиляции, в нём просто невозможно будет жить.

– Может ли климат сам по себе произвести заметную архитектуру? А как насчёт Куала-Лумпура? Климатически он близок Сингапуру, но его архитектура не может похвастаться таким же своеобразием.

ВМС: Да, климат там очень похож на сингапурский, но разница в том, что в Сингапуре мы гораздо чаще выходим за рамки.

РХ: Кроме того, Сингапур со всех сторон окружен водой. У Куала-Лумпура есть возможность расти вширь, а мы можем расти только вверх. Цены на недвижимость в Сингапуре намного выше, строительные бюджеты, с которыми мы работаем, больше, что даёт больше возможностей для игр с формой и материалом.

– Был ли у вас особенный проект, который вы могли бы назвать определяющим? Другими словами, был ли такой проект, в ходе работы над которым вы вдруг поняли – ага, вот именно в этом направлении нам и надо развиваться?

ВМС: Это был проект, сделанный для международного конкурса на комплекс государственного жилья Дакстон-Плейн. Конкурс состоялся в Сингапуре в 2001 году и был организован Управлением городского развития. Мы тогда не выиграли, но для нас это стало прекрасной возможностью поэкспериментировать со стратегиями, многие из которых мы используем сегодня. Для нас проект оказался очень полезен, но консервативные строительные нормы того времени не позволяли его реализовать, так что тот конкурс мы не выиграли. Однако спустя годы, в 2015 году мы построили в Сингапуре комплекс государственного жилья SkyVille@Dawson, основанный на тех же идеях. Жилой комплекс состоит из двенадцати башен по 47 этажей каждая. Они расставлены вокруг трёх ромбических атриумов, соединённых в верхних уровнях террасами, которые эффективно умножают площадь общественных пространств нижнего яруса.
Жилой комплекс Duxton Plain в Сингапуре, конкурсный проект? 2002 © WOHA
Комплекс социального жилья SkyVille@Dawson © Patrick Bingham-Hall
Комплекс социального жилья SkyVille@Dawson © Patrick Bingham-Hall
Комплекс социального жилья SkyVille@Dawson © Patrick Bingham-Hall

– Откуда вы черпаете вдохновение?

РХ: Нам многое интересно. Нередко вдохновение приходит извне, из областей, часто далёких от непосредственно архитектуры. Нам интересны традиционные ремёсла, такие как текстиль и ткачество. Мы ищем в них идеи для оформления фасадов и формообразующих компонентов. Нас также вдохновляют пейзажи...

ВМС: Почти отовсюду, но ничего определенного. Но что нас действительно подстёгивает в Сингапуре, так это ограниченное пространство, мы вынуждены думать о высокой плотности. Это важнейшая движущая сила для нас.

– А что вы думаете о работе таких пионеров зелёной архитектуры как Эмилио Амбас?

ВМС: Конечно же, мы начали учиться как раз тогда, когда влияние Амбаса было огромным, и все эти здания, погребённые под ландшафтом, повлияли и на нас.

– А какие бы эпитеты вы использовали, чтобы описать свою архитектуру?

РХ: Щедрая.

ВМС: Ответственная.

РХ: Упоительная.

ВМС: Чувственная.

РХ: А если анализировать нашу работу глубже, в ней много связей с азиатской визуальной культурой, азиатским искусством и ремеслами.

ВМС: И также масштаб. Многие наши проекты довольно велики, в масштабе мегаструктур, но мы всегда стремимся гуманизировать наши здания, чтобы люди могли соотнести их с собой.

– Какова главная цель вашей работы?

РХ: Наше намерение – быть хорошими в самом широком смысле – хорошими для планеты, для города, хорошими для людей.

ВМС: И хорошими для девелопера (смеется). Чем больше людей довольны – тем лучше. Важно добиваться результатов, которые объективно для всех хороши.

– Как бы вы описали то, что сейчас происходит в архитектуре? Действительно ли мы находимся в кризисе, и можно ли считать зелёную архитектуру трендом или всё же это – философия?

РХ: Я бы не сказал, что архитектура сегодня в кризисе. Возможно весь мир в кризисе, а архитектура реагирует на это. Одно ясно точно: мы сейчас отходим от увлечения формальными инновациями, популярного в течение последних пятнадцати лет.

– А вам самим интересны формальные инновации? 

ВМС: Это часть архитектуры! Мы не станем от неё отказываться. Архитектура – она ведь про создание форм. Но мы считаем, что есть нечто большее. Нам необходимо производить нечто большее, чем только интересные формы.
Vertical Stacked City, проект 2014 © WOHA
Vertical Stacked City, проект 2014 © WOHA
Vertical Stacked City, проект 2014 © WOHA

– Сингапур дает множество возможностей вертикального проектирования, со связями где-то посередине, в воздухе. Каким вы видите будущее вашего города?

ВМС: Сингапур – островной город-государство. Он не может расти вширь, так что нам следует искать наилучшие способы его уплотнения. Другие города могут брать с нас пример того, как не разрастаться слишком широко, и как сделать свой рост ответственным с экологической точки зрения.

РХ: Мы с нашими студентами исследуем идеи, способные позволить городам будущего быть совершенно самодостаточными в границах города, не полагаясь на гигантские пригороды. Так что мы разрабатываем стратегии, позволяющие сократить зону экологического влияния мегаполисов до их фактического размера.

– Когда вы проектируете ваши буквально взмывающие ввысь небоскребы, такие как недавно построенная проницаемая башня Оазия-Даунтаун в самом сердце Сингапура, вы представляете, что однажды все эти высотки сольются в некую вертикальную инфраструктуру с пешеходными мостами, соединяющим соседние башни?

ВМС: Мы надеемся, что да.

– Значит, эти башни – в каком-то смысле мост в будущее, так?

ВМС: Совершенно верно. В наших проектах мы стремимся исследовать потенциал городов. В будущем города станут более связными и по-настоящему трёхмерными.
zooming
Башня Oasia Downtown, 2011-2016
© WOHA
Башня Oasia Downtown, 2011-2016
© WOHA
Башня Oasia Downtown, 2011-2016 © WOHA

– То есть идеи футуристических мега-городов шестидесятых вновь приобретают актуальность?

ВМС: Именно так. Но в прошлом больше внимания уделяли машинной эстетике, теперь же цель в том, чтобы сделать наши города более удобными для жизни.

РХ: Мы надеемся, что в будущем проект мега-города из прошлого соединится с идеей города-сада. Мы хотим, чтобы наши города стали уютными, комфортабельными, естественными и домашними.

ВМС: Наша мечта – создать удобный сад и затем размножить его в масштабе мегаполиса, так, чтобы каждый мог им наслаждаться.

– Стремитесь ли вы найти собственный узнаваемый голос в архитектуре?

РХ: Мы чувствуем, что свой голос у нас уже есть, даже если стилистически он не столь узнаваем, как тот язык, которого удалось добиться некоторым архитекторам-формалистам. Да, возможно, наши проекты не выглядят на 100% последовательными в стилевом отношении, но наши стратегические идеи и взгляды на то, что для нас важно и ценно, все эти вещи должны стать нашим стилем. Мы стираем грани между архитектурой и ландшафтом. Представление о том, что человек отделён от природы, или что города отделены от деревни – безнадежно устарели. Мы видим весь мир как рукотворный ландшафт. Единственный способ сохранить природу – интегрировать её в нашу антропогенную среду. Это архиважно.

20 Сентября 2016

Владимир Белоголовский

Беседовал:

Владимир Белоголовский
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
ADM 2006–2021
В новой книге-портфолио ADM architects, посвященной 15-летию бюро, 37 проектов, все реализованные или строящиеся. Публикуем интервью с главой бюро Андреем Романовым и сообщаем, что теперь книгу можно купить на ozon.
Видео-разговор об архитектурной атмосфере
В первые дни января 2021 года Елизавета Эбнер запустила @archmosphere.press – проект об архитектуре в Instagram, где она и другие архитекторы рассказывают в видео не длинней 1 минуты об 1 здании в своем городе, в том числе о своих собственных проектах. Мы поговорили с Елизаветой о ее замысле и о достоинствах видео для рассказа об архитектуре.
Сергей Чобан: «Я считаю очень важным сохранение города...
Задуманный нами разговор с Сергеем Чобаном о высотном строительстве превратился, процентов на 70, в рассуждение о способах регенерации исторического города и о роли городской ткани как самой объективной летописи. А в отношении башен, визуально проявляющих социальные контрасты и создающих много мусора, если их сносить, – о регламентации. Разговор проходил за день до объявления о проекте «Лахта-2», так что данная новость здесь не комментируется.
Энди Сноу: «Моя цель – соединить в архитектуре рациональное...
Английский архитектор Энди Сноу стал главным архитектором проектной компании GENPRO. Постройки Энди Сноу в Великобритании, выполненные в составе известных бюро, отмечены международными наградами. В России архитектор принимал участие в проектировании БЦ «Фабрика Станиславского», ЖК iLove и БЦ AFI2B на 2-й Брестской. Энди Сноу сравнил строительную ситуацию в России и Великобритании и поделился своим видением архитектурных перспектив России.
Бюро Никола-Ленивец: «Мы не решаем проблемы, а раскрываем...
Иван Полисский и Юлия Бычкова, управляющие партнеры Бюро Никола-Ленивец – о том, какие проблемы решает социокультурное проектирование, как развивать территории с помощью искусства и почему нельзя в каждом регионе создать свой Никола-Ленивец.
Сергей Скуратов: «Небоскреб это баланс технологий,...
В марте две башни Capital towers достроили до 300-метровой отметки. Говорим с автором самых эффектных небоскребов Москвы: о высотах и пропорциях, технологиях и экономике, лаконизме и красоте супертонких домов, и о самом смелом предложении недавних лет – башне в честь Ле Корбюзье над Центросоюзом.
«Коралловый цветок»
Foster + Partners и девелопер TRSDC разрабатывают масштабный курортный проект на побережье Красного моря в Саудовской Аравии. Об одном из его составляющих, комплексе Coral Bloom, нам рассказали Джерард Эвенден из Foster + Partners и генеральный директор TRSDC Джон Пагано.
Архитектура без истории и без теории?
На днях стало известно о планах радикальной реогранизации НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства (НИИТИАГ) – единственного исследовательского института страны с таким профилем. Сотрудников, по слухам, планируют сократить в 7-8 раз. Мы поговорили с Дмитрием Швидковским, Андреем Боковым, Елизаветой Лихачевой, Андреем Баталовым – о том, чем ценен Институт и почему его все же надо сохранить.
Двадцатый год, нелегкий: что говорят архитекторы
Тридцать архитекторов – о прошедшем 2020 годе, перипетиях, плюсах и минусах «удаленки», новых проектах, постройках и других профессиональных событиях, выставках и результатах конкурсов. Также говорим о перспективах закона об архитектурной деятельности.
Григориос Гавалидис: «Запрос на качественную архитектуру...
Бюро, которое очень быстро, за 5-6 лет, выросло от 3 до 50 архитекторов и теперь работает с крупными ЖК и значительными мастер-планами «городов-спутников» Подмосковья. Основано греком из города Салоники. Григориос Гавалидис считает скучной работу с частными домами на островах, говорит по-русски как москвич и мечтает сделать московскую городскую среду комфортной, разнообразной и безопасной – как в Греции.
Владимир Григорьев: «Панельная застройка везде одинакова,...
В Санкт-Петербурге стартовал открытый конкурс «Ресурс периферии», участникам которого предлагается разработать концепцию повышения качества среды жилых кварталов 1970-1990-х годов. Выясняем подробности у главного архитектора города.
Андрей Асадов: «На концептуальном этапе надо сразу...
Исследуем главный витраж саратовского аэропорта «Гагарин», составленный из стеклопакетов, наклоненных под углом и образующих «воронку» над входом. Обсуждаем особенности витражных конструкций, а также поиск технологии, которая позволит реализовать красивое архитектурное решение, не пожертвовав надежностью и стоимостью объекта.
Виталий Лутц: «Работа над ЗИЛом была очень интересна...
Недавно Архсовет в неформальном режиме обсудил мастер-план территории ЗИЛ-Юг, разработанный на основе ППТ Института Генплана, утвержденного в 2016 году. Об истории и особенностях проектов 2011-2017 рассказывает их непосредственный участник и руководитель.
Архитектор в девелопменте
Девелоперские компании берут в команду архитекторов, а порой создают целые архитектурные подразделения внутри своей структуры: о роли, значении, возможностях архитектора в сфере девелопмента Архи.ру и Институт «Стрелка», изучающий эту непростую тему в течение года, поговорили с архитекторами, которые работают в девелопменте, и другими специалистами.
Новый опыт: истории четырех бюро
Беседуем с архитекторами, которые долгое время были заняты в сфере дизайна интерьеров, индивидуального жилого строительства и инсталляций, но недавно реализовали свой первый крупный объект: Faber Group с вокзалом в Иваново, Павел Стефанов и Ольга Яковлева с крематорием в Воронеже, Архатака с ТЦ Галерея SM в Петербурге и Хора с реконструкцией Национальной библиотеки Татарстана.
Москомархитектура: итоги года. Часть I
Шесть коротких интервью: с Никитой Токаревым, Кириллом Теслером, Сергеем Георгиевским, Николаем Переслегиным, Филиппом Якубчуком и основателями бюро ARCHSLON Татьяной Осецкой и Александром Саловым.
Амир Идиатулин: «Главное – объект должен быть тебе...
IND architects стали ньюсмейкерами завершающегося года: выиграли два иностранных конкурса, поучаствовали в трех международных консорциумах, завершили реконструкцию здания первого детского хосписа в Москве для фонда Нюты Федермессер. Основатель и руководитель бюро Амир Идиатулин – об основных принципах работы: самым важным архитекторы считают увлеченность темой, стремятся к универсальности, с жюри и заказчиками не заигрывают, стоимость работы рассчитывают по человеко-часам.
Юлий Борисов: «Мы должны быть гибкими, но не терять...
Особенность развития архитектурной компании UNK project – в постоянном поэтапном росте и спланированном изменении структуры. Это тяжело, но эффективно. Юлий Борисов рассказал нам о недавней трансформации компании, о ее сформулированных ценностях и миссии, а также – о пользе ТРИЗ для конкурсной практики, личностном росте и сложностях роста бюро, параллелизме рационального расчета и иррационального творчества, упорстве и осознанности.
ATRIUM: «Один довольный заказчик должен приносить тебе...
Вера Бутко и Антон Надточий, известные 20 лет назад смелыми проектами интерьеров и частных домов, сейчас строят большие жилые районы в Москве, участвуют в конкурсах наравне с западными «звездами», активно работают со значительными проектами не только в России, но и на постсоветском пространстве. Мы поговорили с архитекторами об их творческом пути, его этапах и истории успеха.
Константин Акатов: «Обновленная территория – увлекательное...
Интервью с победителем международного конкурса на мастер-план долины реки Степной Зай в Альметьевске, руководителем проекта, заместителем генерального директора «Обермайер Консульт» Константином Акатовым.
Сергей Труханов: «Главное – найти решение, как реализовать...
Как изменятся наши рабочие пространства? Можно ли подготовить свои офисы к подобным ситуациям в будущем? Что для современных офисов актуально в целом? Как работать с международными компаниями и какую архитектурную типологию нам всем еще только предстоит для себя открыть?
Технологии и материалы
Великолепный дизайн каждой детали – Graphisoft выпускает...
Обновления версии отвечают пожеланиям пользователей и обеспечивают значительные улучшения при проектировании, визуализации, создании документации и совместной работе в Archicad, BIMx и BIMcloud, что делает Archicad 25 версией, как никогда прежде ориентированной на пользователя
Стильная сантехника для новой жизни шедевра русского...
Реставрация памятника авангарда – ответственная и трудоемкая задача. Однако не меньший вызов представляет необходимость приспособить экспериментальный жилой дом конца 1920-х годов к современному использованию, сочетая актуальные требования к качеству жизни с лаконичной эстетикой раннего модернизма. В этом авторам проекта реставрации помогла сантехника немецкого бренда Duravit.
Кирпич Terca из Эстонии – доступная европейская эстетика
Эстонский кирпич соединяет в себе местные традиции и высокотехнологичное производство мирового уровня под маркой Wienerberger. Технические преимущества облицовочного кирпича Terca особенно ценны в нашем северном климате – благодаря им фасады не потеряют своих эстетических качеств, а постройки будут долговечными.
Прочные основы декора. Методы Hilti для крепления стеклофибробетона
Методы HILTI позволяют украшать фасад сложными объемными формами, в том числе карнизами, капителями, кронштейнами и узорными панелями из стеклофибробетона, отлично имитируя массивные элементы из натурального камня и штукатурки при сравнительно меньшем весе и стоимости.
Дайте ванной право быть главной!
Mix&Match – простой и понятный инструмент для создания «журнального» дизайна ванной комнаты. Воспользуйтесь концепцией от Cersanit с десятками комбинаций плитки и керамогранита разного формата, цвета и фактуры для трендовых интерьеров в разных стилях. Идеально подобранные миксы гармонично дополнят вашу идею и помогут сократить время на создание проекта.
Современная архитектура управления освещением
В понимании большинства людей управлять освещением – это включать, выключать свет и менять яркость светильников с помощью настенных выключателей или дистанционных пультов. Но управление освещением гораздо глубже и масштабнее, чем вы могли себе представить.
Чистота по-австрийски
Самоочищающаяся штукатурка на силиконовой основе Baumit StarTop – новое поколение штукатурок, сохраняющих фасады чистыми.
Кто самый зеленый
14 небоскребов из разных частей света, которые достраиваются или планируются к реализации: уже не такие высокие, но непременно энергоэффективные и поражающие воображение.
Советы проектировщику: как выбрать плоттер в 2021 году
Совместно с компанией HP, лидером рынка широкоформатной печати, рассматриваем тенденции, новые программные и технические решения и формулируем современные рекомендации архитекторам и проектировщикам, которым требуется выбрать плоттер.
Energy Ice – стекло, прозрачное как лед
Energy Ice – новое мультифункциональное стекло, отличающееся максимальным светопропусканием. Попробуем разобраться, в чем преимущество новинки от компании AGC
Стать прозрачнее
Zabor modern предлагает ограждения европейского типа: из тонких металлических профилей, функциональные, эстетичные и в достаточной степени открытые.
Башня превращается
Совместно с нашими партнерами, компанией «АЛЮТЕХ», начинаем серию обзоров актуальных тенденций высотного строительства. В первой подборке – 11 реализованных высоток со всего мира, демонстрирующих завидную приспособляемость к характерной для нашего времени быстрой смене жизненных стандартов и ценностей.
Прочность без границ
Инновационный фибробетон Ductal®, превосходящий по прочности и долговечности большинство строительных материалов, позволяет создавать как тончайшие кружевные узоры перфорированных фасадов, так и бархатистые идеальные поверхности большеформатной облицовки.
Обновление коллекции декоров ALUCOBOND® Design
Коллекция декоров ALUCOBOND® Design от компании 3A Composites пополнилась несколькими новыми образцами – все они находятся в русле тренда на натуральность и отвечают самым актуальным тенденциям в дизайне.
Любовь к геометрии
Французское сантехническое оборудование DELABIE для крупных общественных сооружений выбирают выдающиеся архитекторы Жан Нувель, Норман Фостер, SANAA, Руди Ричотти и другие. Представляем новую модель бесконтактных смесителей TEMPOMATIC 4, сочетающих безопасность, мега-экологичность и стильный дизайн.
Сейчас на главной
Арт-трансформер
Art Barn, архив, хранилище работ и рисовальная студия британского скульптора Питера Рэндалла-Пейджа в холмах Девона, способен менять форму в зависимости от текущих нужд, а также сам себя обеспечивает электричеством. Автор проекта – Томас Рэндалл-Пейдж.
Тиана Плотникова: «Наша миссия – разработать user-friendly...
Говорим с основательницей стартапа Uflo – программы, помогающей конвертировать числовые данные в геометрию, о том, что побудило придумать проект, о карьере в крупных зарубежных компаниях и о страхах перед цифровыми технологиями
Связь с прошлым и будущим
Нидерландские мастерские Benthem Crouwel и West 8 выиграли конкурс на проект нового вокзала в Брно: этот архитектурный конкурс стал крупнейшим в истории Чехии.
Авторский надзор: мытьем да катаньем
Разговор на АрхПароходе 2021 со Стасом Горшуновым: о том, как ему удается добиваться качественной реализации проектов, какие проблемы приходится решать, когда жертвовать гонораром, а когда идти на компромиссы.
Образ прощания
Объект MAMA самарских архитекторов Дмитрия и Марии Храмовых стал единственным российским победителем конкурса фестиваля ландшафтных объектов SMACH2021, который проводится на северо-востоке Италии в Доломитовых Альпах.
Новое качество Личного
В Никола-Ленивце Калужской области в эти выходные проходит фестиваль Архстояние с темой «Личное». Главной постройкой фестиваля стал дом «Русское идеальное», спроектированный Сергеем Кузнецовым и реализованный компанией КРОСТ в короткие сроки. Рассматриваем дом и новые объекты Архстояния 2021.
«Место для всех»
Победителем международного конкурса на разработку концепции Приморской набережной в Сочи стал консорциум во главе с UNStudio.
Пресса: "Непостижимое решение". ЮНЕСКО отобрало у Ливерпуля...
ЮНЕСКО решило исключить Ливерпуль из своего Списка всемирного наследия, поскольку городские власти ведут активное строительство в районе доков и порта - архитектурного ансамбля, которое агентство ООН считало важнейшим памятником. В Ливерпуле такое решение называют "непостижимым" и надеются на его пересмотр.
Главный манифест конструктивизма
В Strelka Press выпущена основополагающая для отечественного авангарда книга Моисея Гинзбурга «Стиль и эпоха. Проблемы современной архитектуры» (1924): это совместный издательский проект Института «Стрелка» и Музея «Гараж». Публикуем главу «Конструкция и форма в архитектуре. Конструктивизм».
На берегу очень тихой реки
Проект благоустройства территории ЖК NOW в Нагатинской пойме выходит за рамки своих задач и напоминает скорее современный парк: с видовыми точками, набережной, разнообразными по настроению пространствами и продуманными сценариями «от 0 до 80».
Труд как добродетель
Вышла книга Леонтия Бенуа «Заметки о труде и о современной производительности вообще». Основная часть книги – дневниковые записи знаменитого петербургского архитектора Серебряного века, в которых автор без оглядки на коллег и заказчиков критикует современный ему архитектурно-строительный процесс. Написано – ну прямо как если бы сегодня. Книга – первое издание серии «Библиотека Диогена», затеянной главным редактором журнала «Проект Балтия» Владимиром Фроловым.
Стилисты села
Дизайн-код как способ привести небольшое поселение в порядок к юбилею или крупному событию: борьба с визуальным мусором, поиск духа места и унификация городских элементов.
Диалоги об образовании и карьере
Империалистический заказ и равнодушие к форме, необходимость доучить бывших студентов за свои деньги и скука формального обучения – дискуссия об архитектурном образовании на недавнем Архпароходе, как и многие разговоры на эту тему, местами была отмечена грустью, но не безнадежна и по-своему интересна. Публикуем выдержки из разговора, собранные одним из участников, архитектором и преподавателем Евгенией Репиной.
Плавная консоль
У здания банка в окрестностях ливанского города Сура нет привычных ограждений, а еще Domaine Public Architects удалось добавить в проект небольшую площадь.
Туман над Янцзы
В сети обсуждают новую ленд-арт-инсталляцию Григория Орехова Crossroads, «пешеходную зебру» проложенную художником по воде Москвы-реки 7 июля недалеко от Николиной горы. Рассматриваем несколько недавних работ Орехова – от «перекрестка» 2021 года на реке до «перекрестка» 2020 года в зеркалах «Черного куба», созданного в честь Казимира Малевича в Немчиновке.
Неоконюшня
На территории ВДНХ появится новый конноспортивный манеж: его авторы обращаются к традиционной для типологии форме и материалам, трактуя их как современный парковый павильон.
Еще один конструктор
В Мангейме началось строительство жилого комплекса по проекту MVRDV и производителя сборных домов Traumhaus. Он должен дать будущим обитателям максимум разнообразия и кастомизации по доступной цене, что в свою очередь позволит создать там живое сообщество соседей.
Градсовет Петербурга 15.07.2021
Архитекторы предложили обновить торговый центр в петербургском Купчино, вдохновляясь снежными пиками Балканских гор. Эксперты отнеслись к идее прохладно.
Галька на берегу
Проект аэропорта в Геленджике от АБ «Цимайло, Ляшенко и Партнеры» стал единственным российским победителем премии Architizer A+Awards 2021 года.
Стратегия преображения
Публикуем 8 проектов реконструкции построек послевоенного модернизма, реализованных за последние 15 лет Tchoban Voss Architekten и показанных в галерее AEDES на недавней выставке Re-Use. Попутно размышляя о продемонстрированных подходах к сохранению того, что закон сохранять не требует.
Ажурные узоры
Манчестерский Еврейский музей приобрел после реконструкции по проекту Citizens Design Bureau новый корпус с орнаментом на фасаде: он напоминает о культуре сефардов.