Хогвартс для архитекторов

Лондонский архитектор – консультант по «устойчивости» Евгения Буданова – о своей учебе в школе Архитектурной Ассоциации по магистерской программе «Устойчивое экологическое проектирование» (SED).

Автор текста:
Евгения Буданова

mainImg
На момент выбора института у меня было два основных критерия: интересная, востребованная специальность и качество образования. Про лондонскую АА (Architectural Association School of Architecture) я услышала от моего преподавателя по архитектурному проектированию в РУДН Шейх-Абдул Карима в ответ на мой вопрос: «Какое, на ваш взгляд, лучшее высшее учебное заведение в Великобритании для архитектора?» Так была задана отправная точка. Список магистерских специальностей на тот момент состоял из шести курсов, среди которых два показались мне наиболее привлекательными. Это устойчивое проектирование (Sustainable Environmental Design или SED) и новейшие технологии (Emerging Technologies). Первый курс долгое время оставался для меня загадкой, поскольку исчерпывающего перевода слова sustainable на русский язык мне так и не удалось найти. В итоге, побоявшись излишних математических расчетов, я выбрала «устойчивое проектирование». Если бы я только знала, что меня ждет!

Для подстраховки мною было выбрано еще два вуза с похожими направлениями, это Колледж искусств Челси (Chelsea College of Arts) и Лондонский университет Метрополитен (London Met). Школа Бартлетт (Bartlett) из уравнения была исключена практически сразу из-за своей чрезмерной бюрократичности (к примеру, рекомендательное письмо в поддержку абитуриента должен был посылать обязательно сам его автор, и отрывная часть конверта должна быть подписана его рукой: мне это показалось перебором).

Собеседование в Колледж Челси я проходила в агентстве, которое специализируется на образовании за рубежом. В их московский офис приехал представитель вуза, в моем случае это был один из преподавателей факультета фотографии, который счел мой четырехлетний опыт работы в московском архитектурном бюро недостаточным, а мое портфолио – неподходящим для уровня их магистерской программы. Он предложил мне для начала пройти подготовительный курс, стоимость которого была близка к стоимости годового обучения на магистра. То есть этот вариант стал в два раза дороже.

Недолго думая, я собрала свое портфолио (не имея ни одного sustainable-проекта), мотивационное письмо, три рекомендательных письма, диплом бакалавра архитектуры РУДН и сама отвезла все это в АА. На момент подачи документов я уже упустила возможность подать заявку на какой-либо грант, поскольку, как и все в Англии, это нужно делать очень задолго. В моем случае, если учеба начиналась в сентябре, заявку нужно было подать уже в январе, то есть за девять месяцев до старта учебной программы. В АА есть свой список различных грантов и стипендий, которые в среднем покрывают одну треть стоимости года обучения. В то же время, я точно знаю, что некоторые мои одногруппники оплачивали свое обучение за счет грантов, выданных правительством своих стран.

В London Met подать документы я так и не успела, потому что уже 1 апреля 2009 года я получила вожделенное письмо из АА, сообщавшее о том, что меня приняли и в сентябре я могу начать учиться, если к тому времени я сдам IELTS (экзамен на знание английского языка) на средний балл 6,5 и оплачу 1/3 стоимости года обучения.

Выбранный мной курс SED предлагается в двух вариантах продолжительности: 12 месяцев (Master of science/Магистр наук) и 16 месяцев (Master of architecture/Магистр Архитектуры). Первый, более теоретический, состоит из трех семестров и заканчивается внушительной диссертацией. Второй – на один семестр длиннее, тоже включает в себя диссертацию, а после нее необходимо также сдать и проект, то есть этот курс более практический и требует большего практического опыта. Впрочем, свой выбор можно скорректировать в течение учебного года. Так, несколько человек с нашего курса поменяли Master of science на Master of architecture и наоборот уже после начала учебы.
Очередь в АА в первый день ознакомительной недели.

 Я выбрала курс Master of science. Первые два семестра учебная программа рассчитана на полное погружение в предмет: лекции приглашенных архитекторов и бывших студентов, семинары по огромному количеству новых компьютерных программ и специальному оборудованию.
Измеритель уровня внутреннего света и термометр с измерителем влажности воздуха и с измерителем скорости движения воздуха.

В это время основная работа проходит в группах по четыре человека. Каждые две недели группа делает промежуточные отчетные презентации по своей работе перед преподавателями и приглашенными специалистами, что помогает отшлифовать проект в процессе работы над ним. Итогом становится групповой проект по заданной теме. Кроме того, необходимо сдать индивидуальную курсовую работу на любой интересный тебе сюжет. На протяжении всего времени предусмотрены индивидуальные консультации – как по групповому проекту, так и по индивидуальной работе.
 
Групповая консультация по проекту первого семестра

Из практических занятий мне запомнилась первая неделя в АА, когда учащимся предлагается на выбор посетить одну из «топовых» архитектурных мастерских, где специально для студентов устраиваются лекции и экскурсии по офисам.
 
Список желающих посетить мастерскую Захи Хадид.



Очень яркие впечатления оставило первое задание первого семестра, когда нам предложили выбрать жилой объект для изучения. Затем надо было установить в выбранном доме всевозможные измерители температуры и влажности, измерить уровни дневного света, пообщаться с жильцами и узнать об их образе жизни, распорядке дня и привычках. Жильцы были удивлены, да и мы сами не ожидали такого глубокого анализа проекта. Кроме того, мы встречались с архитектором проекта, чтобы узнать мельчайшие особенности этого дома. Весь первый семестр мы изучали дом со всех сторон, смотрели, как влияют привычки людей на потребление энергии.

Два 3-этажных дома (180 м2) и арт-студия (50 м2) по адресу №№ 2 и 4 на Кармартен-плейс были возведены в 2006 из деревянных элементов, изготовленных на фабрике Riko в Словении. Эти элементы из сибирской древесины были собраны за 12 дней при помощи строительного крана. Здания спроектированы местным бюро Architects in Residence (Kate Cheyne, Emma Doherty, Amanda Menage) на очень тесном участке земли в районе Бермондсей, причем перед архитекторами стояла сложная задача увеличения количества света в домах без нарушения частного пространства жильцов.
 
zooming
Дома №№ 2 и 4 на Кармартен-плейс.
Дома №№ 2 и 4 на Кармартен-плейс.
Процесс сборки первого этажа.
Результаты измерений уровня света внутри.
Результаты измерений температуры и влажности воздуха.



Мне повезло полгода проучиться в магистратуре в РУДН, поэтому я могу судить о различиях этих программ в России и Британии. Их очень много, но самое большое впечатление на меня произвел творческий подход к студенческим проектам в АА. Поучившись в российском вузе, я привыкла к тому, что, когда дают задание, предлагают пример его выполнения, чтобы студент имел представление о том, как должна выглядеть его будущая работа. В АА вообще такого не было. Ни один преподаватель никогда не скажет, как должна выглядеть работа – этот вопрос полностью решает сам студент. Поначалу это вводило меня в ступор. Например, на мой вопрос: «Что должно быть изображено на слайде, посвященном экологическому транспорту?» ответ обычно звучал так: «Поставь то, что считаешь важным».

В первом семестре нам задали сделать презентацию об «устойчивом» транспорте. Это задание состояло из одного словосочетания и ограничений по формату: каждая команда студентов готовит презентацию и 10-минутный рассказ – и все. Никаких пояснений, уточнений, примеров не предполагалось. Позже, собственно на презентации перед всем классом и пятью преподавателями, тебе расскажут, в чем положительные стороны твоей работы, а какие моменты ты упустил, но, опять же, тебе не скажут, как именно тебе следовало действовать.

Второе отличие английского обучения от российского – регулярные, раз в две недели, презентации текущего проекта. Этот аспект помогает лучше проработать проект на каждом этапе, поскольку каждые две недели ты должен показывать, что в твоей работе есть смысл. А если вдруг окажется, что смысла нет, во время презентации тебе помогут его найти. Кроме положительных сторон для проекта, ты учишься общаться с публикой, отстаивая свои идеи. Для Англии это необходимая практика, так как представление проекта перед заказчиком или на общественных слушаниях в органах местного самоуправления – обязательная часть работы архитектора.

Помимо двух упомянутых выше отличий, важно упомянуть тот факт, что учеба в АА длится по 10 часов ежедневно на протяжении всей недели практически в течение всего года.

Что касается АА как вуза и его высокого статуса, то, безусловно, воздух там пропитан креативностью. Переступив порог дома номер 36 на Бедфорт-сквэр, попадаешь не иначе как в школу волшебников архитектуры. Я даже проверяла этот эффект на других людях: это действительно атмосферное место, там хочется сидеть в библиотеке, на лекции приглашенного «звездного» архитектора в главной аудитории, пить кофе на террасе и просто быть. Чтобы ощутить смелость экспериментов, раньше было достаточно просто подойти к главному входу, где летом выставляли павильоны, спроектированные кем-то из студентов. Это всегда были новаторские конструкции.
Лекция Тойо Ито в АА (японский архитектор с автором этой статьи).
Павильон на площади Бедфорд, август 2009 года.
Павильон на площади Бедфорд, август 2009 года.
Павильон на площади Бедфорд, август 2009 года.
Инсталляция во внутреннем дворике АА.
«Канапе» на террасе здания АА.

 На нашем курсе училось около 42 человек из 22 стран: США, Канада, Пуэрто-Рико, Мексика, Бразилия, Чили, Китай, Колумбия, Индия, Япония, Таиланд, Тайвань, Малайзия, Иран, Турция, Греция, Италия, Испания, Португалия, Бельгия, Израиль – и Россия в моем лице, но ни одного англичанина. Контингент варьировался от только закончивших бакалавриат молодых ребят до вполне матерых архитекторов с большим опытом работы. На моей памяти было несколько работавших человек, то есть аккредитованных архитекторов. Собственной мастерской не было ни у кого, но многие обзавелись таковыми уже по окончании курса. На нашем курсе я была самой младшей по возрасту. Стоит, правда, заметить, что опыт работы именно в нашей специализации был лишь у единиц, да и тот – весьма поверхностный. Возможно, это связано с тем, что специальность Sustainable Environmental Design – очень новая. Разница в образовании среди студентов, безусловно, была заметна, но, поскольку профильное направление было новым для всех, и мы все работали в группах, разный бэкграунд лишь способствовал прогрессу и саморазвитию. Все мы многому научились друг у друга.
 
Курс SED. Сентябрь 2009 года.



Старший преподаватель факультета – гуру «устойчивости», грек по происхождению Симос Яннас. Он хорошо известен в нашей сфере, поскольку уже давно – насколько это возможно в этой новой области деятельности – занимается «устойчивым» проектированием. Он читает много лекций в первых двух семестрах. У Симоса обычно есть парочка «любимчиков» среди учащихся. Обычно на эту роль он выбирает самых сильных студентов на протяжении курса и позже помогает им работать над диссертацией.

Остальные преподаватели – или из академического сообщества, или профессионалы в нашей области из ведущих бюро и выпускники программы SED прошлых лет. Как и студенты, преподаватели в АА собраны со всех концов мира. Кроме того, первые два семестра у нас были регулярные лекции «устойчивых» архитекторов из Великобритании, Италии, Германии, Бразилии и т.д.
 
Преподаватели SED курса: Клаус Бодэ, Барак Пельман, Джоана Суарес, Хорхе Родригес.



Мне в АА было интересно абсолютно все, и, несмотря на 10-часовые рабочие дни и отсутствие выходных, все время хотелось еще и еще впитывать знания. В российском вузе я такого желания не ощущала. В АА каждый день что-то происходит, и неважно, учишься ты там или нет. После окончания учебы я еще года два приходила на лекции, посидеть в кафе или посмотреть очередную выставку. Непрекращающееся развитие – наверное, это так можно охарактеризовать. АА – это пульсирующий, креативный и самостоятельный мир, где все время хочется творить. И, что не менее важно, АА открывает для тебя много дверей, дает много знакомств.

Также незабываемыми были учебные поездки в Амстердам и Мадрид. В обоих городах мы встречались с практикующими архитекторами и посещали их постройки. Интересно, что в тот момент Голландия отставала от Испании в плане «устойчивой» архитектуры.
 
Учебная поездка в Мадрид, факультет SED и студенты Мадридского политехнического университета. 2010 год.
Эко-Бульвар. Мадрид.
Жилое здание «Селосия» (Celosia). Бюро MVRDV. Мадрид.
Жилое здание «Мирадор». Бюро MVRDV. Мадрид.
Учебная поездка в Амстердам. Прогулка с голландскими архитекторами по северному району Амстердама Noord.
Дом Шрёдер в Утрехте (1923–24) Геррита Ритвелда.
Жилой дом «Кит» в амстердамском квартале Борнео-Спорэнбёрх. Бюро de Architekten Cie.
Жилой дом «Кит» в амстердамском квартале Борнео-Спорэнбёрх. Бюро de Architekten Cie.



Правда, после окончания учебы мне было сложно найти работу: процесс поиска, пришедшийся на разгар экономического кризиса, занял целых девять месяцев. Прежде чем стать sustainability consultant – консультантом по «устойчивости» – мне пришлось четыре месяца проработать помощником архитектора, поскольку для того, чтобы работать архитектором в Англии, необходимо подтвердить свой российский диплом и получить аккредитацию RIBA 1 и RIBA 2, затем отучиться еще один год, чтобы сдать экзамен, получить лицензию (RIBA 3) и звание архитектора. Удовольствие это недешевое, стоит примерно как половина года в АА, поэтому те, кто выбирают путь архитектора, по этому пути идут долго.

Почертив пару месяцев унитазы, я все же нашла работу sustainability consultant. Теперь в мои обязанности вошло многое из того, чему меня научили в АА, в том числе динамическое моделирование и анализ зданий на количество солнечного света – как на фасаде, так и внутри жилых помещений, перегрев и потребление энергии. Нередко попадаются и исследовательские проекты, когда заказчик заинтересован в анализе потенциальных энергоэффективных сценариев для своего участка. Допустим, имея в своем распоряжении микрорайон, заказчик обращается в наш офис с вопросом: какой сценарий будет наиболее эффективен с точки зрения потребления энергии и финансовых затрат – полное обновление района, капитальный ремонт существующего жилого фонда или минимальное обновление устаревших элементов жилого фонда (бойлеры, окна и т.п.). Позже по стечению обстоятельств я занималась менеджментом энергоэффективной оценки BREEAM для олимпийских объектов в Сочи, которые на тот момент получили небывалую для российской истории BREEAM оценку «very good». А совсем недавно я успешно сдала экзамен на звание оценщика BREEAM.

Проработав четыре года по специальности и пройдя через внушительное число собеседований в поисках работы в Великобритании, в Китае и Вьетнаме, могу с уверенностью сказать, что фраза «я училась в АА» обладает магическим свойством, потому что это синоним качественного образования для архитекторов во многих странах мира.
Спасибо всем, кто разделил со мной этот незабываемый опыт, Курс SED, Амстердам 2010 год.


30 Октября 2015

Автор текста:

Евгения Буданова
comments powered by HyperComments

Статьи по темам: Архитектурное образование, Архитектурное образование за рубежом: личный опыт

МАРХИ-2019: 10 проектов на тему «Школа»
Школа для детей с инвалидностью, воспитательная колония для малолетних преступников, интернат для детей-сирот – студенты МАРХИ создают новый образ современного образования.
Образовательный заплыв в центре города
Прошедшим летом Плавучий университет в Берлине по проекту коллектива raumlaborberlin стал площадкой для дискуссий и экспериментов на тему городов, переживающих бурную трансформацию. Этот необычный кампус – в фотографиях Дениса Есакова.
Пресса: Мэр Иркутска Дмитрий Бердников: «Зимний градостроительный...
Опыт Международного Байкальского зимнего градостроительного университета (МБЗГУ) может быть полезен и интересен школьникам, планирующим выбрать профессию архитектора и остаться работать в Приангарье. Об этом на заключительной презентации проектов XIX-й сессии воркшопа 1 марта сообщил мэр Иркутска Дмитрий Бердников, пригласивший старшеклассников в ИРНИТУ.
Пресса: Интервью руководителей студии "Свое пространство"...
Молодые и успешные архитекторы, партнеры архитектурного бюро FAS(t) Ксения Харитонова и Александр Рябский станут преподавателями и руководителями проектной студии в МА1 во втором семестре. Накануне старта занятий они рассказали нам о деятельности бюро, о том, зачем им преподавать, и чем они хотят поделиться со студентами.
Пресса: Александр Рябский и Ксения Харитонова станут руководителями...
Архитекторы, партнеры архитектурной студии FAS(t) Александр Рябский и Ксения Харитонова станут руководителями одной из студий в МА1 во втором семестре 2017-2018 учебного года. Они убеждены: «Архитектура – это всегда проекция нашего внутреннего мира». Участникам студии предлагается поработать над «Своим пространством».
Пресса: Портландия: как становятся инженерами в самом странном...
По просьбе Strelka Magazine студентка Портлендского государственного университета Полина Поликахина рассказала об особенностях инженерного образования в Америке, соревновании по строительству мостов и стиле жизни в крупнейшем городе штата Орегон.
Пресса: Александр Острогорский: «Cлово «критик» — ловушка»
В последние дни декабря, в самый разгар «ёлок» у меня возникло желание поговорить с коллегами о том, как они прочувствовали пульсации семнадцатого года в своей профдеятельности, что стало главной движущей силой и задало направление для следующих лет. Одним из таких людей оказался Александр Острогорский. Разговор состоялся в самый разгар просмотров студийных работ; из темы «А что стало для Вас главным в этом году» он стремительно улетел в тему архитектурной критики. Впрочем, мы не стали менять этот неожиданный ракурс, — он нам обоим показался крайне любопытным. Выкладываю здесь краткий конспект.
Итоги 2017
Рассматриваем события прошедшего года: как главные, обещающие много суеты в будущем, так и просто интересные.
Пресса: Интервью студентов школы Антона Грибанова и Никиты...
Этим летом все студенты второго курса бакалавриата МАРШ проходили практику в ведущих архитектурных бюро Москвы: Архитекторы Асс, бюро Бродского, Рождественка, SPEECH, АГ ДНК, Практика, Атриум, BUROMOSCOW, Wall, Werner Zobek, Kleinewelt Architekten, Nowadays, Form. По итогам практики в МАРШ состоялась презентация и обсуждение ее результатов со студентами и их кураторами. Мы решили также пообщаться со студентами уже третьего курса, Антоном Грибановым и Никитой Кобцевым, и узнать, что они делали во время практики и чем им этот опыт запомнился.

Технологии и материалы

Английский кирпич в московских Кадашах
Кирпич IBSTOCK Bristol Brown A0628A, привезенный компанией «Кирилл» прямо из Великобритании для фасадов ЖК «Монополист» в Кадашах, стал для комплекса, нового, но вписанного в контекст и расположенного рядом с известнейшим шедевром конца XVII века, основой для сдержанно-историчной и в то же время современной образности.
Измеряй и фиксируй
Лазерный сканер Leica BLK360 – самый компактный из существующих, но в то же время достаточно мощный: за короткое время с его помощью можно провести высокоточные обмеры и создать 3D-модель объекта. Как прибор, который легко помещается в рюкзак или сумку, ускоряет процесс проектирования, снижает риски и помогает экономить – в нашем материале.
Выйти в цвет
Рассказываем, как с помощью краски из новой линейки DULUX «Легко обновить» самостоятельно и за один день покрасить двери или окна.
Проектируя устойчивое будущее
Глава «Сен-Гобен» в России, Украине и странах СНГ, Антуан Пейрюд выступил на Дне инноваций в архитектуре и строительстве с докладом о подходах компании к устойчивому развитию. В интервью Archi.ru Антуан Пейрюд рассказал о роли инновационных материалов в иконических зданиях Фрэнка Гери, Жана Нувеля, Кенго Кумы и других известных архитекторов. Также состоялась презентация звукоизоляционных систем «Сен-Гобен» и общение специалистов BIM с архитекторами по поводу трансфера данных по строительным материалам и решениям.
«Сен-Гобен» приглашает студентов спроектировать...
Компания «Сен-Гобен» объявила о старте шестнадцатого по счету архитектурного конкурса «Мультикомфорт». Студентам архвузов предлагается разработать концепцию «устойчивого» развития территории бывшего завода в пригороде Парижа, Сен-Дени.
Теплоизоляция ПЕНОПЛЭКС® для подземного строительства
Освоение подземного пространства – общемировой тренд, в мегаполисах под землей растут целые города. По версии книги рекордов Гиннесса, крупнейший подземный торговый комплекс в мире – Path в Торонто. Для его создания проложено более 30 км тоннелей.
Камин как аттрактор, или чем привлечь покупателя элитной...
Вода и огонь – две удивительные природные субстанции – влекущие, завораживающие, приковывающие взгляд. В человеческом жилище они давно завоевали свое место, и, если вода выполняет сугубо техническую функцию, огонь в камине вместе с теплом дарит визуальное наслаждение.

Сейчас на главной

Зеленый холм у Потамака
Пристройка, расширившая Кеннеди-центр в Вашингтоне, почти полностью спрятана в зеленом холме. Она выстраивает задуманную в 1960-е связь центра с рекой и не закрывает никаких видов.
Дом молодежи
Реконструкция Дома молодежи на Фрунзенской, анонсированная год назад, получила АГР Москомархитектуры. Проект предполагает строительство нового здания между МДМ и парком Трубецких.
Двенадцать формул
Два московских учебных заведения показывают в открытых мастерских Баухауза проект, посвященный общественным пространствам. Методы спекулятивного дизайна и «сенсорная урбанистика» помогли поставить правильные вопросы и получить серьезные выводы.
Рем Колхас: взгляд в поля
Что Если Деревню Продолжат Благоустраивать Без Архитекторов? Владимир Белоголовский посетил открытие новой провокационной выставки Рема Колхаса “Countryside, The Future” в музее Гуггенхайма в Нью-Йорке.
Умер Иона Фридман
Архитектор-теоретик, озвучивший в конце 1950-х идею мобильной, саморазвивающейся силами жителей и изменяемой архитектуры – своего рода пространственной сети, приподнятой над традиционным городом и способной охватить весь мир.
Степан Липгарт: «Гнуть свою линию – это правильно»
Потомок немецких промышленников, «сын Иофана», архитектор – о том, как изучение ордерной архитектуры закаляет волю, и как силами нескольких человек проектировать жилые комплексы в центре Петербурга. А также: Дед Мороз в сталинской высотке, арка в космос, живопись маньеризма и дворцы Парижа – в интервью Степана Липгарта.
Новое время Советской площади
Благоустройство центральной площади Гаврилова Посада, профинансированное из трех источников и призванное помочь городу стать туристическим, выглядит современно и ставит задачи осмысления местной идентичности.
Разобрано по весне
Временный и уже разобранный павильон на площади перед «Зарядьем»: кольцеобразный, с деревянной конструкцией и фасадом из металла и поликарбоната. Внутри был тот самый искусственный снег, березы елки.
Метод обнимания
TreeHugger, небольшой павильон информационного туристического центра бюро MoDusArchitects, вступая в диалог с архитектурным и природным окружением, сам становится новой достопримечательностью предальпийского городка в итальянском Трентино-Альто-Адидже.
Мёд и медь
Архитектор Роман Леонидов спроектировал подмосковный Cool House в райтовском духе, распластав его параллельно земле и подчеркнув горизонтали. Цветовая композиция основана на сопоставлении теплого медового дерева и холодной бирюзовой меди.
Пресса: Почему индустриальное домостроение оставит будущее...
О будущем жилья невозможно говорить, пытаясь обойти стену, в которую оно упирается,— массовое индустриальное домостроение. Если модель массового индустриального домостроения сохранится, то это довольно простое будущее, которое более или менее сводится к настоящему.
СКК: сохранять, крушить, копировать?
Мы поговорили с петербургскими архитекторами о ситуации вокруг обрушенного СКК – здания, купол которого по чистоте формы и инженерного замысла сравнивают с римским Пантеоном, только выполненным в металле. Что, однако, не помогло ему получить статус памятника и защиту от сноса.
Лучи знаний
Школа в Подмосковье, архитектуру которой определяет учебная программа, природное окружение, а также желание использовать только честные материалы.
Кружево из углепластика
Три портала по проекту Асифа Хана для Экспо-2020 в Дубае при высоте в 21 метр сооружены из нитей сверхлегкого углепластика и не требуют дополнительной несущей конструкции.
Арктический вуз
Новое крыло Арктического колледжа на острове Баффинова Земля на севере Канады. Авторы проекта – Teeple Architects из Торонто.
Критическая масса прогресса
20-й по счету летний павильон лондонской галереи «Серпентайн» спроектируют молодые женщины-архитекторы из ЮАР – бюро Counterspace; их постройка будет посвящена социальным и экологическим темам.
Парки Татарстана, часть I: лучшие городские
Цветущий бульвар вместо парковки, авторские МАФы, экологические решения, равно как и ностальгические фонтаны и площадки для фотосессий новобрачных – в первой части путеводителя по паркам Татарстана, посвященной новым городским пространствам.
Сокольники: ковер из кирпича
Архитекторы бюро Megabudka опубликовали свой проект Сокольнической площади в деталях и с объяснениями всех мотивов. Рассматриваем проект и призываем голосовать за него в «Активном гражданине». Очень хочется, чтобы победила архитектурная версия.
Три январские неудачи Бьярке Ингельса
Основатель BIG подвергся критике из-за деловой встречи с бразильским президентом, известным своими крайне правыми взглядами и отрицанием экологических проблем Амазонии, лишился поста главного архитектора в WeWork и был отстранен от участия в проектировании небоскреба для нью-йоркского ВТЦ.
Кирпичные шестигранники
Башни Hoxton Press по проекту Karakusevic Carson и Дэвида Чипперфильда на границе лондонского Сити – коммерческое жилье, «субсидирующее» реновацию социального жилого массива рядом.
Одновременное развитие экономики и кино
В бывшем здании центрального рынка Монтевидео уругвайское бюро LAPS Arquitectos разместило штаб-квартиру Латиноамериканского банка развития CAF, национальную синематеку, легендарный бар и общественное пространство.
Москва 2050: деревянные высотки и летающий транспорт
Более 40 студентов представили видение Москвы будущего в недавно открывшейся галерее Шухов Лаб и на Биеннале архитектуры и урбанизма в Шэньчжэне. Рассказываем об итогах воркшопа «Москва 2050» и показываем работы участников.
Рестораны вместо лучших реставраторов страны?
Минкульт выдал ЦНРПМ предписание переехать до 1 марта. Не исключено, что после разорительного переезда научной реставрации в стране не останется. Говорим со специалистами, публикуем письмо сотрудников министру культуры.
Глэм-карьер
Благоустройство подмосковного озера от бюро Ai-architects: эко-школа, глэмпинг и всесезонные развлечения.
Красный зиккурат
Многоквартирный дом Cascade Villa в Алмере по проекту бюро CROSS Architecture снаружи – кирпичный, а во внутреннем дворе – обшит деревом.
Арт-депо
Офисное здание на набережной Обводного канала в Санкт-Петербурге по проекту архитектора Артема Никифорова – это тонкая вариация на тему кирпичной промышленной архитектуры XIX и ХХ века с рядом художественных изобретений, хорошим строительным и ремесленным качеством.
Будущее не дремлет
Выставка Европейского культурного центра в ГНИМА это коллекция современных пространств разной степени общественности. Подборка довольно случайная, но интересная, а в последнем зале пугают потопом, античным форумом, зиккуратами и вигвамами.
«Единорог в лесу»
Почему, в отличие от произведений известных художников и автографов писателей, дом, спроектированный Ф.Л. Райтом или Тадао Андо, выгодно продать очень сложно? В нем неудобно жить или недвижимость от знаменитых архитекторов переоценена?
Арки, ворота, окна, проемы, пустоты, дырки
В архитектуре АБ «Остоженка», особенно в крупных комплексах, значительную роль играют арки, организующие пространство и массу: часто большие, многоэтажные. В публикуемой статье Александр Скокан размышляет о роли и смысле масштабных цезур, проемов и арок.
Розовый слон
В Лос-Анджелесе построен флагманский магазин одежды The Webster по проекту Дэвида Аджайе. Для внешней и внутренней отделки британский архитектор использовал окрашенный бетон.
Архи-события: 3–9 февраля
«Кто хочет стать миллионером» для архитекторов и дизайнеров, новый интенсив в МАРШ и экскурсия с плаванием от «Москвы глазами инженера».
Пресса: Великое переселение
В последнюю неделю января 2020-го в стране активно обсуждают реновацию устаревшего жилья — вернее, возможность запуска подобных программ в российских регионах. В одном из первых своих интервью на посту вице-премьера Марат Хуснуллин отметил, что реновацию можно запустить в городах-миллионниках.
Умер Андрей Меерсон
Признанный мастер советского модернизма, автор «Лебедя» и самого красивого московского дома «на ножках» на Беговой, но и автор неоднозначного стилизаторского Ритц Карлтон на Тверской – тоже.
Неиссякаемый источник
VIP-зоны аэропорта – настоящее раздолье для цвета, пластики, образности и творческой фантазии архитекторов. Рассматриваем четыре бизнес-зала и один VIP-терминал ростовского аэропорта «Платов»: все они так или иначе осмысляют контекст: южное солнце, волны речной воды, восход над степным горизонтом и золото сарматов.
Кольцо на озере Сайсары
Здание филармонии и театра якутского эпоса на священном озере вписано в эпический круг и включает три объема, уподобленных традиционному жилищу. Кровля уподоблена аласу – якутской деревне вокруг озера. При столь интенсивной смысловой насыщенности проект сохраняет стереометрическую абстрактность и легкость формы, оперируя прозрачностью, многослойностью и отражениями.
Вертикальные татами
Фасады офисного здания Torre Patria-Hipódromo по проекту Карлоса Ферратера и его бюро OAB в Гвадалахаре на западе Мексики подчинены модульной конструктивной сетке, которая упорядочивает и окружающее пространство нового района.
Умер Александр Ларин
Автор академического хореографического училища на 2-й Фрунзенской и знаменитой аптеки в Орехово-Борисово, нескольких нетиповых детских садов типового времени, учитель и коллега многих известных сегодняшних архитекторов.