Владимир Белоголовский: «Я перенял бы у китайских студентов-архитекторов невероятные амбиции и желание построить все лучше всех»

Владимир Белоголовский рассказал Архи.ру о своем преподавании на архитектурном факультете университета Цинхуа в Пекине, статусе архитектурной профессии в Китае и особенностях работы местных бюро.

mainImg

Архи.ру:
– Как вас пригласили преподавать архитектуру в Китае? И почему вы согласились на это предложение?

Владимир Белоголовский:
Я просто не мог не согласиться – это было так заманчиво, и сейчас могу сказать, что я очень доволен этим уникальным опытом. Больше всего я не люблю что-либо планировать в жизни. Поэтому я всегда открыт самым разным обстоятельствам. За последние несколько лет я представил в Китае около десятка своих выставочных проектов и имел много возможностей познакомиться с местными архитекторами и педагогами. Во время одной из таких встреч мой собеседник, известный архитектор и профессор университета Цинхуа в Пекине, Ли Сяодун (Li Xiaodong), обратив внимание на мой аналитический стиль разговора и, зная о моих книгах и выставках, напрямую сделал мне предложение: «Вы хотите преподавать?» Я был слегка озадачен и даже признался, что никогда раньше не преподавал. Он ответил, что это не проблема, так как он видит, что я могу преподавать. И тут же добавил: «Да или нет?» Я сразу и согласился. Вообще, когда мне что-то предлагают, я стараюсь не отказываться, потому что могут больше не предложить. Только после того, как мы договорились о моем преподавании на его кафедре, я спросил: а что, собственно, я буду делать? Рассматривая мои книги с интервью, он сказал, что я могу вести семинары на тему личностных подходов в архитектуре. Он понял, что мне это интересно, и что у меня достаточно материала для самостоятельного преподавания.

– Что это за учебная программа? Для каких студентов она предназначена – это бакалавриат, магистратура, она открыта для всех или только для граждан КНР? Сложно ли туда поступить, велик ли конкурс?

– Это программа магистратуры для студентов со всего мира. Всего там было 29 студентов из 18 стран. Но из этих студентов десять – выходцы из Китая: они все родились в КНР, но еще в детстве уехали с родителями в Канаду, Сингапур, Новую Зеландию, Австралию, Германию и т.д. Но две трети – это «настоящие» иностранцы. Одна студентка была из России, однако не было ни одного американца. Понятно, что преподавание шло на английском, но студенты также изучали китайский язык и традиционную архитектуру. Конкурс на обучение в Китае для иностранцев очень велик, но все же не настолько, как для китайцев при поступлении в свои университеты; тот конкурс может быть в десятки раз выше, чем в самые престижные вузы США.

zooming
Владимир Белоголовский и студенты его программы в университете Цинхуа в Пекине.
zooming
Профессора и студенты в университете Цинхуа в Пекине.
zooming
Профессора Ли Сяодун (Li Xiaodong) и Мартейн Де Гёс (Martijn De Geus)
zooming


– Какой курс вы преподавали? Чему вы больше всего хотели научить будущих архитекторов – и почему?

Я преподавал предмет, которому сам всегда хотел научиться и посвятить этому свою жизнь – архитектурное проектирование. Кто бы мог подумать, что после 12-ти лет архитектурной практики я уйду – вот уже на десять лет – в создание выставок и критику, и вернусь в проектирование в качестве профессора. Конечно же, я пошел в Цинхуа не ради студентов, а ради собственного опыта. Мне это было любопытно, и я шел на каждую встречу со своими учениками как на праздник.
Жил я среди студентов, на кампусе – в корпусе для преподавателей, в отдельной квартире, с обслуживанием как в гостинице. Это было очень интересно, так как у меня раньше не было такого опыта.
Главным же для меня было понять, что, собственно, происходит в головах этих молодых людей, и чему я мог бы у них научиться сам. Ведь ясно, что для того, чтобы стать архитектором, не нужна никакая степень магистра. Я им на это часто указывал. Я думаю, студентам нужно решить простой и одновременно сложный вопрос – кто я есть и кем я хочу стать? И кто знает, станут ли они архитекторами? Я ведь для себя выбрал другой путь. Нужно определить вектор развития, который еще часто может меняться в течение жизни. Что касается самой профессии, то ею можно овладеть и на рабочем месте. Дойти до степени магистра, чтобы сдать очередной проект – это напрасно потраченное время и выброшенные деньги.
Проектов за семестр было два – проектирование в парах нового объекта на кампусе по своему желанию и самостоятельный проект нового здания архитектурного факультета на месте старого. Студентов разбивали на несколько групп, и мы слушали их презентации, а затем критиковали их проекты, причем мы поощряли участие в этих дискуссиях и самих студентов. Во время таких дебатов я часто ставил студентов – да и преподавателей – перед вопросами, на которые они не могли найти быстрые ответы. Было видно, что это их напрягало, но мы всегда что-то извлекали из таких бесед. Мне было очень интересно, и у меня было особое положение, потому что я совершенно ни от кого не завишу. Я сам по себе и действительно могу говорить, что думаю.
Кроме дискуссий, я провел ряд семинаров, на которых я рассказывал про конкретные подходы ведущих архитекторов мира и давал студентам послушать отрывки из моих бесед с некоторыми из этих мастеров. Это всегда очень действует, когда то, что говорю я, не просто болтовня, а подкреплено тем, что мне лично сказали Фостер, Сиза, Айзенман или Либескинд. Мы вместе пытались проанализировать разные идентичности в архитектуре. Главным было не навязывать определенную точку зрения, а вести открытую дискуссию. Когда закончилось наше первое занятие, все студенты остались на своих местах. Тогда я спросил: «Кому-то нужно уходить?» – но никто не сдвинулся с места, и мы еще полтора часа беседовали, пока не нужно было освобождать помещение для следующего занятия.

zooming


– Как была организована работа со студентами? Чем отличается учебный процесс в Китае от архитектурных вузов Запада? Есть ли там компоненты, которые стоит перенять и в других странах?

Работа со студентами была выстроена по западному принципу, Цинхуа – ведущий университет в Китае, его даже называют китайским Гарвардом. Конечно, там нет такого уровня комфорта и открытости, как в американских вузах, где, кстати, граждане США очень часто оказываются в меньшинстве – и среди студентов, и среди преподавателей. Нет быстрого интернета, нет американских библиотек, музеев с постоянно обновляющимися выставками, нет архитектуры мирового уровня на кампусе, нет стольких ведущих практиков среди педагогов и вообще насыщенности той жизни, которая способствует инновационному мышлению. У студентов нет своего закрепленного места, у них нет самых передовых станков и лабораторий, нет выбора материалов для строительства макетов – там много чего еще нет. У учащихся жесткий распорядок приема пищи и т.п. Но все равно, этот опыт очень полезен. А перенял бы я у них невероятные амбиции и желание построить все лучше всех. Я бываю в Китае с 2003-го и от раза к разу могу наблюдать невероятное движение вперед. Во многих местах это уже высокоразвитая страна.
Бывая в разных странах и знакомясь с разными людьми и традициями, мы становимся богаче и культурно, и профессионально. К примеру, идея традиционного китайского дома – очень интересна. Там все наоборот: нет фасадов, все комнаты выходят на внутренний дворик. До сих пор такими домами застроен центральный Пекин. Вдоль шумных проспектов – ряды подпирающих небо высотных зданий, а стоит зайти внутрь квартала – там хутуны, одноэтажные домики с системой дворов. В центре гигантского мегаполиса житель такого хутуна, выйдя в свой двор и задрав голову вверх, может наслаждаться своим собственным кусочком неба. Такая необычная концепция способна сильно повлиять на создание совершенно нового типа частного жилья. Чем больше мы знакомимся с новыми идеями, тем больше мы задумываемся над тем, что мы уже знаем, и это подталкивает нас к открытиям.

zooming


– Почерпнули ли вы из преподавания что-то новое, полезное для других своих проектов?

Конечно! Прежде всего, это новые знакомства, предложения делать вместе новые выставочные проекты и публикации. Если где-то в ответ на мои предложения я слышу: «Да, это интересно. Нужно подумать», то в Китае мне говорят: «А когда этот проект можно привезти сюда?» Кроме того, мне поступило еще два предложения преподавать – в Пекине и Шэньчжэне. Но на этот раз я отказался, так как моя семья живет в Нью-Йорке, и одной столь длительной разлуки было предостаточно. Возможно, в будущем мы сможем воспользоваться подобным предложением и поехать туда все вместе.

Кроме преподавания, я много поездил по стране, посетил многие инновационные объекты и взял интервью у дюжины ведущих архитекторов в Шанхае и Пекине. Надеюсь, результатом этой работы станет книга и ряд выставок. Так, в марте в Шанхае пройдет моя выставка голосов пяти китайских и пяти американских архитекторов. Я ее обсуждал со своими студентами и они мне очень помогли в работе над концепцией и дизайном.

zooming


– Кто были ваши коллеги-профессора? Много ли там иностранцев, кто среди них и китайских преподавателей преобладает – практикующие архитекторы, исследователи и критики, «профессиональные» педагоги?

Нас было восемь профессоров. Кроме меня, американца, преподаватели были из Германии, Голландии и Японии. Остальные – китайцы, включая Ли Сяодуна, супружескую пару, которая около 20-ти лет прожила в Нью-Йорке, и еще одного архитектора, который раньше преподавал в Гарварде. Я также пригласил на одно из обсуждений моих друзей, которые преподают в Йельском университете, так как они как раз в это время были в Пекине. На финальной дискуссии к нам присоединились два молодых архитектора, оба – выпускники Цинхуа, успешно руководящие собственными бюро в Пекине. Многие преподаватели – практики.

zooming


– Высок ли, по вашему опыту и впечатлениям, статус профессии архитектора в стране? Считается ли она престижной, доходной?

Судя по моим беседам с местными архитекторами, обычные люди мало представляют себе, чем те занимаются. Вообще, профессия архитектора в Китае молода, так как веками здания собирались по принципу конструктора согласно очень детальным справочникам. Архитектура всегда была там больше мастерством, чем искусством, и лишь в середине 1990-х стали появляться первые независимые мастерские, где практика ведется по западному образцу.
Я встречался с Юн Хо Чаном, которого называют отцом современной китайской архитектуры. Получив образование в США, он открыл свое собственное бюро в Пекине в 1993. Считается, что его мастерская была первой независимой в КНР. До этого все архитекторы работали или в государственных проектных институтах советского образца, или при муниципалитетах, или при университетах. Там и по сей день многие работают. Что касается оплаты труда, то зарплаты очень низкие, а вот открыв собственное бюро, можно очень хорошо зарабатывать, и среди архитекторов есть действительно богатые люди.
Многие независимые архитекторы, которые стремятся создавать интересную архитектуру, следуют одной из двух моделей. В первом случае открывается выгодный бизнес типа ресторана или отеля, и этим поддерживается архитектурная практика. А во втором случае проекты делятся на две категории – крупные и прибыльные, с одной стороны, и небольшие и дотационные – с другой. Первая группа проектов зарабатывает деньги и дает возможность браться за проекты инновационные, хоть часто и убыточные. Конечно же, бывают и гибридные проекты, но именно по этой схеме работают многие частные бюро. А институты занимаются исключительно крупными коммерческими проектами, лишь незначительную часть которых можно отнести к новаторским. Поэтому архитектура остается маргинальным продуктом, и о ней не стоит говорить как о чем-то, что может изменить нашу жизнь к лучшему. Для большинства людей архитектура остается загадкой, а для меня – прежде всего искусством, но об этом мы еще поспорим.

22 Января 2019

author pht author pht

Беседовали:

Нина Фролова, Владимир Белоголовский
comments powered by HyperComments
Пресса: Стажёр месяца: «Испанцы у меня спрашивали, насколько...
Бану Мулдашева выиграла студенческий конкурс на стажировку в международном бюро West 8 и рассказала Strelka Magazine о том, какими легендами о Саратове она вдохновляла европейских архитекторов и почему в международных проектах всегда участвуют местные архитекторы.
Пресса: Стажёр месяца: «Я приходила и покорно служила архитектуре»
Ася Васильева, архитектор КБ «Стрелка», рассказала Strelka Magazine о том, почему из ведущего градостроителя она добровольно превратилась в стажёра американского бюро WORKac, в каких офисах выращивают архитектурных лауреатов и как не бояться экспериментировать.
Хогвартс для архитекторов
Лондонский архитектор – консультант по «устойчивости» Евгения Буданова – о своей учебе в школе Архитектурной Ассоциации по магистерской программе «Устойчивое экологическое проектирование» (SED).
Технологии и материалы
Пленение плетением
Самое известное применение перфорированной кирпичной стены, сквозь которую проникает солнечный свет, принадлежит швейцарскому архитектору Питеру Цумтору. Идею подхватили другие авторы. Новые тенденции в области кирпичной кладки и старые секреты красивых фасадов – в нашем обзоре.
Строительный материал от Адама
Представляем победителей премии в области кирпичной архитектуры Brick Award 20, учрежденной компанией Wienerberger. Ими стали шесть команд архитекторов из Польши, Руанды, Индии, Испании, Нидерландов и Мексики.
Креативный подход: Baumit CreativTop
Моделируемая штукатурка CreativTop – это насыщенные цвета, глубокие рельефные поверхности, интересные сочетания и комбинации текстур и огромные возможности дизайна.
Потолочные решения Knauf Armstrong для медицинских учреждений...
Линейка подвесных потолков серии Bioguard со специальным антибактериальным покрытием препятствует развитию всех видов возбудителей внутрибольничных инфекций и помогает поддерживать здоровый микроклимат для благополучия пациентов и персонала.
Все дело в центре притяжения
На развитие рынка недвижимости, в особенности загородной, все больше стали влиять инфраструктурные факторы. Все чаще центром притяжения загородных кластеров становятся самостоятельные объекты, жизнедеятельность которых не зависит от спроса на загородную недвижимость: натуральные хозяйства, фермы и лесопарковые зоны. Так постепенно пригород миллионников обрастает комплексной инфраструктурой и современными архитектурными решениями.
Модернизируя традиции
Специалисты корпорации HILTI придумали, как совместить несовместимое: кирпичную кладку и навесной вентилируемый фасад. Для этой цели Hilti разработала четыре альтернативных метода создания НВФ с кирпичной кладкой или её имитацией.
FunderMax Compact Academy – новый стандарт обучения
Обучение и образование играют важную роль в жизни любого человека. Постоянное совершенствование личных и профессиональных навыков открывает перед человеком новые возможности и делает его востребованным в современном мире.
Максим Павлов: у нашей несущей системы большие перспективы...
Как «упаковать» вентоборудование, архитектурную подсветку, электрические кабели и многое другое в межфасадное эксплуатируемое пространство, не нарушив архитектуры фасада и уменьшив при этом стоимость здания. Рассказывает Максим Павлов, главный инженер компании «ОртОст-Фасад», ГИП по устройству конструкции внешней облицовки храма Вооруженных сил России.
Сейчас на главной
От пожара до потопа
Награждение одиннадцатого АрхиWOODа прошло в виде конференции zoom, но не менее продуктивно и оживленно, чем всегда. Гран-при получил Сожженный мост, многозначная масленичная затея из Никола-Ленивца, а призы в главной номинации – Тотан Кузембаев за свой собственный дом в деревне Лиды и Денис Дементьев за дом на склоне в деревне Ромашково. Вашему вниманию – репортаж с награждения, которое длилось 4 часа, предоставив возможность высказаться всем заинтересованным профессионалам.
Деревянный рай
Квартал по проекту по проекту Querkraft и Berger + Parkkinen в районе Асперн в Вене выстроен из дерева – как клееной, так и обычной древесины на бетонном каркасе, причем очень многие элементы конструкции – сборные, предварительно изготовлены на заводе.
Путь к новой орнаментальности
Клубный дом-дворец «Аристократ» у соснового парка перед началом Рублевского шоссе представляет собой новый этап развития московской декоративно-исторической архитектуры: респектабельно украшенной, но тяготеющей к легким светлым тонам и умело использующей романтический флёр майоликовых вставок.
Реновация по-дальневосточному
Конкурсный проект реновации двух центральных кварталов Южно-Сахалинска, 7 и 8, разработанный UNK project, получил звание победителя в номинации «архитектурно-планировочные решения застройки».
Константин Акатов: «Обновленная территория – увлекательное...
Интервью с победителем международного конкурса на мастер-план долины реки Степной Зай в Альметьевске, руководителем проекта, заместителем генерального директора «Обермайер Консульт» Константином Акатовым.
Сергей Труханов: «Главное – найти решение, как реализовать...
Как изменятся наши рабочие пространства? Можно ли подготовить свои офисы к подобным ситуациям в будущем? Что для современных офисов актуально в целом? Как работать с международными компаниями и какую архитектурную типологию нам всем еще только предстоит для себя открыть?
Ближе к людям
Южнокорейский город Чхонджу планирует расчистить почти 3 га в историческом центре от существующих зданий XX века для строительства новой ратуши по проекту бюро Snøhetta, который победил в международном конкурсе.
Портфолио поколения Z
Студенты второго курса МАРШ оформили свои портфолио в виде web-страниц, на которых демонстрировали навыки и умения, а архитекторы как работодатели оценили удобство формата и рассказали о своих предпочтениях при выборе кандидатов.
Контакт
В Риме, в Центральном институте графики, открылась выставка Сергея Чобана «Оттиск будущего. Судьба города Пиранези». Она включает четыре гравюры, чьим источником послужили римские ведуты XVIII века, дополненные футуристическими вкраплениями, и много рисунков, исследующих ту же тему, подчас очень экспрессивно. Вопросы выставка ставит, а ответов, как кажется, не дает. Поскольку в Рим сейчас съездить проблематично, рассматриваем картинки.
Новый старый Серпухов: работы студентов Алексея Бавыкина
Бакалавры подошли к теме реконструкции комплексно: рассмотрев центр города в целом, создали проекты отдельных кластеров с разными функциями, призванными оживить историческую среду, на месте двух заброшенных заводов, тесной школы и больницы.
В поисках визуальной ясности
Рассказываем о дискуссии, посвященной непростому для российских просторов вопросу дизайна элементов городского пространства. Обсуждение организовал Институт Генплана Москвы на Арх Москве.
Владимир Плоткин: «Мы старались привить студентам...
Три проекта группы бакалавров МАРХИ Владимира Плоткина, Валерия Грубова и Светланы Трифоненковой: музей антропологии в Мневниках; школа нового типа, разработанная в согласии с принципами современного образования, и «легальный туннель» для мигрантов из Мексики в США.
От театра до музея: дипломы бакалавров группы Владимира...
Четыре проекта бакалавров МАРХИ группы Владимира Плоткина, Валерия Грубова и Светланы Трифоненковой: театральный комплекс, плавающий по Москве-реке, дом на Песчаной улице, музей-остров из кораллов на старой нефтяной платформе в Адриатическом море и кинофестивальный центр с фестивальной улицей и «мостом» к реке.
Пресса: Сергей Чобан — о том, почему петербуржцы не терпят...
15 октября Сергей Чобан открывает в Риме выставку, где покажет несколько «испорченных» им гравюр великого Джованни Баттиста Пиранези. По этому случаю он написал колонку о том, почему наше благоговение перед исторической архитектурой Петербурга пронизано двойной моралью.
Клином красным
Невзирая на неурядицы 2020 года в Гостином дворе открылась Арх Москва. Она состоит из тех же частей в иных пропорциях, и, как всегда, ставит абмициозные задачи: а) увидеть в архитектуре искусство, б) резюмировать последние тридцать лет. А «никакой архитектуры» – в этом, конечно, есть доля шутки.
Выход за пределы
Жилой комплекс для исторической части города от бюро ОСА: многоуровневое дворовое пространство и стремящаяся к абсолюту свобода фасадов.
Кирпичный дом в большом городе
Сознавая весь романтизм и харизматичность кирпичной архитектуры, Степан Липгарт поработал с темой кирпичного дома в Петербурге и решил две теоремы, предложив башни американского ар-деко для более высокого ЖК Alter на Магнитогорской улице и чувственную пластику ар-деко в коктейле с лофтовой эстетикой для дома на Малоохтинском проспекте.
Природа – и храм, и мастерская…
Если классический словарь разных эпох – революционную дорику и палладианский руст – скрестить со скандинавским деревянным домом и модернистским пространством, то получится лесная деревянная классика Артема Никифорова, построившего архитектурный коворкинг под Петербургом.
Лунный город
Бюро BIG, ICON и SEArch+ заняты разработкой проекта «Олимп» – строительных технологий и плана первого поселения на Луне. Работа идет под эгидой НАСА.
Город солнца
Комплекс ВТБ Арена Парк, спроектированный и реализованный совместно Сергеем Чобаном и Владимиром Плоткиным, претендует на роль эталонного эксперимента по снятию вековых противоречий между архитектурой традиционного направления и модернизмом. Рамки дизайн-кода и интеллигентный, творческий характер пластической дискуссии сформировали несколько идеализированный фрагмент городской ткани.
Журналисты как архитекторы
В Берлине открылось новое здание издательского дома Axel Springer, куда входят Die Welt, Bild и множество других газет и журналов. Авторы проекта, Рем Колхас и его бюро OMA, разработали его с учетом непредсказуемости цифрового будущего.
Пресса: Архитектура должна быть искусством
Владимир Плоткин – руководитель известного и признанного в России и Москве бюро ТПО «Резерв», которое в этом году отметило свое 33-летие. Последние да и многие предыдущие его проекты стали по-настоящему громкими – КЗ «Зарядье», административный центр и больница в Коммунарке. Разговор состоялся накануне открытия выставки «АРХ Москва», чьим лозунгом в этом сезоне станет «Архитектура – искусство»
Коронавирус не подточил деревянную архитектуру
Премия АРХИWOOD собрала рекордные 207 заявок, в шорт-лист прошло 54. Хотя организаторы премии до сих пор не решили, в каком формате пройдет церемония награждения победителей, Экспертный совет определил шорт-лист премии, а на ее сайте началось голосование. О вышедших в финал номинантах, а также о внутренних проблемах премии, которые, среди прочего, отражают новые тенденции в деревянной архитектуре, рассказывает куратор Николай Малинин.
Планирование и политика
Публикуем отрывок из книги Джона М. Леви «Современное городское планирование», выпущенной Strelka Pressв рамках образовательной программы Архитекторы.рф. Этот авторитетный труд, выдержавший 11 изданий на английском, впервые переведен на русский. Научный редактор этого перевода – Алексей Новиков.
Дай мне напиться железнодорожной воды*
В проекте третьей очереди микрорайона «Лиговский Сити» в «сером поясе» Петербурга консорциум KCAP & Orange Architects & «А.Лен» поставил перед собой задачу сохранить дух места через консервацию контуров железнодорожных путей и уподобление объемов жилой застройки контейнерам, сложенным на товарно-разгрузочной станции.
Стоянка у петроглифов
Проект туристического комплекса рядом с беломорскими петроглифами: нейтральная архитектура для будущего объекта из списка ЮНЕСКО
Корпоративная пещера
Пекинское бюро Atelier Alter устроило в штаб-квартире компании Yingliang на юго-востоке Китая музей окаменелостей, найденных при добыче ею камня.
Разделительная полоса
Центр выставок и конгрессов MEETT в Тулузе по проекту OMA отделяет урбанизированную окраину от сельской местности, предохраняя ее от стихийного «расползания» города.
Львы на стекле
Архитекторы бюро СПИЧ применили прием, известный по петербургским опытам Сергея Чобана – кассеты с рисунком элементов классической архитектуры, напечатанных на стекле, – к реконструкции фасадов типового здания 4 корпуса московской больницы №23. Проект разработан бесплатно, как помощь больнице.
Климатические зоны для искусства
В Роттердаме закончено строительство фондохранилища Музея Бойманса – ван Бёнингена по проекту MVRDV. Впервые в мире в таком здании все экспонаты из музейного собрания будут доступны посетителям для осмотра, а на крыше высажена березовая роща.
Жилой каньон
Комплекс Amani на юге Мексики – это две поставленные параллельно тонкие пластины, где в каждой квартире достаточно солнца и возможно сквозное проветривание. Авторы проекта – Archetonic.