Три стихии плюс

Проект, занявший 3 место на конкурсе по реконструкции театра оперы и балета имени Хворостовского, разработан консорициумом красноярского бюро А2 и московского МВ-Проект. Он, как и два предыдущих, сохраняет стены зала и коробки сцены, существенно обстраивая и расширяя театр. Основная тема – соединение трех, а на самом деле четырех стихий, это: камень, вода (стекло), воздух (металл) и дерево сибирское. Театр получает 3-ярусную подземную парковку, а расширяется в длину и в высоту, ради сохранения видовых лучей в сторону Николаевской сопки.

mainImg
Архитектор:
Борис Шаталов
Дмитрий Шурыгин
Олег Шурыгин
Проект:
Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского
Россия, Красноярск, ул. Перенсона, 2

Авторский коллектив:
Консорциум «А2+МВП»

КПМ А-2: Дарья Афанасьева, Иван Денисов, Владислав Иванов, Антон Кулаковский, Анастасия Кушнир, Андрей Лукьянов, Василий Матюшкин, Алексей Соков, Дмитрий Соломатин, Борис Шаталов, Артём Элли, Дарья Ягутьева

MB-Проект
Руководители авторского коллектива: Д.М. Шурыгин, О.А.Шурыгин 
Авторский коллектив: Е.В. Андреева, Д.А. Куваев, М.В Воронков 

При участии АМТ-Групп: Владимир Агафонов, Алексей Корендясов, Александр Малыгин

12.2022 — 4.2023

Заказчик: Красноярский государственный театр оперы и балета им. Д.А. Хворостовского
Авторы всех трех проектов, занявших призовые места на конкурсе по реконструкции Красноярского театра оперы и балета, сохраняют стены стены сценической коробки и главного театрального зала – подковообразный объем, который сейчас хорошо видим над стеклянным фойе театра архитектора Ивана Михалева 1966–1978 годов. Помещения вокруг – сносят и обстраивают ядро разными способами. Можно даже предположить, что трех победителей выбрали именно исходя из заявленного принципа сохранения ядра с его расширением. Но ценности в каждом проекте – свои.

Если проект Wowhaus, занявший 1 место, старательно сохраняет высоту, минимально повышает здание, но углубляет площадь и вкапывается в землю под театром, внешний образ строит на реминисцентном воспроизведении старого театра, зато внутри предлагает совершенно новый остро-современный зрительный зал, а проект Студии 44, наоборот, растет вверх, минимально затрагивает площадь и предлагает яркий, совершенно новый, да еще и красный, авангардный образ здания, акцентируя тему его обстройки / обрастания новыми объемами, зато интерьер зала сохраняет первозданным, – то проект красноярского бюро А2 и московского МВ-Проект, получивший 3 место, делает подобные шаги сохранения и расширения, но своим способом. 

Прежде всего, авторы декларируют важность сохранения градостроительных осей и визуальных прострелов, которые формируют, по их собственным словам, «традиционную красноярскую перспективу». Речь, прежде всего, о сохранении вида на Николаевскую сопку к западу от города, где сейчас горнолыжный курорт. Поэтому A2 и МВ не расширяют здание по бокам, как то делает Wowhaus, а увеличивают его по 6 метров вперед и назад – итого 12 м в длину, и на те же 6 метров в высоту. Театр становится высоким и длинным. 
Аксонометрический разрез. Сравнение реконстрируемого здания и проекта. Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского
© А2+МВП
Аксонометрический разрез. Проект. Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского
© А2+МВП
Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского
© А2+МВП
Схема демонтируемых и усиливаемых частей здания. Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского
© А2+МВП
Схема демонтируемых и усиливаемых частей здания. Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского
© А2+МВП

В точки зрения образа авторы собирают свое здание из четырех материй: мраморная облицовка сцены и объемов за ней призвана напоминать о монолите старого модернистского здания. Хотя, напомним, стены ядра сохраняются, а облицовка новая и выглядит иначе. Зато скульптуры девушек-муз старые, их в проекте переносят на новое место над служебным входом со стороны реки. Этот каменный объем авторы называют «интровертом». 
Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского. Фрагмент фасада со стороны ул. Перенсона
© А2+МВП
Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского. Вид с ул. Перенсона
© А2+МВП

Контрастный объем-«экстраверт» – стеклянное фойе – должно напоминать о волнах Енисея и его стихия, соответственно, вода. Для лучшего сходства с водой стекло собрано в три ряда ритмичных, чередующихся в шахматном порядке складок – на боковых стенах и по сторонам главного фасада. По центру волны сглажены штилем ровной стеклянной поверхности, которая над входом плавно приподнята раструбом стеклянного козырька. 
Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского. Дневной вид с улицы Вейнбаума
© А2+МВП
Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского. Вид от ресторана «Фон Барон»
© А2+МВП

Кажется, что такое действие мог бы совершить былинный Садко или русалочка из мульфильма – буквально приподнять пленку поверхностного натяжения, чтобы войти внутрь подводного царства, ассоциация ощущается как достаточно прямая и буквальная. Сходство с кубом воды, «вырезанным» из своей привычной стихии поддерживает отсутствие цокольных и карнизных тяг: стеклянная поверхность где ее «отрезали», там и обрывается. 

И надо признать, стекло здесь понадобилось бы самое качественное, структурное, даже интересно, как авторы предполагали конструкцию его несения с тыльной стороны фойе – пока на картинках оно было показано в самых общих чертах. 
Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского. Вестибюль
© А2+МВП
Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского. Вестибюль
© А2+МВП

Третья стихия – дерево, апеллирует к красноярским лесам, сибирской тайге. Это деревянная облицовка балконов фойе, которые образуют эффектное многоярусное кружение вокруг подковы зала и облицованные деревом же фасады верхней части округлого объема, надстроенного, но перенимающего форму старого зала под  ним: вверху авторы предлагают разместить музей, а над музеем студию звукозаписи. 
Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского. Ночной вид с улицы Вейнбаума
© А2+МВП

Ну и, наконец, четвертая стихия – воздух, – за нее отвечает гигантский козырек с консолями 14.5 м – над фойе и до 11.2 м в других частях. Облицованная блестящим металлом гигантская рамка с прямоугольным вырезом посередине взлетает к торцам, напоминая козырек Монреальского павильона и другие подобные ему козырьки: над главным входом сильнее, с противоположной стороны поменьше, как этакие качели. 
Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского. Вид от фонтана Реки Сибири
© А2+МВП

В реализации смелых решений козырька авторы рассчитывают на стальные конструкции. Козырек несут тонкие и высокие колонны – авторы называют их «мегаопорами из сталежелезобетона»; не возникает сомнений в том, перед нами изрядно подросшие наследники коротких колонн существующего здания.

Архитекторы, таким образом, собирают свой новый театр из тех же стереометрических объемов, что есть и в старом: подковообразного скругленного, простого «каменного» параллелепипеда, стеклянного витража, колонн – но перетолковывают каждый их них совершенно по-новому, составляя собственный конгломерат с иными пропорциями и материалами, с целыми четырьмя стихиями в составе фасадного решения. 

В проекте А2 & МВ – одна из самых больших площадей на открытой кровле, причем зрительский амфитеатр размещается над сценой и техпомещениями за ней, а полукруглая сцена – над старым залом, все это внутри рамки металлического козырька, верхнюю плоскость которого авторы предлагают озеленить и сделать эксплуатируемой – еще одно смелое решение проекта. Ниже подковообразного объема, на кровле фойе – еще одна большая терраса, кажется, здесь все верхние плоскости здания задействованы как эксплуатируемые. 
Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского. Вид на эксплуатируемую кровлю и амфитеатр
© А2+МВП

Интерьер зала переосмылен, но в консервативном ключе: вроде бы и не похож на существующий, ступенчатые ленты заменены плавными, продолжающими ub,rbt линии балконов внутри фойе, а кресла – красные бархатные. И то сказать, красный цвет театрален и импозантен, и еще – я узнала об этом из авторского описания – когда гасят свет, мы перестаем его видеть первым. 
Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского. Большой зал
© А2+МВП
Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского. Большой зал
© А2+МВП

Функциональная программа, как и требовалось, развита и с практической точки зрения, она отвечает нуждам театра и его планам по развитию, и пожеланиям по развитию общественных пространств. Ресторан над фойе, музей над залом, репетиционные за сценой. Разве что слов трансформируемости сцены и залов в этом проекте меньше – впрочем архитекторы, вероятно, просто меньше об этом говорят: в проекте также предусмотрено и увеличение колосников, и расширение карманов сцены, и выкатные площадки с трех сторон, и подъемно-опускные площадки оркестровой ямы.
  • zooming
    1 / 26
    Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского. Схема помещений для зрителей
    © А2+МВП
  • zooming
    2 / 26
    Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского. Схема помещений предприятий общественного питания
    © А2+МВП
  • zooming
    3 / 26
    Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского. Схема помещений для артистов
    © А2+МВП
  • zooming
    4 / 26
    Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского. Схема репетиционных помещений
    © А2+МВП
  • zooming
    5 / 26
    Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского. Схема помещений хранения
    © А2+МВП
  • zooming
    6 / 26
    Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского. Схема административных помещений
    © А2+МВП
  • zooming
    7 / 26
    Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского. Схема подземного паркинга
    © А2+МВП
  • zooming
    8 / 26
    Разрез 1-1. Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского
    © А2+МВП
  • zooming
    9 / 26
    Разрез 2-2. Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского
    © А2+МВП
  • zooming
    10 / 26
    Разрезы 3-3 и 4-4. Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского
    © А2+МВП
  • zooming
    11 / 26
    План парковки. Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского. Дневной вид с улицы Вейнбаумана
    © А2+МВП
  • zooming
    12 / 26
    План -2 этажа. Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского
    © А2+МВП
  • zooming
    13 / 26
    План -1 этажа. Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского
    © А2+МВП
  • zooming
    14 / 26
    План 1 этажа. Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского
    © А2+МВП
  • zooming
    15 / 26
    План 2 этажа. Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского
    © А2+МВП
  • zooming
    16 / 26
    План 3 этажа. Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского
    © А2+МВП
  • zooming
    17 / 26
    План 4 этажа. Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского
    © А2+МВП
  • zooming
    18 / 26
    План 5 этажа. Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского
    © А2+МВП
  • zooming
    19 / 26
    План 6 этажа. Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского
    © А2+МВП
  • zooming
    20 / 26
    План 7 этажа. Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского
    © А2+МВП
  • zooming
    21 / 26
    План 8 этажа. Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского
    © А2+МВП
  • zooming
    22 / 26
    План 9 этажа. Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского
    © А2+МВП
  • zooming
    23 / 26
    План 10 этажа. Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского
    © А2+МВП
  • zooming
    24 / 26
    План кровли. Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского
    © А2+МВП
  • zooming
    25 / 26
    Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского
    © А2+МВП
  • zooming
    26 / 26
    Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского
    © А2+МВП

Кроме того в проекте А2 и МВ – большая, трехъярусная парковка на 660 машиномест, под всей площадью. В проекте Wowhaus парковка на треть меньше, тоже под площадью, но двухъярусная, а архитекторы Студии 44 машиноместам, кажется, не уделили серьезного внимания, сосредоточившись на образной стороне своей остросюжетной концепции. В данном случае парковка большая, что очень практично для центра города. В конце концов во многих странах в городских центрах еще в 1970-е было построено много парковок, а у нас – нет. 

Предлагая большую парковку, авторы забирают у города соседнюю открытую парковку у Коммунального моста – на его месте в проекте видим восьмерку какого-то крупного то ли парка, то ли малоэтажного павильона. 
 
UPD 28.06.2023: Как оказалось, «восьмерка» – это проект Дворца бракосочетаний, разработанный теми же авторами, архитекторами бюро А2, в 2022 году. Его небольшая высота определена ограничениями – до 6 метров для этого места, а «говорящая» форма объединяет два кольца. А2 также выиграли в 2020 году конкурс на концепцию развития Театральной площади, а в 2021 разработали ее мастер-план – с широким выходом к берегу Енисея под автомобильной трассой, которая идет по бровке склона вдоль реки. Так что история проектного исследования площади и окружающего ее пространства – довольно насыщенная.   

Фонтан «Реки Сибири», на склоне за улицей Бограда, в то же время, в проекте радикально изменяется, становится современным-зигзагообразным.
Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского. Ночная панорама со стороны Енисея
© А2+МВП
Архитектор:
Борис Шаталов
Дмитрий Шурыгин
Олег Шурыгин
Проект:
Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского
Россия, Красноярск, ул. Перенсона, 2

Авторский коллектив:
Консорциум «А2+МВП»

КПМ А-2: Дарья Афанасьева, Иван Денисов, Владислав Иванов, Антон Кулаковский, Анастасия Кушнир, Андрей Лукьянов, Василий Матюшкин, Алексей Соков, Дмитрий Соломатин, Борис Шаталов, Артём Элли, Дарья Ягутьева

MB-Проект
Руководители авторского коллектива: Д.М. Шурыгин, О.А.Шурыгин 
Авторский коллектив: Е.В. Андреева, Д.А. Куваев, М.В Воронков 

При участии АМТ-Групп: Владимир Агафонов, Алексей Корендясов, Александр Малыгин

12.2022 — 4.2023

Заказчик: Красноярский государственный театр оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

27 Июня 2023

Похожие статьи
Оптимальные пространства или работа по высшему разряду
В конце мая 2026 года, в финале форума «Бизнес и Дизайн Диалог» состоялась церемония подведения итогов Премии Best Office Awards/«Офисы Нового Поколения», на которой были объявлены лучшие проекты рабочих и общественных пространств, в которой эстетика так же важна, как комфорт и эффективность.
Сохраняя наследие
В Ростове наградили победителей конкурсной программы фестиваля «Архитектурное наследие 2026». Гран-при получил проект реставрации Шуховской башни. Всего награды присуждали в пяти номинациях. Показываем проекты победителей.
Иллюзии и мечты
На АРХ МОСКВЕ прошла выставка финалистов и состоялось подведение итогов онлайн-конкурса художественной фотографии и цифрового искусства «Архитектура: фото&диджитал. Иллюзия совершенства», который третий год подряд организует ГК «Галс-Девелопмент».
Форма как метод: ТПО «Резерв»
В основе концепции Владимира Плоткина и ТПО «Резерв» – нетривиальная морфология, работающая на решение функциональных задач помимо чисто формальных. Хотя больше всего, конечно, на выразительность и создание редкостного – как можно предположить, рассматривая ключевые решения проекта, пространственно-эмоционального опыта. Изучили, оно того стоит. Наша версия – в таком проекте работает не стиль и даже не метафора, а метод.
Между фантазией и реальностью: ПАСП & РОСТ
Начинаем публикацию конкурсных проектов ФИЦ биомедицинских и прочих технологий – с проекта, занявшего 6 место. Но Сергей Кузнецов сказал, что «разрыв между участниками был минимальным». А значит, все интересны. Предваряем обзором участка и задач – только так можно понять конкурсные проекты. Проект воронежской команды настроен на практику и удобство, рациональный подход к построению и вероятным трансформациям. Какое у них ключевое решение – читайте в тексте.
Переплетение перспектив
В середине апреля в Центральном доме архитектора Москвы прошел очередной Всероссийский архитектурный молодежный фестиваль «Перспектива 2026». Темой этого года стало «Переплетение». Конкурсная программа включала смотр-конкурс среди студентов и молодых архитекторов, а также конкурс на разработку архитектурной концепции многофункционального центра «Город Талантов» в Кемерово. Показываем победителей.
Сугроб. Очаг. Ковчег.
В середине марта в новом корпусе Третьяковской галереи наградили победителей конкурса «Неочевидное. Арктика». В нем приняли участие молодые архитекторы до 30 лет и студенты профильных вузов. Всего на конкурс поступило 326 заявок. Жюри определило победителей в пяти номинациях, каждый из них получил по 100 000 рублей. Рассказываем о проектах-победителях.
Байкальская рекурсия
В Иркутске завершился двадцатый фестиваль «АрхБухта». Темой этого года стала «Рекурсия». В конкурсной программе фестиваля участвовали 23 команды из разных городов России. Победу одержала команда «Футурум» из Иркутска с арт-объектом «Эхо». Рассказываем о проектах-победителях.
Правдиво о конкурсе Правды
Конкурс на дизайн внутренних пространств редакционного корпуса газеты «Правда» завершился в феврале. В нем участвовали пять претендентов: GA, AQ, ASADOV Interiors, LeAtelier, Above. Победу одержал проект AQ. В данном случае у нас есть возможность показать комментарии жюри – что очень, очень интересно и познавательно. Спасибо Метрополису за столь детальный отчет о конкурсе, всем бы так.
Симулятор «зеленой» жизни
Представлены проекты финалистов конкурса Shift – версии здания- «достопримечательности» в Роттердаме, где публика сможет на своем опыте оценить достоинства ресурсоэффективного, циклического образа жизни.
Видение эффективности
В Минске в конце ноября прошел II Международный архитектурный форум «Эффективная среда», на котором, в том числе, подвели итоги организованного в его рамках конкурса на разработку эффективной среды городского квартала в городе Бресте. Рассказываем о форуме и победителях конкурса.
Грезы Трезини
В Эрмитаже подвели итоги VIII Международной архитектурно-дизайнерской премии «Золотой Трезини». В этом году премию вручали в год 355-летия первого архитектора Санкт-Петербурга Доменико Трезини. Среди победителей много знаковых проектов: от театра Камала до церкви Преображения Господня Кижского погоста. Показываем победителей всех номинаций, а их у «Трезини» аж целых 33.
WAF 2025: малые награды
Рассматривать специальные номинации Всемирного фестиваля архитектуры едва ли не интереснее, чем основные списки, поскольку финалистов для них подбирают не по типологии, а по иным критериям. В этом году отмечен офис Google из дерева, реджио-школа, корпоративный сад в Китае, социальное жилье в Лос-Анджелесе, а лучшим малым объектом стала церковь, взявшая главную награду фестиваля. Рассказываем обо всех победителях и финалистах.
Зодчество 2025: победители
Не прошло и месяца, а мы публикуем полный список победителей Зодчества. Сильно выступил, как всегда, Петербург – и даже московскому музею Коллекция дали серебро. Среди школьных зданий лидирует ATRIUM и гимназия имени Примакова от Студии 44. Кстати! В этом году наконец вручили «Татлин», награду за проект; что не может не радовать.
WAF 2025: умом и сердцем
Всемирный фестиваль архитектуры, впервые приехавший в США, подвел итоги. Главный приз получила церковь на Тенерифе, которая воздействует на посетителя с помощью массы, света и акустики. Проектом года стал аэропорт Гелепху, поражающий воображение сочетанием инженерных достижений с ремесленными техниками. Лучший ландшафтный – в Китае, где архитекторы превращают разрушительные паводки в объект созерцания.
Дальневосточный урбанизм
Лауреатами премии «УрбанВэй 2025», итоги которой подвели на одноименном международном форуме в октябре во Владивостоке, стали как новые, так и известные проекты. Например, музей Океанрыбфлота от Gikalo Kuptsov Architects, ЖК STARK от DNK ag, концепция банного комплекса от IQ Studio, проект микрорайона «Логово дракона» от ПСВ и другие. Рассказываем о победителях.
Символы и символы
Министерство культуры и туризма Московской области совместно с АНО «МосОблПарк» провело конкурс «Символы Подмосковья» с целью создания новых художественных форм, отражающих идентичность региона. Показываем не все победившие объекты, а почти все – те, которые нам понравились, 9 из 11. Плюс! Не попавший в число победителей (! а вот так!) объект Александра Бродского.
Дан приказ ему на Сити, ей в другую сторону...
Второй по счету конкурс архитектурных идей телеграм-канала Небоскребы привлек профессиональное жюри и присудил, в главной номинации, денежный приз. Как водится, за горизонтальный небоскреб – все остальные, в основном, предложили вертикальные башни... Показываем победившие и не победившие идеи, размышляем о влиянии башни участка номер один. Где? Смотрите ближе к концу материала.
Время архитектора: премия имени Сергея Ткаченко-2025
Учрежденная Институтом Генплана Москвы и Архитектурным центром Сергея Ткаченко премия подвела итоги. Из 160 студенческих выпускных квалификационных работ экспертное жюри выбрало три: медицинский центр для больных сахарным диабетом, морской технопарк и проект градостроительной организации периферийных зон на примере Волгограда.
Гнезда, мосты, штиль и балтийская колючка в Филинской...
Ключевым событием завершившегося на днях фестиваля «ЭкоБерег» стало объявление победителей конкурса на разработку проекта туристической инфраструктуры на побережье Балтики в Филинской бухте. Победителем стал проект эко-парка «Гнезда» компании «Пауэр Технолоджис». Показываем все награжденные проекты.
Рисовать как Баженов
В Московском архитектурном институте прошел IV Творческий конкурс академического рисунка. В эпоху тотальной компьютеризации умение рисовать считается редким и ценным навыком, и МАРХИ по праву гордится тем, что учит своих студентов этому важному ремеслу.
Архитектурное наследие 2025: итоги
В начале июня в Рязани прошел Всероссийский фестиваль «Архитектурное наследие». Фестиваль включал деловую, экспозиционную и конкурсную программы. Были подведены итоги четырех смотров-конкурсов и конкурса на лучшее печатное издание об архитектурном наследии. Рассказываем о победителях.
Дух степи, очаг и оберег
Подведены итоги конкурса на переосмысление кочевой архитектуры Архтамга. Конкурс проводил Евразийский музей кочевых цивилизаций и уфимское проектное бюро «Архтамга» – участник проекта NEXT на АРХ Москве в этом году. Призовой фонд в 350 тысяч рублей обещают разделить между тремя победителями, определенными профессиональным жюри, и победителем голосования за приз зрительских симпатий. Рассказываем о победителях, выбранных профессиональным жюри.
Создавая миры: финалисты
Определены финалисты конкурса «Создавая миры». Жюри выбрало десять лучших работ, по пять в каждой из двух номинаций конкурса: «Фотография. Архитектура» и «Digital Art. Архитектура». Представляем выбранные работы.
Исток, гнездо и колос
В конце прошлого года бюро ASADOV подвело итоги конкурса на лучший семейный клуб, который проводило при поддержке Союза архитекторов России. Принять участие в нем могли молодые архитекторы и студенты профильных вузов. С запозданием, но знакомим с победителями конкурса.
MADA 2025: итоги премии MosBuild для молодых архитекторов...
В начале апреля на выставке MosBuild 2025 подвели итоги премии для молодых архитекторов и дизайнеров MosBuild Architecture & Design Awards. Номинаций в этом году было семь: шесть традиционных и одна новая – от бизнес-сообщества MosBuild Connect. Рассказываем о победителях.
Благоустройство глазами студентов
В начале марта в Минстрое России подвели итоги Национального студенческого конкурса «Благоустрой!» Были определены победители в шести номинациях, а также обладатель гран-при конкурса в миллион рублей. Рассказываем о проектах-победителях.
Цирк в Мневниках: сравнение разрезов
Показываем все шесть конкурсных проектов нового Большого цирка, перенесенного в Мневниковскую пойму. Как стало известно сегодня, победителем по итогам общественного голосования на «Активном гражданине» стал всё тот же проект, показанный нам, в качестве победившего, в январе. Но теперь можно посмотреть на разрезы, виды сверху... Некоторые проекты новый ракурс очень освежает.
Архигибкость деревянной архитектуры
Конкурс для начинающих архитекторов и студентов архиГИБКОСТЬ был организован фестивалем «Древолюция». Задачей было – придумать малогабаритные быстровозмодимые дома оригинальной формы, доступные для последующего воспроизводства в туристической отрасли. Показываем шесть проектов-победителей.
Кирпич на вес золота
В конце декабря в Санкт-Петербурге подвели итоги четвертого Кирпичного конкурса, проводимого издательским домом «Балтикум» совместно с компанией «АРХИТАЙЛ Северо-Запад». Принять участие в конкурсе могли молодые архитекторы и дизайнеры до 35 лет. Гран-при 100 тысяч рублей получил проект «Серая кольцевая», разработанный Анастасией Сергеевой и Владиславом Лобко из Санкт-Петербурга. Победителям номинаций досталось по 25 тысяч рублей. Рассказываем подробнее о проектах-победителях.
Технологии и материалы
Тень как соавтор: архитектура света за пределами фасада
Долгое время свет за пределами здания решал одну задачу – подсветить то, что видно лишь днём. Сегодня работа с уличным освещением всё чаще строится по другому принципу: свет не заливает территорию, а выбирает, что показать, а что оставить в тени. Тень становится частью решения, как форма светильника или цветовая температура. На нескольких реализованных проектах, где используется уличное освещение Maytoni, можно увидеть, как по-разному этот принцип работает в исторической среде, в современном ландшафте и в городском общественном пространстве.
Префабрикация плюс ТИМ: новая логистика стройки
Доля префабрицированных зданий в России – всего 6%. При этом производство домокомплектов растёт на 15–20% в год, а ТИМ с 2025 года стал обязательным. Рынок уже созрел для рывка, но настоящая эффективность возникает только в том случае, когда информационная модель становится не просто документом, а производственным заданием для завода.
LOGICFALZ: комплексные решения для фальцевой кровли с...
Фальцевая кровля – долговечная, геометрически гибкая и визуально выразительная система, которая, однако, требует внимательной работы инженеров. Ошибки оборачиваются протечками, перерасходом материала и переделками уже на готовой кровле. Компания ТЕХНОНИКОЛЬ выходит на рынок фальца с комплексом готовых систем LOGICFALZ, где инженерное сопровождение – базовая составляющая.
Комплексные системы в музейном строительстве: опыт...
Пермская художественная галерея наконец переехала в здание, спроектированное специально под музейные функции. За впечатляющей архитектурой стоит не менее серьёзная инженерная история: десятки тысяч квадратных метров специализированных систем, подобранных индивидуально под каждую зону здания – от подземных фондохранилищ с особым микроклиматом до криволинейных поверхностей общественных пространств.
Новый стандарт индустрии: как AIG меняет рынок стекла
Зеленоватый оттенок обычного стекла – давно известная особенность материала, которую архитекторы воспринимали как данность. Чем толще стекло и чем масштабнее конструкция, тем заметнее этот эффект – и тем сильнее он расходится с проектным замыслом. Технологический ответ на этот вызов – первая в России линия производства просветленного стекла с минимальным содержанием оксидов железа Crystalvision. Компания AIG переводит на него всю свою продуктовую линейку.
Инженерная древесина вместо бетона: LVL-брус для детских...
LVL – конструкционный материал, который отлично работает там, где нужны большие пролёты, заводская точность и скорость монтажа. В частности, для строительства инфраструктуры детского отдыха, которая должна сочетать безопасность, долговечность и высокие темпы строительства. Смотрим опыт модернизации детских лагерей Тверской области: новые корпуса с каркасом из LVL собирались за считаные дни и вводились в эксплуатацию за сезон.
ЖК «Регенбоген»: как история места определила выбор...
В концепции проекта ЖК «Регенбоген» на Васильевском острове (архитектор Сергей Шустерман, бюро Astragal) промышленное наследие района стало отправной точкой. В дизайн-коде фасадов нашла отражение азбука Морзе, а сами фасады выполнены из полноформатного кирпича и плитки: такое решение позволило реализовать сложный объект в условиях исторического центра Петербурга.
Оттенки квартала: клинкер ModFormat на фасадах СберСити
Квартал В17 в Рублево-Архангельском – один из первых реализованных фрагментов нового московского района, который Сбер строит с нуля. Архитектурное бюро МЛА+ выбрало для облицовки периметральных корпусов клинкерную плитку ModFormat завода «КС Керамик». Три цвета, один формат и большая работа по подбору оттенков – разбираемся, как это решение работает в масштабе квартала.
Модульный стандарт фасадных решений
Модульная фасадная система МАНУФОРМ предлагает новый подход к облицовке зданий, в полной мере раскрывая потенциал технологии НВФ: вместо штучной плитки – крупноформатный блок заводской готовности. Эксклюзивные фактуры коллекций, цельные углы, элементы декора и фирменные затирочные составы сочетаются с технологическим превосходством при монтаже. Разбираемся, как это работает и что это дало архитекторам на примере пяти реализованных объектов.
Ингмар Витвицкий: «Сегодня стекло полноценно формирует...
Когда архитектор выбирает остекление, он работает сразу на двух уровнях: создаёт выразительный силуэт и продумывает будущую эксплуатацию фасада. Как эстетика и функционал стекла складываются в цельный замысел, рассказывает основатель и руководитель архитектурно-строительного бюро «Ингмар» – Ингмар Витвицкий.
Прованс от KERAMA MARAZZI: тихая роскошь в камне, керамике...
KERAMA MARAZZI выпустила коллекцию «Прованс» – полноценную систему для интерьеров и экстерьеров, объединяющую под одним именем керамогранит и настенную плитку, сантехнику и мебель, фирменные обои и панели сверхкрупных форматов.
VIZIO: панорамное остекление в российском климате –...
Панорамное остекление в России продают как европейскую историю успеха. Но европейские системы испытываются при -10°C, а зимней ночью в Подмосковье температура опускается ниже -20°C. И это не единственное место, где импортная логика расходится с отечественной реальностью. Ответом на эти вызовы стала первая российская премиальная система VIZIO от Ergohaus.
Малые формы – большая ответственность
Скамейка в парке или урна у входа в жилой комплекс – кажется, что это последний штрих, который можно решить в конце работы над проектом. Такая логика порождает большинство проблем с малыми архитектурными формами: несоответствие реального изделия задуманному, невозможность воспроизвести тираж через год, преждевременный износ. Разбираемся, как производственный цикл влияет на архитектурный результат – вместе с компанией «Хоббика».
​Стекло тонкой настройки: ЖК High Life и Phoenix Crystalvision
Стекло в архитектуре – не только символ прозрачности и свободы, но прежде всего сложный инженерный материал с четко заданными свойствами. Чем масштабнее проект и выразительнее пластика фасадов, тем более индивидуальным становится подход к остеклению. ЖК High Life – пример такой точной настройки стекла под архитектурную задачу.
Игровая архитектура нового поколения
В рамках реконструкции парка «Сокольники» компания «Новые Горизонты» спроектировала и построила шесть современных игровых пространств. Одно из них – игровой комплекс «Гнёзда» высотой 9,5 метров – уже стало новой архитектурной доминантой входной зоны парка. Масштабный проект объединил авторскую игровую архитектуру и инклюзивные решения, рассчитанные на детей с разным уровнем мобильности. Разбираем архитектурные и инженерные решения.
Материал для идеала
Предлагаем вспомнить 9 павильонов, представленных на Арх Москве коллаборациями архитекторов и производителей. Часть из них традиционно исследует выразительные возможности того или иного материала через создание инсталляций, иногда весьма эффектных. Но есть и более сложные объекты: например, вполне функциональная капсула для отдыха от бюро Asadov и ArchSkin или же целый музей кирпича от дебютанта выставки BRAER, который привлек Музей архитектуры имени А.В. Щусева и бюро Хора.
Кукуруза и каррарский мрамор
Мексиканская дизайн-студия Manufactura разработала композитный материал для 3D-печати. В его основе – отходы переработки кукурузы и минеральная смесь с добавлением каррарского мрамора. По мнению авторов, материал способен снизить углеродную нагрузку на 70%.
Дома А-Класса на Арх Москве
Рассматриваем некоторые стенды кластера «Дома А-Класса», который занял одну четвертую часть всей Арх Москвы, и отмечаем две тенденции. Первая: попытка сблизить архитектуру с природой с помощью материалов и ланшафтных решений. Вторая: раскрыть важность инженерных коммуникаций, которые создают комфорт и не вторгаются в архитектурные решения.
Иллюзорные преграды
Архитекторы давно ищут способы сделать здания визуально невесомыми, но прочными. Обычное стекло тяжелое и хрупкое, альтернативным решением стали светопрозрачные полимеры: ETFE, ПВХ-мембраны, поликарбонат. Они открыли эпоху фасадов-«вуалей» и крыш-«подушек». Разбираем шесть проектов, чтобы показать все преимущества этих материалов.
Песчаные дюны на потолке
Дизайнерский тандем Armstrong DUNE Supreme TG 15/90 и подвесной системы КНАУФ Силуэт – создает современный атмосферный дизайн помещения при помощи нестандартной графики потолка.
Сейчас на главной
«Наутилус» спорный, но бесспорно наш
Интервью, взятое Еленой Леонидовной Косоренковой у архитектора Алексея Ростиславовича Воронцова. О капроме, девяностых как свободе и символе эпохи. Каком именно? По словам Алексея Воронцова, никакой ИИ «Наутилус» спроектировать не сможет.
Зеленая энергия старого города
Энергопозитивные жилые дома Florian по проекту Benthem Crouwel запускают возрождение давно запущенного района в центре Братиславы, что, впрочем, может привести к его джентрификации.
Пространственный сдвиг
Петербургский Манеж продолжил серию архитектурных инсталляций работой бразильского художника Роммула Вьейра Консейсана: на этот раз площадь перед западным фасадом украсил лабиринт из оград и цветного поликарбоната.
Вечный рассвет
Специализация на архитектуре и дизайне, предназначенных для детей, – это огромная радость и не меньшая ответственность. В России есть несколько бюро, которые относятся к детским объектам со всей возможной серьезностью. Одно из них – бюро UTRO, которое каждый раз находит все новые возможности и способы подарить детям настоящий праздник.
Холмы и конусы
В Шэньчжэне открылся Музей естественной истории, один из крупнейших в мире. Авторы проекта – датское бюро 3XN.
Безымянка: от промышленного спутника – к городу-саду
Самобытный район Самары Безымянка некогда был крупнейшим промышленным центром страны, а сегодня нуждается в системной реновации. Концепция комплексного развития, которую мы показываем, – это попытка бережно пересобрать ткань места: сохранить его исторический характер, вернуть ценность общественным пространствам и превратить промышленную окраину в привлекательный район с собственной аурой.
Квартал с театром
Предлагаем пять дипломных работ бакалавров Московского архитектурного института, выполненных на Кафедра жилых зданий под руководством Владимира Юдинцева, Елены Ганушкиной и Сергея Помелова. Студенты работали с разными участками в центре Москвы, оперируя для решения сложившихся городских проблем только жильем и театрально-общественным комплексом.
Перевернутый свод
Конкурсная концепция музейного и научно-просветительского комплекса, предложенная бюро «Архип» для мемориала в Ленинградской области, вызывает у зрителя эмоциональный отклик с помощью необычной формы перевернутого купола, которая создает ощущение неправильности, тяжести и преодоления. Объем едва «парит» над зеркалом воды, латунная отделка перекликается с существующим памятником, а на фасадах предусмотрена перфорация в духе Александра Дейнеки.
Ордер нового человека: МАРШоу 2026
Ежегодная выставка выпускных проектов Московской архитектурной школы МАРШ – открыта до 16 августа. Вашему вниманию – фоторепортаж, совершенно не заменяющий живое посещение экспозиции, чтения альбомов и рассматривания макетов.
Жирафы и игрушки, фасады и подушки
В Гатчине выбрали лучшие проекты фасадов для детского сада. В конкурсе для студентов и молодых архитекторов победу одержала концепция, созданная вокруг образа жирафа. Ее автор, Анастасия Дзюрбей из Санкт-Петербургского архитектурно-строительного университета, предложила лаконичный образ дружелюбного и легко узнаваемого персонажа, который хорошо считывается детьми разного возраста. Показываем проекты победителей.
Дороги, которые мы выбираем
В эти выходные в 21 раз прошло фестиваль Архстояние: под кураторством Антона Кочуркина и с темой «Маршрут перестроен». Фестиваль продолжил исследовать возможности регулярного градостроения на территории леса и поля, что добавило объема и новизны, в том числе старым объектам – даже Ротонда смогла всех удивить. Достроен новый дом-манифест, и он совсем не похож на предыдущие. Также у фестиваля, кажется, появилось новое измерение – терапевтическое. Делимся этими и другими впечатлениями в нашем обзоре.
Форма следует за потоком
Транспортно-пересадочный узел – один из самых сложных объектов проектирования, где архитектор работает с движением как таковым. Пассажирский поток диктует планировочную схему, конструктивное решение и, в конечном счёте, форму здания. Смотрим, как это решено в проекте ТПУ Дмитровская авторства Ренпроекстстрой.
С чистым телом и духом
Если кому-то нужны дополнительные поводы съездить в Псков, кроме прекрасной русской архитектуры и историй – одна увлекательнее другой, – то можно добавить к ним возрожденный из руин банно-ресторанный комплекс «Гельдт», в котором бюро «АРКА ИНТЕРЬЕРЫ» создало удивительно умиротворяющую атмосферу, которой так не хватает в современной жизни.
Дворы четырех
Четыре виллы из блоков натурального камня, построенные по проекту Atelier Stéphane Fernandez в Экс-ан-Провансе, тактично вписаны в рельеф и контекст поместья XVIII в.
Городской гобелен
Шанхайские архитекторы Neri&Hu внесли гармонию во фрагментированный фасад отеля Mandarin Oriental The Landmark в Гонконге при помощи «текстильной» теории Готфрида Земпера, создав выразительное керамическое полотно из тысячи плиток.
Три двора на краю света
В проекте арктического общественного центра, который архитектор Инга Глушкина разработала для Мурманской области в рамках конкурса «Неочевидное Арктика», – размышления о том, как сделать регион привлекательным и посеять новые смыслы. Социальный хаб здесь – это компактный «город под крышей», развивающий современные prefab-технологии и рассчитанный на круглогодичную жизнь сообщества.
Новое время – новый дизайн
Время диктует... Но может ли кто-то диктовать что-то времени? Например, в каком дизайне оно должно представать перед покупателями его компактной версии? Sinitsa Buro отважилось на эксперимент и представило своё видение в интерьере магазина часов Tempus.
Базис и надстройка
Для жилого квартала «ЭВО» в подмосковном Реутове бюро СИВИЛ выбирает подход противопоставления окружающей постсоветской застройке и одновременно ищет способы сделать среду сомасштабной и уютной. Для этого с помощью отделки и пластических приемов выделяется «верхний» и «нижний» город, а у части корпусов появляется скатная кровля.
Изменчивая дымка
Бюро T+T Architects разработало концепцию премиального бизнес-центра с «живыми» фасадами, которые в зависимости от погоды, времени суток и запросов работников меняют свою конфигурацию, превращая здание в городскую инсталляцию. Идея бесконечной вариативности продолжена во внутренних пространствах, которые предполагают разные сценарии использования. Некоторые инженерные решения реализуются на российском рынке коммерческой недвижимости впервые.
Запах хлеба по утрам
Один из текущих проектов бюро Rhizome в Португалии – преобразование усадебного ансамбля XVII века, где сейчас располагается традиционный отель, в современный загородный комплекс. Архитекторы предложили насыщать пространство кинты новыми функциями и идти путем реконструкции и адаптации. Первым шагом стало создание пекарни в одной из поздних пристроек.
Преодоление себя
Разрабатывая интерьер спортивного клуба Jet Arena, архитекторы бюро Osetskaya.Salov смогли преодолеть границы брутальности и найти новые выразительные приёмы для мира непрекращающейся борьбы с человеческой ленью и гедонизмом.
Ряды не поредели
В комплексе Центра искусств Aranya и общественной столовой по проекту Vector Architects в Гуанчжоу сохранена и включена в ансамбль старая баньяновая аллея.
Слишком много кирпича
Пять из шести зданий-финалистов Премии Стерлинга, претендующих на звание лучшей постройки Великобритании-2026, выстроены из кирпича в жестких рамках хорошего вкуса, но без оригинальности. Исключением стал стеклянный офисный «кубик» Ренцо Пьяно в его привычном стиле.
Маленькая книга прощания
Изданная архитекторами «Остоженки» книга о Валерии Каняшине очень небольшая, помещается на ладони как записная книжка или походный альбом для рисования. В сочетании с микротиражом это дает не-гламурное и совсем не репрезентативное издание «для друзей». Но как тонко в нем замиксованы проекты, тексты, фотографии и рисунки: вероятно, именно так можно, изучая творческий путь, немного понять человека.
WAF 2026: кто в коротком списке
Всемирный фестиваль архитектуры объявил списки финалистов, среди которых есть 8 заявок от российских бюро – в два раза больше, чем в прошлом году. И это если не считать два проекта от берлинского офиса Сергея Чобана. Помимо него бороться за призы будут бюро KPLN, Wowhaus, CHADO, Front Architecture, MAXX-architects и Kerimov Architects.
Прерия на крыше
В прерии штата Северная Дакота открылась президентская библиотека Теодора Рузвельта по проекту Snøhetta: живя в этих местах, он задумался об охране окружающей среды, что привело к созданию системы национальных парков США.
Пресса: «Кирпич про кирпич»: новый номер Todigest-2026
Серию изданий, исследующих практику применения того или иного материала в архитектуре и дизайне, Анна Мартовицкая и Денис Дмитриенко продолжили внушительным — почти 800-страничным — кирпично-красным томом, посвященным кирпичу и керамике.