English version

Тонкая игра

Клубный дом в Большом Козихинском, – пример архитектурного разговора о методах и источниках стилизации, врастающей в современные тенденции. С ярким акцентом, вдохновленным работой Льва Бакста для «Дягилевских сезонов».

mainImg
Архитектор:
Павел Андреев
Проект:
ЖК «Дом Бакст»
Россия, Москва, Большой Козихинский, 13, стр. 1, 2, 15, стр. 1, 2

Авторский коллектив:
Руководитель проекта П.Ю. Андреев, ГАП О.В. Дрябжинский, ГИП С.С.Смирнов; А.Е. Пахомов

2015 — 2017 / 2017 — 2019
ЖК «Дом Бакст» – клубный дом, который достраивается сейчас рядом со сквером имени Михаила Булгакова на углу переулков Спиридоньевского и Большого Козихинского, в двух шагах от Патриарших прудов. Он разместился на месте двух домов: одного недорогого доходного 1900-1902 года постройки, другого – конструктивистского, 1920-х годов. Оба были расселены некоторое время назад, не имели охранного статуса, и снесены в 2016, но по требованию Москомнаследия в новой постройке должен был быть отчасти повторен один из домов, доходный, более старый.

Новый комплекс также состоит из двух подчеркнуто разных строений, но если оба разобранных дома были выстроены вдоль Большого Козихинского, поскольку в начале XX века улица развивалась линейно, – то теперь ситуация изменилась: после войны на углу Спиридоньевского переулка снесли дом, там возник Булгаковский сквер, и угол, завершающий Козихинский переулок, сместился. Поэтому новый дом поворачивает в глубину квартала, формируя северную границу сквера.
Схема взаимного расположениия объемов. ЖК Дом Бакст, проект
© АБ Гран

Будучи развернуты под прямым углом друг к другу, здания поменяли образ и значение, совершив, условно говоря, смысловую «рокировку». Корпус вдоль Козихинского, который занял место примерно полутора старых домов, повторяет оконные обрамления фасада 1902 года и его центрическую композицию с подъездом, витражом и подвышением посередине; от круглого окна осталась полуциркульная выемка. Но если дом-предшественник был примером, в общем-то, рядового для своего времени экономного строительства с неоштукатуренным кирпичным фасадом, то новый вариант тех же форм из-за каменных обрамлений окон получил явственный «французский» оттенок, кирпич стал не только воспоминанием о старом доме, но и признаком респектабельности.
  • zooming
    1 / 3
    ЖК Дом Бакст, проект
    © АБ Гран
  • zooming
    2 / 3
    ЖК Дом Бакст, проект
    © АБ Гран
  • zooming
    3 / 3
    ЖК Дом Бакст, проект
    © АБ Гран

Второй корпус вытянут вдоль сквера и поперечно улице, на которую выходит торцом. Выбранная для него стилистика в целом соответствует 1920-м и 1930-м, времени постройки второго дома-предшественника, хотя между ними нет никакого формального сходства – в новом доме ничего нет от лаконичного конструктивизма, он представляет собой вариант популярного в Москве последних десятилетий направления современного ар-деко. Небольшое отступление: представителей этого стиля, развившегося в «буржуазных» Америке и Европе 1930-х как некий противовес смелым поискам авангарда, в Москве 1930-х, строго говоря, почти нет – можно сравнивать с ним постконструктивизм и «сталинский ампир», но все же совпадение неточное, хотя бы по причине известной экономности города индустриализации. Было, было похожее, но все же «не так», как говорил классик.

Поэтому неудивительно, что в Москве 2000-х различные варианты ар-деко популярны: безусловно, многое объясняется тем, что они находят отклик в сердцах заказчиков и покупателей столичного центра, но в этом процессе также видится некий род компенсации упущенного стилевого направления. К тому же оно позволяет значительные вольности, к примеру, атектоничную «помпеянскую» трактовку ордера – и, с другой стороны, неплохо вписывается в контекст современной тяги к орнаменту, резьбе, пластике, всему, что насыщает поверхность фасада. В данном же случае в появлении «ардекошного» дома на месте конструктивистского ощущается определенная историческая логика, один дом 1920-х заменяют другим, апеллирующим к тому же периоду, но в широком диапазоне: если приглядеться, то дом как будто «растянут» во времени лет на сто с небольшим.
Южный фасад (со стороны сквера). ЖК Дом Бакст, проект
© АБ Гран

Самый яркий элемент комплекса – в прямом и переносном смыслах – живописные панно венчающих этажей. Их исполнила художник-монументалист Татьяна Кудрина методом многослойной ручной росписи по керамограниту, а мотив заимствован из театральной ширмы Льва Бакста к балету «Полуденный отдых фавна», поставленного Дягилевым в Париже в 1912 году. Это уже не модерн, но и не вполне неоклассика, а в получившихся панно прочитываются ноты и Густава Климта, и Макса Клигера, а при взгляде снизу, с улицы, вверх – москвичу они обязаны, конечно, напомнить «Метрополь», хотя там – майолики Врубеля и появились они на 10 лет раньше, чем ширма Бакста. Но дом в итоге получил поэтическое название, которое вовсе не было придумано маркетологами, а произошло именно от предложенных архитектором Павлом Андреевым панно – ЖК «Бакст».

Панно сопровождены орнаментами, некоторые из которых напоминают Кандинского, некоторые Билибина, а третьи, на ризалитах, так и вовсе представляют собой реплики византийского мозаичного декора. В данном случае они образуют своего рода легкую живописную корону, пламенеющее венчание, как следует из авторских эскизов, где объем дома тянется к венку пейзажей аттикового яруса.
  • zooming
    1 / 6
    ЖК Дом Бакст, проект
    © АБ Гран
  • zooming
    2 / 6
    ЖК Дом Бакст, проект
    © АБ Гран
  • zooming
    3 / 6
    ЖК Дом Бакст, проект
    © АБ Гран
  • zooming
    4 / 6
    ЖК Дом Бакст, проект
    © АБ Гран
  • zooming
    5 / 6
    ЖК Дом Бакст, проект
    © АБ Гран
  • zooming
    6 / 6
    ЖК Дом Бакст, проект
    © АБ Гран

Металлические обрамления цвета зеленоватой патинированной бронзы, напоминают венские оранжереи и пассажи XIX века. Они подчиняют себе образность аттикового этажа и центральной части с вытянутыми декоративными колонками – в этих частях, акцентированных по центральной оси двух фасадов, узкого стройного уличного и широкого, обращенного к скверу и обрамленного двумя ризалитами южного «паркового», расположены гостиные, в том числе двусветные. В доме, к слову сказать, предусмотрены и двухуровневые квартиры, в верхних частях ризалитов.
  • zooming
    1 / 3
    ЖК Дом Бакст, проект
    © АБ Гран
  • zooming
    2 / 3
    ЖК Дом Бакст, проект
    © АБ Гран
  • zooming
    3 / 3
    ЖК Дом Бакст, проект
    © АБ Гран

Все вместе больше всего напоминает эпоху расцвета и декаданса, предмет ностальгии – время перед Первой мировой «около 1913 года», – когда модерн, «Вишневый сад», и даже расцвет «Мира искусства» уже в прошлом, но еще недалеко, когда уже появилась абстрактная живопись, но не все еще в курсе. Это время шляпок с вуалью, духов, пудры, театра, конфетных коробок; и фотографий, желтоватых, но очень четких – их воспроизведения столь часто встречаются в современных краеведческих изданиях, многие скучают по ним, по 1913 году как по утраченному Золотому веку. Ностальгическую ноту архитекторы понимают хорошо и сопровождают проект иллюстрацией, напоминающей выцветший старый отпечаток, окутывая дом романтикой вменённых воспоминаний, формируя слои восприятия, и в то же время как будто проверяя – похоже ли? Удалось ли вписаться?
ЖК Дом Бакст, проект
© АБ Гран

И удалось, и похоже, но как-то ускользает основной прообраз. Возможно потому, что его нет, а дом собран из нескольких слоев, разделенных примерно веком. Один из таких слоев – разобранный конструктивистский дом по Большому Козихинскому: во-первых, у него было два симметричных ризалита, во-вторых, их окна были тонкими, вертикальными, всё как и здесь. Удивителен сам факт их появления: если тот дом действительно был построен в 1920 году, то они могли быть «пережитком» 1910-х, или их могли пристроить в начале 1930-х, уже как элемент постконструктивизма. Этот структурный элемент старого дома получает отклик в новом корпусе – а не только окна доходного дома, как просили в МКН.

Все это довольно непросто, необходимо не только знать и любить историю и фактуру эпохи, но и иметь практический опыт реализации подобных реплик: такой опыт у авторов есть, вспомним, к примеру, фасад гостиницы «СтандАРТ» на Страстном бульваре, в котором использованы элементы из увражей Петра Дмитриевича Барановского. Подобные знания, позволяющие оперировать аллюзиями, определенно есть. На риелторском сайте архитектор – а заметим, это тот случай, когда заказчик достаточно подробно представил автора на сайте дома – Павел Андреев назван «самым тонким стилизатором из современных московских архитекторов». Что ж, с этим можно согласиться. Здесь партитура сыграна на нескольких темах, и одна из них – современный декоративный стиль, на который указывают прежде всего каменные филенки с резным растительным орнаментом.

Два элемента выполняют роль главных связующих звеньев – это деликатно рустованный горизонталями каменный первый этаж, общий у двух корпусов; камень в нем темнее, чем а основной, орнаментированной, части. Второй вид «клея» – уже упомянутые «медно»-металлические части: аттиковые этажи объединены металлом и цветными вставками. Металл появляется и в стыках между корпусами, разделяя и в то же время объединяя согласно логике периметрально-квартального морфотипа застройки.

Арки ведут в небольшой двор, площадью около 550 м2, типичный квартальный двор исторического города. В нем запланировано многоуровневое благоустройство с помостом, деревом в центре и пышной зеленью на высоких постаментах, даже с миниатюрным фонтаном типа нимфеум. В первом этаже корпуса, обращенного к скверу, собственно дома с пейзажами Бакста, устроена глубокая лоджия для жильцов: полузакрытое пространство, спрятанное от города за деревьями, что делает его отчасти приватным; благодаря южной ориентации она может быть часто освещена солнцем, рисующим здесь причудливые узоры тенями витражных решеток. На кровле между ризалитами над этой, центральной частью дома, запланирована открытая терраса.
  • zooming
    1 / 4
    ЖК Дом Бакст, проект
    © АБ Гран
  • zooming
    2 / 4
    ЖК Дом Бакст, проект
    © АБ Гран
  • zooming
    3 / 4
    ЖК Дом Бакст, проект
    © АБ Гран
  • zooming
    4 / 4
    ЖК Дом Бакст, проект
    © АБ Гран

Внутри, в общественных зонах сохраняются бронзовые – но уже не патинированные, а полированные и со вставками цветного и фигурного стекла – рамы, рисунок которых местами напоминает обобщенный Сецессион. Современность сосуществует с оттенком ретро: стеклянные цветные «пузыри» люстры на золотом фоне, хотя и соседствуют с бежевыми филенками на стенах и лампами, напоминающими о 1930-х, но апеллируют не столько о чувственности интерьеров начала века, сколько к ярким опытам Филиппа Старка. Зато стойка главного ресепшна с «мятой тканью» полосатого фона и асимметричным кристаллом бюро полностью возвращает нас в XXI век, слегка встряхивая, будит от ностальгии, навеянной фасадом. Как будто в дом, где даже отчасти сохранилась обстановка XX века, причем местами сложно сказать, где 1910-х, где 1930-х, а где и 1980-х, встроили фрагмент чего-то остро-нового.
  • zooming
    1 / 3
    ЖК Дом Бакст, проект
    © АБ Гран
  • zooming
    2 / 3
    ЖК Дом Бакст, проект
    © АБ Гран
  • zooming
    3 / 3
    ЖК Дом Бакст, проект
    © АБ Гран

Патриаршие пруды – место, прямо скажем, требовательное во многих отношениях. Мало того, что от дома с «нехорошей квартирой» на Садовой до пруда здесь через шаг – Булгаков; вот и сквер так называется. Рядом Триумфальная и Москомархитектуры и много что еще, дом Тарасова, особняк Морозовой, собственный дом Жолтовского, наконец. И в то же время именно в этих местах, в престижном районе, новое строительство оказалось более чем изобильным и разномастным. Сергей Ткаченко, мастер самых ярких вещей московского постмодернизма, построил неподалеку свой дом «Патриарх», а прямо напротив сквера Булгакова и строящегося ЖК «Дом Бакст» – МФК «Сад-Лабиринт», похожий на телескопическую трубу из мультфильма. Вокруг достаточно и бывших доходных домов средней руки, и вставок периода конструктивизма, но и градус фантазирования, пожалуй, в округе тоже уже превышен. Строить в таком окружении, безусловно, непросто, здесь «много историй». Поэтому и требовалось предложить нечто элегантное, не спорящее к окружением, но и не теряющее своего голоса, что для клубного дома тоже, конечно, недопустимо. Так возникли «Дягилевские сезоны», тема по-своему безупречная, и время привлекательное, серебряный век, золотистый театр. Поэтому потребовались тонкие линии, яркие акценты, легкие вертикали. И довольно любопытный эффект точки соприкосновения между современным декоративизмом и отсылкой к началу века – без итоговой ретро-точки, и без подчеркнутой современности, скорее steampank, рефлексирующий о жизни до мировых войн.
  • zooming
    1 / 8
    Ситуационный план. ЖК Дом Бакст, проект
    © АБ Гран
  • zooming
    2 / 8
    Эскиз планировки. ЖК Дом Бакст, проект
    © АБ Гран
  • zooming
    3 / 8
    План 1 этажа. ЖК Дом Бакст, проект
    © АБ Гран
  • zooming
    4 / 8
    План 4 этажа. ЖК Дом Бакст, проект
    © АБ Гран
  • zooming
    5 / 8
    План 5 этажа. ЖК Дом Бакст, проект
    © АБ Гран
  • zooming
    6 / 8
    План 6 этажа. ЖК Дом Бакст, проект
    © АБ Гран
  • zooming
    7 / 8
    Разрез 3-3. ЖК Дом Бакст, проект
    © АБ Гран
  • zooming
    8 / 8
    Разрез 4-4. ЖК Дом Бакст, проект
    © АБ Гран
Архитектор:
Павел Андреев
Проект:
ЖК «Дом Бакст»
Россия, Москва, Большой Козихинский, 13, стр. 1, 2, 15, стр. 1, 2

Авторский коллектив:
Руководитель проекта П.Ю. Андреев, ГАП О.В. Дрябжинский, ГИП С.С.Смирнов; А.Е. Пахомов

2015 — 2017 / 2017 — 2019

01 Ноября 2019

Год 2021: что говорят архитекторы
Вот и наш новый опрос по итогам 2021 года. Ответили 35 архитекторов, включая главных архитекторов Москвы и области. Обсуждают, в основном, ГЭС-2: все в восторге, хотя критические замечания тоже есть. И еще почему-то много обсуждают минимализм, нужен и полезен, или наоборот, вреден и скоро закончится. Всем хорошего 2022 года!
Агент визуальной устойчивости
Сравнительно небольшой дом на границе фабрики «Большевик» сочетает два противоположных качества: дорогие материалы и декоративизм ар-деко и крупную, несколько даже брутальную сетку фасадов с акцентом на пластинчатом аттике.
В преддверии театра
На Земляном валу справа от въезда в туннель под Таганской площадью, перед Театром на Таганке и рядом с торцом ЖК «Шоколад», достраивается здание 8-этажной гостиницы Novotel по проекту бюро «Гран» Павла Андреева.
Зубчатые террасы
Концепция реконструкции красильного цеха бывшей фабрики Цинделя под лаборатории завода «Мосавтостекло» сохраняет и освежает здание начала века, интересным образом решая силуэт его верхнего этажа.
Сохранить «Холодильник»
Проект-концепция, предусматривающая сохранение неохраняемого здания ангара-холодильника на Дубининской улице, в самой середине интенсивно развивающейся Павелецкой промзоны.
Vis-a-vis с парком
Конкурсный проект мастерской «Гран» для Малой Трубецкой улицы – авторское видение того, каким мог бы быть клубный дом в плотном и обязывающем окружении. Два корпуса трактованы как объёмные рамы квартир, смотрящих на парк.
Павел Андреев: «Не хочу заниматься проектами, которые...
Мастерской «Гран» Павла Андреева в 2016 году исполнилось 10 лет, а работе архитектора в Моспроекте-2 – 20. Говорим о бюро «Гран», о Большом театре и Детском мире, и о том, почему архитектор предпочитает работать в центре города, а не на окраинах.
Похожие статьи
Маяк на утесе
Один из кварталов масштабного района «Деснаречье», который возводится в Новой Москве, проектирует архитектурное бюро «Крупный план» (KPLN). Участок имеет свои преимущества и сложности: с одной стороны – близость реки и выразительный ландшафт, с другой – магистраль и перепад высот. Авторы проекта решили подчеркнуть существующую «фактуру» места: на естественной возвышенности разместили доминанту в виде башни-маяка, сделали стилобат продолжением утеса, а в архитектуре секционной застройки отрефлексировали близость реки.
Подъем с остановками
Башня для наблюдения за перелетными птицами на болотах Чэньху в Ухане задумана шанхайским бюро Xiang Architects как «посредница» между человеком и природой.
Архитектура геологического формата
«Геологически»-природная форма для крупных комплексов – одна из важных тем нашего времени, она подходит для больших объемов много лучше, чем пилястры и карнизы... Вот и проект с географическим названием «Широта 54», предложенный Раисом Баишевым и архитекторами АБ «Остоженка», «прорастает» в глубь земли сохраняемым оврагом, а вверх пластинами домов, похожих на меловые горы, с пещерами дворов-террас, встроенных в объем. Особенность – много открытых для горожан и жителей общих пространств, задуманное качественное строительство. Большие стекла, даже кондиционирование центральное. Изучаем в контексте.
Новая деревня
Бюро Rhizome представило проект коттеджного поселка, строительство которого запланировано рядом с горнолыжным курортом в Ленинградской области. Вместо расчерченных на сегменты участков архитекторы предложили более естественную среду, напоминающую небольшой северный городок. Чтобы добиться непринужденного разнообразия, авторы разработали несколько типологий домов и вспомогательных объектов, выстроили иерархию приватных и общественных пространств, а также использовали материалы и цвета, характерные для финских мыз и деревень.
Элемент равновесия
Проект жилого дома по программе реновации от бюро Continuum создает на Лодочной улице ансамбль: вместе с другим новым высотным зданием он фланкирует четырехэтажную постройку сталинской эпохи, выстраивая ритмичную композицию. Пластические и фасадные решения – трехчастное построение, веерное смещение объемов и комплементарная колористика – также родственны соседней башне.
Дом длиною в улицу
Проектируя жилой комплекс для Нижнего Новгорода, бюро СИВИЛ столкнулось с непростыми ограничениями участка. Единственно возможную меридиональную посадку дома архитекторы обыграли с помощью ступенчатого плана, который подчеркивают различия в материалах отделки фасадов. Перепад высот и арка, соединяющая две зеленые территории, дополнили композицию и сформировали выразительный силуэт комплекса.
Между небом и бетоном
Архитекторы Vari создали на трех верхних уровнях общественного центра RICHAUS в Чунцине рекреационное и торговое пространство aa market, организованное как сад на крыше.
Стальные покрывала для Майами
В Майами началось строительство Sweetbird North – офисного здания по проекту Snøhetta, чей фасад образован как будто наполненной ветром стальной «вуалью». Оболочка, защищая от ураганов и солнца, постоянно меняет свой облик на свету, а за ней прячутся зеленые террасы и офисы.
Искусство полного цикла
Школа требует порядка, регламента и дисциплины, а творчество – свободы, эксперимента и импровизации. В здании Сибирской высшей школы музыкального и театрального искусства в Кемерово бюро «МВ-ПРОЕКТ» попыталось примирить эти противоречия: заключить сложную и изменчивую творческую жизнь в строгую, рационально организованную архитектурную форму.
Камень и дерево
Офисное здание в Париже «актуализировано» бюро DTACC architectes с опорой на градостроительную схему Османа и японские традиции деревянной архитектуры.
Найдется ли 10 отличий?
Рядом с бизнес-центром Тэндзин I в центре Фукуоки построен его «близнец» Тэндзин II: оба проекта выполнены в нью-йоркском филиале OMA под руководством Сёхэя Сигэмацу.
Океан для всех
CRA-Carlo Ratti Associati и миллиардер-девелопер Джефф Грин, владеющий 30,3 га во флоридском городе Уэст-Палм-Бич, представили проект жилого дома MiMar из бетона и инженерного дерева, где фасад-гармошка должен обеспечить каждой квартире вид на Атлантику, не разделяя жильцов на «элитных» и «остальных».
Красная победная лента
Флагманский магазин TEAM CHINA расположен в центре одного из активно развивающихся модных районов Шанхая. В его интерьере бюро ICD (I Collective Design) переосмысливает спортивную культуру и варианты ее интеграции в современный городской контекст. Проект объединяет дух и историю китайской национальной сборной с энергией Шанхая.
Счастливые тринадцать
Реконструкцией заводского общежития Kosmalt 1960-х в словацком Кошице местное бюро Atrium постаралось доказать, что даже утилитарные послевоенные постройки могут обеспечить качественную и современную жилую среду.
Волны крыш
В Сучжоу открылся Музей современного искусства – первый реализованный проект художественного музея от BIG, как его позиционируют сами архитекторы.
Зачем подстанции бирюза?
Powerhouse Company и Studio RAP попытались сделать подстанцию в нидерландском Бевервейке арт-ориентиром с помощью керамического панно, но эта попытка подать «пром» как искусство вызывает скорее вопросы, чем восхищение.
Романтика петербургского двора
Подход «Студии 44» к редевелопменту территории винного завода «Ливиз» кажется важным для Петербурга прецедентом: архитекторы приспосабливают не только объекты культурного наследия, но и другие дореволюционные здания, раскрывая их характерные черты и снабжая новой функцией – общественной или жилой. Новая архитектура сплетается со старой, формируя набор ясных или намеренно усложненных городских пространств. Кварталы разных типологий дополняет пешеходный променад, который делает среду проницаемой и оживленной. И все это – под знаменем романтики и ностальгии по историческому городу.
Архетип вместо декора
Как легенды Татарстана становятся частью современной архитектуры: в интерьерах ЖК «Зилант Премьер» студия BLOK переосмыслила образы Зиланта и Белого Барса.
Обилие углов
Комплекс социального жилья в Сан-Франциско по проекту OMA вписан в окружение исторических таунхаусов с помощью складчатого фасада.
Новая элегия
Всегда любопытно рассматривать объекты, которые архитекторы строят для себя – кажется, именно они говорят об авторском подходе лучше всего. Беседку, дополнившую пруд на загородном участке Сергея Никешкина, отличает изящное конструктивное решение, динамичный силуэт и детали, изготовленные архитектором вручную. Кроме того, в объеме постройки спрятано техническое помещение, которое обеспечивает фильтрацию воды.
Голос Амура
Бюро «МВ-ПРОЕКТ» выиграло конкурс на фасады Хабаровского краевого академического музыкального театра. Архитекторы выступили смело: предложили впечатляющую волнообразную оболочку, вдохновленную водами Амура, а также озелененные террасы на кровле, чем и заслужили абсолютное большинство голосов от горожан. Рассказываем подробнее о концепции, ее реализуемости и образной емкости, которая позволяет находить отсылки к Ивану Айвазовскому и Кацусика Хокусаю.
Не все перемелется
Пражское бюро mar.s architects превратило в ЖК старую мельницу в деревне близ Ческе-Будеёвице, проявив уважение к истории и духу места.
Театр для фигуристов или Cherchez la femme
Ледовые дворцы по своей типологии близки к промышленным зданиям: огромные безоконные залы, минимум архитектурных излишеств. Проектируя Navka Arena, Юлий Борисов и архитекторы UNK не стали бороться с утилитарной природой сооружения, но собрали всю образную часть проекта в одном месте – на центральном фасаде. Параболический козырек, монументальная скульптура-фигуристка и ее нарисованная перфорацией тень превратили обычную спортивную «коробку» в архитектурное высказывание о льде, движении и театре.
Пятеро в ЖК, не считая павильона
Портовое, индустриальное прошлое амстердамского района Бёйкслотерхам вдохновило Powerhouse Company, Orange Architects и NEXT на использование стали, стекла, бетона и кортена в жилом комплексе KAAP из пяти корпусов и павильона.
Акценты для ландшафта
Две постройки с широким спектром функций на озере Лаолихай во Внутренней Монголии по мысли пекинского бюро BUZZ | Büro Ziyu Zhuang «кадрируют» степной ландшафт.
Глазастое оригами
В проекте ЖК Jezero на словенском курорте Блед бюро Enota интерпретировало традиционный для региона Гореньска тип дома.
Зелёный силуэт
ЖК 26 ПАРКВЬЮ в Тимирязевском районе – скомпонован вокруг исторического здания бывшего академического общежития и отвечает контексту фасадами из зеленой глазурованной керамики.
Жилье в спичечном коробке
Город Эйндховен в Нидерландах – центр технологий и инноваций. И именно здесь, почти назло индустриальной эстетике, по заказу жилищной ассоциации Trudo, появилось почти полностью деревянное здание Matchbox, спроектированное бюро KAAN.
Мягкая пластика нового просвещения
Школу, которая появится в новых высотных кварталах «Сет» и «Веер», вполне справедливо можно назвать доминантой будущего района. Проект разработали архитекторы образовательной среды из бюро Имаго, а фасады выбирали по конкурсу. Его выиграло бюро GAFA, предложив равномерную сетку из объемных модулей, которые создают любопытный эффект «мягкой» архитектуры. Образность такого решения близка детям разного возраста и подходит статусу образовательного комплекса – после завершения строительства его передадут рейтинговой школе № 1329.
Технологии и материалы
Уличная мебель как микроархитектура
Работая с современной городской средой, архитекторы остро ощущают дефицит мафов «с собственным лицом». Две-три универсальные линейки и каталог из двадцати типовых позиций – не всегда то, что хотелось бы при создании сложного многослойного пространства. Выходом становятся коллаборации архитектора и производителя. PUNTOGROUP за последние несколько лет выстроили несколько таких партнёрств – с бюро CORE, TESLER ARCHITECTS, Каримом Рашидом.
Tarkett: инновации, экспертиза и инструменты для архитекторов...
В современной архитектуре и дизайне выбор напольных покрытий выходит далеко за рамки эстетики. Сегодня это комплексное решение, объединяющее дизайн, функциональность, заботу о здоровье людей и экологическую ответственность. Tarkett, мировой лидер в производстве напольных покрытий с 1886 года, предлагает профессионалам именно такой подход: продукция компании – это продуманная система, способная трансформировать пространство, повышать его безопасность и комфорт.
Моллированное стекло в архитектуре: формы и возможности
Моллированное стекло позволяет не только реализовать сложную геометрию фасадной оболочки: плавные закругления могут влиять на распределение ветровых нагрузок. Рассмотрим возможности технологии на примере проектов Российской Стекольной Компании.
Дары аквакультуры
Китайская студия BENTU Design разработала отделочные панели из ила рыбоводческих прудов. Основа материала – прудовый ил, который перерабатывают в геополимерный материал без высокотемпературного обжига.
Динамичный фасад: игра света с нержавеющей сталью
Нержавеющая сталь – один из немногих фасадных материалов, который может менять восприятие объёма за счет эффектов отражения и игры со светом. Это материал с сильной собственной эстетикой, но чтобы его потенциал реализовался, а не обернулся проблемами на этапе эксплуатации, важно понимать технологические особенности – от выбора марки стали и обработки поверхности до конструктива крепления.
Собрать, утеплить, разобрать
Мастерская CO Adaptive разработала The Block – модульную систему из списанной древесины с уже встроенной изоляцией, которая ставится изнутри здания и создаёт дополнительный теплоизоляционный контур.
Лава и мониторы
Итальянские дизайнеры Matteo Thun & Partners разработали коллекцию «вулканической» интерьерной плитки. В её основе – обрезки плит из лавового камня с вулкана Этна.
Керамическое плетение
Американская Studio WE разработала CeraShingle – модульную систему керамической фасадной облицовки, в которой серийность не означает полного повторения элементов. Черепицы размером около 400 × 130 мм печатаются из глины роботизированной установкой по цифровой модели. При этом они могут различаться рельефом, кривизной, перфорацией и рисунком поверхности.
Инвестиция в долговечность: керамическая плитка с...
Керамическая плитка с пазами (пропилами) появилась на российском рынке как ответ на запрос, который давно существовал в практике: получить скрытое крепление на вентфасаде без ручной доработки плитки на площадке. KERAMA MARAZZI первой наладила промышленный выпуск такого продукта в России.
Дыхание термитника
TerraMound – экспериментальный проект керамической стены, созданной по образу вентиляционных систем термитников. Разработанный в лондонской школе Бартлетта Рамешвари Джонналагедда, прототип использует пористую глину и испарительное охлаждение для пассивного климат-контроля без кондиционеров.
Клинкер с идеальной геометрией
Клинкерная плитка для навесных вентилируемых фасадов азербайджанского производителя Sultan Ceramic – рассчитана на здания высотой до 100 метров и уже прошла проверку на многоэтажных объектах в России. Разбираем ключевые характеристики материала, от технологии производства до полного пакета документации для госэкспертизы.
Пять миллионов «аналоговых пикселей»
Итальянская компания SICIS завершила реконструкцию винодельни Flora Springs в долине Напа. Главным материалом обновления стала мозаика: для отделки фасада и интерьера использовали 5 млн цветных элементов. Из цветных кусочков дизайнеры компоновали абстрактные орнаменты и сюжетные панно. Среди источников вдохновения – римская богиня Флора, «Рождение Венеры» Боттичелли и парк Гуэль Антонио Гауди.
Зеленая гостиная: ресторан-павильон в саду «Аквариум»
На месте сгоревшего ресторана в Саду «Аквариум» возведен новый павильон-ресторан с витражами, ажурными решётками и террасой на крыше. Изумрудные фасады выполнены из металлических конструкций производства «Алкотек». При разработке технических решений специалисты конструкторского бюро компании учли особенности архитектурной концепции и условия реализации объекта в исторической среде.
LVL-брус в интерьере: конструкционный материал как...
LVL-брус чаще воспринимают как материал для несущих конструкций большепролетных сооружений: межэтажных перекрытий, стропильных систем, трехшарнирных рам и других инженерных узлов. Однако область его применения включает и декоративные решения, как производство мебели, дверей, лестниц, витражей. Архитектор может работать с одним материалом сразу и как с конструкцией, и как с эстетической частью интерьера.
ZENITART: российская система зенитных фонарей и дымоудаления
Зенитный фонарь – это конструкция, которую закладывают в проект один раз, а здание эксплуатирует десятилетиями. Она формирует световую среду, влияет на энергобаланс и может быть частью системы противодымной вентиляции. Компания «Неон-Арт» выводит на рынок собственную линейку под брендом ZENITART.
Ветер, солнце и бетон
Henning Larsen запустили технологический стартап Nflection и платформу jifto – инструмент для экологического анализа в реальном времени. Архитекторы смогут оценивать «природное настроение» окружающей среды перед проектированием.
Дом из бутылки
В MIT испытали ферменную систему перекрытий, напечатанную на 3D-принтере из переработанного пластика. По жёсткости конструкция соответствует строительным нормам США, но заметно дороже деревянных аналогов.
Вакуумный стеклоблок: как сделать фасад теплее и легче
Архитекторам и проектировщикам приходится одновременно обеспечивать соответствие нормативным требованиям по теплозащите, сохранять максимум естественного света в помещениях и вписываться в жёсткие бюджетные рамки. Вакуумный стеклоблок – возможность решить эти задачи. Он имеет исключительные теплотехнические характеристики, оставаясь лёгким светопрозрачным решением.
Тень как соавтор: архитектура света за пределами фасада
Долгое время свет за пределами здания решал одну задачу – подсветить то, что видно лишь днём. Сегодня работа с уличным освещением всё чаще строится по другому принципу: свет не заливает территорию, а выбирает, что показать, а что оставить в тени. Тень становится частью решения, как форма светильника или цветовая температура. На нескольких реализованных проектах, где используется уличное освещение Maytoni, можно увидеть, как по-разному этот принцип работает в исторической среде, в современном ландшафте и в городском общественном пространстве.
Префабрикация плюс ТИМ: новая логистика стройки
Доля префабрицированных зданий в России – всего 6%. При этом производство домокомплектов растёт на 15–20% в год, а ТИМ с 2025 года стал обязательным. Рынок уже созрел для рывка, но настоящая эффективность возникает только в том случае, когда информационная модель становится не просто документом, а производственным заданием для завода.
Сейчас на главной
Об Узбекистане с любовью
Завершившаяся в 2025 году реставрация Национального павильона Узбекистана на ВДНХ порой напоминала детектив, порой – драму. Многие архитектурные детали, казалось, были безвозвратно утрачены, 25-метровая ротонда не сегодня-завтра должна была рухнуть, о нюансах декора приходилось догадываться по секундным кадрам из цветного документального фильма. Но архитектурному бюро «МВ-ПРОЕКТ» удалось распутать клубок проблем и буквально заново собрать один из самых грациозных ансамблей ВДНХ.
Инженеры пухового платка
По проекту бюро KOSMOS достроен пассажирский терминал международного аэропорта «Оренбург». Концепция, вдохновленная красотой и функциональностью пухового платка, воплощена с помощью стальных конструкций, из которых сплетается трехмерная невесомая оболочка, «накинутая» на основной стеклянный объем. Кристаллическая проницаемая структура формирует и внутренние пространства, дополненные теплыми деталями: деревянными креслами, индивидуальными сценариями освещения, лемехом и даже «обоями» в зоне приема багажа.
Золото на зеленом
Бюро Antonio Virga Architecte реконструировало здание медиатеки для коммуны Сен-Манде под Парижем, смело добавив к строгому фасаду элементы из золотистого анодированного алюминия.
Крутятся шестеренки
Детский технопарк в Новом Уренгое включает 11 лабораторий, где изучают космос, робототехнику, биотехнологии и другие актуальные направления. Следуя за функцией, ПИ АРЕНА выбрал форму, которая во многом наследует традициям модернизма: в архитектурном решении можно усмотреть супрематические композиции, интерпретацию «Шестигранника» Ивана Жолтовского и модульность метаболизма.
Маленькая выставка с большим потенциалом
Музей архитектуры начинает коллекционировать современность. Об этом заявляет выставка «Депозитарий современности. Архитектура XXI века – в собрание музея». Сама по себе небольшая, она служит стартом инициативы по отбору и включению в коллекцию ГНИМА графики тех проектов, которые музей и куратор Анна Мартовицкая определят как «синонимы современности». Смотрим выставку, вспоминаем «Строение №», сравниваем, размышляем.
Доступная аренда на острове роскоши
Stefano Boeri Architetti победили в конкурсе на проект комплекса доступного жилья в городе Ивиса на Ибице: их замысел Sa Casa реагирует на местный жилищный кризис, где 4 млн туристов в год вытесняют коренных островитян с рынка аренды.
Общее дело возрождения
С середины сентября до конца октября идет прием заявок на III Национальную премию «Наследие дороже» – 2026, которая присуждается проектам и инициативам, направленным на сохранение и возрождение исторических объектов. Награждаются как бизнес-проекты, так и общественные инициативы.
Первостроителям Петербурга
Инициативный проект Петера Элверума и Ангелины Стукалиной предлагает воссоздать фрагмент природной среды, которую могли видеть строители Петербурга, заставшие у берегов Невы непроходимые леса. Тем самым будут обеспечены мемориальная и общественная функция скверу, на территории которого случайно было обнаружено коллективное захоронение XVIII века. После окончания археологических работ это место превратилось в полузаброшенную транзитную зону.
АРХИWOOD-17: дендрохронология
АРХИWOOD подвел итоги: впервые с 2022 года жюри присудило гран-при, раздав также несколько специальных призов и войдя в резонанс с мнением народа в двух номинациях. Дерево в этом году выступает как материал, соединяющий пространства и эпохи: в списках есть несколько неоклассических утопий, возвращающих идиллию усадебной жизни, строившийся более десяти лет дом-вернакуляр, «Парфенон» с колоннами из сосен и баней-целлой, восставший из пепла феникс, целых две башни-бани. Предлагаем познакомиться со всем списком победителей – уверены, многое вам захочется увидеть собственными глазами!
Спортивный драйв
ONE MORE STUDIO разработало комплексный дизайн нового центра для любителей падела на Ходынском бульваре в Москве, превратив его пространство, посвященное культу здоровья и радости жизни, в место, где можно испытать драйв и удовольствие от игры, а затем отдохнуть в комфортной обстановке.
Подъем с остановками
Башня для наблюдения за перелетными птицами на болотах Чэньху в Ухане задумана шанхайским бюро Xiang Architects как «посредница» между человеком и природой.
Маяк на утесе
Один из кварталов масштабного района «Деснаречье», который возводится в Новой Москве, проектирует архитектурное бюро «Крупный план» (KPLN). Участок имеет свои преимущества и сложности: с одной стороны – близость реки и выразительный ландшафт, с другой – магистраль и перепад высот. Авторы проекта решили подчеркнуть существующую «фактуру» места: на естественной возвышенности разместили доминанту в виде башни-маяка, сделали стилобат продолжением утеса, а в архитектуре секционной застройки отрефлексировали близость реки.
Архитектура геологического формата
«Геологически»-природная форма для крупных комплексов – одна из важных тем нашего времени, она подходит для больших объемов много лучше, чем пилястры и карнизы... Вот и проект с географическим названием «Широта 54», предложенный Раисом Баишевым и архитекторами АБ «Остоженка», «прорастает» в глубь земли сохраняемым оврагом, а вверх пластинами домов, похожих на меловые горы, с пещерами дворов-террас, встроенных в объем. Особенность – много открытых для горожан и жителей общих пространств, задуманное качественное строительство. Большие стекла, даже кондиционирование центральное. Изучаем в контексте.
Новая деревня
Бюро Rhizome представило проект коттеджного поселка, строительство которого запланировано рядом с горнолыжным курортом в Ленинградской области. Вместо расчерченных на сегменты участков архитекторы предложили более естественную среду, напоминающую небольшой северный городок. Чтобы добиться непринужденного разнообразия, авторы разработали несколько типологий домов и вспомогательных объектов, выстроили иерархию приватных и общественных пространств, а также использовали материалы и цвета, характерные для финских мыз и деревень.
Пресса: Вечернее интервью: художник Николай Полисский — о...
Николай Полисский учился в Ленинграде — и там стал частью группы «Митьки». Был живописцем, затем занялся, как многие в девяностые, искусством, близким к концептуальному. Но в 2000 году в калужской деревне Никола-Ленивец, где у него дача, он решил слепить много снеговиков. И с этой работы у Полисского началась совсем другая жизнь.
Между небом и бетоном
Архитекторы Vari создали на трех верхних уровнях общественного центра RICHAUS в Чунцине рекреационное и торговое пространство aa market, организованное как сад на крыше.
Пространство дизайна
В Москве появилось новое постоянно действующее выставочное пространство IDEAL DESIGN SPACE, где дизайнеры, архитекторы, заказчики, поставщики и производители смогут найти все необходимое и даже больше. Главная цель пространства – стать источником вдохновения и местом для профессионального общения.
Зажигать для тебя маяки
В Мурманске завершился фестиваль-практикум «Мурманистика. Города Арктики». Одним из его итогов стали 10 объектов, построенных командами студентов, чтобы активизировать отрезок будущей тропы, которая рассматривается как альтернатива городской набережной. Объекты преимущественно деревянные, одни более функциональные, другие – сугубо художественные, но все отсылают к особенностям городской жизни за полярным кругом. Рассказываем о фестивале и объектах.
Дом длиною в улицу
Проектируя жилой комплекс для Нижнего Новгорода, бюро СИВИЛ столкнулось с непростыми ограничениями участка. Единственно возможную меридиональную посадку дома архитекторы обыграли с помощью ступенчатого плана, который подчеркивают различия в материалах отделки фасадов. Перепад высот и арка, соединяющая две зеленые территории, дополнили композицию и сформировали выразительный силуэт комплекса.
Элемент равновесия
Проект жилого дома по программе реновации от бюро Continuum создает на Лодочной улице ансамбль: вместе с другим новым высотным зданием он фланкирует четырехэтажную постройку сталинской эпохи, выстраивая ритмичную композицию. Пластические и фасадные решения – трехчастное построение, веерное смещение объемов и комплементарная колористика – также родственны соседней башне.
Стальные покрывала для Майами
В Майами началось строительство Sweetbird North – офисного здания по проекту Snøhetta, чей фасад образован как будто наполненной ветром стальной «вуалью». Оболочка, защищая от ураганов и солнца, постоянно меняет свой облик на свету, а за ней прячутся зеленые террасы и офисы.
Искусство полного цикла
Школа требует порядка, регламента и дисциплины, а творчество – свободы, эксперимента и импровизации. В здании Сибирской высшей школы музыкального и театрального искусства в Кемерово бюро «МВ-ПРОЕКТ» попыталось примирить эти противоречия: заключить сложную и изменчивую творческую жизнь в строгую, рационально организованную архитектурную форму.
Бумажные «руины»
В Аптекарском приказе МУАРа открылась первая из трех выставок, представляющих архив оригиналов работ «бумажных архитекторов», переданный Юрием Аввакумовым в дар Музею архитектуры им. Щусева. Представленные работы поражают метафоричностью и глубиной замыслов, виртуозностью исполнения и глубиной пропасти между нашей архитектурной реальностью и миром, в котором они создавались.
Кругосветная петля на Лысой горе
В Самаре подвели итоги XV Международного архитектурного фестиваля имени Виктора Логвинова «ЭкоБерег». Его ключевым событием стало стало награждение победителей Открытого архитектурного конкурса на разработку проекта архитектурно-планировочной организации круглогодичной рекреационной зоны природной территории «Лысая гора» на левом берегу реки Волги. Показываем проекты победителей.
Камень и дерево
Офисное здание в Париже «актуализировано» бюро DTACC architectes с опорой на градостроительную схему Османа и японские традиции деревянной архитектуры.
Прием у залива
На новых намывных территориях Васильевского острова по проекту компании «БалтИнвест-Проект» построена поликлиника. По словам архитекторов, здание наследует традициям ленинградского модернизма, реагирует на близость моря и одновременно мимикрирует под соседние жилые кварталы. Среди которых есть и Golden City, и менее выразительные дома. Получается «средняя температура по больнице» – подход, отвечающий духу всей территории, застроенной без акцентов, силуэтов и иерархии пространств.
Зеркало арены
Трансформация территории у стадиона «Лужники», которая раньше была востребована только в дни спортивных мероприятий, должна привлечь дополнительные 17 миллионов человек в год. На первом этапе преобразований перед ареной появилась площадь с большим плоскостным фонтаном, лежаками и павильонами для ресторанов. Авторы проекта – компания Magly.
Найдется ли 10 отличий?
Рядом с бизнес-центром Тэндзин I в центре Фукуоки построен его «близнец» Тэндзин II: оба проекта выполнены в нью-йоркском филиале OMA под руководством Сёхэя Сигэмацу.
Так можно было?
Как нужно ломать стереотипы? Решительно – да, но совсем не обязательно делать это жестко. Психологически будет намного легче принять нечто радикально новое, если оно будет если не «белым и пушистым», то нежно розовым или солнечно желтым и округлым, как это получилось у бюро MUNO Design в шоуруме бренда Embody. Согласны?