Наложение структур

Подробно рассматриваем претендентов на «Золотое сечение» 2019 года: от метро и реновации до синхрофазатрона и спортклуба ОМОНа.

24 Апреля 2019

Обзор

Архитектура

На открытии Николай Шумаков, ныне президент сразу двух союзов архитекторов: Москвы и России, обмолвился, что в ответственных кругах рассматривают идею превратить конкурс в ежегодный. Хотя и «если хватит сил», так что пока это не обещание, а, надо думать, гипотеза. «Золотое сечение» вручают с 1997 года, всегда через год, чтобы накопился материал, хотя в какой-то момент, около 2007, ввели дополнительную премию и фестиваль «Перспектива», с которым «сечение» чередуется, как Арх Москва со своим NEXTом. Если золотое ушко «сечения» начнут вручать каждый год, это будет революционная реформа, поскольку в целом премия, как и большинство профессиональных наград, консервативна.

zooming — ЖК в Екатеринбурге, T+T architets. Выставка смотра-конкурса «Золотое сечение» 2019

Фотография: Юлия Тарабарина, Архи.ру

Вот и развеска в зале третьего этажа не меняется, заходишь туда как в своего рода знакомый интерфейс, всё как по нотам, ничто не отвлекает от изучения содержимого. К слову об интерфейсах: фестиваль второй год предлагает посетителям мобильное приложение (Android iOS) , в нем не только программа дискуссий и лекций, но и схема зала с местом размещения и количеством работ: реализаций в самой обширной номинации «зданий и сооружений» – 32, проектов в той же номинации 31. Всего участвует 112 работ, это немало, но надо сказать, что два года назад было 138, а четыре года назад 188. Так что все хорошо, на открытии несколько раз прозвучало: проекты хорошие, но пожалуй в такой динамике я бы с двухлетнего ритма на ежегодный не решилась перейти. С другой стороны динамика количественного спада замедлилась. И здесь надо сказать: пусть числом не взяли, зато проекты какие хорошие. Да в общем хорошие проекты. Всего одна затесалась неоманьеристическая вилла, да и то исполненная довольно старательно, всего две-три группы небоскребных призраков, которые в хорошую компьютерную игрушку бы не взяли, да пара парков отдыха с замысловатыми муляжами. Остальные твердо стоят на земле, преданы идеалам современности и хорошего вкуса, ну дальнейшее зависит от выучки, таланта и старания, словом, как всегда.

Безусловная звезда – Клаугу Муйжа Тотана Кузембаева, это определенно был тонко просчитанный выход на сцену, даром что его запрятали в середину зала и разделили на две части, видимо, отмечать будут по частям. Других отзывов, помимо восторженных, я об этом проекте не слышала, что справедливо, чего стоит одна консоль, развесившаяся как диковинный цветок. Подворачивается замечание одного талантливого критика, который больше не пишет: проект нарисовать все могут, а ты поди построй. Здесь построено, и даже об усадьбе издана внушительная, столь же замечательная, книга. Кстати во время открытия фестиваля президент дружественного союза архитекторов Таджикистана Бахром Юсупов сказал со сцены: я смотрел в основном постройки… Так что да, реализации по-прежнему ценятся выше.

Итак, на входе нас встречает стенд с четырьмя постройками: ЖК «Серебряный бор» АБ «Остоженка» с ломаными линиями золотистых фасадов; гостиница Four Points by Sheraton в Краснодаре от АБ ATRIUM, образец сдержанной, скажем так, умеренной и устойчивой, нелинейности. На противоположной стороне того же стенда Edison house Алексея Бавыкина в Электрическом переулке, пример свойственных автору поисков новой образности городского дома в историческом центре. Здания представляют собой довольно-таки любопытную группу: с одной стороны, они – типичные представители породы «зданий», не комплексы, не варианты типовой застройки, а именно дома. С другой стороны – довольно разные в своем жанре и в то же время определенно авторские высказывания. То, на чем всегда специализировалось «Золотое сечение», и чего в последнее время потоков благо- и градоустройства стало немного – а именно, работы архитектора с совершенно определенным, конкретным домом. Может быть поэтому их вынесли вперед, создав при входе некую квитэссенцию премии. Во всяком случае организаторы отрицают, что здесь вывесили претендентов на главную премию. Не знаю, не хотелось бы заранивать пустых надежд, и между тем два года назад ЖК «Литератор», отмеченный гран-при, был выставлен именно на входе.

Еще любопытно различие типологий и историй этих домов: один жилая башня, московский ЖК, другой гостиница и на юге, третий – апартаменты со сложной историй, проект, столкнувшийся с протестами, остановками строительства и трижды переделанный. А четвертый сосед – офис продаж башен «Чкалов» на Курской Амира Идиатулина, здание-преддверие со сложным амплуа, поскольку башни строит SPEECH, на «сечении» не представленный, а офис продаж, как теперь принято, отдали другим авторам, в данном случае IND architects.

Дальше, в основной части экспозиции, начинается настоящая современная московская жизнь, поданная «пластами» – большие проекты. Сначала, опять же по традиции, московское метро. Во-первых, оно активно строится, во-вторых, глава авторского коллектива Метрогипротранса, он же президент двух союзов архитекторов, Николай Шумаков. Показывают линию «Деловой центр» – «Савеловская» – «ЦСКА». Справа кровля над метро Сокольнической линии, Тимура Башкаева. Слева на стене тему поддерживают молодые герои: ARCHSLON и опять же IND architects со станциями «Кленовый бульвар» и «Нагатинский затон», заказчики агентство Центр и Мосинжпроект, заметим, здесь Метрогипротранс уже не участвует. Впрочем приятно видеть спроектированные, а не технические наземные павильоны – ведь в начале работы Сергея Кузнецова даже построили несколько таких по конкурсам, а потом дело как-то заглохло.

Следом за метро предсказуемо же идет московская реновация. Ну то есть не совсем она, хотя если хорошенько поисследовать объекты, оказывается, что многих случаях все же она. Здесь очень помогает карта стартовых объектов от московской мэрии. Процесс довольно трудоемкий, но увлекательный, даже позволяет сделать пару попыток изучения процессов, происходящих в специфической сфере деятельности, которую принято называть «рынком архитектурных услуг», хотя на полноту и точность претендовать не приходится, а все же. К примеру смотрим на два больших дома Моспроекта-4 – даже удивительно вспоминать, что когда-то этот институт специализировался на музеях, театрах и стадионах. Руководитель коллективов Вадим Греков, глава арт-группы «Камень». Заказчик – АО Управление экспериментальной застройки микрорайонов, ранее, с 1990-х занятое, в том числе, и реконструкцией пятиэтажек, еще «старой» программой. Дом на Аминьевском шоссе, 16 этажей – стартовый, хотя на стенде об этом ни слова, все про «помещения БКФН», «пандусы для МГН», да «дренаж для отвода конденсата», язык сломаешь. И две пестро-разноцветные башни по 18 этажей на углу улицы Дмитрия Ульянова и Севастопольского проспекта тоже находятся на карте стартовых. Интересно, почему об этом не сказано? На стенде читаем: «варианты решений муниципального жилья в условиях ограниченного бюджета при максимально эффективных планировках». Дом на улице академика Илюшина, 12 этажей, рядом с Аэробусом Владимира Плоткина, но вовсе не такой собранный с геометрическом и композиционном плане – не значится среди стартовых, но на риелторских сайтах помечено «не продается», а в форумах горожане делают предположения – наверное, переселенческий. Словом, пройдясь по объектам с интернетом в руках, думаю, можно обнаружить немало интересного.

Чуть поодаль на стене среди проектов четыре дома того же Моспроекта-4, заказчик не указан, но зато уже сказано, что они предназначены для переселения. Высота 24 этажа, дома похожие, в плане ромбовидные со скругленными углами. А стоят они по улицам Онежской и Флотской, в кварталах Головинского района – пилотной площадки, конкурс на которую выиграло бюро Асадова. Сколько ни всматривалась в проект, там есть высокие башни и даже по 24 этажа, но ничего похожего не нашла. Что-то мне подсказывает, что что-то тут не так. Если архитекторы выиграли конкурс на территорию, вроде бы на ней не должно быть стартовых башен другого бюро? Или вот ЖК «Береговой», который здесь тоже выступает от коллектива Моспроекта-4, некоторое время назад позиционировался как связанный с работой целой группы архитекторов из разных бюро. И что характерно, здесь тоже обнаруживаются стартовые дома реновации, целых три адреса. Впрочем, чур, чур меня, тема запутанная и не очень, признаться, прозрачная. Скажу только что предложение Моспроекта-4 для Серебрянической набережной вместо проекта «Антики плюс», которое рассматривали на архсовете 2015 года и которое до сих пор видим на официальном сайте комплекса – интереснее, хотя золотых срезов в нем, может, и многовато, но зато как распилено, очень любопытно. Этот дом, ЖК «Титул», конечно, вовсе не стартовый, а очень даже престижный, и такие попадаются.

Тема реновации, что радует, представлена на смотре со всех сторон: в глубине зала среди проектов – опальные предложения по реконструкции без сноса, созданные Алексеем Кротовым по заказу компании «Городская реконструкция пятиэтажек» (на стенде опечатка – написано «государственная»). Почему опальные? Да потому, что Валерия Чернышова, гендиректора компании ГРП, чьи предложения неплохо прозвучали в начале новой истории московской реновации, в декабре арестовали (см. подробнее «Новые известия» и «Новая газета». Других новостей пока нет). Между тем предложенный метод – расширение дома без отселения – недавно, в исполнении Lacaton & Vassal, получил главную европейскую премию Миса ван дер Роэ. Что тут скажешь: один и тот же метод здесь гонят силами правоохранительных органов – для того, чтобы убедиться в этом, ну или занять противоположную позицию, достаточно прочесть приведенные выше статьи – в Европе же награждают и продвигают. С чем останемся в результате, несложно догадаться. У кого «конец неопределенности» (см. начало нашей статьи про премию), а у кого только начало. Алексея Кротова стоило бы отметить за одну только инициативу. Хотя, положа руку на сердце, с формообразованием, чтобы дотянуть до Лакатон/Вассаля, стоило бы еще поработать. Но не в таких же, под СК, условиях, – скажете вы. И будете неправы. Как говорили Стругацкие, если ты под давлением, надо именно работать.

Кстати, о правоохранительных. Их здания бросаются в глаза. Первое общественно-спортивный центр ОМОНа в Строгино от МАХПИ Полянского – режет без ножа игривой красно-синей, наверное в цветах флага, деконструкцией. Здание как будто встало в боевую позу каратэ. Напоминает опыты нижегородской школы и Александра Асадова 1990-х, но только отчасти. Казалось бы, так уже не строят, а вот ведь. Второе – отдел полиции (что характерно, на стенде оба слова написаны с большой буквы, ку) в Коммунарке от «Точки сборки». Большое, и, в отличие от предыдущего, по-своему модное, даже может быть решенное в стиле Владимира Плоткина, который построил тамошнюю мэрию. И тоже не совсем то. С одной стороны, фасады вьются и круглятся, форма современная и даже за белыми ламелями проглядывает стекло – хочется увидеть тут символику прозрачности власти, как в новых постройках Тбилиси. С другой стороны – господа, ну что ж вы так нечувствительны к метафорам – белые ламели так часто поставлены, что напрашивается простецкое «друзья в полосочку» и лермонтовское сами знаете что. Словом, используя форму, думайте же наконец о содержании. И о сходстве с ТРЦ «Хорошо!» от IQ Studio Эрика Валеева.

Между тем вернемся к жилью. Большими проектами представлено бюро «Крупный план» Сергея Никешина, взять хотя бы дом-змею с арками в Московской области, хотя судя по тому, что отсутствует заказчик и дата, на стройку рассчитывать на приходится. А вот их же ЖК New Time в Петербурге, где пока еще нет реновации, немного пугает, особенно сверху, поскольку «два типа домов», выстроенных «в стохастической логике», похожи на костяшки домино или пятнашки, все как-то одного роста, хотя и видно, что над фасадами много и старательно работали. Вообще говоря, неудивительно, что Бахром Юсупов, говоря о проектах «сечения», немного запутался – конкурс все же московский или российский? Тогда почему не так много других городов? Или все же много? Спешу напомнить: конкурс московский, но рассматривает работы московских архитекторов в других городах и странах тоже.

Поэтому бюро «Архиматика», начавшее работать в Киеве, но теперь открывшее офисы в Москве и Нью-Йорке, показывает здесь, скажем, проект для Екатеринбурга. Московские T+T architects выставляют IT-кластер для того же Екатеринбурга, победитель конкурса, как и проект парка Будущих поколений в Якутске от архитекторов ATRIUM. Оба, возможно, будут построены, и достаточно скоро. Вообще экспансия московских архитекторов по стране ощутима и выглядит довольно убедительной. В отличие от, простите меня, экспансии в Дубай. Какой-то там, что ли, воздух не всегда тот, во всяком случае, получается не всегда. Хотя ажурная мечеть от двух очаровательных девушек не в платках – не верится в нее, но любопытен факт. Хочется, впрочем, пристроить ее в компьютерную игрушку.

А Москва представлена не целиком: свой построенный дом-лот ЗилАрта показал только «Мезонпроект». Нет и многих других московских проектов, а может, зря, картина получается немного скачкообразная, но это беда многих премий, на них ведь надо еще и подать проект, взвесив «за» и «против». А вдруг не присудят ничего и будет обидно? Но большие-московские дома присутствуют, в частности «А-Проект.К», архитектурное бюро компании КРОСТ, выступает с двумя: Голландским домом Поля де Врума в Хорошево, и ЖК «Невский» на улице Академика Макарова с элементами позднего голландского же маньеризма, с рельефами в виде морских коньков и звезд.

Стоит обратить внимание на проект 13 мастерской Моспроекта-2, хорошо известной как мастерская Владимира Либсона, – восстановления ГЭС-1 на Раушской набережной. И их же, совместный с мастерской №1 того же Моспроекта-2, проект реставрации и приспособления подковообразного мельниковского гаража на Новорязанской улице. Оба здания знаковые, и мастерская с хорошей репутацией, стоит, возможно, ждать позитивных новостей. Почему-то эти две реставрации/реконструкции затесались в здания и сооружения. Про реставрацию церкви Людовика на Лубянке сложно что-либо сказать по планшету, но хорошо уже, что ее отреставрировали (авторы Ракурс-проект).

Общественное сооружение нашлось одно – костровая в Артеке, зато от Дмитрия Буша, ПИ «Арена». Не знаю, заменит ли концертно-эстрадный комплекс лесной костер, но продуваться с моря будет отличным образом из-за арок в мембране, и еще он напоминает смотрящий в море античный амфитеатр, выстроенный по всем правилам.

Отмечу реализацию «Крупного плана», и даже не жилье, а научно-производственный комплекс по производству электроники на Нагорной улице – отличнейшая консоль на «ногах» и кирпичный рельеф. Может быть, форма жестоковата, а волны отчетливо напоминают Novatek на Ленинском проспекте, а все же взгляд притягивает. И проект «АрхКвартала» на Таганке, не слишком большой жилой комплекс на крутом склоне, включающий исторический дом с открытым кирпичным фасадом. Пестроватый, но неплохой и как будто немного из прошлого. Или вот подмосковный проект спорткомплекса «Миллениум спорт» архитекторов бюро «Четвертое измерение», с консолью на большой наклонной ноге.

Жанр виллы стоит особняком и во многих случаях демонстрирует высокую степень отточенности, это вам не дома эконом-класса, которые у нас никак не вырвутся из панельного плена. Жанру, пожалуй, 30 лет взлетов и падений. Борис Уборевич-Боровский экспериментирует с лаконичной таинственностью молочного стекла, АБ ARCHSLON щеголяет отточенным черным минимализмом, Роман Леонидов салютует хайтековскими консолями Тотану Кузембаеву. Почему-то только в жанре малой формы выступило бюро ASADOV.

В не вполне правильном положении на смотре оказался реализованный проект АБ «Остоженка» в Красково – единственная реализация в номинации «градостроительный комплекс», как бы безальтернативный, – но ведь продуманный и интересный в своем жанре, выстраивающий вокруг себя и внутри новое городское пространство, один из ответов бюро на задачу пластически освоить тему масштабной жилой застройки, раз уж в таком городе, как Москва, без нее никуда не деться.

Заслуживает внимания проект ревитализации Морозовских фабрик на улице Ленина (84, 86, 99, 103) в Орехово-Зуево от Влада Кунина. Проект пестрит схемами, задача – редевелопмент центральной части города и повышение его «социально-экономической устойчивости». Два музея, деловой центр на 900 рабочих мест, просветительский центр, гостиница.

Проекты в номинации градостроительных комплексов достаточно многочисленны и среди них встречаются, помимо упомянутых выше, сюжеты из разряда тех, о которых стоит знать, что «оно строится» или хотя бы проектируется. Например, «архитектурно-планировочные решения» кампуса университета технологий, механики и оптики к югу от Петербурга (РТДА Марины Лепешкиной и Дины Дридзе + Allies and Morrison LLP). Или из другой оперы: парк «Хрустальный» и музейный центр в Севастополе – Гипрогор. Или опять из другой: синхрофазотрон в Протвино, 135 000 м², по заказу Курчатовского института. Эскизный проект. Автор Мария Елизарова при участии Натальи Сырбу. Чудны дела твои, Господи, почему мне кажется, что синхрофазатрон должны проектировать человек 10-15? Надо думать, предубеждение. Сам по себе факт его проектирования любопытен, хотя дата строительства неизвестна, проект эскизный. Но заказчик ведь есть.

Проекты детских садов, в меньшей степени школ – просто отдельная тема. Мало того, что каждый, пожалуй, шестой или седьмой проект в рассылке Москомархитектуры сейчас – детский сад. Не все они прекрасны, но наконец-то детей будет куда деть. От детских садов предсказуемо рябит. Детсад от T-Construcion – в виде игрушечного Гданьска в центре двора, окруженного панельными гигантами, вышибает слезу об утраченных надеждах российской урбанистики, так этот сад-игрушка сиротлив среди домов, как пресловутый ребенок на велосипеде перед омоновцами. Всё как будто кричит – мы хотим жить так, но нам дают только поиграться в детском саду, а потом – добро пожаловать во взрослый мир, детка.

Огромный объем планшетов и единиц проектирования занимает ППФ «Проект Реализация» Ольги Бумагиной. Только эти архитекторы привезли еще и макеты, сгруппированные, видимо, как неформат, в углу при сцене.

И да. Петр Виноградов, человек крайне упрямый, строит свои ПРОМ.дома в Зарайске, на улице Коммунаров, 29/20. И как ему удалось еще найти такую подходящую улицу. Обещает построить прямо в 2019 году.

Резюмировать весь этот объем разнонаправленных тем довольно сложно. Строительная и проектная активность, что бы там ни говорили о кризисе, налицо. Между собой пересекаются государственные и столичные программы, масштабные настолько, что хочется забиться от них в какой-нибудь угол и пересидеть. Но живы альтернативные проекты и просто-проекты, не ангажированные властью, хотя возможно намечается тенденция их обратного измельчания, ухода в частный заказ, в виллы из многоквартирных домов, в реконструкции и в другие города. Куда бежали русские люди? За Урал, в Сибирь. Как бы не сбежала туда московская архитектура. Хотя куда она, конечно, денется, вся не убежит. Мы, конечно, наблюдаем, скажем так, «определенные изменения в структуре архитектурного рынка» (прямо и говорить боюсь), и даже выставка их отражает, но очевидно, что на конкурс подано не всё, картина не полная в отличие от ранних лет премии, охватывавших почти все интересное в Москве. По-прежнему довольно много отказников – тех, кто не выставился потому что «не имеет смысла».

Но нет оснований утверждать, скажем, что основные московские – или молодые московские – архитекторы все реализуются только в других городах; или только с эскизных концепциях. Это будет правда, но не вся. Скорее на смотре-конкурсе мы наблюдаем своего рода «наложение структур», по-прежнему живую многовариантность. Другое дело что одни варианты еле теплятся, а другие разрастаются по разным причинам. И все же все работают, уж очень большой конгломерат эта Москва. В одночасье не упростишь.

Награды «Золотого сечения» объявят в четверг, 25 апреля, вечером.

24 Апреля 2019

Похожие статьи