Евгений Асс: «Мы должны пересмотреть весь процесс принятия градостроительных решений»

Накануне V юбилейной премии Архсовета Москвы ректор архитектурной школы МАРШ Евгений Асс рассказал о главных событиях уходящего года.

Беседовала:
Оксана Надыкто

13 Декабря 2017
mainImg
– Евгений, каковы, на ваш взгляд, главные события архитектурной Москвы? Что случилось в этом году, что повлиять может на развитие отрасли?

– Я не буду оригинальным, если скажу, что ключевым словом года стало слово «реновация». Очевидно, что этот опыт, который сейчас осваивает Москва, повлияет на всю политику внутри столицы и за ее пределами. Мне кажется, что главный опыт, который возник в результате этого проекта в течение 2017 года – это опыт неспособности и неготовности власти и общества к диалогу. И это – главный урок реновации, пока, на мой взгляд, так и не разрешенный.

Необходимы какие-то серьезные усилия для преодоления этой проблемы, которые должны предпринять как представители исполнительной власти, так и архитекторы, которые так или иначе включены в процесс. Мы должны пересмотреть весь процесс принятия градостроительных решений, найти более эффективные каналы взаимосвязи с горожанами, чем, например, «Активный гражданин» и ему подобные. Опыт второпях решить проблему диалога – так, как это было сделано – мне кажется неудовлетворительным.

– Но ведь в конце года были проведены открытые презентации проектов реновации для горожан. Не является ли это формой диалога? Или это, на ваш взгляд, не может скомпенсировать первые заявления и шаги по данной программе, когда жителей Москвы поставили перед фактом?

– Мне кажется, что важнее не догонять камень, катящийся с горы, а предотвратить его падение. То легкомыслие, с которым было объявлено о программе реновации в начале года, мне кажется, сейчас невозможно компенсировать частными разговорами. Тем более, как мне кажется, мало кто из горожан понимает результаты программы. Для этого требуется совсем другая технология взаимодействия, предполагающая не демонстрацию проектов, а медленную, долгую, мучительную процедуру нахождения взаимоприемлемых компромиссов между интересами городской власти, горожан и архитектурного сообщества.

Второе событие, тоже очень поучительное, и вызывающее самые бурные обсуждения – это «Зарядье». Мне кажется, что этот проект – симптоматическое событие, которое мы еще будем долго обсуждать и анализировать: что случилось и что произошло, в чем высший смысл этого предприятия.

– Если мы в разговоре начали «измерять» значимость архитектурных событий года по такому параметру, как наличие или отсутствие в нем общественного диалога, то как обстоит с ним дело, на ваш взгляд, в «Зарядье»?

– Сейчас мы видим «диалог», который демонстрируют горожане – «ногами». Люди посещают парк, показывая свой интерес к этому событию. Что совершенно не означает, что «Зарядье» – безусловная победа. Меня в этой конфигурации интересует, с одной стороны, вопрос принятия решения, с другой стороны – смыслов, заложенных в этот проект в контексте развития московского центра и социальной истории города. Пять лет назад, когда был объявлен конкурс на парк «Зарядье», мы в одной из наших студий в школе МАРШ сделали дипломный проект под названием «Перезарядье». Тогда мы пытались осмыслить роль этого места в пространстве Москвы. В процессе работы возникло естественное желание сделать район Зарядья полноценной частью живого городского организма.

– Что же, с вашей точки зрения, должно было быть на этом месте?

– Мы предполагали там полноценную городскую застройку: жилье, общественные здания, активную городскую жизнь – рестораны, кафе, образовательные учреждения. Наш проект представлял собой квартальную структуру, но не буквально воспроизводящую историческую, а с учетом новых реалий. В том числе, в нашем проекте была одна из идей, которая осуществилась в «Зарядье» – прокол под набережной с выходом непосредственно на отметку у воды.

Одним из смыслов нашего «маршевского» эксперимента заключался в желании десакрализовать центр Москвы, освободить его от излишних символических смыслов, которыми он и так перегружен. Сейчас парк «Зарядье» невольно становится еще одним символическим пространством в одном ряду с Красной площадью, Кремлем. С одной стороны, то, что сейчас на этом месте появляются общественные пространства – парк, концертный зал – все это хорошо. С другой стороны, мне там не хватает повседневной естественной жизни. Эта территория остается неким аттракционом, скорее для внешней публики, чем для повседневного использования москвичей. Туда не придешь просто так гулять. Сакральность места также не исчезла. Все-таки парк «Зарядье» в его нынешней концепции – это такая модель России, там заложены дополнительные символические нагрузки.

– Какой опыт для понимания и развития архитектурно-градостроительной отрасли можно извлечь из «Зарядья»? Это – победа или ошибка 2017 года?

– Мне кажется, что вы предлагаете не совсем архитектурные категории. Победой будет, если через 200 лет проект будет упомянут в учебниках архитектуры, но мы об этом явно не узнаем. Что касается ошибок, то они бывают разного свойства. Бывают ошибки, которые приводят к обрушению здания. А бывают ошибки на стадии приятия решения. В случае с «Зарядьем», возможно, имело место второе.

Я высоко ценю сам проект. Мне кажется, что и работа ландшафтных дизайнеров, и многие архитектурные идеи, которые там осуществлены, заслуживают всяческих комплиментов. Наверное, я бы мог в дискуссии высказать некоторые замечания авторам, но в целом все сделано в высшей степени профессионально. Ясно, что это – событие. Но с точки зрения градостроительной и социальной политики, мне кажется, данная территория должна была обсуждаться и застраиваться иначе. Я прекрасно понимаю, что, говоря это, я вызываю на себя огонь критики, потому что очень много возникло бы проблем по реализации той самой нашей идеи застройки этого участка как рядового городского пространства.

– Судя по контексту нашего разговора, то, как именно принимаются решения, и то, как выстраивается диалог в архитектурно-градостроительной политике Москвы – одно из важных, если не событий, то явлений года. Как, с вашей точки зрения, устроен этот механизм? Что теряется при его использовании? Какова идеальная управленческая модель?

– Я не готов обсуждать и строить идеальные модели. Тем более, что существуют отработанные механизмы управления, в основе которых – городская демократия. Но для этого необходимо очень развитое гражданское общество, в котором имеет место осознание горожанами своей ответственности, и нет того, что утвердилось за много лет существования советской власти. А именно – отношение к горожанам, как к маленьким детям, которым власть делает какие-то приятные подарки. Такой тип отношения к жителям, на мой взгляд, должен исчезнуть. А исчезает он по мере того, как «дети» взрослеют, становятся ответственными, понимают, чего они хотят, а если не понимают деталей, то обращаются к экспертам. Эксперты, в свою очередь, включаются в деятельность гражданских сообществ. Возникает встречная экспертиза со стороны власти и гражданского сообщества – и где-то на пересечении возникают и принимаются непростые, но эффективные решения. Так это должно, на мой взгляд, работать.

Конечно, у нас есть механизм публичных слушаний – довольно рискованная и не всегда целесообразная и эффективная форма взаимодействия. Потому что на слушания довольно часто приходят люди не просто неграмотные в обсуждаемой сфере, но просто психически не вполне адекватные. И там творится бог знает что! Со стороны все выглядит как демократическая процедура. Но на самом деле от этого нет ни радости, ни пользы. И уговорить внутри подобных процедур друг друга почти невозможно. Там механизма для компромисса практически не возникает.

– А какова альтернатива?

 – Альтернатива – это трудоемкое выстраивание сложного взаимоотношения между активистами гражданского общества и власти, создание локальных сообществ, заинтересованных и ответственно понимающих, что нужно делать. Это – очень долгий процесс, но который, мне кажется, обязательно нужен.

Что касается нынешнего механизма принятия решения, то они принимаются сегодня достаточно волюнтаристски. Мне кажется, что экспертных консультаций явно недостаточно при их принятии. Более того, можно сказать, что во многом архитектурно-градостроительную политику принимает и реализует градостроительно-земельная комиссия, которая выпускает ГПЗУ, которые часто не подтверждаются никакими экспертными оценками. Когда мы сидим в Архсовете и возникает вопрос: «А зачем здесь нужны 40 тысяч м² торговых площадей?», то никто не может ответить на этот вопрос. Потому что ГПЗУ уже выдано. А потом выясняется, что туда нельзя подъехать, и вообще нет спроса на такой объем площадей. Вот, собственно говоря, один из типичных примеров сбоев в механизме принятия решения…

– Перейдем от итогов архитектурной Москвы к итогам архитектурной школы. Какие главные события произошли в МАРШе в этом году?

 – В 2017 году нам исполнилось пять лет, что немало. Это важный для нас рубеж, потому что в год пятилетия мы впервые набрали полный комплект студентов – собрали все курсы с первого по пятый. Теперь школа вышла (как это говорили раньше в советских отчетах) на проектную мощность. Мы научились «ходить», рассуждать, у нас сформировалось свое мнение. Первые пять лет были очень важны для нашего становления. Нам многое стало понятнее.

Например, мы смогли понять, как комплектовать преподавательский состав, как строить наши программы для курсов каждого года обучения. Мы смогли сформулировать основные образовательные концепции. Начиная МАРШ, мы понимали, в какую «воду» мы заходим, но до конца не могли это оценить. Конечно, сейчас мы по-прежнему продолжаем наши поиски, но что-то стало для нас более очевидно.

В целом, мы очень довольны, как разворачивается наша деятельность. У нас очень интересные студенты, особенно младшие курсы. Мы сформировали преподавательский коллектив для первых трех лет обучения практически полностью из наших выпускников. Мне кажется, что это очень важно. Во-первых, возникает традиция, некая преемственность, во-вторых, новые преподаватели – молодые, энергичные, относятся к делу с энтузиазмом и огромным драйвом и передают его студентам. По возрасту они почти сверстники, это обеспечивает некое совместное бурление, что, как мне кажется, очень важно для образовательного процесса: студенты ощущают себя внутри «котла», где варятся большие идеи.

Сейчас для нас начинается совершенно новый этап, потому что впервые, начиная со следующего года, магистратура будет формироваться из наших выпускников. До сих пор мы набирали в магистратуру студентов, закончивших бакалавриат в других вузах. И часто это было очень болезненно. Приходилось первый год тратить на «детоксикацию». Только ко второму году магистры освобождались от всех «ядов», которыми напитались и могли перейти к другому типу понимания архитектуры, который мы пытаемся внедрить в нашей школе. Подготовка к новому типу магистратуры в МАРШе требует от нас очень большого напряжения, потому что мы должны фактически переформатировать курс магистратуры, который теперь будет в значительной степени рассчитан на наших бакалавров.

Укомплектовавшись по всем курсам, мы можем с уверенностью говорить, что не будем расти вширь – то есть мы сохраним имеющуюся численность. Сейчас у нас порядка 150 студентов на всех курсах. Еще одна новость 2017 года – мы открыли подготовительное отделение, которое оказалось очень востребованно у абитуриентов. Соответственно, с учетом этого отделения, общая численность учащихся составляет порядка 200 человек. Добавим сюда слушателей временных курсов («Цифровое проектирование», «Световой дизайн» и пр.) и получится, что одновременно в ареале МАРШа циркулирует около 250 человек.

– Евгений, в 2017 году появились ли какие-то новые имена на архитектурной сцене?

– Могу ответить на ваш вопрос, рассказав о новых именах, которые появились в МАРШе. В этом году мы впервые стали приглашать на преподавание в магистратуре младшее поколение московских архитекторов. Раньше наш лонг-лист приглашенных на роли ведущих студий состоял из знаменитостей. У нас преподавали практически все ведущие московские архитекторы: Сергей Скуратов, Сергей Чобан, Владимир Плоткин, Александр Цимайло и Николай Ляшенко, BuroMoscow – всех и не перечислишь. В этом году мы впервые начали набирать из молодежи – из тех, кто интересно себя проявил в последние годы. Сейчас у нас одну студию в магистратуре ведет бюро «Практика» – Григорий Гурьянов и Денис Чистов, вторую – Александр Купцов и Сергей Гикало.

На будущий семестр мы приглашаем молодую команду FAS (t), которую возглавляют Александр Рябский и Ксения Харитонова. В следующем году мы намерены пригласить ребят из Citizenstudio, которые победили в Российской молодежной архитектурной биеннале. Мне кажется, что сегодня именно эти молодые люди обещают какое-то интересное будущее московской архитектуре. Мы хотим, не обижая «стариков», привлечь к преподаванию людей с молодежным энтузиазмом. При всем уважении к моим сверстникам и коллегам, мне понятно, как именно будет развиваться студия, в которой они будут преподавать. А вот с молодыми ребятами это совершенно не понятно, и мне это очень интересно.
***

Вручение юбилейной премии Архсовета Москвы состоится 20 декабря 2017 года в «Доме на Брестской» (ГБУ «Мосстройинформ, 2-ая Брестская, д.6). За победу будут бороться лучшие проекты, получившие утвержденное архитектурно-градостроительное разрешение (АГР) в 2017 году. Отбор традиционно проводится в 6 номинациях: жилой дом эконом-класса; жилой дом повышенной комфортности; объект образования и медицины; объект общественного назначения; объект офисного и административного назначения; объект торгово-бытового назначения. В состав жюри под руководством главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова входят члены Архсовета, ведущие архитекторы столицы, руководители крупнейших проектных бюро и иностранные эксперты.
Евгений Асс. Фотография предоставлена пресс-службой архитектурной школы МАРШ

13 Декабря 2017

Беседовала:

Оксана Надыкто
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
ADM 2006–2021
В новой книге-портфолио ADM architects, посвященной 15-летию бюро, 37 проектов, все реализованные или строящиеся. Публикуем интервью с главой бюро Андреем Романовым и сообщаем, что теперь книгу можно купить на ozon.
Видео-разговор об архитектурной атмосфере
В первые дни января 2021 года Елизавета Эбнер запустила @archmosphere.press – проект об архитектуре в Instagram, где она и другие архитекторы рассказывают в видео не длинней 1 минуты об 1 здании в своем городе, в том числе о своих собственных проектах. Мы поговорили с Елизаветой о ее замысле и о достоинствах видео для рассказа об архитектуре.
Сергей Чобан: «Я считаю очень важным сохранение города...
Задуманный нами разговор с Сергеем Чобаном о высотном строительстве превратился, процентов на 70, в рассуждение о способах регенерации исторического города и о роли городской ткани как самой объективной летописи. А в отношении башен, визуально проявляющих социальные контрасты и создающих много мусора, если их сносить, – о регламентации. Разговор проходил за день до объявления о проекте «Лахта-2», так что данная новость здесь не комментируется.
Энди Сноу: «Моя цель – соединить в архитектуре рациональное...
Английский архитектор Энди Сноу стал главным архитектором проектной компании GENPRO. Постройки Энди Сноу в Великобритании, выполненные в составе известных бюро, отмечены международными наградами. В России архитектор принимал участие в проектировании БЦ «Фабрика Станиславского», ЖК iLove и БЦ AFI2B на 2-й Брестской. Энди Сноу сравнил строительную ситуацию в России и Великобритании и поделился своим видением архитектурных перспектив России.
Бюро Никола-Ленивец: «Мы не решаем проблемы, а раскрываем...
Иван Полисский и Юлия Бычкова, управляющие партнеры Бюро Никола-Ленивец – о том, какие проблемы решает социокультурное проектирование, как развивать территории с помощью искусства и почему нельзя в каждом регионе создать свой Никола-Ленивец.
Сергей Скуратов: «Небоскреб это баланс технологий,...
В марте две башни Capital towers достроили до 300-метровой отметки. Говорим с автором самых эффектных небоскребов Москвы: о высотах и пропорциях, технологиях и экономике, лаконизме и красоте супертонких домов, и о самом смелом предложении недавних лет – башне в честь Ле Корбюзье над Центросоюзом.
«Коралловый цветок»
Foster + Partners и девелопер TRSDC разрабатывают масштабный курортный проект на побережье Красного моря в Саудовской Аравии. Об одном из его составляющих, комплексе Coral Bloom, нам рассказали Джерард Эвенден из Foster + Partners и генеральный директор TRSDC Джон Пагано.
Архитектура без истории и без теории?
На днях стало известно о планах радикальной реогранизации НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства (НИИТИАГ) – единственного исследовательского института страны с таким профилем. Сотрудников, по слухам, планируют сократить в 7-8 раз. Мы поговорили с Дмитрием Швидковским, Андреем Боковым, Елизаветой Лихачевой, Андреем Баталовым – о том, чем ценен Институт и почему его все же надо сохранить.
Двадцатый год, нелегкий: что говорят архитекторы
Тридцать архитекторов – о прошедшем 2020 годе, перипетиях, плюсах и минусах «удаленки», новых проектах, постройках и других профессиональных событиях, выставках и результатах конкурсов. Также говорим о перспективах закона об архитектурной деятельности.
Григориос Гавалидис: «Запрос на качественную архитектуру...
Бюро, которое очень быстро, за 5-6 лет, выросло от 3 до 50 архитекторов и теперь работает с крупными ЖК и значительными мастер-планами «городов-спутников» Подмосковья. Основано греком из города Салоники. Григориос Гавалидис считает скучной работу с частными домами на островах, говорит по-русски как москвич и мечтает сделать московскую городскую среду комфортной, разнообразной и безопасной – как в Греции.
Владимир Григорьев: «Панельная застройка везде одинакова,...
В Санкт-Петербурге стартовал открытый конкурс «Ресурс периферии», участникам которого предлагается разработать концепцию повышения качества среды жилых кварталов 1970-1990-х годов. Выясняем подробности у главного архитектора города.
Андрей Асадов: «На концептуальном этапе надо сразу...
Исследуем главный витраж саратовского аэропорта «Гагарин», составленный из стеклопакетов, наклоненных под углом и образующих «воронку» над входом. Обсуждаем особенности витражных конструкций, а также поиск технологии, которая позволит реализовать красивое архитектурное решение, не пожертвовав надежностью и стоимостью объекта.
Виталий Лутц: «Работа над ЗИЛом была очень интересна...
Недавно Архсовет в неформальном режиме обсудил мастер-план территории ЗИЛ-Юг, разработанный на основе ППТ Института Генплана, утвержденного в 2016 году. Об истории и особенностях проектов 2011-2017 рассказывает их непосредственный участник и руководитель.
Архитектор в девелопменте
Девелоперские компании берут в команду архитекторов, а порой создают целые архитектурные подразделения внутри своей структуры: о роли, значении, возможностях архитектора в сфере девелопмента Архи.ру и Институт «Стрелка», изучающий эту непростую тему в течение года, поговорили с архитекторами, которые работают в девелопменте, и другими специалистами.
Новый опыт: истории четырех бюро
Беседуем с архитекторами, которые долгое время были заняты в сфере дизайна интерьеров, индивидуального жилого строительства и инсталляций, но недавно реализовали свой первый крупный объект: Faber Group с вокзалом в Иваново, Павел Стефанов и Ольга Яковлева с крематорием в Воронеже, Архатака с ТЦ Галерея SM в Петербурге и Хора с реконструкцией Национальной библиотеки Татарстана.
Москомархитектура: итоги года. Часть I
Шесть коротких интервью: с Никитой Токаревым, Кириллом Теслером, Сергеем Георгиевским, Николаем Переслегиным, Филиппом Якубчуком и основателями бюро ARCHSLON Татьяной Осецкой и Александром Саловым.
Амир Идиатулин: «Главное – объект должен быть тебе...
IND architects стали ньюсмейкерами завершающегося года: выиграли два иностранных конкурса, поучаствовали в трех международных консорциумах, завершили реконструкцию здания первого детского хосписа в Москве для фонда Нюты Федермессер. Основатель и руководитель бюро Амир Идиатулин – об основных принципах работы: самым важным архитекторы считают увлеченность темой, стремятся к универсальности, с жюри и заказчиками не заигрывают, стоимость работы рассчитывают по человеко-часам.
Юлий Борисов: «Мы должны быть гибкими, но не терять...
Особенность развития архитектурной компании UNK project – в постоянном поэтапном росте и спланированном изменении структуры. Это тяжело, но эффективно. Юлий Борисов рассказал нам о недавней трансформации компании, о ее сформулированных ценностях и миссии, а также – о пользе ТРИЗ для конкурсной практики, личностном росте и сложностях роста бюро, параллелизме рационального расчета и иррационального творчества, упорстве и осознанности.
ATRIUM: «Один довольный заказчик должен приносить тебе...
Вера Бутко и Антон Надточий, известные 20 лет назад смелыми проектами интерьеров и частных домов, сейчас строят большие жилые районы в Москве, участвуют в конкурсах наравне с западными «звездами», активно работают со значительными проектами не только в России, но и на постсоветском пространстве. Мы поговорили с архитекторами об их творческом пути, его этапах и истории успеха.
Константин Акатов: «Обновленная территория – увлекательное...
Интервью с победителем международного конкурса на мастер-план долины реки Степной Зай в Альметьевске, руководителем проекта, заместителем генерального директора «Обермайер Консульт» Константином Акатовым.
Сергей Труханов: «Главное – найти решение, как реализовать...
Как изменятся наши рабочие пространства? Можно ли подготовить свои офисы к подобным ситуациям в будущем? Что для современных офисов актуально в целом? Как работать с международными компаниями и какую архитектурную типологию нам всем еще только предстоит для себя открыть?
Пресса: «Крайне важно, чтобы шедевры архитектурной мысли...
Так полагает Вадим Греков, исполнительный директор «Моспроекта-4». Накануне V Юбилейной Премии Архсовета Москвы он поделился своей оценкой главных событий 2017 года, рассказал о возможностях и рисках программы реновации, а также диагностировал появление в отрасли здравого архитектурного смысла.
Технологии и материалы
Чувство города
Бизнес-парк «Ростех-Сити» построен на Северо-Западе Москвы. Разновысотная застройка, облицованная затейливой клинкерной плиткой разнообразных миксов Hagemeister, придаёт архитектурному ансамблю гуманный масштаб традиционного города.
Великолепный дизайн каждой детали – Graphisoft выпускает...
Обновления версии отвечают пожеланиям пользователей и обеспечивают значительные улучшения при проектировании, визуализации, создании документации и совместной работе в Archicad, BIMx и BIMcloud, что делает Archicad 25 версией, как никогда прежде ориентированной на пользователя
Стильная сантехника для новой жизни шедевра русского...
Реставрация памятника авангарда – ответственная и трудоемкая задача. Однако не меньший вызов представляет необходимость приспособить экспериментальный жилой дом конца 1920-х годов к современному использованию, сочетая актуальные требования к качеству жизни с лаконичной эстетикой раннего модернизма. В этом авторам проекта реставрации помогла сантехника немецкого бренда Duravit.
Кирпич Terca из Эстонии – доступная европейская эстетика
Эстонский кирпич соединяет в себе местные традиции и высокотехнологичное производство мирового уровня под маркой Wienerberger. Технические преимущества облицовочного кирпича Terca особенно ценны в нашем северном климате – благодаря им фасады не потеряют своих эстетических качеств, а постройки будут долговечными.
Прочные основы декора. Методы Hilti для крепления стеклофибробетона
Методы HILTI позволяют украшать фасад сложными объемными формами, в том числе карнизами, капителями, кронштейнами и узорными панелями из стеклофибробетона, отлично имитируя массивные элементы из натурального камня и штукатурки при сравнительно меньшем весе и стоимости.
Дайте ванной право быть главной!
Mix&Match – простой и понятный инструмент для создания «журнального» дизайна ванной комнаты. Воспользуйтесь концепцией от Cersanit с десятками комбинаций плитки и керамогранита разного формата, цвета и фактуры для трендовых интерьеров в разных стилях. Идеально подобранные миксы гармонично дополнят вашу идею и помогут сократить время на создание проекта.
Современная архитектура управления освещением
В понимании большинства людей управлять освещением – это включать, выключать свет и менять яркость светильников с помощью настенных выключателей или дистанционных пультов. Но управление освещением гораздо глубже и масштабнее, чем вы могли себе представить.
Чистота по-австрийски
Самоочищающаяся штукатурка на силиконовой основе Baumit StarTop – новое поколение штукатурок, сохраняющих фасады чистыми.
Кто самый зеленый
14 небоскребов из разных частей света, которые достраиваются или планируются к реализации: уже не такие высокие, но непременно энергоэффективные и поражающие воображение.
Советы проектировщику: как выбрать плоттер в 2021 году
Совместно с компанией HP, лидером рынка широкоформатной печати, рассматриваем тенденции, новые программные и технические решения и формулируем современные рекомендации архитекторам и проектировщикам, которым требуется выбрать плоттер.
Energy Ice – стекло, прозрачное как лед
Energy Ice – новое мультифункциональное стекло, отличающееся максимальным светопропусканием. Попробуем разобраться, в чем преимущество новинки от компании AGC
Стать прозрачнее
Zabor modern предлагает ограждения европейского типа: из тонких металлических профилей, функциональные, эстетичные и в достаточной степени открытые.
Башня превращается
Совместно с нашими партнерами, компанией «АЛЮТЕХ», начинаем серию обзоров актуальных тенденций высотного строительства. В первой подборке – 11 реализованных высоток со всего мира, демонстрирующих завидную приспособляемость к характерной для нашего времени быстрой смене жизненных стандартов и ценностей.
Прочность без границ
Инновационный фибробетон Ductal®, превосходящий по прочности и долговечности большинство строительных материалов, позволяет создавать как тончайшие кружевные узоры перфорированных фасадов, так и бархатистые идеальные поверхности большеформатной облицовки.
Обновление коллекции декоров ALUCOBOND® Design
Коллекция декоров ALUCOBOND® Design от компании 3A Composites пополнилась несколькими новыми образцами – все они находятся в русле тренда на натуральность и отвечают самым актуальным тенденциям в дизайне.
Сейчас на главной
Проект для неопределенного будущего
Образовательный центр для детей с «органическим» садом и огородом в Мехико задуман как экономически самодостаточный и не просто ресурсоэффективный, а почти автономный. Кроме того, его можно разобрать и использовать все материалы повторно. Авторы проекта – бюро VERTEBRAL.
Лицо производства
«Тепличное хозяйство Ботаника» доверила архитекторам ту область, где они, как правило, востребованы наименьшим образом – территорию современного производственного комплекса, где обычно царят утилитарные, нормативные и недорогие решения.
Старые-новые арки
Напечатанный на 3D-принтере бетонный мост Striatus по проекту Zaha Hadid Architects и специалистов Высшей технической школы ETH Zürich благодаря своей традиционной сводчатой конструкции очень устойчив – в прямом и экологическом смысле.
Арт-трансформер
Art Barn, архив, хранилище работ и рисовальная студия британского скульптора Питера Рэндалла-Пейджа в холмах Девона, способен менять форму в зависимости от текущих нужд, а также сам себя обеспечивает электричеством. Автор проекта – Томас Рэндалл-Пейдж.
Тиана Плотникова: «Наша миссия – разработать user-friendly...
Говорим с основательницей стартапа Uflo – программы, помогающей конвертировать числовые данные в геометрию, о том, что побудило придумать проект, о карьере в крупных зарубежных компаниях и о страхах перед цифровыми технологиями
Связь с прошлым и будущим
Нидерландские мастерские Benthem Crouwel и West 8 выиграли конкурс на проект нового вокзала в Брно: этот архитектурный конкурс стал крупнейшим в истории Чехии.
Авторский надзор: мытьем да катаньем
Разговор на АрхПароходе 2021 со Стасом Горшуновым: о том, как ему удается добиваться качественной реализации проектов, какие проблемы приходится решать, когда жертвовать гонораром, а когда идти на компромиссы.
Образ прощания
Объект MAMA самарских архитекторов Дмитрия и Марии Храмовых стал единственным российским победителем конкурса фестиваля ландшафтных объектов SMACH2021, который проводится на северо-востоке Италии в Доломитовых Альпах.
Новое качество Личного
В Никола-Ленивце Калужской области в эти выходные проходит фестиваль Архстояние с темой «Личное». Главной постройкой фестиваля стал дом «Русское идеальное», спроектированный Сергеем Кузнецовым и реализованный компанией КРОСТ в короткие сроки. Рассматриваем дом и новые объекты Архстояния 2021.
«Место для всех»
Победителем международного конкурса на разработку концепции Приморской набережной в Сочи стал консорциум во главе с UNStudio.
Пресса: "Непостижимое решение". ЮНЕСКО отобрало у Ливерпуля...
ЮНЕСКО решило исключить Ливерпуль из своего Списка всемирного наследия, поскольку городские власти ведут активное строительство в районе доков и порта - архитектурного ансамбля, которое агентство ООН считало важнейшим памятником. В Ливерпуле такое решение называют "непостижимым" и надеются на его пересмотр.
Главный манифест конструктивизма
В Strelka Press выпущена основополагающая для отечественного авангарда книга Моисея Гинзбурга «Стиль и эпоха. Проблемы современной архитектуры» (1924): это совместный издательский проект Института «Стрелка» и Музея «Гараж». Публикуем главу «Конструкция и форма в архитектуре. Конструктивизм».
На берегу очень тихой реки
Проект благоустройства территории ЖК NOW в Нагатинской пойме выходит за рамки своих задач и напоминает скорее современный парк: с видовыми точками, набережной, разнообразными по настроению пространствами и продуманными сценариями «от 0 до 80».
Труд как добродетель
Вышла книга Леонтия Бенуа «Заметки о труде и о современной производительности вообще». Основная часть книги – дневниковые записи знаменитого петербургского архитектора Серебряного века, в которых автор без оглядки на коллег и заказчиков критикует современный ему архитектурно-строительный процесс. Написано – ну прямо как если бы сегодня. Книга – первое издание серии «Библиотека Диогена», затеянной главным редактором журнала «Проект Балтия» Владимиром Фроловым.
Стилисты села
Дизайн-код как способ привести небольшое поселение в порядок к юбилею или крупному событию: борьба с визуальным мусором, поиск духа места и унификация городских элементов.
Диалоги об образовании и карьере
Империалистический заказ и равнодушие к форме, необходимость доучить бывших студентов за свои деньги и скука формального обучения – дискуссия об архитектурном образовании на недавнем Архпароходе, как и многие разговоры на эту тему, местами была отмечена грустью, но не безнадежна и по-своему интересна. Публикуем выдержки из разговора, собранные одним из участников, архитектором и преподавателем Евгенией Репиной.
Плавная консоль
У здания банка в окрестностях ливанского города Сура нет привычных ограждений, а еще Domaine Public Architects удалось добавить в проект небольшую площадь.
Туман над Янцзы
В сети обсуждают новую ленд-арт-инсталляцию Григория Орехова Crossroads, «пешеходную зебру» проложенную художником по воде Москвы-реки 7 июля недалеко от Николиной горы. Рассматриваем несколько недавних работ Орехова – от «перекрестка» 2021 года на реке до «перекрестка» 2020 года в зеркалах «Черного куба», созданного в честь Казимира Малевича в Немчиновке.
Неоконюшня
На территории ВДНХ появится новый конноспортивный манеж: его авторы обращаются к традиционной для типологии форме и материалам, трактуя их как современный парковый павильон.
Еще один конструктор
В Мангейме началось строительство жилого комплекса по проекту MVRDV и производителя сборных домов Traumhaus. Он должен дать будущим обитателям максимум разнообразия и кастомизации по доступной цене, что в свою очередь позволит создать там живое сообщество соседей.
Градсовет Петербурга 15.07.2021
Архитекторы предложили обновить торговый центр в петербургском Купчино, вдохновляясь снежными пиками Балканских гор. Эксперты отнеслись к идее прохладно.
Галька на берегу
Проект аэропорта в Геленджике от АБ «Цимайло, Ляшенко и Партнеры» стал единственным российским победителем премии Architizer A+Awards 2021 года.