English version

Никита Явейн: Время рисования фасадов прошло

Руководитель «Студии 44» о конкурсах, новых объектах и стилях, в которых больше нельзя проектировать.

author pht

Беседовала:
Анна Мартовицкая

23 Декабря 2013
mainImg
Архитектор:
Никита Явейн
Мастерская:
Студия 44
Архи.ру:
Никита Игоревич, последний раз мы с Вами общались два года назад, и одной из центральных тем разговора тогда стали только что отгремевшие конкурсы на проекты реконструкции Новой Голландии и Политехнического музея, результаты которых Вас, мягко говоря, изумили. Насколько тема конкурсов актуальна для «Студии 44» сейчас?

Никита Явейн:
– В конкурсах мы по-прежнему очень активно участвуем, считая этот способ получения заказов одним из самых интересных с профессиональной точки зрения. В этом году, в частности, приняли участие в нескольких больших конкурсах на объекты в Астане – на «Экспо», на министерство обороны (пока вышли в финал, итоги еще не подведены) и на Дворец молодежи (выиграли).  Несколько знаковых конкурсов состоялось и в Петербурге, например, на жилой комплекс на набережной Карповки и концепцию застройки района на Октябрьской набережной, которые мы выиграли,  и на «Судебный квартал», в котором проиграли. Вообще мы выбрали для себя такую тактику: разрабатывая концепцию, вкладываемся в нее по максимуму, но не изменяем своим принципам. В частности, мы никогда не делаем ставку на «вау-эффект» и не работаем «в стилях». 
Никита Явейн © «Студия 44»
zooming
Архитектурная концепция «Регулярный город» © «Студия 44»

– Мне кажется, вы только что назвали две самых беспроигрышных стратегии выигрывания конкурсов.

– Мне вообще кажется, что сегодня проводится все больше конкурсов, итоги которых очень легко предсказать заранее. И это меня чрезвычайно беспокоит и удручает. Города продолжают заполняться псевдоархитектурой, откровенным китчем, хотя еще недавно, казалось бы, была надежда на то, что эта тема навсегда осталась в 2000-х… Нет, я вполне понимаю американцев, которые искренне считают, что Венеция в Лас-Вегасе лучше настоящей Венеции – чище, аккуратнее, дешевле, пахнет лучше, и гондольеры вежливее, но зачем из настоящего многослойного исторического города делать Лас-Вегас?..

– Не секрет, что для очень многих, по крайней мере в России, проектирование «в стилях» по-прежнему является синонимом сохранения исторического города.

– Это обман, причем бесстыдный! По моим наблюдениям, именно такие проекты наносят городу наибольший урон. И дело не только в искажении подлинной исторической ткани – уверяю вас, этими высокими материями обеспокоены единицы, – а в том, что именно прикрываясь «классицизмом», проще и быстрее сносятся ценные средовые объекты, у архитектора и девелопера как бы развязываются руки: мол, подумаешь, построим то же самое. А вот современная архитектура входит в город более осторожно и ответственно, что, на мой взгляд, вдвойне хорошо ее характеризует.
Олимпийский вокзал в Сочи © «Студия 44»
Олимпийский вокзал в Сочи. Интерьер. © «Студия 44»

– Лишь в части конкурсов побеждает то или иное архитектурное решение, гораздо чаще архитекторы сегодня вынуждены «меряться» стоимостью своих услуг, как это, например, произошло с Апраксиным двором, в последнем тендере на разработку концепции реконструкции которого победило бюро Тимура Башкаева, предложившее смехотворно низкую цену. Как, на Ваш взгляд, сложится судьба этой площадки?

– На моей памяти было разработано уже около десяти проектов реконструкции Апраксина двора, в том числе самыми именитыми иностранцами. Эти предложения можно разделить на два типа: первые полностью игнорировали охранное законодательство, вторые – соображения окупаемости. Это все были очень красивые концепции, но складывалось ощущение, что их авторы уверены: все делается за бюджет и кому-то дарится. Что касается Тимура Башкаева, то я глубоко уважаю его как архитектора, но пока не очень понимаю, как он собирается заниматься этой многострадальной площадкой – насколько я знаю, у его мастерской нет лицензии на работу с памятниками. Та работа, что уже выполнена, пока вряд ли может называться проектом, скорее, это схема функционального зонирования, и экономика в ней отсутствует. А ведь с учетом расселения стоимость квадратного метра жилья составит там не меньше 100-120 тысяч рублей, а то и все 170 тысяч. Кто купит себе квартиру за такие деньги, особенно в доме без парковки и с рестораном на первом этаже? Может быть, в Москве такие чудеса и возможны, но в Петербурге они никогда не станут массовым явлением – доходы у горожан не те, увы! Так что, мне кажется, ставить точку в истории поиска оптимального сценария развития Апраксина двора пока рано. Думаю, что в итоге если какой-то проект и будет реализован, то тот, что совместит требования по охране памятников с минимальной рентабельностью. Все остальные разработки умрут собственной смертью.

– А прямых заказов, когда застройщик обращается в мастерскую напрямую, у вас сейчас много?

– Да, достаточно много. Я думаю, это следствие наработанного опыта и хорошей репутации – мы умеем доводить проекты до реализации и делаем это качественно, а потому заказчики обращаются к нам снова и снова. И поскольку в нашей стране этот бизнес по-прежнему во многом строится на доверии, мы очень ценим заказчиков, которые к нам возвращаются, и вообще, если совсем честно, сейчас стараемся работать преимущественно с теми из них, с кем уже прошли проверку «в бою».

Сейчас у нас идет ряд крупных реставрационных проектов – Александровский дворец, «Михайловская дача», приспособление Первого кадетского корпуса под нужды Санкт-Петербургского университета. Есть крупные объекты нового строительства – район «Галактика» за Варшавским вокзалом, офисный комплекс около Сытного рынка, Железнодорожный музей. Уже достроен Олимпийский вокзал в Сочи. Сейчас начинаем работу над третьей очередью Академии Эйфмана.
zooming
Александровский дворец © «Студия 44»
zooming
Академия балета © «Студия 44»

– В одном из недавних интервью Вы сказали, что считаете Академию балета одной из лучших построек за всю свою карьеру.

– Я очень горжусь этим объектом, правда. На стесненном участке, в очень непростых градостроительных условиях нам удалось создать не просто комплекс, функционально отвечающий поставленной задаче, но целый особый мир, все архитектурно-интерьерные элементы которого, я надеюсь, будут способствовать творческому развитию учащихся. Третья очередь академии разместится в расположенной рядом школе 1930-х годов постройки. Ее внешние габариты и фасады мы сохраняем, а вот внутри перестраиваем, продолжая тему придуманного нами «детского мира» – системы камерных террас, атриумов, площадок. А во дворе школы будет построен зрительный зал, который с основным зданием будет соединен переходом.

– Этот проект действительно подкупает своим изяществом и филигранностью проработки всех мельчайших деталей. Совсем другой характер «Студия 44» придала жилому комплексу на Карповке – проекту, который вызвал шквал критики за свою монументальность и брутальность.

– Я думаю, что бы мы там ни сделали, это вызвало бы споры, слишком уж ответственное место. Но то, что там сейчас, разрыв угла, тоже ужасно, и понятно, что это нужно исправлять. Мы продолжаем дорабатывать наш проект, и, возможно, мы слегка поторопились опубликовать первоначальные эскизы – сейчас силуэт, пластика, фасады проработаны гораздо глубже, и мы надеемся, что этот комплекс станет достойной частью «фасада» набережной. Это, конечно, очень зависит еще и от качества реализации, которое сейчас, увы, слишком часто оставляет желать лучшего… Пожалуй, это единственное, в чем я завидую московским коллегами: себестоимость строительства у нас гораздо ниже, чем в Москве, но на качестве это сказывается колоссально. Заказчик просто не может позволить себе дорогие материалы и опытных подрядчиков. Особенно комфорт-класс «проседает», конечно. Компенсировать это мы пытаемся градостроительными средствами, создавая продуманную и комфортную среду обитания, например, как в «Идеальном городе». Вообще градостроительные проекты мне сейчас интереснее – мне кажется, время рисования фасадов прошло, и добиться принципиально иного качества среды можно только с помощью градостроительных стратегий в макро-масштабе.

– Таким макро-масштабом для Вас является и работа в Астане?

– Там что ни проект, то эксперимент. Сейчас работаем над Дворцом молодежи, и это настолько грандиозный объект, что я даже с трудом могу его осознать. И ведь он продолжает расти! Сейчас к нему, например, еще добавили дворец бракосочетания. Думаю, нигде в мире больше нет объекта, в котором бы в одном объеме сочеталось столько коммерческих и некоммерческих функций. И мне искренне хочется посмотреть на ту компанию, которая будет им управлять. Впрочем, у меня и про Дворец школьников были похожие опасения, но я был там недавно, все живет и работает, хотя я приехал неожиданно и никто «картинку» для меня не готовил.
zooming
Дворец молодежи в Астане © «Студия 44»

– Не собираетесь ли вы открывать в Казахстане офис «Студии 44», раз там так много заказов?

– Не думаю, что он нужен. Там работает компания «Базис» – девелоперско-строительно-проектная организация, наш надежный партнер и союзник, – и все проекты мы делаем вместе с ними. Завоевывать казахский рынок в одиночку «Студия 44» не будет.
zooming
Дворец школьников в Астане © «Студия 44»

– А вообще за последние годы в мастерской появилось много новых сотрудников?

– Строго говоря, мастерская за эти годы превратилась в бюро, в состав которого входят целых три мастерских. Одна занимается реставрацией и приспособлением памятников, вторая ведет крупные жилищные проекты, а третья, которую лично я больше всего курирую, отвечает за экспериментальные, зарубежные и общественные объекты. С точки зрения творчества нынешняя структура «Студии 44» даже несколько крупновата – у нас все чаще случаются объекты, которые идут абсолютно параллельно друг другу. Думаю, не за горами тот день, когда часть выросших в наших стенах сотрудников откроет собственное дело – я всячески им в этом помогу, хотя далеко отпускать единомышленников не собираюсь.
Железнодорожный музей © «Студия 44»
Железнодорожный музей. Интерьер. © «Студия 44»


Поставщики, технологии

Архитектор:
Никита Явейн
Мастерская:
Студия 44

23 Декабря 2013

author pht

Беседовала:

Анна Мартовицкая
comments powered by HyperComments
Технологии и материалы
Пленение плетением
Самое известное применение перфорированной кирпичной стены, сквозь которую проникает солнечный свет, принадлежит швейцарскому архитектору Питеру Цумтору. Идею подхватили другие авторы. Новые тенденции в области кирпичной кладки и старые секреты красивых фасадов – в нашем обзоре.
Строительный материал от Адама
Представляем победителей премии в области кирпичной архитектуры Brick Award 20, учрежденной компанией Wienerberger. Ими стали шесть команд архитекторов из Польши, Руанды, Индии, Испании, Нидерландов и Мексики.
Креативный подход: Baumit CreativTop
Моделируемая штукатурка CreativTop – это насыщенные цвета, глубокие рельефные поверхности, интересные сочетания и комбинации текстур и огромные возможности дизайна.
Потолочные решения Knauf Armstrong для медицинских учреждений...
Линейка подвесных потолков серии Bioguard со специальным антибактериальным покрытием препятствует развитию всех видов возбудителей внутрибольничных инфекций и помогает поддерживать здоровый микроклимат для благополучия пациентов и персонала.
Все дело в центре притяжения
На развитие рынка недвижимости, в особенности загородной, все больше стали влиять инфраструктурные факторы. Все чаще центром притяжения загородных кластеров становятся самостоятельные объекты, жизнедеятельность которых не зависит от спроса на загородную недвижимость: натуральные хозяйства, фермы и лесопарковые зоны. Так постепенно пригород миллионников обрастает комплексной инфраструктурой и современными архитектурными решениями.
Модернизируя традиции
Специалисты корпорации HILTI придумали, как совместить несовместимое: кирпичную кладку и навесной вентилируемый фасад. Для этой цели Hilti разработала четыре альтернативных метода создания НВФ с кирпичной кладкой или её имитацией.
FunderMax Compact Academy – новый стандарт обучения
Обучение и образование играют важную роль в жизни любого человека. Постоянное совершенствование личных и профессиональных навыков открывает перед человеком новые возможности и делает его востребованным в современном мире.
Максим Павлов: у нашей несущей системы большие перспективы...
Как «упаковать» вентоборудование, архитектурную подсветку, электрические кабели и многое другое в межфасадное эксплуатируемое пространство, не нарушив архитектуры фасада и уменьшив при этом стоимость здания. Рассказывает Максим Павлов, главный инженер компании «ОртОст-Фасад», ГИП по устройству конструкции внешней облицовки храма Вооруженных сил России.
Сейчас на главной
Деревянный рай
Один из кварталов в составе крупного и очень передового по многим параметрам района Асперн в Вене выстроен из дерева – как клееной, так и обычной древесины на бетонном каркасе, причем очень многие элементы конструкции – сборные, предварительно изготовлены на заводе.
Путь к новой орнаментальности
Клубный дом-дворец «Аристократ» у соснового парка перед началом Рублевского шоссе представляет собой новый этап развития московской декоративно-исторической архитектуры: респектабельно украшенной, но тяготеющей к легким светлым тонам и умело использующей романтический флёр майоликовых вставок.
Реновация по-дальневосточному
Конкурсный проект реновации двух центральных кварталов Южно-Сахалинска, 7 и 8, разработанный UNK project, получил звание победителя в номинации «архитектурно-планировочные решения застройки».
Константин Акатов: «Обновленная территория – увлекательное...
Интервью с победителем международного конкурса на мастер-план долины реки Степной Зай в Альметьевске, руководителем проекта, заместителем генерального директора «Обермайер Консульт» Константином Акатовым.
Сергей Труханов: «Главное – найти решение, как реализовать...
Как изменятся наши рабочие пространства? Можно ли подготовить свои офисы к подобным ситуациям в будущем? Что для современных офисов актуально в целом? Как работать с международными компаниями и какую архитектурную типологию нам всем еще только предстоит для себя открыть?
Ближе к людям
Южнокорейский город Чхонджу планирует расчистить почти 3 га в историческом центре от существующих зданий XX века для строительства нового муниципалитета по проекту бюро Snøhetta, который победил в международном конкурсе. Сохраняется только один корпус 1965 года, который будет служить «входным порталом» нового комплекса.
Портфолио поколения Z
Студенты второго курса МАРШ оформили свои портфолио в виде web-страниц, на которых демонстрировали навыки и умения, а архитекторы как работодатели оценили удобство формата и рассказали о своих предпочтениях при выборе кандидатов.
Контакт
В Риме, в Центральном институте графики, открылась выставка Сергея Чобана «Оттиск будущего. Судьба города Пиранези». Она включает четыре гравюры, чьим источником послужили римские ведуты XVIII века, дополненные футуристическими вкраплениями, и много рисунков, исследующих ту же тему, подчас очень экспрессивно. Вопросы выставка ставит, а ответов, как кажется, не дает. Поскольку в Рим сейчас съездить проблематично, рассматриваем картинки.
Новый старый Серпухов: работы студентов Алексея Бавыкина
Бакалавры подошли к теме реконструкции комплексно: рассмотрев центр города в целом, создали проекты отдельных кластеров с разными функциями, призванными оживить историческую среду, на месте двух заброшенных заводов, тесной школы и больницы.
В поисках визуальной ясности
Рассказываем о дискуссии, посвященной непростому для российских просторов вопросу дизайна элементов городского пространства. Обсуждение организовал Институт Генплана Москвы на Арх Москве.
Владимир Плоткин: «Мы старались привить студентам...
Три проекта группы бакалавров МАРХИ Владимира Плоткина, Валерия Грубова и Светланы Трифоненковой: музей антропологии в Мневниках; школа нового типа, разработанная в согласии с принципами современного образования, и «легальный туннель» для мигрантов из Мексики в США.
От театра до музея: дипломы бакалавров группы Владимира...
Четыре проекта бакалавров МАРХИ группы Владимира Плоткина, Валерия Грубова и Светланы Трифоненковой: театральный комплекс, плавающий по Москве-реке, дом на Песчаной улице, музей-остров из кораллов на старой нефтяной платформе в Адриатическом море и кинофестивальный центр с фестивальной улицей и «мостом» к реке.
Пресса: Сергей Чобан — о том, почему петербуржцы не терпят...
15 октября Сергей Чобан открывает в Риме выставку, где покажет несколько «испорченных» им гравюр великого Джованни Баттиста Пиранези. По этому случаю он написал колонку о том, почему наше благоговение перед исторической архитектурой Петербурга пронизано двойной моралью.
Клином красным
Невзирая на неурядицы 2020 года в Гостином дворе открылась Арх Москва. Она состоит из тех же частей в иных пропорциях, и, как всегда, ставит абмициозные задачи: а) увидеть в архитектуре искусство, б) резюмировать последние тридцать лет. А «никакой архитектуры» – в этом, конечно, есть доля шутки.
Выход за пределы
Жилой комплекс для исторической части города от бюро ОСА: многоуровневое дворовое пространство и стремящаяся к абсолюту свобода фасадов.
Кирпичный дом в большом городе
Сознавая весь романтизм и харизматичность кирпичной архитектуры, Степан Липгарт поработал с темой кирпичного дома в Петербурге и решил две теоремы, предложив башни американского ар-деко для более высокого ЖК Alter на Магнитогорской улице и чувственную пластику ар-деко в коктейле с лофтовой эстетикой для дома на Малоохтинском проспекте.
Природа – и храм, и мастерская…
Если классический словарь разных эпох – революционную дорику и палладианский руст – скрестить со скандинавским деревянным домом и модернистским пространством, то получится лесная деревянная классика Артема Никифорова, построившего архитектурный коворкинг под Петербургом.
Лунный город
Бюро BIG, ICON и SEArch+ заняты разработкой проекта «Олимп» – строительных технологий и плана первого поселения на Луне. Работа идет под эгидой НАСА.
Город солнца
Комплекс ВТБ Арена Парк, спроектированный и реализованный совместно Сергеем Чобаном и Владимиром Плоткиным, претендует на роль эталонного эксперимента по снятию вековых противоречий между архитектурой традиционного направления и модернизмом. Рамки дизайн-кода и интеллигентный, творческий характер пластической дискуссии сформировали несколько идеализированный фрагмент городской ткани.
Журналисты как архитекторы
В Берлине открылось новое здание издательского дома Axel Springer, куда входят Die Welt, Bild и множество других газет и журналов. Авторы проекта, Рем Колхас и его бюро OMA, разработали его с учетом непредсказуемости цифрового будущего.
Пресса: Архитектура должна быть искусством
Владимир Плоткин – руководитель известного и признанного в России и Москве бюро ТПО «Резерв», которое в этом году отметило свое 33-летие. Последние да и многие предыдущие его проекты стали по-настоящему громкими – КЗ «Зарядье», административный центр и больница в Коммунарке. Разговор состоялся накануне открытия выставки «АРХ Москва», чьим лозунгом в этом сезоне станет «Архитектура – искусство»
Коронавирус не подточил деревянную архитектуру
Премия АРХИWOOD собрала рекордные 207 заявок, в шорт-лист прошло 54. Хотя организаторы премии до сих пор не решили, в каком формате пройдет церемония награждения победителей, Экспертный совет определил шорт-лист премии, а на ее сайте началось голосование. О вышедших в финал номинантах, а также о внутренних проблемах премии, которые, среди прочего, отражают новые тенденции в деревянной архитектуре, рассказывает куратор Николай Малинин.
Планирование и политика
Публикуем отрывок из книги Джона М. Леви «Современное городское планирование», выпущенной Strelka Pressв рамках образовательной программы Архитекторы.рф. Этот авторитетный труд, выдержавший 11 изданий на английском, впервые переведен на русский. Научный редактор этого перевода – Алексей Новиков.
Дай мне напиться железнодорожной воды*
В проекте третьей очереди микрорайона «Лиговский Сити» в «сером поясе» Петербурга консорциум KCAP & Orange Architects & «А.Лен» поставил перед собой задачу сохранить дух места через консервацию контуров железнодорожных путей и уподобление объемов жилой застройки контейнерам, сложенным на товарно-разгрузочной станции.
Стоянка у петроглифов
Проект туристического комплекса рядом с беломорскими петроглифами: нейтральная архитектура для будущего объекта из списка ЮНЕСКО
Корпоративная пещера
Пекинское бюро Atelier Alter устроило в штаб-квартире компании Yingliang на юго-востоке Китая музей окаменелостей, найденных при добыче ею камня.
Разделительная полоса
Центр выставок и конгрессов MEETT в Тулузе по проекту OMA отделяет урбанизированную окраину от сельской местности, предохраняя ее от стихийного «расползания» города.
Львы на стекле
Архитекторы бюро СПИЧ применили прием, известный по петербургским опытам Сергея Чобана – кассеты с рисунком элементов классической архитектуры, напечатанных на стекле, – к реконструкции фасадов типового здания 4 корпуса московской больницы №23. Проект разработан бесплатно, как помощь больнице.
Климатические зоны для искусства
В Роттердаме закончено строительство фондохранилища Музея Бойманса – ван Бёнингена по проекту MVRDV. Впервые в мире в таком здании все экспонаты из музейного собрания будут доступны посетителям для осмотра, а на крыше высажена березовая роща.
Жилой каньон
Комплекс Amani на юге Мексики – это две поставленные параллельно тонкие пластины, где в каждой квартире достаточно солнца и возможно сквозное проветривание. Авторы проекта – Archetonic.
Тучков буян: последняя пятерка
Вместе с финалистами конкурса на концепцию парка «Тучков буян», не вошедшими в призовую тройку, продолжаем мечтать о том, что могло бы появиться в центре Петербурга: дикий лес, новые острова, искусственный канал и много амфитеатров.
Стеклянный бутон
Башня по проекту Zaha Hadid Architects, строящаяся в Гонконге, напоминает бутон цветка с его флага и герба, учитывает реалии пандемии и претендует на лидерство по «устойчивости».