«Тело. Чувство. Архитектура»

Проекты студентов школы МАРШ за второй семестр. Студия Евгения Асса.

mainImg
В начале июня в архитектурной школе МАРШ прошла защита проектов, выполненных студентами школы во втором семестре. Предлагаем вашему вниманию лучшие работы студии под руководством Евгения Асса. Напомним, что тема предложенная студентам этой студии звучала как «Тело. Чувства. Архитектура», а объектом проектирования были выбраны бани, они же термы.

О том, как проходила работа над проектами и о самих проектах рассказывает
Евгений Асс:
«Студентам было предложено спроектировать баню в Москве. Нам показалось, что баня в наибольшей степени соответствует заявленной теме «Тело. Чувства. Архитектура». Мы предложили на выбор несколько участков разного свойства и размера, но не ставили никаких ограничений в отношении программы проектирования. Ее разработка стала частью проекта. Работа началась с самых разных исследований и в первую очередь с исследования чувствительности самих студентов, их реакций и восприятий на те или иные события. Для них мы организовали поход в бани, целью которого было зафиксировать все свои переживания. После этого необходимо было изучить и проанализировать мировой опыт в области строительства бань. В обязательном порядке студенты исследовали римские термы и термы Петера Цумтора, также они могли ознакомиться с другими современными банями на свой выбор.

Тема «Тело. Чувства. Архитектура» была предложена мной еще и для того, чтобы попытаться преодолеть традиционное для архитекторов мышление чертежами и приблизиться к мышлению реальными пространствами, материалами и ощущениями от архитектуры. Конечно, полностью мы не смогли отказаться от чертежей, но большинство проектов в значительной степени сохранили свежесть восприятия и передачи потенциальных чувств. В результате мы получили несколько совершенно выдающихся проектов, хотя, конечно, интересными были все.

Например, одна из наших студенток, Аня Шевченко, сделала проект, в основе которого был образ традиционной бедной русской бани по-черному, где зола и сажа являлись главными атрибутами чистоты. Она придумала трехслойную баню. Первый уровень, подземный – это слой ада, где собственно сконцентрировано все черное, над ним располагается слой чистилища, где можно вымыться, а наверху – слой рая с открытым бассейном и возможностью созерцать мир и высокое небо. Аня сделала очень хорошие рисунки, которые в некотором смысле даже более содержательны, чем чертежи, потому что в них значительно больше эмоционального наполнения.

Очень необычную баню спроектировал Ваня Греков, превратив ее в чистый аттракцион. Это вертикальная баня, в которой нет ни одного горизонтального уровня, кроме уровня воды. Основной мотив проекта – конвекция и циркуляция воздуха, использованная как основа инженерного решения, отопления и вентиляции. Весь теплый воздух поднимается наверх, и посетители бани тоже поднимаются вверх по пандусам. И по мере подъема температура воздуха становится все выше. Спускаясь вниз, люди, наоборот, постепенно остывают. Это очень экстравагантная работа, но придуманная до конца, это не просто концепция, а проработанный до конструкций проект – экспериментальный, радикальный, но, как ни странно, он вполне мог бы быть реализован.

Отдельного упоминания заслуживает работа Маши Тюлькановой, которая начала со своих сибирских воспоминаний о баньках, одиноко стоящих посреди заснеженного поля под черным куполом неба. Этот образ она провела сквозь весь проект и, в конце концов, превратила его в гигантский закрытый атриум при спа-отеле, который расположился по периметру атриума. Таким образом, проект приобрел дополнительную функциональность. Предложена довольно странная, но увлекательная тема, когда из галереи гостиницы можно видеть бассейн с темной водой, облака пара и блуждающие среди них тени купающихся.

Также хочется отметить проект Ани Козловой, которая предложила построить баню на участке перед Лефортовским дворцом со стороны Яузы. Это место – пропащее и безнадежное. Придумать там что-то стоящее было довольно трудно. Но Аня нашла интересное, даже в общегородском плане, решение. Она организовала вход в баню по пандусу через Лефортовский дворец, в котором сейчас находится закрытое военное учреждение. Партер дворца по проекту обращен к благоустроенной площади с бассейном и зданием бани в виде большого цилиндра. Можно представить себе, как зимой из этого цилиндра валит красиво подсвеченный пар. А летом этот объем предполагается использовать как фонтан.

Максим Зуев, наш студент из Одессы, тоже удивил нас нестандартностью решений. Он придумал баню водных ощущений. Это большое единое пространство, в котором есть зоны дождя и тумана, а вода заполняет разноуровневые бассейны. Создана очень сложная водно-температурная среда, упакованная в мутный стеклянный ящик, который наполовину закопан в землю. У Максима получились очень красивые интерьеры, в которых в тумане и в мороси бродят неразличимые тени. Вначале его исследования он в качестве прототипов привел кадры из «Сталкера» и из фильмов Джорджа Лукаса, которым присуща похожая неопределенная дождливая атмосфера. И, мне кажется, что такая странная идея вполне могла бы стать предметом практического обсуждения.

За этот семестр студенты разработали много замечательных проектов. Во всяком случае, у нас не было ни одной бани как просто места для мытья. Баня рассматривалась в первую очередь как общественное пространство, иногда – культовое, баня как форум или баня как храм. Задача была сформулирована таким образом, чтобы создать пространство, в котором были бы предельно обострены все чувства и восприятия, тактильные, осязательные, обонятельные, температурные. И, как мне кажется, студенты с заданием справились. После защиты проектов я разговаривал со студентами, и одна из них высказала драгоценную для меня мысль, что никогда уже она не сможет проектировать иначе».

Мы попросили Евгения Асса назвать несколько наиболее удачных, на его взгляд, проектов, и публикуем их с авторскими комментариями.

Баня по-черному. Автор: Анна Шевченко
Участок расположен на Котельнической набережной, в 10 метрах от причала и неподалеку от станции метро «Таганская». Рельеф имеет значительный перепад высот. Баня Анны Шевченко представляет собой трехуровневый объем, состоящий из простых геометрических форм. В качестве прообраза автор выбрал русскую баню по-черному. И нижний, подземный уровень здания как раз обыгрывает данную тему – черные, обожженные стены, зола и металлические котлы для купания на горячих углях. Второй уровень занимает собственно баня, а наверху устроен открытый бассейн. Конструкция здания – железобетонная, обшитая панелями из обожжённого дерева. В виду дефицита зелени в рассматриваемом районе предлагается окружить баню небольшим зеленым садом.
Баня по-черному. Проект Анны Шевченко
Ситуация. Баня по-черному. Проект Анны Шевченко
Рабочий макет. Баня по-черному. Проект Анны Шевченко
Баня по-черному. Проект Анны Шевченко
Главный фасад. Баня по-черному. Проект Анны Шевченко
Фасад. Баня по-черному. Проект Анны Шевченко
Развертка. Баня по-черному. Проект Анны Шевченко
Планы. Баня по-черному. Проект Анны Шевченко
Разрез. Баня по-черному. Проект Анны Шевченко


Вертикальная баня. Автор: Иван Греков
Участок, выбранный для проектирования, расположен на Садовнической набережной. Баня Ивана Грекова имеет простую форму в виде вертикального стеклянного объема с двуслойным полупрозрачным фасадом и выведенным в верхушку «частоколом» конструктивного скелета. Вход в здание устроен со стороны набережной, а выход – в противоположной части, на Садовническую улицу. Основная идея проекта – вертикальное движение вверх и вниз, причем не только посетителей, путешествующих по рампе, но и воздуха, постоянно циркулирующего внутри за счет разницы температур. Конвекция – это основной формообразующий принцип в проекте. Схема расположения функциональных пространств, необходимых в современной бане (сухая баня с купелью, сауна, хамам, массажные комнаты, бассейны, парилки, горячие камни, ванные для релакса и т.п.), напоминает термометр, где вверху посетителя ожидают предельно горячие температуры, но по мере снижения становится все прохладнее.
Ситуация. Вертикальная баня. Проект Ивана Грекова
Схема построения пространства. Вертикальная баня. Проект Ивана Грекова
Вертикальная баня. Проект Ивана Грекова
Вертикальная баня. Проект Ивана Грекова
Ночной вид. Вертикальная баня. Проект Ивана Грекова
Интерьеры. Вертикальная баня. Проект Ивана Грекова
Вертикальная баня. Проект Ивана Грекова
Вертикальная баня. Проект Ивана Грекова


Баня-атриум в спа-отеле. Автор: Мария Тюльканова
Спа-отель занимает протяженный участок вдоль Водоотводного канала на Садовнической набережной. Это многослойный объем с перепадами от низкого к высокому, от узкого к широкому, от глухих простенков к открытым пространствам. Постоянно сменяется и фактура здания – от ребристого бетона к теплому дереву и прозрачному стеклу. Баня, по мысли автора, это центр аккумуляции энергии, погружающий в медитативное состояние. Основная тема проекта – мечта, греза, воспоминания из детства о теплой и ароматной деревенской бане с неярким светом. По-своему интерпретированное внутреннее пространство этой бани удивительным образом вмещается в атриум современного спа-отеля, становясь его главной составляющей, ядром.
Ситуация. Баня-атриум в спа-отеле. Проект Марии Тюлькановой
Макет. Баня-атриум в спа-отеле. Проект Марии Тюлькановой
Баня-атриум в спа-отеле. Проект Марии Тюлькановой
Отделка фасадов. Баня-атриум в спа-отеле. Проект Марии Тюлькановой
Фасад. Баня-атриум в спа-отеле. Проект Марии Тюлькановой
Планы. Баня-атриум в спа-отеле. Проект Марии Тюлькановой
Разрезы. Баня-атриум в спа-отеле. Проект Марии Тюлькановой


Lefortovo lighting bath. Автор: Анна Козлова
Анна Козлова разработала проект бани на территории Лефортовского дворца, центральный двор которого на сегодняшний день окружен складами и не доступен для посетителей. Автор предлагает открыть доступ на площадь через главную арку со стороны 2-й Баумановской улицы, а вокруг дворца разбить парк. Вход в баню, которая расположена ближе к Лефортовской набережной и большей частью находится под землей, предполагается осуществлять по пандусу, берущему свое начало прямо из центра дворцовой площади. Видимая над поверхностью земли часть бани имеет форму цилиндра, поставленного в центре большого прямоугольного бассейна. Однако выведенный на поверхность объем не позволяет составить полное представление о внутренней структуре всего здания, имеющего строгую прямоугольную в плане форму. Основной функциональный блок поделен на две половины – мужскую и женскую – и включает в себя все блага современной бани. Особая роль в формировании внутреннего пространства отведена свету.
Генплан. Lefortovo lighting bath. Проект Анны Козловой
Макет. Lefortovo lighting bath. Проект Анны Козловой
Lefortovo lighting bath. Проект Анны Козловой
Lefortovo lighting bath. Проект Анны Козловой
Lefortovo lighting bath. Проект Анны Козловой
План. Lefortovo lighting bath. Проект Анны Козловой
Разрезы. Lefortovo lighting bath. Проект Анны Козловой


Баня атмосферных явлений. Автор: Максим Зуев
Участок расположен на Котельнической набережной, на крутом рельефе. Объем бани посажен на рельеф, частью уходя под землю, а главным фасадом обращаясь к реке. Баня решена в виде стеклянного объема с прямыми углами. Фасад формируют крупные стеклянные блоки, различные по размеру, имитируя слоистую скальную фактуру. Основная идея проекта – представить внутри одного здания практически все атмосферные явления. Пространство поделено на зоны дождя, тумана, облачности, которые плавно перетекают из одной в другую. Вода представлена здесь почти во всех своих состояниях – в виде горячего и холодного пара, мелкой мороси, конденсата. На крыше расположен открытый бассейн с окружающей его общественной площадью, доступ на которую осуществляется по лестнице со стороны набережной.
Ситуация. Баня атмосферных явлений. Проект Максима Зуева
Баня атмосферных явлений. Проект Максима Зуева
Открытый бассейн на кровле бани. Проект Максима Зуева
Фрагмент фасада. Баня атмосферных явлений. Проект Максима Зуева
Интерьеры. Баня атмосферных явлений. Проект Максима Зуева
Баня атмосферных явлений. Проект Максима Зуева
План. Баня атмосферных явлений. Проект Максима Зуева
Разрез. Баня атмосферных явлений. Проект Максима Зуева


15 Июня 2013

Дом-диплом
Студенты-магистры Каталонского института прогрессивной архитектуры (IAAC) в качестве дипломной работы спроектировали и реализовали павильон из инженерного дерева для наблюдения за фауной в барселонском природном парке Кольсерола.
Внезапный вызов к доске
Королевский институт британских архитекторов (RIBA) представил программу развития «Путь вперед», предполагающий переаттестацию его членов каждые пять лет и изменения в программе сертифицированных им вузов в пользу технических дисциплин. Причины – итоги расследования катастрофического пожара в лондонской жилой башне Grenfell и «климатическая ЧС».
Все о Эве
Общим голосованием студентов и преподавателей лондонской школы Архитектурной ассоциации выражено недоверие директору этого ведущего мирового вуза, Эве Франк-и-Жилаберт, и отвергнут ее план развития школы на ближайшие пять лет. В ответ в управляющий совет АА поступило письмо известных практиков, теоретиков и исследователей архитектуры, называющих итог голосования результатом сексизма и предвзятости.
В горах Сванетии
Шесть дипломных проектов ярославских студентов, посвященных возрождению альпинистских лагерей в Грузии.
Технологии и материалы
Полы, выращенные бактериями
Нидерландско-американская исследовательская команда представила напольную плитку на основе «биоцемента». Привычный цемент, выполняющий роль вяжущего вещества, авторы заменили на выработанный бактериями известняк. При производстве плитки Mimmik в среду попадает на 60% меньше выбросов – по сравнению с традиционной.
Живой металл
Анодированный алюминий занимает все более заметное место в архитектурных проектах – от жилых комплексов до аэропортов. Его выбирают за выразительный внешний вид и стабильные эксплуатационные характеристики. В России с архитектурным анодированием системно работает завод полного цикла «25 микрон». В статье на примере его технологий и решений разберем, как устроен процесс анодирования и какие свойства делают этот материал востребованным.
Обновленный шоу-рум LUCIDO: рабочая среда для архитектора
Бутик Итальянской Плитки LUCIDO, расположенный в особняке на Пречистенке, завершил реконструкцию. Задача обновления – усилить функциональность пространства как инструмента для профессиональной работы с материалом. В новой экспозиции сделан акцент на навигацию, сценарии освещения и демонстрацию крупных форматов в условиях, приближенных к реальному интерьеру.
Стальное зеркало терруара
Архитектурная мастерская «АКАНТ» превратила здание винодельни в Краснодарском крае в оптическую иллюзию при помощи полированной нержавеющей стали «СуперЗеркало» от компании «Орнамита». Материал позволяет играть со светом и восприятием объемов, снижать теплопоглощение и создавать объекты-магниты, привлекающие яркой образностью, оставаясь при этом практичным и ремонтопригодным решением.
Осознанный выбор
С каждым годом, с каждой новой научной и технологической разработкой и запуском в производство новых полимерных материалов с улучшенными качествами сфера их применения расширяется. О специфике и форматах применения полимерных материалов в современной общественной архитектуре, включая самые сложные и масштабные объекты, такие как стадионы, мы поговорили с заместителем генерального директора по проектированию ПИ «АРЕНА» Алексеем Орловым.
Сёрфборд для жилья
Гавайская архитектурная фирма Hawaii Off-Grid занялась производством строительных блоков из досок для сёрфинга. Разработка призвана побороть проблему нехватки жилья на островах и чрезмерных отходов сёрфинг-индустрии.
Бетон со знаком «минус»
В США разработали заполнитель для бетона с «отрицательным» содержанием углерода. Технология позволяет «запечатывать» CO₂ в минералах и использовать их в качестве заполнителей для бетонных смесей.
Японцы нашли ключ к «зеленому» стеклу из древесины
Исследователи из Университета Осаки разработали технологию получения прозрачной древесины без использования пластиковых компонентов и объяснили физику процесса, открывающую путь к управлению свойствами материала.
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Палитра возможностей. Часть 2
В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.
Технадзор с дрона
В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Поглотитель CO₂
Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
​Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
​Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств
В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.
«Марсианская колония» на ВДНХ
Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.
Сейчас на главной
Дом-Пингвин
Дом с выгнутым фасадом на Брестской – один из манифестов российского неомодернизма начала 2000-х, скульптура – таком смысле его рассматривает Анатолий Белов, говоря о «разрыве с модернистским каноном и средовым подходом». Не во всем согласны с автором, но взгляд интересный.
Байкальская рекурсия
В Иркутске завершился двадцатый фестиваль «АрхБухта». Темой этого года стала «Рекурсия». В конкурсной программе фестиваля участвовали 23 команды из разных городов России. Победу одержала команда «Футурум» из Иркутска с арт-объектом «Эхо». Рассказываем о проектах-победителях.
Волна и вертикаль
Проект премиального жилого комплекса, разработанный бюро GAFA для участка в Хорошевском районе, реагирует на ограничения – дугу проезда, водоохранную зону реки Ходынки и инсоляционные нормы – изобретательным массингом. Композиция строится на сочетании двух планов: протяженный дом-каре и укрытые за ним три башни создают силуэт и ракурсы, а также семантическую наполненность, которую усиливают фасадные решения. Еще одна особенность – большой приватный двор, дополненный общегородским линейным парком.
Офис на Трубной
Продолжаем публикации проектов Валерия Каняшина. Дом, четверть века назад определенный как «тихий модернизм», в чьей-то памяти таким и остался. По убеждению Анатолия Белова, его главное качество – незаметность. По словам авторам, архитекторов «Остоженки», главную скрипку здесь играет контекст и ландшафт; перепад высот. Но не такой ведь и незаметный, правда?
Оправдание добра, или как не промотать наследство
Книга доктора искусствоведения, академика Марии Нащокиной «Апология наследия» – всеобъемлющий труд, собравший под одной обложкой острые проблемы сохранения наследия в нашей стране и за рубежом. Глубокий научный подход сочетается в ней со смелостью говорить правду, порой нелицеприятную, и предлагать здравые решения. Публикуем рецензию и отрывок из книги.
Первый международный
Этой публикацией начинаем серию текстов, посвященных работам Валерия Каняшина, одного из основателей бюро «Остоженка», недавно ушедшего из жизни. Так получилось, что проекты, к которым он причастен, во многом иллюстрируют наше представление о бюро и его истории. Первый – Международный Московский Банк на Пречистенской набережной.
Звезда Индии
Sanjay Puri Architects построили в индийском Нагпуре офисную башню Stella с необычным многослойным фасадом, рассчитанным на экстремальную жару.
Искушающая нежность
Бюро «Синица» умеет совершать большие и маленькие чудеса, создавая для магазинов не просто интерьеры, а целую философию. Магия дизайна привносит в пространство новую атмосферу и эстетику, а брендам – дает ключ к пониманию своей миссии.
Третий подход к снаряду
Бюро gmp предложило провести Экспо-2035 в Берлине на территории бывшего аэропорта Тегель, который эти архитекторы спроектировали в конце 1960-х.
Правдиво о конкурсе Правды
Конкурс на дизайн внутренних пространств редакционного корпуса газеты «Правда» завершился в феврале. В нем участвовали пять претендентов: GA, AQ, ASADOV Interiors, LeAtelier, Above. Победу одержал проект AQ. В данном случае у нас есть возможность показать комментарии жюри – что очень, очень интересно и познавательно. Спасибо Метрополису за столь детальный отчет о конкурсе, всем бы так.
Между сосен
Публикуем новый кампус Физмат школы Новосибирского государственного университета (НГУ), построенный по проекту AI Studio в Академгородке. Это весьма удачная попытка вписаться в глобальный контекст современного образования, перенеся центр тяжести с фасадов на качество обучающей среды.
«Цветение» по-русски в Поднебесной
В рамках совместного российско-китайского студенческого фестиваля студенты Нижегородского государственного архитектурно-строительного университета посетили китайский город Хефей, где на фестивале деревянной архитектуры воплотили в жизнь три лучших проекта, участвовавших в конкурсе на создание проекта беседки. Показываем проекты победителя и других участников, российских и китайских.
Ячейка и кривуля
Детский сад, построенный по проекту BuroMoscow в столичном ЖК Грин парк, удачно балансирует между языком модернизма и эстетикой сделанного цветными карандашами рисунка. Кубический объем с регулярной фасадной сеткой отсылает к сортеру – развивающей игрушке, помогающей в числе прочего почувствовать форму. Роль объемных фигурок для сортировки играют залы, которые выбиваются из общей матрицы и делают элегантные фасады чуть менее серьезными. Яркий цвет этих залов сообщает нежный рефлекс помещениям холлов и групповых комнат, преимущественно белых. Среди других находок: отсутствие забора, встроенные в фасад скамейки и кадки для цветов, деревянные створки на панорамных окнах.
Между лучшим и нужным. Обзор новых проектов за 9–15...
Припозднились мы слегка с обзором проектов за прошедшую неделю, но зато выходим ведь, да? На сей раз нет «засилья башен», а есть каждой твари по паре, в том числе и творческих высказываний, даже с подвывертом, как то бывает у ряда авторов. Грустные новости – о сносе АТС на Большой Ордынке. Не смогли пойти по пути похожей АТС на Басманной, а ведь могли.
Путь к истокам
Бюро SEEU подошло к проекту реконструкции популярного в Калининграде ресторана «Соль» как к исследованию истории края и поиску в нем ключей к построению гармонии между европейской и азиатской дизайнерской традицией и философией.
Зов традиции
Проект современной юрты в Ботаническом саду Алматы казахстанское бюро Cogarts готовило, что называется, для души. Однако в процессе работы подвернулся подходящий конкурс, который способствовал кристаллизации идей. Юрта стала местом для проведения небольших культурных событий и принесла бюро несколько архитектурных премий.
Павильон грибоводства
Бетонный павильон по проекту OMA для выращивания грибов в арт-кампусе Casa Wabi в Мексике задуман также как инкубатор для общественных связей.
Защита чувств
В Нижнем Новгороде объявили победителей 16 архитектурного рейтинга, который проводится в этом городе, как правило, один раз за два года. Напомним, победителя тут съедают в виде торта, что, с одной стороны, забавно, а с другой – не лишено тонкого смысла. Архитекторы взаправду пугаются прежде чем «разрезать свой объект ножом»! И вот наш небольшой репортаж. В победителях 5 бюро и 7 объектов. В премии впервые появилась номинация. Угадайте, угадайте же, кто у нас «Царь горы»?
Бетонный переплет
Жилая башня 900 Saint-Jacques по проекту Chevalier Morales Architectes взаимодействует со достопримечательностями Монреаля и предлагает альтернативу скучным стеклянным высоткам.
Скорлупа под антаблементом
Архитектор Егор Рыбин спроектировал ТРЦ для коттеджного поселка «Боярское» в 30 км от Нижнего Новгорода, прочитав его как парковый павильон. Кирпичные экседры считываются как фрагменты ротонды, а прорастающее сквозь центральную арку дерево символично напоминает о главенстве пейзажа.
Против ветра
Общественно-деловой центр «Графит» построен по проекту бюро FUTURA-ARCHITECTS в новом жилом районе, который развивается за южной границей Санкт-Петербурга, недалеко от Финского залива. Авторы отрефлексировали близость холодного Балтийского моря, придав зданию динамику преодоления и скругленные, словно от ветра и воды, края.
Следуя за ландшафтом
На черноморском побережье в черте Стамбула строится жилой район Ion Riva. Мастерплан разработан Snøhetta, также в проекте заняты BIG и MVRDV.
Вне стресса
DA bureau продолжает ломать стереотипы и задавать новые тренды. В новом медицинском центре, практикующем биохакинг, они материализовали дизайн, который раньше, если где-то и встречался, то в мультфильмах о воображаемых мирах, светлых и настолько умиротворяющих, что не понятно, где проходит граница между сном и анимированной реальностью.
Игра противоположностей
На месте снесенной пожарной части в Ижевске построен жилой комплекс «Монблан». Авторы проекта из бюро «АП-Групп» собрали композицию из двух объемов, соединив классическую сетку одного с деконструктивистской свободой ломаных форм другого.
Анфилада архетипов
Выставка «Архетипы авангарда» в новом здании Третьяковской галереи предлагает посмотреть на творчество русских художников начала XX века под особым ракурсом: экспозиция проводит параллель между художественной революцией и психоанализом. С помощью 12 архетипов кураторы показывают, что за дерзкими экспериментами Малевича, бунтом Родченко и детской искренностью Пиросмани стоят живые люди с узнаваемыми чертами. Архитектура выставки от бюро ХОРА делает идею осязаемой.
Примечательности в тренде и вне его. Обзор проектов...
На фоне все более отчетливо проявляющихся тенденций к аффектации архитектурного облика большинства новых московских проектов интересно наблюдать размытие понятия авторского почерка, вплоть до полного его исчезновения и попытки некоторых архитекторов отстоять свое право работать в менее техно-эмоциональной манере.
Форма радости
Архитекторы бюро MARAT MAZUR interior design получили необычный заказ – разработать дизайн киоска для продажи мороженого My Gelato в одном из торговых центров, который был бы эффектным, образным, удобным и, самое главное, необычным. И им это удалось.