English version

Очень московский дом

Здание на Страстном бульваре напоминает ансамбль разновременных построек, настолько органичный для Москвы, что кажется, автор изобретает какую-то новую разновидность контекстуальной архитектуры, стилизуя не конкретные «исторические» здания, а непосредственно саму городскую среду

Юлия Тарабарина

Автор текста:
Юлия Тарабарина

23 Июля 2006
mainImg
Архитектор:
Николай Лызлов
Мастерская:
Архитектурная мастерская Лызлова («АМЛ») http://lyzlov.ru/
Проект:
Административное здание на Страстном бульваре
Россия, Москва, Страстной б-р, 9

Авторский коллектив:
Авторский коллектив: Лызлов Н.В., Каверина О.А., Дмитриев М.Ю., Крохин А.Ю., при участии Аврамец О.И.; фасады исторической части здания – Моспроект-2, мастерская 13

6.2002 — 3.2004 / 1.2004 — 7.2006

Заказчик: ООО «Капитал Груп»
Если идти по Большой Дмитровке в сторону кинотеатра «Россия», в перспективе за бульваром можно увидеть небольшой выкрашенный в желтый цвет домик с лепниной. Неискушенный прохожий скользнет по нему взглядом в полнейшей уверенности, что он здесь стоял всегда – настолько естественно, «по-московски» все смотрится. Любитель старины, зная, что год назад здесь была стройка, привычно возмутится – «опять что-то реконструировали в бетоне, да еще и с измененными пропорциями!». Кто же из них прав? И что перед нами ¬– «типичная» московская реконструкция последних лет или архитектурная фантазия на ее тему?

На этом месте, в конце Страстного бульвара, стоял одноэтажный домик, известный тем, что во времена, когда он принадлежал А.В. Сухово-Кобылину, здесь была убита гражданская жена драматурга, француженка Луиза Симон-Деманш, кровь которой обнаружили во дворе в каретном сарае. Литературная легенда дома обеспечила ему некоторую известность и статус памятника истории и культуры. Но в 1997 году, девять лет назад, дом был снесен его тогдашним владельцем АО Мосрыбхоз. Уже после сноса памятника на этом месте планировали построить гостиницу, что вызывало немалое возмущение окрестных жителей, опасавшихся, что новая гостиница нарушит их ночной покой. Наконец, когда владельцем участка стала кампания Капитал-групп, решили строить дорогое и «тихое» офисное здание, для его проектирования пригласили Николая Лызлова.

Итак, архитекторы не сносили памятник, но комиссия по охране памятников обязала восстановить утраченное. Кроме того, строительство в центре города само по себе накладывает множество ограничений, новый дом должен быть достаточно «солиден», но не слишком заметен… и так далее. С другой стороны, заказчику нужны площади. Попадая в жесткие рамки, архитектор становится, если можно так выразиться, виртуозом творческого решения насущных проблем. Перед нами – как раз такой случай: все условия выполнены «с улыбкой на устах», а здание настолько естественно вписалось в пестрое общество соседей, что хочется понять, каким образом это удалось.

Прежде всего, восстановления дома Сухово-Кобылина «один-в-один» не было – совершенно очевидно, что для памятника истории и культуры важнее всего подлинность, а если уж настоящий дом утрачен, то никакой самой точной копией его не заменить. Поэтому Лызлов ограничивает восстановление обобщенной импровизацией: по образному выражению архитектора, это «цитата цитат» – фасады собраны из обмеренных и скопированных элементов других московских домов середины XIX века и «надеты» на бетонный объем, выступающий из тела основного здания, которому он всецело принадлежит, будучи соединен с ним переходами вверху и общими гаражами (под всем зданием глубокий четырехуровневый гараж). По словам Николая Лызлова, дом Сухово-Кобылина даже и не пытается выглядеть старинным, а существует лишь как литературная ссылка на утраченный памятник. Следуя за выросшим масштабом улицы, он стал немного больше прототипа – при этом внутри разместился не один, а целых три этажа. Любопытно, что и «настоящий» дом в советское время тоже был надстроен – со стороны двора к моменту уничтожения он уже был трехэтажным. Вначале в домике хотели разместить ресторан, для которого архитектором был придуман уютный антресольный этаж на уровне аттика, но получилось так, что все здание целиком будет отдано под офисы, так что сейчас внутри все строго и просто.

Основной объем офисного здания, по словам Николая Лызлова – нейтральный «задник», его задача выигрышно оттенять домик на первом плане а также разместить основной объем площадей, в общей сложности около 20 000 кв. метров. Его высота аккуратно вписана в масштаб стоящих рядом «бывших доходных» домов, а от стилизации форм одного из «соседей» (как предлагали во время согласований) архитектор отказался: все вместе окружающие дома представляют очень пестрый набор стилей, среди них – и шедевр Ф.О.Шехтеля, и рядовые здания XIX века, а немного дальше, на Пушкинской площади – конструктивистский дом «Известий».

В разномастной компании лызловское здание смотрится изысканно-простым. Подтянутый вертикальный объем, презирая силу тяжести, нависает над входом как геометрическое подобие окаменевшего, а затем перевернутого фонтана. Угловатую пластику входа оттеняет бетонная плоскость «задника», эфемерно-тонкая из-за неглубокой прорисовки уступов вокруг пунктирно ниспадающих, вверху – короче, внизу – длиннее, оконных лент. Верхний этаж – полностью застекленная терраса представительской части офисов, оттуда открывается великолепный панорамный вид на весь московский центр.

Поразительно, что вместительное офисное здание, ничего напрямую не цитируя, вписалось в историческую застройку так, как будто оно «всегда» тут стояло. Свое место в тесноватом и пестром сообществе новый дом занимает со спокойным достоинством, так, что сложно отделаться от метафизического привкуса – кажется, что дом непостижимым образом материализовался, только потому, что именно ему следовало быть на этом месте. Это ощущение совершенного слияния абсолютно новой постройки со средой, надо признать, нечасто встречается даже среди зданий, копирующих и стилизующих исторические стили.

Кажется, что Николай Лызлов использует какой-то не самый обычный способ стилизации – не унижаясь до конкретного цитирования, архитектор, как в театре, «разыгрывает»… собственно среду, используя привычные для глаз столичных жителей сочетания, как «ноты» собственной «мелодии». Среди лызловских работ можно обнаружить еще одно здание, использующее этот ход – это дом на Мясницкой, как будто целиком составленный из торцов зданий позапрошлого века. Новый дом не подлаживается под «исторический стиль», а имитирует отсутствующую историю – вот, была улица, в ней был зажат-затиснут соседями дом, потом все вокруг снесли, а он остался, и показывает теперь всем свои прежде скрытые торцевые стены.

Возвращаясь к Страстному – действительно, что может быть характернее для Москвы, чем соседство маленького домика примерно XIX века и стеклянно-бетонных вертикалей за его спиной? Взгляд любителя пеших прогулок привычно скользит по смутно-знакомым формам «задника», не подозревая, что ситуация с начала и до конца срежиссирована, а сам наблюдатель становится участником пантомимы на тему «Москва и москвичи».
Административное здание на Страстном бульваре. Фотография © Юрий Пальмин
Административное здание на Страстном бульваре. Фрагмент фасада. Фотография © Юрий Пальмин
Административное здание на Страстном бульваре. Фрагмент фасада. Фотография © Юрий Пальмин
Административное здание на Страстном бульваре. Фрагмент фасада. Фотография © Юрий Пальмин
Административное здание на Страстном бульваре. Разрез 1-1 © Архитектурная мастерская Лызлова
Архитектор:
Николай Лызлов
Мастерская:
Архитектурная мастерская Лызлова («АМЛ») http://lyzlov.ru/
Проект:
Административное здание на Страстном бульваре
Россия, Москва, Страстной б-р, 9

Авторский коллектив:
Авторский коллектив: Лызлов Н.В., Каверина О.А., Дмитриев М.Ю., Крохин А.Ю., при участии Аврамец О.И.; фасады исторической части здания – Моспроект-2, мастерская 13

6.2002 — 3.2004 / 1.2004 — 7.2006

Заказчик: ООО «Капитал Груп»

23 Июля 2006

Юлия Тарабарина

Автор текста:

Юлия Тарабарина
Лучшее место в городе
Публикуем итоги воркшопа МАРШ, прошедшего в Казани. Участники разработали проекты семи общественных зон в разных городах и поселках Татарстана.
В поисках устойчивости
24 мая в Нижнем Новгороде объявлены лауреаты новой архитектурной премии «Архновация». Нижний опять ярко и неожиданно проявил себя, на этот раз – архитектурным фестивалем, который продолжался полгода и завершился вручением наград. Среди участников есть иностранцы, а среди победителей в основном москвичи, одно архитектурное бюро из Самары. Нижегородцы победили только в юношеской номинации, да и то – это такие нижегородцы, которые учились в Нидерландах. Марина Игнатушко – о новой нижегородской премии, которая заметно переросла региональный масштаб.
Храм за стеной
В лесах курорта «Пирогово», хорошо известного поклонникам современного искусства и архитектуры, медленно, но верно строится новое здание, включающее в себя конюшню, манеж и гостиницу – все, что необходимо состоятельным любителям конного спорта. Этот проект уже достаточно хорошо известен и несколько раз опубликован в профессиональных журналах. Однако же он достаточно интересен для того, чтобы поговорить о нем еще раз.
Квадратичная симфония
Играя с масштабом и строгими формами, Николаю Лызлову удалось превратить атриум офисного здания в нечто циклопически-завораживающее, сродни фантазиям Пиранези. Здание собирались построить, но кризис изменил планы, и, похоже, оно останется на бумаге. Было бы интересно, если бы построили. Однако это, кажется, тот случай, когда проект интересен и на бумаге. Как у Пиранези.
Авангардная конструкция
Конкурсный проект квартала для города Будва в первом варианте заставляет вспомнить о фантазиях архитекторов русского авангарда 1920-х – трибунах, мавзолеях. Второй вариант моднее и фантастичнее – но обе версии объединяет одна общая черта – они пронизаны решеткой каркаса, что делает здания прозрачными, проницаемыми и немного театральными
«Рафинад»: утопия в миниатюре
На Стромынке завершено строительство дома, который его авторы – архитекторы мастерской Николая Лызлова – прозвали «Рафинадом». По нынешним меркам это очень маленькое строение, исполненное в редком жанре архитектурной миниатюры, который так и не получил развития в современной Москве
Маньеризм от модернизма
Ансамбль из двух домов, спроектированный Николаем Лызловым для Пирогова, сочетает чистоту форм с изысканностью их трактовки, давая в сумме сложносочиненный образ, растворенный в окружающей природе, но исподволь настраивающий ее на собственный лад
Гуманизм и транспортный узел
Многофункциональный комплекс, часть транспортного узла рядом с конечной станцией метро «красной ветки», сочетает лаконичную архитектуру, сложную систему организации пешеходных и автомобильных потоков, и внимательное отношение к людям, которые будут этим «узлом» пользоваться
Вилла-бабочка: усадьба “light”
Загородный дом, спроектированный Николаем Лызловым в соавторстве с Ольгой Кавериной и Марией Капленковой – редкий случай для лызловской мастерской. По утверждению архитектора он традиционен, однако очень легок и открыт окружающим красотам
Авангард на Масловке
Проект аппарт-отеля на Верхней Масловке выставлялся на Арх-Москве-2005, а в октябре этого года вошел в число номинантов новой премии ARX award. Этот дом обладает исключительной внутренней структурой, возрождая основы дома-коммуны, изобретенного в 1920е годы, это живой, настоящий, а не декоративный авангард
Краснобогатырские слоны
В верховьях Яузы, на Краснобогатырской улице, начинается строительство нового жилого комплекса по проекту Николая Лызлова. Оригинальное название – «Кранобогатырские слоны», подходит необычной архитектуре комплекса
Фантазии на тему модернизма
Проект жилого дома, который будет построен рядом с общежитием студентов МАрхИ, кажется архитектурной фантазией на тему его соседа и предшественника
Площадь вернется людям
Расширяя здание торгового дома «Перовский», архитектурная мастерская Николая Лызлова одновременно «лечит» запруженную машинами неуютную площадь около метро Новогиреево, превращая ее в место, приятное для городских прогулок
Похожие статьи
Вокзал без границ
Автовокзал в литовском Вилкавишкисе по проекту архитекторов Balčytis Studija «приютил» росшие на его месте старые деревья.
Медная крыша
Архитекторы Sauerbruch Hutton надстроили панельное школьное здание времен ГДР в Берлине деревянной «мансардой» с медной обшивкой.
Отвоевать кусочек парка
Архитекторы MVRDV возведут 25-метровый зеленый «холм» в центре Лондона: как ответ на потерянный здесь в 1960-е уголок Гайд-парка и меняющуюся после пандемии функцию Оксфорд-стрит.
Спланированный вернакуляр
Концепция жилого района для Самары от датских архитекторов: 2000 квартир, ни одной повторяющейся секции и очень много зеленых и общественных пространств.
Здание в шляпе
В программе библиотеки города Тайнань на Тайване по проекту бюро Mecanoo и MAYU – архивы и исторические экспозиции, а также медиатека и «цифровая мастерская».
К лесу передом
Типовой каркасный дом быстрой сборки с тремя спальнями и детской в антресоли, черный снаружи и белый внутри, спроектирован как для общения с природой, так и между собой. Весь фокус – на открытую террасу. Функции уборки и ухода за участком намеренно минимизированы, – подчеркивают авторы.
Миссия на воде
Плавучая церковь «Бытие» в Лондоне по проекту архитекторов Denizen Works предназначена для жителей переживающих реконструкцию районов на востоке Лондона.
Энергетическое семейство
Жилой комплекс Symphony 34 планируется построить в Савеловском районе Москвы. Он будет состоять из четырех разновысотных башен – от 36 до 54 этажей. Каждая имеет свой образ, но вместе все четыре собраны в единый архитектурный ансамбль, фрагмент нового высотного города за третьим транспортным кольцом.
«Аппетит к современности»
В Париже закончена реконструкция исторической Товарной биржи по проекту Тадао Андо: этой весной там откроется музей современного искусства – произведений из коллекции Франсуа Пино.
Содержание крупнее формы
Музей художественного образования Хуамао близ Нинбо по проекту Алвару Сиза и Карлуша Каштанейра – это компактный темный объем с наполненным светом просторным интерьером.
Пятый элемент
Клубный дом во Всеволожском переулке оперирует сочетанием дорогих фактур камня и металла, погружая их в буйство орнаментики. Дом представляется фантазией на темы театра эпохи модерна и символизма, разновидностью восточной сказки, что парадоксальным образом позволяет ему избежать прямой стилизации и стать отражением одной из сторон современной московской жизни.
Ходить по воде
Благоустройство, которое сделало спальный микрорайон не только комфортным, но и запоминающимся.
Летят перелетные птицы
В Чжухае на южном побережье Китая строится крупный центр искусств по проекту Zaha Hadid Architects: его самая заметная часть, модульный навес, должен напоминать летящих клином перелетных птиц.
Трамплины и патио
Центром усадьбы в Антоновке, спроектированной Романом Леонидовым, стал внутренний двор с перголами, напоминающий хозяину об отдыхе в экзотических странах. Открытые деревянные конструкции подчеркнули устремленные вверх диагонали односкатных крыш.
Технологии и материалы
Материя с гибким характером
Алюминий – разнообразный материал, он работает в широком в диапазоне от гибкого дигитального футуризма – до имитации естественных поверхностей, подходящих для реконструкций и даже стилизаций. Рассказываем о 7 новых жилых комплексах, в которых использован фасадный алюминий компании SEVALCON.
Волшебная линия
Вентиляционные диффузоры Invisiline, созданные архитекторами Майклом и Элен Мирошкиными, завоевали престижную дизайнерскую премию Red Dot 2020. Невидимые решетки, придуманные для собственных проектов, выросли в бренд, ответивший на запросы коллег-архитекторов.
Эффектная сантехника для энергоэффективного дома
Экодом в Чезене, совмещающий функции жилья и рабочей студии архитекторов Маргариты Потенте и Стефано Пирачини, стал первым в Италии примером «пассивного дома», встроенного в плотный фронт городской застройки; кроме того он – результат реконструкции. Интерьеры дома удачно дополняет сантехника Duravit.
Такие стеклянные «бабочки»
Важным элементом фасадного решения одного из самых известных
новых домов московского центра стало стекло Guardian:
зеркальные окна сочетаются с моллированными элементами, с помощью которых удалось реализовать смелую и красивую форму,
задуманную архитекторами.
Рассказываем, как реализована стеклянная пластика
дома на Малой Ордынке, 19.
На вкус и цвет: алюминий в московском метро
Алюминий практически вездесущ, а в современном метро просто незаменим. Он легок и хорошо держит форму, оттенки и варианты фактуры разнообразны: от стеклянисто-глянцевого до плотного матового. Вашему вниманию – обзор новых станций московского метро, в дизайне интерьеров которых использован окрашенный алюминий SEVALCON.
UP-GYM: интерактив для городской среды
Современное развитие комфортной городской среды требует современных решений.Новые подходы к организации уличного детского досуга при обустройстве дворовых территорий и общественных пространств, спортивных, образовательных и медицинских учреждений предложили чебоксарские специалисты.
Серьезный кирпичный разговор
В декабре в московском центре дизайна ARTPLAY прошла Кирпичная дискуссия с участием ведущих российских архитекторов – Сергея Скуратова, Натальи Сидоровой, Алексея Козыря, Михаила Бейлина и Ильсияр Тухватуллиной. Она завершила программу 1-го Кирпичного конкурса, организованного журналом
«Проект Балтия» и компанией АРХИТАЙЛ.
Цвет – это жизнь
Теория цвета и формы была важным учебным модулем в Баухаусе, где художники и архитекторы активно использовали теорию цвета Гёте и добились того, чтобы цвет стал неотъемлемой частью современной жизни. Шведы из Natural Colour Academy предложили палитру Color Trends 2020, собственную цветовую систему, которая задает цветовые стандарты для всех возможностей применения в новом десятилетии.
Расширить горизонты
Интерактивные игровые площадки, подключённые к интернету, и активити-парки компании «Новые Горизонты» как яркая часть городской среды.
Красное и черное
ЖК «Береговой» на береговой линии Москвы-реки, в престижном ЗАО, в историческом районе Филевский парк – часть Большого Сити, городской кластер, респектабельный образ которого создан с помощью облицовки клинкером Hagemeister
Ловушка для света
Новый Matelac Silver Crystalvision, стекло нейтрального оттенка с одной матовой и другой зеркальной стороной – удачное решение для современного минималистичного дизайна. Рассматриваем новый продукт в свете других предложений AGC для архитектуры интерьеров.
Праздничное освещение в большом городе
Каждый год с приближением праздников мы можем наблюдать, как преображаются привычные нам места: все стараются украсить пространство и создать праздничное настроение. Огромная роль при этом отводится праздничному освещению. Что это такое и каким образом создать праздничное освещение, мы разберем в этой статье.
Поверхность бархатная, характер нордический
Сочетая несочетаемое, Концерн Wienerberger разработал коллекцию инновационного кирпича Terca Klinker Nordic Line, модели которой названы в честь городов Северной Европы и намекают на скандинавскую архитектуру. Клинкер отличают бархатистые поверхности, прочность и эстетика при доступной цене.
Парк чудес. Сквозной лейтмотив клинкера
В подмосковной частной школе Wunderpark, которую называют российским Хогвартсом, авангардная архитектура проявила магические свойства материалов. Благородный клинкерный кирпич Hagemeister оттенил футуристичность бетона и стекла.
Сейчас на главной
Открыть что можно
Обнародован проект реконструкции и реставрации павильона России на венецианской биеннале. Реализация уже началась. Мы подробно рассмотрели проект, задали несколько вопросов куратору и соавтору проекта Ипполито Лапарелли и разобрались, чего убудет и что прибудет к павильону Щусева 1914 года постройки.
Дом в доме
Реконструкция крестьянского дома XVIII века на юге Германии: он стал основой для камерной сельской библиотеки. Авторы проекта – Schlicht Lamprecht Architekten.
«Коралловый цветок»
Foster + Partners и девелопер TRSDC разрабатывают масштабный курортный проект на побережье Красного моря в Саудовской Аравии. Об одном из его составляющих, комплексе Coral Bloom, нам рассказали Джерард Эвенден из Foster + Partners и генеральный директор TRSDC Джон Пагано.
Полярная тихоходка
Зимовочный комплекс антарктической станции «Восток» рассчитан на экстремальные климатические условия и психологический комфорт исследователей.
Офис для концентрации идей
​Бюро «Т+Т Architects» спроектировало офис французской ИТ-компании, где сотрудники в любой точке помещения могут обсудить с коллегами или записать на стене новые идеи.
Пресса: Паоло Солери и Arcosanti: как построить Бога
Паоло Солери учился у Фрэнка Ллойда Райта, в художественной коммуне «Талиесин-Вест», и его оттуда выгнали — вероятно, из-за конфликта с Ольгой Ивановной Райт, женой великого мастера. Видимо, логика отталкивания и притяжения привели к тому, что хотя утопия Солери не имеет ничего общего с идеями Райта, сам тип жизни коммуной он воспроизвел.
Возможности ограничений
МАРШ проводит весенний интенсив для архитекторов и кураторов выставок с практикой в реальных музеях. А здесь – его куратор Егор Ларичев объясняет, как полезны архитекторам и кураторам ограничения, и как их много для участников курса. Все, кто не испугается, присоединяйтесь.
Вокзал без границ
Автовокзал в литовском Вилкавишкисе по проекту архитекторов Balčytis Studija «приютил» росшие на его месте старые деревья.
Медная крыша
Архитекторы Sauerbruch Hutton надстроили панельное школьное здание времен ГДР в Берлине деревянной «мансардой» с медной обшивкой.
Архитектура без истории и без теории?
На днях стало известно о планах радикальной реогранизации НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства (НИИТИАГ) – единственного исследовательского института страны с таким профилем. Сотрудников, по слухам, планируют сократить в 7-8 раз. Мы поговорили с Дмитрием Швидковским, Андреем Боковым, Елизаветой Лихачевой, Андреем Баталовым – о том, чем ценен Институт и почему его все же надо сохранить.
Отвоевать кусочек парка
Архитекторы MVRDV возведут 25-метровый зеленый «холм» в центре Лондона: как ответ на потерянный здесь в 1960-е уголок Гайд-парка и меняющуюся после пандемии функцию Оксфорд-стрит.
Спланированный вернакуляр
Концепция жилого района для Самары от датских архитекторов: 2000 квартир, ни одной повторяющейся секции и очень много зеленых и общественных пространств.
Здание в шляпе
В программе библиотеки города Тайнань на Тайване по проекту бюро Mecanoo и MAYU – архивы и исторические экспозиции, а также медиатека и «цифровая мастерская».
К лесу передом
Типовой каркасный дом быстрой сборки с тремя спальнями и детской в антресоли, черный снаружи и белый внутри, спроектирован как для общения с природой, так и между собой. Весь фокус – на открытую террасу. Функции уборки и ухода за участком намеренно минимизированы, – подчеркивают авторы.
Бетонный Мадрид
Новая серия фотографа Роберто Конте посвящена не самой известной исторической странице испанской архитектуры: мадридским зданиям в русле брутализма.
Когнитивная урбанистика
Фрагмент из книги Алексея Крашенникова «Когнитивные модели городской среды», посвященной общественным пространствам и наполняющей их социальной активности.
Миссия на воде
Плавучая церковь «Бытие» в Лондоне по проекту архитекторов Denizen Works предназначена для жителей переживающих реконструкцию районов на востоке Лондона.