М.Г. Меерович

Автор текста:
М.Г. Меерович

СССР как Мегапроект. Числовые регулятивы искусственного формирования населения соцгородов

Выполнено при финансовой поддержке гранта РГНФ в рамках научно-исследовательского проекта «Агломерации: расселенческая доктрина в России сегодня и 100 лет назад (учет исторического опыта при принятии современных решений)» № 08-01-00512а. 2008-2009

Большевики мечтали изменить ход истории, сформировать новую цивилизацию. И они это сделали!
В частности, они сформировали расселенческую доктрину, не имевшую аналогов во всей предшествующей истории человеческой цивилизации. Осуществляемая в соответствии с ней, градостроительная политика основывалась на никогда ранее не существовавшем решении – передать целиком отдельные сферы деятельности и связанные с их реализацией крупные фрагменты территории страны, во владение государственным хозяйствующим «субъектам». В роли такового выступили: ВСНХ, ведавший всем новым промышленным (прежде всего, военным) строительством и связанным с ним гражданским строительством; Главное Управление Коммунального Хозяйства НКВД (ГУКХ НКВД), которому было поручено владеть всем жилым фондом и всей коммунальной инфраструктурой в существующих городах. Чуть позже к ним присоединился еще один общегосударственный «субъект» – Главное Управление Лагерей (ГУЛАГ), которому было вверено строительство транспортных коммуникаций, первичное освоение территорий и ресурсо-добыча. Именно эти «субъекты», воплощая государственные интересы, выступили распорядителями государственных финансовых и трудовых ресурсов. И отчаянно боролись за материальные и человеческие ресурсы и деньги.
В начале века почти очевидным казалось, что хозяйственные системы должны быть организованы сознательно, то есть за счет определенных знаний, а не сами собой под воздействием стихийных, «экономических», «товарно-денежных» отношений.

Причем теоретики марксизма распространили этот принцип не только на деятельность, но и на жизнь, рассматривая ее, прежде всего, как искусственно организуемую для «обслуживания» процессов производства – устроенную так, чтобы «восстанавливать силы трудящихся для полноценного отправления обязательной трудовой повинности». Даже специальное слово стали употреблять для обозначения этого «единства» производственной деятельности и организуемой при ней жизни – «жизнедеятельность». Все неконтролируемые проявления жизни должны были исключаться, а «ничегонеделание» заменяться обязательными занятиями – спортом, кружками, наукой.
Взрослое население под такую жизнедеятельность преобразовывалось принудительно. Необходимость такого преобразования во многом была вызвана негативным отношением теоретиков большевизма к традиционному укладу труда российского пролетариата, общинному способу сосуществования людей (причем, не только в деревне, но в городах – в рабочих казармах фабрик и заводов). А, в целом, к менталитету российского народа, которого, по мнению вождей большевизма, необходимо было постоянно принуждать к требуемой трудовой и социальной организации.

Средством для выработки новых психо-физических черт населения становится производственно-бытовая среда. Она осознанно превращается в механизм дисциплинирования, принуждения, самопреобразования. И тут же возникают серьезные трудности. Потому, что люди стремятся выскользнуть из-под внешнего прессинга. Они не желают дисциплинироваться. Не хотят меняться. Не рвутся вырабатывать в себе «нового человека». Они пьют, про-гуливают, лодырничают и лаботрясничают. Бросают работу. И, вообще, пы-таются обеспечить себя пропитанием другими способами. Накрепко привя-зать их к месту предполагаемой «социально-культурной переработки», к месту труда удается за счет поголовного включения работоспособного населения в трудо-бытовые коллективы – основные единицы советского производства (и промышленного, и интеллектуального). Кто пытается увильнуть от такого включения – преследуется и угнетается.

В трудо-бытовых коллективах формируется новый уклад повседневной жизни, неразрывно связанный с трудовой деятельностью. В нем бытовые де-ла определяют «социальный вес» человека в бытовой среде, потому, что все те, кто вместе работает и живут также вместе. И наоборот, личное повседневное существование каждого открыто для всех членов трудового коллек-тива и постоянно корректируется ими. Тем самым формируется совершенно новый вид «жизнедеятельности», в рамках которой, место работы превращается в как главный фактор укорененности людей в жизни. Место работы призвано выполнять весь комплекс функций, связанных с повседневным бытом трудящихся. Совершенно официально, даже законодательно, в этот список включаются: «… а) денежная плата; б) квартира, отопление, освещение, водопровод; в) предметы продовольствия и потребления; г) производственная одежда, внеплановые выдачи и т.п.; д) парикмахерские, бани, театр; е) про-дукты с огородов и советских хозяйств; ж) все осуществляемые предпри-ятиями и учреждениями затраты по организации быта и прочие услуги, предоставляемые коммунальными отделами; е) средства передвижения (билеты по железные дороге, выделение по месту работы, в случае надобности, грузовых автомобилей, оплата проезда к месту работы на трамвае и проч.; ж) се-мейные пайки и другие дополнения к заработной плате, выдаваемые по месту работы семьям рабочих и служащих»1.

Роль привязки человека к производству также выполняет «распределительная система». Это мощный дополнительный источник прикрепления че-ловека к месту работы. Распределяется все – продукты, товары, услуги, льготы по старости и выслуге, пособия по инвалидности, текущее медицинское обслуживание, удовольствия, возможность получить образование. Все, что составляет «жизненный прожиточный минимум». Таким образом люди при-нуждаются держаться за место работы и терпеть все, что связано с пребыва-нием в качестве члена трудо-бытового коллектива.
Распределительная система была придумана не случайно. И не вынужденно, как это объясняют некоторые историки – в результате дефицита това-ров, продуктов, высококачественных услуг и проч. Она была сформирована сознательно и целенаправленно, как специфическая форма организационно-управленческого и административно-бытового воздействия на людей. Кстати, НЭП продемонстрировал, что без нее вполне можно обойтись. Именно поэтому он был так нетерпимым для власти. Но выдержки большевикам бы-ло не занимать. Введение НЭП не отменило распределительную систему, они сосуществовали параллельно, но, как только накопились ресурсы для следующего общегосударственного рывка – в индустриализацию, от НЭП немедленно избавились, усилив и укрепив распределительную систему, как средство привязки человека к месту работы.

Главная задача концепции социалистического расселения – материализовать новые формы организации деятельности и жизни. Согласно ей, население должно «двигаться» вслед за новыми производствами, перемещаясь к местам их возведения. Вслед за ними оно должно быть равномерно разров-ненным по территории страны. Концепция соцрасселения утверждает цен-ность строительства новых поселений, как мест свободных от стереотипов прежнего образа жизни, старого характера межличностных отношений, старых форм деятельности, старой культуры – то есть, в целом, как поселений совершенно иного типа, нежели существующие города.

Новые поселения призваны создавать с прилегающими к ним сельско-хозяйственными зонами, единые территориально-производственные системы «город-деревня» с постоянными производственно-хозяйственным обменом: город снабжает деревню конкретным планово изготавливаемым ассортиментом промышленной продукции; деревня обеспечивает город сельскохозяйственной продукцией в количестве, гарантирующем ее полное употребление. Процесс втягивания сельскохозяйственных территорий и проживающего на них крестьянского населения, в сферу организационно-управленческого влияния создаваемых индустриальных центров, а, фактически, в культурную и политическую зависимость и подчинение им, начинает трактоваться как практическое исполнение теоретических постулатов о «стирании границ ме-жду городом и деревней».

Концепция исходит из принципа искусственного прикрепления к месту работы больших масс людей. Удержание нужного количества рабочей силы в нужном месте осуществляется за счет привязки их пропиской, выдачей продовольственных карточек, наделением жилищем из государственных фондов, медицинским обслуживанием исключительно по месту работы, обучением детей исключительно по месту проживания и т.п.  За единицу нормативных вычислений потребного количества населения принимается специфическая расчетная единица – «рабочий».

Важной организационно-управленческой функцией соцрасселения яв-ляется обеспечение военно-мобилизационной составляющей процесса коллективизации2. Новые поселения не только предоставляют выдавливаемым их деревни крестьянам возможность занять рабочие места в промышленной индустрии, но и комплектуют ими дислоцированные в городах военные формирования – армия, тоже рассматривается властью как эффективное средство «социально-культурной переработки» населения. Заметим, что в программах проектирования соцгородов размещение в них военных частей предусматривается обязательно.

Выдавливаемые из деревни коллективизацией и прибывающие в город массы крестьянского населения, разделяются на два потока. Из одного, состоящего из «необразованных и политически ненадежных крестьян» осуществляется пополнение дислоцированных на данной территории подразделений пехоты и кавалерии (не требующих никакой изначальной квалификации новобранцев). Из другого, который составляют бывшие крестьяне, уже прошедшие «школу индустриального производства» (т.е. «опролетаренные», организационно подготовленные, технически грамотные и т.п.) комплектуются передовые технические соединения – моторизованные и механизированные.

Кроме этого, новые поселения, являясь центрами окружающих их непролетарских ареалов, и выполняя по отношению к ним функцию сосредоточения органов руководства, одновременно выступают форпостами размещения контингентов силовых ведомств, предназначенных для подавления потенциально возможного внутреннего сопротивления, как в самих городах, так и на прилегающих сельскохозяйственных территориях. Поэтому величина соцгородов определяется, в том числе, исходя из способности содержать определенную «массу» этих контингентов, поскольку подразделения ОГПУ и милиции (как, впрочем, и регулярные военные формирования), могут располагаться в населенных пунктах лишь при условии наличия в них достаточно-го количества производящего и обслуживающего населения.

Таким образом, концепция социалистического расселения проектно размечает границ районов нового расселения и обеспечивает установление в них оптимальной численности населения различных категорий «функционального предназначения». То же самое происходит и в отношении внутренней планировки новых поселений, которые в своей структуре (на ином иерархическом уровне) также реализуют принцип мобилизационно-партийного членения городской территории.

Особо острая необходимость в разработке методов и способов исчисления количества будущего населения проектируемого города, возникает в советском градостроительстве потому, что в условиях искусственной организации систем производственной деятельности и структур жизнеобеспечения, социалистический город не является саморегулируемой системой. Он выступает элементом общегосударственной распределительной системы, нуждающейся в предварительных расчетах. Всего: потребности в жилых зданиях и сооружениях различных типов для далеко не однородного (вопреки идеологическим утверждениям) советского населения; укрупненных сметных расчетов расходов на транспортное, культурное и селитебное строительство; количества зеленых насаждений, необходимых для нормальной жизни; количе-ства требуемых детских учреждений; «шага» размещения остановок общест-венного транспорта; количества блюд в столовых и продуктов, необходимых для их приготовления и т.п. А так как новые индустриальные города создаются, как правило, «на пустом месте», приходится предварительно прогнози-ровать, обсчитывать, организовывать и целевым образом направлять туда и материалы, и оборудование, и инструменты, и технику, и топливо, и финансы, и трудовые ресурсы – фактически, все то, что необходимо сначала, для возведения, а потом, для существования города.

Старая дореволюционная практика расчетов оказывается неспособной помочь решению этой задачи. Причина в том, что старая практика расчетов основывалась на обсчете не только задействованного в производстве, но и «избыточного» (по А. Веберу) населения и исходила из показателей, прежде всего, его естественных миграций и естественного прироста. Новая, исходит из того факта, что в социалистическом хозяйстве наличие избыточной рабочей силы, в каком бы то ни было виде, недопустимо – неработающих в соц-городах быть не должно.

Старая практика расчетов исходила из прогнозов, основанных на динамических кривых естественного (рождаемость) и механического (приезд в город на постоянное местожительство) прироста населения, выведенных на основе отчетных статистических данных. Новая, с точностью до наоборот, предлагает основывать расчеты не на естественном приросте населения, а на искусственном привлечении и удержании населения в нужном месте и в нужном количестве. Расчет теперь заключается не в том, чтобы спрогнозировать перспективную численность населения, исходя из естественного прироста или естественной эмиграции и других факторов, а в том, чтобы выяснить, сколько, в том или ином населенном пункте, требуется разместить трудовых ресурсов в соответствии с объемами и человекоемкостью размещаемой промышленности, а затем, используя добровольные и принудительные миграции, доставить туда именно это конкретное количество рабочих рук, обеспечить их жилищем и организовать их жизнеобеспечение3.

Если старая практика расчетов при построении трудовых балансов исходила из естественных факторов, то новая, с точностью до наоборот, основывается на том, что количество избыточного населения можно и нужно снижать за счет искусственного перераспределения, т.е. например, «выселения в другие города»4 – принудительного перемещения в те места, где есть потребность в рабочих руках.
Но как определить, сколько нужно рабочего населения в том или ином населенном пункте; как заблаговременно просчитать, сколько людей должно работать на предприятиях обслуживания, в школах, администрации и т.п.; какой процент неработающего населения (женщины, старики, дети, инвали-ды), как этот процент должен быть «нормативно» задан по отношению к работающему населению (т.е. к какому показателю следует стремиться и какие административные действия для этого нужно предпринимать) и т.п.?

К моменту постановки всех этих вопросов существовала расчетная формула, изложенная в труде В.А. Глазырина5, написанном в 1927 г., и опубликованном двумя частями в 1928-1929 гг., в период, фактически переход-ный от концепции социалистического рабочего поселка-сада к концепции соцгорода. Эта формула была такова: ΣN = [(N¹ + N² + N³)(1+α)](1+β); где: ΣN – численность населения поселка-сада; N¹ – расчетное количество рабочих и служащих «градообразующего предприятия»6; N² – число служащих «обслуживающих предприятий», занятых административным, санитарным и общим надзором; N³ – «переселенцы», часть окрестного населения, которая «притя-гиваясь» к населенному пункту «городского типа», меняет свое место жительства в сельской местности и переселяется в поселок-сад; α – коэффици-ент семейности; β – показатель прироста населения, в связи с расширением «градообразующего предприятия»7.

Метод расчета количества населения поселка-сада, предложенный В.А. Глазыриным, во многом предвосхищает официально принятую позднее методику расчета нормативной численности населения социалистического города. Предлагаемая им формула расчета еще содержит «старую» компоненту – «прирост населения», но трактует ее уже в соответствии с новым пониманием – как потребность в дополнительной рабочей силе в результате расширения градообразующего предприятия. Но с точки зрения постулатов концепции соцрасселения, и эта – адаптированная к советской градостроительной доктрине – формула, содержит ряд грубейших ошибок.

Первая состоит в том, что глазыринская формула рассматривает жен индустриальных рабочих в качестве обособленного контингента жителей поселения. Причем неработающих – домохозяек. В подсчет они входят отдельной величиной, в той единице, которая прибавляется к среднему показателю численности детей в среднестатистической семье – (1+α).

В противоположность этому подходу, концепция соцрасселения, свои теоретико-идеологические постулаты формулирует предельно четко и однозначно – жены рабочих должны трудиться на тех же предприятиях, что и их мужья, или в сфере обслуживания. Это не только позволяет «дополнительно вовлечь в промышленное производство 75 млн. пар рабочих рук женского населения страны»8, но и обеспечивает уменьшение числа лиц, которые должны быть размещены в социалистических поселениях при новых заводах, а также дает возможность снижения затрат на строительство, приходящихся на душу населения. То есть, в соответствии с концепцией соцрасселения, жены рабочих градообразующих предприятий должны включаться в состав расчетного количества рабочих и служащих «градообразующего предприятия» – в показатель N¹ глазыринской формулы.

Вторая ошибка расчетной формулы В.А.Глазырина состоит в том, что категория N² – сотрудники обслуживающих предприятий, входят в расчет самостоятельным контингентом, имеющим собственные семьи (жен и детей) и поэтому отдельно умножаемым на (1+α). В противоположность этому, теоретико-идеологические постулаты концепции соцрасселения, в качестве одного из основных способов увеличения процента включенности женской части населения в процессы обеспечения производственной деятельности, утверждают необходимость заполнения сферы обслуживания бытовых нужд населения членами семей тех рабочих, которые трудятся на градообразующем предприятии. Т.е. в сфере обслуживания должны быть заняты, не «дополнительные» работники, плюсуемые к числу индустриальных рабочих, имеющие свои собственные семьи и нуждающиеся в собственном жилище, а «вторая часть взрослой составляющей» семей индустриальных рабочих – их жены.

В результате этого, «высвобожденные от домашнего труда женщины», превращаются в рабочих (потому, что начинают трудиться на заводах, на-равне с мужчинами), или в административных служащих, или сотрудников системы общественного (в том числе культурно-бытового) обслуживания. Все это позволяет уменьшить общее расчетное количество населения соцгорода. Так, если « … на 1000 рабочих обычно требуется разместить населения (включая служащих, детей и т.д.) не менее 5000 чел., то тогда, когда … мы будем иметь общественное обслуживание бытовых нужд (и, при этом, трудоустраивать высвобождающихся от домашнего труда женщин на предприятиях соцкультбыта – М.М.), то на те же 1000 рабочих потребуется разместить не более 3000 чел., т.е., по крайней мере, на 40% меньше … В дальнейшем при использовании труда детей количество (населения поселка – М.М.) будет еще меньше».
Третья ошибка глазыринской формулы заключается в учете лиц самостоятельно переселяющихся в соцгород из прилегающих сельскохозяйственных зон – показатель N³. Теоретико-идеологические постулаты концепции соцрасселения однозначно фиксируют, что сельскохозяйственное население не имеет права утекать, куда бы то ни было, а должно быть прикреплено к месту сельскохозяйственного труда, где обязано стабильно производить продукты питания, обеспечивая ими население соцгорода.
Концепция соцрасселения выражает социальную политику власти, направленную на полное искоренение неработающей части населения, на при-нуждение нетрудящихся к труду, на принудительное включение и работающих, и служащих в трудо-бытовые коллективы. «Скорость исчезновения как класса неработающих групп населения определяется, так называемым, «коэффициентом пролетаризации». В случаях проектирования новых социалистических городов, « … где неработающего населения не будет, применение этого коэффициента необходимо опустить»9. Поэтому расчетно-нормативные показатели основываются на принципе, что с соцгородах никаких иных категорий населения, кроме работающего, быть не должно (т.е. не должно быть никаких безработных). Так все и будет сделано – этот принцип в начале 1940-х гг. будет законодательно официально зафиксирован серией постановлений ЦИК и СНК СССР о паспортной системе и прописке и советская власть начнет бороться с неработающими в соцгородах самыми жесткими способами.
Именно поэтому, в частности, в постановлении СНК РСФСР от 11 ноября 1929 г. «О строительстве Магнитогорского комбината и г. Магнитогорска» указывается: «… количественный расчет населения города должен ис-ходить из полного использования всего трудоспособного населения в производстве или коммунально-бытовом обслуживании …», «… строящийся т. Магнитогорск является чисто пролетарским городом, полностью связанным с работой Магнитогорского комбината…». 

Эта задача является не столько расчетной, сколько организационно-управленческой, так как по данным переписи населения 1926 г., в существующих городах СССР иждивенцев насчитывается 60%. Причем домохозяйки составляют из этого числа около одной трети, т.е. пятую часть городского населения страны.
Иждивенцы  – 60%
Работающие на производстве – 26%
Работающие на транспорте – 4%
Работающие по торговле и снабжению – 3,5%
Просвещенцы и воспитатели – 2,5%
Работники коммунальных органов и пр. советских учреждений – 2,5%
Работники здравоохранения – 1,5%
Итого баланс населения:
Иждивенцы – 40%
Домашние хозяйки – 20%
Занятые на производстве – 26%
Обслуживающий персонал – 14%
Всего – 100%

Осуществляющийся в этот период расчет потребности новых промышленных предприятий в рабочей силе, основывается именно на этом процент-ном соотношении, выведенном из статистических данных переписи 1926 г. Так, при проектировании завода сельскохозяйственного машиностроения в Ростове-на-Дону, общее потребное количество рабсилы принимается в количестве 5114 чел. из которых служащих – 14,8% (748 чел.), рабочих – 85,2% (4366 чел.). При этом, количество работающих женщин в 10,5 раз меньше числа мужчин: мужчин (рабочих и служащих) – 4345 чел., женщин – 406 чел.
Идеологически противостоя подобному положению дел, концепция соцрасселения требует все трудоспособное население (без какого бы то ни было исключения и без различия полов) вовлечь в производительный и общественно-полезный труд. В результате этого, к категории работающих на производстве могут прибавиться еще 20% рабочих рук бывших домохозяек. Исходя из этого, известный советский экономист и статистик С. Струмилин предлагает принять для новых населенных мест расчет перспективного ба-ланса населения на основе всего четырех позиций (оставив численность до-мохозяек в размере 4%):
Иждивенцы (в силу возрастного положения) – 40%
Домохозяйки – 4%
Работающие на производстве – 42%
Работающие по обслуживанию – 14%
Всего – 100%

В ходе общегосударственной дискуссии о соцрасселении (1929-1930 гг.) неоднократно зафиксируется установка на необходимость стопроцентного включения женской части населения соцгородов в производственную или обслуживающую деятельность (т.е. установка на исключение какого бы то ни было наличия нетрудящихся, в том числе и 4% домохозяек). Эта установка не является надуманной. В это время она и так уже практически воплощается в расчетах численности населения соцгородов. Так при проектировании в начале 1930 г. соцгорода Московского энерго-химического комбината женская часть населения учитывается в расчете, как целиком занятая на производстве (или в обслуживании). Поэтому она полностью исключается из коэффициента семейности, который, в результате, уменьшается на единицу и в котором остаются только «иждивенцы по возрасту» – дети. Вот вполне конкретное и однозначное разъяснение подобной процедуры: «средний коэффициент се-мейности для угольных бассейнов до сих пор считается от 3,5 до 4. В данном случае предполагается использование избыточного женского населения на предприятиях комбината (кроме шахт), на химических заводах, отчасти в керамической группе и в большинстве случаев на обслуживающих город предприятиях, благодаря чему коэффициент семейности может (…) быть доведен до 2,5 что и дает население всего города в 52000 чел. при 21000 чел. рабочих и служащих».

Кстати, в ходе дискуссии о соцрасселении было также неоднократно высказано предложение о том, что не только число «домохозяек», но и количество «иждивенцев» можно уменьшить, за счет того, что молодежь и подростки, во время прохождения обучения во втузах или фабзавах, также будут задействованы в производственной или обслуживающей сферах. Практически этот тезис воплощается в программах проектирования соцгородов, которые требуют при разработке генпланов не только располагать «школы ФЗС. втузы, техникумы, фабзавуч и ШУМП в непосредственной близости к заводу»10, но и предусматривать размещение «помещений для курсов дополнительного рабочего образования прямо на территории градообразующего предприятия». Причем, значительной емкости. Так «Программа для составления эскизных проектов планировки и застройки городов Магнитогорска и Кузнецка и типов жилых домов», утвержденная СТО и Госпланом СССР 1 сентября 1930 г., предписывает «для школ … и курсов дополнительного ра-бочего образования на территории завода должны предусматриваться учебные мастерские … на 3000 учебных мест»11.

В результате этих нормативно-расчетных соображений в расчетной формуле, определяющей количество населения будущего соцгорода, остается только «чистый» коэффициент семейности (α) – т.е. только количество детей младшего возраста. Это еще более уменьшает расчетную численность насе-ления будущего соцгорода.

К 1930 г. в процедурах по определению расчетной численности обитателей соцгородов, все трудоспособное население начинает подразделяться всего на две категории: а) градообразующую – собственно рабочие (служащие) производственных предприятий; б) градообслуживающую – трудящие-ся сферы обслуживания (члены семей рабочих градообразующих предприятий). В итоге создается предельно упрощенная, оптимизированная формула расчета нормативной численности населения соцгорода – в основу ее кладется конкретное количество рабочих, требующихся промышленному предприятию. Поскольку планируется, что мужчины и женщины будут задействованы в производительном труде в одинаковой степени, постольку они входят единым показателем. Затем осуществляется простое умножение этого количества на коэффициент семейности:  ΣN = (N¹ + N²) α; где: ΣN – численность населения соцгорода; N¹ – расчетное количество рабочих и служащих градообразующего предприятия; N² – расчетное количество сотрудников предприятий обслужива-ния; α – коэффициент семейности. В итоге получается искомый нормативнорасчетный показатель, который состоит всего лишь из двух показателей: рабо-чее население (мужчины и женщины) и их дети.
Например, подобным образом действует Гипромез, который еще в 1927 г., при исчислении количества населения поселка-сада при вагоностроитель-ном заводе в Нижнем Тагиле, умножает число рабочих и служащих завода (5400 чел.) на минимальный коэффициент семейности, тем самым, получая общую численность населения – 12000 чел. Таким же образом  в том же году в его стенах количество населения поселка при заводе сельскохозяйственно-го машиностроения в г. Ростове-на-Дону.

Эта формула становится общепринятой – с 1930 г. ее используют прак-тически все проектные организации. В частности, она применяется при проектировании в 1930 г. соцгорода  Московского энерго-химического комбината. N¹ – расчетное количество рабочих и служащих градообразующих предприятий (т.е градообразующая категория) –численность, собственно, индустриальных, горных и транспортных рабочих и служащих – 15000 чел.; N² – расчетное количество сотрудников предприятий сферы обслуживания (т.е. градообслуживающая категория) – трудящиеся общественно-коммунальных, научных, пищевых и проч. – 6.000 чел. Итого – общая численность (N¹ + N²) = 21.000 чел. Коэффициент семейности (α) – 2,5. В итоге получается искомый нормативно-расчетный показатель ΣN = (N¹ + N²) α. = 21000 х 2,5 = 52500 чел. Точно такой же способ расчета использует в 1931 г. Э. Май (работающий в составе Стандартгорпроекта), при определении расчетной численности населения г. Новокузнецка: «металлургическая промышленность требует 11.400 чел. рабочих, в горной промышленности – 3.000 раб., в кирпичной промышленности около 300. Кроме того, еще следующие числа: химический комбинат и цементная фабрика вместе 3 тыс. рабочих. Итого 17700 чел рабочих во всех запроектированных и уже существующих индустриальных предприятий … еще 9 тыс. транспортных рабочих и 1 тыс. для обслуживания фабрики-кухни и других нарпитовских предприятий…»12. Умножением численности рабочих градообразующих предприятий и предприятий обслуживания на ко-эффициент семейности (3,075) выводится общая расчетная численность населения г. Новокузнецка – 83000 чел.

Совершенствование формулы идет по пути уточнения семейного состава населения. Это связано с очевидным наличием холостых людей обоего пола. Учет этого показателя важен для определения общего количества населения, так как реально уменьшает его расчетную численность, потому что выводит из умножения на коэффициент семейности некоторую его часть. Поэтому, еще в 1927-1928 гг. в процедуру расчета начинают  включаться дифференцированные показатели, учитывающие процента холостых рабочих и служащих – их численность вычитается из общего количества трудящихся. Так, в выполненном Гипромезом в этот период проекте Уральского машиностроительного завода в г. Свердловске, из общей численности трудового контингента вычитается довольно значительная часть одиноких рабочих и служащих – 30%. В расчете общей численности населения они не умножаются на коэффициент семейности.

В дальнейшем период этот показатель уточняется, так как выясняется, что, по статистике, холостых из общего числа рабочих обычно насчитывается 30%, а среди служащих процент холостых значительно меньше –20%. По-этому, например, при расчете общей численности населения рабочего посел-ка Магнитогорского металлургического завода, выполненном Гипромезом, показатель численности холостых берется уже дифференцировано: 
Рабочих на заводе – 4923 чел.
Служащих – 960 чел.
Рабочих на руднике – 875 чел.
Служащих на руднике – 131 чел.
Рабочих в фабзавуче – 180 чел.
Служащих – 49 чел.
Итого служащих – 1140 чел.
Итого рабочих – 5798 чел.
Холостых служащих – 20% – 228 чел.
Холостых рабочих – 30% – 1793 чел.
Итого в поселке холостых – 2021 чел.
Соответственно:
Семейных служащих – 80% – 912 чел.
Семейных рабочих – 70% – 4185 чел.
Итого семейных в поселке – 5097 чел.
Коэффициент семейности – 3,5
Расчет:  5097 х 3,5 = 17840 чел.
Общая численность населения рабочего поселка:
17840 + 2021 = 19861 чел.

К 1930 г. этот показатель еще более конкретизируется, так как статистические обследования показывают, что некоторая часть взрослых холостых людей обитает не автономно, а вместе с их семьями (часто по причине острого дефицита жилплощади, часто для облегчения бытового положения за счет совместного ведения общесемейного хозяйства). Этот факт приводит к тому, что в программах проектирования соцгородов общероссийский статистиче-ский показатель количества одиноких начинает учитываться не в размере 30%, а задается в размере 20%.

Учет количества холостой части населения играет большую роль при предварительном определении потребной типологии жилого фонда, т.е. необходимого числа строений тех или иных типов и, соответственно, баланса территории селитьбы. Прежде всего, потому, что расселять всех холостых рабочих и служащих предполагалось исключительно в рабочих общежитиях. Таким образом, например, предусматривалось расселение всех холостых рабочих и служащих в проекте рабочего поселка при Магнитогорском металлургическом заводе, выполненным в 1929 г. Гипромезом, где  2000 чел. холостых рабочих и служащих должны были проживать в запланированных к возведению 14 каменных общежитиях на 100 чел. каждый и 15 деревянных общежитиях на 40 чел. каждый. То же и в реализованной в 1930 г. Стандартгорпроектом13, программе проектирования уже не поселка, а соцгорода Магнитогорска (который к этому времени, расчетно уже в несколько раз перерос по численности населения первоначально проектировавшегося рабочего поселка). То же и в программе проектирования соцгорода Кузнецка14 и др. Ана-логичное предписание на заселение данной категории рабочих в общежития встречается и позднее, в расчетных предписания 1931 г., разработанных С.Н. Покшишевским.

Учет количества холостых и принятие в расчет их численности отдельно от семейной части приводит, в конечном счете, к изменению самого коэффициента семейности. Он становится более точным. А, кроме того, начинает умножаться не на всех жителей поселения, а только на количество семейных.
В целом, динамика изменения этого коэффициента такова: в 1919 г. он принимается опытным путем в размере 2,7. Например, при расчете численности населения рабочего поселка при Саратовском государственном заводе сельскохозяйственных машин и орудий «Звезда», произведенном в марте 1919 г. правлением завода, в основу берется именно этот показатель. В итоге, на 3000 рабочих, общая численность населения получается 8000 чел. Кстати, этот расчет подвергается серьезной критике, экспертировавшего проект В.Н. Семенова. В частности, он указывает на заниженную численность среднего размера семьи: «… население поселка при его окончании надо исчислять не в 8, а тысяч в 10-12 …», т.е. коэффициент семейности должен приниматься в размере 3,3-4 чел. 

В 1926 г. на основе статистических данных, полученных в результате всесоюзной переписи населения, коэффициент определяется в 3 чел. Именно поэтому, в проекте Уральского машиностроительного завода в г. Свердлов-ске, проектировщики Гипромеза, исходя их постановления Технического Совета ГЭУ ВСНХ СССР от 26-30 ноября 1926 г., принимают к расчету «показатель средней семейности – 3 человека». Таким же он остается и в обоих вариантах проекта рабочего поселка при тракторном заводе им. Ф. Дзержинского в Сталинграде, выполненном также Гипромезом в 1927-1928 гг. Но к концу 1920-х гг., постоянно увеличивающийся приток в города и на стройки пятилетки многосемейного крестьянского населения, приводит к увеличению этого показателя и, например, в проекте Магнитогорского металлургического завода, выполненном в 1929 г., все тем же Гипромезом, коэффициент семейности принимается уже в размере 3,5 чел. А  вот при определении Стандартгорпроектом в 1930 г. расчетной численности населения г. Новокузнецка15, коэффициент семейности вновь принимается почти равным 3 (точнее – 3,075). Тоже и в программе конкурсного проекта рабочего поселка в районе рудника им. А. Рыкова, близ станции Бобрик-Донской Рязанско-Уральской ж.д, проведенного Московским архитектурным обществом в конце 1929 г., где коэффициент семейности взят в еще более малом размере – 2,9 16.

Важно подчеркнуть, что для определенных категорий  рабочих, занятых на тяжелых физических работах (в частности, для угольных бассейнов) где участие женского труда в основном производстве является минимальным (если не нулевым) в состав этого коэффициента включается «дополнительная единица» – неработающая домохозяйка. Так, в 1930 г. при проектировании соцгорода Московского электрохимического комбината коэффициент семейности принимается 3,5 – 4 чел.

Коэффициент семейности уточнялся и корректировался также и ведомственными инструкциями. И например, для транспортных рабочих он брался таким же, как и для угольщиков, и семей горных рабочих, т.е. 3,5 – 4 чел.. Так, немецкий архитектор Рудольф Волтерс, работавший в 1932-1933 г. в Но-восибирске, вспоминал, что при проектировании поселка им. Эйхе для железнодорожных рабочих при паровозоремонтном заводе и сортировочной станции, он при расчетах, опираясь на «статистику и нормы народного комиссариата», вычислял общую численность поселка (на 6800 рабочих) в количестве чуть меньше, чем 25000 чел., т.е. с коэффициентом семейности – 3,65.

Следует отметить, что в расчетных формулах в начале 1930-х гг. «рабочие и служащие для хозяйственных, культурно-просветительных и сани-тарных целей» присутствуют уже в качестве отдельной категории. Так, в проекте Уральского машиностроительного завода в г. Свердловске численность «персонала, обслуживающего культурные, снабженческие и другие нужды поселка» принимается в размере 5% от общего количества населения. А в позднее выполненном проекте Магнитогорского металлургического за-вода она конкретизируется и принимается уже в расчете 10% от числа рабочих и служащих основных производств. В дальнейшем эта категория будет выделена в отдельный расчетный показатель – «градообслуживающая база».

Дальнейшее совершенствование расчетной формулы идет также в на-правлении уточнения состава предприятий, относимых к «градообразующим»: «в градообразующую промышленную базу города входят: (…) вероятное количество рабочих и служащих промышленности союзного, республиканского значения, железнодорожного и водного транспорта, которые в данном городе будут проживать на расчетные года. К этой численности трудящихся следует добавить количество рабочих и служащих местной промышленности и планируемой кустарной промышленности».

Совершенствование формулы идет и по пути конкретизации состава «градообслуживающей» базы, т.е. той части трудящихся, которая занята в обслуживании населения города учреждениях по оказанию разных социальных услуг». В 1933 г. к ней относятся: «1. административные, хозяйственные и общественные организации города; 2. городской механический пассажирский транспорт; 3. индивидуальный пассажирский транспорт; 4. групповой транспорт промышленных предприятий; 5. водопровод, канализация, теплофикационные и газовые установки; 6. организации, ведающие эксплуатацией уличной сети и городских зеленых насаждений; 7. пожарная охрана; 8. санитарно-гигиенические предприятия; 9. гостиницы; 10. организации по экс-плуатации жилого квартала; 11. предприятия общественного питания; 12. магазины и склады; 13. лечебно-профилактическая и санитарная сеть; 14. система народного просвещения; 15. предприятия местного значения».

Но поскольку «градообслуживающая» часть трудового населения все равно является производной от промышленной базы города, т.е. не может быть по численности больше «градообразующей», и поскольку она все равно составляется из членов семей промышленных рабочих, постольку для еще большего упрощения расчета общей численности населения соцгорода, предлагается в качестве основного показателя принимать лишь количество рабочих «градообразующей» части. Таким образом, основной расчетной еди-ницей становится «рабочий градообразующего предприятия». Отдельно счи-тать количество рабочих, занятых «обслуживанием» не нужно, так как в градообслуживающей сфере работают «вторая половина семей» «рабочих гра-дообразующего предприятия» – их жены. Поэтому из расчета они исключается17. Но появляются в расчетной формуле, как приходящиеся «на одного рабочего» члены семьи, т.е. включенные в коэффициент семейности, наряду с детьми и стариками.
В итоге, параметры расчета численности населения соцгорода сводятся всего лишь к двум показателям: а) показатель численности рабочих градооб-разующей составляющей, умноженный на б) статистически определенный коэффициент семейности (с уже учтенным в нем количеством холостых лю-дей, жен, детей, стариков, инвалидов и проч.). Формула приобретает вид: N = R умноженное на 3,87 (или 3,87R);  где N – искомая численность населения; R – градообразующая рабочая сила18, а 3,87 – средний количественный состав семьи.

Таким образом, принципиальная схема расчета предельно проста – мощность производства (промышленного предприятия и сопутствующих базовых производств) задает требуемую численность занятых на нем рабочих, инженерно-технического персонала и администрации («градообразующая со-ставляющая»). Она, фактически и определяет численность всего населения города, потому, что рабочие места в градообслуживающей сфере заполняются за счет вторых взрослых членов семей рабочих градообразующей части.

В соответствии с общим нормативом, регулирующим отношение «градообразующей» части к «обслуживающей», обслуживающего контингента должно быть не больше, чем 30% от количества рабочих градообразующих предприятий. Поэтому даже за вычетом холостой части населения слишком много женского населения остается «расчетно не задействованным» в произ-водстве». Например, если в поселке проживает 1000 человек работников градообразующего предприятия, то при умножении на коэффициент семейности (3,87) общая численность населения поселка составляет 3870 чел. Из них трудоспособного населения насчитывается 52%, т.е. 2012 чел. При условии, что количество лиц обоего пола примерно одинаково, получаем: 1006 муж-чин и 1006 женщин. При условии, занятости в обслуживании 30% преимущественно женской части населения (т.е. 301 чел.), получается, что не вовлеченными в общественно полезный труд и, следовательно, «нетрудящимися», остаются около 705 чел. женского населения.

Подобное положение дел в рамках концепции соцрасселения рассматривается как недопустимое. Для его исправления предлагается уже на уровне расчетной формулы включать женщин в основной штатный состав рабочих градообразующих предприятий. В итоге, в формуле расчета численности населения поселка, предложенной в 1931 г. С.Н. Покшишевским19, в соответствии с базовой установкой концепции соцрасселения на максимально полное вовлечение в производительный труд женской части населения, предлагается уменьшить общую расчетную численность населения за счет учета процента женщин, изначально включаемых в работу на основном производстве: N = R умноженный на К, где N – искомая численность населения; R – численность рабочих (количество рабочих и служащих по штатным спискам градообразующих предприятий), а вот показатель – К, это уже не просто коэффициент семейности, а сложный показатель, учитывающий процент женщин, занятых на производстве: К= n + c (1– n) + sn + sc (1– n) – fc (1– n), где n – процент одиноких (холостых) среди штатных рабочих и служащих; s – процент обслуживающего населения; c – коэффициент семейности среди штатных рабо-чих, служащих и обслуживающего населения; f – процент женщин, занятых на производстве.
Введение подобной уточненной формулы, позволяет серьезно умень-шить итоговую расчетную величину населения города. Например, без учета женщин, занятых на основном производстве, коэффициент К, высчитывае-мый по формуле: К= n + c (1– n) + sn + sc (1– n), составлял 3,737 (при вели-чинах: n = 0,25; c = 3,5; и s = 0,3). А с учетом всего лишь 10% женщин, заня-тых на основном производстве, тот же коэффициент, рассчитанный по фор-муле: К= n + c (1– n) + sn + sc (1– n) – fc (1– n), уже составляет 3,474. Что позволяет на каждую 1000 численности рабочих градообразующих предпри-ятий, снижать расчетную численность населения соцгорода на 260 человек.

Степень вовлечения женщин в состав «градообразующей» части населения, в значительной степени зависит от характера промышленного произ-водства, подле которого возводится поселение. На предприятиях легкой промышленности, пищевой, а также в отдельных сферах военного производства и др., количество занятых в производстве женщин может быть весьма значи-тельным. Это приводит к выдвижению требования уточнения коэффициента – К в отношении каждого конкретного случая. Исходя из этого, например, на заседании Научно-технического совета ГУКХ НКВД от 20 марта 1931 г. по рассмотрению выполненного Гипрогором проекта рабочего поселка «Опти-когорск» при заводе точной механики № 19 под Москвой, предписывается уточнить планируемое расчетом количество населения, «имея в виду, что по характеру производства на означенном заводе может быть проведено полное вовлечение в работу женского труда, и таким образом, общепринятый коэф-фициент семейности не может быть в данном случае применен. При снижении же такового коэффициента, количество населения может значительно уменьшиться»20.

Формулы по определению расчетного состава населения соцпоселков и соцгородов используются в проектной практике в качестве исходного пункта проектирования. Так как, именно перспективная численность населения (через установление плотности расселения на гектар) позволяет определять потребную площадь поселения и осуществлять отвод территории под застройку. То есть процедура проектирования поселения подразделяется на следующие стадии: а) устанавливается численность населения, б) принимается тот или иной тип застройки и его этажность, в) фиксируется плотность застройки, являющаяся производной от данного типа и этажности застройки, г) вычисляется требуемый размер территории под застройку поселения. Например, именно таким образом проверяется правильность принимаемых проектировщиками решений при экспертизе проекта рабочего поселка «Оптикогорск» – « … относительно многоэтажного строительства ориентироваться на директивы правительства об использовании облегченных конструкций и печного отопления. При условиях стесненности территории здесь должна быть допущена только трехэтажная застройка. При такой застройке плотность населения, предположенная в основных заданиях в 320 человек, является преувеличенной. Ее надлежит установить в размере не свыше 250 чел. на один га. … В соответствии с уточненным количеством населения и уста-новленной плотностью заселения  пересмотреть размер территории … выяснить возможности расширения территории, намеченной схемой панировки под застройку»21.

Расчетные формулы периода первой пятилетки (конца 1920-х - начала 1930-х гг.) не предусматривают учет каких бы то ни было неконтролируемых дополнительных «поступлений» или «убываний» населения. В частности, отбрасывают, предлагаемую формулой В.А.Глазырина категорию «естественных переселенцев» (окрестного населения), которая «притягиваясь к городу», имеет возможность, по предположениям В.А. Глазырина, самостоятельно ос-тавлять место своего жительства в сельской местности и переселяться в соцпоеления. Подобное самостоятельное перемещение сельского населения в города концепцией соцгорода и, как следствие, методикой расчета численности населения, категорически отвергается. Исходя из этого, отвергается и сам «статистический метод», идеологически осуждаемый за то, что «переносит капиталистическую стихию в социалистическую организованность, исключающую элементы случайности …», а практически неприемлемый потому, что опирается на естественные закономерности (естественно сложившиеся условия и тенденции), а не на целевые установки, направленные на изменение этих закономер-ностей (условий и тенденций).

Методология расчетов окончательно опирается на «метод трудового баланса», поскольку он способен обеспечить определение численности «социально-необходимых» контингентов населения. Будучи доработанным уже после закрытия дискуссии о соцрасселении, подобный метод приобретает официальный статус и все проектные организации постепенно переходят на него. Так например, в 1931 г. от статистического метода расчета населения отказывается и переходит к методу расчета «по трудовому балансу» Гипрогор22, его же начинает использовать и Стандартгорпроект и другие проектные организации. Определенная при помощи этого метода «социально-необходимая численность населения», обуславливает в количественном отношении и все остальные показатели составных частей и элементов города – потребные размеры селитебной территории (потребное расчетное количество квадратных метров жилья), величину зеленых насаждений, необходимую площадь пригородной аграрной зоны, мощность сетей обслуживания и емкость предприятий, входящих в их состав (планируемое количество блюд в столовой, пропускную способность прачечных, количество посадочных мест в клубе, количество коек в поликлинике и проч.).

Отказ от статистических методов прогноза перспективной численности населения, окончательно закрепляет поворот к определению «нормативного» состава и количества видов сооружений в городах, исходя не из того, что нужно, а в соответствии с тем, что разрешено, что покажет расчет: сколько на расчетное число жителей допустимо построить клубов, больниц, школ, фабрик-кухонь, столовых, квадратных метров жилья, зеленых насаждений и т.д.
При этом новая методика все же не учитывает целый спектр категорий «внешних контингентов рабочих рук» – силовых структур, кадров управле-ния прилегающими территориями районного значения, работников научной сферы, преподавателей вузов и втузов и др., что и предопределяет дальнейшие направления ее совершенствования, уточнения и развития. 

_______
1.  СУ РСФСР. 1921. Отдел первый. № 67. ст. 513. С. 629.
2. Трудо-мобилизационная составляющая коллективизации обеспечивается за счет перемещения части крестьян в результате  репрессий и депортаций в места компактного проживания (спецпоселений, трудовых лагерей и т.п.) для отправления принудительного труда. 
3. Начиная с конца 1920-х гг., обеспечение поступления этого «потребного количества» будет осуществляться за счет: а) искусственных миграций, б) целенаправленного переселения, в) использования естественной активности молодежи, г) служебного командирования, д) направления по воинским приказам и проч.
4. Пузис Г. О методах исчисления населения в планировке населенных мест // Советская архитектура. 1931. № 3.
5. Глазырин В.А. Поселки-сады и поселки на путях сообщения. Вып. 1-2. Л. 1928-1929.
6. То есть основного производственного предназначения «в зависимости от характера и размера того конечного, узлового или транзитного, проходного пункта железнодорожного, водного, шоссейного или воздушного пути сообщения, для нужд которого проектируется новый населенный пункт» (Там же).
7. Там же.
8. Ларин Ю. Перспективы развития жилищной кооперации / За новое жилище. Сб. статей к 5 – летию жилищной кооперации. Издание Центрожилсоюза. М., 1930.
9. Первая всесоюзная конференция по планировке и строительству городов. Тезисы докладов на секциях. Под ред. Ф.В. Попова, Н.Д. Ефремова, А.М. Борщевского. М.: «Власть советов». 1933.
Заметим, что для старых (существующих) городов «… руководством является решение XVII Парткон-ференции о ликвидации классов в течение второй пятилетки, в связи с чем, коэффициент пролетаризации уже в 1938 г. должен быть равен нулю» (Там же).
10. ГАРФ. Ф. А-314, Оп. 1, Д. 7667., Л. 116.
11. Там же. Л. 116.
12. ГАРФ. Ф. А-314, Оп. 1, Д. 7737., Л.7-8.
13. ГАРФ. Ф. А-314, Оп. 1, Д. 7667., Л. 109-118.
14. ГАРФ. Ф. А-314, Оп. 1, Д. 7667., Л. 109.
15. ГАРФ. Ф. А-314, Оп. 1, Д. 7737., Л. 38.
16. По поводу конкурса на проект планировки поселка «Москвуголь» в Бобрике // Строительство Москвы. 1930. № 1.
17. Наличие неженатой, незамужней молодежи в расчет не берется, так как она распределяется, при-мерно поровну на объекты градообразующей и градообслуживающей базы.
18. / Первая всесоюзная конференция … Указ. соч.
19. Опубликована в 1932 г.
20. ГАРФ, Ф. А-314, Оп. 1, Д. 8001., Л.1-об.
21. Там же.
22.Косенкова Ю.Л. Косенкова Ю.Л. Советский город 1940-х - первой половины 1950-х годов: От творческих поисков к практике строительства. М.: Эдиториал УРСС, 2000. – 378 с., С. 13. См. также Шейнис Д. Как рассчитывать население новых и реконструируемых городов // Строительный бюллетень Гипрогора. 1931. № 4 (от 21 октября).

20 Октября 2008

М.Г. Меерович

Автор текста:

М.Г. Меерович
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
Бетонный Мадрид
Новая серия фотографа Роберто Конте посвящена не самой известной исторической странице испанской архитектуры: мадридским зданиям в русле брутализма.
Реновация городской среды: исторические прецеденты
Публикуем полный текст коллективной монографии, написанной в прошедшем 2020 году сотрудниками НИИТИАГ и посвященной теме, по-прежнему актуальной как для столицы, так и для всей страны – реновации городов. Тема рассмотрена в широкой исторической и географической перспективе: от градостроительной практики Екатерины II до творчества Ричарда Роджерса в его отношении к мегаполисам. Москва, НИИТИАГ, 2021. 333 страницы.
Конкурсный проект комбината газеты «Известия» Моисея...
Первая часть исследования «Иван Леонидов и архитектура позднего конструктивизма (1933–1945)» продолжает тему позднего творчества Леонидова в работах Петра Завадовского. В статье вводятся новые термины для архитектуры, ранее обобщенно зачислявшейся в «постконструктивизм», и начинается разговор о влиянии Леонидова на формально-стилистический язык поздних работ Моисея Гинзбурга и архитекторов его группы.
Леонидов и Ле Корбюзье: проблема взаимного влияния
Памяти Юрия Павловича Волчка. Статья готовилась к V Хан-Магомедовским чтениям «Наследие ВХУТЕМАС и современность». В ней рассматривается проблема творческого взаимодействия Ле Корбюзье и Ивана Леонидова, раскрывающая значение творчества Леонидова и школы ВХУТЕМАСа, которую он представляет, для формирования основ формального языка архитектуры «современного движения».
Неизвестный проект Ивана Леонидова: Институт статистики,...
Публикуем исследование архитектора Петра Завадовского, обнаружившего неизвестную работу Ивана Леонидова в коллекции парижского Центра Помпиду: проект Института статистики существенно дополняет представления о творческой эволюции Леонидова.
Ключевое слово: «телеработа»
Архитекторы, профильные СМИ и вузы по всему миру реагируют на ситуацию пандемии, пытаясь обезопасить сотрудников и студентов, сохранив учебный и рабочий процесс. Говорим с руководителями нескольких московских бюро об их планах удаленной работы, а также рассказываем, как реагируют на эпидемию архитекторы мира.
Чандигарх: фрагменты модернистской утопии
Публикуем фотографии и эссе Роберто Конте об архитектуре Чандигарха – от прославленного Капитолия Ле Корбюзье до менее известных жилых домов, кинотеатров, вузовских корпусов авторства его соратников и последователей.
Идентичность в типовом
Архитекторы из бюро VISOTA ищут алгоритм приспособления типовых домов культуры, чтобы превратить их в общественные центры шаговой доступности: с устойчивой финансовой программой, актуальным наполнением и сохраненной самобытностью.
«Это не башня»
Публикуем фото-проект Дениса Есакова: размышление на тему «серых бетонных коробок», которыми в общественном сознании стали в наши дни постройки модернизма.
Что не так с офисами открытого типа
Офисы свободного плана экономят деньги компаний-владельцев и помогают им выглядеть эффектней, но это практически единственное их достоинство. При этом работодатели любят «опен-спейс», а их сотрудники – не очень.
«Седрик Прайс придумывал архитектуру, которая может...
Саманта Хардингхэм – о британском архитекторе-визионере послевоенных десятилетий Седрике Прайсе и его самом важном проекте – Дворце развлечений. Ее лекция была частью конференции «Архитектор будущего», проведенной Институтом «Стрелка» в партнерстве с ДОМ.РФ.
«Работа с сопротивлением»
Публикуем отрывок из книги Ричарда Сеннета «Мастер» о постижении сути мастерства – в градостроительстве, инженерном искусстве, стрельбе из лука. Книга вышла на русском языке в издательстве Strelka Press.
Крепости «Красной Вены»
Многочисленные дома для рабочих, построенные в Вене социал-демократическими бургомистрами в 1923–1933, положили начало ее сильной традиции муниципального жилья. Массивы «Красной Вены» – в фотографиях Дениса Есакова.
Макеты в масштабе 1:1
Поселок Веркбунда в Вене, идеальное социальное жилье, построенное ведущими европейскими архитекторами для выставки 1932 года – в фотографиях Дениса Есакова.
Будущее вчера и сегодня
Публикуем статью Александра Скокана, впервые появившуюся в прошедшем году в Академическом сборнике РААСН: о Будущем, как его видели в 1960-е, о НЭР, и о том будущем, которое наступило.
Руины Лондона. Часть II
Продолжаем публикацию эссе историка архитектуры Александра Можаева, посвященного практике сохранения остатков старинных зданий в Лондоне. На этот раз речь о средневековье.
Технологии и материалы
Обновление коллекции декоров ALUCOBOND® Design
Коллекция декоров ALUCOBOND® Design от компании 3A Composites пополнилась несколькими новыми образцами – все они находятся в русле тренда на натуральность и отвечают самым актуальным тенденциям в дизайне.
Любовь к геометрии
Французское сантехническое оборудование DELABIE для крупных общественных сооружений выбирают выдающиеся архитекторы Жан Нувель, Норман Фостер, SANAA, Руди Ричотти и другие. Представляем новую модель бесконтактных смесителей TEMPOMATIC 4, сочетающих безопасность, мега-экологичность и стильный дизайн.
Урбан-домик на дереве
Современное игровое пространство Halo Cubic от финского производителя Lappset: множество сценариев игры и безупречный дизайн, способный украсить современный жилой комплекс любого класса.
Естественность и сила кирпича ручной работы
Датский ригельный кирпич ручной работы Petersen Kolumba на фасадах частного дома в Иркутске по проекту Станислава Гаврилова напоминает о мощи древнеримской архитектуры и прекрасно справляется с сибирскими морозами. Мы расспросили автора проекта об этом доме и работе с кирпичом Kolumba.
Handmade для кинотеатра «Москва»
Коммерческий директор компании Ледрус Максим Беляев рассказывает о том, в чем состоит специфика работы со светом по индивидуальному дизайн-проекту и как можно переквалифицироваться из поставщика в подрядчика с функциями ведущего консультанта, проектировщика оригинальных решений и производителя в одном лице.
Блестящие перспективы
Lucido – архитектурно ориентированная компания, ставящая во главу угла эстетику и технологичность. Предлагая все виды итальянской керамической плитки и мозаики, Lucido специализируется на керамограните больших форматов. Рассказываем о воссоздании мраморных слэбов, а также об экспериментах с большим форматом звезд мировой архитектуры Кенго Кумы и Даниэля Либескинда.
Материя с гибким характером
Алюминий – разнообразный материал, он работает в широком в диапазоне от гибкого дигитального футуризма – до имитации естественных поверхностей, подходящих для реконструкций и даже стилизаций. Рассказываем о 7 новых жилых комплексах, в которых использован фасадный алюминий компании SEVALCON.
Волшебная линия
Вентиляционные диффузоры Invisiline, созданные архитекторами Майклом и Элен Мирошкиными, завоевали престижную дизайнерскую премию Red Dot 2020. Невидимые решетки, придуманные для собственных проектов, выросли в бренд, ответивший на запросы коллег-архитекторов.
Эффектная сантехника для энергоэффективного дома
Экодом в Чезене, совмещающий функции жилья и рабочей студии архитекторов Маргариты Потенте и Стефано Пирачини, стал первым в Италии примером «пассивного дома», встроенного в плотный фронт городской застройки; кроме того он – результат реконструкции. Интерьеры дома удачно дополняет сантехника Duravit.
Такие стеклянные «бабочки»
Важным элементом фасадного решения одного из самых известных
новых домов московского центра стало стекло Guardian:
зеркальные окна сочетаются с моллированными элементами, с помощью которых удалось реализовать смелую и красивую форму,
задуманную архитекторами.
Рассказываем, как реализована стеклянная пластика
дома на Малой Ордынке, 19.
На вкус и цвет: алюминий в московском метро
Алюминий практически вездесущ, а в современном метро просто незаменим. Он легок и хорошо держит форму, оттенки и варианты фактуры разнообразны: от стеклянисто-глянцевого до плотного матового. Вашему вниманию – обзор новых станций московского метро, в дизайне интерьеров которых использован окрашенный алюминий SEVALCON.
UP-GYM: интерактив для городской среды
Современное развитие комфортной городской среды требует современных решений.Новые подходы к организации уличного детского досуга при обустройстве дворовых территорий и общественных пространств, спортивных, образовательных и медицинских учреждений предложили чебоксарские специалисты.
Серьезный кирпичный разговор
В декабре в московском центре дизайна ARTPLAY прошла Кирпичная дискуссия с участием ведущих российских архитекторов – Сергея Скуратова, Натальи Сидоровой, Алексея Козыря, Михаила Бейлина и Ильсияр Тухватуллиной. Она завершила программу 1-го Кирпичного конкурса, организованного журналом
«Проект Балтия» и компанией АРХИТАЙЛ.
Сейчас на главной
Штаб-квартира будущего
Проект ПИ «АРЕНА», победивший в открытом конкурсе идей для новой штаб-квартиры итальянской компании FITT, совмещает футуристичную форму, красивую комбинаторику функций, энергоэффективность и тонкие отсылки к архетипам итальянской культуры. Особенно хорош «сплошной фонтан» в первом этаже. Рассказываем о трех победителях конкурса.
На соевой траве
Площадь Линкольн-центра в Нью-Йорке превратилась в лужайку из эко-газона: новое общественное пространство станет «главной сценой» для постепенного открытия Метрополитен-оперы, New York City Ballet и Филармонии после карантина.
Ярусная композиция
Немного Нью-Йорка в Одессе: апарт-комплекс по проекту «Архиматики» с башнями и таунхаусами, площадью и бассейнами.
Теоретик небоскреба
В Strelka Press выпущено второе издание книги Рема Колхаса «Нью-Йорк вне себя». Впервые на русском языке она вышла в этом издательстве в 2013. Публикуем отрывок о «визуализаторе» Манхэттена 1920-х Хью Феррисе, более влиятельном, чем его заказчики-архитекторы.
Тимур Башкаев: «Ради формирования высококачественных...
Новое видео из серии Генплан. Диалоги: разговор Виталия Лутца с Тимуром Башкаевым – об образе реновации, каркасе общественных пространств, о предчувствии новых технологий и будущем возрождении дерева как материала. С полной расшифровкой.
Белые башни
Жилой комплекс Y-Loft City в городе Чанчжи по проекту пекинского бюро Superimpose Architecture предназначен для поколения Y.
Эстетизация двора
Благоустраивая двор жилого комплекса премиум-класса, бюро GAFA позаботилось не только о соответствующем высокому статусу образе, но и о простых человеческих радостях, а также виртуозно преодолело нормативные ограничения.
Кино под куполом
Музей науки Curiosum с купольным кинотеатром по проекту White Arkitekter расположился в исторической промзоне на севере Швеции, занятой сейчас университетом Умео.
Авангардный каркас из прошлого
В Париже завершилась реконструкция почтамта на улице Лувра по проекту Доминика Перро: почтовая функция сведена к минимуму, вместо нее возникло множество других, включая социальное жилье.
Шелковые рукава
Металлические ленты Культурного центра по проекту Кристиана де Портзампарка в Сучжоу – парафраз шелковых рукавов артистов куньцюй: для спектаклей этого оперного жанра также предназначен комплекс.
MasterMind: нейросеть для девелоперов и архитекторов
Программа, разработанная компанией Genpro, способна за полчаса сгенерировать десятки вариантов застройки согласно заданным параметрам, но не исключает творческой работы, а лишь исполняет техническую часть и может быть использована архитекторами для подготовки проекта с последующей передачей данных в AutoCAD, Revit и ArchiCAD.
Жук улетел
История проектирования бизнес-центра в Жуковом проезде: с рядом попыток сохранить здание столетнего «холодильника» и современными корпусами, интерпретирующими промышленную тему. Проект уже не актуален, но история, на наш взгляд, интересная.
Медные стены, медные баки
Новая штаб-квартира Carlsberg Group в Копенгагене по проекту C. F. Møller получила фасады из медных панелей, напоминающие об исторических чанах для варки пива.
Оболочка IT-креативности
Московское здание международной сети внешкольного образования с центром в Армении – школы TUMO – расположилось в реконструированном корпусе, единственном сохранившемся от сахарного завода имени Мантулина. Пожелания заказчика и инновационная направленность школы определили техногенную образность «металлического ящика», открытую планировку и яркие акценты внутри.
Быть в центре
Апарт-комплекс в центре делового квартала с веерными фасадами и облицовкой с эффектом терраццо.
ВХУТЕМАС versus БАУХАУС
Дмитрий Хмельницкий о причудах историографии советской архитектуры, о роли ВХУТЕМАСа и БАУХАУСа в формировании советского послевоенного модернизма.
Авангард на льду
Бюро Coop Himmelb(l)au выиграло конкурс на концепцию хоккейного стадиона «СКА Арена» в Санкт-Петербурге. Он заменит собой снесенный СКК и обещает учесть проект компании «Горка», недавно утвержденный градсоветом для этого места.
Третий путь
Публикуем объект, получивший гран-при «Золотого сечения 2021»: офисный комплекс на Верхней Красносельской улице, спроектированный и реализованный мастерской Николая Лызлова в 2018 году. Он демонстрирует отчасти новые, отчасти хорошо забытые старые тенденции подхода к строительству в исторической среде.
Диалог в кирпиче
Новый корпус школы Скиннерс по проекту Bell Phillips Architects к юго-востоку от Лондона продолжает викторианскую традицию кирпичной архитектуры.