Марк Акопян: «Развитие темы стадионов не прекратится»

Говорим с куратором выставки «Архитектура стадионов» в Музее архитектуры о стадионах ЧМ18, а также о типологии, тенденциях и истории строительства стадионов.

mainImg
На тему грядущего Чемпионата Мира некоторое время уже проходят выставки, лекции, дискуссии. В чем отличие экспозиции выставки в Музее Архитектуры?

Особенность выставки в том, что мы говорим про архитектуру стадионов как про художественную проблему. Стадионы становятся объектом футуристического интереса, и наша выставка посвящена именно истории идей.

Это первая выставка, посвященная истории и современным практикам такого строительства. Нам важно показать, что не только к ЧМ18 в России возводятся новые стадионы, у нас есть почти вековая история спортивного строительства. Лучшие архитекторы, такие как Ладовский, Колли, Власов, Никольский проектировали стадионы иногда и больше десятка лет, и такие мастера есть и сегодня, например, Дмитрий Буш, Андрей Боков, и из-под них вырастает новое поколение специалистов.

Методы архитектурного проектирования в России подвергаются критике со всех сторон, но нам есть чем гордиться. Поэтому мы не стали ограничиваться исторической частью выставки, нам хотелось проявить преемственность «большой» архитектуры в сегодняшнем дне.
«Архитектура стадионов» в Музее архитектуры. Предоставлено МА
Марк Акопян. Предоставлено МА
«Архитектура стадионов» в Музее архитектуры. Предоставлено МА
«Архитектура стадионов» в Музее архитектуры. Предоставлено МА

Выставка – это не завершение исследовательского процесса, наоборот, повод для того, чтобы пригласить людей к обсуждению архитектуры спортивных сооружений. Архитектура стадионов интересна и как исторический как феномен, и как современная тенденция. В ней реализуются самые передовые технологии: строительные, инженерные, информационные, цифровые, и стадион – это то сооружение, которое воплощает в себе авангард современной архитектуры.
«Архитектура стадионов» в Музее архитектуры. Предоставлено МА
«Архитектура стадионов» в Музее архитектуры. Предоставлено МА
«Архитектура стадионов» в Музее архитектуры. Предоставлено МА
«Архитектура стадионов» в Музее архитектуры. Предоставлено МА

Какие мероприятия, запланированные на время выставки, вы бы хотели особо отметить?

В рамках выставки у нас запланирована экскурсионная программа, в том числе на нескольких иностранных языках для гостей. Лекторий музея архитектуры подготовил обширную образовательную программу, в которой примут участие ведущие специалисты по истории спорта и архитектуры. В рамках выставки издан расширенный каталог, в котором мы исследуем не только историю и современные тенденции в архитектуре стадионов, но и пытаемся заглянуть в будущее.
«Архитектура стадионов» в Музее архитектуры. Предоставлено МА
zooming
Казань-арена. Фото: Stanislavgubaydullin via Wikimedia Commons. Лицензия CC BY-SA 3.0

Что на ваш взгляд, как куратора выставки, объединяет стадионы к ЧМ18, кроме требований FIFA? Что делает их единым явлением? Чем стадионы, приготовленные к ЧМ, отличаются от предшествующих, стадионов девяностых и нулевых? 

Ну, начнем с того, что в девяностые стадионы не строились. Первый крупный стадион в новой России после развала советского союза был построен в Москве в 2002 году – это Локомотив, чисто футбольный стадион, он задал вектор современному спортивному строительству. До этого, несмотря на то, что футбол стал уже в 1960-е – 1980-е главным событием на стадионе, специальных футбольных стадионов у нас в стране не было – по инерции они строились с беговыми дорожками. Так что «Локомотив» – уже стадион нового века, нового времени.
zooming
Стадион «Фишт»
© ГК «Олимпстрой»

А от советских стадионов?

Помимо уже названного момента с отсутствием специализации стадионов под конкретный вид спорта, было еще несколько важных отличий.

В советской архитектуре стадион был полностью открытым сооружением, отсутствовал навес над трибунами, защищающий зрителей от неблагоприятных погодных условий. Этот элемент впервые появился в олимпийском стадионе в Мюнхене в 1972-ом году и стал обязательной частью объемно-планировочного решения. Сегодня конструкция навеса-оболочки, его форма, примененные при строительстве инженерные решения являются визитной карточкой стадиона.
zooming
Футбольный стадион «РЖД Арена»
© Моспроект-4

Также с самых первых проектов и вплоть до эпохи позднего модернизма советские стадионы не имели второго яруса трибун, что было вызвано идеологическими соображениями: считалось, что второй ярус появился в планировочном решении в результате необходимости рассадить бедных и богатых, то есть из-за капиталистического подхода к спорту. Поэтому второй ярус трибун начинает появляться в проектах только с 1970-х годов, когда из архитектуры постепенно уходит идеология и стадиону возвращается его зрелищная функция.

Есть существенная разница в подходе к оформлению фасада. Если говорить про эпоху авангарда, то фасады трибун были оформлены конструктивистски, с выявлением опоры; в 1930-1950-е годы же появляется декоративный фасад, который становится смысловым и идеологическим элементом: он был оформлен в национальных мотивах, так чтобы мы четко могли узнать принадлежность стадиона к какой-либо ССР; в эпоху модернизма от фасада опять отказываются, конструкции снова становятся главным элементом выразительности. Важно понимать, что тогда у стадионов не было клубной принадлежности, хотя на них и тренировались конкретные команды, – в оформлении фасадов мы не видим отсылок к цветам сборных, такие черты могли появиться только в эпоху рыночной экономики, когда спортивные сооружения становятся частью имиджа, и каждый спортивный клуб стремится подчеркнуть, что у него свой особенный стадион.
Д.Н. Чечулин. Проект оформления парадного подъезда к стадиону «Динамо» с павильонами метро. Перспектива, 1937. Бумага, карандаш, акварель, белила 59х145
Олимпийский стадион в Мюнхене. Фото: 2014 Olympiastadion Munich via Wikimedia Commons. Лицензия CC BY-SA 3.0
Д.М. Иофан, Н.П. Заплетин, С.А. Гельфельд, при участии И. Степанова. Консультант С.П. Зверинцев Центральный стадион им. И.В. Сталина. 2-ой конкурс. Аксонометрия, 1933. Бумага, карандаш, цветная тушь, акварель 85,5x180,5
А.В. Андриасян, Г.А. Исабекян, С.Н. Сусоколов, Н.Е. Цыганков, консультант П.В. Ратов. Центральный стадион им. И.В. Сталина. 2-ой конкурс. Аксонометрия, 1933. Бумага, карандаш, цветной карандаш, тушь, акварель 118x143
zooming
А.Ф. Хряков. Рисунок «На стадионе», 1954. Бумага, карандаш, акварель, белила 20х70
М.П. Бубнов и др. Проект реконструкции Лужников к Олимпиаде. Панорама со стороны Москва-реки 1979. Бумага, карандаш, тушь, гуашь, аппликация 103x600

Сегодня очень популярно применение навесного фасада, который скрывает конструктивное решение стадиона, при этом фасад превращается в самостоятельный элемент, позволяющий реализовать любые дизайнерские решения.

Стадионы, которые участвуют в ЧМ18, не похожи друг на друга, тогда как в прошлом стадионы, построенные в один временной промежуток, были стилистически близки между собой. В XX веке разнообразие типов и стилей спортивных сооружений было результатом развития во времени их типологии, все же 12 стадионов, участвующих в ЧМ18, различны по своей архитектурной сумме.

У нас есть пример стадиона в Калининграде, в решении которого применен навесной фасад из сине-белых полос, отсылающих нас к футбольному клубу Балтика и к морской тематике, или пример стадиона в Саранске, в котором фасад как будто надувной и состоит из разноцветных сегментов, или например стадион в Самаре, который представляет из себя пологий купол, в котором выявлены конструктивные узлы из треугольных сегментов, накрывающий практически весь стадион, и так же есть стадион в Екатеринбурге, представляющий интересное решение в реконструкции, когда новая конструкция нанизывается на овал старого стадиона.

Эти стадионы показывают разные подходы к пластике, что делает каждый из них уникальным, и это тот случай, когда удалось избежать типологизации и однотипности в облике крупных арен, которые подготавливают одновременно для одного события.
Л.Я. Лангман, Л.З. Чериковер. Центральный стадион им. И.В. Сталина. 1-ый конкурс. Аксонометрия, 1932. Бумага, карандаш, тушь, акварель 107x109
zooming
Мордовия-арена. Фото: Эрзянин via Wikimedia Commons. Лицензия CC BY-SA 3.0
Стадион в Калининграде. Фото: Dmitry Rozhkov via Wikimedia Commons. Лицензия CC BY-SA 3.0
zooming
Космос-арена в Самаре. Фото: Muffi via Wikimedia Commons. Лицензия CC BY-SA 3.0

За последние 10 лет в России можно отметить бум строительства стадионов. Как вы думаете, означает ли это, что следующее десятилетие стадионы совсем не будут строиться?

Я так не думаю. Для того, чтобы строить стадионы, нужно два фактора: первый – это устаревание предыдущей инфраструктуры, то есть когда технологию сооружения нужно обновлять, второй – появление нового повода для такого строительства. В 1930-е годы случалось, что стадионы строили на месте авангардных, или стадионы 1920-х переделывали, чтобы переодеть конструктивистское сооружение в классическую форму, то же самое было в послевоенное время, когда стадионы должны были стать площадками для парадов. В 1960-е годы футбол становится самым значимым видом коллективного спорта, появляется институт «боления за команду», и уже возникает необходимость строить именно для футбола большие арены.

Сегодня повод – это снова футбол, и именно для него строятся стадионы, но спустя какое-то время настанет некий критический срок годности старых стадионов, и возникнет потребность в их перестройке. Многие из стадионов, которые строятся сейчас, не предназначены для участия в чемпионате: например, стадион Динамо, или небольшой стадион на 10 тысяч зрителей в Раменском, стадион в Грозном – Ахмат-арена, стадион в Каспийске.

Стадионы строятся и обновляются. К ЧМ18 были реализованы действительно крупные проекты, но важно замечать, что есть и просто рядовое строительство стадионов, не говоря уже о том, что помимо них есть и другая спортивная архитектура. Поэтому я думаю, что возможен спад интереса к строительству стадионов, и он абсолютно естественен, но развитие темы не прекратится, потому что на спорт всегда есть запрос и у нас есть сейчас мастера проектирования спортивных сооружений.
zooming
Футбольный стадион «Екатеринбург Арена»
Фотография: Lobachev27 via Wikimedia Commons. Лицензия CC BY 4.0
Реконструкция стадиона «Динамо». ВТБ Арена Парк. Проект
© David Manica, Manica Architecture
Стадион Раменское
zooming
Ахмат-арена

Кстати об обновлении устаревшей инфраструктуры. Реконструкция стадионов широко распространена в последнее время как отдельное направление строительства. Какие подходы к реконструкции существуют в Европе, какие применяются у нас?

Этих подходов по большому счету три. Первый – самый болезненный, когда сносится старый стадион и на его месте возводится новый. Из мировых примеров наверно самый яркий – это стадион Уэмбли в Лондоне, который снесли несмотря на его историческую ценность, а на его месте построили новый, такой же по архитектурному качеству. Особенно такая практика распространена среди клубных стадионов. У нас такие примеры тоже есть, – стадион «Санкт-Петербург», возведенный на месте стадиона-холма имени Кирова. Второй подход к реконструкции связан с сохранением значительной части здания, – как правило сохраняют фасад и полностью меняют внутреннюю начинку сооружения. Здесь яркий пример это московские Лужники, исторический облик которых, задуманный Власовым еще в 1956 году, удалось сохранить без изменений, при этом полностью изменив стадион внутри. Сейчас «Лужники» – это футбольный стадион, отвечающий всем мировым стандартам. Похожий пример – стадион Маракана в Бразилии, который так же был значительно реконструирован к чемпионату мира, и в котором остался по сути только остов от старого стадиона, внутри же все было обновлено.Третий подход – это перманентное обновление стадиона в процессе эксплуатации, когда из года в год в рутинном режиме стадион все время реконструируют – в один год меняют систему полива газона, в другой год обновляют интерьеры VIP-лож, в третий год телевизионную инфраструктуру.
стадион в Каспийске
zooming
Стадион Уэмбли. Фото: M(e)ister Eiskalt via Wikimedia Commons. Лицензия CC BY-SA 3.0
zooming
Стадион «Лужники». Фото: Комплекс градостроительной политики и строительства города Москвы via Wikimedia Commons. Лицензия Лицензия CC BY-SA 4.0
zooming
Стадион Маракана в Бразилии. Фото: Erica Ramalho via Wikimedia Commons. Лицензия CC-BY-3.0-BR
zooming
Стадион «Санкт-Петербург». Фото: Godot13 via Wikimedia Commons. Лицензия CC BY-SA 4.0

Есть и четвертый подход, но это исключение из правил, а не устоявшаяся практика реконструкции – когда клуб переезжает на новую площадку, а старый стадион остается памятником архитектуры и используется как парк-музей. Как пример можно привести олимпийский стадион в Мюнхене. Клуб Бавария (Bayern) переехал на новую площадку – Альянс-Арену, а старый стадион остался как памятник, архитектурный парк – место для туристов и рекреационный объект под открытом небом. Это очень редкий пример и такой подход применение только к каким-то действительно значительным сооружениям, и когда есть консенсус между строителями, девелоперами, городом, спортивным клубом.
zooming
Альянс-Арена. Фото: Maximilian Dörrbecker via Wikimedia Commons. Лицензия CC BY-SA 2.5

13 Июня 2018

Похожие статьи
Давай поговорим о брутализме
Архитектурному клубу «Глазами инженера» исполнился год: он предлагает встречи за чашкой чая, непринужденную атмосферу и разные форматы – от обсуждения стиля, здания или книги до вымышленного градсовета. Основатели и модераторы клуба рассказали Архи.ру, почему эти неформальные встречи дают особенный опыт новичкам и профессионалам.
Степан Липгарт и Юрий Герт: «Наша программа – эстетическая»
У бюро Степана Липгарта, архитектора с узнаваемым авторским почерком и штучными проектами, теперь есть партнер. Юрий Хитров, специалист с широким набором компетенций, возьмет на себя ту часть работы, которая отвлекает от творчества, но двигает бизнес вперед. Одна из целей такого союза – улучшать среду города через диалог с заказчиком и чиновниками. Поговорили с обеими сторонами об амбициях, стратегии развития бюро, общих ценностях и необходимости прагматичного. А почему бюро называется «Липгарт&Герт» – выяснилось в самом конце.
Что ждет российскую архитектуру: версии двух столиц
На 30-й «АРХ Москве» Никита Явейн и Николай Ляшенко поговорили о будущем российских архитектурных бюро. Беседа проявила в том числе и глубинное отличие петербургского и московского мироощущения и подхода: к структуре бюро, конкурсам, зарубежным коллегам и, собственно, будущему. Сейчас, когда все подводят итоги и планируют, предлагаем почитать или послушать этот диалог. Вы больше Москва или Петербург?
Дмитрий Остроумов: «Говоря языком алхимии, мы участвуем...
Крайне необычный и нетипичный получился разговор с Дмитрием Остроумовым. Почему? Хотя бы потому, что он не только архитектор, специализирующийся на строительстве православных храмов. И не только – а это редкая редкость – сторонник развития современной стилистики в ее, пока все еще крайне консервативной, сфере. Дмитрий Остроумов магистр богословия. Так что, помимо истории и специфики бюро, мы говорим о понятии храма, о каноне и традиции, о живом и о вечном, и даже о Русском Логосе.
Измерение Y
Тенденция проектирования жилых башен в Москве не тускнеет, а напротив, за последние 5 лет она как никогда, пожалуй, вошла в силу... Мы и раньше пробовали изучать высотное строительство Москвы, и теперь попробуем. Вашему вниманию – небольшой исторический обзор и опрос практикующих в городе архитекторов.
Алексей Ильин: «На все задачи я смотрю с интересом»
Алексей Ильин работает с крупными проектами в городе больше 30 лет. Располагает всеми необходимыми навыками для высотного строительства в Москве – но считает важным поддерживать разнообразие типологии и масштаба объектов, составляющих его портфолио. Увлеченно рисует – но только с натуры. И еще в процессе работы над проектом. Говорим о структуре и оптимальном размере бюро, о старых и новых проектах, крупных и небольших задачах; и о творческих приоритетах.
Вопрос «Каскада»
Правительство Армении одобрило инвестиционную программу, подразумевающую завершение «Каскада», ключевой постройки Еревана 1980-х, согласно новому проекту Wilmotte & Associés. О судьбе, значении и возможном будущем «Каскада» рассказали Архи.ру историки архитектуры Карен Бальян и Анна Броновицкая.
«На грани»: интервью с куратором «Зодчества 2025» Тиграном...
С 4 по 6 ноября в московском Гостином дворе состоится XXXIII Международный архитектурный фестиваль «Зодчество». В этом году его приглашенным куратором стал вице-президент Союза московских архитекторов, основатель бюро STUDIO-ТА Тигран Бадалян.
Форма без случайностей
Креативный директор «Генпро» Елена Пучкова – о том, что такое честная современная архитектура: почему важно свести пилоны, как работать с ограниченной палитрой материалов и что делать с любимым медным цветом, который появляется в каждом проекте.
Валерий Каняшин: «Нам дали свободу»
Жилой комплекс Headliner, строительство основной части которого не так давно завершилось напротив Сити – это такой сосед ММДЦ, который не «подыгрывает» ему. Он, наоборот, решен на контрасте: как город из разноформатных строений, сложившийся естественным путем за последние 20 лет. Популярнейшая тема! Однако именно здесь – даже кажется, что только здесь – ее удалось воплотить по-настоящему убедительно. Да, преобладают высотки, но сколько стройных, хрупких в профиль, ракурсов. А главное – как все это замиксовано, скомпоновано... Беседуем с руководителем проекта Валерием Каняшиным.
Григорий Ревзин: «Что нам делать с архитектурой семидесятых»
Советский модернизм был хороший, авторский и плохой, типовой. Хороший «на периферии», плохой в центре – географическом, внимания, объема и прочего. Можно ли его сносить? «Это разрушение общественного консенсуса на ровном месте». Что же тогда делать? Сохранять, но творчески: «Привнести архитектуру туда, где ее еще нет». Относиться не как к памятникам, а как к городскому ландшафту. Читайте наше интервью с Григорием Ревзиным на актуальную тему спасения модернизма – там предложен «перпендикулярный», но интересный вариант сохранения зданий 1970-х.
Лама из тетраметилбутана
Петр Виноградов рассказал об экспериментальной серии скульптур «Тетрапэд», которая исследует принципы молекулярной архитектуры, адаптивных структур и интерактивного взаимодействия с городской средой. Конструкции реагируют на движение, собеседуют с пространством, допускают множественные сценарии использования и интерпретации. Скульптуры уже побывали на «Зодчестве» и фестивале «Дикая мята», а дальше отправятся на Forum 100+.
В преддверии Архстояния: интервью с Валерием Лизуновым,...
25 июля в Никола-Ленивце стартует очередной, юбилейный, фестиваль «Архстояние». Ему исполняется 20 лет. Тема этого года: «Мое главное». Накануне открытия поговорили с архитектором Archpoint Валерием Лизуновым, который стал автором одного из объектов фестиваля «Исправительное учреждение».
Сергей Кузнецов: «Мы не стремимся к единому стилю...
Некоторое время назад мы попросили у главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова комментарий по Архитектурной премии мэра Москвы: от схемы принятия решений до того, каким образом выбор премии отражает архитектурную политику. Публикуем полученные ответы, читайте.
Дина Боровик: хрущёвки попадают в Рай
Молодая художница из Челябинска Дина Боровик показывает в ЦСИ Винзавод выставку, где сопоставляет пятиэтажки, «паутинки» и прочие приметы немудрящей постсоветской жизни с динозаврами. И хотя кое-где ее хрущевки напоминают инсталляцию Бродского на венецианской биеннале, страшно сказать, 2006 года, лиричность подкупает.
Дюрер и бабочки
Рассматриваем одну из работ выставки «Границы видимости», которая еще открыта на Винзаводе, поближе. Объект называется актуальным для современности образом: «Сакральная геометрия», сделан из лотков для коммуникаций, которые нередко встречаются в открытом виде под потолком, с вкраплениями фрагментов гравюры Дюрера, «чтобы сбить зрителя с толку».
«Коллизии модернизма и ориентализма»
К выходу в издательской программе Музея «Гараж» книги о Ташкенте, уже 4-м справочнике-путеводителе из серии о советском модернизме, мы поговорили с его авторами, Борисом Чуховичем, Ольгой Казаковой и Ольгой Алексеенко, о проделанной ими работе, впечатлениях и размышлениях.
Александр Пузрин: как получить «Золотого Льва» венецианской...
В 2025 году главная награда XIX Венецианской архитектурной биеннале – «Золотой Лев» досталась национальному павильону Бахрейна за экспозицию Heatwave. Среди тех, кто работал над проектом, был Александр Пузрин – выпускник Московского инженерно-строительного института, докторант израильского Техниона, а ныне – профессор Швейцарской высшей технической школы Цюриха (ETH Zurich). Мы попросили его рассказать о технических аспектах Heatwave, далеко неочевидных для простых зрителей. Но разговор получился не только об инженерии.
Комментарии экспертов. Цирк
Объявлены результаты голосования: москвичи (29%) и дети (42%) проголосовали за первоначально победившее в конкурсе здание цирка в виде разноцветного шатра. Мы же собрали по разным изданиям комментарии экспертов архитектурно-строительной среды, включая авторов конкурсных проектов. Получилась внушительная подборка. Эксперты, в основном, приветствуют идею переноса в Мневники, далее – приветствуют обращение к общественному голосованию, и, наконец, кто-то отмечает уместность эксцентричной архитектуры победившего проекта для типологии цирка. Читайте мнения лучших людей отрасли.
Григорий Ревзин: «Сильный жест из-под полы. Нечто победило»
Обсуждаем дискуссии вокруг конкурса на цирк и сноса СЭВ с самым известным архитектурным критиком нашего времени. В процессе проявляется парадокс: вроде бы сейчас принято ностальгировать по брежневскому времени, а знаковое здание, «ось» Варшавского договора, приговорили к сносу. Не странно ли? Еще мы выясняем, что wow-архитектура вернулась – это новый после-ковидный тренд. Однако, чтобы жест получился действительно сильным, без профессионалов все же не обойтись.
Сергей Скуратов: «Если обобщать, проект реализован...
Говорим с автором «Садовых кварталов»: вспоминаем историю и сюжеты, связанные с проектом, который развивался 18 лет и вот теперь, наконец, завершен. Самое интересное с нашей точки зрения – трансформации проекта и еще то, каким образом образовалась «необходимая пустота» городского общественного пространства, которая делает комплекс фрагментом совершенно иного типа городской ткани, не только в плоскости улиц, но и «по вертикали».
2024: что говорят архитекторы
Больше всего нам нравится рассказывать об архитектуре, то есть о_проектах, но как минимум раз в год мы даем слово архитекторам ;-) и собираем мнение многих профессионалов о том, как прошел их профессиональный год. И вот, в этом году – 53 участника, а может быть, еще и побольше... На удивление, среди замеченных лидируют книги и выставки: браво музею архитектуры, издательству Tatlin и другим площадкам и издательствам! Читаем и смотрим. Грустное событие – сносят модернизм, событие с амбивалентной оценкой – ипотечная ставка. Читаем архитекторов.
Наталья Шашкова: «Наша задача – показать и доказать,...
В Анфиладе Музея архитектуры открылась новая выставка, и у нее две миссии: выставка отмечает 90-летний юбилей и в то же время служит прообразом постоянной экспозиции, о которой музей мечтает больше 30 лет, после своего переезда и «уплотнения». Мы поговорили с директором музея: о нынешней выставке и будущей, о работе с современными архитекторами и планах хранения современной архитектуры, о несостоявшемся пока открытом хранении, но главное – о том, что музею катастрофически не хватает площадей. Не только для экспозиции, но и для реставрации крупных предметов.
Юрий Виссарионов: «Модульный дом не принадлежит земле»
Он принадлежит Космосу, воздуху... Оказывается, 3D-печать эффективнее в сочетании с модульным подходом: дом делают в цеху, а затем адаптируют к местности, в том числе и с перепадом высот. Юрий Виссарионов делится свежим опытом проектирования туристических комплексов как в средней полосе, так и на юге. Среди них хаусботы, дома для печати из легкого бетона на принтере и, конечно же, каркасные дома.
Дерево за 15 лет
Поемия АРХИWOOD опрашивает членов своего экспертного совета главной премии: что именно произошло с деревянным строительством за эти годы, какие заметные изменения происходят с этим направлением сейчас и что ждет деревянное домостроение в будущем.
Марина Егорова: «Мы привыкли мыслить не квадратными...
Карьерная траектория архитектора Марины Егоровой внушает уважение: МАРХИ, SPEECH, Москомархитектура и Институт Генплана Москвы, а затем и собственное бюро. Название Empate, которое апеллирует к словам «чертить» и «сопереживать», не должно вводить в заблуждение своей мягкостью, поскольку бюро свободно работает в разных масштабах, включая КРТ. Поговорили с Мариной о разном: градостроительном опыте, женском стиле руководства и даже любви архитекторов к яхтингу.
Пресса: Чемпионское дело: в Москве пройдет выставка спортивной...
В конце мая в Государственном музее архитектуры имени А. В. Щусева открывается выставка «Архитектура футбольных стадионов. От авангарда к современности», приуроченная к XXI чемпионату мира по футболу. Экспозиция будет состоять из двух частей — исторической и современной. Последняя расскажет о 12 стадионах, которые уже в июне примут матчи чемпионата в 11 российских городах.
Технологии и материалы
Угольная пыль вместо цемента
Ученые Пермского Политеха и УрФУ создали экологичный бетон с повышенной водостойкостью. В составе материала – тонкомолотые горелые породы, отравляющие экологию угледобывающих регионов.
Материал с характером
За последние годы продажи металлических фасадных кассет в России выросли почти на 40 % – в сегментах бизнес и премиум всё активнее спрос на материалы, которые дают архитектору свободу работать с выразительной формой, не в ущерб безопасности и сроку службы фасада. Металлокассеты стали одним из главных ответов на этот запрос. Смотрим актуальные приёмы их применения на реализованных объектах от компании «Алкотек».
Архитектура воздухообмена
В зданиях большого объема – от спортивных комплексов до производственных корпусов – формирование комфортного микроклимата связано с особыми инженерными задачами. Одной из ключевых становится организация циркуляции воздуха, позволяющая устранить температурное расслоение и обеспечить равномерные условия по всей высоте пространства.
Стеклопакет: от ограждающей конструкции к интеллектуальной...
В современной архитектуре стеклопакет приобрел множество полезных функций, став полноценным инструментом управления микроклиматом здания. Так, энергосберегающие стеклопакеты эффективно удерживают тепло в помещении, солнцезащитные – предотвращают перегрев, а электрообогреваемые сами становятся источником тепла. Разбираемся в многообразии современных стеклоизделий на примере продукции Российской Стекольной Компании.
Опоры из грибницы
В США придумали новую альтернатива бетону – живой материал на основе мицелия и бактерий. Такой материал способен самовосстанавливаться и годится для применения в конструктивных компонентах зданий.
«Сухой» монтаж: КНАУФ в BelExpo
Минский BelExpo возвели на год раньше плана. Ключевую роль сыграли технологии КНАУФ: в основе конструкций – каркасно-обшивное перекрытие, собранное как конструктор и перекрывающее 6 метров без тяжелой техники, а также системы «потолок под потолком» с плитами КНАУФ-Акустика.
Полы, выращенные бактериями
Нидерландско-американская исследовательская команда представила напольную плитку на основе «биоцемента». Привычный цемент, выполняющий роль вяжущего вещества, авторы заменили на выработанный бактериями известняк. При производстве плитки Mimmik в среду попадает на 60% меньше выбросов – по сравнению с традиционной.
Живой металл
Анодированный алюминий занимает все более заметное место в архитектурных проектах – от жилых комплексов до аэропортов. Его выбирают за выразительный внешний вид и стабильные эксплуатационные характеристики. В России с архитектурным анодированием системно работает завод полного цикла «25 микрон». В статье на примере его технологий и решений разберем, как устроен процесс анодирования и какие свойства делают этот материал востребованным.
Обновленный шоу-рум LUCIDO: рабочая среда для архитектора
Бутик Итальянской Плитки LUCIDO, расположенный в особняке на Пречистенке, завершил реконструкцию. Задача обновления – усилить функциональность пространства как инструмента для профессиональной работы с материалом. В новой экспозиции сделан акцент на навигацию, сценарии освещения и демонстрацию крупных форматов в условиях, приближенных к реальному интерьеру.
Стальное зеркало терруара
Архитектурная мастерская «АКАНТ» превратила здание винодельни в Краснодарском крае в оптическую иллюзию при помощи полированной нержавеющей стали «СуперЗеркало» от компании «Орнамита». Материал позволяет играть со светом и восприятием объемов, снижать теплопоглощение и создавать объекты-магниты, привлекающие яркой образностью, оставаясь при этом практичным и ремонтопригодным решением.
Осознанный выбор
С каждым годом, с каждой новой научной и технологической разработкой и запуском в производство новых полимерных материалов с улучшенными качествами сфера их применения расширяется. О специфике и форматах применения полимерных материалов в современной общественной архитектуре, включая самые сложные и масштабные объекты, такие как стадионы, мы поговорили с заместителем генерального директора по проектированию ПИ «АРЕНА» Алексеем Орловым.
Сёрфборд для жилья
Гавайская архитектурная фирма Hawaii Off-Grid занялась производством строительных блоков из досок для сёрфинга. Разработка призвана побороть проблему нехватки жилья на островах и чрезмерных отходов сёрфинг-индустрии.
Бетон со знаком «минус»
В США разработали заполнитель для бетона с «отрицательным» содержанием углерода. Технология позволяет «запечатывать» CO₂ в минералах и использовать их в качестве заполнителей для бетонных смесей.
Японцы нашли ключ к «зеленому» стеклу из древесины
Исследователи из Университета Осаки разработали технологию получения прозрачной древесины без использования пластиковых компонентов и объяснили физику процесса, открывающую путь к управлению свойствами материала.
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Палитра возможностей. Часть 2
В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.
Технадзор с дрона
В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Сейчас на главной
Сезонные настроения
Бюро «Уголок» разработало интерьер одного из филиалов ресторана «М2 Органик клуб», специализирующегося на экологически чистой продукции и органической кулинарии, проиллюстрировав при помощи дизайна каждое из четырех времен года.
Прощай, эпоха
Сергей Кузнецов покинул пост главного архитектора Москвы. Новый главный архитектор не известен. Вероятно, пока. Что будет с московской архитектурой – тоже, с одной стороны, довольно понятно; а с другой – не очень.
Форма воды
Станцию Кэйп-Флэтс в Кейптауне SALT Architects проектировали как пример качественной индустриальной архитектуры, открыто, если не с гордостью, демонстрирующей свое предназначение.
Пришедшие с холода
Фестиваль «АрхБухта» – все еще один из немногих в России, где участники проходят через все этапы создания объекта от концепции до стройки. И делают это на берегу Байкала и ему же в посвящение. В этом году бюро GAFA приняло участие и рассказало о своем опыте: местная легенда, дизайн-код для команды, друзья, а также катание на коньках и испытание морозом помогли получить не только награду, но и нечто большее.
Сложная композиция
Парк технологий и инноваций Lenovo в Тяньцзине по проекту E Plus Design рассчитан на более чем 3000 сотрудников подразделения исследования и разработки.
Фахверк в формате барнхауса
В проекте загородного дома Frame Wood от AGE architects тектоника мощного фахверкового каркаса освобождена от стереотипов и заключена в лаконичный силуэт барнхауса. Конструкция по-прежнему – главное средство выразительности, но она становится более вариативной, а дом приобретает не характерную для фахверка легкость.
Цифры Вавилона
Публикуем магистерскую диссертацию Хаймана Хунде, подготовленную на Факультете архитектуры и дизайна Кубанского государственного университета. Она посвящена разработке градостроительных принципов развития города Эль-Хилла в Ираке с учетом исторического наследия и региональных особенностей. Например, формируя современные кварталы, автор обращается к планам древних городов, орнаменту и даже траектории движения небесных тел.
«Призрак» в разноцветном доспехе
Новый формат ресторанов – «призрачная кухня», появившийся не так давно на волне все возрастающей с ковидных времен привычки заказывать ресторанную еду на дом, требовал не менее нового и эффектного дизайна. Именно такое неформальное и жизнерадостное дизайнерское лицо разработало бюро VEA Kollektiv для бренда Why Not Sushi.
Цветы жизни
Архитектурная мастерская «Константин Щербин и партнеры» разработала мастер-план кампуса Университета имени Лесгафта, который, вероятно, расположится во Всеволожске. Планировочная структура с четким ядром и системой осей напоминает цветочную поляну, в центре которой – учебные корпуса, а ближе к периферии – жилой городок, спортивные объекты и медицинский кластер. В мастер-план заложен зеленый и водный каркас, а также транспортная схема, предполагающая приоритет пешеходов и велосипедистов.
Панорама готическая
ЖК «Панорама» известен тем, что никакой панорамы в нем нет, и на него панорамы нет – а есть «смотровая щель», приоткрывающая вид на неоготическую польскую церковь. И собственно прогал – готический, S-образный. И еще именно с этой постройки с Москве началась мода на цветные пиксельные фасады и цветное стекло; но она так и осталась лучшей. Анатолий Белов – об иронии в ЖК «Панорама». Памяти Валерия Каняшина.
Ярче, выше и заметнее: обзор проектов 23-29 марта
В подборку этой недели вошли семь проектов – за исключением башни в Грозном, все они московские, и каждый по-своему борется за внимание: с помощью оригинального облицовочного материала, цветовых контрастов, неожиданных пропорций, демонстрируя все лучшее и сразу, а иногда – выверяя и исследуя лишь единственный прием.
Город-цех
Публикуем магистерскую диссертацию «Ревитализация старой промзоны с созданием вертикальной планировочной структуры производственно-жилого комплекса». Ее автор, Кирилл Шрамов, рассматривает, по сути, возможность создания промышленного небоскреба – что в контексте сегодняшней любви к небоскребостроению в Москве выглядит весьма интересно.
Корочка льда
В рамках конкурса «Неочевидное. Арктика» петербургское бюро GRAD предложило для города-спутника Мурманска социальный хаб с видами на Кольский залив. Здание состоит из нескольких модулей, которые группируются вокруг атриума и соединяются мостами. У каждого модуля своя функциональная программа, что на фасаде проявлено различными типами облицовки из перфорированных металлических панелей. В проекте используются prefab-технологии
В ритме Неглинной
Citizenstudio бережно осовременили недостроенный трехэтажный корпус на Неглинной, принадлежащий МФЮА. Ограниченные логикой существующего объема, архитекторы, тем не менее, смогли реализовать достаточно тонкую игру со стилевыми реминисценциями самых разных исторических периодов и максимально деликатно вписаться в контекст центра Москвы.
Пресса: Владимир Ефимов: проекты-блокбастеры найдутся на...
Ситуацию в строительном секторе Москвы в настоящее время можно охарактеризовать как стабильную, а сами девелоперы уверенно смотрят в будущее, утверждает заммэра столицы по градостроительной политике и строительству Владимир Ефимов. В интервью РИА Новости он рассказал, с чем были связаны перемены в городских ведомствах, отвечающих за градостроительную политику и строительство <...>
К полету готов
В прошлом году в Филях завершилось строительство здания Национального Космического центра по проекту UNK Юлия Борисова, победившему в конкурсе 2019 года. Оно отличается лаконизмом и уверенной ритмичной поступью; формирует улицу и становится акцентом целого ряда городских панорам. А вот что послужило причиной победы проекта, насколько башня похожа на ракету и где там логотип Роскосмоса – читайте в нашем материале.
Лыжня от порога
Дом по проекту Mork-Ulnes Architects для семьи с двумя детьми в горах Сьерра-Невада над озером Тахо в Калифорнии сочетает скандинавские и местные мотивы.
Сугроб. Очаг. Ковчег.
В середине марта в новом корпусе Третьяковской галереи наградили победителей конкурса «Неочевидное. Арктика». В нем приняли участие молодые архитекторы до 30 лет и студенты профильных вузов. Всего на конкурс поступило 326 заявок. Жюри определило победителей в пяти номинациях, каждый из них получил по 100 000 рублей. Рассказываем о проектах-победителях.
Симфония воды и кирпича
Жилой комплекс Alter, построенный по проекту Степана Липгарта на излучине реки Охта, служит примером «нарисованного дома»: количество авторских деталей в нем не поддается исчислению, благодаря чему ребра, выступы и выемки формируют живописный силуэт даже без значительного перепада высот. Композиция и материал реагируют на соседство с рекой и краснокирпичным зданием фабрики начала XX века. Также на проект значительно повлияли рекомендации главного архитектора города. Подробности – в нашем материале.
Дом-Пингвин
Дом с выгнутым фасадом на Брестской – один из манифестов российского неомодернизма начала 2000-х, скульптура – таком смысле его рассматривает Анатолий Белов, говоря о «разрыве с модернистским каноном и средовым подходом». Не во всем согласны с автором, но взгляд интересный.
Байкальская рекурсия
В Иркутске завершился двадцатый фестиваль «АрхБухта». Темой этого года стала «Рекурсия». В конкурсной программе фестиваля участвовали 23 команды из разных городов России. Победу одержала команда «Футурум» из Иркутска с арт-объектом «Эхо». Рассказываем о проектах-победителях.
Волна и вертикаль
Проект премиального жилого комплекса, разработанный бюро GAFA для участка в Хорошевском районе, реагирует на ограничения – дугу проезда, водоохранную зону реки Ходынки и инсоляционные нормы – изобретательным массингом. Композиция строится на сочетании двух планов: протяженный дом-каре и укрытые за ним три башни создают силуэт и ракурсы, а также семантическую наполненность, которую усиливают фасадные решения. Еще одна особенность – большой приватный двор, дополненный общегородским линейным парком.
Офис на Трубной
Продолжаем публикации проектов Валерия Каняшина. Дом, четверть века назад определенный как «тихий модернизм», в чьей-то памяти таким и остался. По убеждению Анатолия Белова, его главное качество – незаметность. По словам авторам, архитекторов «Остоженки», главную скрипку здесь играет контекст и ландшафт; перепад высот. Но не такой ведь и незаметный, правда?
Оправдание добра, или как не промотать наследство
Книга доктора искусствоведения, академика Марии Нащокиной «Апология наследия» – всеобъемлющий труд, собравший под одной обложкой острые проблемы сохранения наследия в нашей стране и за рубежом. Глубокий научный подход сочетается в ней со смелостью говорить правду, порой нелицеприятную, и предлагать здравые решения. Публикуем рецензию и отрывок из книги.
Первый международный
Этой публикацией начинаем серию текстов, посвященных работам Валерия Каняшина, одного из основателей бюро «Остоженка», недавно ушедшего из жизни. Так получилось, что проекты, к которым он причастен, во многом иллюстрируют наше представление о бюро и его истории. Первый – Международный Московский Банк на Пречистенской набережной.