Дискуссия о Дворце пионеров

Публикуем концепцию комплексного обновления московского Дворца Пионеров Феликса Новикова и Ильи Заливухина, и рассказываем о его обсуждении в Большом зале Москомархитектуры 4 марта.

mainImg
Встреча не была, как сразу подчеркнул Сергей Кузнецов, ни заседанием архсовета, ни градкомиссией – главный архитектор города, по чьей инициативе состоялось собрание, назвал его «коллегиальным обсуждением». Причиной стало открытое письмо Феликса Новикова, автора Дворца Пионеров на Ленинских горах, в котором он решительно возразил против предложения Kleinewelt Architekten по реконструкции 8 и 11 корпусов Дворца, напомнил о существовании проекта, разработанного ранее им самим совместно с Ильей Заливухиным, и потребовал «проведения открытого заседания Архитектурного совета Москвы и общественного обсуждения в Союзе архитекторов». Состоявшееся заседание стало ответом Сергея Кузнецова на это требование.
Обсуждение проектов реставрации и нового строительства на территории Дворца Пионеров на Воробьевых горах, 03.2020
Фотография: Архи.ру

На заседании Феликс Новиков рассказал о своем проекте расширения Дворца Пионеров. Сейчас мы публикуем этот проект с авторскими иллюстрациями и с авторским описанием. Ниже вы найдете небольшой репортаж о заседании и ответ Феликса Новикова его критикам, на заседании не прозвучавший. Итак, слово авторам проекта:

Концепция комплексного обновления московского Дворца Пионеров
Авторы проектного предложения:
Автор московского Дворца Пионеров, Народный архитектор СССР, лауреат Госпремий СССР и РСФСР, доктор архитектуры, профессор Ф.А. Новиков
Архитектор И.В. Заливухин, Jauza. Architecture & Urban planning
17.03.2020

Генеральный план Дворца пионеров. Вариант 1960 года и продольный разрез территории, демонстрирующий трехчастный каскад рельефа
Предоставлено Ф.А. Новиковым

«Известно, что открывшийся 1 июня 1962 года Дворец пионеров был, хотя и главной, но только 1 очередью строительства комплекса. Несколько позже ему был передан 25-метровый плавательный бассейн в соседнем квартале. В последующие 57 лет ничего кроме ремонтов здесь не делалось. Внизу представлен продольный 3-частный каскад рельефа участка.
Фотография с дрона. 2018 г.
Предоставлено Ф.А. Новиковым

Фото с дрона 2018 г. показывает нам главное здание, 8 и 11 корпуса, стадион, площадь парадов, входную аллею и парк за Дворцом, прилегающий к нему. Но остальная территория осталась неосвоенной, комплекс не получил четкой функциональной структуры и, как следствие, его композиция осталась незавершенной. В 2009 году Виктор Егерев и Владимир Кубасов совместно с Ильей Заливухиным сделали проектное предложение, расположив новое здание на месте 8 корпуса и показали его Лужкову. Юрий Михайлович предпочел построить объекты 2 очереди, но вскоре был отрешен от должности. Егерев, Кубасов и я продолжили работу с Заливухиным. Егерев на генплане рисовал два здания по сторонам длинной оси стадиона, Кубасов – объект равный по объему Дворцу – вместо стадиона. Мы с Ильей в 2012 году выполнили «Концепцию комплексного обновления Дворца», последние коррективы в которую внесли в конце января текущего года. Кубасов сейчас занят другим объектом и участия в нашем проекте не планирует.

Принятое в прошлом году решение о реставрации Дворца восстановит изначальную планировку здания, вернет ему прежний облик и, вместе с тем, ставит вопрос о функциональном и композиционном завершении комплекса.

Наша концепция обновления Дворца, помимо реставрации главного здания включает в себя четыре объекта, два из которых №№ 8 и 11 предлагается решительно перестроить, а два других – №№ 9 и 10 – возвести вновь. Ее мотивация связана с полтора раза большей нагрузкой на существующие объекты, необходимостью больших площадей для групповых и массовых занятий детей, а также с развитием ее содержательной части. Рассмотрим эти объекты. последовательно. В настоящее время 8-й корпус это группа из 4-х разностильных зданий, построенных в разные годы, стоящих на 5 метров ниже входной аллеи и площади парадов – и не составляющих сколько-нибудь осмысленную композицию. Они лишены какой-либо «Дворцовости» и не имеют ни стилевой, ни композиционной связи с главным зданием. В настоящее время они считаются выявленными объектами культурного значения. Мы обратились в Мосгорнаследие с заявлением об отказе этим зданиям в таком статусе. В ответе, направленном Заливухину и подписанном зам. руководителя департамента Кондрашевым сказано: – цитата – «...рассмотрение вопроса о включении либо отказе во включении объектов в реестр планируется в 2020 году». О соответствии этих зданий требованиям, предъявляемым к объектам культурного значения, вы можете судить сами.

Здесь спортзал, построенный по проекту Аркадия Половникова. Он был в нашей команде и ему поручили эту работу. Мы предлагаем его снос потому, что считаем должным обеспечить функциональную четкость комплекса. Зал должен быть там, где находится стадион, в обновленном спортивном центре. К нему мы вернемся позже.
Спортзал. Главный фасад
Предоставлено Ф.А. Новиковым
Спортзал. Дворовый фасад
Предоставлено Ф.А. Новиковым

Второе здание – панельная встройка между залом и школой, сделана в 80-е годы.
Панельная встройка между спортзалом и школой
Предоставлено Ф.А. Новиковым

Третье – школа 1935 года с послевоенной пристройкой.
Главный фасад школы
Предоставлено Ф.А. Новиковым
Второй фасад школы с пристройкой
Предоставлено Ф.А. Новиковым

А теперь зададимся вопросом: за чем дети приходят во Дворец? Мой ответ – за мечтой о своем будущем. И приходят в школьное здание. Но ведь они ходят в школу 5-6 раз в неделю, 9 месяцев в году, в течение 11 лет. Какая здесь мечта? Есть и другой вопрос. Ее построил Леонид Павлов. Как к этому отнестись? Об этом чуть позже, а пока посмотрим проект команды Переслегина.
Корпус 8. Дворец пионеров на Воробьевых горах. Проект реставрации
© Kleinewelt Architekten
Московский Дворец пионеров на Воробьевых горах, проект реставрации
© Kleinewelt Architekten

Они сохраняют спортзал, школу и пристройку, не имеющую отношения к Павлову, сносят встройку и предлагают заменить ее новой. При этом, декларируя уважение к автору, на две трети замуровали главный фасад школы и тыльный фасад спортзала, что с объектами культурного значения делать не позволяется.

Я – ученик Леонида Николаевича на 4 курсе 1948 года – прежде чем представить наше предложение, должен обосновать снос этой школы. В Москве есть школа № 464, построенная в том же году и по тому же проекту. Посмотрим на нее.
Школа Л. Павлова (школа № 464 на ул. Талалихина). Вид с торца
Предоставлено Ф.А. Новиковым
Школа Л. Павлова (школа № 464 на ул. Талалихина). Вид главного фасада
Предоставлено Ф.А. Новиковым

Ее адрес ул.Талалихина, д. 20, стр. 1. Здание во всем подлинно. С родной скатной кровлей. Его и надо сохранить. Замечу, что кроме школ Леонид Павлов построил в Москве еще 26 объектов. Часть из них достигла 40-летнего возраста. Ни один не имеет охранного статуса.

Теперь посмотрим обновленный корпус № 8.

Функционально мы представляем себе новое здание как Центр Научно-Технического Творчества. Оно ограничено в размерах периметром существующих строений и высотой, стоящего визави здания концертного зала. Основные исходные положения проектирования нового корпуса таковы. Мы считаем, что он должен быть созвучен главному зданию Дворца – быть таким, как если бы был построен вместе с ним в 1962 году. Его следует включить в композицию комплекса. Это обеспечивает ориентацию здания на диагональную ось – продолжение оси существующей аллеи, ограничивающей площадь парадов и ведущей к концертному залу, а также диагональная структура самого 8 корпуса.
Генплан входной аллеи и площади парадов
Предоставлено Ф.А. Новиковым
Вид комплеса с проспекта Вернадского
Предоставлено Ф.А. Новиковым

В новой редакции корпуса возникает мост, соединяющий его второй – входной этаж с уровнем входной аллеи и площади парадов. Одной из главных тем всей композиции Дворца является ступенчатость силуэта – возвышается коробка сцены концертного зала, торцы трех клубных корпусов и аудитория. В корпусе № 8 эту тему поддерживает центральный фонарь.

Покажем 8 корпус с Воробьевского шоссе и ул. Фотиевой.
Вид с Воробьевского шоссе (ул. Косыгина)
Предоставлено Ф.А. Новиковым
Вид с ул. Фотиевой
Предоставлено Ф.А. Новиковым

Композиционным центром здесь является трехсветный атриум 2-го этажа, размером 24 х 24 метра с зенитным освещением. Помещения общественных мероприятий в главном здании имеют ширину 12.0 метров. Новый зал будет лучшим местом для проведения новогодних елок и других массовых действий. По периметру зала расположены рекреации и классы групповых занятий. В 1 этаже аудитория на 400 мест, а в светлом цокольном разместятся хозяйственные службы, для которых в проекте Переслегина есть здание, стоящее рядом с 8 корпусом. Оно лишнее в парке Дворца – также как и соседняя автошкола. И то и другое поместится в новом 8 корпусе.
План 2 этажа
Предоставлено Ф.А. Новиковым
План 1 этажа
Предоставлено Ф.А. Новиковым

В горизонтальном строении фасадов выделяется подиум, на уровне аллеи и площади, входной этаж отмечен ритмом импостов, а венчающие здание два этажа подобны фасаду главного корпуса Дворца. При этом при взгляде с площади парадов здание выглядит соразмерным концертному залу. Общая площадь корпуса 12 500 м2.
Диагональный фасад
Предоставлено Ф.А. Новиковым
Диагональный фасад – вид с площади
Предоставлено Ф.А. Новиковым
Диагональный разрез
Предоставлено Ф.А. Новиковым

Корпус № 11 и стадион проектировал по нашему заданию «Спортпроект» – автор арх. Роберт Упмал. Некий подрядчик взялся за его реконструкцию и, развалив здание, бросил стройку. Здание было узким, оно станет шире.
Руины 11-го корпуса
Предоставлено Ф.А. Новиковым

В проекте Переслегина стеклянные фасады. Раньше здесь была и должна быть стена. В центре плана находится кафе. Остальное расчленено на мелкие и узкие, длинные помещения.
Дворец пионеров на Воробьевых горах. Концепция развития территории
© Kleinewelt Architekten
Формообразование корпус 11. Дворец пионеров на Воробьевых горах. Проект реставрации
© Kleinewelt Architekten

В нашем проекте с более широким корпусом на переднем фронте надземного этажа устроены вестибюли, тренерские, другие службы. Они связанны галереей, служащей также и для зрительских мест. В подземном этаже раздевалки и душевые. Пространство двухсветного спортивного зала с зенитным освещением, длинной 138 м и шириной 18 м, компенсирует утрату зала, сносимого в 8 корпусе. Здесь будут подвижные перегородки, позволяющие разделять его на несколько залов нужного размера в разных вариантах для различных спортивных занятий. В разрезе виден прием освещения. Площадь здания 4 000 м2.
Альтернативный вариант. Планы этажей
Предоставлено Ф.А. Новиковым
Разрезы и деталь зенитного освещения
Предоставлено Ф.А. Новиковым

А теперь о проекте кафе. В проекте Переслегина оно смотрит на дворы прилегающих зданий. Как тут не сказать «Не лучше ли кума на себя оборотиться? Мы предлагаем построить кафе с другой стороны пруда с видом на комплекс Дворца. Оно включено в проект с № 9 с площадью 500 м2. Теперь посмотрим на вид комплекса с дрона с включенными в него 8 и 11 корпусами и кафе у пруда и покажем панораму парка и Дворца с его террасы, ориентированной на продольную ось всей композиции комплекса.
Фото с дрона с 8-м и 11-м корпусами и кафе
Предоставлено Ф.А. Новиковым

Видим пруд, набережную весь трехчастный каскад рельефа, стену 11 корпуса, трибуны стадиона, пионерский знак между лестницами. Выше купол планетария и флагшток. Всю эту панораму венчает московский университет, стоящий на той же оси.
Панорамный вид с террасы кафе
Предоставлено Ф.А. Новиковым

И, наконец, поговорим о корпусе под № 10. Еще в 2010 году я задумался о том, как можно застроить участок вдоль Воробьевского шессе, где были объекты 2-й очереди. На этой земле за 57 лет вырос парк, который следует благоустроить. Здесь были бассейн и спортзалы. Но первый уже есть, а второе есть в нашем проекте. «Свято место» осталось пусто.
Фото с дрона с 8-м и 11-м корпусами и кафе
Предоставлено Ф.А. Новиковым

Я вспомнил проект «горизонтальных небоскребов» Лисицкого. Сделал эскиз. Однако что строить – не знал. А идея была рядом. Я живу в городе Рочестер, штат Нью-Йорк. Здесь в 2006 году открылся детский музей. Они пошли по миру отсюда, из США. Теперь есть во многих странах и в России тоже. Например, музей игрушек в Сергиевом Посаде. Но музей в Рочестере назван «National Museum of Play», Национальный музей игры, а это совсем другое. Его главная задача – более ранняя профессиональная ориентация детей. Это прежде ребенок спал с соской во рту, а теперь с соской во рту он давит пальчиком на скрин своего смартфона. Музей игры вовлекает детей в профессионально ориентированные игры. В том числе обучающие программированию.

Сначала они играют в профессию – могут вообразить себя кем угодно – врачом, строителем, ученым, космонавтом и им предоставят все необходимое для такой игры. Этот, образно говоря, «Дворец октябрят», поможет детям определиться в профессии, а потом они придут во Дворец пионеров познавать ее азы. Мы предлагаем построить здесь такой музей, как первую игротеку в стране. Вряд ли для этого найдется лучшее место.
Фото с дрона с корпусом № 10
Предоставлено Ф.А. Новиковым

С учетом особенности участка мы изобразили здание в виде горизонтального двухэтажного объема (нижний служебный, верхний игровые залы) с зеркальным дном, отражающим вид парка и поднятого над ним выше роста существующих деревьев (там есть пустоты, на которые можно опереться). И включили объект в нашу концепцию обновления дворца с № 10. Высота здания оправдана изменением среды, присутствием башни гостиницы «Корстон» и трех 20-этажных жилых башен за прудом. При этом кровли 7 и 8 корпусов равны по высоте, также как и кровли коробки сцены 7 и фонаря 8 корпуса. Они выше площади парадов на 15 м. Сама площадь выше нижнего плато на те же 15 м. Значит высота – горизонт кровли музея – 30 м. И еще одно: Длина здания Дворца 230 м, музея по кровле 200 м. Между этими линейными зданиями, как «шарнир» всей композиции стоит ромб 8 корпуса.

Она представлена изображением с новыми 8 и 11 корпусами, с кафе и музеем игры. Его площадь 6 000 м2. Здесь первый эскиз на эту тему – место и приём композиции. Таким нам видится завершенный комплекс – функционально и композиционно. Дворец строился три с половиной года. Завершить реставрацию предлагается в 2023 году. Этот срок реален и для всей нашей программы. В последующие 57 лет во Дворец придут сотни тысяч детей, внуков и правнуков нынешних москвичей и найдут здесь мечту о своем будущем!»
zooming

Ф.А. Новиков

***

Репортаж: обсуждение 5 марта 2020 в Большом зале Москомархитектуры
Обсуждение проектов реставрации и нового строительства на территории Дворца Пионеров на Воробьевых горах, 03.2020
Фотография: Архи.ру

Представляя свою концепцию реставрации Дворца пионеров и развития его территории, Николай и Сергей Переслегины подчеркнули – им, как авторам концепции, нравится 8 корпус и они хотели бы его сохранить, а школа – пусть типовая, но отличается от школы на улице Талалихина в деталях. Кроме того, Николай Переслегин подчеркнул, что Kleinewelt Architekten, разработав концепцию реставрации Дворца и развития его территории, больше в работе не участвует, поскольку передал всю инициативу заказчику концепции, компании Росреставрация.
Обсуждение проектов реставрации и нового строительства на территории Дворца Пионеров на Воробьевых горах, 03.2020
Фотография: Архи.ру

О наблюдательном совете
Упомянув, что после работы над концепцией Kleinewelt Architekten передали всю работу Росреставрации, Николай Переслегин призвал создать «совет, который наблюдал бы за процессом». Поскольку «мы еще не знаем, кто будет реализовывать и как», – необходимо открытое, прозрачное и профессиональное наблюдение за процессом реставрации Дворца. В совет, по словам Переслегина, могли бы войти архитекторы, «Архнадзор» и представители профильных депатраментов.

Возражения на проект Феликса Новикова и Ильи Заливухина
Вся территория парка 40-летия ВЛКСМ, на которой расположен дворец, имеет охранный статус как памятник ландшафтного искусства. А значит ничего нового строить на этой территории нельзя, даже если часть корпусов, которые значатся сейчас как выявленные памятники, не будут утверждены в охранном статусе. Эту позицию озвучил присутствовавший на встрече глава Москомнаследия Алексей Емельянов, начав с того, что отмена проекта масштабного строительства на территории Дворца в 2009 году была связана не с отставкой мэра Юрия Лужкова, а именно с охранным статусом территории. Кроме того, по словам Емельянова, как только началось обсуждение будущего строительства, в адрес департамента стали поступать письма от жителей Гагаринского района с требованиями всякие обсуждения такого строительства прекратить. Протесты жителей против «любого строительства на этой территории» начались еще в 2012 году, подчекнул глава ведомства охраны памятников. «Хотя, – как заметил Алексей Емельянов, – в части размещения детей» такое строительство многое бы решило. Глава Москомнаследия завершил свое выступление уверением в том, что если появятся идеи, как расширить площади Дворца не нарушая законодательства – то есть без нового строительства, как поработать с 8 и 11 корпусами, «мы с удовольствием прислушаемся; но таково законодательство, любое строительство на территории запрещено».
Обсуждение проектов реставрации и нового строительства на территории Дворца Пионеров на Воробьевых горах, 03.2020
Фотография: Архи.ру

Сергей Кузнецов зачитал письменное заявление главы Научно-методического совета Москомнаследия Андрея Баталова, в котором говорилось, что Дворец Пионеров – одно из немногих произведений модернизма, получивших охранный статус, и что статус парка позволил зданию Дворца, в период, «связанный со сменой общественной формации, а именно исчезновения пионерской организации», сохраниться и сохранить пространственную структуру своего ансамбля, «однако это предполагает и отчуждение от авторского желания преобразовать свое произведение. Это своеобразная плата за его сохранение <...> лишить памятник статуса выявленного можно, но строить на территории памятника нельзя <...> смысл в том, что произведение живет своей жизнью».

Представителей ДКН поддержал и Рустам Рахматуллин из «Архнадзора», подчеркнув, что закон об охране памятников следует строго соблюдать и оговорившись, что даже вставка, предложенная в проекте Kleinewelt, не вполне соответствует законодательству.

По словам Евгения Асса, рассматриваемый случай – «беспрецедентный в нашей практике, в силу удаленности автора на огромное расстояние, и проекта – на значительное время». «Мне очень нравится проект, который предложил Феликс Аронович, – подчеркнул Евгений Асс, – никто, кроме Феликса Ароновича, не чувствует этот проект лучше». Евгений Асс даже назвал проект, предложенный Феликсом Новиковым, «естественным продолжением той работы, которая была начата [в первой, построенной очереди, – прим. ред.]», и подчернкул, что хорошо понимает чувства автора проекта, также как и настойчивость, с которой тот продвигает свою идею. Однако: «закон, озвученный хранителями», не позволяет нового строительства, и с этим необходимо смириться, – завершил свое выступление Евгений Асс.
 
Петр Кудрявцев, «как социолог, консультировавший соседние проекты», указал на активность сообщества жителей района, назвав его «одним из самых мощных, сравнимых только с Патриаршими прудами [где сейчас идет борьба против надстройки домика на пруду, – прим. ред.]. Здесь «любое профессиональное движение превратится в общественное», – предостерег Петр Кудрявцев.

Прозвучало, что если создать прецедент нарушения закона об охране памятников, это откроет «Ящик Пандоры», то есть повсеместно начнутся попытки таких исключений. 

Резюмируя разговор, Сергей Кузнецов подчеркнул: «речь не только о том, что мы заложники бумажки» [охранного статуса], но «мнение местного сообщества таково, что лучше вообще не трогать». Кроме того: «ситуация небывалая для нас», мы общаемся с «автором памятника», но – в ней «много смыслов», и «надо держаться ситуации, которая существует». Сергей Кузнецов поддержал идею контроля за реализацией и качеством исполнения, но строго повторил, что мы не можем выходить за рамки законодательства.

Словом, пионеров оставили без дополнительных метров, и директор Дворца Елена Мельвиль только и сказала, что «спасибо за мечту». И что если 3000 детей будет негде заниматься, будет очень жаль.
репортаж: Ю.Т.
 
***

Резюме Феликса Новикова
«Профессионального разговора не получилось. Никто, кроме Евгения Асса, не сказал ни слова о композиционных осях, о композиции, стилистике и координации архитектуры существующих и предлагаемых объектов, никого это не интересовало. Я услышал только два тезиса, отрицающих наше предложение.

Первый – нельзя строить ничего нового. Таков закон. Но если с самого начала было известно, что комплекс функционально и композиционно не завершен, что будет, условно говоря, 2 очередь, если 35% территории не было освоено (мы к ней не прикасались), как можно было это запрещать? Если запрет исключает развитие, дети не получат комфортных условий для клубных занятий и массовых действий (в нашем варианте комплекса в нем в четыре раза больше дополнительных площадей, чем по проекту Переслегина), значит этот закон противоречит интересам детей и его должно отменить. И никто меня в этом не переубедит.

Второй тезис – возражают жители Гагаринского района. Их испугались. Но позвольте мне выступить перед ними и они будут на моей стороне. Разве трудно обьяснить любящим родителям, что в случае реализации проекта во Дворце не будет тесно? (Многие бывшие свободные пространства заняты теперь классами и реставрация не сможет их открыть). Что комплекс получит новые функции и предоставит детям больше разнообразных занятий? И в этом я по-прежнему убежден в своей правоте.

Я полагаю, что в случае реализации нашей концепции обновления Дворца и окружающего его парка, Москва получит комплекс, второй после Зарядья по значимости и успеху. И это будет добрый дар нынешним и будущим поколения детей столицы России».

18 Марта 2020

ЛДМ: быть или не быть?
В преддверии петербургского Совета по сохранению наследия в редакцию Архи.ру пришла статья-апология, написанная в защиту Ленинградского дворца молодежи, которому вместо включения в Перечень выявленных памятников грозит снос. Благодарим автора Алину Заляеву и публикуем материал полностью.
«Животворна и органична здесь»
Рецензия петербургского архитектора Сергея Мишина на третью книгу «Гаража» об архитектуре модернизма – на сей раз ленинградского, – в большей степени стала рассуждением о специфике города-проекта, склонного к смелым жестам и чтению стихов. Который, в отличие от «города-мицелия», опровергает миф о разрушительности модернистской архитектуры для традиционной городской ткани.
Сохранить окна ТАСС!
Проблема в том, что фасады ТАСС 1977 года могут отремонтировать, сохранив в целом рисунок, но в других материалах – так, что оно перестанет быть похожим на себя и потеряет оригинальный, то есть подлинный, облик. Собираем подписи за присвоение зданию статуса объекта наследия и охрану его исторического облика.
Отстоять «Политехническую»
В Петербурге – новая волна градозащиты, ее поднял проект перестройки вестибюля станции метро «Политехническая». Мы расспросили архитекторов об этом частном случае и получили признания в любви к городу, советскому модернизму и зеленым площадям.
Идентичность в типовом
Архитекторы из бюро VISOTA ищут алгоритм приспособления типовых домов культуры, чтобы превратить их в общественные центры шаговой доступности: с устойчивой финансовой программой, актуальным наполнением и сохраненной самобытностью.
Возрождение Дворца
Архитекторы Archiproba Studios бережно восстановили образец позднего советского модернизма – Дворец культуры в городе-курорте Железноводске.
Молодой город для молодой науки
В издательстве «Кучково поле Музеон» вышла книга «Зеленоград – город Игоря Покровского». Замечательная «кухня» этого проекта – в живых воспоминаниях близкого друга и соратника Покровского, Феликса Новикова, с прекрасным набором фотоматериалов и комментариями всех причастных.
Советский регионализм
В книге итальянских фотографов Роберто Конте и Стефано Перего «Советская Азия» собраны постройки 1950-х–1980-х в Казахстане, Кыргызстане, Узбекистане и Таджикистане. Цель авторов – показать разнообразие послевоенной советской архитектуры и ее связь с контекстом – историческим и климатическим.
«Это не башня»
Публикуем фото-проект Дениса Есакова: размышление на тему «серых бетонных коробок», которыми в общественном сознании стали в наши дни постройки модернизма.
Музей «Пресня»
Пример «средового брутализма» музей «Пресня» в историческом центре Москвы – в фотографиях Дениса Есакова с детальным рассказом историка архитектуры Дениса Ромодина.
«Вопрос не в профессиональной этике, а в месте этой...
Реконструкция зданий модернизма – болезненный вопрос, в том числе потому, что она нередко происходит на глазах их изначальных авторов, опечаленных и возмущенных некорректным подходом к своим творениям. Высказаться на эту сложную тему мы попросили архитекторов и историков архитектуры.
Все в Алма-Ату
Новую книгу из серии «Гаража» хочется назвать фундаментальным путеводителем: он глубок, разнообразен и написан легким стилем. А материал красив, не слишком изуродован и малоизвестен. Пожалуй, это точно must have.
Прения о шаре
История о взаимодействии авторов и профессиональной этике: с хорошим концом на примере Даниловского рынка и с плохим – на примере Перовского. В переписке Феликса Новикова и Александры Чечеткиной, с экскурсами в 1980-е.
Технологии и материалы
Навстречу ветрам
Glorax Premium Василеостровский – ключевой квартал в комплексе Golden City на намывных территориях Васильевского острова. Архитектурная значимость объекта, являющегося частью парадного морского фасада Петербурга, потребовала высокотехнологичных инженерных решений. Рассказываем о технологиях компании Unistem, которые помогли воплотить в жизнь этот сложный проект.
Вся правда о клинкерном кирпиче
​На российском рынке клинкерный кирпич – это синоним качества, надежности и долговечности. Но все ли, что мы называем клинкером, действительно им является? Беседуем с исполнительным директором компании «КИРИЛЛ» Дмитрием Самылиным о том, что собой представляет и для чего применятся этот самый популярный вид керамики.
Игры в домике
На примере крытых игровых комплексов от компании «Новые Горизонты» рассказываем, как создать пространство для подвижных игр и приключений внутри общественных зданий, а также трансформировать с его помощью устаревшие функциональные решения.
«Атмосферные» фасады для школы искусств в Калининграде
Рассказываем о необычных фасадах Балтийской Высшей школы музыкального и театрального искусства в Калининграде. Основной материал – покрытая «рыжей» патиной атмосферостойкая сталь Forcera производства компании «Северсталь».
Фасадные подсистемы Hilti для воплощения уникальных...
Как возникают новые продукты и что стимулирует рождение инженерных идей? Ответ на этот вопрос знают в компании Hilti. В обзоре недавних проектов, где участвовали ее инженеры, немало уникальных решений, которые уже стали или весьма вероятно станут новым стандартом в современном строительстве.
ГК «Интер-Росс»: ответ на запрос удобства и безопасности
ГК «Интер-Росс» является одной из старейших компаний в России, поставляющей системы защиты стен, профили для деформационных швов и раздвижные перегородки. Историю компании и актуальные вызовы мы обсудили с гендиректором ГК «Интер-Росс» Карнеем Марком Капо-Чичи.
Для защиты зданий и людей
В широкий ассортимент продукции компании «Интер-Росс» входят такие обязательные компоненты безопасного функционирования любого медицинского учреждения, как настенные отбойники, угловые накладки и специальные поручни. Рассказываем об особенностях применения этих элементов.
Стоимостной инжиниринг – современная концепция управления...
В современных реалиях ключевое значение для успешной реализации проектов в сфере строительства имеет применение эффективных инструментов для оценки капитальных вложений и управления затратами на протяжении проектного жизненного цикла. Решить эти задачи позволяет использование услуг по стоимостному инжинирингу.
Материал на века
Лиственница и робиния – деревья, наиболее подходящие для производства малых архитектурных форм и детских площадок. Рассказываем о свойствах, благодаря которым они заслужили популярность.
Приморская эклектика
На месте дореволюционной здравницы в сосновых лесах Приморского шоссе под Петербургом строится отель, в облике которого отражены черты исторической застройки окрестностей северной столицы эпохи модерна. Сложные фасады выполнялись с использованием решений компании Unistem.
Натуральное дерево против древесных декоров HPL пластика
Вопрос о выборе натурального дерева или HPL пластика «под дерево» регулярно поднимается при составлении спецификаций коммерческих и жилых интерьеров. Хотя натуральное дерево может быть красивым и универсальным материалом для дизайна интерьера, есть несколько потенциальных проблем, которые следует учитывать.
Максимально продуманное остекление: какими будут...
Глубина, зеркальность и прозрачность: подробный рассказ о том, какие виды стекла, и почему именно они, используются в строящихся и уже завершенных зданиях кампуса МГТУ, – от одного из авторов проекта Елены Мызниковой.
Кирпичная палитра для архитектора
Свыше 300 видов лицевого кирпича уникального дизайна – 15 разных форматов, 4 типа лицевой поверхности и десятки цветовых вариаций – это то, что сегодня предлагает один из лидеров в отечественном производстве облицовочного кирпича, Кирово-Чепецкий кирпичный завод КС Керамик, который недавно отметил свой пятнадцатый день рождения.
​Панорамы РЕХАУ
Мир таков, каким мы его видим. Это и метафора, и факт, определивший один из трендов современной архитектуры, а именно увеличение площади остекления здания за счет его непрозрачной части. Компания РЕХАУ отразила его в широкоформатных системах с узкими изящными профилями.
Топ-15 МАФов уходящего года
Какие малые архитектурные формы лучше всего продавались в 2023 году? А какие новинки заинтересовали потребителей?
Спойлер: в тренды попали как умные скамейки, так и консервативная классика. Рассказываем обо всех.
Сейчас на главной
Острог у реки
Бюро ASADOV разработало концепцию микрорайона для центра Кемерово. Суровому климату и монотонным будням архитекторы противопоставили квартальный тип застройки с башнями-доминантами, хорошую инсолированность, детализированные на уровне глаз человека фасады и событийное программирование.
Города Ленобласти: часть II
Продолжаем рассказ о проектах, реализованных при поддержке Центра компетенций Ленинградской области. В этом выпуске – новые общественные пространства для городов Луга и Коммунар, а также поселков Вознесенье, Сяськелево и Будогощь.
Барочный вихрь
В Шанхае открылся выставочный центр West Bund Orbit, спроектированный Томасом Хезервиком и бюро Wutopia Lab. Посетителей он буквально закружит в экспрессивном водовороте.
Сахарная вата
Новый ресторан петербургской сети «Забыли сахар» открылся в комплексе One Trinity Place. В интерьере Марат Мазур интерпретировал «фирменные» элементы в минималистичной манере: облако угадывается в скульптурном потолке из негорючего пенопласта, а рафинад – в мраморных кубиках пола.
Образ хранилища, метафора исследования
Смотрим сразу на выставку «Архитектура 1.0» и изданную к ней книгу A-Book. В них довольно много всякой свежести, особенно в тех случаях, когда привлечены грамотные кураторы и авторы. Но есть и «дыры», рыхлости и удивительности. Выставка местами очень приятная, но удивительно, что она думает о себе как об исследовании. Вот метафора исследования – в самый раз. Это как когда смотришь кино про археологов.
В сетке ромбов
В Выксе началось строительство здания корпоративного университета ОМК, спроектированного АБ «Остоженка». Самое интересное в проекте – то, как авторы погрузили его в контекст: «вычитав» в планировочной сетке Выксы диагональный мотив, подчинили ему и здание, и площадь, и сквер, и парк. По-настоящему виртуозная работа с градостроительным контекстом на разных уровнях восприятия – действительно, фирменная «фишка» архитекторов «Остоженки».
Связь поколений
Еще одна современная усадьба, спроектированная мастерской Романа Леонидова, располагается в Подмосковье и объединяет под одной крышей три поколения одной семьи. Чтобы уместиться на узком участке и никого не обделить личным пространством, архитекторы обратились к плану-зигзагу. Главный объем в структуре дома при этом акцентирован мезонинами с обратным скатом кровли и открытыми балками перекрытия.
Сады как вечность
Экспозиция «Вне времени» на фестивале A-HOUSE объединяет работы десяти бюро с опытом ландшафтного проектирования, которые размышляли о том, какие решения архитектора способны его пережить. Куратором выступило бюро GAFA, что само по себе обещает зрелищность и содержательность. Коротко рассказываем об участниках.
Розовый vs голубой
Витрина-жвачка весом в две тонны, ковролин на стенах и потолках, дерзкое сочетание цветов и фактур превратили магазин украшений в место для фотосессий, что несомненно повышает узнаваемость бренда. Автор «вирусного» проекта – Елена Локастова.
Образцовая ностальгия
Пятнадцать лет компания Wuyuan Village Culture Media Company занимается возрождением горной деревни Хуанлин в китайской провинции Цзянси. За эти годы когда-то умирающее поселение превратилось в главную туристическую достопримечательность региона.
IPI Award 2023: итоги
Главным общественным интерьером года стал туристско-информационный центр «Калужский край», спроектированный CITIZENSTUDIO. Среди победителей и лауреатов много региональных проектов, но ни одного петербургского. Ближайший конкурент Москвы по числу оцененных жюри заявок – Нижний Новгород.
Пресса: Набросок города. Владивосток: освоение пейзажа зоной
С градостроительной точки зрения самое примечательное в этом городе — это его план. Я не знаю больше такого большого города без прямых улиц. Так может выглядеть план средневекового испанского или шотландского борго, но не современный крупный город
Птица земная и небесная
В Музее архитектуры новая выставка об архитекторе-реставраторе Алексее Хамцове. Он известен своими панорамами ансамблей с птичьего полета. Но и модернизм научился рисовать – почти так, как и XVII век. Был членом партии, консервировал руины Сталинграда и Брестской крепости как памятники ВОВ. Идеальный советский реставратор.
Города Ленобласти: часть I
Центр компетенций Ленинградской области за несколько лет существования успел помочь сотням городов и поселений улучшить среду, повысть качество жизни, привлечь туристов и инвестиции. Мы попросили центр выбрать наиболее важные проекты и рассказать о них. В первой подборке – Ивангород, Новая Ладога, Шлиссельбург и Павлово.
Три измерения города
Начали рассматривать проект Сергея Скуратова, ЖК Depo в Минске на площади Победы, и увлеклись. В нем, как минимум, несколько измерений: историческое – в какой-то момент девелопер отказался от дальнейшего участия SSA, но концепция утверждена и реализация продолжается, в основном, согласно предложенным идеям. Пространственно-градостроительное – архитекторы и спорят с городом, и подыгрывают ему, вычитывают нюансы, находят оси. И тактильное – у построенных домов тоже есть свои любопытные особенности. Так что и у текста две части: о том, что сделано, и о том, что придумано.
В центре – полукруг
Бюро Atelier Delalande Tabourin реконструировало здание правительства региона Центр–Долина Луары в Орлеане. Главным мотивом проекта стали заданные планировкой зала заседаний полукруг и круг.
Башни в детинце
Жилой комплекс в Уфе, построенный по проекту PRSPKT.Architects, объединяет два масштаба: башни маркируют возвышенность и въезд в город, а малоэтажные корпуса соотнесены с контекстом и историей места, которое когда-то было обнесено крепостными стенами.
Золотое кольцо
Показываем работы трех финалистов конкурса на эскизный проект нового международного аэропорта Ярославля. Концепцию победителя планируют реализовать к 2027 году.
Энергия [пост]модернизма
В Аптекарском приказе Музея архитектуры открылась выставка Владимира Кубасова. Она состоит, по большей части, из новых поступлений – архива, переданного в музей дочерью архитектора Мариной, но, с другой стороны, рисунки Кубасова собраны по проектам и неплохо раскрывают его творческий путь, который, как подчеркивают кураторы, прямо стыкуется с современной архитектурой, так как работал архитектор всю жизнь до последнего вздоха, почти 50 лет.
Кристаллы и минералы
Архитектор Дмитрий Серегин, успевший поработать в Coop Himmelb(l)au MAD Architects , предлагает новый подход к реабилитационной архитектуре. С помощью нейросети он стирает грань между архитектурой и природой, усиливая целительное воздействие последней на человека.
Модернизация – 3
Третья книга НИИТИАГ о модернизации городской среды: что там можно, что нельзя, и как оно исторически происходит. В этом году: готика, Тамбов, Петербург, Енисейск, Казанская губерния, Нижний, Кавминводы, равно как и проблематика реновации и устойчивости.
Там русский дух
Второй проект, реализованный бюро Megabudka на территории парка «Кудыкина гора» – гостиничный комплекс. В нем архитекторы продолжили поиски идентичности, но изменили направление: в сторону белокаменных церквей, уюта избы, уездного быта и космизма. Не обошлось и без драмы.