Отстоять «Политехническую»

В Петербурге – новая волна градозащиты, ее поднял проект перестройки вестибюля станции метро «Политехническая». Мы расспросили архитекторов об этом частном случае и получили признания в любви к городу, советскому модернизму и зеленым площадям.

mainImg
Недавно градсовет Петербурга утвердил проект мастерской Рейнберга и Шарова, суть которого заключается в том, чтобы заменить наземный вестибюль станции метро «Политехническая», построенный в 1975 году, на пятиэтажный торговый центр. Город отреагировал мгновенно: СМИ разнесли весть, студенты запустили петицию, которую подписало уже почти пять тысяч человек, а архитекторы составили письмо на имя губернатора и главного архитектора.
Станция метро «Политехническая», май 2020
Фотография © Никита Григорьев
Перспективный вид в окружающей застройке. Реконструкция вестибюля станции «Политехническая» и строительство МФК
© Архитектурная мастерская «Рейнберг & Шаров»

Мы попросили некоторых авторов письма поделиться более личным мнением о сложившейся ситуации и обнаружили, что одна повестка обнажила сразу несколько застарелых петербургских проблем: уязвимость наследия, пренебрежение общественными пространствами, непопулярность архитектурных конкурсов, консюмеристское и довольно абсурдное стремление подменить подлинное чем-то новым, но вторичным и стилизованным.

Сумма нижеприведенных мнений – альтернативный градсовет, который не менее профессионально поясняет, почему «Политехническая» достойна защиты и сохранения. Это также срез, «портрет» архитекторов «новой волны» – молодых или идущих по пути, отличному от того, который выбрали старшие и более влиятельные коллеги. 
***

zooming
Анна Броновицкая, историк архитектуры
«В том, что градостроительный совет Санкт-Петербурга поддержал проект перестройки наземного вестибюля станции «Политехническая», сказывается прискорбная недооценка модернистского наследия. Вероятно, архитекторам Марку Рейнбергу и Андрею Шарову, как и членам совета, сложно признать, что здание, появившееся на их памяти, уже принадлежит истории, а не современности. Стилизация языка архитектуры 1970-х годов, как будто говорящая об уважении к архитектуре советского модернизма, никак не искупает утраты оригинального павильона. Хочу обратить внимание на то, что архитекторы павильона 1975 года Арон Гецкин и Валентина Шувалова были также авторами наземного вестибюля станции метро «Горьковская», замена которого на новый в 2009 году уже широко признана ошибкой.
Станция метро «Политехническая», май 2020
Фотография © Никита Григорьев

Как специалист, достаточно хорошо знакомый с ленинградской архитектурой 1960-1980-х годов, могу ответственно заявить, что она глубоко оригинальна – скажем, очень заметно отличается от московской – и составляет пласт наследия, ценность которого только начинает осознаваться обществом. Памятники советского модернизма пора ставить на охрану, а не уничтожать в угоду сиюминутным коммерческим интересам».


zooming
Даниил Веретенников, бюро MLA+
«Несмотря на быстро растущую популярность, советский модернизм по-прежнему остается самым недооцененным пластом российской архитектуры. Казалось бы, именно ему посвящены самые модные инстаграм-аккаунты и телеграмм-каналы, именно о нем пишутся самые востребованные архитектурные путеводители, именно он становится наиболее частым предметом искусствоведческих исследований и героем популярных блогов. И все же до признания модернистского наследия национальным достоянием еще очень далеко.
Станция метро «Политехническая», май 2020
Фотография © Никита Григорьев

Конечно, не все из того, что было построено в 1960–1980 годы, стоит сохранять. Эпоха тотального технологизма и унификации закономерно оставила после себя в основном утилитарные и типовые объекты, заступаться за которые мало кому придет в голову. Да и те из них, что построены по уникальным проектам, вряд ли могут рассчитывать на активную защиту в случае возможного сноса. Модернистская архитектура не заигрывала со вкусами широкой общественности, а потому ее уж точно не назовешь всенародно любимой. Для многих дома той эпохи навсегда останутся «коробками», «стекляшками» и «этажерками», и пренебрежительный характер этих прозвищ говорит сам за себя. Вот и список утраченных объектов, которые можно отнести к числу безусловно выдающихся, полнится с нарастающей частотой. Екатеринбургская телебашня, Гостиница «Россия», Ховринская больница, СКК «Петербургский» – снос этих объектов хотя бы немного подогрел дискуссию о ценности модернистского наследия; в большинстве же случаев снос встречают с равнодушием и даже облегчением. От того, чтобы он стал массовым, его сдерживает только тот факт, что эти здания в основном еще не выработали свой срок службы и в большинстве своем пребывают в относительно хорошем техническом состоянии. Поэтому почти неизбежно, что в ближайшем будущем мы окажемся свидетелями нарастания волны сносов и реконструкций.
Станция метро «Политехническая», май 2020
Фотография © Никита Григорьев

Павильон станции «Политехническая» не стоит в первом ряду памятников ленинградского модернизма, но все-таки это безусловно интересный, яркий и стильный дом, и его очарование особенно полно раскрывается при сравнении с тем зловещим пятиэтажным ТРК, на который его грозят заменить. Кстати, главная линия обороны, выстраиваемая градозащитниками, держится вовсе не на историко-культурных аргументах, а на средовых. Те, кто хорошо знают окрестности «Политехнической», уверены, что появление такого торгового центра обезобразит просторную и зеленую площадь Академика Иоффе, внесет диссонанс в сложившуюся систему акцентов и доминант и попросту отнимет значительную часть ценного пешеходного пространства. Аргументы архитектурной ценности имеют здесь всего лишь второстепенное значение: даже если павильон удастся отстоять, это не станет реваншем градозащиты за произошедший несколько месяцев назад снос СКК, в случае с которым инженерная и художественная ценность объекта была совершенно очевидна для большинства. Однако хочется надеяться, что оборона «Политехнической» увенчается успехом, и эта победа станет предпосылкой для ревалоризации всей архитектуры ленинградского модернизма».


zooming
Сергей Мишин, архитектор
«Я подписал обращение, поскольку полностью согласен с мнением Даниила Веретенникова, высказанное им в письме. Да, я убежден, что советский модернизм – это безусловная ценность, как часть во многом искренней исчезнувшей советской парадигмы. Парадигма была во многом ложной и античеловечной, а архитектура была вполне искренней и не заимствованной. Чего, увы, не скажешь о той, которую собираются построить на этом месте.
Станция метро «Политехническая», май 2020
Фотография © Никита Григорьев

Я думаю, что Петербург – город-палимпсест, и надо работать со слоями, сохраняя и артикулируя каждый из них. Кроме того, я думаю, что это устаревший и неглубокий подход – оперировать домами, зданиями, какими бы актуальными они нам ни казались. Надо, чтобы дом был следствием суммы пространственных решений, которые в свою очередь должны быть следствием жизненных обстоятельств».


zooming
Евгений Решетов, бюро Rhizome
«Я понимаю и чувствую город как живую ткань, которой необходимо развитие и изменение. Часто в процессе этих изменений что-то дорогое и привычное уходит, освобождая место для нового. Это нормально, неизбежно и закономерно. Однако мы всегда должны тщательно взвешивать, что теряем и приобретаем. В случае с «Политехнической» нам предлагают изменить сложившуюся и довольно приятную, обжитую часть городской ткани путем внесения в нее нового объекта, ценность которого просто с точки зрения его функционального наполнения кажется сомнительной. Особенно будоражащей и узколобой кажется попытка возведения очередного торгового комплекса именно сейчас, когда все существующие ТЦ и ТК стоят закрытыми, избавляются от существенной части своих арендаторов, а отрасль в целом будет еще какое-то существенное время восстанавливать свою предпандемическую форму, и не факт, что к ней вернется, так как люди уже привыкают к онлайн-торговле.
Перспективный вид фасада обращенного на ул. Политехническая. Реконструкция вестибюля станции «Политехническая» и строительство МФК
© Архитектурная мастерская «Рейнберг & Шаров»

Нам предлагают потерять сложившуюся и дорогую многим конкретным горожанам среду, потерять выразительную авторскую архитектуру павильона. Она может вам нравиться или не нравиться, это ваше право, но это объект, увеличивающий сложность, проработанность и, как следствие, и общую ценность этой среды. И все ради объекта, который никому не нужен и, кажется, даже девелоперам принесет только проблемы и убытки. Есть много спорных и сложных историй изменения среды в нашем городе, но часто в них есть хоть какая-то логика и позиция, в которой можно понять агентов этих изменений, изменив свою внутреннюю оптику. Но тут поражает чудовищная некорректность, неуместность самого жеста, самой темы, предложенной к обсуждению.

Что же касается более субъективных категорий, то мне кажется, что тут не стоит вопрос какого-то консервативного поворота в угоду неразвитому вкусу публики или чего-то подобного. Никто не предлагает поставить на месте павильона неоклассическое здание, мотивируя это ущербностью социалистического модернизма. Ситуация скорее обратная – на месте по-своему радостного и светлого павильона, с обилием приветливых «золотых» деталей нам предлагают поставить серый и глухой объем, в куда большей степени созвучный самым спорным и тоскливым примерам позднесоветской архитектуры».


zooming
Степан Липгарт, архитектор
«Петербург у нас единственный, нет подобного ему. И нам, по счастью населяющим этот город, порой перестает быть очевидной бесценная неповторимость его черт. Вот – Политехническая: очередная свободная площадь у почти периферийной станции, проспект, уводящий к бесконечным спальникам северо-востока, институт, парк при нем.
Станция метро «Политехническая», май 2020
Фотография © Никита Григорьев
Станция метро «Политехническая», май 2020
Фотография © Никита Григорьев

Отчего-то это место всегда представляется наполненным весенним ярким светом, прозрачным воздухом петербургских предместий, благополучных окраин столетней давности. И, кажется, Политехническая улица, совершающая здесь мягкий изгиб, отправится дальше к другой судьбе, к другому городу, нежели тот, что оставил нам XX век, что продолжает воспроизводиться в веке нынешнем. Там, среди зеленых аллей, просторно расположатся светлые строгие здания, их карнизы обрамят наше северное бескрайнее небо, оно отразится в их высоких окнах. Этот наполненный воздухом Петербург легко представлять у ворот Политеха, он ведь именно таков здесь – чудом сохранившийся. И его гармонию удивительным образом не разрушают, но подчеркивают советские здания: элегантные бирюзовые ленты Института Иоффе – оптимизм поздних 60-х, и паркового почти масштаба павильон метро.

Как это часто бывает справедливо для Петербурга, созиданием здесь стало бы сохранение, а разрушением – новое строительство. Невосполнимым уроном для масштаба, характера, памяти места».


zooming
Петр Советников, бюро Katarsis
«Хочется поддержать прозвучавшую на градсовете идею архитектурных конкурсов на такие общественно значимые объекты, как станции метрополитена.

Смысл строительства торгового центра на месте хорошего модернистского павильона непонятен с точки зрения пользы для города. Неясно, что такого проект предлагает жителям, чтобы ради этого снести симпатичный объект. Не понятна позиция города.

Хотелось бы скорее разумного развития уютной и зеленой площади, такой камерной и одновременно просторной студенческой площади, где центральное место занимает непосредственно Политехнический университет.
Станция метро «Политехническая», май 2020
Фотография © Никита Григорьев

Формат торгового центра над метро – это уже что-то из начала 2000-х, есть же более гибкие, прогрессивные методы развития. Может быть, проект так остро не воспринимался бы, если вместо чистой коммерции и парковки предлагал бы городу что-то полезное. Например, нормальную организацию площади Иоффе и территории с обратной стороны метро, с озеленением и общественным пространством, где наверняка нашлось бы достаточно места для нужной коммерции и без сноса павильона, если бы город был в этом заинтересован. Но похоже такого интереса здесь нет, к сожалению».


zooming
Елена Миронова, архитектор Института Территориального развития 
«Хочется начать уважать законодательство. Я могу допустить, что не у всех архитекторов солнце встает на востоке. Порядок такого нарушения – нормативов по инсоляции – касается отдельного помещения и вполне может быть осознанным. Но требование по сохранению исторически сложившейся среды не может быть не замечено, и это не может касаться только одного архитектора или даже группы, это касается всех, кто живет в этом городе.

Площадь – это системная пауза в городской ткани. Рядом с мощным университетским кампусом она особенно необходима. Почему бы инвестору не поучаствовать в благоустройстве площади Иоффе? У этого места огромный потенциал для создания интересного многофункционального пространства, куда можно деликатно интегрировать и коммерческую функцию.
Станция метро «Политехническая», май 2020
Фотография © Никита Григорьев
Станция метро «Политехническая», май 2020
Фотография © Никита Григорьев

Главный архитектор спрашивал: «А можно ли сносить Сперанского?» Вопрос риторический, Сперанского сносить нельзя. Для нашего поколения это очевидно. Это абсолютно контекстный образец ленинградского модернизма, который очень деликатно вписан в пространство площади и придает ей определенный колорит. Его человечный масштаб, материалы и пропорции работают на гармонизацию среды.

Не мне судить об экономической целесообразности предлагаемого проекта, но надеюсь, что сегодняшняя ситуация еще больше усилит ирреальность этого предложения. У всех моих знакомых и коллег, кто узнает об этой истории, вопрос на устах: «А зачем?»

28 Мая 2020

Снос Энтузиаста
В Москве снесли кинотеатр «Энтузиаст». Хороший авторский модернизм, отмеченный игрой в контраст пластического равновесия, непринужденно парящими консолями, и чем-то даже похожий на ГТГ. С ним планировали разобраться где-то с 2013 года, и вот наконец. Но поражает даже не сам снос – а то, что приходит на смену объекту, отмеченному советской госпремией.
Григорий Ревзин: «Что нам делать с архитектурой семидесятых»
Советский модернизм был хороший, авторский и плохой, типовой. Хороший «на периферии», плохой в центре – географическом, внимания, объема и прочего. Можно ли его сносить? «Это разрушение общественного консенсуса на ровном месте». Что же тогда делать? Сохранять, но творчески: «Привнести архитектуру туда, где ее еще нет». Относиться не как к памятникам, а как к городскому ландшафту. Читайте наше интервью с Григорием Ревзиным на актуальную тему спасения модернизма – там предложен «перпендикулярный», но интересный вариант сохранения зданий 1970-х.
«Коллизии модернизма и ориентализма»
К выходу в издательской программе Музея «Гараж» книги о Ташкенте, уже 4-м справочнике-путеводителе из серии о советском модернизме, мы поговорили с его авторами, Борисом Чуховичем, Ольгой Казаковой и Ольгой Алексеенко, о проделанной ими работе, впечатлениях и размышлениях.
Вент-фасад: беда или мелочь?
Еще один памятник модернизма под угрозой: Донскую публичную библиотеку в Ростове-на-Дону архитектора Яна Заниса планируется ремонтировать «с максимальным сохранением внешнего облика» – с переоблицовкой камнем, но на подсистеме, и заменой туфа в кинозале на что-то акустическое. Это пример паллиативного подхода к обновлению модернизма: искажения не касаются «буквы», но затрагивают «дух» и материальную уникальность. Рассказываем, размышляем. Проект прошел экспертизу, открыт тендер на генподрядчика, так что надежды особенной нет. Но почему же нельзя разработать, наконец, методику работы со зданиями семидесятых?
Пресса: Советский модернизм, который мы теряем
Общественная дискуссия вокруг судьбы Большого Московского цирка и сноса комплекса зданий бывшего СЭВа вновь привлекла внимание к проблеме сохранения архитектуры послевоенного модернизма
Прощание с СЭВ
Александр Змеул рассказывает историю проектирования, строительства и перепроектирования здания СЭВ – безусловной градостроительной доминанты западного направления и символа послевоенной Москвы, размноженного в советском «мерче», всем хорошо знакомого. В ходе рассказа мы выясняем, что, когда в 1980-е комплексу потребовалось расширение, градсовет предложил очень деликатные варианты; и еще, что в 2003 году здесь проектировали башню, но тоже без сноса «книжки». Статья иллюстрирована архивными материалами, часть публикуется впервые; благодарим Музей архитектуры за предоставленные изображения.
И вот, нам дали выбор
Сергей Собянин призвал москвичей голосовать за судьбу цирка на проспекте Вернадского на «Активном гражданине». Это новый поворот. Отметим, что в голосовании, во-первых, не фигурирует удививший многих проект неизвестного иностранца, а, во-вторых, проголосовать не так уж просто: сначала нас заваливают подобием агитации, а потом еще предлагают поупражняться в арифметике. Но мы же попробуем?
Григорий Ревзин: «Сильный жест из-под полы. Нечто победило»
Обсуждаем дискуссии вокруг конкурса на цирк и сноса СЭВ с самым известным архитектурным критиком нашего времени. В процессе проявляется парадокс: вроде бы сейчас принято ностальгировать по брежневскому времени, а знаковое здание, «ось» Варшавского договора, приговорили к сносу. Не странно ли? Еще мы выясняем, что wow-архитектура вернулась – это новый после-ковидный тренд. Однако, чтобы жест получился действительно сильным, без профессионалов все же не обойтись.
Второй цирковой
Мэр Москвы Сергей Собянин показал проект, победивший в конкурсе на реконструкцию Большого цирка на проспекте Вернадского. Рассматриваем проект и разные отклики на него. Примерно половина из известных нам предпочла безмолвствовать. А нам кажется, ну как молчать, если про конкурс и проект почти ничего не известно? Рассуждаем.
Археология модернизма: первая работа Нины Алешиной
Историю модернизма редко изучают так, как XVIII или XIX век – с вниманием к деталям, поиском и атрибуциями. А вот Александр Змеул, исследуя творчество архитектора Московского метро Нины Алешиной, сделал относительно небольшое, но настоящее открытие: нашел ее первую авторскую реализацию. Это вестибюль станции «Проспект Мира» радиальной линии. Интересно и то, что его фасад 1959 года просуществовал менее 20 лет. Почему так? Читайте статью.
Годы метро. Памяти Нины Алешиной
Сегодня, 17 июля, исполняется сто лет со дня рождения Нины Александровны Алешиной – пожалуй, ключевого архитектора московского метро второй половины XX века. За сорок лет она построила двадцать станций. Публикуем текст Александра Змеула, основанный на архивных материалах, в том числе рукописи самой Алешиной, с фотографиями Алексея Народицкого.
Пресса: Вернуть человеческий масштаб: проекты реконструкции...
В 1978 году Отдел перспективных исследований и экспериментальных предложений был переименован в Отдел развития и реконструкции городской среды. Тема развития через реконструкцию, которая в 1970-е годы разрабатывалась отделом для районов сложившейся застройки в центре города, в 1980-е годы расширяет географию, ОПИ предлагает подходы для реконструкции периферийных районов, т.н. «спальных» районов - бескрайних массивов массового жилищного строительства. Цель этой работы - с одной стороны, рациональное использование городской среды, с другой - гуманизация жилой застройки, создание психологически комфортных пространств.
Пресса: Морфотипы как ключ к сохранению и развитию своеобразия...
Из чего состоит город? Этот вопрос, который на первый взгляд может показаться абстрактным, имел вполне конкретный смысл – понять, как устроена историческая городская застройка, с тем чтобы при реконструкции центра, с одной стороны, сохранить его своеобразие, а с другой – не игнорировать современные потребности.
Технологии и материалы
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Палитра возможностей. Часть 2
В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.
Технадзор с дрона
В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Поглотитель CO₂
Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
​Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
​Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств
В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.
«Марсианская колония» на ВДНХ
Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.
Материал как метод
Компания ОРТОСТ-ФАСАД стоит у истоков фасадной индустрии. За 25 лет пройден путь от мокрых фасадов и первого в России НВФ со стеклофибробетоном до уникальных фасадов на подсистеме собственного производства, где выносы СФБ элементов превышают три метра. Разбираемся, какие технологические решения позволяют СФБ конкурировать с традиционными системами и почему выбор единого подрядчика – наилучший вариант для реализации фасадов со сложной архитектурой.
Десять новых кирпичей ModFormat
Удлиненные кирпичи с терракотовыми оттенками и новая коллекция самых узких в России кирпичей – теперь в арсенале архитекторов. О серийном производстве сложных фактур и разработке новых рассказывает исполнительный директор компании КИРИЛЛ Дмитрий Самылин.
Архитектура тишины
Создание акустического комфорта в школе – комплексная задача, выходящая за рамки простого соблюдения норм. Это проектирование самой образовательной среды, где качество звука напрямую влияет на здоровье, концентрацию и успеваемость. Разбираем, как интегрировать эффективные звукоизоляционные и звукопоглощающие решения в конструкции здания, обеспечивая соответствие СП 51.13330.2011.
Моллирование 2.0
Технология моллирования вышла на новый уровень: больше не нужно выбирать между свободой формы и прочностью закалённого стекла. АО «РСК» разработало метод гравитационного моллирования с последующим химическим упрочнением, которое снимает ключевые технические ограничения.
PRO Тепло: утеплитель, который не стареет
Долговечная и пожаробезопасная альтернатива волокнистым и полимерным утеплителям – каменный утеплитель «PRO Тепло» (D200) торговой марки «ГРАС» – легкий газобетонный блок, который создает вокруг здания прочную и долговечную теплозащитную оболочку. Разбираемся в технологии.
Безуглеродный концепт
MVRDV NEXT – исследовательское подразделение бюро – запустило бесплатный онлайн-сервис CarbonSpace для оценки углеродного следа архитектурных проектов.
Универсальная совместимость
Клинкерная плитка азербайджанского производителя Sultan Ceramic для навесных вентфасадов получила техническое свидетельство Минстроя РФ. Материал совместим с распространенными подсистемами НФС и имеет полный пакет документации для прохождения экспертизы. Разбираем характеристики и возможности применения.
Как локализовать производство в России за два года?
Еще два года назад Рокфон (бизнес-подразделение компании РОКВУЛ) – производитель акустических подвесных потолков и стеновых панелей – две трети ассортимента и треть исходных материалов импортировал из Европы. О том, как в рекордный срок удалось локализовать производство, рассказывает Марина Потокер, генеральный директор РОКВУЛ.
Сейчас на главной
Домашние вулканы
В Петропавловске-Камчатском по проекту бюро АТОМ благоустроена территория у стадиона «Спартак»: половина ее отдана спортивным площадкам, вторая – парку, где может провести время горожанин любого возраста. Все зоны соединяет вело-пешеходный каркас, который зимой превращается в лыжню. Еще одна отличительная черт нового пространства – геопластика, которая помогает зонировать территорию и разнообразить ландшафт.
Тактильный пир
Студия дизайна MODGI Group радикально обновила не только интерьер расположенного в самом центре Санкт-Петербурга кафе, входящего в сеть «На парах», но, кажется, перепрограммировала и его концепцию, объединив в одном пространстве все, за что так любят питерские заведения: исторический антураж, стильный дизайн, возможность никуда не бежать и достойную кухню.
Веретено и нить
Концепцию жилого комплекса «Вэйвер» в Екатеринбурге питает прошлое Паркового района: чтобы сохранить память о льнопрядильной фабрике конца XIX века, бюро KPLN (Крупный план) обращается к теме текстиля и ткацкого ремесла. Главным выразительным приемом стали ленты из перфорированной атмосферостойкой стали – в российских жилых проектах материал в таких объемах, пожалуй, еще не использовался.
Каменный фонарь
В конкурсном проекте православного храма для жилого комплекса в Москве архитекторы бюро М.А.М предлагают открытую городскую версию «монастыря». Монументальные формы растворяются, превращая одноглавый храм в ажурный светильник, а глухие стены «галереи» – в арки-витрины.
Внутренний взор
Для подмосковного поселка с разнохарактерной застройкой бюро ZROBIM architects спроектировало дом, замкнутый на себе: панорамные окна выходят либо на окруженный деревьями пруд, либо в сад внутреннего дворика, а к улице обращены почти полностью глухие стены. Такое решение одновременно создает чувство приватности, проницаемости и обилие естественного света.
Коробка с красками
Бюро New Design разработало интерьер небольшого салона красок в Барнауле с такой изобретательностью и щедростью на идеи, как будто это огромный шоу-рум. Один зал и кабинет превратились в выставку колористических и дизайнерских находок, в которой приятно делать покупки и общаться с коллегами.
От горнолыжных курортов к всесезонным рекреациям
В середине декабря несколько архитектурных бюро собрались, чтобы поговорить на «сезонную» тему: перспективы развития внутреннего горнолыжного туризма. Где уже есть современная инфраструктура, где – только рудименты советского наследия, а где пока ничего нет, но есть проекты и скоро они будут реализованы? Рассказываем в материале.
Pulchro delectemur*
Вроде бы фамилия архитектора – Иванов-Шиц – всем известна, но больше почти ничего... Выставка, открывшаяся в Музее архитектуры, который хранит 2300 экспонатов его фонда, должна исправить эту несправедливость. В будущем обещают и монографию, что тоже вполне необходимо. Пробуем разобраться в архитектуре малоизвестного, хотя и успешного, автора – и в латинской фразе, вынесенной в заголовок. И еще немного ругаем экспозиционный дизайн.
Пресса: Культурный год. Подводим архитектурные итоги — которые...
Для мировой и российской архитектуры 2025-й выдался годом музеев. Были открыты здания новых и старых институций, достроены важные долгострои, историческая недвижимость перевезена с одного места на другое, а будущее отправлено на печать на 3D-принтере.
Каскад форм
Жилой комплекс «Каскад» в Петрозаводске формирует композиционный центр нового микрорайона и отличается повышенной живописностью. Обилие приемов и цвета при всем разнообразии создает гармоничный образ.
Изба и Коллайдер
В Суздале на улице Гастева вот уже скоро год как работает «Коллайдер» – мультимедийное пространство в отреставрированном купеческом доме начала ХХ века. Андрей Бартенев, Дмитрий Разумов и архитектурное бюро Nika Lebedeva Project создали площадку, где диджитал-искусство врывается в традиционную избу через пятиметровый LED-экран, превращая ее в портал между эпохами.
Лепка формы, ракурса и смысла
Для участка в подмосковном коттеджном поселке «Лисичкин лес» бюро Ле Ателье спроектировало дом, который вырос из рельефа, желания сохранить деревья, необходимых планировочных решений, а также поиска экспрессивной формы. Два штукатурных объема брусничного и графитового цвета сплелись в пластическую композицию, которая выглядит эффектно, но уютно, сложно, но не высоколобо.
Стилизация как жанр
Утверждена архитектурная концепция станции «Достоевская». История проекта насчитывает практически 70 лет, за которые он успел побывать в разной стилистике, и сейчас, словно бы описав круг, как кажется, вернулся к истокам – «сталинскому ампиру»? ар-деко? неоклассике? Среди авторов Сергей Кузнецов. Показываем, рассказываем, раздумываем об уместности столь откровенной стилизации.
Сосредоточие комфорта
Для высококлассных отелей наличие фитнес- и спа-услуг является обязательным. Но для наиболее статусных гостиниц дизайнерское SPA&Wellness-пространство превращается в часть имиджа и даже больше – в повод выбрать именно этот отель и задержаться в нем подольше, чтобы по-настоящему отдохнуть душой и телом.
Гений места как журнал
Наталья Браславская, основатель и издатель издания «…о неразрывной связи архитектуры с окружающим ландшафтом, природой, с экологией и живым миром» – выходящего с 2023 года журнала «Гений места. Genius loci», – рассказывает о своем издании и его последних по времени номерах. Там есть интервью с Александром Скоканом и Борисом Левянтом – и многое другое.
Пресса: В России создают новые культурные полюса
Четыре гигантских культурных центра строятся в разных краях России. Что известно о них в подробностях, кроме открывшегося в прошлом году калининградского филиала Третьяковки? Например, ближайшее открытие для публики — это новый художественный музей в Севастополе. А все архитектурные проекты успели, до известных событий, спроектировать видные иностранные бюро.
Элитарная археология
Проект ЖК ROOM на Малой Никитской бюро WALL строит на сочетании двух сюжетов, которые обозначает как Музей и Артефакт. Музей – это двухэтажный кирпичный корпус, объемами схожий с флигелем городской усадьбы княгини Марии Гагариной, расположенным на участке. Артефакт – шестиэтажная «скульптура» с фасадами из камня и окнами разных вариаций. Еще один элемент – галерея: подобие внутренней улицы, которая соединяет новую архитектуру с исторической.
Из земли и палок
Стены детского центра «Парк де Лож» в Эври бюро HEMAA возвело из грунта, извлеченного при строительстве тоннелей метро Большого Парижа.
Юрты в предгорье
Отель сети Indigo у подножия Тяньшаня, в Или-Казахском автономном округе на северо-востоке Китая, вдохновлен местными культурой и природой. Авторы проекта – гонконгское бюро CCD.
Жемчужина на высоте
Архитекторы MVRDV добавили в свой проект башни Inaura VIP-салон в виде жемчужины на вершине, чтобы выделить ее среди других небоскребов Дубая.
Уроки конструктивизма
Показываем проект офисного здания на пересечении улицы Радио с Бауманской мастерской Михаила Дмитриева: собранное из чистых объёмов – эллипсоида, куба и перевернутой «лестницы» – оно «встаёт на цыпочки», отдавая дань памятникам конструктивизма и формируя пространство площади.
Пресса: Архитектура без будущего: какие здания Россия потеряла...
Прошлый год стал одним из самых заметных за последнее десятилетие по числу утрат архитектурных памятников XX в. В Москве и регионах страны были снесены десятки зданий, имеющих историческую и градостроительную ценность. «Ведомости. Город» собрал наиболее заметные архитектурные утраты года.
Пресса: «Пока не сменится поколение, не видать нам деревянных...
Лауреат российских и международных премий в области деревянного зодчества архитектор Тотан Кузембаев рассказал «Москвич Mag», почему сейчас в городах не строят дома из дерева, как ошибаются заказчики, что за полвека испортило архитектурный облик Москвы и сколько лет должно пройти, чтобы россияне оценили дерево как лучший строительный материал.
Сдержанность и тайна
Для благоустройства территории премиального ЖК Holms в Пензе архитектурное бюро «Вещь!» выбрало путь сдержанности, не лишенной выдумки: в цветниках спрятаны атмосферные светильники, прогулочную зону украшают кинетические скульптуры, а зонировать пространства помогают перголы. Все малые архитектурные формы разработаны с нуля.
Баланс асимметричных пар
Здание Госархива РФ, спроектированное и реализованное Владимиром Плоткиным и архитекторами ТПО «Резерв» в Обнинске – простое и сложное одновременно. Отчего заслуживает внимательного разбора. Оно еще раз показывает нам, насколько пластичен, актуален для современности и свеж в новых ракурсах авторского взгляда набор идей модернистской архитектуры. Исследуем паттерны суперграфики, композиционный баланс и логику. Считаем «капитанские мостики». Дочитайте до конца и узнаете, сколько мостиков и какое пространство там лучшее.